В России 12 октября вступила в силу статья уголовного кодекса (УК), предусматривающая наказание за уничтожение или повреждение краснокнижных видов грибов.
Санкция для граждан составит до пяти тысяч рублей, для юрлиц — до миллиона рублей.
Под запрет на сбор, в частности,попали: Шишкогриб хлопьеножковый, Цетрария камчатская, Русский черный трюфель, Сетконоска сдвоенная, Саркосома шаровидная, Мокруха войлочная, Звездовик сводчатый и другие редкие виды грибов.
Когда я прочитал эту новость, мне почему-то вспомнился фрагмент из фильма «День радио», где на терпящем бедствие лайнере «Профессор Шварценгольц» спасались: семья жидкохвостных павианов, скунсовидные коровы, Африканская бородатая выхухоль, бразильский двузубый чернопопик и т.д.
В общем, я решил откликнуться на эту весть. Ибо в ней, как говорил Сергей Плотов про новость о космонавте, проковырявшем дырку в космической станции, всё прекрасно!
Мне не сносить походных туфель,
С корзинкой по лесу снуя, -
Ведь с октября за чёрный трюфель
Грозит серьёзная статья.
К земле прижавшись, словно кошка,
Под свет Луны и сосен скрип,
Не положу уже в лукошко
Хлопьеножковый шишкогриб.
Пойду за ним теперь едва ли,
Как было прежде - с топором…
А на Руси его едали
В сушёном виде и в сыром!
Лишь тот, кто лишней хромосомой
Владеет, милостью небес,
За шаровидной саркосомой
Шагнёт с ножом в дремучий лес.
В стране, где нет иной разрухи,
А из кранов течёт нарзан,
Проблемы войлочной мокрухи
Выходят на передний план!
Чтобы родная сетконоска
Всё также сдвоена была,
Вопрос парламент ставит жёстко:
«Не собирать!» И все дела.
Нас ждут большие перемены,
Иного варианта нет!
Похоже, галлюциногены
В Госдуме завезли в буфет.
Вдохновил Неразговорчун "Числа (из старого)"
Жми сюда
От чисел пухнет голова,
Кошмарят мозг они:
Два глаза, уха тоже два,
А рот и нос одни
(Цифр нескончаемый поток,
Извилины скрипят),
Один катился колобок,
12 негритят,
А 33 богатыря (?),
Но лучше на троих
(Учился в школе я не зря,
В подсчёте чисел лих),
Три поросёнка, семь козлят,
Кощей с яйцом одним
(Не мало в жизни круглых дат
Минувших лет и зим),
Семь раз отмерь, один отрежь,
А караван идёт.
Перешагнул один рубеж
Длиною в целый год,
Желай всего чего хотел,
Ещё ого до ста
И это с плюсом не предел.
Нельзя пить без тостА,
В связи с чем рюмочку поднять
Готов за юбилей.
Дели свои года на пять
И будет всё О’кей!
Луж пузырение взор не ласкает,
Ветер срывает с деревьев листву,
Жалобно сука скулит за сараем.
Дай-ка я друга к себе позову.
Рюмочек звон нас слегка разогреет,
Следом стаканы и крылья из спин -
Светлые в голову лезут идеи.
Сбудутся? Вряд ли, не пью же один:
Друг не придёт подкаблучник ко мне же,
Да и к себе хрена с два позовёт.
Стали встречаться всё реже и реже,
Телу не ведом без крыльев полёт.
Грустно? Согласен, что осень - паскуда
Селит уныние, скуку в мозгу.
Разве не жаждет душа нынче чуда?
Стоит сказать лишь: хочу и могу!
Не греет пах сковорода,
Мрачнеет небосвод
И водка пьётся, как вода,
Грядёт Дракона год.
Мерзляев с якорем, в цепях -
Знатнейший адмирал,
Возглавить путь готов, но САХ
Преградою нам стал,
О девах пылких речь повёл:
Нельзя в лесу без них,
Они ж, как к водке разносол
И бац про это стих.
Свернули влево, кушири,
Donata, Жуковец
И КсюХа с ними - три на три.
Уже ль пути конец?
Покувыркались, кто как мог,
Шурша сухой листвой
И каждый был к себе не строг,
Увлёкшийся игрой,
В которой правил строгих нет.
Припёрся ХреньТеФря,
А следом Ыыыыкальник - поэт.
Короче говоря,
Был завершён любви процесс
В редеющих кустах.
Досады слёзы поэтесс.
САХ в жестяных трусах,
Готовый в бой. Тропа войны
С Драконом вьётся в даль.
Он низом чувствует спины,
Что нам дадут медаль...
Я проснулась на дереве... Рядом лишь листья и ветки.
Из последнего помню с коллегой неистовый спор:
Дескать, бабы по сути домашние куры-наседки.
Ни парить, ни летать... Если только махнуть на забор.
Где высокие сферы — таится исток креатива,
Гениальные мысли, которые дарит полёт.
Ну а я... Не жар-птица, хотя и по-бабски красива.
И отлично готовлю суфле и квартальный отчёт.
Этот глупый индюк битый час мне доказывал пылко:
Не достигнуть высот без мужских нескончаемых сил!
Только вдруг на спине (между третьей и пятой бутылкой)
Ощутила движение чудом пробившихся крыл.
Дальше всё-таки смутно... Но, кажется, с корпоратива
Я рванула во двор, проявляя и ловкость, и прыть...
...Вот, на ветке сижу. И отчётливо хочется пива.
А вообще... Тут неплохо. И гнездышко хочется свить...
Простите, не умею вставлять фото с ПК, только с инета. Пару месяцев назад принёс сосед клюшку. Под правую руку. Ленинград. 1977 год. ОТК. Жёлтая. Крюк чёрный. Очень меня эта вещичка заинтересовала. Грязная но не поломанная. Я Азелитом привёл её в более менее божеский вид. Слегка наждачной бумагой подправил внизу крюка и хоть иди на лёд, что мы и делали придя из школы. Эх, какие были времена, за интернет платить не нужно , тик токи с ютубами были не нужны. Так что простите, какой родился стих, такой и вставлю без фото.
Давно местами слезла краска
И качества потёрся знак
А клюшке этой дать бы "встряску"
И положить советский лак.
А я промыл лишь азелитом
Не пожалев родных мне рук,
Не в тягость эта волокита
Была, подправить старый крюк.
И на душе тепло так стало...
Производитель Ленинград,
Пусть далека от идеала
Но это космоаппарат.
Она как скрипка Страдивари
И дело даже не в гроше,
Я сдал бы клюшку антикварам
Но как же сдать, ей 46.
Ведь клюшка это вам не туфли...
Печален туфельный исход,
Андрея туфли все разбухли,
Своё не выходив и год...
А клюшке нет цены ребята,
Не нужен мне с неё доход...
Портфели бросив возле хаты,
Неслись мы все тогда на лёд.
В снегу теряли часто шайбу,
Какой скажу я вам пустяк,
На воротах вратарь Михайло
На лбу имел большой синяк...
Лежит, забытая в сарае,
Моих коснулась только строк,
Никто той клюшкой не играет
И не наступит клюшки срок.
******
Не будет этой клюшке сноса,
Про то слагаю вам куплет,
Сидит мой внук уткнувшись носом,
Как все... В любимый тыкарнет.