ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Новости России и зарубежья: самое посещаемое: стр. 2

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Мировые новости: самое посещаемое: Стр. 2  Оцен.   Раздел   Дата   Рец.    Посет. 
 

Креативный класс России и его фи ...

(Моголь)
 2  Мировые новости  2014-03-03  11  905
Честно говоря, друзья мои, я не ожидал такого живого интереса к философии у поэтов. Казалось бы, зачем поэтам философия? Ан нет, как оказалось очень даже нужна. Ну, что ж, по многочисленным просьбам читателей публикую вторую часть этой поистине революционной философии. Приятного прочтения.
......
    10.В условиях современных городов человеку трудно избежать столкновений с чужими несчастиями. Притом сопереживание иным картинам и лицам бывает болезненным и нежелательным. Защитные реакции организма при избыточности информации снижают внимание человека, повышая его избирательность, и понижают впечатлительность человека. Человек становится более механистичным и зависимым от своего мышления. Однако, не смотря эти признаки черствости, человек не может не реагировать на акты агрессии в отношении себя. Причем ответная агрессия, как правило, превышает исходную. Чтобы предотвратить нарастание степени агрессии существует необходимость ограничить силу возмездия. В иудаизме, например, наряду с табу «не убий» и «не укради» введено в закон правило «зуб за зуб». Однако этот закон не только не способен остановить эскалацию мести, но, напротив, обязывает мстить, порой сводя на нет прочие запреты. Ведь чужая боль обычно менее ощутима, чем собственная.
      В христианстве, основанном на идеи любви, предполагается, что чужая боль равна собственной и принцип справедливого возмездия теряет смысл. Христианство предлагает иной путь. «Подставив другую щеку» христианин ставит обидчика перед выбором между осознанием греха и его развитием. Подразумевается, что прогрессия зла в душе человека неминуемо приведет его в ад. Как видим, воздаяние за повторный удар вовсе не отменяется, а, напротив, усиливается, причем с помощью разума самого агрессора.
      Однако такая надежда на высшие силы присуща истинно верующим. Но и они, как мы видим, ведут речь о «щеке», но не о «зубе». Вероятно, существует понимание, что отложенное наказание позволяет злу развиваться и множиться. И в этом случае непротивление злу насилием опасно для общества. Вдобавок, умеренные верующие, каковых большинство, вовсе не уверены, что возмездие преступнику последует. Поэтому правило «второй щеки» ввиду его противоречивости и невыполнимости в христианской среде зачастую приводит к обратному результату, предполагая покончить со злом немедленно и самым радикальным образом. Между прочим, в библии ничего не сказано о действиях христианина после удара по другой щеке.
      Таким образом, для сохранения идеалов христианства общество должно опираться на сильное государство, способное пресекать преступность. То есть, государство должно взять на себя роль высшего суда, «положа душу за ближнего своего». Именно поэтому государство, где распространено христианство, обязано быть сильным, и поддерживаться населением.
    11. Принципы красоты как будто предполагают существование загробной жизни. То есть, преодоление смерти путем воскрешения. Однако вообразить место для души в космическом океане энергии довольно затруднительно. Да и каков смысл вечной жизни души, пребывающей отдельно от тела и всего земного. Скорее уж прав Ошо и другие философы, считающие, что после смерти тела душа, будучи частью Вселенской энергии, остается растворенной в пространстве. Однако смириться с этим наш разум почему-то не желает. Хочется верить, что Христос искупил первородный грех человека и тем открыл путь к бессмертию души.
      Но что такое первородный грех? Это грех познания. Без этого познания человек был бессмертен, поскольку попросту не знал, что такое смерть. То есть, Творец (в нашем случае Мировой разум, или Вселенская Энергия) оставил на произвол судьбы человека, обремененного интеллектом. И вот, Христос, он же Логос, открыл человеку мыслящему путь попрания смерти и возвращения к Богу. То есть, Христом было доказано, что интеллект, при определенном усилии, из препятствия может стать источником бессмертия. А ведь мы наблюдаем это ежедневно. Душа поэта продолжает жить в его произведениях, личность композитора остается в его музыке. И наш разум воспринимает нетленные энергии творцов, приходящие к нам сквозь время. Таким образом, творчество является единственным способом преодоления смерти. Однако как же быть с раем и адом? Где их место во вселенной? Конечно, мы не найдем их среди звезд. Да и какие райские сады обрадуют душу без плоти? И какие жаровни доставят боль человеку, лишенному физического тела? Конечно, место райских кущ и гиены огненной находится в самом человеке при его физической жизни.

      12. ИНТЕЛЛЕКТ И ПАДШИЙ АНГЕЛ

    Наше утверждение, что принцип дополнительности необходим для преодоления небытия, приводит к мысли о том, что разум человека призван актуализировать самого Бога. И действительно, что Бог без человека? Кто о нем знает? Зато с появлением человека есть объект и есть субъект. Притом с человеком не соскучишься. Человек мыслящий постоянно стремится проявлять свою волю и не прочь поставить себя вровень с самим Богом. С точки зрения теологии такое поведение человека наказуемо. Но мы считаем, что Бог, не способен строить козни. В худшем случае Бог, как говорят, «отворачивается от человека» или, что то же, «лишает его разума».
    Кознями по нашим сведениям занимается дьявол. Но тогда, быть может, дьявол – есть изобретение Бога. Такое мнение не раз высказывалось. И в самом деле, должен же кто-то заниматься мутациями и уничтожать нежизнеспособное в природе. Но дьявол – это абсолютное зло. И значит, Бог не мог его сотворить. А он и не творил.
    Из Библии известно, что дьявол – это Падший Ангел. То есть, дьявол был сотворен как ангел, безгрешная душа, но возжелав освободиться от Бога и самому стать Богом, он приобрел свойства антипода Бога. Таким образом, дьявол – это, прежде всего, свойства, и только потом их воплощение.
    Кстати, с воплощением у дьявола проблемы. Дело в том, что являясь полным антиподом Бога, который вечен, вездесущ и всемогущ, дьявол «ничто, которое ничтожит». Он духовный паразит. И как всякий паразит, он может уничтожить лишь то, на чем паразитирует. Но уничтожив своего носителя, он уничтожает себя. Поэтому, как и всякому паразиту, ему необходимо тиражировать себя, распространяя свое семя на другие объекты. А коль скоро, дьявол духовный паразит, то такими объектами являются живые организмы, или их разум. Таким образом, природа духовного паразита идентична природе вируса. И дьявол, не что иное, как духовный вирус.
    Между прочим, о дьяволе и его воплощениях человечеству многое известно. Однако как-то так получается, что говорить о нем всерьез современная наука отказывается. Создается впечатление, будто духовный вирус – это досужие выдумки и сказки, пригодные лишь для художественных произведений. А ведь в средние века существовала целая наука «Демонология». Напомним, что она говорит о Дьяволе:
      1. Дьявол скрывает свое существование и стремится доказать, что не существует.
      2. Он – ничто, которое ничтожит.
      3. Он – лжец и отец лжи.
      4. Он – извращенец и инициатор извращений.
      5. Он - хулитель и насмешник.
      6. Он – противник Бога и стремится к власти, чтобы быть вместо Бога.
      7. Он – поборник тьмы и хаоса.
      8. Он – враг человеку, стремится вовлечь человека в порочный круг воронки небытия.
      9. Он – плод страха и ненависти.
      10 Он – путаник.
      11. Его образ – змея, глотающая свой хвост.
    Из этого следуют достаточно внятные признаки духовного вируса. Но ученые предпочитают другую науку, «психологию», где знаниям о «враге рода человеческого» места не нашлось. В результате нравственная чистота перестала быть залогом душевного здоровья, и люди не знают истинных причин своих психических отклонений. Зато они легко становятся жертвой одержимых, лжепророков, сектантов и сомнительных вероучений.
    Кстати, психология, как и всякая наука, развивается по законам диалектики. То есть, условием развития науки является единство и борьба противоположностей (мнений), отрицание отрицания (знаний), развитие от простого к сложному (накопление хаоса), и движение по спирали. Но, если присмотреться и сравнить эти законы развития с приведенными признаками дьявола, то мы тут находим много общего. Во всяком случае, накопление знаний в современной науке все больше напоминает хаос.
    Впрочем, о настоящем хаосе нам мало что известно. В библии он идентичен небытию, которое преодолевается усилиями Высшего Разума. Возможно, в природе хаос существует в виде «темной материи». Однако можно предположить, что хаос - это среда взаимоисключений, где всякая точка, если она возможна, является и центром, и периферией Вселенной одновременно. Не правда ли, это несколько напоминает идеалы постмодернизма с его либеральным пространством и плюрализмом мнений.
      С учетом роли Падшего Ангела в развитии науки библейский плод познания и впрямь выглядит подозрительно. Кстати, Падший Ангел явился к Адаму в виде Змея Искусителя. О змеях нам известно, что они существа приземленные, глухи, имеют раздвоенный язык, которым исследуют внешнюю среду, голова и хвост их являются противоположностями, они холодны и скользки, способны сворачиваться в спираль, а их скелет представляет собой цепочку позвонков, напоминая логику. И главное, они вызывают страх, поскольку их укус ядовит.
      Однако, как такая тварь попала в рай? А вот как. Бог запретил Адаму есть яблоки с древа познания под страхом смерти. Очевидно, этот страх и актуализировал опасную рептилию. Между тем, известно, об участии Евы в грехопадении Адама. Без нее Адам, возможно, не поддался б соблазну. Вероятно, наибольший страх испытывала Ева. Но если, это только догадка, то совершенно очевидно, что Ева любила Бога. Ведь основным аргументом Евы в соблазнении Адама, было ее желание видеть Адама таким, как Бог.
    Как видим, без любви здесь не обошлось. Любовь становится источником страха, который заставляет усомниться. И это становится отправной точкой в развитии мышления.
    Однако обратим внимание на тот факт, что древо познания произрастало в раю у Бога. И это не удивительно. Ведь сама гармония основана на взаимосвязях и законах природы. А они предполагают логику. Но тогда, быть может человек, будучи частью природы, способен осознать эту логику, и через то прийти к своему Духовному Отцу. Пожалуй, такое сознательное возвращение Блудного Сына намного ценнее, чем безвольное подчинение своему Отцу. Однако, что-то здорово мешает человеку отыскать нужную дорогу. А не мешает ли ему тот самый Змей Искуситель в форме мышления? Давайте посмотрим на историю мышления человечества, взяв в пример его лучших умы, умы философов.

      
      13. ЭКСКУРС В ЦАРСТВО МЫСЛИ
      (извлечения из лекций современных философов)

Милецкая школа
   Наиболее яркий пример развития философской мысли нам предоставляет история западной философии.
    Как известно, античная философия началось с досократиков. И уже они представляли космос, как некую оппозицию понятию хаоса, равносильному пустоте и граничащему с ничто.
      Один из семи мудрецов античности, Фалес, учил, что сущность мира составляет вода. Это достаточно близко современным представлениям. Ведь в основе зримого мира, действительно, лежат простейшие атомы водорода, а кислород, и вода являются необходимым условием жизни на Земле.
      Правда, дальнейшее развитие мысли Фалеса привело его к догадке, будто и Земля плавает в воде. Но тут ему возразил другой представитель милетской школы, Анаксимандр, который считал, что Земля ни на чем не держится, а парит в пространстве.
      Удивительное прозрение. Причем, заметьте, никаких особых приборов Анаксимандру не потребовалось. Как видно, эта истина доступно человеческому разуму.
    Впрочем, следуя путями логики, Анаксимандр воображал Землю в форме колонны или рулона. Зато он открыл существование апейрона, представляющего собой нечто непознаваемое, бесконечное и вечное, откуда все появляется и куда все исчезает.
      Не правда ли похоже на физический вакуум, который пытается изучать современная физика? То есть, это то, что мы называем энергией, или эфиром.
      В чем-то прав и следующий поборник критического рационализма Анаксимен, говоривший об архе в субстанции воздуха, которое в определенном ритме разряжается и сгущается. Что вполне соответствует нашим представлениям о природе атомов и космическом газе.

Гераклит
      Но дальше всех пошел Гераклит из Эфеса. Он открыл, что в природе «все течет и изменяется», и потому «в одну реку нельзя войти дважды». А еще Гераклит считал, что первоматерией в космосе является огонь. Но это не простой огонь. Огонь, который имел виду Гераклит, скорее представляет собой энергию.
      Космос, утверждал Гераклит, не создан никем из богов. Он «мерами вспыхивает и мерами угасает».
      Не об этом ли говорит нам современная наука, имея в виду коллапсирование Вселенной.
      Что же касается знаменитого своими штанами Пифагора, то сам он и представители его школы открыли человечеству, что принцип сущности вещей лежит в числе.
      Оспорить это не возьмется ни один из нынешних ученых. Кстати, Пифагорейцы догадались и о том, что Земля круглая, поскольку наиболее совершенная формой в природе является шар.
      А Филалай даже прозрил орбиты планет и гестию. Под гестией разумелась точка во вселенной, вокруг которой вращается все.
    В современном понимании это то самое образование в галактике, которое называют «черной дырой», и о которой только недавно стало кое-что известно. Причем очень мало.
    Как видим, разуму первых философов были доступны те представления о мироздании, к которым человечество в наше время только подступается.
      Однако мышление уже начинает давать философам знать о себе.
      Тот же гениальный Гераклит начинает эксплуатировать идею Логоса. Под Логосом он разумеет нечто, вроде слова, отвечающего за причинно-следственные связи. Гераклит приравнивает Логос по мощи к Богу. Иначе говоря, Гераклит говорит о возможностях мышления. И как следствие этого, он открывает диалектику с ее «отрицанием отрицания» и развитием «от простого к сложному». Будто демонстрируя скрытую сущность диалектики, он доказывает, например, что верх и низ – одно и то же, а между живым и мертвым нет разницы. Гераклит открывает закон, который станет в дальнейшем основой диалектического мировоззрения: закон единства и борьбы противоположностей. Понимая его как «гармонию лука и лиры», он помещает этот закон в основу мира и объявляет причиной всех движений. Однако тема единства Гераклита интересовала не так сильно, как борьба. И потому логика ему подсказывает в качестве лучшего образца мироустройства войну. В войне Гераклиту мерещится причина прогресса.
    Как видим, рожки Падшего Ангела в выводах Гераклита уже достаточно заметны.
    Довольно простоты оказалось и на Пифагорейцев. Логика преклонения перед фетишем математики привела их мистицизму. Магия числа, как им казалось, давала в их руки инструмент Бога, хотя на самом деле подменяла Бога манипуляциями с цифрами. Кстати, в их руках оказалось интересное открытие «несоизмеримости величины сторон квадрата и его катетов». Объяснить такой феномен философы не смогли и потому засекретили знание, позволяющее нам говорить о принципе дополнительности.

Элейская школа      
      Показав возможности логики Гераклит проложил дорогу представителям элейской школы. В их числе были Ксенофон, Парменид и Зенон. Эти мыслители, действуя в лучших традициях отрицания отрицания прежде всего напали на самого «Темного философа», как называли Гераклита. Они прекрасно понимали, что в одну реку можно войти сотни раз и догадывались, что Гераклит доказывал обратное благодаря хитроумному трюку мышления. Но чтобы развеять заблуждение в пользу трезвого взгляда на вещи, им пришлось прибегнуть к еще более сомнительному утверждению, будто существует только бытие, поскольку лишь оно может быть предметом мысли. А в виду того, что небытие не может быть таким предметом, то его и не существует.
    То есть, стараниями критиков Гераклита мышление, по сути, становится главным источником бытия. Например, убитому комару, который по всем признакам уже не существует, нельзя отказать в бытии, если мышление соизволит о нем помыслить. Зато, бытие того, на что не направлено мышление в краткий миг внимания человека, вообще теряет возможность существования, даже в форме небытия.
    Доказать такое было непросто. Однако элейские философы в этом настолько преуспели, что спустя многие века, знаменитый Гегель проникся их выкладками, заявив, что мышление и объект мышления – в сущности одно и то же.
    Вы понимаете, о чем идет речь? Мышление, которое есть какой-то неуловимый аппендикс разума, по сути вирус, практически ничто, и противостоящий ему объект мышления, допустим гора Казбек, объявляется мышлением одним и тем же. Ведь объект обозначается мыслью, увещевали представители элейской школы, и выражается словами, а значит, как раз мышление обладает творческой силой, способной делать объект очевидным. И заметьте, речь не идет о сопереживании объекта субъектом. Все наоборот. Бытие объекта обеспечивает субъект. Нет мышления – нет объекта, и вообще ничего нет. Бога и Разума без мышления, конечно тоже нет. Вот так.
    Еще большие возможности мышления в производстве ложных представлений демонстрирует Зенон. В одной из своих знаменитых апорий он доказывается, что Ахиллес не способен догнать черепаху, поскольку, когда Ахиллес достигнет точки, где находилась черепаха в момент начала их движения, черепаха успеет проползти какое-то расстояние до другой точки. А когда ее соперник добежит до этой другой точки, черепаха опять проползет отрезок пути. Таким образом, Ахиллес будет бесконечно приближаться к черепахе, но перегнать ее не сможет. Казалось бы, разумному человеку ничего не стоит опровергнуть такой бред. Ведь и дураку понятно, что Ахиллес в два счета обгонит черепаху. Однако с помощью логики сделать это оказалось не так просто. Хотя на самом деле успех одурачивания заключается в этих самых условных точках. Ведь Ахиллес может, минуя все точки, прибежать прямо в точку, где черепаха останется далеко позади. И ничто ему не мешает это сделать. Вот, и весь фокус.
    Впрочем, и в элейской школе были достаточно разумные прозрения. Например, Ксенофан подметил, что у каждого этноса свой Бог. И это, по его мнению, означает, что Бог не антропоморфный. То есть, ни на кого не похожий.
      Во времена язычества, где царило многобожие, такая идея представляется несколько странной. Ведь тут речь идет о едином Боге. И тогда, быть может, есть смысл вспомнить хронологию Фоменко, доказывающего, что труды античной философии писались в средние века. Тем не менее, прозрение Ксенофана могло бы послужить основой для более внятного представления о Боге. Но на самом деле сарказм Ксенофана привел к тому, что для многих образ бога оказался еще более размытым, невнятным, непредставимым, а для кого-то чуждым и даже сомнительным.

Эмпедокл
    И вот уже Эмпедокл пытается обойтись без Бога. Он вводит понятие четырех стихий, огонь, вода, воздух и земля, наличие которых в природе совершенно очевидно. И призвав в помощь диалектику Гераклита, говорит, что управляется все это хозяйство двумя идеальными началами Любовью и Враждой. Любовь все объединяет, а ее антипод, Ненависть, все разрушает и превращает в хаос.
      Казалось бы, очень удачное открытие. Отсюда недалеко до истинного понимания природы Вселенной. Но вместо этого шага логика подсказывает Эмпедоклу совершенно глупый ход мысли. Он приходит к выводу, будто эволюция живого в природе прошла через этап создания отдельных органов, когда по земле бродили головы, не знавшие затылков, и ползали очи, лишенные лбов. Эти части организмов хаотически соединялись, образуя умопомрачительных уродов и монстров. Природа стирала эти неудачные экземпляры. Но удачные выживали и тиражировались, давая жизнь современным организмам. В числе таковых оказался и человек.
      Таким образом, на одну каплю истины в соображениях Эмпедокла, пришлась изрядная порция очевидного абсурда, способного доказать, что автор идеи не в своем уме.

Анаксагор
    Ценой отказа от роли богов в жизнедеятельности Вселенной, мышлением был подпущен к истине и философ Анаксагор. Он, например, совершенно точно предвосхитил открытие астрономов будущего, где звезды на небе – это раскаленные глыбы камней, по сути планеты, а вовсе не боги, как считалось тогда в древней Греции. Кроме того он развил тему бесконечности, начатую Зеноном, заявив, что в мире нет ничего самого маленького, поскольку нет предела делимости. Но самым гениальным его прозрением были гомеомерии. Так он назвал мельчайшие частицы, семена, которые также бесконечно делимы, но из которых состоит весь материальный мир. По сути, он открыл природу атомов. «Все во всем, и все из всего» - учил он. А управляет и распоряжается гомеомериями по мнению Анаксагора нус. Нусом он называл Вселенский разум, который вездесущ, непостижим и содержится во всем.
      Вот и скажите, далек ли он был от современных представлений о мире? И на что способен человеческий разум, который будучи частью нуса, позволяет человеку делать подобные открытия без помощи приборов современной науки.
      Правда, мышление сыграло и с Анаксагором дурную шутку, пустив его по пути утверждения детерминизма. То есть, Анаксагор переоценил математические способности нуса, предположив во Всемирном разуме опору на фактор причинности, которая исключает случайность. Иными словами, Анаксагор не принял во внимание значение хаоса помноженного на бесконечность во вселенной, превращающий нус в Творца. Нус же Анаксагора выглядит слишком расчетливым и мыслящим, чтобы не быть похожим на образ самого мышления. Вдобавок нус Анаксагора предполагает фатальную предопределенность поведения человека.

Демокрит
    Гомеомерии Анаксагора выглядели слишком конкретными, чтобы остаться незамеченными другими мыслителями. И эти его семена очень скоро дали всходы в материализме атомистов. В числе таковых был Демокрит.
    Не слишком заботясь о судьбе нуса, Демокрит занялся гомеомериями. Он вычистил из них бесконечную делимость. Придал им качественную однородность, вечность существования в движении по заданным орбитам и различие форм. Последнее позволило отказаться от порций преобладания в «семенах» непонятных качественных признаков, на которых настаивал Анаксагор. Все оказалось проще. Сама форма атомов определяла качество вещества и возможность образования новых путем их взаимного сцепления.
      Как видим, здесь уже речь идет о молекулах. Что же касается пространства между атомами, то оно мыслилось Демокриту пустым. На этом основании он легко опрокинул утверждение элейской школы об отсутствии небытия и указал его место в межатомном пространстве. Столь же легко он разрешил вопрос с душой, наделив ее атомной структурой. Такая конструкция мира позволяла оставить в силе детерминизм Анаксагора. Но Демокрит позаботился и о присутствии в этом мире случайностей, указав их источник в пересечении причинных рядов.
      Однако, весь этот махровый материализм с его безбожием, но железной логикой, терпел крушение при столкновении с вопросом «Откуда взялись сами атомы?». И Демокрит не находил лучшего объяснения феномена сотворения мира, чем случайность. Впрочем, Демокрит не отрицал существование богов, но считал их смертными и состоящими из атомов.
      Логика нам подсказывает, что мир, воображаемый в виде скоплений атомов, может выглядеть унылым даже для самого автора этой идеи. И действительно, в конце жизни Демокрит намеренно ослепил себя, якобы для того, чтобы ничто не отвлекало его от созерцания своего внутреннего мира, который Демокрит считал подобием космоса и называл микрокосм.

Софисты
    Противоречия в натурфилософии вполне логично приводят философскую мысль к критическому осмыслению идей досократиков. Так добросовестных мудрецов сменяют софисты, и с их помощью мышление показывает себя во всем своем коварстве.
      Например, из утверждения Гераклита о том, что нельзя войти дважды в одну реку, следовало, что познание вообще невозможно в условиях, когда все непрерывно течет, в том числе и сам человек. К тому же софистами было открыто, что природа вещей совсем иная, чем у слов, и участие слов в познании делает познание сомнительным. Притом, как подметил Протагор, у каждого человека в силу его индивидуальности возможна своя истина, и отсюда следует, что истины вообще не существует.
      Итог подобным изысканиям софистов подводит Горгий, заявив, что даже если бы истина и существовала в природе, то ее нельзя бы было познать, а если бы можно было познать, то нельзя было бы выразить словами и тем более передать другому, по причине естественных искажений. Отсюда неизбежно следует, что истинные знания невозможны, а возможны лишь мнения.
      Как видим, идеи Горгия можно признать ультрасовременными, поскольку они обосновывают либеральный плюрализм и свободы постмадерна.
    Но самый важный вывод, к которому приводит софистов логика, состоит в том, что если нет истины, то и религиозное сознание является лишь следствием отсутствия знаний, место которых занимает страх.

Сократ
    Разрушительная волна интеллектуального хаоса, поднятая софистами, казалось, была способна навсегда похоронить веру в разум, оставив человеку «чистое» мышление. Но на пути этого повального нигилизма вдруг возникла незаурядная личность Сократа.
      Сократ сам был непревзойденным мастером ведения философских споров, из которых неизменно выходил победителем. При этом главной его целью, было отнюдь не желание оставить оппонента с носом, а рождение истины. Это прямо следует из правил, которых он придерживался во время дискуссий. Главным оружием в них наряду с иронией и обезоруживающими вопросами, является метод индукции. Убежденности софистов, в том что истинных знаний нет, он противопоставил формулу: «Познай себя». Сократ считал, что все зло в мире происходит от невежества, а значит, знания должны служить морально этическому совершенствованию человека.
      Такая вера в знания, разумеется, похвальна, хотя и с оговоркой, что тут многое зависит от качества знаний, обращения с ними и многого другого, чего мы можем не знать. Зато мы знаем, что Сократ доказал приверженность своим идеалам ценой собственной жизни.

Киренаики
    Самоотверженность Сократа вдохновила философов на новые поиски истины. Некоторые из них всерьез восприняли призыв мудреца начать познание с себя. Ведь действительно, какой смысл искать знания в природе, если нет исчерпывающих знаний о самом человеке? Быть может, знание истины человеку вовсе не нужны? А что, если разум человека - всего лишь издевка Бога? Притом, познать себя представлялось достаточно простым делом.
    Ярким представителем этой школы являлся Эпикур. В своих умозаключениях он исходил из идеи Демокрита об атомарности мира. Правда, мир, состоящий только из атомов, на кого-то мог подействовать удручающе, но зато такой простой мир легко сочетался с идеями киренаиков. Ведь если мир состоит только из атомов, образующих предметы, что мешает человеку жить в согласии со своими естественными чувствами без оглядки на богов, которым, по мнению Эпикура, до человека мало дела. Единственное, что мешает человеку, это страхи и сомнения в своей свободе. Поэтому эпикурейцы исследуют страхи и их влияние на человека. И выясняют, что свободы воли человека обусловлены случайностями в отклонениях атомов.
      Еще одним открытием материалистов эллинской эпохи стало понимание того, что видеть, слышать и обонять человеку удается, благодаря свойству предметов испускать некие «образы». То есть, мышлением было отказано разуму в формировании образов. Это свойство передавалось самим предметам. И этих образов, по мнению киренаиков, человеку вполне достаточно, чтобы жить в согласии с природой.
      Благодаря таким хитроумным выводам, киренаики как будто предлагали вернуть доверие своему разуму и быть в гармонии со своими чувствами. Однако этика эпикурейцев держалась на здравом смысле и не слишком располагала к духовности, поэтому они зачастую становились рабами своих внутренних побуждений и страстей, которые логично перетекали в порочные наклонности. Пагубность безудержных наслаждений вызывала необходимость устанавливать рамки дозволенного. Но такие границы, естественно, были условными, а значит, продуктом интеллекта. Следовательно, вместо доверия чувствам киренаикам приходилось выражать недоверие человеческому естеству.

Киники
   Зато киники исходили как раз из убеждения, что в человеке слишком много животного. И, соответственно, истинная цель человека состоит в преодолении животных начал в себе с помощью отказа от удовольствий. Однако основатель кинизма, Антисфен, учивший, что наилучшая жизнь заключается в естественности и избавлении от всего искусственного, утверждал, будто для достижения блага следует жить «подобно собаке». То есть, по сути, Антисфен призывал своих последователей вернуть себе животное начало. В проведении своей программы кинизм отталкивался от общепринятых взглядов и развивал новые, противоположные существующим, пользуясь методом «негативной филиации идей» («перечеканка монет»). Это привело киников к отрицанию общего: имущества, наслаждений, условных понятий и научных знаний, в пользу единичных (конкретных) вещей и практического познания блага.
      Таким образом, этика кинизма сводится к примитивизму и представляет собой благодатную почву для маргинального поведения. Словом, логика развития этого учения низводит человека до уровня овоща.

Мегарики
      Стоит также упомянуть о Мегарской школе, с помощью которой мышление изрядно поморочило головы философам, предложив им решать головоломки парадоксов и апорий. Например, мегариками было придумано откровение лжеца в виде формулы «я лгу», где мышление выказывает свою склонность к отрицанию отрицания, когда образуется порочный круг, напоминающий змею, глотающую собственный хвост.
      Правда, кроме этого они развили этическое учение Сократа. Например, Парменид доказывал, что в мире существует лишь единое добро, известное также под именами: истины, любви, разума и бога. Казалось бы, тут имеет место синтез разных понятий. Но по существу, все эти понятия - суть, разные аспекты одного и того же. Впрочем, принципиальной ошибки тут нет. Зато следующим своим утверждением Парменид дал повод усомниться в благонамеренности своего сознания, ибо заявил, что обратного этим позитивным понятиям в природе не существует. То есть, он отрицал существование ненависти и лжи.
    В чем-то он, конечно, прав, если иметь в виду формы существования. Ведь ненависть и ложь существуют лишь как паразиты. Но отрицание их очевидного присутствия в мире заставило современников отнести его откровения в ряд измышлений софистов.
    Кстати, и нам проблема, поднятая Парменидом, представляется несколько странной. Ведь не желая замечать негативных реакций у животных и проявления у них мимикрии, Парменид как будто готов был признать ложь и ненависть исключительно свойством человека. Но за этим пристрастием скрывается намерение сделать человека главным носителем зла на Земле. Как мы помним, в подобном утверждении весьма заинтересован Падший Ангел.

Платон
   Впрочем, в деле изучения природы человека более всех преуспел лучший ученик Сократа, Платон. Очевидно, следуя совету своего учителя, Платон пристально изучил свой внутренний мир и пришел к выводу, что человеческому восприятию доступны лишь тени вещей и событий. Примерно такие тени можно видеть на стене пещеры, сидя спиной ко входу, откуда в пещеру проникает свет. И хотя Платон полагал, что ему удалось выйти из пещеры и увидеть свет истины, на этот счет имеются некоторые сомнения.
      Тем не менее, в невнятных тенях игры своего воображения Платон гениально разглядел очень важные идеи. Он пришел к заключению, что в основе мироздания лежит творческое начало. Оно универсально, но непознаваемо, потому что находится за пределами бытия. Это творческое начало образует космическую душу, которая приводит все в динамику и создает иррациональную первоматерию. А суть всего творческого процесса мировой души состоит в идее блага, любви и красоты. Соответственно, и человек, созданный в согласии с идеей блага, движим любовью к красоте и творчеству, которое представляет собой переход от небытия к бытию.
      Ну, как тут не согласиться с известным выражением, что вся дальнейшая философия всего лишь «записки на полях Платона».
    Однако вот что странно. Платон приходит к своим гениальным выводам, исходя из очень сомнительных посылов. Он предположил, будто все сущее возникает из идей. Дескать, прежде, чем появилось дерево, должна где-то появиться идея его существования. Такие идеи должны предварять появление каждой вещи. Количество таких идей велико, но ограниченно, а сами идеи подчиняются некоей иерархии. Душе человека эти идеи могут быть доступны. Она их может вспоминать, сталкиваясь с красотой, но способна и забывать в процессе переселения на звезды, откуда и возвращается. А хранятся все эти идеи в уме у Демиурга.
      Разумеется, такие откровения никакими опытами проверить невозможно и доказывают они лишь хорошо развитую фантазию автора теории. Впрочем, процесс фантазии протекал не без участия мышления, поскольку здесь угадывается его апология. Ведь при наличии готовых идей возможность творчества весьма невелика. В этом случае проектировка какой-нибудь кровати происходят где-то за пределами бытия. Там же где задумывается и модель всего мира. Но вовсе не в процессе творчества человеческого гения согласно законам красоты.
    Кстати, эта идея Платона до сих пор нравится философам. Некоторые наши современники на полном серьезе говорят о некоей «информационной сфере», опоясывающей Землю, откуда в их головы приходят идеи. Между тем, источником идеи кровати может быть вид червячка, отдыхающего на листочке. Соответственно, проектом самой кровати мы обязаны всего лишь творческим способностям нашего разума.

Аристотель
      Неудивительно, что Платоновскую теории идей легко разгромил другой столп античной философии, Аристотель. Он это сделал в частности на примере идеи подобия. Упрощенно это выглядит так: если идеи являются началом всему, то должна быть идея создания этой идеи. А прежде, чем возникла эта идея, должна появиться идея и ее возникновения. Таким образом, образуется та самая «дурная бесконечность», которая отравляла жизнь философам еще при решении проблемы слонов, удерживающих Землю, которые стоят на большой черепахе, имеющей свою опору.
    Такую «дурную бесконечность» еще принято называть «эффектом третьего лица». Но кто это третье лицо? Уж не наш ли знакомец, Падший Ангел?
    Вместо идей от щедрот Демиурга Аристотель предложил вполне трезвое мнение, что идеальное бытие воплощается в самой вещи, а также созревает в умах людей при взаимодействии с вещами. Поэтому нет нужды двоить мир.
      Кроме Платона Аристотель разоблачил спекуляции многих других мыслителей и софистов. Это ему удалось благодаря тому, что он значительно усовершенствовал главное оружие философов – логику. Он заключил логику в строгие рамки законов тождества, достаточных оснований, недопустимости противоречий, ввел методы силлогистики, правила изложения полученных результатов и даже положил начало математизации их получения.
      И вот, опираясь на свою железную логику, Аристотель создает учение о причинах и законах бытия. Он, например, приходит к пониманию того, что для возникновения всего сущего должна существовать некая потенциальная материя, которая бесструктурна (хаос), а на ее основе должна появиться конкретная материя, которая и проявляется в известных четырех стихиях (агрегатных состояниях). А кроме того должна существовать еще и пятая материя – эфир.Кстати, не тот ли это эфир заполняющий вакуум, на существовании которого настаивают современные физики?
      Второй причиной возникновения бытия Аристотель называет взаимодействие формы и содержания, что очень напоминает принцип дополнительности применительно хотя бы к волне и частице.
      Следующей причиной бытия Аристотель считает движение, которое в условиях заполненности пустот эфиром может осуществляться только как трансляция движения.
      Казалось бы, логика, в которую так верит Аристотель, приводит его в целом к современной модели Вселенной. Но она же, логика, подсказывает ему, что движение должен кто-то или что-то начать. И вот тут он находит место Богу, оставляя ему роль перводвигателя.
      Логично предположить, что четвертая причина, которой Аристотель считает целесообразность, также не может обойтись без Бога. Но Аристотель, видимо, считает, что достаточно уделил внимание Богу, и, пытаясь обойтись земными средствами, увязает в исследовании потенциальных и актуальных бесконечностей.
    Однако с бесконечностями у Аристотеля происходят какие-то странности. Дело в том, что он считает, будто небытия не существует. И в самом деле, откуда взяться небытию, если оно то, чего нет? С другой стороны, Аристотель отрицает бесконечную делимость материи. И тут Аристотель противоречит сам себе. Ведь если деление до бесконечности невозможно, то возможны пустоты между минимальными частичками, карпускулами. А эти пустоты как раз и являются тем самым небытием.
    Мало того, рассматривая апорию Зенона о «стреле», где стрела в каждый момент времени остается на месте, а значит, никуда не летит, Аристотель сам говорит о том, что время не может быть сведено к точке. Но если время не делимо до бесконечности, то оно представимо в виде отрезка прямой. Однако этот отрезок как раз и состоит в одной своей части из прошлого, а в другой из будущего, то есть, из того, что мы называем небытием.
    Впрочем, проблема «бытия – небытия» кажется не такой уж важной, если не припомнить латинское изречение «ищи, кому выгодно». Ведь если нет небытия, то не существует и «ничто, которое ничтожит».
   Так выясняется, что даже прирученная логика, которой Аристотель так доверял, приводит его к ряду ложных умозаключений. В числе таковых его вывод о раздвоение миров на космический и земной. Последний Аристотель объявляет несовершенным и относит к непознаваемому. Ошибочной является и его геоцентрическая модель мироздания. И, как мы знаем, преодоление заблуждений Аристотеля было освещено кострами инквизиции и серьезно повредило авторитету средневековой Церкви.

Стоики
    Надо признать, что разуму древних мудрецов были доступны многие истины. Вот и у представителей школы стоиков имеются совершенно гениальные прозрения. Например, они считали, что Бог разлит в природе, в виде «пневмо», представляющего нечто вроде смеси огня и воздуха. А душа человека – часть этого «пневмо». Отсюда следовало, что душа бессмертна, поскольку после смерти растворяется в природе. Но из этого не следовало, будто личность умершего сохраняется.
      Сегодня мы решили бы, что «пневмо», разлитое в природе, представляет собой энергию. Впрочем, открытие пантеизма нельзя признать заслугой стоиков. Вспомним хотя бы огонь Гераклита. Но стоики не только верили в живой и разумный космос, они доказывали бытие Бога логически. Например, из понимания, что Бог мыслим только совершенным, следовало, что он сущий. О том же свидетельствовало и существование математических и геометрических знаний, которые вечны и не зависят от субъекта.
      Но существование Бога логически приводило к вопросу о природе зла. И стоики нашли доводы в оправдании Бога, хотя на самом деле они приписывали Богу свойство творить зло и таким образом оправдывали само зло. Они учили, что Бог придумал зло для того, чтобы добро могло быть познанным, и чтобы человек в страданиях очищался. Главное же зло стоики видели в свободе воли человека. Соответственно, стоики верили в предначертание судьбы, и что свобода – всего лишь осознанная необходимость. В виду этого основой их этики было покорность судьбе и готовность безропотно переносить тяготы жизни.
    Казалось бы, такая апология страдания лишена здравого смысла и нежизнеспособна. Но, как мы знаем, основой человеческого разума является эмпатия. В периоды страданий способности к сопереживанию мобилизуются, что позволяет более полно и тонко воспринимать мир, а значит, происходит то самое очищение, стимулирующее разум и пробуждающее в нем Бога. Таким образом, получалось, что страдания желательно не только переносить, но и культивировать.
      Словом, логика стоиков приводила к тому, что они легко становились рабами обстоятельств и людей, не обремененных моралью.Считается, что их этика стала предтечей христианства. Однако стоицизм христианства был вынужденным, и элемент творчества в нем значительно выше, чем у стоиков.

Христианство
      Христианское верование зародилось в рамках иудаизма, но все, что связывает христианство с иудаизмом, это единобожие и место столкновения двух религий. В остальном же, это совершенно разные религии. Доказывать это нет нужды. Достаточно сказать, что в представлении иудеев Бог совмещает в себе добро и зло, и порой проявляет такую чрезвычайную жестокость, которая заставляет подозревать в нем его антипод. В христианстве же Бог, прежде всего, творец жизни и красоты, а силы зла находятся в ведомстве врага человека, дьявола.
      Искупление Христом первородного греха означает утверждение того, что человек способен прийти к Богу и истине сознательно. Достигается это путем различных практик, укрепляющих веру. В их числе литургия, проповедь, молитвы, созерцания икон, очищения постом и исполнение различных обетов.
    Однако о какой истине может идти речь в христианстве, где все достаточно просто? Человек помещен в мир, сотворенный Богом, и человеку следует любить Бога. Разве здесь возможна проблема истины, достойная философской мысли? Между тем, в свете христианской парадигмы проблема истины как раз и решается. И она в том, что человека Бог наделил разумом вовсе не для того, чтобы он выяснял, из каких атомов состоит этот мир. Ведь из этих знаний мало пользы для разума. Возможно, именно поэтому скучные пружины механизмов мироздания скрыты от человека. В свете христианского учения разум дан человеку для того, чтобы он познавал бесконечную красоту мира. Поэтому истина в христианстве не изучается, а приходит, как просветление, как чувство любви к этому миру, и является творческим актом.
    Казалось бы, путь к счастью человечеству указан, и ему остается лишь следовать в нужном направлении. Однако, как выяснилось, и на этом пути достаточно условий для мутаций разума. В эпоху победного шествия христианства философия быстро превратилась в «служанку религии». И мышление, обрядившись в тогу благих намерений, направило свои сомнения на «укрепление веры». Философы размышляли о правомерности изображения Бога на иконах, о справедливости христианской морали по отношению к богатству и женщинам, о причинах нежелания Бога допустить человека к Древу Вечной Жизни. А некоторые сомнения возникали практически на пустом месте. Например, вопрос: «Христос единосущ или подобосущ», решился только с помощью Никейского собора.
      Кроме того появились попытки синтеза Христианского учения с античной философией. Основание этому нашел Филон Александрийский в самой «Библии», где указывалось, что вначале было слово. И это якобы могло означать, что Логос – есть выразитель порядка в мире, и что логосом, а по сути, мышлением, управляет Бог.
      Однако Филону возражал Тертуллиан, утверждавший, что рационализм античной философии несовместим с догматами веры. Тертуллиан исходил из того, что Бог – запредельная сущность и недоступен человеческому разуму. Его мнение разделяли гностики, отстаивающие особый путь познания без участия мышления и с помощью божественной благодати. В связи с этим в ходу было убеждение, что познание лишь «умножает скорбь».
      Не многим оптимистичнее оказались и выводы Оригена, предпринявшего попытку инплантировать идеи Платона и стоиков в христианскую доктрину. Его концепция ограничивала волю человека путем предопределения и предсуществования душ. Однако это снимало ответственность с человека за грехи и лишало его стимула к духовному восхождению. Поэтому казалось более разумным предоставить человеку право самому распоряжаться своей душой.
      Оригену как будто оппонирует Августин Блаженный, говоря об извечности и неустранимости борьбы добра и зла в мире, что в условиях предопределения невозможно. Но он вносит свою долю сомнения в свободу воли человека, утверждая, что после Адама человек уже не свободен, ибо первородный грех посеял в нем зло. То есть, зло стремится планировать поведение человека и ограничивать его волю. И если человек способен к добру, то лишь благодаря благодати, которую может получить от Бога. Таким образом, Августин ставит волю человека в зависимость от его разумности. Но доказательством разумности человека он считает способность сомневаться. Сомнение провозглашается Августином первым проявлением мысли. Из этого следует, что мышление актуализирует человека, и значит, может быть приравнено к Богу.
      И вот уже мышление, засучив рукава, берется за доказательство бытия Бога. Из признания факта, что душа априори воспринимает Бога, как самое совершенное существо, следует вывод, что идея Бога у человека врожденная, поскольку в природе нет источника этого представления. С другой стороны указывается на иерархию в природе, и это подсказывает мысль о классификационной сетке, которая проецируется на небо, населяя его духовными сущностями. Таким образом, обосновывается правомерность феодализма. Выясняется, что бытие Бога состоит в его небытии. А бытие его доказывается необходимостью первого импульса для начала движений во Вселенной, необходимостью первопричины всего сущего и исходя из неравенства вещей. И возникают вопросы подобные тому, может ли Бог создать камень, который сам не сможет поднять? Какого пола ангелы? Может ли женщина изменить мужчине с дьяволом? Исследовался вопрос о том, «чего не может сделать Бог». И в числе таких операций оказалось, например, изменение прошлого и суммы углов треугольника. Зато провозглашались необъяснимыми суть Триединство Бога, первородного греха, его искупления Христом, воскрешения, страшного суда. В эти истины предлагалось только слепо верить.
    Когда Абеляр решил разобраться с накопленным багажом схоластических знаний, он пришел в ужас от противоречий в них и количества понятий и сущностей. В связи с этим Уильям Оком предложил не множить сущности без необходимости, применив, таким образом, свою знаменитую «Бритву Окома». Но остановить процесс было уже невозможно, и в этих условиях утрачивал всякий смысл лозунг: «Понимать, чтобы верить».
      Таким образом, усилиями мышления оказалось возможным накопить хаос противоречивых знаний, которые, не имели практического значения. Зато они щедро сеяли сомнения, что и стало основой появления альтернативной христианству веры, Ислама.
      Понятно, что красота и творчество субъективны, и их пути сложны и неоднозначны. В этом смысле Ислам является религией другой направленности. Эта религия ставит своей целью приведение правоверных к покорности Аллаху. Мусульманину приписывается строго подчиняться правилам поведения и отправления обрядов. Возвращается обряд жертвоприношений, благодаря чему убийство и поедание животных происходит с разрешения Аллаха. В виду потенциальной греховности женщин, Ислам предписывает им подчиняться мужчинам. На том основании, что Аллах мусульманами признается единственным Богом, ислам ставит целью распространение учения Мухаммеда по всему миру. Поэтому веротерпимость мусульман под большим вопросом. Ислам запрещает всякие изображения Бога, а воля правоверного ограничивается строгим детерминизмом, поскольку Коран учит, что все происходит по воле Аллаха. Последнее как будто должно исключать наказания за грехи. Но Ислам не снимает с человека ответственности за содеянное зло. И это не единственное противоречие. Однако всякие сомнения в учении Мухаммеда, начиная с вопроса о происхождении Корана, строго пресекаются. Страх наказания за грехи, который культивируется на протяжении всего Корана, является главным оружием Аллаха.
      Разумеется, Ислам был воспринят христианской церковью, как ересь и учение дьявола, обманувшего Мухаммеда. Кстати и сам Мухаммед поначалу усомнился в подлинности Джабраила. Зато новую веру поддержали своими капиталами Иудеи. Они увидели в Исламе не только возврат в лоно жестокого и властного Бога, но и альтернативу христианству. И они не ошиблись. Ислам не ограничился экспансией на востоке, а двинулся в Европу, нанеся смертельный удар Православию Византии.
    Заметим, что Ислам возводит в абсолют слово Корана. Между тем, слово является продуктом логического мышления. И она же, логика, подтачивала устои Христианской церкви. Споры велись по поводу изображения Христа на распятье, архитектурного облика храмов, формы проповедей и литургий, актуальности материи и места нахождения универсалий. Накопление подобных разногласий явилось поводом к расколу Церкви на Православную и Католическую, и дальнейшему появлению новых идейных течений.
      Наконец появляются открытая критика христианских догматов. Джованни Мирандола
говорит о величии человека, приравнивая его к Богу. Лоренцо Вала выступает против аскетизма, призывая вернуться к естественным чувствам по примеру Эпикура. Ему возражает Мишель Монтекки, напоминая, что чувства обманчивы, возвращаясь, таким образом, к античному скептицизму. Получает распространение анонимный «Трактат о трех великих обманщиках», под которыми подразумеваются пророки мировых религий. Наступление на Церковь идет и в сфере искусства. Работы Рафаэля, Да Винчи и других художников Возрождения открывают перед человечеством значительно менее тернистые пути к красоте и творчеству, нежели чем путь верования в Христа. Наконец, Мартин Лютер прибивает к воротам Виттенбергского храма свои «95 тезисов» о злоупотреблениях Католической Церкви. Так появляется движение реформации.
    На реформацию Церковь ответила контрреформацией с ее Орденом иезуитов и кострами инквизиции. Однако, посеянный в обществе страх, порождал новые сомнения, и еще больше подрывал авторитет Церкви. А между тем, религиозные догматы и схоластика были слабым аргументом против реальных достижений в области технической мысли. Книгопечатанье, компас, порох, новые технологии и механизмы не только соблазняли людей практической пользой от рациональных знаний, но и вносили в умы людей представления о мире, как о некоем механизме, подобном часовому, где Богу оставалось только следить за исправностью этих «часов». И вот уже Джордано Бруно, опровергая Аристотеля, уравнивает физику неба и физику Земли и прозревает возможность иных миров в Космосе. Кузанский, обогащает пантеизм Оригена математическими аналогиями, доказывая, что Бог одинаково бесконечен как в малом, так и большом. Макиавелли говорит об эгоистичности человека, и на этом основании освобождает власть от морали. А Томасу Мюнцеру аморальность власти служит основанием для ее свержения насильственным путем.
      Итогом этой великой битвы идей явилась Буржуазная революция, востребовавшая нового человека с его эгоизмом и меркантилизмом. Были провозглашены гуманистические идеалы. Теоцентризм сменился антропоцентризмом, сакрализация уступила место секуляризации, а локомотивом дальнейшего развития общества явилась новая европейская наука.

Бекон
      По общему признанию начало классической науки положил Френсис Бекон. Он стал создателем естественной философии, в которой видит свои корни диалектический материализм со своим закономерным продолжением в креативной философии. Главной заслугой Бекона считается восстановление наук путем изменения формы научной мысли. Говоря конкретнее, он предложил вытравить из науки бездоказательные утверждения, а вернуться к изучению природы, опираясь на опыт и эксперименты. Отрицая плодотворность метода формальной логики Аристотеля, Бекон выдвигает свой метод, эмпирико-индуктивный, где ставит задачей наблюдать и обобщать факты, идя от частного к общему. При этом он призывает очистить разум от «идолов» схоластики, то есть, широко использовать научный язык, приборы, мнение научной общественности и ревизию предпосылок, налагающих на глаза исследователя шоры. Кроме того, Бекон декларирует иную цель научной мысли. По его мнению, наука должна служить человеку. «Знание сила», - провозглашает Бекон и иллюстрирует этот тезис в утопии «Новая Атлантида», где показывает преимущества технократического общества.

Галилей
      Казалось бы, Бекону трудно что-либо возразить, но ему возражает Галилей. Галилей легко доказывает, что простой набор экспериментальных знаний малоэффективен. Факты должны подбираться под доказательство исходной гипотезы. И таким образом, Галилей выдвигает идею «дедуктивного метода». Что же касается языка науки, то Галилей утверждает, что язык этот должен быть математическим. А дабы не вступать в конфликт с книгой откровений, Галилей приписывает Богу авторство и другой книги, «книги природы», которая, по мнению ученого, написана на универсальном языке математики. Таким образом, познание природы Галилей провозглашает угодным Богу, поскольку, де, благодаря познанию истины человек приближается к Богу. Однако можно ли признать доказательством этой мысли классическую механику и теорию движения тел Галилея, где духовному началу не находится места?

Паскаль
    Оптимизм Бекона и Галилея не разделяет Блез Паскаль. Основываясь на знаниях того времени о макро и микромире, он приходит к неутешительному выводу, что познание бесконечно. Между тем, жизнь человека слишком коротка и ценна, чтобы посвящать ее тому, что не может быть познано. На этом основании Паскаль, призывает отказаться от гордыни познания. Величие человека, которое делает его достойным очей Бога, по мнению Паскаля, состоит в том, что он способен осознать свою ничтожность перед бесконечностью мира. Подобно Галилею, рассуждающему о двух книгах, Паскаль говорит о двух родах истины, одни из которых доступны нашему разуму, а другие пытается постичь наш интеллект.

Декарт
    Идею двойственности, присутствующую в мире, поддерживает Декарт. Он и попытался исследовать духовное и материальное начала в человеке. Для этого исследования он, видимо, пользовался открытым им аналитико-синтетическим методом, где изучаемый объект подвергается анализу до простейших и самоочевидных элементов, от которых следует идти к истине. Этот универсальный метод, как известно, в ходу у современной науки. Но к каким истинам пришел сам Декарт? Прежде всего, он подверг методическому сомнению существующие к тому времени знания и пришел к выводу, что все они уязвимы для критики, а значит сомнительны. Отсюда следовало, что несомненным является только само сомнение, которое в таком случае является единственно реально существующим для человека. «Сомневаюсь, значит, существую», - провозгласил Декарт.
    Таким образом, сомнению, как основе мышления, Декарт отводит приоритет над разумом. При этом Декарт утверждает, что сомнение – врожденное свойство человека, то есть, было присуще человеку до первородного греха.
    Впрочем, сомнение, по мнению Декарта, не единственное врожденное свойство человека. Есть и другие. Прежде всего, знание истины о Боге. И из этой истины следует, что Бог, будучи идеальной сущностью, не может быть обманщиком, а значит, предоставляет в распоряжение человека множество прочих врожденных истин.
      Очевидно, полагаясь на истины от «Бога», полученные в результате сомнений, Декарт идет дальше. Он соглашается с учением атомистов и механицистов, представляя мир подобным часовому механизму, где все предопределено. На этом основании он считает, что животные машиноподобны и не имеют души. То есть, доказывает, что духовность определяется единственно наличием мышления и воли человека. Правда, по поводу воли при детерминизме возникают кое-какие противоречия. Но Декарт разрешает их с помощью своей «интеллектуальной интуиции», каковая также в числе его открытий. Эта интуиция отличается от привычной, свойственной разуму, тем, что находится в распоряжении мышления. Она-то и позволила Декарту понять, что воля человеку лишь воображается. Но самом деле, волевые решения просто совпадают с предопределением, как бой одних часов может отбивать время для часов без боя.
    Однако как же тогда быть с сомнением? Не получается ли, будто само сомнение кем-то предопределяется? Да и почему, собственно, не следует усомниться в самом сомнении, как, впрочем, и в честности «Декартова Бога», заведующего его «интеллектуальной интуицией».

Гассенди
      Разумеется, путаница в учении Декарта вызвала сомнения у некоторых философов. В частности у Пьера Гассенди. Правда, Гассенди ничего не имел против детерминизма Декарта, поскольку сам был священником. Однако призыв Декарта к наведению ясности в познании, Гассенди объявил невыполнимым, поскольку представлялось неясным само понятие ясности. На примере палки в воде он доказывает, что зрение воспринимает оптический эффект преломления света правильно, тогда как догадка о том, будто палка сломана подсказывает человеку как раз мышление. А между тем, мышление всего лишь функция. Но функция чего или кого? И тогда тезис «сомневаюсь, значит, существую» следует понимать лишь как свидетельство о существовании мыслей, вызванных кем-то неведомым. И в этом случае, сомнение не может быть главным доказательством существования того, в чьей голове возникли сомнения. Поэтому Гассенди предлагает довериться естественной природе чувств и вообще, вернуться к воззрениям и этике Эпикура.

Спиноза
    О естественности чувств и страстей говорит и другой философ, Спиноза. Впрочем, Барух Спиноза во многом согласен и с Декартом. Будучи евреем, он смешивает некоторые положения Декарта с воззрениями из торы и кабалы. И это уже гремучая смесь. В своих сочинениях Спиноза оспаривает бессмертие души, а у Бога он не обнаруживает ни разума, ни воли. Такое откровенное святотатство не могло остаться безнаказанным. В результате Спиноза получает самое страшное проклятье раввинов. Между тем, существует мнение, что из всех тех, кого дьявол направил на разрушение веры, Спиноза оказался наихудшим. И мы с этим должны согласиться.
      По странной иронии судьбы Спиноза предвосхитил многие положения креативной философии. Дело в том, что Спиноза не отрицает существования Бога. Он лишь меняет представление о нем. Бог, по мнению Спинозы, обладает протяженностью, бесконечен, всеобъемлющ и проявляется во взаимосвязях вещей. Пожалуй, Спиноза говорит об энергии. Поэтому его Бог не трансцендентен, а суть сама природа, где каждая вещь жаждет бытия, согласно сокрытому в ней импульсу жизни. При этом каждое тело в природе автономно лишь относительно, поскольку дополняется другими. И человек здесь не исключение. Человек у Спинозы также движим «импульсом жизни», под которым, очевидно, подразумевается творческий импульс. На этом основании Спиноза склонен освободить человека от греховности. Добро и зло, по мнению философа, существуют только в морали, зависящей от представлений о Боге. Между тем Бог, по мнению Спинозы не склонен рассуждать о добре и зле, поскольку так же руководствуется творческим импульсом.
      Добавим от себя, что в творческом импульсе можно заметить и проявление воли в виде усилия, направленного на преодоление, а заодно и проявление разума, воплощенного в гармонии. Пожалуй, Спиноза согласился бы с этой поправкой, поскольку считал, что мир устроен настолько рационально, что может быть математически просчитан.
      И все же нас удивляет, что говоря о творческом импульсе, Спиноза не находит места злу, которое может противостоять импульсу жизни и даже являться его производным. Такое злостное отрицание зла делает выводы Спинозы достаточно безответственными. Пожалуй, это объяснимо участием интеллекта в умозаключениях философа.

Локк
    Если Пьеру Гассенди не нравится у Декарта приоритет мышления над разумом, то философу Джону Локку не по душе представление Декарта о врожденных знаниях. Именно посредством опыта, как рекомендует сам Декарт, Локк доказывает, что у дикарей и у детей нет никаких априорных знаний. «Нет ничего в разуме того, чего не было бы ранее в ощущениях», - провозглашает Локк и называет разум, не обремененный опытом, «чистой доской».
    Однако Локк ничего не говорит о природе того, что заставляет человека писать на «чистой доске»? Не понуждают ли к этому некие врожденные знания? Зато, расправившись с врожденными знаниями, Локк получает возможность утверждать, что моральные принципы имеют исторический характер и природе человека не присущи.
      И мы вынуждены недоумевать по поводу того обстоятельства, что за тысячелетие непрерывного философствования, мыслители не открыли главное врожденное свойство человека – способность к сопереживанию.

Лейбниц
    «Чистая доска» Локка категорически не понравилась Лейбницу. Проведя аналогию с куском мрамора, прожилки которого использует мастер, Лейбниц указывает на задатки ребенка, которые могут быть реализованы. И вообще, по мнению Лейбница, самые достоверные знания мы получаем с помощью интуиции. Как бы в доказательство возможностей своей интуиции, Лейбниц предлагает вниманию аудитории ряд вполне разумных истин. Он, например, говорит, что мир изменяется постепенно, что в мире нет одинаковых объектов, что этот мир скорее органичен, чем механистичен, и «все в этом наилучшем из миров идет к лучшему».
    Но самым главным, на наш взгляд, открытием Лейбница является «принцип достаточного основания». Используя этот принцип, Лейбниц доказывает, что в мире есть нечто, что заставляет его существовать. Ведь легче не существовать, чем существовать. Так он находит основание бытия Бога. Но Лейбниц понимает, что этого основания недостаточно для признания Бога Всеблагим, поскольку на земле слишком много зла. И это служит Лейбницу достаточным основанием найти основания для оправдания Бога. В своей теодицеи он утверждает, что зло необходимый элемент гармонии, что зло уменьшается с ростом культуры человечества, что Бог предвидит столкновения человека со злом и помогает преодолеть зло. Однако рефреном рассуждений Лейбница звучит мысль о том, будто без зла обойтись никак нельзя.
      Зато, доказав, существование Бога, Лейбниц получает возможность прояснить нам, как все устроено в этом «наилучшем из миров». И тотчас проясняет. Бог у Лейбница легким движением мысли превращается в монаду. Само собой, возникает вопрос, что такое монада? Объяснить это не так просто. Но если коротко, монада – это в потенциале сосредоточение всего. Точнее единица всего. Еще точнее, духовное образование, обладающее творческой силой. Можно, конечно, еще уточнять, раз мы имеем дело с единицей всего. Например, по мысли Лейбница, монада это что-то вроде двухэтажной комнаты, несколько изолированной от других монад, но связанной с остальными монадами единым планом построения Вселенной. Правда, остальные монады, подчиненные главной монаде, Богу, в той или иной степени недомонады. Кое-что в них находится в спящем режиме, и потому монады выстраиваются согласно иерархии.
      Словом, монада кому-то может напоминать стволовую клетку. А некоторым это напоминает атом, где на этажах комнаты расположены волна и частица, как если б это были гостиная и кухня. Впрочем, большинству здравомыслящих людей это напоминает бред. Но только не философам. Философам, чтобы доказать, что никаких монад не существует, необходимы «достаточные основания», а для этого, как минимум, важно понимать, что имеет в виду Лейбниц. Поэтому все, на что способны философы, так это выискивать у Лейбница противоречия. И они их, разумеется, находят.
      Но тут важно понять другое. Зачем Лейбницу понадобилось подменять Бога монадой? Ведь верить в монаду ничуть не проще, чем в Бога. К тому же вряд ли кто-то станет молиться какой-то монаде, даже наделенной самыми лучшими качествами. Ответ, пожалуй, единственный. Научное мышление представляется Лейбницу более убедительным, чем религиозное. И, как вы понимаете, в этом его поддерживает кривая ухмылка Падшего Ангела.

Беркли
    Возможно, именно размышление над монадами Лейбница приводит философа Беркли к выводу о том, что огромное количество научных знаний несостоятельны. Ведь мир для нас – это только комплексы ощущений. Один и тот же объект может восприниматься по-разному, и разные объекты могут вызывать похожие ощущения. Следовательно, мы не должны ставить вопрос об источниках ощущений, а довольствоваться самими ощущениями.
      Доводы Беркли кажутся достаточно разумными. Правда, непонятно, как быть, если у нас возникает ощущение состоятельности наших знаний. При этом вовсе не исключается опасность таких ощущений, довольствоваться которыми просто небезопасно. То есть, возникает ощущение, что в океане ощущений должны быть какие-то ориентиры. Беркли это как будто понимает. Поэтому он не только подвергает критике физику Ньютона, но ставит под сомнение само существование материи, если она никем не воспринимается.
    Казалось бы, здравая идея, способная доказать необходимость сотворения человека. Однако Беркли использует свой солепсизм для обоснования существования Бога. Дескать, мир следует считать существующим, покуда он находится в восприятии Бога. То есть, стоит Богу зажмуриться, мир немедленно исчезнет. Сам ход мысли тут, конечно, интересный, но он оставляет ощущение слабой аргументации для перевода Бога Творца в разряд Бога Наблюдателя.

Юм
      Зависимость восприятия материи от сознания наблюдателя разделяет и Дэвид Юм. Но с маленькой поправкой. Он говорит, что
 

Креативный класс России и его фи ...

(Моголь)
 10    2014-03-07  4  884
Господа, поэты. К сожалению, не смотря на протесты некоторых авторов, я вынужден продолжить публикацию настоящего сочинения. Нельзя же в самом деле обманывать читателей. Ведь среди них встречаются люди, интересующиеся творчеством Моголя. Кстати, тут поступил вопрос по поводу исследования восточной философии. Напомню, что цель этой работы вовсе не исследование каких либо философий. Обращение к истории философии в настоящем сочинении определяет желание показать роль мышления в заблуждениях человечества. И только. Надеюсь, кое-что из написанного вам понравится.
......
Юм
      Зависимость восприятия материи от сознания наблюдателя разделяет и Дэвид Юм. Но с маленькой поправкой. Он говорит, что не только материи, но и сознанию субъекта доверять нельзя. Подвергнув анализу акт познания, Юм обнаруживает два его начала: впечатления и идеи, связанные механизмом ассоциаций в опыте. Такими ассоциациями являются: ассоциации по тождеству и контрасту, причинно-следственные и пространственно-временные.
      То есть, по мнению Юма, все, что мы знаем – это всего лишь наши ассоциации, которыми мы обязаны опыту, а наше познание зиждется на вере, будто мы что-то знаем. Особенно это относится к научному познанию, где существует вера в то, будто мир существует, будто ему присущи закономерности, и будто эти закономерности возможно познать. Казалось бы, мышлению объявлено недоверие. Однако это лишь видимость. На самом деле из идеи Юма следует вывод, что все рациональное покоится на иррациональном, а значит, никакого здравого смысла на деле не существует.
    Понятно? Если мышление признает природу разума иррациональной, то и здравого смысла не существует. И запросто можно биться головой о стену, когда на этом настаивает мышление.
    Тут, кажется, самое время объявить, что, если вера в познание и вера в Бога одинаково сомнительны, то не лучше ли для человека верить в Бога? Однако Юм на этой мысли ставит крест, говоря, что основой религии является страх и надежда.
      Но тогда, что же остается человеку? Уж не одни ли сомнения в своем разуме, Боге и всем том, что создано Творцом?
    Ну, а коль скоро Юм не оставляет нам выбора, то позволим себе воспользоваться высшей реальностью, провозглашенной Юмом, и усомнимся. А усомнимся мы, прежде всего, в его умозаключениях, вернув, таким образом, себе уверенность в нашем благоразумии.

Кант
      Выводы Юма так сильно впечатлили Эммануила Канта, что, по его признанию, буквально пробудили «от догматического сна». Правда, Кант не смирился с утверждением о невозможности теоретического естествознания. Напротив, Кант решил исследовать сам феномен познания. И он это блестяще сделал. Хотя, если честно, ничего особенно нового он при этом не предложил. Зато в научной подаче материала, а также в области нравоучения он превзошел многих философов.
      Если говорить просто, избегая научных терминов, то изыскания Канта можно свести к прояснению того факта, что существуют разные виды знаний. Один вид знаний организует наш разум. Эти знания, как правило, синтезируются из очевидных взаимосвязей в природе в купе с пространственно-временными представлениями.
    Другая часть знаний выводится логическим путем с помощью мышления. В этом случае опыт является основанием для новых приращений знаний. При этом мышление зачастую действует спонтанно и склонно предписывать природе законы на основе своих выводов.
      Главный же синтез знаний происходит в «плавильной печи» нашего сознания, где мы находим им место в своем микрокосме. Однако, в любом случае, по мнению Канта, наши знания не могут быть полными и абсолютными, поскольку существует «вещь в себе».
      Что за тайну хранит «вещь в себе», и нужна ли кому-нибудь эта тайна, многим не ясно до сих пор. Допустим, молоток, который мы рассматриваем с точки зрения его применения к гвоздю, содержит в себе еще и флюиды любви, философию непротивления, следы истории происхождения Вселенной, но кому нужно про это знать?
      Впрочем, Кант находит применение этой тайне. На основе этих тайн разум, по мнению Канта, продуцирует мифологические конструкции, из которых получаются метафизические проблемы. Эти проблемы не могут быть решены, но они подвигают рассудок к познанию.
    Но к чему, все же, клонит Кант? Оказывается, к тому, что наши способности к познанию неминуемо приводят нас к осознанию нравственного императива, на котором должна строиться модель поведения человека. «Поступай так, чтобы максима твоей воли могла стать принципом всеобщего законодательства», - учит Кант.
      Правда, Кант не указал, из каких именно знаний формируется моральный кодекс человека. Ведь знания бывают очень разные. Даже те, которые он называет априорными. И уж тем более разнятся выводные истины, которым человек также находит место в пространственно-временной сетке своего сознания. Очевидно, Кант исходил из собственного опыта познания себя в этом мире, где его воображение поражали две вещи: «Звездное небо над головой и нравственный закон внутри нас».
    Добавить к этому можно только одно: провозглашая свой нравственный императив, Кант демонстрирует нам еще одну «вещь в себе». То есть, сам по себе этот императив полезен, но тайна его природы нам не очевидна.
      Сложность и академичность учения Канта не помешала философам подметить в ней ряд нестыковок. Например, остается не ясным, зачем нужна религия и Бог с его заповедями, если внутри человека и без того существует нравственный закон?
    Другим спорным моментом представлялись ограничения, наложенные Кантом на познание «вещи в себе», не исключая самого человека. Таким образом, он отказывал человеку не только способности к исчерпывающим познаниям, но и в понимании самого себя. Заметим, кстати, что в этой темной схеме появления морали из приблизительных знаний главную роль играет мышление.

Фихте
    Разобраться с противоречиями в учении Канта взялся философ Фихте. Он даже провозгласил себя «жрецом истины», хотя сам Кант считал его «ловцом призраков». Пожалуй, здесь мы согласимся с Кантом.
    Впрочем, кое-что у Фихте достойно самого пристального внимания. Например, Фихте доказывает, что между субъектом и объектом должно пролегать действие. А всякое действие порождает структуру. Человек не просто созерцает предмет, а конструирует его сообразно своим представлениям и предположениям. Таким образом, познание субъектом объекта строится на принципах творчества и соответственно является волевым актом. Но это как раз и означает, что «вещь в себе» бессмысленна, в ней никто не нуждается, а человеку возвращается свобода действий и творчества. Пользуясь этой свободой, человек способен познавать окружающий мир, не взирая на принципиальную непознаваемость метафизических реалий. Тем более, что всякая наука, по мнению Фихте, рано или поздно становится метафизичной в силу бесконечности развития.
      До сих пор с точки зрения креативной философии к Фихте нет никаких претензий. Однако на вопрос, что заставляет человека познавать, Фихте говорит примерно следующее:
    Субъект, осознавая себя как «я», противопоставляет себе все, что «не я». И при синтезе этих антитез у субъекта возникает представление о некоем «супер Я». Этого «супер Я» Фихте называет «интеллигенцией», иначе «интеллект». И вот под воздействием этого «супер Я» наше эмпирическое «я» начинает догадываться, что познание возможно и необходимо, и становится его инструментом.
      Тут, конечно, трудно с уверенностью говорить, что подразумевает Фихте под «я». Зато в отношении «супер Я» Фихте поясняет, что только при его существовании возможно индивидуальное мышление. Так что, скорее всего под личиной «супер Я» скрывается наше эго с рожками Падшего Ангела. Ну, чем вам не «ловец призраков»?

Шеллинг
      Проблемы «вещи в себе» в объектах Канта и вопросы творческого начала в субъектах Фихте попробовал разрешить немецкий философ Шеллинг. Заслуга Шеллинга перед философией состоит в том, что при доказательстве своих идей он опирался на данные науки. Шеллинг поставил своей задачей отыскать в природе то самое архэ, о котором лишь догадывались античные философы.
      Признавая факт того, что мы не можем полностью отстраниться от искажений картины мира в восприятии субъекта, Шеллинг полагал, что в целом мы способны отделить природу от субъекта и понять, что в ней есть. На примерах магнитных, электрических, химических и других явлений Шеллинг доказал активность материи. А это подтверждало идею духовного начала в природе (архэ, энергия), которое, по мнению Шеллинга, и толкает ее к развитию.
    Собственно, на этом настаивали пантеисты, но убедительно обосновать свои претензии на истину им не удавалось. Впрочем, Шеллинг предупреждает, что силы, которые заставляют природу развиваться принципиально не постижимы для нашего разума. Зато понимание активности материи позволяет говорить о возможности развития от простейших форм этой активности к более сложным и высшим.
    Казалось бы, отсюда недалеко до открытия творческих свойств «архэ». Однако Шеллинг подмечает только одно его свойство, которое будучи расфасовано по отдельным предметам, определяет их волю к жизни. Правда, наряду с эволюцией Шеллинг не исключает инволюцию, когда материя сворачивается в «Точку безразличия», где имеет место абсолютное тождество объекта и субъекта. Говоря же о воле человека, Шеллинг признает за ней устремление к познанию. Однако для постижения духовности материи более пригодным он считает вовсе не науку, а искусство, и особенно поэзию. Именно искусство, по мнению Шеллинга, способно внушить человечеству тот самый нравственный императив, о котором говорил Кант.
    Собственно к Шеллингу у креативной философии претензий практически нет, если не считать того, что его бутылированное архэ, готовое к борьбе за свое существование, никак не может быть основой Вселенской гармонии. Для этого оно слишком примитивно. А воли к познанию самого Шеллинга, как оказалось, совершенно недостаточно для объяснения творческих способностей человека.

Гегель
      А вот Гегель считал высшей формой проявления духовности роман. Даже самый плохонький роман, по его мнению, лучше музыки и созерцания природы, где, как известно, отсутствуют слова.
      Гегель в философии большой авторитет, ведь по его собственному мнению он до конца достроил систему объективного идеализма и тем исчерпал возможности философии. Поэтому, давайте, приглядимся к нему внимательней. Тем более, что некоторые положения его учения к этому располагают.. Например, его отношение к войне, в которой он усматривает большие плюсы. Впрочем, Гегель здесь не первый. Как мы помним, этим отличался еще Гераклит, считавший основным законом природы единство и борьбу противоположностей.
      Кстати, принципы диалектики, открытые Гераклитом, также лежат в основе учения Гегеля. Однако Гегель распространяет эти принципы на всю природу. Впрочем, и это не совсем ново. Спиноза тоже говорил, что порядок и связь вещей в природе такие же, как порядок и связь идей. Правда, Спиноза считал, что Бог и природа – это одно и то же. То есть, он был пантеист. Может быть, и Гегель пантеист?
      Многие так и думают. И на это как будто указывает утверждение Гегеля о том, что все «действительное разумно, а все разумное действительно». Тут, как вы понимаете, креативная философия целиком поддерживает Гегеля.
      Однако он же, Гегель, вдруг заявляет: «Разум без рассудка – ничто. А рассудок без разума – нечто».
      Вот тебе, на! Что же это получается, рассудок более реален, чем разум? А ведь мышление является лишь функцией разума? Притом функцией необязательной. Многие животные обходятся без мышления. И что это за «нечто», каковым является рассудок без разума. В чем его сущность?
      Между тем, Гегель отрицает сущность в привычном смысле, говоря: «Сущность является. Явление существенно». На первый взгляд это кажется верным. Мы и впрямь видим в вещах лишь то, что нам является. Но тогда получается, будто всякий призрак существенен. А значит, и это «ничто» существенно, и возможно существеннее, чем все прочее.
      Не путает ли тут что-нибудь Гегель? Да нет. Он даже уточняет свой тезис, доказывая на примере денег, что «чистое бытие» тождественно «небытию», или «ничто».
      Создается впечатление, что в случае мышления речь у Гегеля идет о каком-то потустороннем духе. А ведь так оно и есть. Гегель прямо говорит, что сама природа - есть «окаменелость духа», который некогда резвился в природе. Этот дух представляет собой некий абсолют диалектической логики, «абсолютная идея», «мировой разум», «логика сама в себе». Эта логика разворачиваться в себе, подобно пружине, имея глобальной целью абсолютную идею, средством достижения которой является субъект, а через него история и культура человечества. Говоря проще, логика, используя человека, пытается подчинить себе человечество. Вот они, аппетиты Падшего Ангела.
      Основываясь на тождестве бытия и мышления, Гегель выявляет, присущие им, законы развития материи. Мышление подсказывает ему идею о том, что тезис и антитезис, по сути, тождественны. Причем, антитезис порождается самим тезисом, который как бы разделяется в самом себе, образуя его противоположность. Синтез противоположностей дает новое качество. Далее и само качество способно изменяться под влиянием своей антитезы (количества), а форма в какой-то момент вступает в противоречие с содержанием. Таким образом, возникают все новые и новые пары противоположностей, противоборство которых приводит к «отрицанию отрицания». И это обеспечивает развитие всего сущего в мире от низшего к высшему, от простого к сложному, по спирали. Те же законы диалектики, по мнению Гегеля, присущи и обществу, где борьба является главной движущей силой истории, а целью является свобода. Однако свобода, обусловленная логикой абсолюта, как замечает сам Гегель, не может быть безусловной. Поэтому исторические личности на самом деле – инструменты мирового духа. А их восхождение и деяния в большой мере предопределены фатально. То есть, речь идет о порабощении человека неким Фатумом, возникающим из логики.
      За этой мыслью маячит неизбежность зла на земле, продиктованная мировым духом. И это не может не вызывать вопросов. Притом не совсем понятна и цель абсолюта - свобода. Свобода от чего, для чего и до какой степени? Не тождественна ли она небытию? А по поводу «отрицания отрицания» сам Гегель вынужден давать пояснение, поскольку далеко не всякое отрицание прогрессивно. Но особенно странно выглядит «борьба противоположностей». Ведь если некое природное образование делится в самом себе, то разве для того, чтобы бороться с собственным плодом? Где такое происходит в норме? Хорошо, если борьба увенчается гибелью плода, но вдруг она закончится взаимным уничтожением.
    Впрочем, со стороны плода борьба выглядит оправданно. Плод стремится к свободе и независимости, и потому вступает в противоречия со своим патроном, норовя его отрицать. И такое наблюдается на каждом шагу, не исключая отношение количества к качеству и формы к содержанию. Об этом же феномене идет речь и в христианской теологии при рассмотрении вопроса о Падшем Ангеле.
    Но что касается самого прародителя плода, то более рациональным представляется его стремление опекать и направлять свое чадо в русло разумного и продуктивного поведения. Так, например, энергия, разделившись в себе, дает жизнь несоизмеримому, а значит, противоположному ей, атому, и сопровождает его на протяжении всего его бытия. То есть, если смотреть с точки зрения творческой энергии настоящего «Мирового Разума», а не Абсолютной Идеи Гегеля, то существуют и некие другие законы развития природы и человека.

    Фейербах
    Диалектическое учение Гегеля вызывает сомнения и у Людвига Фейербаха. Изначально считая Гегеля своим духовным отцом, Фейербах со временем приходит к отрицанию диалектики Гегеля. По мнению Фейербаха диалектика – это всего лишь иллюзия и свойство нашего мышления, но мир не противоречив. Зато противоречив, по мнению Фейербаха, сам Гегель, когда говорит о неумолимой логике развития истории, и тем исключает в ней действие диалектического принципа «отрицания» самой логики.
      Впрочем, Фейербах согласен с тем, что человек несвободен. Но несвободен он тенет религиозного сознания. Это религиозное сознание создается совокупностью факторов, главным из которых является природа творчества, лежащая в самой сущности человека. Человек не может не творить, считает Фейербах.
      Исследуя творчество религиозного сознания, Фейербах приходит к выводу, что источником его являются чувства, такие, как страх, уныние, надежда, ощущение зависимости. Под давлением этих безотчетных чувств человек абсолютизирует собственные качества, наделяя ими Бога, совершенного, мудрого, бессмертного. Но всякому творчеству свойственно развитие. И с изменением общественного сознания происходит эволюция верований, приведшая к христианскому монотеизму. В нем, по мнению Фейербаха, Бог Отец – олицетворяет материю, Бог Сын – логику, а Святой Дух – нравственность. Но все это, как замечает Фейербах, есть «отчуждение сущности человека». Происходит «удвоение мира», где первичен тот, вымышленный мир. Христианская вера партийна и нетерпима, утверждает философ. Она закабаляет человек. Человек должен быть освобожден от этой веры.
    Ну, еще бы! Вера, где богом является материя, перед которой человек испытывает страх и оттого впадает в мистику, и по нашему мнению никак не может быть верой в истинного Творца.
      Тем не менее, творчество в области верования, видимо не дает покоя Фейербаху, и он предлагает обществу новую религию, основанную на чувстве любви к человеку. «Человек человеку – Бог», - провозглашает Людвиг Фейербах.
      Разумеется, этот тезис он подкрепляет самыми красноречивыми рассуждениями о гуманизме и идеалах такой веры. Но вместе с тем Фейербаху приходится принимать во внимание такой феномен, как любовь человека к самому себе. Ее может быть или слишком много или слишком мало. Притом люди бывают разные и зачастую несовершенные. Кроме того любовь к одному человеку запросто может обернуться ненавистью к его врагу. Таким образом, Фейербаху приходится говорить о «разумном эгоизме». Но, как известно, творчество в сфере эгоизма не знает границ.
    Словом, Фейербах под благовидным предлогом предлагает человечеству отказаться от того в природе, чему он обязан своей врожденной способностью к творчеству. Зато он возводит в Боги материю и логику, ожидая от них проявление нравственности.

Маркс
    Маркс отдавал себе отчет, что он более оригинален в сфере экономики и социологии. В философии же он, по его выражению, всего лишь «поставил учение Гегеля с головы на ноги». То есть, он применил диалектику к материальному миру, определив материю единственной реальностью. Иначе говоря, он отказал в существовании Богу и Святому Духу.
      В этой реальности закон единства и борьбы противоположностей является источником развития. Закон «отрицания отрицания» определяет направление развития. А переход количественных изменений в качественные представляет собой механизм развития материи. При этом движение является неотъемлемым атрибутом материи, которая не может существовать кроме, как в пространственно-временных координатах. Кроме того Маркс указал на существование форм материи, усложнение которых обеспечивается путем включения в себя предшествующих форм и «несводимостью высших форм развития к низшим».
    Не забыл Маркс и об идеальных представлениях, понимая их, как материальные объекты, пересаженные в человеческую голову и преобразованные в ней. Таким образом, по Марксу сознание – есть функция материи на определенном этапе ее развития. Из этого следует вывод, что познание природы возможно. При этом эволюция познавательных способностей человека приводит к высшей форме его познавательной деятельности – научному познанию. Таким образом, истина есть не что иное, как отражение объективной реальности. А ее критерием является практика.
    Эта стеклянная ясность учения Маркса, подкупает своей простотой и трезвостью. Однако настораживает своей примитивностью. И нам следует согласиться с Марксом, где он говорит, будто «идеи становятся материальной силой, когда овладевают массами». Но не доказывает ли этот тезис существование нематериальных сил? И что, вообще такое, материальная сила? Почему материи присуще движение? И что порождает саму материю? И что заставляет ее существовать, когда легче не существовать? Откуда берутся ее законы? И почему закон отрицания отрицания так похож на среду взаимоисключений хаоса? И что заставляет преодолевать хаос, переводя количественные изменения в качественные?
    Эти и многие другие вопросы в купе с открытиями современной науки заставляют подозревать, что Марксу были известны не все законы природы. В этой связи заявление Маркса о том, будто ему удалось достроить материализм доверху, по нашему мнению, следует считать преждевременным. А значит, и его теория об обществе также нуждается в дополнении.

Шопенгауэр
    Было бы странно, если б все философы согласились с диалектикой Гегеля. Особенно жестко возразил Гегелю Артур Шопенгауэр. Вооружившись «принципом достаточного основания» Лейбница, Шопенгауэр посчитал, что «единство и борьба противоположностей» должны быть как-то мотивированы. Ведь, как утверждал тот же Лейбниц: «легче не существовать, чем существовать». На этом основании он назвал Гегеля софистом и «Убийцей истины». А в основу сущности всего бытия, он положил иррациональное начало – волю. Ту самую, о которой говорил Шеллинг. Но Шопенгауэр пошел дальше. Он перелицевал высказывание Декарта, провозгласив тезис: «Хочу, следовательно, существую».
      Будучи в корне всех вещей и явлений природы, воля к жизни, по мнению Шопенгауэра, слепа и агрессивна. Отсюда и берет начало динамический принцип борьбы в этом мире. Негативные свойства воли проявляются и в жизнедеятельности человека. При этом человек оказывается самым агрессивным из животных. В большинстве мотивы людей отражают их низменные потребности. К тому же у человека зачастую имеется обманчивое представление о благах, достижение которых влечет за собой пресыщение и скуку, а недостижение – неудовлетворенность. Возможность избегнуть этого ложного пути Шопенгауэр видит в сознательном направлении воли человека на подавление своих волеизъявлений, либо в сферу творчества.
    Последнее как будто говорит в пользу «креативной философии». И отдавая должное Шопенгауэру, мы готовы согласиться с его догадкой о том, что в основе бытия лежит «принцип преодоления». Но кроме этого принципа, «философия красоты» знает и другие принципы, присущие энергии, приложенной к материи. Например, любовь, как сопереживание и синтез. Именно от неполноты представлений об основах мироздания и появляется пессимизм Шопенгауэра, выраженный в его антитезе Лейбницу: «Все к худшему в этом худшем из миров».

Кьеркегор
    Противоречит Гегелю и датский философ Кьеркегор. Правда, Кьеркегор не столько философ, сколько литератор. Поэтому его вклад в философию невелик. Но Кьеркегор это яркий пример того, что далеко не все философы правильно понимали пантеизм Гегеля. Обвиняя Гегеля в попытках понять логику Абсолюта, Кьеркегор утверждает, что истинный Бог не только не познаваем, но и не должен быть познаваем человеком. По мнению Кьеркегора, вера должна быть слепа и безрассудна. Только в этом случая она истинна. В этой связи он критически относится к церковникам, уличая их в своекорыстии, и говорит о продуктивности отрицательных эмоций, таких как страх и отчаяние, видя в них источник свободы.
    Таким образом, Кьеркегор предлагает слепо верить в тот самый Абсолют, который сам является источником страха и сомнений. В качестве примера такой безрассудной веры он анализирует случай с библейским Авраамом. Этот Авраам готов был по требованию Бога принести в жертву своего единственного сына. Однако, по нашему мнению, этот пример доказывает лишь тот факт, что Авраам верил в какого-то странного Бога с садистскими наклонностями. Своей готовностью поверить в такую провокацию, Авраам тяжко оскорбил бы истинного Бога.

Ницше      
      Чем слепо верить в сомнительного Бога Кьеркегора, не лучше ли вообще воздержаться от веры. Казалось бы, именно такой сценарий предполагает философия Ницше, где развивается учение Шопенгауэра. Ницше даже провозгласил Сократа своим личным врагом, поскольку полагал, что именно Сократ заронил в общество идеи, положившие начало христианской морали, обесценившей волю к жизни и ведущей к деградации общества.
      Впрочем, сама по себе «воля к жизни» и борьба за выживание, по мнению Ницше, имеют смысл лишь в сочетании с «волей к власти» и доминированию. Власть же, как в свое время показал Макиавелли, должна быть свободна от всякой морали. Таким образом, добро у Ницше сопряжено с силой и знатностью, а зло - со слабостью и нищетой. При этом сильные должны помогать слабым исчезнуть с лица земли всеми доступными средствами. В этом Ницше видел высшую справедливость и путь естественной эволюции, результатом которой должен явиться сверхчеловек - «Белокурая бестия».
    Разумеется, с точки зрения креативной философии, где, как мы помним, основным качеством человека является сопереживание, «сверхчеловек» Ницше представляется самым примитивным существом - недочеловеком. Притом на всякую «Белокурую бестию» найдется «бестия» более совершенная, и как в этом случае строить взаимоотношения «бестий»? Да и что, в конце концов, делать с этой столь желанной властью? Всякий, например, может почувствовать свою власть над муравьем, но насколько это ценно для человека?
      Таким образом, антигуманизм Ницше не столько зачеркивает Бога, о котором Ницше сообщает, что он умер, сколько провозглашает власть дьявола. И Ницше вполне можно было бы признать сумасшедшим, каким, впрочем, он и был в конце жизни. Но есть одно маленькое «но». У Ницше имеются очень важные для «креативной философии» соображения. В своей людоедской философии он приходит к мысли о необходимости бороться со своей «тварностью», чтобы стать творцом. Настоящим творцом, по мнению Ницше, является ребенок. И после того, как человеку удастся выдавить из себя рабский дух, а затем пресытиться властью, в нем может заговорить истинный творец.
    Насчет ребенка в качестве, творца мы не имеем возражений. Однако не совсем ясно, что мешает человеку заниматься творчеством, минуя этапы рабства и господства?

Фрейд
    Казалось бы, в философии Ницше мышление достигает своего апофеоза во власти над разумом и в отрицании его божественной сути. И если понимать сознание как производное синтеза разума и мышления, то в свете идей Ницше человеческому Эго предлагается вообще не обращать внимание на разум.
    Однако что-то сильно мешало окончательно ниспровергнуть разум с исторической сцены. И это был, в первую очередь, сам разум. Ведь ясно же что сознание, контролируя волевыми усилиями внимание, способно одномоментно подвергать осмыслению лишь очень небольшой сектор мироощущений и задач. Да и те предварительно находятся в сфере бессознательного, где, кстати, и завершается сам процесс осмысления. Эту сферу бессознательного Фрейд назвал «кипящим котлом». Будучи врачом психиатром, Зигмунд Фрейд не мог не понимать, что сознание не является «хозяином в собственном доме», а есть лишь островок в микрокосме разума. А понимая это, Фрейд взялся исследовать область бессознательного.
    Интересно, если бы черт взялся изучать Бога, насколько можно было бы верить его выводам? Вот, и плоды мышления Фрейда, изучающего разум, оставляют в области нашего бессознательного некоторые вопросы. Правда, Фрейду трудно возразить, когда он говорит о психической энергии, ставя ее в один ряд с физической. Нельзя не согласиться с ним и когда он доказывает существование бессознательных желаний и защитных механизмов. А также, когда указывает на проявление бессознательного в сновидениях. И даже, когда он говорит о важности либидо в жизнедеятельности человека.
    Однако нашему разуму трудно примириться с утверждением Фрейда о том, будто главным мотивом в сфере бессознательных решений являются сексуальные устремления человека. Здесь совершенно очевидно извращенное представление о разуме, где на самом деле царствует любовь и принципы красоты. Разум ребенка, у которого еще нет признаков либидо, при своем формировании прекрасно обходится без всяких сексуальных устремлений.
    Тем не менее, креативная философия согласна с Фрейдом в той части, где он предлагает путь сублимации - трансформации либидозной энергии в творческую. Правда, Фрейд при этом утверждает, что именно сублимации человечество обязано появлением культуры и прогресса. Тут мы позволим себе не согласиться. В конце концов, сексуальная энергия не настолько уж неистребима. Ее вполне успешно нейтрализует обыкновенное рукоблудие, которым пользуются даже обезьяны.

Бергсон
    Таким образом, как мы видим, на протяжении всего пути развития философской мысли, мышление все время атаковало разум, пытаясь принизить его роль, доминировать над ним, извращать его суть. При этом мышление как будто не отделяло себя от разума, а то и просто подменяло его собой. Этим фокусам мышления попытался положить конец французский философ Анри Бергсон.
    Бергсон предложил не путать интеллект (мышление) с интуицией (разумом), и даже указал на очевидность приоритета интуиции в уме человека. При этом Бергсон говорил о необходимости развития двух этих начал и их синтеза, поскольку они – два способа выживания. По мысли Бергсона не эволюция привела к появлению мышления, а природа изначально выбрала две эти ветви восхождения: с акцентом на инстинкт и с акцентом на интеллект. Такое отрицание единого эволюционного развития, объясняется тем, что Бергсон понимал зарождение жизни, как творческий порыв неких космических сил, которые насаждали живую материю, подобно «кассетным боеголовкам».
      С представлением Бергсона о творческом порыве в насаждении живой материи креативная философия, пожалуй, согласна, хотя для уточнения наших позиций заметим, что и в традиционном представлении об эволюционном восхождении к разуму у космических сил достаточный простор для творчества.

Русский космизм
    По поводу взаимоотношений живой и неживой материи с Бергсоном согласен русский ученый и философ Вернадский. Жизнь по мысли Вернадского неотделима от материи и совечна ей. Вернадский был ярким представителем направления в философии, называемым русским космизмом. Кстати, нетрудно заметить, что в истории философии до 19 века русских имен практически нет. Это выглядит несколько странно, поскольку даже признанная история отводит России большую роль в мировых процессах. А если принять во внимание новую хронологию Фоменко, то русский след в развитии человечества должен быть весьма значительным. Отсутствие такого следа в философии объясняют и суровостью жизни русского населения, которому было не до абстракций. Но, может быть, все дело в том, что Русь строилась на основах православия, которое, видимо, давало ответы на большинство философских вопросов.
    Во всяком случае, русской мысли не присущи размышление на тему: догонит ли Ахиллес черепаху или насколько недостоверно очевидное. Русскому сознанию более свойственно творческое постижение действительности, где интуиция играет куда большую роль, чем интеллект. Поэтому русскую философию следует искать в русских сказаниях и былинах, а также в самом языке. Здесь следует искать и начало русского космизма, где Федоров говорит о необходимости «умертвить саму смерть», Соловьев провозглашает принцип мудрости в науке, предполагающий веру и мораль, а Бердяев осмысливает слова Василия Великого: «Бог сотворил человека для того, чтобы человек стал Богом». Соответственно, русской мысли более свойственно проявляться в форме литературных произведений, что мы наблюдаем у Толстого, Достоевского, Чернышевского, Герцена…

Гуссерль
      Философствование в литературных произведениях, конечно же, не является изобретением русских. Это достаточно распространенная форма изложения философских воззрений, способствующая более естественному их уразумению. Особенно это касается экзистенциализма, направления в философии XX века, акцентирующего своё внимание на уникальности и иррациональности бытия человека. Однако именно представитель экзистенциализма и основатель феноменологии, Эдмунд Гуссерль, предложил сделать философию более строгой наукой. Объясняется это тем, что Гуссерль берется за проблему сознания. Но, как заметили многие философы, проблема сознания осложняется тем, что сознание должно осознать самое себя, что приводит к порочному кругу.
    Тем не менее, Гуссерль, как видно, понимая, что мышление в отличие от разума, всегда находится в процессе логических построений, говорит о замутнённости сознания. Сознание, по мысли философа, не существует как такового. То есть, не поддается фиксации. Оно всегда направлено на объект осознания. И вот, сознание самого Гуссерля приводит его к странной мысли о необходимости очистить сознание от привнесения в него элементов мышления и таким образом определить его структуру.
    По нашему же мнению, сознание без мышления становится разумом. Кстати сказать, и Гуссерль после вычета мышления на месте сознания обнаруживает некие, известные еще от Платона и Аристотеля эйдосы, идеи предметов, отвлеченные представления о них. В общем, этого и следовала ожидать.

Экзистенциализм
      Сделав объектом своего исследования жизнь человека и его сознание экзистенциалисты озаботились проблемой смыла человеческого бытия, свободы человека, мироощущений индивида. Изучая онтологию бытия, они пришли к выводу, что бытие неоднородно. У бытия много форм. Есть бытие в мире, бытие в себе, бытие для других, и даже предбытие и недобытие.
      Кроме того человеческое бытие уникально в своей абсурдности, поскольку человек осознает кратковременность жизни перед вечностью, а его экзистенция выдвинута островом в океан «ничто». Однако вот с этим самым «ничто» у поборников философии существования немедленно возникли проблемы. Как оказалось мышление так устроено, что не позволяет сознанию определиться с категорией «ничто». Научно обосновать существование «ничто» экзистенциалистам представляется невозможным, ибо наука имеет дело только с тем, что существует. И хотя вся жизнь во Вселенной происходит на фоне «ничто» и ежесекундно прорывается сквозь это «ничто», оставляя позади себя «ничто», для строгой науки не является логическим обоснованием существования «ничто». Поэтому экзистенциалисты объявляют понятие о «ничто» метафизической истиной, которая доказывается чувством страха перед небытием, а также наличием трагедий в художественных произведениях.
      При таком подходе само сознание человека представляется абсурдным. Неудивительно, что экзистенциалисты поддерживают идею о невозможности человеком познать самого себя. Впрочем, одной из причин этого экзистенциалисты называют постоянный выход человека за пределы того, чем он является в данный момент. То есть человек постоянно творит себя.
      Разумеется, творение себя во многом зависит от обстоятельств, определяющих свободу человека. Экзистенциалисты не приемлют формулу Спинозы о свободе как познанной необходимости. Они определяют свободу как дыру в мироздании и называют ее «дыркой в бублике». Поэтому они считают, что никакого исторического детерминизма не может быть в принципе. И если человек вынужден подчиняться силам обстоятельств, то он все же имеет возможность выбрать свое отношение к ситуации. И здесь соответственно возникает вопрос о смысле человеческой жизни. Стоит ли эта жизнь, исполненная абсурда того, чтобы ее прожить?
      «Стоит» - отвечает Камю и свидетельствует о бунте человека против абсурдности мира. Формы реализации бунта могут быть различными, но лучшим, по мнению Камю, является искусство и творчество. С точки зрения экзистенциалистов любое творчество – бунт против реальности, где человек увековечивает свое отношение к миру на фоне краткости жизни. И в этом главное достоинство человека.
    Оспаривать это положение с позиций креативной философии, нет нужды. Смысл жизни человека созданного по образу и подобию Творца, разумеется, следует искать в творчестве. Собственно и сама философия в руках философов является инструментом творчества.
    Однако всякое ли творчество мы можем называть творчеством. Ведь иной бунт способен уничтожить или сделать неприемлемой саму реальность вокруг человека. Даже в философии достаточно примеров очень талантливого, но деструктивного творчества. Не думаю, что преувеличу роль творчества Ницше в идеологии фашизма.

Современная философия
    Если вы заметили, на протяжении всей истории своей науки, философы, пользуясь диалектическим мышлением, наперебой отрицали друг друга. Но, пожалуй, в одном они были едины. В том, что все знания о внешнем мире, в том числе о себе самом, у человека сомнительны. Но тогда быть может, есть смысл усомниться и в самом знании о сомнительности знаний человека? Быть может, с развитием естественных и точных наук и благодаря накоплению огромного количества знаний у современного человечества есть основания думать иначе? Увы, современная философия остается верной себе и опять же по средствам диалектического мышления отказывает человеку в удовольствии быть уверенным в своих знаниях. Впрочем, кое-какие изменения философия претерпела. Например, из «Царицы Науки» она превратилась в ее «служанку». Однако это оказалась весьма лукавая и своенравная служанка.
      Вот скажем, герменевтика, будучи одним из направлений иррационализма, показала, что в науке, как и в любом тексте, очень многое зависит от искусства интерпретации. При этом число интерпретаций может быть множество, а значит, и пониманий возможно столько же.
    Философия позитивизма и вовсе пустилась поучать науку, доказывая, что все науки должны стоять на едином методе, методе индукции, и на основании опытных данных приходить к обобщениям и выводам.
      Эту мысль тотчас опровергли поборники эмпириокритицизма, выступившие с критикой эмпирического опыта. По их мнению, наука накопила множество понятий, которые нельзя проверить эмпирически. «Физика должна отвечать на вопросы не «почему?», а «Как?» - поучает Мах и говорит о недопустимости косвенных доказательств.
    Научные опыты пытаются не дать в обиду сторонники конвенционализма, доказывая, что научным является только эмпирический базис. Теоретическая же часть принимается условно, поскольку на одном и том же базисе возможно построить различные теории. Физика только там, где есть эксперимент, а «вся остальная физика – каталог в библиотеке».
   С этой мыслью, как будто, согласны инструменталисты, доказывающие, что все теории не являются отражением реальности, а представляют собой лишь удобные инструменты в научных изысканиях. Соответственно следует покончить с вопросом об истинности в науке. Ведь, нас не интересует истина молотка, когда нам необходимо забить гвоздь.
    Такой гвоздь в гроб истины пытается забить прагматизм, находящий, что научный опыт не менее сомнителен, чем теория, а значит, науку следует оценивать с точки зрения ее полезности.
    Между тем, и сама оценка нуждается в объективности. Поэтому единственный путь к верным суждениям в науке, по мнению сторонников логического позитивизма, следует искать в логике. Однако логика предполагает логические взаимосвязи. И чтобы весь мир представить в виде таковых взаимосвязей, приходится признать, будто мир – не есть скопление объектов, а проявление фактов, которые, суть, события. Но важным фактом в хитросплетениях выводов аналитиков явился тот факт, что их главный идеолог, Винтгенштейн, доказал, что прояснить даже наш язык с помощью логики практически невозможно. Ведь значение термина зависит от контекста, также как события зависят от точки зрения на них.
      Преодолеть затруднения логических позитивистов взялись неопозитивисты. Они попытались провозгласить универсальным языком науки язык физики и найти такую универсальную научную процедуру, которая очистит физику от метафизических проблем. Но их пыл значительно поостыл, когда они столкнулись с языковыми каркасами, за рамками которого существовали другие понятийные аппараты.
    Несостоятельность позитивистких направлений в философии на правах приемника и по всем правилам диалектического мышления показал постпозитивизм в лице, Карла Поппера. Поппер настаивает на том, что «все научное погрешимо» и «строится на болоте». Отсюда он выводит заключение о невозможности достижения абсолютной истины в науке. «Мы всегда ищем истину, мы можем приближаться к ней, но даже если мы найдем ее, у нас нет критериев ее определения», - заявляет Поппер. По мнению Поппера, истина для ученых вроде «морковки перед мордой осла». Каждая теория обречена изначально на то, что будет отрицаема. Однако это не означает, что искать истину не следует. Просто истина превращается в метафизическую величину, которая является стимулом в науке. Впрочем, и эта мысль далеко не нова.

Постмодерн
      Как видим, и современная философия остается верна себе. Логика диалектического мышления диктует все ту же формулу Сократа, возможно подсказанную ему его демонием: «Я знаю только то, что ничего не знаю».
      Между тем научно-технический прогресс достиг небывалых вершин. Накоплен огромный арсенал знаний, вещей искусственной природы, культурных ценностей, технологий и технических средств. Произошла информационная революция. Вместе с тем неизмеримо возросли и проблемы человечества. Появилась проблема перенаселенности планеты, дефицит ресурсов, экологического и идеологического кризиса, угрозы уничтожения человечества в результате войны или техногенной катастрофы. Но главное, сам локомотив прогресса, наука, значительно замедлила ход и продвигается вперед все с большим трудом. На пути науки появляются барьеры, на преодоление которых от общества требуется все больше усилий и материальных затрат. При этом, наука, заменившая человеку Бога, сама становится все более метафизической. По словам академика Левашова, современная наука требует от человека почти религиозной веры в ее теории. Этот кризис науки, разумеется, переживает и философия. Теперь философию принято сравнивать с королем Лиром, который раздав свои богатства, стал нищим.
   В свое время философия возглавила движение человечества в эпоху модерна. По словам профессора Дугина, пафос модерна заключается в идее освобождения от Бога, от всего сакрального и иррационального. Модерн был призван «расколдовать мир», наполненный мифами и призраками. Опираясь на идеи модерна, человек творил свой мир, где только он господин.
    Осмысливая плоды этого творчества, Ницше провозглашает: «Мы убили Бога. Вы и я». Но что получено в результате? По мнению Ницше, в ответ человек столкнулся с «ничто». Жалкий человек освободился от Бога для того, чтобы носиться со своими комплексами и уродствами. Долгое время модернисты считали, что их действия ведут к вершинам великой гуманистики, покуда не увидели, построенное по их замыслу, банальное, комфортное, трусоватое общество. И в то время как Создатель, сотворив мир, восхитился им, человек вынужден признать свое творение нелепым и убогим.
    Трудами модерна человеческое общество стало идолом. Капитал занял место Бога. Возник классовый антагонизм. Вместо равенства произошла замена одной иерархии другой. Казалось бы, самое время разобраться, как произошло это странное превращение? Кто тот поводырь, который привел, ослепленного соблазнами, человека в этот хаос, где все взаимоотрицается до состояния «ничто»?
    И постмодернисты находят ответ на этот вопрос. «Модерн не справился со своей исторической задачей, потому что в нем было слишком много традиционного», - заявляют они. И открывают главного виновника неудач человека – разум.
      Это кажется невероятным. Быть может, здесь имеет место путаница в понятиях и терминах. Мы же помним, что Падший Ангел – большой путаник. Но нет, именно разум, по свидетельству Дугина, постмадернисты рассматривают как основное средство закабаления. Что такое мышление? Мышление всего лишь процесс. Зато разум – признается постмодернистами формой и источником диктата. А значит, чтобы довести базовую программу освобождения до конца, необходим плюрализм в самом широком смысле. И в первую очередь научных, этических, эстетических и прочих дискурсов. Что же касается истины, то она категорически отрицается. Плюральность предполагает свободу всему иррациональному, всем видам отклонений. Всякая норма – продолжение закабаляющих практик Соответственно, необходимо ликвидировать волю к власти и власть. Надо дать абсолютную свободу телу человека, его желаниям и бессознательным побуждениям. А поскольку и органы тела человека тоже предполагают иерархии, в идеале следует избавиться и от этого неравенства. «Благодаря этому человек перестает быть индивидом, превращаясь в рассеянную совокупность игровых идентичностей, набор свойств, груду отдельных элементов, из которых конструируются все новые образцы. Отмена любых иерархических геометрий предполагает ликвидацию времени, и, разумеется, саму логику», - заключает свой прогноз Дугин.
      Говорят, что перед тем как одержимый переходит в мир иной, дьявол является ему во всем своем ужасном виде. Не то ли происходит и в идеологии постмадерна? Маска Падшего Ангела сорвана. И «ничто, которое ничтожит» уже не стесняется показать человечеству свой истинный облик. Логика мышления приходит к своему естественному концу, напоминая змею, глотающую свой хвост.

      14. КРЕАТИВНАЯ ФИЛОСОФИЯ И ПОСТМАДЕРН      

    Конечно, весь этот шизофренический бред постмадерна в большой степени – очередной заскок философской мысли, продиктованной промыслом Падшего Ангела. Зато эта страшилка показывает, куда может завести сознание человека «чистое мышление», лишенное разума. Впрочем, если б человечество прислушивалось к истериям философов по поводу того, что «Бог умер» и что «бытие – есть небытие», то где бы оно сейчас было? Даже превращенному в «машину желаний» человеку необходим разум, поскольку именно им, разумом, определяются и сами желания, и удовольствия. Поэтому отказ от разума равносилен самоуничтожению. И в этой связи креативная философия не разделяет ужаса Дугина перед наступлением постмадерна с его либеральными свободами, а предлагает рассматривать это новомодное течение, как забавную клоунаду, которая является актом творчества философов, и потому столь же нуждается в свободах, сколь и в препятствиях для преодоления.
    Словом, креативная философия ничего не имеет против проекта постмадерна. Более того, считает необходимым воплощение этого проекта в жизнь. Правда, в жизнь виртуальную, которая уже существует в глобальной сети Интернет. Там, в мире информационных грез, как мы надеемся, постмодерн будет благополучно здравствовать и развиваться.
      Дело в том, что креативная философия, будучи планом сверхмодерна, предполагает сосуществование с постмодерном по принципу дополнительности, где творчество человека будет направлено на возвышение разума в реальной действительности, а в виртуальном мире, вполне могут находить свое воплощения фантазии человека, пробуждаемые мышлением.
      Природа разума требует постоянного воспроизводства гармонии с внешним миром. Подобно Сизифу, человек должен неустанно вкатывать на вершину свой камень нравственных ценностей. Но в отличие от труда античного бога, труд человека по воспроизводству в себе личности может быть более творческим. Для этого у человечества накоплен огромный опыт духовных практик.
      Кстати, творчески можно отнестись и христианству, обогатив его практиками йогов и тибетских монахов. Ведь достаточно странно видеть людей в церкви, которые пассивно ждут благодати, не заставляя потрудиться тело в преодолении физических недомоганий. Многое дает разуму и фиксированное созерцание природных объектов. Эти упражнения всего лишь тренируют эмпатию, и, разумеется, никакого вероотступничества здесь нет. Зато мы получаем хоть какое-то средство повышения способности к любви. Ведь нельзя же постоянно толковать об этом чувстве не имея средств к его возвышению.
    Способность к сопереживанию обязывает человека быть здоровым и красивым, поскольку он сам является объектом вчувствования других лиц. И его внешние и внутренние уродства могут отягощать душу наблюдающего субъекта. Это является этической нормой креативной философии.
    Не менее глубокое воздействие на разум оказывают увечья окружающей природы. Человек разумный – есть произведение природы. И значит, внесение в природную среду экологических извращений негативно влияют на разум.
    Конечно, человеку не следует становиться монахом, который только и занят тем, что созерцает и сопереживает. Нет, сама способность к вчувствованию порождает в человеке целую палитру чувств. Да и никакое творчество немыслимо без разнообразия эмоций и выражений душевного состояния. Поэтому, мы допускаем, что Сизифов камень скрижалей время от времени будет скатываться вниз. И здесь важным препятствием на его пути является рельеф общественных отношений.
    Современный человек не может быть свободен от общества и государства. Связь человека с государством определяется принципом дополнительности. Человек должен направлять свою творческую энергию на процветание государства и общества. Зато государство обязано помогать личности развиваться и сохранять нравственное здоровье. И здесь государству предстоит большая творческая работа. В этом смысле бесценен опыт Советской страны, где человеку предлагалось огромное количество клубов, объединений, союзов. Нелишне использовать и опыт западных стран, где индустрия развлечений предлагает различные симуляторы для отвода негативных энергий и соблазнов.
    Начиная от Адама, соблазны постоянные спутники человека. Более того в творчестве без соблазнов никак не обойтись. Однако многие соблазны - это просто призраки, явленные все тем же Падшим Ангелом. И, как правило, обманчивость этих соблазнов человеку становится очевидной, едва ему удается пресытиться плодами цивилизации. Поэтому некоторое расслоение в обществе на богатых и бедных следует оставить в силе. Однако большого контраста здесь допускать не следует. То есть, государство должно контролировать деятельность предпринимателя и регулировать экономические отношения между работником и работодателем. Ведение бизнеса следует позволять только людям высокой нравственности. Но самым главным механизмом предотвращения преступлений должна стать полная отмена наличных денег в пользу безналичных, электронных карт.
    Коммунистические идеалы близки креативной философии, но принципы красоты подразумевают разнообразие и новизну, что в однородном обществе достигнуть затруднительно. Деньги и материальные блага остаются стимулом продуктивного труда, позволяя личности конструировать и достраивать себя и открывая ей новые горизонты творчества.
    Соответственно, творчество предпринимательской деятельности должно поощряться обществом. Однако не стоит отдавать частному бизнесу приоритет в экономике. Плановое ведение народного хозяйства и крупные государственные предприятия достаточно хорошо зарекомендовали себя в Советском Союзе. При исключении наличных денег и надлежащем контроле два этих способа производства совместимы. Впрочем, согласно закону о борьбе противоположностей, бизнес будет стремиться «отрицать» госпредприятия. Поэтому он должен быть под постоянным наблюдением государственных органов.
    Идеологи глобализма все назойливее говорят об отмене государственных границ и смешении наций. Образцом такой практики служит «плавильный котел» Америки. Однако в самом этом питомнике демократии, как известно, граждане группируются по этническому признаку. И это вполне закономерно. Чем больше свобод и демократии в обществе, тем больше у членов общества потребность сбиваться в группы. В борьбе за место под солнцем группа всегда сильнее отдельного лица. И чем сильнее группа, тем выше ее влияние. А в ком же еще видеть единомышленника, как не в себе подобном. Это любовь возникает между непохожими людьми. А страх и ненависть сплачивает похожих.
      Впрочем, ненависть между представителями этносов – явление скорее искусственное. Человеку свойственен интерес к другим народам, их земле и культуре. Но при одном категорическом условии: если от «чужих» не исходит какая-либо опасность. То есть, люди рады гостям, когда гости ведут себя, как в гостях, с перспективой убраться восвояси. Поэтому креативной философии импонирует советский подход к решению национального вопроса. В СССР, благодаря паспортному режиму, каждый этнос проживал в своих границах и развивал свои национальные культуры.
    Конечно, цивилизация вносит свои поправки, стирающие национальные особенности. Ведь конструкция и форма машины не знает географии. Кроме того, перспектива коммунизма поощряла чиновников к распространению безликих форм универсальной культуры. Например, «хрущевки» строились по всей территории страны, придавая ее архитектуре унылое однообразие. Принципы творческой философии исключают такой подход. Разнообразие и непохожесть должно стать важным принципом в развитии национальных культур. При этом народы республик должны жить на своей земле, и регулировка численности населения должна происходить сугубо в границах территории проживания этносов. Отношения же с государством территориальных образований должны строиться на принципе дополнительности.
    Правда, как мы знаем, у республик и, особенно у их руководства, всегда будет тенденция воплотить в жизнь принципы диалектики, с ее «борьбой» против центра и «отрицаниями» единства федерации. Помня это, государство необходимо не только встроить республику в экономику страны, но и иметь механизмы гарантирующие отсутствие ущерба в случае выхода республики из состава федерации.
      В СССР фактором цементирующим союз народов была национальная идея строительства коммунизма. Креативная философия ничего не имеет против идеи Третьего Рима в России, построенного на принципах красоты.
    Как видим, креативная философия требует от личности и целых народов вполне определенных ограничений ее свобод. И это, разумеется, никак не устраивает либералов. Они не перестают трендеть о свободах. Между тем, как мы уже показали Истинное творчество возможно только в рамках принципов красоты. Те же свободы, о которых говорят либералы - всего лишь блеф и миф. Ведь, будучи глашатаями свободы, либералы сами должны быть свободны от каких либо влияний. Но таких добросовестных либералов ничтожно мало. И даже они не лишены своих интересов. Но допустим, они борются за свободу ради самой свободы. Тогда, будучи свободными, они свободны выбирать между правдой и ложью. Природа же правды такова, что она бесконечна. Попробуйте, собрать всю правду о любом предмете. Ну вот, хотя бы о пепельнице. И вы поймете, что это невозможно. Зато ложь всегда имеет законченный вид. Значит, правда либералов либо носит творческий характер и подчиняется законам красоты, либо обыкновенная ложь. Соответственно, говорить правду либералы в идеале не могут. Ведь тогда они сами не свободны от креативных принципов. Значит, они лгут. Между тем ложь всегда паразитирует на правде. Без правды она невозможна. Вот и получается, что сами либералы и их идеи - призрак, в исполнении их заблуждений. И это становится особенно очевидным, когда мы смотрим в перспективу постмодерна, освещенную кривой улыбкой Падшего Ангел.
 

ПРАВЕДНИК ОПЯТЬ СОГРЕШИЛ

(Моголь)
 40    2014-02-26  9  839
Хорошую статью опубликовал Праведник Грешный. Правда, как я понимаю, опять не свою. Зато благодаря ей нам стало понятно, за что украинцы не любят Россию. Если кратко, то вот за что:
1. За то, что русские официальные лица не обращаются к Украинцам на их родном языке.
2. За то, что Россия не занимается пропагандой своей культуры на Украине, а погрязла в тенетах масскультуры.
3. За то, что Россия не стремиться погасить национальные конфликты в Украине, а напротив, всячески их разжигает.
4. За то что русские поддерживают своих спортсменов во время соревнований, вместо того, чтобы поддерживать спортсменов из Украины.
5. За то, что Россия продает газ и нефть Украине по мировым ценам.
6. За то, что Россия поддерживала вора и труса Януковича.
7. За то, что Российские СМИ врут про Украину.
8. За то, что русские лукавят и тайно ненавидят украинцев.

Ну вот, кажется и всё. А теперь погляди сам, Грешный. Разве это не называется поиском блох? Это выглядит примерно так: «Да, я вас, русских, не люблю… За что же это я вас так не люблю? Ага, вот за что. Ваш посол не выучил украинскую мову.»
   А известно ли тебе, Праведник, что русский и украинский языки практически неразличимы? Я, не зная вашего языка, спокойно смотрю и понимаю новости, где ваш трупоед и мясник Саша Белый, положивший в Чечне наших ребят, теперь, заправляя Майданом, не желает сдавать оружия. Скажи, это ему нужна пропаганда русской культуры и книжки Достоевского? Опомнись, Грешный. Да если б Россия лезла к вам со своими Толстыми и Достоевскими, то ты первый бы орал, что ненавидишь русских за то, что они навязывают вам ЧУЖДУЮ культуру.
    Представь до кучи, что Россия приперлась бы к вам решать национальные конфликты в Украине. Ты соображаешь, что говоришь? Там памятники сносят человеку, который говорил: «Пролетарии всех стран объединяйтесь». Бандеровцы требуют: «Москалей на ножи!». А Моголь приедет и поинтересуется: «Как тут у вас, ребята с национальным вопросом? Любите друг друга. Не ссорьтесь. Это говорю вам я, Моголь». Да хоть и Путин. Кто ж это ему такое позволит?
   А болельщики? Где это ты видел таких болельщиков, чтобы они вопили: «Кличко, бей нашего Поветкина!».
   Что же касается газа и нефти, то Россия продает их не по мировым ценам, а ниже. И таким образом, обделяя своих пенсионеров, подпитываем вашу экономику. Конечно, вам хотелось бы бесплатно. Так вы и не платите, чем обездоливаете наших стариков. Внешний долг Украины более семидесяти миллиардов долларов. И большую часть этих денег Украина должна России. Так вот, может, как раз в этом истинная причина нелюбви к России. То есть, я, например, Моголь, беру у тебя Грешный деньги, отложенные тобой на квартиру и без которых твоя мама будет голодать, а потом говорю, знаешь, я тебе не отдам долг, потому что я понял, что я тебе не люблю. Ну, что это, если не маразм?
   Еще претензия: Россия поддерживает вора Януковича. Так он – законный ваш президент. Что Россия должна была назначить комиссию, которая, явившись на Украину, занялась бы расследованием деятельности вашего президента? С каких это пор Украина готова себя признать колонией России?
   Скажу больше. Кого ж еще-то было поддерживать. Тягнибока? Сашу Белова?
   Кстати, про Сашу Белова я знаю из ваших источников. Наши-то СМИ крутят ролики, снятые на Мосфильме.
Наконец, последний пункт, который кажется неопровержимым. Действительно, как проверить, что в тайне думают русские? Ты знаешь, Грешный, человек о других думает прежде всего то, что есть в нем самом.
Так, что Праведик Грешный (очень точный ник), ты либо читай внимательно, что публикуешь, либо не публикуй подобную херню. А для объективности еще положи на весы то, что для Украины сделала Россия. Экономика Украины до перестройки была сопоставима экономикой Германии. Вместо того, чтоб потребовать возврат долга, Россия готова была дать вам еще 15 миллиардов. Мол, только оставайтесь с нами, братья. Объябет вас Европа. Не в первый раз уже. Давайте, лучше вместе выбираться. Крым вам отдали, Донбасс. А вам все мало. Вам важнее, чтоб вместо «пиво», говорили «Пыво».
    Впрочем, вы правы в том, что проворовавшуюся власть надо сносить. Тут спору нет. И мы готовы были вас поддержать в этом. Но ведь с самого начал было ясно, что игра ведется в темную. Вас дурачат и используют. Никаких планов и тем более политических теорий на Майдане не рассматривалось. Всякому дурню (русскому) было понятно, что к власти у вас рвется криминал. Это находит подтверждение с каждым днем. Вот смотри, что будет дальше. Новому руководству страны необходимо будет убрать радикалов с с площади и политической сцены. Для этого разыгрывается русская карта. Мол, русских на Украине четверть населения. В этом случае честные выборы становятся непредсказуемыми. Значит, следует лишить русских гражданских прав. А поскольку они с этим не согласны, следует послать на Юго-Восток боевиков. Ваше правительство в тайне надеется, что там начнутся боевые действия. Соответственно, эту «мятежную» часть Украины можно не кормить. Зато война спишет все неуспехи экономики за счет «клятых москалей». Кровь польется рекой. Головорезу Саше Белому и таким, как он найдется хорошая работенка. Тем белее, что они уже без крови не могут, как не мог жить без крови маньяк Чикатила. К тому же под такое дело Америка даст денег. Новая власть их, разумеется с****ит, чтобы смыться, когда станет очевидной ее несостоятельность. Таким образом, выигрывают все. Особенно если вмешается Россия. Ведь тогда не только уменьшится население страны, количество ртов, но и не нужно будет ничего строить. А Европа просто обязана будет принять Украину в свои члены. Европа всегда обласкивает предателей России.
    Разумеется, я не хочу, чтобы это произошло. Но, увы, все идет к тому.
 

Пожар Собора Парижской Богоматер ...

(Дейтерий)
 56  Про пожарных  2019-04-16  5  772
Я в конце пожара, в самом деле,
Выглядел с вопросом глуповато:
«Это оба купола сгорели
Или он и был, как элеватор?»



 

Клапан выдоха

(Дейтерий)
 70  Коронавирус  2020-05-07  10  741
Из очков пуская блики,
С маской импортной на лике,
Защищён со всех сторон,
На объект пришёл г****н.

Только маска - для отмазки,
Клапан выдоха на маске!
Этот хитрый паразит
Всех в два счёта заразит!

ВНИМАНИЕ! Увидев на ком-либо респиратор с выступающим вперёд или вбок клапаном (цилиндром или призмой) - НЕ ПРИБЛИЖАЙТЕСЬ! Это клапан выдоха, в нем нет фильтра, и коронавирус выходит напрямую с большой скоростью, заражая окружающих. Типичные примеры опасных респираторов с клапаном выдоха смотрите на фото.
Доверяйте только визуально гладким респираторам.







 

ОНА НЕ МОЯ (в соавторстве с А. Н ...

(Моголь)
 41  Про Украину  2019-02-10  5  573

Жми сюда

Скандал все громчей и бойчей,
А в центре скандала
Я с ней помещаюсь. Я с ней.
Она – не моя.
Она убежала от «Рашки».
Ушла, уползла, как змея.

Она положила себя,
Как битую карту,
Точнее от карты огрыз.
Она – не моя.
И Крым для нее на сегодня
Не больше, чем просто каприз.

Про завтра не хочется знать.
Ей хочется сладкого
– надо в него поиграть.
Она – не моя.
Ей надо вернуться назавтра,
Не зная, не помня, кто я.

А я не хочу потерять
И взять насовсем ее
Я не могу, не хочу.
Она – не моя.
А все-таки виснет рука
И к горлу ползет
У нее по плечу.

Припев:
Громко и неслаженно
Оркестрик про любовь проголосит.
Зачем она со мной – неважно.
Зачем я с ней – поди, спроси.
 

Новогодняя измена

(Uri Pech)
 26    2020-01-03  0  483
Снег в ЮАР
Изменила нам зима,
Дед Мороз сошёл с ума.
В жалкой Африке дурдом -
Лимпопо сковало льдом.
 

Как с крыши кирпичом

(Федор Летучев)
 68  О жизни  2020-01-30  5  461
Международная пилорама © (без Тиграна Кеосаяна)

Январь весь срок свой с неба плакал,
Забыв, что мать его зима,
Поставил всё, что было, на́ кон,
Но проиграв, сошёл с ума.

Одет в туманы хмурый Питер,
Москва без снега, Тверь, Рязань …
Народ с тоски всю водку выпил,
Что будет дальше, как узнать?

Китай в год крысы лихорадит,
А надо ль было есть мышей,
Какой такой забавы ради,
Уж будто нет других харчей.

Преследует импичмент Трампа,
Ему, как будто, нипочём.
Ушёл в перезагрузку Мамба,
Весь мир – как с крыши кирпичом.   

И наш выкидывает фокус,
Как в балаганчике факир,
Растасовал, а хрен ли толку,
Куда докатится наш мир?
 

Засор космического масштаба

(Носорöг)
 14  День космонавтики  2019-11-27  3  450

"России продлили контракт на обслуживание туалета в американской
части МКС." 3 июля 2018г
"На МКС из строя вышли все туалеты, космонавты используют памперсы."
25 ноября 2019г


Космонавт — рыцарь нового времени,
Человечества совесть и честь.
Он готов к невесомости бремени
И согласен из тюбиков есть.

Но с ленивыми американцами
Незаметно подкралась фигня:
Все сортиры забились на станции,
Даже очередь негде занять.

И к финалу подходит стремительно
Детских памперсов скромный НЗ...
Кто виной? Бракоделы? Вредители?
Чуждый разум? Сосед-ротозей?..

Натерпелся ты в космосе всякого,
Навсегда стал немного другим...
А за стенкой — нетронутый вакуум,
Но его осквернять не моги!
 

КоронАвирус

(павел (лукьяненко))
 38  Коронавирус  2020-03-29  3  425

Разновидностей вирусов гриппа только 2000

Когда умрёт, как все, коронавирус,
Ему на смену явится другой
И как не прячься ты и не лавируй,
Таки придётся дать безделью бой.

Смертность от коронавируса колеблется около 3-4,5% (для справки, у чумы – до 95%, у сибирской язвы при легочной форме – более 95%, у оспы – 40%, но бывало и 70%). Однако наверняка выявлены не все зараженные и тем более просто носители, то есть на самом деле смертность всяко существенно, возможно, на порядки ниже. Да умирают, но от гриппа тоже умирают, причем достаточно много – по расчетам ВОЗ, до 650 тысяч в год по всему миру. В одних только США за сезон (осень-зима-весна) 2017-2018 годов гриппом переболело 49 млн, из которых 960 тыс. были госпитализированы; умерло 79 тыс.! И никто не кричал «караул». Потому что все в рамках привычной нормы.
Именно потому Трамп и раньше заявлял, и до сих пор заявляет, что коронавирус – фигня. И британский лохматый Джонсон заявлял о том же. И много кто из первых лиц еще.

Так кому это надо? МИРОВОМУ ПРАВИТЕЛЬСТВУ.

Гордон Браун ввиду глобальности и серьезности пандемии уже предложил учредить Мировое правительство с широчайшими полномочиями, отменив национальные суверенитеты. Экономикой рулить будет МВФ, а денежки уйдут в карманы глобалистов. Задача пандемии коронавируса – организация социально-экономического кризиса и через то ликвидация противостоящих глобалистам национальных властных группировок.

Поэтому небесные силы и сохранили Путина, который имеет опыт борьбы с англо- сионистами. Это великое благо для России. Вы, конечно, помните какой она была при Ельцине.

ДУМАЙТЕ САМИ-
Жми сюда
 

НЕ могу НЕ похвастаться :)

(Gameboy)
 46    2020-03-18  3  385

Под луной ничто не ново в этом мире
И в работе, да и в творчестве, увы.
Начинаем с освоения Сибири,
Но стремимся к покорению Москвы.

Жми сюда
 

Небратьям про импичмент

(Владимир Якушев)
 10  Про Украину  2019-09-29  0  378

Привет!
 

Рада: одним выстрелом двух зайце ...

(Миры Василия Рибаса)
 5    2019-01-12  1  373
Носорогу , на его возмущенную реплику Жми сюда

Выстрел первый: Уже с 11 января 2019 года в Украине можно получить 5 лет тюрьмы за секс без расписки:
Жми сюда

На языке закона новые правила звучат так: “Совершение действий сексуального характера, связанных с вагинальным, анальным или оральным проникновением в тело другого человека с использованием гениталий или любого другого предмета, без добровольного согласия потерпевшего лица (изнасилование) — наказывается лишением свободы на срок от трех до пяти лет”.

Выстрел второй. Правда, уже и не обязательный. В Раде предложили запретить аборты:
Жми сюда

Настали на Украйне дни –
пора детей искать в капусте:
так "без согласия проник" –
осудят, а потом "опустят".

Ты думаешь, что в Раде спят?
Не морщься, Носорог, не морщься.
Пять лет – и загремишь копать
канал Азово-Черноморский.

Начнуть насильников зныщать…
Зря, Носорог, ты возмутился:
теперь аборты запрещать
ну просто не имеет смысла!

Хотя запрет абортов мы приветствуем. Жаль, что в России его не введут. И вымрем, аки обры...
 

Коронавирус

(Владимир Якушев)
 10    2020-01-29  1  367

Привет!
 

Праздник

(Владимир Якушев)
 8  О войне  2019-09-04  0  353

Надо же, нетаньяхша хлебом, солью бросается в небратостане, Трамп поляков с началом войны поздравляет, а эти придурки все проглатывают. Трамп внатуре наш.
 

Один журналист из Тбилиси

(Finist)
 32    2019-07-09  1  346
Один журналист из Тбилиси,
Паблисити чтобы повысить,
Как Моська былая
Заливистым лаем
Вдруг стал на слона материться...
 

С ленты мировых новостей

(Саша Сидорчук)
 21    2019-04-02  4  330
В одной "Маленькой стране" в "Год свиньи" в "День дурака" выбирали клоуна.
 

вечерний ****звон бом бом

(Fanga Taufa)
 18  Шоу-бизнес  2019-10-11  0  301

жил-был поэт гр. Ебенщиков
он накропал вагон стишков
стишки не то, чтобы плохие
но если честно никакие
народ читал его стишки
чеша промежность и кишки
уныло вяло и лениво
сося в расслабленности пиво
покуривая сигарету
не ждя сюрпризов от поэта...
И ВДРУГ - удар под дых и шок! -
придумал новый он стишок
стишочек так себе, говно
и всё-то было б тихо, но
Ебенщиков-поэт был ловок
хайповый выдал заголовок
и запулил стишок в народ...
прошло немного дней и вот
названье на устах у всех
а отчего такой успех
такая радость и шумиха
там, где намедни было тихо?
скажу по правде, не боясь, -
затем, что есть прямая связь
между хайповым заголовком
и на ТV ведущим Вовкой

и твоему теперь, Вовец
крутому имиджу пиzдец!
 

Идиотам

(Владимир Якушев)
 8    2019-05-23  2  288

Идиоты (патриоты Украины) внесли в базу данных скандального сайта Миротворец символ Крымского моста - кота Мостика
 

Шпагатная дуэль

(Окуляр)
 21    2019-04-17  1  288
- Тыщщу путиных в очко вам
И туда ещё галошу!
Злилась Настя Волочкова
На Навального Алёшу.

Вы – смутьян! Носитель слухов,
Предводитель пустомель,
От меня вам оплеуха -
Вызываю на дуэль!
Кто кого перешпагатит
И раздвинет ноги так,
Чтоб сказали люди - хватит,
Вот кто истинный мастак,
Тот и станет победитель
И хвала тогда ему.
Ну а всякий там хулитель
Отправляется в тюрьму.

Пригорюнился Алёша
Булки крепко свои сжав -
Шансов нет перед святошей,
Особливо из шалав.
 

Кирдык

(Кассилий Пёркин)
 40  Прощальные  2020-03-06  1  287

ответ перед ушельцами держу
пришедшими неведомо откуда
не стану строить из себя ханжу
тем более разыгрывать паскуду

грозит за безответственность статья
пожизненная ссылка в безызвестность.
вопросы : киргуду? бамбарбия?
подсунет половецкая словесность

быть полиглотом на своём веку
мне приходилось чаще, чем поэтом
учтиво пробурчу: кирдык-ку-ку
по ляжкам постучав себя при этом

харизма звёзд созвездия тельца
ложится звёздной перхотью на плечи
пацак - не патентованный пацан
о тождестве не может быть и речи

наградой за тирады чудаков
назначит рок кэ-цэ для гравицапы
по горло насладившись бардаком
хохлы перерождаются в кацапов
 

Об издержках бонапартизма

(Владимир Якушев)
 7    2019-11-11  1  276

Доцент кафедры истории Санкт-Петербургского университета Олег Соколов был выловлен пьяным в реке Мойка в которую поскользнулся пытаясь утопить рюкзак с конечностями убитой студентки, которая совмещала роль любовницы мастера исторических реконструкций и Жозефины, предаваясь танцам со своим будущим убийцей на наполеоновских балах
 

Согласен с Зеленским

(Владимир Якушев)
 6    2019-05-21  1  275

Привет!
 

Бог сошёл с ума

(Владимир Якушев)
 3    2019-05-20  4  275

Привет!
 

Переживание

(Uri Pech)
 12  Про пожарных  2019-04-16  1  266

Оказался Нотр-Дам
Крепышом не по годам.
Крыша ёк и витражи,
Но Пальмиру пережил.
Божья кара за грехи?!
Закрестились «петухи».

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер