ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Несмешное: лучшее из свежего: стр. 38

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Несмешное: лучшее из свежего: Стр. 38  Оцен.   Раздел   Дата   Рец.   Посет. 
 

Памяти моей фокстрот...

(Камикадзе)
 36  О любви  2011-05-21  2  1350
Сплетение томительных минут,
Закатные малиновые тени...
В моих воспоминаниях живут
Цветки каких-то комнатных растений,

До шелеста заигранный фокстрот, -
Репертуар старинный, довоенный...
Ты пела «Рио-Риту» мимо нот
Старательно и так проникновенно,

Шептала мне признания слова,
Немного от смущения краснея...
Сегодня мне приснилось – ты жива
И снова танцевал с тобой во сне я...

...На фото мы по-прежнему вдвоем,
А здесь – лишь одиночество и старость.
Ты помнишь, как гуляли под дождем? –
Нам бесконечной жизнь тогда казалась...

И дождь тогда был теплым, и звенел
Восторг в моей душе высокой нотой...
...Как странно – патефон старинный цел,
А от тебя осталось только фото...
 

Учителя, учителя...

(Лена Пчёлкина)
 20  Шутки о музыке  2011-08-17  0  11303
Памяти Я.И. Товпеко

Как сгоревшие зарницы
В травы падали года…
Можно позже повиниться,
Главное – не опоздать.

Прошептать «прости» чуть слышно,
Но ответ не получить.
Извините, что так вышло,
Вам бы жить еще да жить.

И лежит, возможно, где-то
Ваша скрипка как трофей.
Или все же эстафету
Принял кто-то из детей?

Мы, бедовые студентки –
Ваш скрипичный сборный класс –
Собственно не за отметки,
За талант любили Вас.

…Сумасшедшая нагрузка
В педучилище была.
С широтой, должно быть, русской
Нас учили для села.

День расписан, как по нотам,
Строгий завуч все учел.
А еще в кино охота
Иль постукать в волейбол.

И само собой, бывало,
Время гналось по пятам,
Его вечно не хватало
Для разучиванья гамм.

И, потупив очи долу,
И со скрипками в руках
Шел ансамбль наш невеселый
На урок, скрывая страх.

Вот открыли свои ноты,
Но не знаем, как начать.
Ох, девчата, неохота
Нынче двойки получать...

Тут красавица Людмила
(Шибко бойкая была)
Улыбнулась очень мило
И в атаку повела.

– Расскажите, Яков Ваныч,
Как там сессия прошла?
Как детишки, Яков Ваныч,
Не болеет ли жена?

Знали, что ему наградой
Поделиться с кем-нибудь.
Ну, а мы как были рады, –
Лишь бы время протянуть.

И еще коронный номер,
Чтоб самим не отвечать…
Мы просили (очень скромно)
Яков Ваныча сыграть.

Наш учитель, чуть подумав,
Скрипку бережно прижав,
Проводил смычком по струнам
И куда-то… «исчезал».

Потрясенно мы молчали,
Кто-то не скрывал и слез,
За собою вел нас в дали
Яков Ваныч – виртуоз.

Да, ему б в концертном фраке
Публику игрой пленять,
А не в стареньком бараке
С ребятнею прозябать.

От получки до получки
Кое-как концы сводить,
А поскольку – самоучка,
И учиться и учить.

К сожаленью, все не вечно,
В этом мире мы в гостях…
Съехались на вечер встречи
Только много лет спустя.

Мы, серьезные «училки»,
Двадцать лет – работы стаж,
Разбирали, как посылки,
Дней студенческих багаж.

Тарахтели, как сороки,
Проболтали до утра,
И припомнили уроки
И науки, и добра.

Тут красавица Людмила
(снова глаз не отвести):
– Ой, девчонки, мы забыли
Яшу, вроде, навестить.

Помните, концерт скрипичный,
Мы на сцене в первый раз…
Вышло все тогда отлично,
Ох, как рад он был за нас!

Но поднялся кто-то местный,
Разливая всем вино:
– Мир, покой ему небесный,
Яша умер ведь давно.

…Как сгоревшие зарницы
В травы падали года.
Можно позже повиниться,
Главное, – не опоздать
 

Зазеркалье

(Джон Ник)
 24  Про левшей  2011-07-12  1  2838

Известные всему миру левши и зеркально относительные строки
”Глядя, как Солнце восходит на Западе, я стою на месте,
чуть спеша”* из попсовых шедевров таки навеяли:

Нам близок параллельный с нами мир,
Левшам служил он часто вдохновеньем,
Но в зеркале, хоть протирай до дыр,
Мы видим только жизни отраженье…

Останется в нём чёрным чёрный кот,
Хоть стой на месте ты, чуток спеша,
Не станет в зеркале вином компот,
Зато левшой там выглядит правша,

Но недоступен Зазеркалья мир,
Алисы сон того ж левши* лапша,
Себя не видишь, думаешь – вампир?
Протри глаза получше, не спеша:

Там Солнце восходит на Западе,
И кукиш там не стоит ни шиша,
Там, отражая твои слабости,
Тебе в глаза не станет врать душа!


• - по памяти симпатичные мне левши:
Цезарь, да Винчи, Моцарт, Лесков, Кэрролл, Эйнштейн, Черчилль, Хэндрикс, Маккартни, Гэйтс…
 

Соль земли

(Ременюк Валерий)
 40  Криминал  2011-04-20  1  1600
В кармане ствол, на шее цацки - встречай хозяина, Москва! И вы одеты по-пацански, во рту пацанские слова, в барсетке шалые дензнаки неосязаемой цены… Не пасюки и не пацаки, вы соль России – пацаны. Чужой повязанные кровью уже с отроческих годов - лихие парни Подмосковья и отдаленных городов. Легко хватающие пушку. Разбой зовущие игрой. Еще - грызущие горбушку, уже – с горбушевой икрой. Приноровившиеся к лаю, ментам, и нарам, и судам. Предпочитающие стаю иным общественным стадам. Что вы читали? Безусловно - УК (отдельные слова). Страной взращенные любовно на пароксизмах «Дома-2» - он в обескниженных каморках не пощадил ни одного… И вы созрели по задворкам, и вот – пришли… А для чего? Поляна занята! Плечисты ее прибравшие братки. Придется вам ее зачистить - ходить под ними не с руки. И вы собьетесь и сплотитесь, чтоб отоварить «по рогам», и ни обиды не простите своим безжалостным врагам - в ущерб бюджету и здоровью, в души кромешной темноте. И полстраны зальете кровью, как в сериалах ТНТ…

Пройдут года. Кто уцелели, нарубят жирного бабла и, наконец, достигнув цели, начнут легальные дела. Приобретут мандат и статус, и государственную стать, и будут ставить депутатов, и прокуроров крышевать. Но иногда, в конце недели, когда стихают шум и гам, начнут листать Маккиавели - читать (местами, по слогам), мечтать о небе или саде, куда возможно и без виз. И наваяют на фасаде о чести, доблести девиз. И напоследок, сверх программы, уже у жизни на краю, пойдут усердно строить храмы, чтоб душу выбелить свою. Но – не взлетается чего-то: земля кровава и жирна, и держит плотно, как болото, всех оступившихся она. Не оторваться даже с мясом – вы в ней по горло, как в петле. Взлетает тот, кто не привязан баблом и цацками к земле. И отступные миллионы не отвратят повестку в ад, и на земле горько-соленой не вырастает дивный сад.
 

Город Кукина

(Ременюк Валерий)
 24  О поэтах  2011-07-12  1  917
…………….Юрию Кукину, великому поэту и барду,
…………….недавно покинувшему нас, посвящается

Школа. Гитара. И первые песенки хором,
И далеко еще до перестроечных вех:
«Если вы знаете, где-то есть город, город.
Если вы помните, он не для всех, не для всех…»
Там горожане поделятся кровом и хлебом –
Верили мы, так устроен открывшийся мир -
«Вместо домов, у людей в этом городе небо.
Руки любимых у них, вместо квартир».

Но отзвенели мотивы наивного детства,
И осознали мы, как далеки миражи,
А от иллюзий есть непревзойденное средство –
Это микстура под жестким названием «жизнь».
Поняли мы, что ключи не подарят на блюдце!
Блюдца все заняты – чай обыватели пьют.
«Женские волосы, женские волосы вьются,
И неустроенность им заменяет уют».

Где пролегали дороги, возникли заборы,
Каждый отстроил себе дорогой хуторок.
«Из разговоров они признают только споры,
И никуда не выходит оттуда дорог…»
Но иногда от тоски, ну, а может, со скуки
Пальцы прихватят гитару, и вновь оживет
Город, который когда-то построил нам Кукин,
Город, в котором живут и не знают забот.

Там обитают друзья, что уже не вернутся.
Там оживает любовь, невозможная тут.
«Если им больно, не плачут они, а смеются.
Если им весело, вина хорошие пьют».
Там горожане ни разу не выглядят хмуро,
Даже когда горизонты темны от дождя.
Там у прозрачной воды поселился и Юра.
Там мы и встретим его. Только чуть погодя…
 

А Музыка вечна!

(Джон Ник)
 28  Шутки о музыке  2011-06-23  3  2597

А музыка вечна – промолвил мудрец,
Веселья начало, печали конец…
______

Звуки прервут какофонию слов
Вязью затейливой нотных стихов,
Смыслом волшебных навеянных снов,
Хором органа в полёте орлов…
Песня звенит, расцветает душа
В струях эмоций, в полете кружа
Вихрем желаний, бурлящих в струне,
Сказкой с мечтой о волшебной стране,
Ширью степей и вершинами гор,
Громом ручья на долины простор,
Валом девятым глубин океанов,
Синью небес в облаков караванах,
Печки уютом в крещенский мороз,
Инеем окон, снежинками слёз,
Жизни подснежником ранней весной,
Легкой капелью и майской грозой,
Искрами звёзд июньского неба,
Золотом нив созревшего хлеба,
Шорохом листьев осеннего сада,
Запахом гроздьев лозы винограда,
Оперой, фугой, балетом, кантатой,
Мысли симфонией, лунной сонатой,
Джаза фантазией, классикой рока,
Рыцарем Запада, флером Востока,
Бардов напевами и менестрелей,
Пафосом правды чудесных свирелей!
______

Годы сквозь пальцы текут, как вода,
МУЗЫКА в вечность несёт навсегда!
 

Проигрыш победителя

(Лена Пчёлкина)
 37  Несмешное  2011-05-11  4  1036
Морозно. Тихо. Очень грустно.
Идет высокий человек.
Как белый сочный лист капустный
Скрипит под сапогами снег.

В руке опрятный чемоданчик,
Чехла сияет белизна.
Да, воевал, уже не мальчик,
Медали есть и ордена.

Год на дворе - пятидесятый,
А пешеходу – двадцать пять.
Войну закончил он комбатом,
Прошел науку побеждать.

И пораженье ненавистно:
Уж лучше в ночь, забыть, сбежать
Прочь от вины, знобящих мыслей,
От чувств, которых не сдержать.

От этих глаз, что без предела,
От этих рук, любимых рук,
От горьких слов: «Что ты наделал,
Я больше не хочу разлук!»

Огни мелькнут пустынных станций.
Кого согрел их тусклый свет?
И не вернуться, не остаться,
Не оставляет поезд след.

Холодный тамбур. Папироса.
Чернеет насыпи провал.
И человек как знак вопроса:
Что,победитель,проиграл?
 

Одиночество вдвоём

(Лена Пчёлкина)
 28  О любви  2011-06-15  0  1606
По мотивам стихотворения Эриха Кестнера
"Sachliche Romanze"

Затеряются слова
В монотонном ритме буден,
Отлюбившая листва
Шелестеть под ветром будет.

Притулилась в уголке
Их любовь, как трость, как зонтик.
И стоят они в тоске,
Жизнь-корабль на горизонте.

Восемь лет без зим, без вьюг...
Слёзы женщины. И профиль.
- Что нам делать, милый друг?
Четверть пятого. Да, кофе...

Вот кафе - сердец приют,
Здесь и встретились когда-то.
Местечковости уют,
Снова - "Лунная соната"...

Где безумные мечты,
Где безумные желанья?
Заоконной темноты
Не вернуть очарованье.

Не понять и не принять
Слов уклончиво-несмелых.
Одиночество? Как знать?
Стынет кофе в чашках белых...
 

Памяти поэта Ольги Бешенковсой

(Лена Пчёлкина)
 22  Несмешное  2011-06-19  1  881

17 июля Поэту Ольге Юрьевне Бешенковской исполнилось бы 65... Почти уже шесть лет нет с нами этой удивительной, талантливой женщины. Сколько бы она могла написать, сделать, помочь кому-то за это время... Вот опять – сослагательное наклонение... Единственное, что утешает, - у каждого Свой срок. Только то, что останется после нас на земле - возможно для этого и было наше предназначение.    Пушкинское «Нет, весь я не умру!...» - впрямую относится и к творчеству Ольги Бешенковской.
      «Поцелованная Богом» - тривиально, но очень точно. Ведь писать она начала довольно рано, в 12 лет, и сразу – вполне зрелые стихи, в отличие от тех, которыми во многом заполонены сегодняшние журналы и интернетные сайты.
«...Угрюмый дичок, прививший к себе цветущий мир, человечек с упрямой чёлкой, перечёркивающей наморщенными первыми раздумьями лоб, «девочка-наоборот», всегда идущая наперекор лжи, собственной выгоде и даже здравому смыслу...» - так писала о себе-шестикласснице, по прошествии многих лет, Ольга Юрьевна.
Такой она и осталась на всю жизнь, насколько я могу судить по стихам, прозе, воспоминаниям друзей и рецензиям на её творчество читателей-посетителей авторской страницы: «Ольга Бешенковская» на интернетном сайте «Стихи.ру».      
      Попробую лишь пунктирно обозначить основные моменты жизни Поэта.
      Родилась и до 1992 года проживала в Ленинграде – Петербурге, где закончила факультет журналистики ЛГУ. Писала ,в основном, «в стол», а если и печаталась, то
очень и очень мало. Особой главой в её биографии стала эмиграция в Германию,
где она редактировала журнал «Русская речь», выступала на радио «Свобода», принимала активное участие в совместных литературных русско-немецких встречах и вечерах. Уже будучи смертельно больной, составила и отредактировала литературный сборник авторов–инвалидов «Люди мужества».
      У самой Ольги Юрьевны, начиная с 1987 года, издано более десятка авторских книг, и после её смерти стараниями друзей и мужа – Алексея Кузнецова, вышли в свет ещё два поэтических сборника: «Голос поэта» и «Призвание в любви».
      Как человек, неравнодушный к прекрасному литературному слову, и погружаясь в Поэзию Ольги Бешенковской, (с которой я, увы! познакомилась лишь после её смерти), хочу сказать, что никакие деньги, посты, чины, другие земные блага, не могут заменить её стихи, эти созвучия, необычно обретённые образы, неожиданные рифмы.
      
Когда я читаю и перечитываю её стихи, словно открываются глаза, и рука сама "тянется к перу, перо к бумаге".

ВОТ ПОСЛЕДНЕЕ МОЁ ПОСВЯЩЕНИЕ ПАМЯТИ О. БЕШЕНКОВСКОЙ
17.07.2012г.

      Всё кажется: корчится ветка, живьём замурована в    лёд...      
      Ольга Бешенковская

Вчера ещё ломкие тучи
Грозой забивали эфир.
О, как ты умела озвучить
Весь этот трепещущий мир!

Мы можем простить иль охаять,
Ехидство в запас приберечь.
Но корчится ветка сухая
Во льду. И её не извлечь.

Пусть слава кому-то основа,
И сытая жизнь без проблем.
Но таинство Слова взрывного
Не морок, не дым, и не тлен.

Как зёрна, набиты в початок,
Так люди, один к одному.
Кого ты спешила печатать,
Теперь - ни словечка.
      - К чему?

Истаял дымок сигаретный,
Отправлены вещи в утиль.
Лишь слово Поэта – бессмертно,
Простите за выспренний стиль…

      

ПОДБОРКА СТИХОВ О.Ю. БЕШЕНКОВСКОЙ

* * *
Учителя, не обессудьте,
На жизнь глядите веселей.
Мы сами (мы ведь тоже люди...)
Нашли себе учителей.
Не тех, что сонно в класс вплывают,
Защёлкнув сердце на засов,
До хруста в челюсти зевают,
Глаза отклеив от часов...
Не хмурьтесь теми же глазами,
Нам уважать себя веля...
Не в школьной сумрачной казарме
Нашлись для нас учителя:
Стучимся в двери и века,
И уважаем их. Пока...
      (Из «Первой тетрадки» 1958г.)

* * *
Вот уезжают люди, уезжают...
Как будто их землею засыпают.
Как будто нас бросают, обижают.
Гипноз колдуньи: в небо – засыпают.

Ах, нос крючком, космические космы,
Скажи судьба, что это – летаргия!
Но белый шрам, срастающийся косо...
Ковры в багаж. И скорости другие.

Искать в конце пирующей развязки?
Слюнявить вязь в детсадовском запале?
Обрублен шрифт. Суровы наши сказки.
Мы в переплёт коричневый попали.

Не сразу страшно – холодно и странно
Стоять и слушать бойкие фокстроты,
Стаканный звон и хохот ресторанный
Из дома, где как не было кого-то...

Вот этот дом, чужой теперь, в который...
И выстрел двери – будто к высшей мере.
Вот уезжают – слепнут от простора,
Вот остаются – слепнут от потери.

Да было б легче, если б уезжали –
Знаком обряд: вагончик и останки...
Ещё бы тормоз – ожили – нажали
На земляничном тёплом полустанке...

Ведь уезжают, тают... Больше нету...
Строй самолётов – пепельные урны.
Окинешь взглядом издали планету,
Где жизнь и смерть - как зрелища культурны...

* * *
Я живу высоко. Подо мною – простор и уют.
Человечки снуют. И мужчина дошкольного роста
Всё играет с машиной. И очередь знаком вопроса,
Препинаясь, стоит – всем не хватит, но что-то дают...

Сколько окон в окошке! Открыла однажды – и вот
Каждый вечер теперь удивляюсь простому закону:
Сколько в доме напротив прозрачных новелл заоконных,
А в своём же, - напротив, - как будто никто не живёт.

И когда невзначай /просто выдался медленный миг/
Неприкованный взгляд подымается выше и выше,
Вижу только: дрожит, зацепившись на краешке крыши,
Жёлтый сморщенный лист или робкий космический блик.

Страшновато и странно висеть на такой высоте,
Где уже в небеса переходит житейское небо...
Только рифма спасёт –
прощебечет ко времени: „хлеба“
И спускаешься вниз, занимать своё место в хвосте.

* * *
Кому даны слова - тем четки не нужны:
Уравновесишь дух строкой стихотворенья
В молитвенном углу бессонной тишины,
На клятвенной реке в туннель столпотворенья...

Кому даны слова - тем счастья не дано
Иного: ввысь, к Нему, устами бессловесных,
Как чайки над водой, гортанно и черно,
Чьи крылья абрис губ, сожженных, бестелесных.

Кому даны слова - тех по камням в грозу
Протащит за язык Пророк за колесницей;
И бритва осмеет венозную лазурь
Анализом на миф и желтою больницей...

Кому даны слова - тем слова не сдержать:
Сорвется, и в туман заблудится белесый...
Кому даны слова - дано принадлежать
К юродивым, до слез смеющимся сквозь
слезы.

* * *
Г.С.Семёнову

Эти черточки, точки, черты
Грустной Родины...
Взгляд запрокиньте:
Крылья чаечьи -
черные рты,
Что размножены на ротапринте.
И оберточный серый туман
(Изомнется, пропитанный влагой)
Это все - нелегальный роман,
Осужденный   остаться бумагой...

ВЕТКА ВО ЛЬДУ

Сухая сосновая ветка –
Обглоданной рыбы скелет.
А, может быть, – живопись предка,
Скучавшая тысячу лет?
Не знаю... Бывает, но редко.
Фантазии мелок полёт.
Всё кажется: корчится ветка,
Живьём замурована в лёд...

* * *
Как на синем снегу – удлинённость любого штриха:
От сосновых теней – до крыла промелькнувшей пичуги,
Отчего перед сном обнажается чувство греха
И пронзает, хоть мы родились в серебристой кольчуге?
Но иронии блеск измочален как ёлочный дождь,
Рядом с лифчиком он провисает на стуле скрипичном.
И под звёздным драже на душе или мятная дрожь,
Или страха росток пробегает как пламя по спичкам...
И скрипит простыня, и слепит, как мерцающий наст,
И клубящийся сон поневоле замыслишь пристрастно...
Или снег – это совесть всех тех, не дождавшихся нас?
Оттого так тревожно, и стыдно, и, в общем, прекрасно?
Или, свет отключив, и движенье, и органы слов,
Вдруг задержишь дыханье...
У воздуха – привкус хмельного...
И почувствуешь, что еженощное таинство снов –
Даже страшно подумать – прообраз чего-то иного...

* * *
Как хочется, отринув графоманов,
перечитать восторженно словарь...
Он сам – роман (взаимней всех романов),
он в полутьме блистающий алтарь.
Я подхожу с волненьем к полке книжной,
Протягиваю руку наизусть...
И больше нет назойливой, облыжной,
придуманной реальности...
      И пусть
слова бессвязны – так ещё острее:
последний шёпот... нежный монолог...
И это – жизнь. Галоп её хорея.
И взорванный дыханьем потолок.
Я все пятьсот страниц читаю слитно,
и смысл, и ритм, и фабулу нашед....
Осколки слов, сверкнув метеоритно,
опять срослись в Божественный сюжет.

ИЗ ЦИКЛА «ДИАГНОЗ» (Последние стихи, 07-10.12.2005г.)

* * *
Ну не торопить же эту дату...
Просто жить, любуясь на зверей.
Белка, лира тёплая, куда ты?
Мы с тобой придумаем хорей!
Сочинить бы солнечную книжку,
Чтобы листья на деревьях – в пляс,
Чтобы кошка в рыженьких штанишках
С холмика за домом поднялась...
Но опять нездешним острым светом
Взгляд мой тихий режет и болит.
Отчего суров Господь к поэтам,
А подонкам так благоволит?
Не ропщу – сравнив судьбу с другими,
Просто жжёт навязчивый вопрос...
Пусть моё бесхитростное имя
Станет маркой новых папирос:
Господа, курите на здоровье,
Пейте жизнь! Танцуйте в гололёд!
Опрокинет шприц с нечистой кровью,
Или в небе лопнет самолёт.
У Неё в богатом арсенале
Войны, наводнения, слова...
Ну а душу – как бы ни пинали,
Всё равно, упрямая, жива!

х х х

Я в белый коридор ступила,
шелестя,
Отметив на ходу, что здесь не мел,
а мрамор...
Один порыв – туда, где сын – ещё дитя,
Второй – туда, где ждут,
обнявшись, папа с мамой.
Вот так бы и застыть:
ни взад – и не вперёд...
На этой высоте – дыханье
с перехватом...
Невидимый другим
      пронзительный полёт,
Где чувствуешь себя
смертельно виноватым.

09. 12. 05

* * *
Всё будет также, как при мне,
хотя меня уже не будет:
щербинка эта на луне
и суетящиеся люди.
И золотое Рождество
с его цинизмом, китчем, сказкой,
и детской правды торжество
в тетрадке, названной «раскраской».
Мы наполняем трафарет
беспечной зеленью надежды.
Шальной прибой, полночный бред,
зимы весёлые одежды.
И вдруг в предчувствии конца
печаль под сердцем шелохнётся.
И от Небесного отца
лицо к земному обернётся.
Какой отчаянный бедлам
трудов и дней беспутно ленных...
И сердце рвётся пополам
на Здесь и Там, на две Вселенных...

* * *
Мне опостылела кровать
И смирный саван шить...
Мне надоело умирать –
И я решила – жить!

Вернуться к прерванным делам,
К укладке кирпичей.
Наперекор антителам
И выдумкам врачей.

Любой нарост – не больше гланд,
И, значит, скажем: нет!
Что знает бледный лаборант
О силе наших недр...

О сопромате от Стиха,
О рифмах начеку...
Проснёмся раньше петуха:
Весна, ку-ка-ре-ку!..

* * *
От первой строчки всё,
от первой строчки...
Всё заморочки,
и дойти до точки.
И вдруг себя увидеть из трамвая:
Живая! Ещё живая!
Ещё друзьям протягиваю руку,
Ещё успею выучить науку.
Залечь бы только с книжкой на диване...

Кто там шепнул: «науку расставаний...»?..

С творчеством Ольги Бешенковской можно познакомиться на её персоzальном сайте:
[] и на её странице на сервере «Стихи.ру» по адресу:
Жми сюда
 

ДЕДОВЫ РАНЫ

(Олегыч)
 34  День Победы  2011-05-08  1  1496
Я помню деда. Орден, три медали,
Нашивки желтые, погоны старшины.
Но если б тело вы его видали!
Все в страшных шрамах не одной войны!

Шрам поперек груди через предплечье -
Достала деда сабля басмача
В двадцать девятом... Он служил в Ургенче
И пропустил в бою удар сплеча.

Дед был худым, ел редко и немного,
Последствия ранения в живот,
Который, как попало, был заштопан
Стежками грубыми и вдоль и поперек.

В начале января сорок второго
Он ранен был, освобождая Клин.
Его в снегу нашли полуживого,
Но все же в медсанбат доволокли.

Военхирург, от пуль избавив тело,
Вздохнув, подумал : "Этот-не жилец...
Хоть все, что мог, я для него и сделал,
Но старшине, скорей всего - конец!"

Но выжил дед! Казацкая порода
И годы в самой силе - тридцать пять.
Затягивались раны понемногу,
И он не собирался умирать!

Дальний Восток - определили деду.
И он границу по Амуру охранял.
Там в сорок пятом встретил он Победу
И там же, летом, самураев добивал

Освобождая в августе китайцев,
Практически в последний бой с врагом,
Осколком на ноге снесло все пальцы...
Дед сокрушался: "Вместе с сапогом!"

Но все же, доконали деда раны,
Их боль, невыносимая подчас...
Он умер тихо, дома, утром рано...
В том возрасте, в котором я - сейчас.
 

Одуванчики

(Лена Пчёлкина)
 36  Несмешное  2011-04-15  4  1089
ОДУВАНЧИКИ
Вещуны нам пророчат, обманщики,
Сколько каждому жить на земле...
Мы с тобой уж, увы, одуванчики,
Одуванчики в мокрой траве.

Кто же спорит с природою мудрою,
Не обходится жизнь без потерь.
Были волосы, эх, златокудрые,
Серебристыми стали теперь.

И когда-нибудь, раньше ли, позже ли,
Но завоют ветра, затрубят:
-Хватит, милые, -скажут,- вы пожили,
И пора возвращаться назад.

Вопреки всем пророкам-обманщикам,
Мы с земли никуда не уйдём:
Улетим высоко одуванчиком,
А весною - опять расцветём!

      * * *

Я к спине твоей тёплой прижмусь,
Тихой нежностью полнится дом.
Я голубкой в ночи обернусь,
И взмахну своим серым крылом.

Ах, как долго мы вместе уже,
Память сбоя пока не даёт,
Каждый взгляд помню я, каждый жест,
Горечь ссор, сладкой радости взлёт.

...Нам ещё бы немного пожить,
И долги все земные отдать.
И стихов бы побольше сложить,
И на свадьбе у внучек сплясать.

Я к спине твоей тёплой прижмусь,
А вокруг тишина и покой.
Спи, родной, я пока покружусь,
Полетаю над грешной землёй...

      * * *

      НЕТ ТЕБЯ

Нет тебя. А мне не верится...
Вновь на ёлке шарик вертится.
Новый год. Всё шумно, песенно.
Ты с портрета смотришь весело.

Только боль иголкой тонкою:
Фото с траурной каёмкою.
Надо выйти бы, проветриться...
Без тебя?
      Никак не верится.
 

Последняя ода

(Владимир Якушев)
 23  О любви  2011-06-21  3  1198

Прекрасная Елена – словно приз
Из-за нее сражаются герои
Посмевший полюбить ее Парис
Убит в жестокой схватке, возле Трои

Из-за Елены вновь грядет война
Теперь уже окрест Владивостока
Я тех, кому не нравится она
Начну сегодня истреблять жестоко

Но мне ни меч не нужен, ни копье
Не надо мне ни танков ни ракет
Ведь тех кто б смог не полюбить ее
В галактике у нас, пока что нет

Но сука ревность будоражит сон
К страстям охоча молодая смена
Я безнадежно, тяжело влюблен
Влюблен в тебя – Прекрасная Елена!

Прошу прощения за неформат. Заканчиваю. Следующее уже произведение уже будет в формате сайта.
 

Ольга Бешенковская - Жаркие дни ...

(Соломон Ягодкин)
 6  Несмешное  2011-08-17  0  657

Ольга Бешенковская
      (1947-2006)

На Августовский путч 1991 года Ольга Бешенковская ответила и как поэт, и как публицист. Причём стихи, представленные здесь, ею были написаны ещё тогда - в Ленинграде, всё в том же августе 91-го, буквально за считанные дни до Путча. Как подлинный Поэт, она буквально предчувствовала эту смертельную (и, к сожалению, не только чисто образно) схватку новой исторической реальности, неудержимо рвавшейся к Свободе, с уже агонизирующим красно-коричневым Прошлым, которому, подобно любому смертельно раненому хищнику, уже нечего было терять...
А когда, под вечную музыку Чайковского, Путч вошёл в каждый дом, Ольга встретила его в редакции самой свободолюбивой по тем временам питерской газеты «Литератор», которая своими номерами той поры всей силой честных журналистских перьев ответила путчистам всеми средствами сатирической публицистики.
К одной из годовщин, уже живя в эмиграции, Ольга написала своё эссе-воспоминание «Жаркие дни у Зимнего дворца», которое я предлагаю, дорогие читатели, вашему вниманию. Предлагаю, чтобы всем вместе ещё раз вспомнить и понять, как противоестественно и опасно одновременно благоговейно смотреть «Лебединое озеро» по телевизору и наблюдать ползущие под окном твоего дома танки, тем более, что они всё ещё «стоят на запасном пути»...

Алексей Кузнецов
......

      Это наша с тобой биография...

Ольга Бешенковская
(1947 – 2006)

(К ГОДОВЩИНЕ АВГУСТОВСКОГО ПУТЧА)

...Вряд ли я забуду когда-нибудь этот взорвавшийся холостой, если так можно выразиться, но тогда-то показалось - всамделишной, всё разрушившей бомбой день: 19 августа 1991-го года...
Густое, как повидло, тёмное небо не предвещало грозы, спали с распахнутыми навстречу теплу и свободе окнами, в скептической душе тоже уже приоткрылась фрамуга: веял свежий европейский сквозняк... И даже новенький, только что полученный выездной паспорт - завтра надо было выкупить заказанный на Лондон билет, предстояла поездка по приглашению радиостанции „ Би-би-си“, - уже реально, хотя ещё непривычно торжественно возлежал на письменном столе, сверкая позолотой с багрянца...
Накануне мы поздно, с последней электричкой, вернулись из загорода, с Финского залива, и блокнотик с написанными там, между морем и небом, стихами торчал возле рюкзака из спортивной тапочки... Разбирать вещи не было сил: утро вечера мудренее...
...Вскочила с недоумением по требовательному взвизгу будильника (вроде бы не заводила, ещё отпуск...), но это оказался настойчивый звонок в дверь. На пороге (было примерно половина седьмого) белела соседка в ночной рубашке:
- Спишь, а в стране уже другое правительство ! Теперь и тебя посадят...
(Она недавно вернулась домой из мест не столь отдалённых, правда попала туда не по политическим, а по гастрономическим причинам...) - Ну что стоишь, давай включай радио!..
Что прозвучало раньше - увертюра из балета „Лебединое озеро“ (помните: как похороны или скандал в ЦК - так на всех телеэкранах страны трепещут почему-то маленькие лебеди, знал бы Чайковский, каким жирным и глупым гусакам они достанутся...), так вот, что раньше - воспринимающаяся уже как правительственная музыка или приказ командующего ленинградским военным округом (может быть, всё-таки, боюсь соврать) только что созданным чрезвычайным комитетом, но главное - приказ всему населению города срочно сдать радиоприёмники и пишущие машинки (как бы ни так, этого вы у нас никогда не отнимите...), словом, что раньше - не знаю, всё это слилось в единый и, увы, тогда ещё не забытый бред. Также, как и всё остальное, что произносилось и повторялось (и повторялось, и повторялось...), убеждая нас, что предыдущий этап нашей истории (как и всегда ) был ошибочным...
Форточка закрылась. Душа съёжилась. Губы сжались.
Вытащила из постели недоумевающего сына, сунула под душ - и под радио:
Запоминай... Навсегда! Возможно, тебе придётся жить при фашизме...
Что же делать?
Лондон, понятно, отменяется, раз уже и до машинок добрались...Хотя..
Если сейчас же - за билетом, может, и проскочу, может, ещё и не успели блокировать кассы... Они ведь ничего не умеют делать, четко, продуманно, и в этом всегда было пусть маленькое, невзрачное, но всё-таки простое человеческое счастье уцелевших даже в 37-м деятелей культуры... Другое дело, что билет всё равно один, а нас - трое... Да и не убегать же как заяц в решительную минуту... Наоборот. Если они снова - значит, надо снова и нам...
(В данном случае „нам“ - это вышедшим несколько лет назад из подполья ленинбургским, по моему тогдашнему выражению, писателям.)
Глотнула обжигающего гортань и отрезвляющего мозг гуталинового цвета кофе, по ещё как бы не видящим от внутренней боли глазам царапнул угол блокнотика, торчащего из-под шнуровки...
Машинально перелистала, и вдруг - поняла: это именно то, что нужно!
Наверное, наши стихи вообще мудрее и зорче нас, их авторов... В этом, написанном накануне цикле, уже ощущалось, безо всяких на то причин, хриплое дыхание приближающейся трагедии... Так, как будто о готовящемся перевороте, сообщили не Горбачеву, а мне лично...
Действовать надо было молниеносно, пока ещё ходил транспорт. Муж помчался с моим паспортом в кассы Аэрофлота, (кстати, отходя от окошка с уже и не чаянным голубым прямоугольником, услышал по местному громкоговорителю, что продажа авиабилетов на все внешние авиалинии прекращается до особого распоряжения, - окошко захлопнулось...) А я в это время стояла в притихшем - как будто в пустом (люди тягостно молчали, боясь проронить лишнее слово) троллейбусе, медленно, - казалось - так медленно продвигавшемся к Литейному проспекту.... Я ехала в Дом писателя, расположенный, по иронии судьбы, как раз напротив серого, монументального здания ленинградского КГБ. ..
Надо сказать, что до недавнего времени в этом изящном барочном доме, бывшем особняке графа Шереметьева, делать мне и другим находившимся в оппозиции к соцреализму литераторам было абсолютно нечего. Здесь, в Белом зале с мраморными колоннами, нисколько не стыдясь очаровательных ангелочков, звучала продукция писательского цеха с отточенными рифмами типа „завод -зовёт“ и „колхоз - возрос“, за тяжелыми, обитыми глухой кожей дверьми копошились парт - проф - и прочие, так необходимые литературе бюро, а внизу, в ресторации, авторы поили до поросячьего визга своих будущих рецензентов...( Такой род „свободы“ всегда дозволялся, и даже поощрялся, как необходимая народным писателям привилегия...)
Но уже больше года в одном из закутков этого, в кавычках, разумеется, „дворянского гнезда“, располагалась независимая газета „Литератор“, арендовавшая у товарищей советских писателей помещение и терроризирующая их же новыми, вернее, старыми, но вышедшими из сам-и-тамиздата именами и мыслями... Мы тесно сотрудничали.
В этот день мои торопливые шаги по деревянной винтовой лестнице отдавались глухо, как в пустом орехе. Еще не зная, чем всё это обернётся, служащие (служащие писатели...) на всякий случай под разными предлогами не пришли на работу, выжидающе отсиживались по домам...
Редактор газеты нервно курил, положив руку на телефонную трубку, как будто пытался прощупать пульс ситуации... Его личная независимость оказалась весьма хрупкой...
Вылез из своей конуры, наверное, и ночевавший в этой крошечной фотолаборатории, Серёжа Подгорков. Писательские портреты его работы всегда отличались честностью, жёсткостью, трагичностью, являясь не „пятнами“ в тексте, а тоже содержанием газеты. Поздоровались, глядя понимающе друг в друга, и - вдруг:
- Стой, пожалуйста, вот так, сейчас , я только перезаряжусь, ты не представляешь, какие у тебя сейчас глаза...
(Сейчас его выставка из тех лет, которую он мне подарил, экспонируется по всей Германии: Штутгарт, Берлин, Дрезден... И тот портрет, где я выгляжу лет на десять старше себя сегодняшней, мне дороже других... В искусстве нет места кокетству.)
А тогда, спустя несколько щелчков серёгиной камеры, придавая этому слову уже совсем другое, зарешеченное значение, вывела редактора из его летаргического напряжения:
- Ну что ж – говорю, - после того, что понаписали - понапечатали, терять ведь уже всё равно нечего: давайте хоть закроемся с честью, а не по распоряжению Комитета... Вот стихи в экстренный номер...
Он еще не решился, сидел, обхватив начавшую седеть (не сегодня ли?..) голову, но тут кто-то принёс текст Обращения к ленинградцам, призывающего не подчиняться путчистам и уже подписанного одним из авторитетных авторов газеты писателем Михаилом Чулаки. Моя подпись стала второй. По телефону собрали ещё около десяти.
Забегая вперёд, скажу, что уже несколько раз передавала из Германии по факсу свой голос за секретаря Союза писателей Санкт-Петербурга Михаила Михайловича Чулаки. Он и сейчас, к моей радости, возглавляет писательскую организацию города.
Словом, быстро созвонились с маленькой загородной типографией и взялись за макет...
К вечеру на подступах к „колыбели революции“ уже громоздились баррикады...
Из Вырицы, с дачи, с трудом найдя где-то на обочине действующую телефонную будку, звонила мужественная, но, очевидно, потерявшая голову подруга:
- Срочно сообщи Собчаку: на Ленинград движутся танки... Вот здесь, прямо перед моими глазами... Могу подсчитать количество...
У меня не было, разумеется, никакой связи с мэрией, потому что я - поэт, и только поэт (что, согласитесь, немало, особенно в тогдашней России), и я понимала, что Анатолий Александрович осведомлён о дислокации войск не хуже, чем мы с ней...
Ещё один звонок : друг детства, тонкий, хрупкий, мухи за всю жизнь не обидел, черепаху за пазухой таскал, в армии по здоровью не служил, длинные музыкальные пальцы, поэтическое дарование, наследованное по касательной: племянчатый внук Марины Цветаевой...
- Это я, здравствуй! Звоню с баррикад. Да, возле мэрии.... Если со мной что случится, возьми стихи. Ключ у мамы. Скажи ей: я должен был... Ну всё, сейчас будут давать оружие... На всякий случай, - прощай!..
...И когда через неделю я сидела в прокуренном русском зале радиостанции „Би-би-си“, посреди чопорной великобританской столицы, и все мониторы показывали ещё ошарашенную, ещё не пришедшую в себя Россию, а многоопытные политологи-советологи, попыхивая трубками, обсуждали путч как заведомый фарс, спектакль для публики, эти лондонские дым и туман резали мне, честно признаться, глаза...
Да, конечно, надо признать, что многое издалека, с безопасного наблюдательного пункта видится трезвей и ясней ( вот и мы теперь, сидя в Германии, не прочь порассужать о путях России...), но, господа, единственные жизни нескольких - с большой буквы - Граждан, среди которых мог оказаться и мой друг, - не фарс... И пусть вновь утвердившееся или новое, взобравшееся на танк правительство, превратило московские похороны юношей - идеалистов в пропагандистский театр, слёзы их матерей не были бижутерией, а гробы - бутафорией. Материнские сердца не зарубцуются никогда, как и наша живая память...
Надо сказать, что, несмотря на быстрый выдох, и вообще на не слишком серьёзное отношение к происходившему, за границей в эти дни оставляли всех желающих там остаться, и даже в Англии. Но надо ли говорить о том, что для меня об этом не могло быть и речи...
Но зато, когда через пару месяцев, уже дома, в Ленинграде, было получено разрешение на переезд в Германию всей семьёй, сомнений не оставалось никаких... Ибо жить в ожидании нового переворота, отпускать сына в такую армию, услышать ещё раз ( и вдруг - навсегда...) приказ о сдаче всей множительной техники и даже затрапезных машинок, - для этого нужно было иметь твёрдую уверенность в ещё одной, следующей жизни...
...Разные бывают семейные альбомы... Чаще всего, по их страницам ползают пузатые малыши, морщинятся ласково бабушки и дедушки, надпись „первый раз в первый класс“ сменяется фотографией праздничной церемонии в ЗАГС, словом, от белого школьного передничка - к белому невестиному платью, и далее, как говорится, до „белых тапочек“...
Но случаются в личных альбомах жителей нашей многострадальной Родины и такие листы, которые имеют отношение ко всей нашей семье, именуемой, извините за простительный в данном случае пафос, - „народ“...
Так останутся навсегда у нас дома под картонным переплётом экстренный выпуск газеты „Литератор“, те стихи, тот портрет, и ещё - эти трагические снимки, запечатлевшие митинг против путчистов на Дворцовой площади.

      

      20 августа 1991г.   
      Дворцовая площадь. Ленинград

      Ольга Бешенковская

Стихи, написанные накануне Путча

***
А кто-то всё ещё рожает,
хоть всё в России дорожает,
всё, кроме жизни... Страшно жить.
Цена дыханию - копейка...
И счастлив более калека,
не уготованный служить...

Слепцу не выдадут винтовку,
хромой не выстрелит в литовку,
во всяком случае - пока...
Есть вещий знак в болезни сына:
не посягнет на армянина
его окрепшая рука...

Присяду тихо к изголовью:
Господь больной наполнил кровью
твои тропинки, чтобы мне
сквозь слезы радоваться втайне:
ты не палач в Афганистане,
ты не прислужник Сатане.

Ты не патрон в чужой обойме,
ты не обрубок в яме бойни,
и, сколько нам снегов и снов
прольется - примем без обиды.
Благословенны инвалиды
в стране, крестовой до основ.

Безумицы! С прощальной лаской
склоняться надо над коляской...
(Ох, наше русское авось...)
И, может быть, в трубе подзорной,
как Спас от гибели позорной,
Чернобыль светится насквозь...

***
У залива лежать терпеливо
или молча бродить вдоль залива, -
никаких тебе радиоволн,
не догонят газетные сплетни...
Этот август, быть может, последний...
Видишь лодку, а видится - чёлн.

Безмятежно насквозь голубое,
и, Бог знает, что будет с тобою:
может - голод, а может - тюрьма...
Но купается ветер в рубахе -
забывается о Карабахе
и о том, что еврейка сама.

Только тем-то и счастливо детство
было, что подносило в наследство
столько неба - до края земли:
совестливые луковки эти,
и восточную сказку мечети,
и готических стрел журавли...

Не грешила походкой монаршей,
становилась печальней и старше,
постигая российский курьёз.
И своя проступала порода...
Да, тюрьма для любого народа,
но - свеченье вечерних берез...

Врачевала мне родина душу,
искалечив судьбу. И не трушу
перед новым порядком вещей.
Но артерии с кровью - границы...
Как бы, Господи, нам не напиться
из кровавых народных борщей...

Ишь ты, Ванга, Кассандра, Сивилла,
и саму-то подымут на вилы
взбунтовавшейся пьяной толпой.
Даже выше согласия нету:
тот - Христу, а другой - Магомету
сотворил пьедестал голубой.

Но шуршит золотая дорога
по воде до единого Бога,
до безумной реальности той,
где скользишь - и не тонешь - по влаге,
все равно что пером - по бумаге,
вот и чайка висит запятой...
Но кусты, оголяясь как панки,
шепчут в рифму: «А в Вильнюсе танки?
А в Тбилиси? - Гуляешь, забыв?..»
Нет, надолго у нас не забыться...
Август. Отпуск. Горластая птица
оккупирует Финский залив...
 

ДОМОДЕДОВО

(Izverg)
 50  Несмешное  2011-01-26  6  2512
Хотел заснять Дербентские обломки,
Купил билет, продав пол дома дедова.
Теперь моих обломков фотосъемки
Ведут в кровавом зале Домодедова.

Со мной лежат
Все те, кто "прилетел".
Обломки багажа,
Обломки тел.

А те, кто жив,
Сидят средь алых луж,
В себе похоронив
Обломки душ.

Дитя рукой
Свои сгребает внутренности,
Благодаря какой
Восточной мудрости?

Быть на Кавказе в поисках экзотики
Теперь не надо.
Ее оттуда местные мерзотники
Доставят на дом.
 

Цунами

(Ременюк Валерий)
 38  День России  2011-03-15  0  1252
…… С глубоким соболезнованием народу Японии
…….и предостережением нашему собственному


Вот так кайфуешь за стена’ми,
Мой дом-де это цитадель!
И вдруг - привет! – пришла цунами,
И, как щенка, тебя оттель.
Ты, мол, - За что? Кто покусился?!
Зачем, мол, жребий так жесток?
А это - чтоб не заносился,
Не забывал про свой шесток!

Загородив ущелья речек,
Загнав реакцию в трубу,
Ты думал, горе-человечек,
Что Бог вращаться на пупу
Теперь обязан пред тобою? -
Какая жалкая модель!
Накрылась медною трубою
Твоя былая цитадель…

Но, по секрету, между нами,
Тебе одно замечу я:
У всех у нас свои цунами,
Сиречь, у каждого своя.
Она не любит проявляться,
Как предсказуемый процесс.
Она, к примеру, может зваться
Саяно-Шушенскою ГЭС,

Лесною засухой-пожаром,
А то – пропавшей АПЛ*.
И не избыть ее «на шару»,
И всё, что было, не предел…
Цивилизация до хруста
Сложила кости домино.
Мы отдуплились: «пусто-пусто».
Плывет пустое кимоно…

………………..
* АПЛ – атомная подводная лодка.
 

Вместо фотографии

(Шустрая)
 66  Несмешное  2010-11-21  5  2418
Что внешность? Так порой она обманчива.
Я, как погода в мае - переменчива:
Поймаешь взгляд - подумаешь: «Заманчиво!..
В глаза посмотришь—«Боже, как застенчива…»

А кто сказал, что так, как надо -правильно?
И чьей рукой законы мира писаны?
Я - лёд и солнце. И кометой пламенной
Умчусь туда, где знают, что есть -истина...
 

СТАНЦИЯ ОКТЯБРЬСКАЯ

(Izverg)
 31  Несмешное  2011-04-12  2  780
Безбашенный шизик, больной мракобес,
Чей лоб подлежит трепанации,
Зачем то устроил кровавый замес
В столице спокойнейшей нации.

К такому привычны на ближнем востоке,
Где каждый второй - отморозок жестокий.
За что ж удостоился муки
Народ, не обидевший мухи?

Покуда земля порождает убогих,
Чьи цели, чем средства, важней,
Мы будем оплакивать руки и ноги
Разорванных в клочья людей.

В раздел "несмешное".
 

Creedence Clearwater Revival

(Джон Ник)
 12  Шутки о музыке  2011-06-17  3  1198

Возрождение источников чистой воды,
Как сладостен миг старого рок-н-ролла.
Бродячий оркестр восходящей луны.
Мелодий двух братьев чудесная школа!
      ***
С Джоном Мэри танцует сложные па,
Гордым взглядом на Тома смотря,
Вновь вокруг оркестра бушует толпа,
"Good rock'and'roll" кричат все не зря!
      ***
Этот ансамбль, упавший с небес,
Ностальгией старых времён.
Нам снится будто Элвис воскрес,
Крича исступлённо: - Come on!
      ***
Как сладостен миг забытых мелодий.
Как будто прерией скачет ковбой.
А стук поливов гитарных рапсодий,
Как звук родника с чистейшей водой!

ЗЫ:
Братьям Форгетти и их старому доброму рок-н-роллу,
в катренах использованы названия песен:
“Around the band”, “Bad Moon rising”, “Travelling band”,
“Proud Mary”, “It came out of the sky”
и собственное имя группы.
 

Волки.

(Хавер.)
 14  Шутки про волков  2011-05-30  0  1715
Мне шрамы оставила жизнь на боках,
И в гонке живу от весны до весны.
И многие ищут забаву в волках,
Но мы для другого, клянусь, рождены!!!

И боли гримасу улыбкой зовут,
Но мы улыбаемся только весной.
Мы знаем, за нами зимою придут
Охотники пьяные пёстрой гурьбой...

Врывается в тело тяжёлый свинец,
Мы лижем бока, на ходу подвывая,
И в гонке безумной матёрый самец
Чуть выше подпрыгнет, семью прикрывая...

Раскиданы ели, затёрты следы,
И добрая вьюга обрубит концы...
Детёнышей-самок прикроют самцы,
В наш лес забрались с АКМ подлецы!!

Но мы выживаем, ведь скоро весна,
И раны залижут подруги, скуля...
Мы выроем новые норы для сна,
Нам землю растопит родная весна!!!

Под яркой луной на пригорок взойду,
И лес затихает под старый мотив.
Все знают, я - волк, и когда-то приду,
И то,что мне надо, возьму, не спросив...

Мы волки, мы племя, нам тысячи лет...
Мы выжили, скажем "спасибо" клыкам,
И наши сородичи дышут нам в след,
Но это судьбою написано нам...

Посвящается Владимиру Высоцкому.
 

СКРИПАЧКА

(Камикадзе)
 40  Несмешное  2011-02-12  3  1245

Добрый вечер! Проходите, милая,
И располагайтесь по-соседски.
Слышите мотив? Его любила я…
Но играют, к слову, неважнецки!

Я не только помню всю теорию
И бемоль с диезом различаю, -
Я могла пойти в консерваторию!
Видно, не судьба… Хотите чаю?

Вам какой? Зелёный? Можно с сахаром?
Вот конфеты и безе на блюдце.
Сын? Сейчас в столице – парикмахером.
Там они «стилистами» зовутся.

Приезжал с невесткой. Внучка умница!
Вся в меня – на скрипку тоже ходит.
Сколько лет прошло… На нашей улице
Я и дочка дворника Володи

В музыкальной школе были лучшими.
Разошлись пути-дорожки рано…
Мы её с коллегой как-то слушали.
Был концерт по радио недавно…

А моя стихия – бухгалтерия.
Дебет-кредит… Но сейчас на пенсии.
Жаль, в талант мой мамочка не верила –
«Подсобила» с выбором профессии…

Ой, я заболтала Вас, наверное!
Вы и про пирожные забыли!
Что-то настроенье нынче скверное.
Снилось мне, как звуки скрипки плыли…
 

Ты нежность.. никогда не забывай ...

(ВладМих Польский)
 7  О любви  2011-07-04  1  1170
Ты нежность.. никогда не забывай!
Её не так уж много в этом мире!
ТЫ нежность... вспоминая... продолжай...
НЕ ЗАБЫВАЯ,помнить!.. Дырки в сыре
Нам не всегда о мышах говорят -
Вот так и НЕЖНОСТЬ - не для всех подряд!
И если БЫЛО.. НРАВИЛОСЬ... ЛЮБИЛОСЬ!
То я желаю - чтобы НЕ ЗАБЫЛОСЬ!
Чтоб вспоминалось... всюду и всегда...
И может .. быть еще не раз ты "ДА"
Кому-то нежному на ушко прошептав,
Вдруг вспомнишь... как же было вам ТОГДА...
И.. сделаешь не хуже!... Я ведь прав? :))
Ведь женщина... мужчину обучить
Всегда умеет.. если он готов
Её до самых кончиков любить.
НЕ ЗАБЫВАЙ!..
Хотя бы для... тостов! :))
 

Заяц - попрыгаяц

(Ременюк Валерий)
 22  Про зайцев  2011-04-25  3  2210

Я лежал себе и пил ноздрями ветер,
Запах мяты и дубового листа,
А меня сорвали суки на рассвете
Из-под теплого ивового куста.
Слышу топот и собачью перебранку.
Загоняют, будто я матерый зверь.
А у мня всего лишь маленькая ранка!
Дернул черт меня прикинуться подранком –
Не отвяжутся легавые теперь.

Задыхаясь, трепыхаясь,
Я бегу – я так привык.
Да, я заяц - попрыгаяц,
Я такой же, как и вы.

Только что-то мне сегодня не бежится -
Видно, дробь задела жилу в глубине.
Мне залечь бы, отлежаться, подлечиться,
Да близехонько легавые ко мне.
И, как только добрался я до опушки,
Выжигая из себя остатки сил,
Громыхнуло-полыхнуло, как из пушки,
Тут охотничек меня и уложил.

Он сплясал тогда подобие канкана
И шагнул ко мне, как будто это плац,
Только я упал у волчьего капкана,
Подошел ко мне охотник, ну и - «Клац!»
Много слов известно матушке-России,
Но таких еще не слышал этот лес!
Долго бился он, пока не обессилел,
Но не смог освободиться от желез.

Он затих и, видно, с чем-то согласился.
И лежим мы, словно голуби, вдвоем,
И в зрачке его зрачок мой отразился,
А его зрачок, естественно, в моем.
Вот тепла уже во мне осталось мало.
Но, пока еще меня не скрыла мгла,
По открывшемуся тонкому каналу
Вся душа моя в него перетекла…

Задыхаясь, трепыхаясь,
Я бегу – я так привык.
Да, я заяц - попрыгаяц,
Я такой же, как и вы.
 

О Николае Втором и известной дат ...

(Скучный Автор)
 0  Несмешное  2011-07-19  0  655
Снова – Власть, отщепенцами, словно,
в миражах иллюзорность храня,
создаёт среди грёз..., неуёмно,
заблуждения вчерашнего дня,
эту дату возвысить пытаясь...
Что там, прошлое? Кто б его знал?
Заставляя, аж каяться, маясь,
весь российский Народ – маргинал...-
Расстрелял, кто Царя..., и по праву,
уничтожив Отечества мразь,
как ответом буржуйскому нраву -
во чужую судьбину – не влазь!
Кто, Герои, убившие зверя? -
Только им должен памятник быть!
Для России, едва ли потеря,
кровопийца...- За что ж его чтить?
Не стреляет в Народ, без приказа,
солдафонов обученный строй...-
Знать, Царю, сей процесс – для экстаза -
созерцанием, словно игрой...
Из Дворца, столь широким обзором,
к развлечению царской четы,
убивать свой Народ, не позором,
в воплощении вечной мечты!
Гляньте, царские детки, на лужи,
что кровавой коростой застыв,
вам веселье являют, средь стужи,
Января..., где, народный надрыв,
встречен был божьей милостью, вроде...-
градом пуль...- Иль не знал Государь?
Иль дозволена властной породе -
вседозволенность, коли он – Царь?
Гляньте, царские детки, направо...-
Вашей ровне – не велено жить -
рук отрубленных шлейф – не расправа,
а порядок, который вершить
вам придётся, когда-то..., как ныне...
Что, Народ? - Он же – вечный Плебей!
Потому-то – судьба – по судьбине...-
Так калечь, убивай его, бей!
Гляньте, царские детки, налево...-
Там, без тела, лежит голова...,
вот – ещё... и ещё..., как посева -
череда их...- В веселье, молва,
всё ж, чаи распивать – наслаждение...,
за окном, коль убийство идёт...
Но Кровавое то Воскресенье
и к Царю, чрез Народ, всё ж придёт!
Почему же нельзя расквитаться
и с Царём, как в отместку потех? -
Справедливость должна наслаждаться
и, порой, убивать, ей, не грех!
Всю чету эту царскую, смело,
порубать бы на части, клинком...,
а кто выжил – добить, столь умело,
большевистски-народным штыком!
Расстреляли Царя – и по Праву -
очевиден свершений итог,
за кровавую эту расправу,
жертв невинных, где скорбь, как пролог -
воплотилась в Ипатьевском Доме -
тем же градом из пуль, на убой,
к наслаждению, в народной истоме,
раз хотя б отомстить, но судьбой -
чуждой власти, столь мерзкой, порою...,
что, по сути, во вред и в веках
издевается, гадкой игрою...,
вряд ли чувствуя собственный крах! -
По делам... Ну, а кто же Герои,
что убили Царя, под шумок? -
Слава им! Иль они – уж изгои? -
На чужой ли роток, да платок?!
Заставляй же нас, Власть, но бесцельно,
верить чуждой Истории, вновь...
Но об этом, Читатель, отдельно...-
Повылазила, будто бы, «новь»,
с этой темой абстрактно-нескромной...-
У Истории, тоже ведь, срок,
средь политики, часто никчёмной,
выступает, под именем, рок...
Оттого-то – дилеммы мышлений -
средь проблем, что гораздо важней...,
но акценты, от властных велений,
бесполезно тревожат людей...,
в пустоту из затей загоняя,
не имея конкретных идей,
восполняют, маразм создавая,
будто новостью... из новостей...
 

Хорошие спевки звука тишины - 2

(Джон Ник)
 11  Шутки про лес  2011-05-23  2  1122
Как бы в продолжение темы
Жми сюда
но с грустинкой:

Вернулся весной я в проснувшийся лес,
Что стал изумрудным под синью небес,
С надеждой услышать в лесной тишине
Хорала кантату о райской весне…

И дуб вдруг запел оглушительным басом,
Раскатами грома подобно фугасу,
В тон к басу звенели волшебные трели,
То россыпью альта куражились ели,
Напомнил вмиг дубу, что он баритон,
Мощнейшей октавой разлапистый клён,
Как будто в них видя могучих мужчин,
Сопрано втори́ла капелла осин,
Очнувшись от зимнего холода грёз,
Контральто подпела семейка берёз,
Но спит, не проснулся, молоденький граб,
В ветвях без листочков не слышится храп,
Застыл он в объятьях холодного тлена
И к звукам тиши́ я прибавил свой тенор,
Допели мы с грустью в лесной тишине
Хоралом кантату о райской весне…


Так хор тишины мне в преддверии лета
Возможность побы́ть дал наивным поэтом!
 

Не потому, что... А, исключитель ...

(ВладМих Польский)
 4  О любви  2011-07-05  0  780

Мне жалко эмоций, до боли в груди...
Мне хочется сделать всё для тебя...
Хочу всегда слышать: " НЕ УХОДИ!"
Не потому, что... А, исключительно, ДЛЯ!

Вокруг миллионы... миллиарды людей...
Хаос, сумбур, беспредел бытия...
Ты стала когда-то безгранично моей,
Не потому, что... А, исключительно, ДЛЯ!

И пусть все вокруг хоть посходят с ума,
Пусть кажется - если не так, то петля!
Мы живём друг для друга, ты знаешь сама -
Не потому, что... А, исключительно, ДЛЯ!

***
Улыбнись! Не спеши жить!
Проснись... Открой глаза!
Голосуй за то, что бы нам БЫТЬ!
Голосуй, несмотря ни на что, "ЗА"!...

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер