Влюбился, как пацан, я в разведёнку Зинку,
Смущался и терпел, и вот не стало сил.
Напялил пиджачок, пригладил волосинку,
Нарвал в траве цветов и в дверь ей позвонил…
Запахнутый халат, распахнутые очи,
Поверху бигуди – ну, чисто леди Ди!
Я к Зинке: так и так, люблю, аж нету мочи,
Созрел для брачных уз. Мол, замуж выходи!
Мол, мне за пятьдесят, но я мужик фарто́вый,
И как разбогатеть есть тысяча идей,
Есть ипотечный дом, Пежо местами новый…
Она же мне в ответ: «Сначала похудей!»
Вальяжный кавалер – вагон авторитета!
Но, видимо, другой у Зинки эталон.
Надыбал я в сети французскую диету –
От зависти помрёт в музее Аполлон!
Меняю жизнь свою сегодня на рассвете.
Рассольник – в унитаз, вослед свинячий фарш,
Попкорн и пирожки...
Ну что там по диете?!
Проверка всех систем... На старт, вниманье, марш…
= = = = =
Омлет из двух белков, без сахара печенье,
Соте из кабачка и со шпинатом блин.
А мне не погасить безумного влеченья
Конкретно ко всему, где есть холестерин.
Потух игривый взор, в тоске завяли уши,
Не хочется к друзьям, нет радости от баб.
За ложку оливье готов продать я душу
И свой Пежо отдать за пиццу и кеба́б.
На днях обозревал в бинокль многоэтажку,
Там в кухне у одних лежала ветчина.
От красоты такой забегали мурашки,
И я в порыве чуть не выпал из окна.
Как вижу сочный зельц – из глаз текут слезинки,
Как чую колбасу – так сопли бахромой,
А если бастурму – мне точно не до Зинки,
И в ЗАГС готов пойти не с ней, а с бастурмой!
= = = = =
Свершилось!
Рульку жру и пью Киндзмараули.
Я победил судьбу в неистовой борьбе,
Прощай же навсегда, прощай, моя Зинуля,
Да здравствует любовь к любимому себе!
Слушай, Варвара… Так ладно ты скроена.
Что мы сидим как сибирские узники?
Борщ приготовлен, корова подоена,
малым детишкам сменёны подгузники.
Должен уйти от тебя, как мне кажется,
я по-английски, но всё ж не британцы мы.
Коль разговор наш, Варвара, не вяжется,
можем с тобою заняться мы танцами.
Формы твои как из лития вылиты.
Стань ко мне задом, упрямая курица!
Вижу ты в форме, в расцвете и в силе ты.
Хочешь узнать, как ламбада танцуется?
Хватит бузить, кочевряжиться, морщиться!
Брось кочергу и греметь хватит вёдрами!
В энтой ламбаде должна быть помощница
с грудью большой и с такими же бёдрами.
Как?! Ты согласна?! Попёрла же пруха, во-о!
Видишь, почти распластался весь в трансе я.
Ждёт не дождётся тебя Алла Духова.
В «Тодес» балете одна есть вакансия.
Чуешь, под зад твой мои руки сунуты?
Попой виляй, но держи тело ровно ты.
Крепче прижмись… ещё крепче… шалунья, ты!
Чух-чух-чух… поезд поехал вдоль комнаты.
Как ты заводишь движеньями ловкими!
Поезд ты-дых… не меняй положение!
Танца маршрут будет не с остановками.
Тых-тыды-дых… ускоряем движение!
Верю, Варвара, получишь ты грамоту
за достиженья свои танцевальные.
Ой, грудью влезла в оконную раму ты!
Ой, доведёшь до крушенья реального!
Чух-чух… ту-тууу… Эка в буфере сила-то!
Поезд гоню наш от печки до дверцы я.
Ой, за стоп-кран зря, Варвара, схватила ты!
Ой, я поехал вперёд по инерции!
Да перестань громко выть ты белугою,
блеять со стоном невинной овечкою!
Зря, что ль наш поезд вожу тут по кругу я?!
Лучше взгляни, что ты сделала с печкою!
Опа! Упали! Нам печка – помеха ли?
Ты полежи тут спокойно, не хрюкая.
Поезд блым-блым… Всё, Варвара! Приехали.
Чакры закрылись… пойду покурю-ка я.
Ох, же спасибо за танец за сказочный!
Тыкал я чем? Нет, Варвара, не спицею!
Ты не красней. Как мужчина порядочный,
да, признаю, что обязан жениться я.
Вижу, Варвара, ты чем-то расстроена.
Будет тебе из тушканчика шубица!
Главное, танцев программа усвоена,
а остальное же стерпится-слюбится.
Нет благородней рыцаря на свете!
И взгляд его о многом говорит...
Вот бросил он к ногам прекрасной леди
Соперника поверженного щит.
Вот спел ей серенаду ночью лунной,
Намёк о браке перетёр с отцом...
Вот взял турнир и руку дамы юной,
До кучи сердце, с прочим барахлом.
Венчание...И в долгую дорогу!
А вот и зАмок в дальних ебенях...
От мрачных стен к тяжёлому порогу
Шла еле слышно, ощущая страх.
Её судьбы банальная баллада
Разбавлена потоком тихих слёз...
И, всё таки, с любимым быть отрада,
Когда он воплощенье юных грёз!
А храбрый рыцарь был уже не молод,
Чревоугодник и храпел, как конь...
И в этом страшном замке жуткий холод!
Замучилась поддерживать огонь.
Маман ей часто правду говорила
Про рыцарей... И ведь была права!
И этот замок - хладная могила,
И как я до сих пор ещё жива?
И даже в шубе мёрзнуть задолбало!
Не так себе я представляла брак...
Ну как не разглядела под забралом
Суть рыцаря вот этого? Ну как?
Стал неприятен ей её мужчина,
И конский пот, и пьяный перегар...
Вернётся, в латах плюхнется к камину
И запыхтит, как старый самовар!
К тому же скуп и не сорит деньгами.
Откладывает на приличный гроб?
В чём радость для средневековой дамы,
Когда для бала скуден гардероб?
Ну как не помянуть тут Бога всуе?
Ведь жизнь уже растрачена на треть...
Вот поменять коню по-новой сбрую,
На это денег можно не жалеть!
Ни добрых слов, ни редкого подарка...
Лишь на турнирах муженёк хорош...
Да чёрт возьми! Я кто ему, кухарка?
Я леди или нет, ядрена вошь!
Рыгает, ржёт, почти всегда нетрезвый.
Одна в ночи читаю до зари...
Пилить его? Так там же сплошь железо -
В башке, в душе, снаружи и внутри!
Под утро "дорогой" супруг явился -
Обросший, грязный, словно маргинал.
Под грузом заскрипели половицы...
Опять, поди, все деньги промотал!
******
Пусть скажет кто-то:
- Что вам, бабам, надо?
Служи супругу и не прекословь!
Есть рыцарь - на коне, с мечом и в латах!
Ну а любовь...Кака-така любовь?
Где вы, вьюги и метели?
Где мазков седых пастели?
Взяли отпуск на недели
в небе снежные вожди.
Таль-февраль опять в цугцванге –
белокрылые мустанги
расправляют в небе шланги.
Серый город, жди дожди!
И хотите ль, не хотите ль,
не оденет белый китель
человейников обитель.
И какой придумал враль,
не скрывая паранойю –
будет снег всегда зимою
и нас снежной кутерьмою
не устанет сечь февраль.
Но сегодня, радость, взвизгни!
Снежный вихрь бузит в отчизне
и киячит ветер-ниндзя,
как Джамал Ажигирей.
В доброй лыбе рот до ушек,
а на яблонях и грушах –
щедрых яств каскад кормушек
для грудастых снегирей.
Снежный бункер вот и вспорот,
снег летит в лицо, за ворот
и поёт счастливый город,
словно хит Пиаф Эдит.
В белом ватнике тролейбус,
разгадав погоды ребус,
под синоптиковый «эпос»,
знай, проспекты бороздит.
Штрих-пунктирами маршрутов
серебрятся парашюты.
Дерзко, доблестно и круто
снежный высажен десант.
Засугробен город, ибо
снег всё прёт, как в бой талибы.
Описать сей хайп смогли бы
только Кафка и Жорж Санд.
Не слыхать дождинок топот,
грог дождей землёю допит,
белый мир калейдоскопит
оснежиненная склянь.
И парят снежинки… Им не
привыкать зиме класть грим и
нынче снег с приставкой «зимний» –
аксиома, как ни глянь.
Ещё не всё в извилинах пропито,
И помним мы про кружку и вино,
Про няню, про разбитое корыто
И чью-то мать, грозящую в окно,
Про Карла, что кораллы спёр у Клары
(А Клара прикарманила кларнет),
Как оба "загремели под фанфары"
За воровство игрушек и конфет.
Про то, как Карла гнали по этапу,
И этот клептоман-тире-дебил
Садистски оторвал у мишки лапу,
У нашей Тани мячик утопил,
Бычка столкнул с доски, обидел зайку,
Подкравшись и помоями облив,
У Карлсона сожрал варенья пайку
И наплевал на дружный коллектив.
Новость от 17 ноября 2025: В центре Москвы неизвестный избил кулаками
новогоднюю инсталляцию (ростовую матрешку),
после чего унёс в неизвестном направлении.
______
Весь день я пребывал
в шикарном настроенье,
Потягивая джин
и косячок долбя.
И к ночи под столом,
уняв души струенье,
Внезапно осознал,
что рядом нет тебя…
На Сретенке искал,
Арбате и Солянке,
Лубянку прочесал
и весь Охотный Ряд.
В районе Моховой
пристали лесбиянки –
И понял я, что там
найду тебя навряд.
На Трубной от ментов
я драпал без оглядки,
На Мытной зарядил
прохожему в табло.
Ну, что за детский сад –
играть со мною в прятки?
Я всё равно найду
всем горестям назло!
Почти не чуя ног,
я в поисках ответа
На лавочку присел,
что в сквере на Тверской,
И вдруг узрел тебя
у статуи поэта…
С улыбкой на лице
…дебильною такой!
Я правильный мужик.
Москвич, владелец двушки.
Красавчик – хоть куда,
хоть танцевать балет!
Но, ёперный театр,
тебе милее Пушкин,
В ком бронзы до хрена,
а кру́жки лишней нет!
Изменщица! Змея!
Ошибка мирозданья!
Ты лично мне кляла́сь
быть верною женой!
Короче, получай
за все мои страданья,
Бери свою шанель,
потопали домой!
Участник конкурса, поставивший за конкурсные произведения
меньше 10 оценок, лишается I, II или III места, и место переходит
к следующему участнику в результатах.
(из правил конкурса)
СЕРЕНАДНЫЕ СТРАДАНИЯ (хохмодромское)
Объявили конкурс вона –
это хорошо.
Стану где-то под балконом
и спою…
А шо?
Полечу привычно к славе
и сорву джек-пот,
но…
мне сон приснился даве,
аж пробило в пот.
Не сочли «Оно мне надо!»
четверо лишь рыл.
Вобщем, конкурс «СЕРЕНАДА»
медный таз накрыл.
Многих сей турнир не торкнул.
Завздыхал Геймбой.
Но отважная четвёрка
ломанулась в бой.
Будет приз, цветы пионы,
море алых роз.
Шанс пробраться в чемпионы
враз в разы возрос.
Я от счастья летку-еньку
танцевать аж стал.
Влез на высшую ступеньку.
Здравствуй, пьедестал!
Будто тать ножом у стенки
мне вспорол живот –
я ж поставил три оценки,
а не десять…
Вот!
И поплыл, как в кадке тесто,
как в пучине язь.
Сразу с первого я места
на второе –
хря-яясь!!!
Замычал я, как корова,
зарычал, как рысь,
ведь на третье со второго
места тоже –
бды-ыысь!!!
Пячусь дальше в темпе «престо»,
как от Греки рак.
На четвёртое я место
с третьего – хера-аак!!!
Стал угрюмым, жалким, бледным,
пал запал в крови.
Был я первым… стал последним…
ибо… се ля ви.
Без усилий и без риску
лихо как с куста,
кто последним был по списку,
занял все места.
Но спешить пока не надо
уходить в запой.
Лучше лучше серенаду
пой, товарищ, пой!
Верь! Взойдёт она звезда-то.
Жди благую весть.
Шанс у каждого, ребята,
на победу есть.