Шыксьпиру не снилос трагичьней сюжета!
Подклеил вот даму с кликухой - Жорьжэтта...
Прям фся ис сибя! В опчем - гоже, брат, дюже...
Аткель ни паглянь... Хоть снутри - хоть снаружы!
При ей тарантайка... И хаза - и башли...
Ну как не завесть паралельные шашни?
Завёл... Навострил на Жорьжэтточьку когти!
Васян аж изгрыз с дикой зависьти локти...
А виш вот - не слатко... Фсё думы, да думы...
Какой жы ш дурак енту глупось удумал -
Што красять мущщины обличье увечья?
Прокусаты ухи, и шрам на претплечье?
Апять жы ш на пляжах какие там форсы?
Каво саблазниш забинтованым торсом?
Н-да... Фстречя с Жорьжэттой, здаётца - ашыпка...
В екстазах, зараза, кусаитца шыпка!
А може и не... Мож пабыть ишо вьмесьти?
С больничьки, похоже - атрадные весьти!
Ходил, проверялси ж, ат ей по секрету...
В онализах - плюс... А вот бешенства нету!
Я летяга и внедорожник.
Вспоминаю: жена – художник.
Я в её бесконечном поле.
Постоять, зарядиться, что ли…
Чтоб синхронно с ней обновиться и
Чтоб не выпасть из композиции.
Верлибровый стих-ремикс о когда-то, где-то прочитанном.
Если нас судить по чести,
Каждый лжёт по сотни раз на дню.
Но за этой ложью кроется лукавство.
Врём мы ради чувства такта,
Так как, правду часто высказать жестоко.
Если б мы друг другу говорили только правду,
Жизнь была б совсем другой,
Стала бы она невыносимой.
Только мысленно представьте, вам сказали:
«Что-то вы хреново выглядите!» или:
«Ваши вирши чушь собачья!» и так далее.
Даже не подозревая, чаще врём самим себе.
Мы приукрашаем все свои поступки.
Лучше выглядеть стремимся,
Чем мы есть на самом деле.
Показушные понты закрались в наши гены,
Вот они и обрекают нас на ложь.
Но пока что ложь не причиняет никому вреда,
То она простительна и даже допустима.
Снег тает, как при бунте царская казна,
Хотя крепки ещё мороза меч и латы...
У подворотни носом шмыгает Весна
И ожидает точной, календарной даты...
Хотя прекрасно знает, что не в цифрах суть
И март порой от февраля неотличимый,
Но чтобы не дышала вольностями грудь
Она не видит и малюсенькой причины...
Ведь всё равно нагрянут дерзкие грачи
Из эмиграции и снежные заносы
В расход определят мимозы-палачи...
Потянет восвояси Зимушку за косы
Бесстыжей оттепели пестрый легион:
"Пока, студёная подруга, в каталажку!!!"
Грядёт привычный, ежегодный эталон,
Когда наличка улетает из кармашка
Для разных глупостей, не свойственных Зиме -
Свиданий россыпи, подснежников охапки...
Весна у подворотни пишет резюме,
Где обещает соблюсти свои порядки
На весь сезон, что ей отпущен свысока...
Охотно верим, ведь уже предельно бесят
Нас холода и льдом покрытая река,
И беспощадных снегопадов жуть репрессий...
Прощай, февраль... А коль отбросить политес,
То шёл бы ты, дружище, на хер быстрым шагом!!!
Весна - желанный, как всегда, деликатес,
Доступный, как и богачам, так и бродягам!!!
Непременно… Если милое дитя
съест стакан гороха,
оно, даже не хотя,
вдруг поступит плохо…
*
Скорее всего… Когда, закрывши окна, двери,
вам в ночь приспичило петь блюз,
предугадать я не возьмусь –
с чем вломятся соседи-звери!
…Потом –в разгаре суеты
пожалуют к вам и менты.
*
Изуродованный Сельвинский - Любите живопись, уроды!
Ведь ей единственной дано
суть человеческой природы
переносить на полотно.
Иногда очень хочется сладкого,
Чтоб, как в детстве, забравшись в буфет
Днём в субботу, тишком и украдкой,
Слопать сто шоколадных конфет.
Чтоб, как в детстве, нисколько не мучиться
От того, что всё слопал один.
А в обёртки (ну просто на случай)
Завернуть вместо них пластилин.
По земле тащу свою
За собою тень я,
Песню грустную пою,
Так, без наслажденья.
Прицепилась тень ко мне,
Корчит злые рожи.
Нет величия в длине,
В ширине её же.
Сам-то я ещё ого
И не без идеи,
В сапогах больших, в пальто,
В парке на аллее.
Увязалась тень за мной.
Петь ей дифирамбы?
Мыслей ход совсем иной.
Водочки 100 грамм бы.
Незаметной стала тень -
Затоптал ногами.
Утопил в пол-литре день.
Дальше по программе:
Змей Зелёный с белкой в пляс,
Хороводят гномы.
С тенью слился сей же час -
Целое одно мы!
P.S Пятки врозь, сомкнув коленки,
В тусклом свете фонаря,
На асфальте ли, на стенке
Липну вязко к тени я,
Тень, однако не моя....
Съеден до крошки питательный ужын?
Пищеваренью соратник тут нужен...
После бифштекса икнуфшы устало,
Лиргероиня паетоф читала...
В горнице девичьей тихо смеркалос,
Даме ат чуфстьвиев томно сморкалос...
С песень лиричьных любой же ш карове
Мыслитца аб каралевиче Бове!
Ждёть же ш, мичьтанья вуалью пакрыта,
Как застучять у падъезда капыта...
Лифт заскрежещьчет зловеще утробой -
И у дьвери Бова с лошадью оба!
Спрыгнеть с каня, подскакнёть к изгаловью,
Штоп оросить деве ношки любовью...
Скажыть: Атринеш - не жыть мне, изгою!
Резатца буду сваею рукою...
С слаткых виденьев неслаба так млеетца,
Межытца, межытца веко у девицы...
Вздох испусьтила - и рыбонькой снулой,
Бес люминала бидняшка заснула...
Вот и расьсвет... Лучик солнечьный - в тушку
Дамы, тихонько храпящей ф падушку...
Сны со сьтихов - не какие вам беды!
Лиш принесуть аппетита к абеду...
Я-то к чему пра идилию ету?
Пища духовна - гарнир для катлеты!
Чьтите пад вечер паетоф, девицы!
Лирику в руку вам, как гаваритца...
Непродуктивно, но эффектно и красиво,
Надраться и устроить деструкцию врага -
Не ноготь отпевать, уныло и плаксиво,
А нахрен отломить кому-нибудь рога!
Ввалиться в магазин - заправиться горючим.
Шумя, ругаясь, скалясь, флиртуя и хамя,
Охране объяснив, что жизнь - тяжёлый случай,
Себя найти чуть позже за дверью и плашмя.
Вслух выразить протест, разбив притом витрину,
И, за-клю-чи-тель-но войдя в лихой вираж,
Дохнуть на весь трамвай спиртным и никотином,
Испортив пассажирам надолго флёр-д'оранж.
Довольно глупо лезть на стену
И проклинать весь белый свет:
Любовь такая теорема,
К которой доказательств нет.
Не в меру иррациональна:
С колодой ветхих карт Таро
К одним она приходит в спальню,
Иному же – как бес в ребро.
О!.. "Сколько раз твердили миру" -
Любовь опасна и вредна:
В душе разлад и в карме дыры,
А всё - она. Да, всё - она!
Любовный зуд бежит по телу,
В глазах - огонь, в узгах - слюна,
На мир взираешь осовело -
Опять грачи, опять весна...
...Такое травами не лечат.
Но с тех времён, как создан свет,
Вопрос изучен и извечен:
Всё это - суета сует.
Напрасно спор вести с натурой,
Как ни крути - финал один:
Евгений - гад, Татьяна - дура,
Виной всему проклятый сплин.