ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Юмористические книги: самое свежее

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Юмористические книги: самое свежее  Оцен.   Раздел    Дата   Рец.   Посет. 
 

Жертвы искусства

(Анатолий Долженков)
 6  Юмористические книги  2020-08-08  0  25
Говорят, искусство требует жертв. Хочу подтвердить - это не выдумка, а чистейшая правда. Знаю не понаслышке. На собственной шкуре пришлось испытать. И самое интересное, что случай этот, буквально на пустом месте вызрел. Просто из ничего возник.

А дело было так. У нас на производстве билеты распространяли для посещения картинной передвижной выставки или галереи, точно не знаю. В прежние времена такие мероприятия по широкому приобщению простого народа к культуре и искусству практиковались довольно часто и повсеместно. Вероятно, многим из вас приходилось не только наблюдать, но и быть, так сказать, участником подобных акций. Делалось это не только и не столько для поднятия культурного уровня населения, насколько это возможно, а, чтобы придать прогрессивному, на первый, взгляд движению массовый характер. Чтобы, как говорится, все как один и в ногу желательно.

Чувствую, ситуация вам знакома. Зачем это было надо нашему тогдашнему партийному руководству – никому неизвестно и по сей день, вероятно, даже им самим. Надо и всё. Естественно, такое неуёмное желание власть держащих вызывало у народа пассивное сопротивление. Нет, никто не кричал, что он не согласен или категорически отказывается посещать очаги культуры по принуждению, не топал ногами и не писал жалобы. Этого не было, несмотря на оголтелые вопли западных средств массовой информации о нарушении в Союзе демократических свобод и насильном
прививании прекрасного и вечного народу, не считаясь с его мнением. Советский человек, склонный к решению проблем любой сложности простыми и эффективными методами, всегда поступал мудро и рассудительно.

Навязываемые пять – семь билетов на производственный цех, участок или студенческую группу скупались всем коллективом в складчину и, здесь же, разыгрывался жребий, кому, так сказать, в добровольно-принудительном порядке выпала честь посетить мероприятие в очередной раз. Не ходить вообще – было нельзя, поскольку посещение контролировалось ответственными лицами и стукачами – добровольцами. Подобная ситуация устраивала всех. Случалось, правда, находились желающие посетить мероприятие не по принуждению, но крайне редко. В массе своей ими были влюблённые, предпочитающие посидеть в тепле, альтернативе бродить по холодным зимним улицам или просто энтузиасты, справедливо полагавшие, что из двух зол надо выбирать меньшее. Просмотреть балет или оперу справедливо считалось менее противным, чем в очередной раз выслушивать надоевший до чёртиков монолог жены, посвящаемый, как правило, двум темам – зарплате и выпивке.

На нашем металлургическом комбинате такие мероприятия организовывались с пугающей регулярностью. То, смотришь, на оперу эти билеты распространяют, то на балет. Туда, куда нормальные люди по своей воле и за собственные деньги в жизни не пойдут. На аркане не затащишь. А почти бесплатно, почему бы и не поддержать искусство? Пожалуйста, мы люди не гордые. Причём здесь гордость, если всё оплачено трудовым коллективом? Почему бы не сходить? Тем более на передвижную выставку картин кистей великих мастеров. Или копии этих кистей. Не знаю. Живопись – искусство разноцветное. Любуйся картинами и радуйся, что не дальтоник или, сохрани Господь, не слепой. Скажу откровенно, мне с этими мероприятиями не везло постоянно.

По жребию всегда выпадали самые неинтересные и, прямо скажем, откровенно скучные посещения. В прошлый раз попался мне фильм «Ленин в октябре». Такая, помню, меня обида взяла. Что же вы, говорю активистам-распространителям, варвары, мне билет на конец сериала подсовываете. Я же не видел прежние десять серий, ни в январе, ни в феврале, ни, даже, в сентябре. Как же я разберусь, о чём в этом высокоидейном фильме речь идёт? В позапрошлый раз сунули меня на фотовыставку. Ничего интересного. Расклеили на стенах фотокарточки, ходи, любуйся. Я, дома-то, свой семейный альбом – и то раз в два года пролистываю – разве что от скуки, а здесь…

Правда, одна фотография мне понравилась. На ней был изображён передовик – комбайнёр, карабкающийся на свой комбайн по узкой лестнице и с тоской во взгляде обозревавший бескрайнее пшеничное поле. Оно и понятно. Он, наверное, уже несколько суток сидел на этом участке трудового фронта безвылазно и сколько ещё сидеть придётся неизвестно. У нас с урожайностью с гектара всегда плоховато выходило. Мы всегда количеством этих самых гектаров брали. Так что, фотограф, которого, видно, тоже не по своей воле загнали в «тьму-таракань» с коварством, присущим работникам искусства, тонко оценил суть и подловил подходящий момент.

И в этот раз билет на выставку картин мне достался совершенно случайно. Вначале, сгоряча, супругу свою направить хотел. Ничего, думаю, хорошего меня там не ждёт, а она пусть посетит мероприятие, облагородится смеха ради. Потом, правда, передумал. Еще привыкание к этому самому искусству возникнет, хлопот с нею после не оберешься. Пусть лучше дома на кухне привыкает. Опять же для семьи больше пользы и спокойствия. Пошел сам, когда выяснилось, что билетов в этот раз выделили много и планируется побригадное посещение мероприятия. Приобщусь, думаю, к высокому искусству одним глазом, небось, не окривею.

Забежал после работы домой. Костюмчик свеженький на себя накинул. Рубашечку напялил, галстук – удавочку покрепче затянул на шейке и потрусил пешим ходом навстречу с прекрасным. Благо – бежать было недалеко. В нашем заводском дворце культуры, это мероприятие и происходило.

Народу набилось прилично. У входа толкалась очередь, словно за дефицитным товаром. Бесплатно ведь, не за деньги. Чего не прийти, если есть время? Ходят с умным видом. Ботинками от местной обувной фабрики шаркают, лак с паркета сдирают. Знатоки искусств периферийного пошиба. А во всех помещениях на стенах картины развешаны. Красота необыкновенная. Много картин. Я столько в одном месте никогда не встречал. И возле каждой люди трутся. Смотрят, искусством наслаждаются. Где один наслаждается, где по два, а где и целая группа с открытыми ртами стоит.

Потолкался я-то тут, то там. Народ вокруг незнакомый, озабоченный. На картины смотрят молча и недоверчиво. Покалякать про искусство буквально не с кем. Дай, думаю, своих поищу, заводских. С ними проще будет по этой самой живописи пройтись.
Протиснулся в соседнюю залу. Вижу, личность у картины вроде знакомая вертится. Никодимыч, мастер из соседнего цеха. И замечаю, не так он как-то искусством наслаждается. Не так, как остальная масса, а по-особенному. То вплотную к полотну подойдет, то пятится от него метров пять – шесть и таращится мутным взором, словно тещу свою покойную увидел. Что за черт, думаю. Может быть, картина свежими красками писана. Толковый мужик – до чего додумался! И к искусству приобщается и токсикоманит помаленьку. А прежде замечен не был.

Подхожу, говорю.
- Надо же, как тебя искусство проняло, Никодимыч. Смотрю, горным козлом скачешь в свои неполные шестьдесят.
- Ты знаешь, Василий, - отвечает он. А меня Василием зовут. – Я только сейчас уразумел тайну великих мастеров кисти. Всего полчаса у этой картины кручусь, а уже понял, в чем здесь закавыка. Озарение накатило. Почувствовал, как творятся гениальные полотна.

- Это, - говорю, – Никодимыч в тебе скрытый талант пробудился. Пора в искусствоведы подаваться. Может быть, и меня, темного, просветишь. Я смеяться не буду.
- Что же, просвещу. Потрачу время впустую. Да, кстати, ты, сколько книжек за свою жизнь прочел? С десяток наберется?
- Четыре.
- Значит, зрение испортить не успел. Тогда объясняю популярно. Подходишь к картине как можно ближе.

Подошли так близко, что носами в раму уперлись. Одна дама даже замечание сделала.
- Что, - говорит, - мужики. – Решили искусство на зуб попробовать?
Мы отмахнулись. Не мешай, мол, если не соображаешь в искусстве.
- Что видишь? – интересуется Никодимыч.
- Муть какая-то. Грязь разноцветная. В прошлом году моему соседу маляр также безобразно стену покрасил. Когда из травматологии вышел, решил сменить профессию. Осознал, что не может в ногу со временем идти, поскольку очень сильно хромал после обсуждения качества его работы с заказчиком.

- Это вблизи такие мутные пейзажи. Закрой глаза и сделай пять шагов назад. А теперь смотри. Ну как эффект? Впечатляет?
Открыл я братцы глаза. Мама дорогая. Фантастика! Деревья на картине, словно живые стоят, кронами качают. И воздухом чистым лесным повеяло.
- Ну что, - интересуется Никодимыч? – прочувствовал гениальность великого мастера? Вот как надо понимать искусство по-настоящему. А теперь свободен. Прекрасное познается в одиночку. Здесь не суд, свидетелей не требуется. Тем более твоя физиономия не к месту как-то в этом храме живописи. У меня творческое восприятие снижается.

Отошел от него на всякий случай. От человека с таким душевным надрывом любой пакости ожидать можно. Не буду, думаю, судьбу испытывать. Пойду лучше бригаду свою поищу. Преподам искусство по Никодимычу. Нашел быстро. По перегару. Я запах своей бригады всегда от любого другого отличить могу. Непередаваемый аромат. Сочный. Вижу, они отдельным косяком держатся, с остальным табуном не смешиваются. Прижались к какой-то картине, гомонят. Пальцем в гениальное произведение тычут, волнуются. Не одного, думаю, меня искусство сразило. Этих толстолобиков, видно, тоже достало. Как переживают, больно глазам смотреть.

- Что, - спрашиваю, - мужики так расстраиваетесь? Не сперли у кого, не дай Бог, пальтишко из гардероба?
- О! Еще один знаток изящных искусств обнаружился, - обрадовался наш бригадир Петр Иванович.
- Ну, знаток не знаток, а картину от фотографии уже отличу. Причем с первой попытки.
- Раз ты такой крупный эксперт, - говорят, - и почти что критик Белинский, скажи, кого узнаешь на этой картине?

- Эх вы, - говорю, - периферия тёмная. Кто же так искусством наслаждается? В начале просмотра необходимо носом в раму упереться, а потом закрыть глаза и отпрыгнуть метров на пять. Тогда и откроется удивительная ценность изделия.
- Ты, - интересуются, - когда сюда шел головой не ударялся обо что-нибудь твердое? Если ударялся, скажи. Мы травмированный мозг беспокоить не будем. Не варвары, имеем сочувствие.
- Да вы что, мужики! Это меня Никодимыч просветил, как надо понимать искусство по-настоящему.

- Значит у нас двое пострадавших, - обрадовались они. – Но ты все-таки присмотрись внимательнее к этому портрету. Узнаешь, кто изображен?
- Баба какая-то, - говорю. – Правда, не в полный рост изображение. До пояса. Дальше не видно. Почему-то не дорисовано. Думаю, что найти бабу, целиком соответствующую высокохудожественному стандарту, было тяжеловато даже в те далекие века. Вот художник и отсек лишнее гениальной кистью, чтобы не огорчать потомство ненужными подробностями. А может быть, просто краски закончились посреди картины, а купить негде было. Вот дефицит и образовался. Много причин. Пойди, разберись сейчас, спустя столько десятилетий.

- Слышали, мужики? Ему не нравится, что до пояса. А зачем тебе дальше-то? Это же картина, а не живая баба. Ты на личность ее внимательней присмотрись, а не шарь по всему телу бесстыжими глазами. На «фейс», как говорят англичане. Узнаешь?
- Личность вроде знакомая. Где-то я, кажется, ее видел. Совсем недавно видел. Не вспоминается где.
- Недавно видел, - самодовольно ухмыльнулся Пётр Иванович. - Так ты и маму родную не признаешь, одень ее побогаче. Даю наводку. Представь эту бабу в замызганном фартуке с пивными бокалами в руках.

- Опознал. Теперь точно опознал. Это же Лизка-барменша из пивнушки "Три соска". Правда, там сейчас из двух пиво качают. Третий сосок уже полгода как не работает. Засорился, что ли. Нет, вы посмотрите какое изумительное сходство. Прямо близнецы-сестры.
- Да не близнецы они. Это и есть Лизка-барменша в натуральную величину.
- Ты что, Иваныч? Господь с тобой. Это же все картины старых мастеров. Когда это рисовалось, не только Лизка, но и прабабка ее в проекте сметой не была предусмотрена.
- Ну, насчет старых мастеров – это еще надо посмотреть вооруженным глазом. А вдруг устроители нам вклеивают. Думают – город, мол, периферийный. Кроме спичечных этикеток никаких других великих произведений искусства и в глаза не видели. Вот и гонят, что попало за старых мастеров. Мол, проглотят, не подавятся. Еще пищать будут от восторга, что к искусству приобщились, балбесы.

- Да нет, Иваныч. Протрезвись маленько. Что-то ты не того. Тоже мне специалист выискался. Художник-реставратор уголка и швеллера. Никому не говори, засмеют. Зачем тебе такая реклама к концу жизни?
- Засмеют, говоришь? А если я доказательства приведу, тогда как?
- Какие доказательства?
- Неопровержимые.
- Приводи, рассмотрим.
- Смотри. Вот здесь внизу табличка с названием имеется. Прочти, если грамотный.
Надпись на табличке гласила: " Мона Лиза. Леонардо да Винчи".

- Ну и что? – интересуюсь.
- Нет, - говорит Иваныч. – Я просто умираю со смеху, наблюдая этого идиота со стороны. Ты что, читать не умеешь? Я же помню, как ты бегал в школу с портфелем. Что ты там делал? Тут русским языком написано «Лиза».
- Не Лиза, а Мона Лиза.
- Своей душевной простотой он доведет меня до инсульта. Ты, Василий, когда со старшими товарищами беседуешь, старайся думать не только спинным мозгом. Иногда к этому процессу головной подключай, если он у тебя в исправном состоянии и не на ремонте. Вот ответь мне как родному папе, ты когда "Три соска" регулярно посещать стал?

- Три года ни одного пропуска.
- Тогда, что с тебя взять. Молодо – зелено. Тебя возле елки поставь, видно не будет, доллар ты наш фальшивый. А теперь объясняю, как ветеран с гепатитом начинающему сосунку без явных признаков цирроза. Лет пять тому, сосками керувал Эммануил Львович Кальценбоген. Где-то в это же время или чуть позже он соскользнул в Канаду или какую-то другую Америку и осел в районе между Торонто и Нью-Йорком, как пострадавший от коммунистического террора за спекуляцию и разбавление пива водой. Короче за то, что сейчас называют бизнесом. Теперь дошло до тебя тугодума, откуда переднее слово образовалось. Эммануил. Для своих Моня. И получается, как ни верти Монина Лиза, раз она у него работала. Соображаешь?

- Да, что ты, Иваныч, Господь с тобой? Как сто пятьдесят в организм впрыснешь натощак, такие теории двигаешь, куда там тому Марксу. Тут же ясно написано Мона Лиза, а не Монина Лиза.
- Вот чудак человек. Ему одно говоришь, а он свое долдонит, что твой попугай. Да ты знаешь, что у этих импортных ребят, чьи картины, всегда с русским языком проблемы были. Они матом и то с акцентом ругаются. А уж, казалось, чего проще. Взять, к примеру, тебя. Как ты вчера крановщика крыл, когда он тебе кусок рельсы на ногу уронил? Приятно было слышать это соло. Ты же без акцента загибал?

- Я – без!
- Вот видишь, а у них с этим проблема.
Тут Серега вмешался.
- Василий, - говорит, - конечно, не прав. Иваныч дело говорит. Ты, Вася, внимательнее к этой кобре присмотрись. Что за взгляд! У тигра ласковей. Я раз у нее в долг попросил до получки. Она на меня глянула, как здесь нарисовано. Не мигая. Только яд у нее изо рта не капал. Мне и пить, и есть, сразу перехотелось. После такого стресса я эту язву на любом фоне разгляжу и в любом обличье узнаю.

- Не знаю, Серега, что тебе там с пьяных глаз мерещится. Только про ее взгляд на табличке совсем иное написано: "Взгляд у Моны Лизы загадочный, устремлен вдаль. Этот взгляд – загадка не для одного поколения потомков". Понял? Тебе с твоим ущемленным интеллектом эту загадку в жизни не разгадать.
Тут опять бригадир Петр Иванович завелся.

- Эх, Василий! Это для ущербной нынешней молодёжи, травмированной перестройкой, ее взгляд загадка. А что касается лично меня, то я никакой загадки здесь не обнаруживаю. Подумай сам, какой взгляд должен быть у этого, с позволения сказать, работника прилавка, если она одновременно три действия выполняет. Во-первых, физическое, - принялся считать он, загибая пальцы - недолив пива. Во-вторых, химическое - разбавление его водой и, в-третьих, математическое - обсчет клиента на глазах у всей очереди. Да еще глазом по сторонам стреляет, чтобы кто бокал не спер. Вот и вся загадка с небольшим налетом ядовитости.

Вновь выразил сомнение Серега.
- Это все понятно, Иваныч. Мы твое мнение по холсту поддерживаем всей бригадой. Но скажи, кто ее так натурально изобразил, что мне аж сюда пивом пахнет? Откуда в нашей забегаловке мог оказаться такой шустрый мастер кисти? Я в районе только одного знаменитого художника знаю – Гаврилыча. Тот, что названия на магазинах рисует. Вывески разные. Хлеб, водка, селедка…, другие колониальные товары. Но я могу спорить на что хочешь, что он и трезвым такой отрицательный образ создать не сможет. Не тот профиль. Я же не уверен, что кто-либо может похвастаться, что встречал нашего живописца трезвым в этих краях.

Я говорю.
- Что вы, мужики, голову морочите? Автора ищите? Автор тут вон написан внизу. Леонардо да Винчи. Правда, я мужика с такой фамилией в нашем городе, что-то не вспоминаю. Кофман есть – спорить не буду. Да еще Чиколатис имеется в наличии, частный предприниматель. А Леонардо, как его там дальше, не помню. Что скажешь, Иваныч?

- Да, пожалуй, и я не припоминаю такого. Только сдается мне, что не один это человек. Леонардо да Винчи. Двойная какая-то фамилия получается у этого мужика. А может быть, имя или два имени. Все-таки, как ни крути, двое их было. Леонардо да Винчи. Это как Иван да Марья получается. Тут уж точно не скажешь, что один. Куры засмеют. Я вот, вспоминаю, крутились здесь лет семь назад пару аферистов. Работниками культпросвета себя называли. Может быть, они расстарались за ящик пива. По цене за эту мазню – вполне нормально.

- А что, - оживился Серега. – За ящик пива и не такое начертить можно.
Все это общение спрекрасным, может быть, и неплохо закончилось, если бы не возник один незапланированный момент. Как-то так случилось, что, увлекшись разговором об искусстве, мы не сразу обнаружили вокруг себя посторонних людей. Оказалось, что народа у этой картины стало намного больше. Получилась уже не бригада, а целых три. Мало того, они приперлись со своим бригадиром. Такой, знаете ли, интеллигент с бородкой. И оптика у него на носу болтается. То ли очки, то ли пенсне – не разобрать простому человеку. Я почему-то, сразу подумал – неприятный тип. С такой мордой в революционных фильмах заслуженные артисты меньшевиков играли в прежние времена. Вспоминаете, наверное, когда такой высокоидейный фильм показывали по телевизору или в кинотеатре общего пользования, сразу всем было понятно, кто есть, кто.

Если, к примеру, у героя лицо, как из одного куска гранита высечено, косоворотка на нем на выпуск а-ля "красный металлист", да и сам он все время правильные слова произносит и благородные поступки делает – это большевик. К бабке не ходи. Любой дурак определит даже с середины фильма. А если маленький и тощий, как глист в обмороке, да еще при этом бородёнка торчит клином и пенсне на носу – точно меньшевик или эсер недобитый. Тут не перепутаешь. У нынешних меньшевиков рыла хоть поросят бей. Нынешних по внешнему образу никак не отличить, кто в какой партии числится. Все ребята мордастые, веселые, здоровые и языкастые. Как малосольные огурчики из одного бутыля. Один к одному, отборные. А этот все больше на прежних персонажей смахивал. Прямо Троцкий в разрезе. И вот этот несостоявшийся ученый с физиономией политика начала прошлого века обращается к нам. Интеллигентно так обращается. На ноги никому не наступает и от картины не отталкивает.

- Вы, - говорит, - товарищи, отодвиньтесь чуть-чуть в сторонку. Я группу веду. Но если желаете послушать, можете остаться.
Мы люди с пониманием. Сдвинулись чуток в сторону. Не жалко. Не пивнушка, в конце концов, долго место занимать не будут. Тем более их раза в два больше, чем нас. Мужик подошел к картине, стал в пол-оборота и, ткнув указкой в Лизкину левую грудь, начал объяснять.

- Перед вами, господа, портрет, написанный известным итальянским живописцем эпохи возрождения Леонардо да Винчи. Принятые названия произведения “Мона Лиза” или “Джоконда”. Считается, что этот портрет, оконченный великим мастером в 1503 году, предположительно изображает флорентийкуМону Лизу дельДжокондо. Перед нами возвышенный идеал женственности соединяется здесь с интимным обаянием и выразительностью неуловимой улыбки…”

Слушая гида, я случайно взглянул на своих ребят и понял: сейчас в искусстве произойдет незапланированная смена сюжета. Господи, лучше бы ему, гиду этому, вообще рот не открывать. Или не касаться всуе этого конкретного полотна. Мужики перемигивались, словно семафоры на железнодорожном переезде, подталкивая друг друга локтями и хихикая, как умалишённые. Но особенно мне не понравился Серега. Он не принимал участия в общем веселье, а стоял растерянный, приоткрыв от удивления рот, и не отрывал взгляда от говорящего. Отягощенный уже полученной ранее информацией от людей, которым доверял как себе, причем абсолютно не стыкующейся с тем, что говорилось сейчас, он пребывал в состоянии близком к шоковому.

Получился такой небольшой психологический нокаут. Обида усугублялась тем, что дурили прямо на глазах у родного коллектива. Положение становилось критическим. В воздухе запахло грозой. Вот-вот должна была сверкнуть молния. Та плотина, что сдерживала поток Серегиного красноречия, наконец, дала трещину. Но, то ли искусство благотворно подействовало, то ли что-то другое притупило его агрессивность, но хамить он начал издалека.

- Я, конечно, извиняюсь, что встряю в разговор, профессор, но ответьте мне, по чести, на один вопрос. Вот эта баба, что здесь нарисована, она точно в 1503 году жила или у науки есть сомнения по этому вопросу?
- Молодой человек, - снисходительно улыбнулся искусствовед. – Этой картине пять веков. Какие могут быть сомнения?

- У науки сомнений нет, - подвел черту Серега. – А меня они грызут, как только я увидел это, с позволения сказать, произведение искусства. Нет, граждане, не подумайте, что я сомневаюсь в словах уважаемого академика от искусств. Ни, Боже мой! Но хочу обратить внимание почтенной публики на тот факт, что городок у нас заводской. Маленький, тихий. Каждая собака друг друга знает. Только подумаешь «доветру» сходить, а тебя уже все с облегчением поздравляют. Так что вы уж извините меня за прямолинейность и любовь к истине, но не узнать в этой древней бабе флорентийской национальности Лизку из "Трех сосков" может или не местный житель, или слепой инвалид.

В рядах народа, пришедшего на встречу с прекрасным, произошло некоторое волнение и замешательство. Было видно невооруженным глазом, что зерно сомнения упало на благодатную почву и обещало дать неплохие всходы. Дело в том, что "Три соска" – единственное питейное заведение, где побывало практически все мужское население города из тех, кто еще в состоянии держать в руках пивную кружку. Неудивительно, что лицо, изображенное на портрете, все присутствующие знали лично. Интерес к художественному произведению рос на глазах. Шум вокруг спорного вопроса поднялся неимоверный. Одни говорят, что похожа, другие сомневаются. А тут, как на грех, из соседних залов набежало экспертов человек сорок. И каждая сволочь лезет и пихается, чтобы, значит, к портрету поближе подобраться. Искусствоведа, который, как понимаете, не самым могучим в толпе был, оттерли куда-то в сторону.

Слушать его уже никто не желал. Сходство портрета и оригинала по памяти было налицо. Но, все же, для восстановления истины этого было маловато. Назрела острая необходимость срочно сличить портрет с оригиналом. По этому поводу мгновенно стали поступать предложения одно кошмарнее другого. Кто-то советовал, не теряя времени даром, немедленно сорвать картину со стены и бежать с ней в пивной бар, где на месте и произвести научную экспертизу или на крайний случай простое опознание. А чтобы своей беготней не создавать в городе напряжения и суматохи, предлагалось выбрать человек семь делегатов. Оппозиция резонно возражала, упирая на то, что легче и дешевле притащить саму Лизку. При этом советовали обращаться с ней аккуратнее. Как-никак бабе пятьсот лет. Не развалилась бы по дороге, сохрани Господь.

В то время, как народ обсуждал и дискутировал возникший исторический парадокс, оставшийся без присмотра искусствовед, осознав, какая печальная судьба ожидает копию великого произведения, срочно послал за милиционером. Но эффект оказался прямо противоположным ожидаемому. Не в силах оторвать взгляд от портрета несчастный представитель силовых структур побледнел и расстроено простонал.
- Господи! А я ее вчера на полтинник оштрафовал. За торговлю водкой на разлив в недозволенном месте. – И обращаясь к толпе, пояснил. - Торговля водкой на разлив в общественном месте запрещена решением исполкома. Я здесь ни при чем. А она что – героиня социалистического труда? Нет? Надо же. Тогда почему её портрет нарисовали?

- Ага! Злорадствовала толпа. – Теперь ты старшина войдешь в учебник по истории. Пятьсот лет эта бессмертная баба торговала и ничего. А на пятьсот первом на тебя, варвара, нарвалась. История тебе этого не простит. Слышь, искусствовед, надо рисовать новую картину "Мона Лиза в разливе" или второе общепринятое название "Королева " Трех сосков". Еще через пятьсот лет потомки будут смотреть две серии сразу. Но самое веселье пошло, когда Лизку привели. Наши бабы за нею смотались, не поленились.
- Иди, - говорят, - быстрее. Там тебя на картинной выставке показывают.

Вот,когдапотеха-то, началась. Наш искусствовед едва ее увидев, дар речи утратил. Глаза у него, подлеца, вперед очков вылезли, и бороденка вздыбилась.
- Невероятно, - говорит. – Поразительное сходство!
- Нет, Вы слышали? – не унимался Серега, обращаясь к толпе. Он и сейчас не кается. Сначала эти, с позволения сказать, работники кисти и холста рисуют Лизку, потом картину проталкивают за старых мастеров, а когда, как говорится, на горячем, когда за руку с поличным прихватили, про какое-то невероятное сходство бормочет. С этим надо разобраться, мужики. Вы пока этого бородатого афериста придержите, чтобы никуда не делся, а мы фотомодель допросим.

Ну, поднялось. Шум, гам. Крики всякие, смех не к месту. А тут еще, как назло, Лизкин муж приперся или сожитель. Кто их сейчас разберет. В наше время семейные ячейки такие уродливые формы принимать стали, что не сразу сообразишь, кто кому и кем приходится. И вижу, физиономия у него не так, чтобы сильно радостная, я бы даже сказал совсем наоборот. Имел место некоторый налет грусти на его роже. Да и народ к нему с дурацкими вопросами пристает.
- Ты что, мужик, - говорят, - моложе себе жену найти не мог? Рисковый парень с пятисотлетней бабой в одной постели кувыркаться. Это же, как любить надо, а?

Однако тот в разговоры и пререкания вступать не стал. Молча протиснулся к картине и долго на нее смотрел. Только смотрел и цвет лица менял от бледно-зеленого до красно-фиолетового. Затем развернулся резко и своей натруженной пролетарской рукой со всего размаха по идеалу женственности, соединенному с интимным обаянием в лице его собственной супруги. И в крик.
- Ты где это, стерва, развлекалась? Ты каким это художникам-передвижникам глазки строила? Нет, люди добрые, вы только гляньте на эту натурщицу, недоделанную?

Видно намекал на то, что картина не в полный рост нарисована. Конечно, после такого воспитательного момента, сходство между оригиналом и портретом стало не столь заметным. Народ одобрил реакцию супруга, однако экскурсовод пришел в негодование.
- Как Вы смеете бить женщину, негодяй! – закричал он.
- Кто негодяй? Я - негодяй? – поинтересовался рогатый супруг. – Так может ты и есть это да Винчи недобитое? Сейчас добьем.

И в атаку на экскурсовода. Остальные заинтересованные лица, как вы понимаете, тоже в стороне не остались. Участие в битве приняли все любители искусства. Короче говоря, ни с того ни с сего, случился коллективный мордобой. И, как раз, посреди выставки. Ну и, конечно, не без того, во всей этой неразберихе несколько полотен пострадало. Но никто по этому поводу особенно не расстраивался, поскольку их художественная ценность была никакая. Людей пострадало намного больше. Правда, самое противное случилось на следующий день.

Как нам потом разъяснили в отделении милиции, куда призвали всех местных знатоков искусства, принявших участие в дискуссии, портрет был действительно кистей старого мастера Леонардо да Винчи, итальянца по национальности и художника по профессии. И все поверили сразу и без сомнений потому что по таким пустякам, как искусство, в конторе врать не станут. Тоже нам и экскурсовод подтвердил, когда мы его в травматологии проведывали. И очень много хорошего про этого художника рассказывал и про его картину "Мона Лиза". А то, что эта стерва Лизка оказалась так замечательно на нее похожа, ну что же, бывает. Говорят, на ошибках учатся.
 

Катаракта

(Анатолий Долженков)
 9    2020-08-01  0  90
Районная больница. Глазное хирургическое отделение. Подавляющая масса больных – люди преклонного возраста, страдающие катарактой. Помимо проблем со зрением, старики отягощены иными заболеваниями, вызванными возрастными изменениями. Болезни – неизбежный спутник людей, чей возраст перевалил за пятьдесят. Ну, а те, у кого он приблизился к восьмидесяти годам или уже превысил эту цифру и говорить нечего. Артриты, артрозы, букет сердечно-сосудистых заболеваний, печень, почки, желчный пузырь. Начинает сбоить и выходить из строя все, из чего построен человеческий организм.

В этом мире не существует ничего вечного. Любой орган, всякая часть тела имеет свой срок эксплуатации и по окончании его приходит в негодность и перестает выполнять возложенные на него природой функции по обеспечению жизнедеятельности организма.
А заменить или переустановить пришедший в негодность орган не позволяет уровень научных знаний. Медицинская наука, как это ни прискорбно, находится в зародышевом состоянии. Может быть, в дальнейшем пытливый человеческий ум может придумать что-либо в этом перспективном направлении, а сейчас нет. Впрочем, как известно, из каждого правила есть исключение. Глазная медицинская отрасль достигла кое-каких успехов в этом перспективном направлении. Не скажу, что можно старый больной глаз заменить на новый, но такуюзапчасть, как хрусталик, пожалуйста, без особых проблем.

Одна из палат, предназначенная для размещения шести человек заполнена почти полностью. Всего одна свободная кровать. Слева у окна разместился восьмидесятичетырехлетний лысый старик, пару дней назад перенесший операцию по поводу катаракты. Рядом стоящую кровать занимает суетливый мужичок шестидесяти четырех лет, которого по малолетству зовут просто Володей. Операцию ему сделали в тот же день, что и лысому старику и теперь он наблюдал окружающий его мир как бы через мелкую сетку. Доктора клятвенно обещали, что дефект зрения со временем самоустранится, и он верил в это чудо медицинского прогноза. Кровать у второго окна занимал глухой старик, ровесник лысого, время от времени включавшийся в слуховой аппарат, что позволяло как-то общаться с соседями. У стены страдал от глаукомы восьмидесятитрехлетний дед, и, наконец, кровать, стоящую спинкой к входу, занимал самый колоритный обитатель палаты восьмидесяти шестилетний Давид Моисеевич Кригман, обладавший типичной еврейской внешностью и характерной речью.

Лежа на кровати в ожидании процедур, старики лениво переговариваются.
- Сегодня опять по-большому не сходил, - сетует толстый лысый старик.
- Запор, - авторитетно заявил сосед, страдающий глаукомой. – Нам, старикам, шевелиться надо, чтобы дальше жить. Неподвижность для нас смерть.
- Что? – толстый лысый старик был абсолютно глух.
- Аппарат включи слуховой, - орет собеседник, тыча пальцем в свое ухо. – Я поражаюсь, глух как тетерев, а туда же, беседу поддерживает. Да еще хочет, чтобы ему отвечали.
- Не самый приятный собеседник, - соглашается еврей. – Хочешь, чтобы слушали, не выключай аппарат. А он батарейки экономит, боится, что разрядятся.

Глухой удобно усаживается на кровати.
- Я говорю, – громким, как паровозный гудок голосом, втолковывает глухой соседу, - на горшок не могу сходить вот уже седьмой день.
- Это никуда не годится, - огорчился Моисеевич. – И почему такие разговоры надо заводить в то время, как я завтракаю. Ну, зачем мне знать такие интимные подробности из жизни этого старика. Тем более, сейчас я совсем на другом конце системы пищеварения. На входе пищи, и меня совсем не интересует конечный результат этого процесса. Проглоти чего-нибудь слабительного, и закончим эту увлекательную тему.

- А-а-а? – вновь не слышит глухой.
- Да одень ты слуховой аппарат, - не выдерживает Володя.
Старик с глаукомой развернул газету.
- Почитаю, отвлекусь. А то каждый день одни и те же разговоры то про запор, то про недержание. Надоела эта узкая медицинская тематика.
- Вот, вот. И всегда эти разговоры заводятся в то время, когда я пищу принимаю. Ну, зачем, спрашиваю я вас, мне эти туалетные подробности во время завтрака?
- Что там нового пишут, – поинтересовался лысый старик, игнорируя реплику еврея.
- Пойди, разбери, - недовольно ворчит владелец газеты. – Я через глаукому только заголовки и могу прочесть, - читает. – «Сколько зарабатывают депутаты».
- Надо же, каких интимных мест коснулись. И сколько же огребают народные избранники?
- Ты столько за год не заработаешь, сколько они за один день.

- Неужели правду напишут? – с плохо скрытой надеждой в голосе спросил малолетний Володя.
- Жди! Как же! Напишут они тебе правду.
- И то. Зачем зря людей раздражать? Лишние знания могут нанести непоправимый вред здоровью.
- Опять Сталина шестерят, - продолжил старик с газетой.
- Что они никак не угомонятся? Столько лет прошло, - возмутился Володя.
- А про кого им еще писать? Не про себя же? Да и что они написать могут?
- Еще как могут! – возразил Володя. – Особенно перед выборами. Читаешь, поражаешься - такие замечательные и правильные пацаны и девчонки в народные избранники царапаются. Диву даешься. А сейчас зачем волну гнать, надоедать электорату? Могут ведь и не проголосовать правильно по злобе.

- Тут, как говорится, возразить нечего, - соглашается лысый старик. - Хорошо полоскать вождей после смерти. Не так страшно. При жизни-то и подумать боялись, не то, чтобы что-то там вякнуть.
- А вы знаете, Сталина-то евреи погубили, – прокричал глухой, сумевший кое-как настроить слуховой аппарат на нужную волну и, наконец-то, услышавший последнюю фразу. - Их рук дело, точно говорю.
В это время в палату с процедуры возвращается Давид Моисеевич.
- Опять вам евреи покоя не дают, - раздраженно бросает он. – Где, что ни случись, во всем евреи виноваты. Везде самые крайние….
- Как ни крути, Моисеич, а исторический факт не замнешь. На то он и исторический факт. Дело врачей, например, вспомни. Кто там особо отличился? – поддержал глухого Володя. – Мы же не тебя лично подозреваем, чего ты пылишь? У тебя амнистия выходит по малолетству на тот исторический период.

- Какой там факт? Берия вождя порешил. Мешал ему Сталин.
- Чем же это он ему помешал? – выразил сомнение Володя. - Раньше не мешал, и вдруг, на тебе, стал мешать. Так не бывает.
- Бывает, – отмел Моисеевич сомнения Володи, – все дело во власти. Все, кто прокарабкался наверх, хочет забраться еще выше. А кто стоит на пути – тех под паровоз.
- И с чего бы им так стремиться наверх? Итак, неплохо живут. Нам так не жить.
- Понятно, чего, - ухмыльнулся лысый старик, - у политиков, как у хищников, отсутствует чувство насыщения. Постоянный голод на власть и деньги.Булимия по-научному.

Дверь, скрипнув, отворилась, и на пороге появилась медсестра с вновь поступившим больным.
- Вот, - ткнула она пальцем в сторону свободной кровати, - сейчас я ее застелю и располагайтесь.
- С чем пожаловали, - радушно встретили вновь прибывшего пациента обитатели палаты.
- Катаракта, - лаконично ответил тот, хозяйской рукой ощупывая кровать. - Доктор сказал хрусталик менять надо, а то гнисть будет.
- Гнисть? Гнить, что ли?
- Я и говорю, гнисть, – повторил вновь прибывший.
- Страсти-то, Господи, - покачал головой лысый.
- Какой ставить собираешься, наш или американский? – проявил неподдельный интерес Володя.
- Есть разница?
- А то! У американского гарантия двадцать лет, а наши и слова такого не слышали отродясь.
- Тогда заморский поставлю, - решил старик.

- А Вам, сколько лет? – картавым каркающим голосом спросил старый еврей.
- Восемьдесят семь недавно исполнилось.
- Маловата гарантия, - удрученно покачал головой Моисеевич. - В сто семь снова менять придется.
Вновь поступивший бросил непонимающий взгляд на говорящего, и молча занял постель.
- А я четвертую строчку уже вижу, - похвастал лысый старик. – Договорился тут с одним мужиком – выхожу из больницы, беру у него запорожца. Машина на ходу, не гнилая.
- Их уже Бог знает сколько лет как не выпускают, – ухмыльнулся Володя. – Откуда он не гнилой возьмется? Да и запчастей на них давно не производят, поди. Как ремонтировать такую развалюху?
- Мне, что на нем каждый день ездить? Разве, что на кладбище родственников попроведать да на рынок, когда, никогда.

- Вы посмотрите на этого Шумахера, - восхитился Моисеевич. – Восемьдесят четыре года, одним глазом видит четыре строчки, а другим?
- Другой у меня пропал. Врачи сказали зрение уже не вернуть….
- Вторым, мягко сказать, ни хрена не видит. И, что самое интересное, после освобождения из больницы сразу едет на кладбище. Нет, с одной стороны это правильно, если сам не доедет, потом отдельно довезут скорбящие родственники, они же счастливые наследники. Но он же по дороге на погост с собой еще несколько ни в чем неповинных душ прихватит. А они здесь причем? Только в том и виноваты, что неудачно вышли на проезжую часть дороги, в то время, как этот водитель за руль сел. Впрочем, в чем можно винить этих несчастных? Откуда им было известно, что этот идиот передвигается на ощупь, держась за стенки, а за рулем ездит запросто. Что это ты все время руками размахиваешь, автомобилист?

- Полная палата мух. Неужели не видишь? – ответил лысый, в очередной раз, пытаясь поймать надоедливое насекомое.
- Каких мух? - не понял Моисеевич. – Нет никаких мух в палате.
- Ну как же. Желтые крупные, черные помельче. Под потолком летают, на кровать садятся. Надоели.
- Это у него после операции остаточные явления, - пояснил Володя. – У меня сетка перед глазами, а у него пятна разноцветные мелькают. Он их за мух принимает и гоняет с утра до вечера. Пусть ловит, развлекается. Чем-то заниматься надо. Скукотища.
– Везет людям, - с завистью посматривая на мухолова сказал еврей. – Тот четыре строчки видит, другой хоть и через сетку, но тоже что-то там видит, а я прооперированным глазом вообще ничего не вижу.
- Не может быть, - засомневался Володя. – Если мутный хрусталик вынули, а прозрачную линзу вставили, должен видеть по всем законам физики.
- А я не вижу, - Моисеевич помахал перед глазами рукой. – Даже руку свою и ту не вижу. Так. Тень мелькает и все.

- На человеческий организм законы физики не распространяются, - глубокомысленно изрек старик с глаукомой. Он живет по своим законам.
- Законы физики распространяются на все, – веско возразил Володя – Слушай, Моисеич, а может быть, тебе вообще забыли хрусталик вставить?
- Разве такое возможно? – удивился тот.
- Запросто, - убедительно заверил Володя. – Только и читаешь в газетах – у того после операции в животе пинцет забыли, тому тампон зашили по ошибке. Так с ним и ходит. У тебя вариант обратный – хрусталик забыли вставить на место. Врачи, Моисеич, люди задумчивые, рассеянные. Мыслей в голове копошится много. Попробуй, запомни, что где у человека надо вырезать и куда вставить. Все-таки с живыми людьми дело имеют. До операции, правда. Так что подобные второстепенные мелочи могут упустить.

- Я поговорю с хирургом, - оживился Моисеевич. – Понимаю, человек она занятый, озабоченный. Ну, запамятовала, с кем не бывает? Возьми, вставь на место, прояви сознательность.
- Вот, вот, - поддержал Володя разумную инициативу, - поговори. А я, пожалуй, на горшок сбегаю. Очередь занять надо, - спохватился он. Вот уж мучение, прости Господи.
Туалет в отделении был один, для женских и мужских палат. Под постоянно закрытой изнутри дверью толпилась очередь из стариков и старух, мечтающих прорваться на заветное очко. Рядом, закрытый на замок туалет медперсонала, куда больным хода не было. Среди пожилых людей ропот недовольства.

- Вот, - гневно возмущается тонким дребезжащим голоском тощая старушонка, - для пяти медиков отдельный сортир приспособили, а мы здесь толкайся, как пингвины. Да еще старик этот без очереди прется.
- Я ветеран, - веско заявляет нарушитель порядка, пытаясь пробраться ближе к заветной двери.
- Ветеран он, – недовольно ворчит старуха. – Тут все ветераны, юных пионеров не наблюдается. У них с глазами все в порядке. А этого склеротика вообще на горшок пускать нельзя. В прошлый раз зашел и забыл зачем. Так два часа и сидел, вспоминал, какой физиологический акт совершить собирался.

Володя собственным телом загородил подход к туалетной двери, пресекая всякую попытку ветерана приблизиться хотя бы на шаг.
- Участники Куликовской битвы и прочих исторических побед через три человека, - объявляет он под одобрительное ворчание очереди.
- Не могу я ждать, пока вся толпа пройдет, простатит у меня, - взмолился опирающийся на костыль дед, напоминающий букву «л».
- У него, значит, простатит, а мы здесь все здоровы и веселы как воробьи возле хлебных крошек, - не могла успокоиться старуха, у которой простатита не могло быть по определению, в силу различий в анатомическом строении женщин и мужчин.
- Не могу я ждать, пока вся толпа пройдет, - взмолился старик, – я только к туалету подойду, а вот эта бабка, как специально кран открывает, - ткнул он в сторону такой древней старухи, что было непонятно, за счет каких волшебных сил в ней теплится жизнь. - Из крана вода течет и у меня тоже родник вскрывается. Вторые штаны замочил. Куда это годится?

- Что течет-то? – не поняла старуха.
- Протекает прокладка между мочевым пузырем и трусами, - охотно пояснил, Володя. – И прямо в штаны вялой струей. Условный рефлекс срабатывает. Прямо как у младенцев. Понятно?
- А то! - бабка оказалась на редкость толковой, много чего повидавшей в своей длинной жизни. – Откуда там приличный напор возьмется? Струя из ни х…, из ничего получается.
Из знакомой палаты появилась врач. За ней волочился подслеповатый Моисеевич, пытающийся удержать доктора за локоть.
- Я все понимаю, - бормотал он, прикладывая обе руки к груди. – Ну, забыли вставить хрусталик, Анна Ивановна, с кем не бывает? Всех-то делов – вставить и забыть про эту врач****ю ошибку.
- Да вставила я вам хрусталик, Давид Моисеевич, - отбивалась врач, как могла от назойливого пациента. – Откуда у Вас могли появиться подобные нелепые мысли?

- Володя сказал, что подобные казусы бывает, встречаются в медицинских учреждениях. Забывают доктора из-за занятости: то что-то вставить, то вынуть чего-нибудь такое постороннее.
- Опять этот баламут панику среди больных сеет, - рассвирепела Анна Ивановна. – Пора его выписывать к чертовой матери на амбулаторное лечение. Меньше его слушайте. - посоветовала она назойливому Моисеевичу.
- Почему же я тогда ничего не вижу? – сварливо продолжила жертва оперативного вмешательства. – Все видят: кто через сетку, кто вместе с мухами, а я вообще ничего не вижу. Как это понимать?
- Давид Моисеевич, Вы же сами все прекрасно понимаете. Возраст совсем не юный, сетчатка уже не в том состоянии, чтобы рассчитывать на серьезное улучшение зрения. Ну и все такое прочее.
- Я, что, самый древний в палате? – обиделся Моисеевич. – Да там все мои ровесники собрались. Всем уже очень сильно за восемьдесят, если не считать Володю. Один даже после выписки, самолично на машине на кладбище ехать собирается, настолько зрение обострилось. Что Вы мне возрастом голову морочите? Так и скажите, мол, забыла хрусталик вставить в глаз и весь разговор. Дело-то поправимое, а, Анна Ивановна?

- Нет, я не в силах выслушивать дальше этот бред, - скорбно прошептала огорченная нелепым подозрением Анна Ивановна, подходя к столику дежурной медсестры. – Наташа, - распорядилась она, - готовьте Володю на выписку, да и Давида Моисеевича тоже. Все сроки пребывания их в стационаре истекли. Приедете через полгодика, - повернулась она к деморализованному склочнику, – у нас будет с Вами совершенно другой разговор. Еще благодарить меня будете.
- Разве только за то, что не увижу собственной смерти по причине отсутствия зрения, - сник Моисеевич.
- Не падайте духом, Вы еще крепкий старик. Сколько там у нас завтра поступает на операцию?
- Двенадцать человек, - сверившись с журналом ответила медсестра.
- Значит еще десятерых надо выписать на амбулаторное лечение по месту жительства. Прощайте, Давид Моисеевич, Вам пора готовиться домой.
 

Гороскоп

(Анатолий Долженков)
 9    2020-07-18  1  88
Я в примах живу. Знаете, что это такое? Слышали от кого или, как говорится, на себе испытать довелось? Если только слышали, то не знаете. Это значит, у тёщи жить, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Практически на вражеской территории, если вы переехали к ним со своей мебелью или на территории, захваченной противником, если по глупости прописали всю эту банду на своей жилплощади. В оккупации, значит. Живёшь, как партизан, в тылу врага, оторванный от своей привычной среды обитания и родных лиц. Просто так не даётся ничего - ни проживание, ни пропитание. Только с боями и потерями. Я и к шпионам и то стал совсем по-другому относиться, когда самого припёрло. С пониманием и сочувствием. Не осуждаю, как некоторые, потому, что знаю – рискуют каждый Божий день, а то и по несколько раз на день.

Нет, когда я под марш Мендельсона прогуливался под ручку со своей будущей супругой по дворцу бракосочетания, то никаких ужасных последствий от этого неосторожного шага не предвидел. Даже наоборот – любопытно было. Вот, мол, окольцевался, создал семью, какую-никакую. Теперь всё будет, как у людей. Пусть себе существует лишняя ячейка в обществе, не помешает. Будущая семейная жизнь виделась прекрасной, перспектива рисовалась заманчивой, и планы на эту перспективу строились грандиозные, но как потом выяснилось – нереальные. Явь же, оказалась туманной и безнадёжной.

Не случилось, как мечталось. Лично я к композитору Мендельсону претензий не имею. Но со свадебным маршем он погорячился. Зачем такую музыку сочинять, что жених сам во дворец бракосочетания бежит без посторонней помощи и настойчивых подталкиваний в спину со стороны родственников невесты? Правда, были некоторые признаки того, что не всё сложится так гладко, как казалось в начале. Такие, знаете ли, предвестники будущих неудач. Краем глаза я успел заметить, что папа мой украдкой слезу в рукав уронил, но внимания в то время не обратил. А надо было бы. И позже после свадьбы всё нормально складывалось. Поначалу. Даже снов вещих не видел. Организм молодой, бестолковый. Спит без задних ног. Какие уж там сны. День с ночью путаешь. Любовь!

Я по любви женился, не по расчёту. Какой там расчёт! Наоборот, полный просчёт получился. А когда впервые жену свою увидел, будущую, что тут со мной произошло. Гормональный шок. Слюни бегут, глаза, как фары у автомобиля, включённые на дальний свет. И, вообще, наблюдалось учащённое сердцебиение от перевозбуждения, вызванного, как я думаю, отравлением гормонами. Голову потерял вместе со всеми мозгами. Знающие люди говорят, что это симптомы любви. Не знаю, не знаю, но очень похоже на болезнь. Думаю, случилось временное помешательство ума с небольшой утратой здравого смысла. Затмение остатков разума. Наверное, подобное явление со всеми половозрелыми гражданами происходит и продолжает происходить, как у оленей в период гона.

Теперь-то всё кажется просто. Хорошо быть умным, как мой начальник после выговора. Все уже знает и понимает, как правильно надо было делать. Но уже потом, когда старшие товарищи указали не недостатки. Ну, отойди в сторонку, остынь. Найди время пообщаться с будущей тёщей для своей же пользы. Выслушай внимательно её прямую речь. Справься о планах на будущее. Выясни, есть ли там место для тебя. Если есть, уточни где. Подумай, уютно ли тебе там будет. Что-то законспектируй. Проанализируй потом в спокойной обстановке, без суеты и спешки. Кандидату на соискание высокого звания тесть в глаза загляни. Нет ли в них панического страха или, не дай Бог, ужаса – тяжёлого наследия семейной жизни. Так нет же, бегом в ЗАГС, будто там мёдом намазано. Может быть,там и намазано, но не мёдом – это точно. Липкую ленту для борьбы с мухами видеть приходилось? Поразительное сходство.

Сам я по гороскопу – рыба. Не буду хвастаться – не акула и не касатка какая-нибудь. Даже не щука. Что-то такое из семейства карповых. Вычитал как-то в гороскопе, что «рыбы сами по себе не способны понять мотивы своего поведения, плавая в океане бессознательного». Чистейшая, благороднейшая правда. День плаваешь, второй этаким жирным карасём в сметане. Плавниками шевелишь, развлечений ищешь. А тут раз и крючок тебе под нос с наживкой. А наживочка по сезону – молодая, симпатичная, с ногами от ушей и лицом-загадкой. В мутной же воде не разобрать, кто за другой конец удочки держится. Да и об этом ли думаешь, когда клюёшь? Хочется глупому карасю «почувствовать себя более уверенным, желанным и любимым», как в гороскопе пропечатано. На такую наживку попадаются все или почти все. Есть, правда, ещё те пескари премудрые. Этих и сетью-то не изловить. Но таких умников мало. Опыт перенять практически не у кого.

А тёща у меня по гороскопу – скорпион. Уже одно это должно было насторожить и заставить поближе присмотреться. Скорпион – зверь известный. Его не в руки взять, ни к груди прислонить. Специфическое животное. А тёща-скорпион – это, по большому счёту, вообще Годзилла. Представляете, да? Нет, начиналось-то всё нормально.
- Называй, - говорит, - меня мамой. Как одна семья будем. Одним дыханием дышать, одни сны просматривать в трёхкомнатной квартире без подселения.

Скажу вам без обиняков: дышать одним дыханием со скорпионом – дело гиблое и опасное. Задохнёшься с непривычки. Стал я со временем замечать, что и на маму она как-то мало похожа. Всё больше на знак свой зодиакальный или намерзопакостный персонаж русских народных сказок – бабу Ягу. Себя тоже стал чувствовать Ивашкой. Чувствую, что съест, но не знаю, когда и под каким соусом.
Жена у меня, правда, не такая ядовитая оказалась. Врать не буду. Возможно, по молодости лет ещё не успела поднакопить этой жидкости. Дева она у меня и по гороскопу, и по полу, и по ущербности мышления. Я ей говорю.
- Давай, любимая, отдельно от родителей проживать будем. Я в одной умной книжке вычитал, что мама твоя такое исключительно опасное насекомое, что нам лучше от неё на расстоянии держаться.

Но из затеи этой ничего путного не вышло. А скандал получился грандиозный. С того самого времени жизнь моя превратилась в кошмар, называемый пошлым словом сосуществование. Вначале легко и без нажима было введено ограничение на продукты питания.
- Ты, - говорит, - зятёк, что-то много пищи через себя пропускаешь, не стошнило бы, сохрани Господь. От мяса, - говорит, - холестерин, от сахара – диабет. Да и внешне что-то незаметно большой пользы от такого усиленного питания. Сплошная худощавость и никакой прибавки в весе. Ты, - советует, - больше на овощи налегай, на витамины. Еда добротная, недорогая, как раз по тебе будет.

Через месяц при виде стандартного набора овощей меня уже подташнивало, а о прибавлении веса и речи нет. Наоборот чувствую, сбрасывать начал, причём очень быстро. Не успевал в поясном ремне новые дырки выковыривать. К концу второго месяца талия моя по толщине сравнялась с шеей. Думаю, что если темпы сохранятся, худеть придётся только за счёт костей. А откуда там жир-то? Нет его там. Дошёл до ручки. Чтобы добраться до трамвайной остановки, что находилась в семидесяти метрах от подъезда, приходилось два раза на отдых останавливаться, с силами собираться. Вот тут-то я понял – срочно необходимо предпринимать меры по спасению голодающего организма. Да и супруга подстегнула. Стала по ночам выражать неудовольствие работой некоторых моих органов и частей тела. А какие у мумии части тела? Сплошная кость.

Потихоньку, принимая необходимые меры предосторожности, я приспособился приворовывать из холодильника и других мест хранения продуктов питания, но не долго. Вскоре ночью был отловлен тёщей-скорпионом при поедании варёной колбасы. В результате карательной операции холодильник перебазировался в её спальню, а кладовая уже запиралась на два замка, один из которых был гаражным. Мне же была подарена весьма поучительная книга о раздельном питании. Но мама жены понимала это питание не так, как автор брошюры и другие раздельно питающиеся. Её трактовка была более созвучна эпохе перестройки. Все они, иногда включая тестя, питались отдельно от меня, я же не питался вообще.

При этом мне ещё чинились всякие унижения и обиды. Делалось это как бы случайно, и никто мне зла не желал. Как говорится, ничего личного. Но дело в том, что кроме скверного характера у моей новой мамы имелся лёгкий физический дефект – левая нога в силу непропорционального анатомического развития её тела была короче правой сантиметров на семь. Недоваяла природа. То ли материала строительного в дефиците оказалось, то ли ещё какая причина, неизвестно. И всё вроде бы ничего, не накрывай она сама на стол. Вторые блюда ещё так-сяк. Ну, вылетит котлетка, словно из катапульты. Врежет кому-нибудь по кумполу невзначай. Она мягкая – не больно. Там хлеба больше, чем мяса. А если всё время наготове быть, то и уклониться можно или ртом поймать.

А от супа или борща не увернёшься. Да и отскочить не всегда получается. И самая большая неприятность заключалась в том, что когда эта бегущая по волнам разносила первое, то всегда исхитрялась левым низким бортом в мою сторону развернуться. А это как раз то место, куда самый большой крен. Не буду клеветать понапрасну, не знаю, каково это варево на вкус. Ни разу попробовать не пришлось. Но очень горячее. Прямо крутой кипяток. Мне в ожоговом центре так и сказали, что, мол, хобби у вас такое молодой человек каждую неделю крутым кипятком обливаться. Это они, наверное, подумали, что я морж, только наоборот – с африканским уклоном. Моржи холодной водой обливаются, а я – кипятком. Мало ли кто и как закаляется. А другой – совет хороший дал:

- Вы, - говорит, - молодой человек, когда кушаете, старайтесь ложкой в рот попадать, а не разбрызгивать горячие блюда по всему телу.
Умный какой, нашёлся. Как я мог ложкой супа себе спину ошпарить. Это как же извернуться-то надо! Им легко учить. Они, может быть, холостяки или в примах не живут. Не понимают, что в примах не жизнь, а сплошное мучение.
Собачка у них, маленькая такая, на воспитании. Курносая такая сучка. Пекинес называется. Кто она будет по гороскопу, не знаю, но думаю тоже ничего хорошего. Подлее твари я в жизни не видел. Вся в тёщу. Только у лохматой четыре лапы и все одинаковые без дефектов. Чтобы вы поняли, что это за зверь я вам так скажу, в сравнении с нею собака Баскервилей – ласковый, добродушный щенок. С утра до вечера, как тень, за мной по пятам ходит. Надзирает, чтобы я чего лишнего не проглотил, не дай Бог. А спит с хозяйкой на кровати. Тесть-то на кушеточке в прихожей корячится. И тому рад, что не на лестничной площадке.

- Ты, зятёк, - говорит мне приёмный папа, - терпи. Целее будешь.
- Нет, - сам себе думаю. – В этом семействе я вряд ли до пенсии дотяну. Разве, что по инвалидности. Что-то надо делать – или с любовью кончать, или с тёщей, хотя и то, и другое –дело опасное и хлопотное.
Что делать? Сунулся было за советом к родителям, а те и слушать не хотят. Руками машут, расстраиваются. У нас, говорят, ещё две дочки бесприданницы–пристроить некуда. Женихи наш дом пятой дорогой обходят. А тут ты со своими проблемами, вроде, как уже пристроенный. Подкармливать раз в неделю обещали, а назад наотрез взять отказались. Когда, говорят, дочек пристроим замуж и с жилплощади вытолкнем, тогда, может быть, и тебя назад примем. Сын, всё-таки. Посмотрел я на сестёр мужским оценивающим глазом и с огорчением подумал, не пристроят. Не пристроят ни одной, никогда в жизни, и ушёл.

Стал на работе интересоваться, мужиков расспрашивать. Нет ли кого со сходной судьбой или биографией. Тощих и грустных не трогал – такие же бедняги, как и я. Двое их у нас в отделе было. На прошлой неделе дверь входную сквозняком захлопнуло – у одного инфаркт, у другого инсульт. Какой уж здесь опыт? Я всё больше к жирным и весёлым присматривался. А они, как назло, или холостые, или давно в разводе числятся, жизни радуются. Одного, правда, нашёл. В примах состоит, но толстый и вальяжный, как перекормленный кот. Стал я к нему присматриваться. Спешить, думаю, не буду не пожар, хотя и припекает сильно. Поспешил на свою голову, женился. Впредь умнее буду. А вдруг у него наихудший вариант? Может быть, у него от семейных проблем недомогание на нервной почве крыша поехала. Вот он и веселится. Хихикает не ко времени и не к месту.

Присматриваюсь день, два, неделю глаз с него не спускаю. Да нет, нормальный, вроде, мужик. Рассуждает здраво, глаза не бегают по сторонам, и испуга в них не заметно. Стал подходы к нему искать. Через пару недель мы уже раскланивались при встрече, через месяц останавливались поболтать на отвлечённые темы и наконец-то подобрались к самой главной. Как-то, за кружечкой пива в расслабленном состоянии, завёл я разговор о преимуществах семейной жизни перед холостой. Так, мол, и так, говорю, загрызла тёща окончательно и никакого нет от неё спасения. Не вижу, мол, выхода из этой западни, пропади оно всё пропадом. Собеседник мой оживился. Чувствую, задел его мой крик души. Зацепила проблема.

- Вот, вот, - живо откликнулся он. – Со мной, - говорит, - аналогичный случай приключился несколько лет назад. Женился очень неудачно. Тёща – кобра последней модели, тесть – ни рыба, ни мясо и кроме того сестра жены – кенгуру на шпильках. Не семья – зоопарк. Веришь, - говорит, - я, человек склонный к полноте, после нескольких месяцев такой семейной жизни, весил пятьдесят два килограмма в галошах и пальто. Довели,гады, до ручки.
- Ну и как же ты, - спрашиваю, - выкарабкался?
- Люди добрые помогли. Дали один адресок. По гроб жизни им благодарен буду. Прямо спасли меня, а то хоть в петлю полезай.

- Помогло, значит?
- Спрашиваешь? Теперь не жизнь – сказка. Вижу, у тебя интерес не праздный. Песня другая, а припев один и тот же. Ну, что же. Мне люди помогли, а я тебе. Дам адресочек.
Поблагодарил я мужика за понимание и помощь. На следующий день двинул по указанному адресу. Домик этот я обнаружил на окраине города у огромного пустыря. Проживала там бабулька неопределённых лет и непонятных занятий. Колдунья – не колдунья, экстрасенс – не экстрасенс, не разберёшь с атеистическим воспитанием. Но не врач – это точно. Так вот сидит, значит, она посредине комнаты и посетителей принимает. Занял я очередь, жду. Часа через полтора и меня зовут. Захожу, здороваюсь. Посмотрела она на меня и тихим дребезжащим голоском спрашивает:

- Что достали тебя родичи, сынок?
- Достали, - говорю, - мать. – Житья от них нет никакого. Уже не знаю, что и делать.
- Не огорчайся, - советует. – Дело поправимое, поможем горю твоему. Родственники у тебя – энергетические вампиры. В этом-то все твои беды и страдания.
- Надо же, куда попал. Снаружи разве угадаешь? Пальцы в розетке не держат. Но это Вы точно, - говорю, - подметили. Вампиры, причём улучшенной породы. А тёща ещё к тому же и скорпион. Так, что же это получается? Так они чего доброго разрядят меня как аккумулятор.
- Полностью не разрядят. Мы энергию твою изменим. Отравим, как бы.
- Понимаю, - говорю. – Денатурат сделаете. А у них, у вампиров, что-то вроде несварения желудка случится? Трансформаторы перегорят?

Ну, думаю злорадно, пососёте теперь с меня киловатты. Захлебнётесь моей электроэнергией! И начала бабка привораживать. Часа три я сидел как приклеенный перед нею. Она, то шептала, то замолкала надолго и раскачивалась из стороны в сторону, словно ненормальная. Потом ходила вокруг, закатывая глаза, хлопая в ладоши и пританцовывая. Пот катил с неё градом. Старческие морщины на лице раскраснелись. Тяжеловато, видимо, приходилось ей с моим семейством на расстоянии и без подготовки. Наконец, процедура завершилась и, судя по всему, одолела старуха нечистую силу по месту моей постоянной прописки. Насыпала она мне травки в кулёчек и говорит.
- Всё, сынок. Теперь у тебя полный порядок будет и семейная жизнь наладится. Да и всё остальное нормализуется. Только не забывай порошок в чаёк родственникам подсыпать время от времени.

Поблагодарил я старушку горячо, денег ей дал, сколько спросила, и поскорее домой посмотреть подействует или нет. Дома было на редкость тихо и спокойно. Все ходили на цыпочках и боялись вздохнуть лишний раз. Даже жена, которая обычно набрасывалась на меня с порога с упрёками и претензиями, только палец к губам приложила, тихо, мол. Уже потом в комнате прояснила ситуацию. Ты, говорит, по квартире не шастай без особой нужды. У мамы такая мигрень, что даже самый незначительный шум может её убить. Да, думаю, могучая тёща, сносу нет, а на тебе. Утюг, что ли уронить или шкаф обрушить для ускорения процесса. И вдруг меня осенило! Неужели волшебная старуха до тёщи добралась так быстро? Нет, не зря я всё-таки старался, меры принимал.

Конец дня прошёл тихо, без скандалов. Следующий день выпал выходной. Тёща выползла из своих апартаментов перед самым обедом. Меня порадовал нездоровый цвет её физиономии и дрожащие ручонки. За столом лица у всех были скорбные, как на похоронах. Это и понятно – мелкие гады сочувствовали крупному удаву. Я был не в счет, находясь в стороне от событий. Не до меня им было. К концу второго дня я испытывал к бабке-колдунье такую искреннюю благодарность, что немедленно хотел ехать и дать ещё денег за такой ударный труд на волшебном фронте. Но утром третьего дня ситуация резко ухудшилась. Судя по громкому звяканью кастрюль и сковородок, тёща была при полном здоровье и в отличной боевой форме. Ну, что же. Я был не в претензии к колдунье. Полтора дня продержать тёщу в таком плачевном состоянии – это уже рекорд. Хорошего долго и много не бывает – истина известная.

Вся компания с сияющими лицами собралась на кухне и, кто как мог, выражал верноподданнические чувства. Тесть, подхалим, уже смотался на рынок и приволок букетик каких-то занюханных цветочков. Жена сама цвела, как майская роза. Один я сидел с постным лицом. Теща, окинув меня ехидным взглядом, едко заметила.
- Видно, не всем по душе моё выздоровление. Что не весел-то, зятёк? – спрашивает. – Думал, не поднимусь уже? Напрасно радовался. У меня здоровья на десяток, таких как ты, обормотов, хватит.
- Да, что Вы, Наталья Васильевна, - говорю. – В мыслях не было.
- Не было, - говоришь. – Знаю я тебя, паразита. Ждешь, не дождёшься, когда я сковырнусь. А вот это видел?

Изучив внушительный кукиш у своего носа, расстроился окончательно. Недолго, думаю, спокойствие моё продлилось. Но ничего не поделаешь. Когда поднял глаза, что такое? Вижу неладное, что-то с мамой творится. Лицо цвет изменило, и всё прыщами покрылось. А она говорит и говорит, метаморфозы не замечает. Но остальная челядь заметно приуныла. Сидят, глазками моргают и прямую речь прервать пугаются. Дождался я паузы в монологе и говорю ехидно:

- Что-то, - говорю, - личико Ваше, Наталья Васильевна, прыщами закидало и цвет нездоровый. Синюшный цвет. Вы бы врачу показались, что ли. Может ещё можно будет спасти. Да и нам спокойнее будет – вдруг болезнь заразная.
Тёща так с открытым ртом и зафиксировалась. Заклинило её, только глазками злющими по сторонам водит: зырк туда, зырк сюда. Думает, что это такая моя мелкая месть. Но заметив испуганные лица близких родственников, струхнула не на шутку.
- Ой, мамочка родненькая, да что же это с тобой? – заголосила первой жена, обильно орошая слезами кухонный стол.

На тёщу совсем смотреть страшно. Вурдалак, ей Богу. Натуральный вампир. Вот, думаю, когда её гнилая суть наружу вышла. Показала своё настоящее лицо. Фотографию разнесло, места живого нет. Не узнать совсем. Лицо шире плеч. Неделю лечили её всякими таблетками и примочками. В доме постоянно толкались какие-то посторонние люди: то врачи, то подружки её с соболезнованиями набежали, другой народ копошился. В этой суете и беготне о нас с тестем как-то забыли. Не до нас было. Дела мои пошли на поправку. За холодильником и кладовой надзор ослаб. Следить было совершенно некому. Да и тесть, которому было поручено продукты питания покупать, не такой сволочью оказался, как казалось на первый поверхностный взгляд. Питание улучшилось, словно в сказке. У тестя, на третий день, даже второй подбородок наметился. Хозяином себя чувствовал, если тёщу долго не видел.

Самое большое беспокойство доставляли, конечно, врачи. Каких только специалистов не понаприглашали: и аллергологи, и терапевты, и венерологи, и гинекологи. Каждый со своим диагнозом и лечением. Здоровый не выдержал бы, а больной и подавно. А после посещения дерматолога соседи по лестничной площадке дружно подали на обмен квартир. Соглашались переезжать в самые непрестижные районы только бы быстро и далеко.
Когда перепробовали всех докторов и поняли, что толку мало, жена мне и говорит.
- Доктора – дело ненадёжное. Простым высшим образованием здесь не взять. Тут экстрасенс нужен или бабка.

Тут уже я струхнул не на шутку. Если, думаю, другую бабку отыщут, и она посильнее моей оказаться может, тогда все усилия насмарку. Надо что-то предпринимать, пока не поздно.
На другой день смоталась жена за экстрасенсом. Ей на работе присоветовали специалиста. Пришёл невзрачный мужичонка. Рамочка у него в руках из проволоки. На тёщу посмотрел, нас всех обвёл туманным взором, потом по комнатам двинул. Ходит на стены натыкается. Рамочка вертится, как ненормальная, мужик бормочет что-то, а что, не понять. Наконец угомонился.
- У вас, - говорит, - в квартире скопилось столько отрицательной энергии. Поразительно, что только одну тётку прихватило. Надо, - советует, - сюда больше положительной энергии привнести. Тогда всё поправится и придёт в норму.

- Я, - говорю, - конечно, извиняюсь за бестактный вопрос, но где же её раздобыть-то? Купить или по бартеру обменять?
Выяснилось, что поменять плюс на минус может только он сам, но когда сообщил стоимость этой процедуры, я начал подозревать, что он начнёт строить в тёщиной спальне электростанцию. Нет, думаю, этот экстрасенс, пожалуй, не опасен. Обыкновенный аферист. Жена тоже огорчается:
- Нет, - говорит, - экстрасенс здесь вряд ли справится. Чакры у него, видать, слабоваты. Бабку искать надо.
Пора, думаю, вмешаться иначе - трагедия. Ещё, чего доброго, вылечат тёщу, мне на погибель. Решил действовать:

- Знаю, - говорю, - одну волш****ю старуху, любого экстрасенса за пояс заткнёт. Я смотаюсь, договорюсь.
- Давай, - говорит, - дуй. Только быстро. Мама уже зеленеет и плесенью покрывается.
Бабка словно ждала.
- Ну, - спрашивает, - как, сынок, помогли тебе мои заклятия?
- Вопросов, - говорю, - нет, бабуля. Заклятия очень качественные – хоть сейчас сертификат выдавай. Ни медицина, ни экстрасенс перебить не смогли. Теперь бабку хотят. Что делать? Опасаюсь, как бы они кого посильнее тебя не нашли.
- Не бойся, - успокаивает. – Я одна такая на всю область уникальная старуха. Мои заклятия никому не перебить. А ты домой иди, жену успокой. Скажи, нашёл, мол, нужного человека. Через пару дней придет, снимет заклятие.

Пришёл к жене. Так и так говорю. Нашёл специалиста-профессионала. Через пару дней тёщу на ноги поставит. Так и случилось. Пришла моя бабулька, зашла к тёще. Посторонних выгнала. Долго за закрытыми дверьми колдовала и, наконец, закончив священнодействовать, вышла.
- Ты, - говорит она мне, - завтра ко мне подскочи за зельем, - и жене. – Успокойся, красавица. Всё будет хорошо.
И отбыла. На другой день встал я пораньше. На работу собираюсь. Тёща выползает.
- Что же ты, дорогой зять, на работу идёшь не позавтракав? Так и гастрит заработать можно.
- Что Вы, - говорю, - Наталья Васильевна. – Я и обедаю-то не каждый день.

- Нет, - настаивает, - без завтрака я тебя не отпущу.
Что такое, думаю, чудеса. Позавтракал, а тёща уже с «тормозком» у двери стоит.
- Ешь, - говорит, - а то смотреть на тебя больно. Худющий, высох совсем.
Дождался я конца рабочего дня и быстро к бабке. Интересно было узнать, как она такого хищника в безобидное травоядное превратила.
- Как, - спрашиваю, - управилась с таким крокодилом?

- Человеческая доверчивость, - говорит бабка, - как и глупость – беспредельны. Пояснила ей, что, мол, плохи её дела. Зятёк твой, говорю, ядовитую энергию в себе носит. А чтобы понятнее было, говорю, он как зеркало. Улыбнись ему – и оно тебе улыбнётся, а оскалься – тоже и в ответ получишь. Посылаешь к нему отрицательную энергию, а она усиливается, к тебе же и возвращается. Вот так и утряслись твои проблемы. А, вообще-то, аллергия у неё. На цветы аллергия – запомни это на будущее.
С тех пор не жизнь у меня, малина. Домашние с утра до вечера соревнуются, кто больше мне положительной энергии пошлёт. А вот тестю не повезло. Как говорит наука, если где-то прибавляется, то в другом месте столько же и убывает. Вот у него и убыло. Сам виноват, зачем так неудачно женился?
 

Объявления

(Анатолий Долженков)
 7    2020-07-11  1  109
Пристрастился я в последнее время газеты читать. Чтобы буквы не подзабыть, да и образование на постоянном уровне поддерживать. Особенно нравятся мне объявления о различных выдающихся медицинских достижениях и открытиях. Такие, оказывается, нынче болезни излечивают без особого напряжения и в предельно сжатые сроки, что в доперестроечное время, подобное никому и не снилось. Ведь, как раньше-то было при развитом социализме? Читаешь в прессе интервью маститого академика или какого-нибудь другого учёного светила, что вот, мол, к сожалению, медицинская наука не в состоянии сегодня решить такую-то или такую проблему, и в ближайшие двадцать лет вряд ли её решит. Нет теоретической базы. Ну где ее взять, если нету? И тебе становится понятно, что беднягам в белых халатах не один литр научного пота пролить требуется и не одну сотню собачьих жизней загубить на алтаре науки и во имя неё, чтобы хоть каким-нибудь боком к проблеме этой подобраться поближе. Читая такие прискорбные строки, наш человек осознавал - трудновато ученым в неравной борьбе с недугами. Открытия в медицине не каждый день делаются.

Теперь все по-иному. Сегодня, в эпоху демократических преобразований, неизлечимых болезней и прочих недугов почти не осталось, если, конечно, регулярно читать прессу, а именно раздел объявлений. Судите сами.
"Центр "Женщина". Диагностика и лечение всех женских заболеваний и бесплодия". Нравится? Или. "Центр "Мужчина". Диагностика и лечение всех мужских заболеваний". Правда, о бесплодии здесь ни гу-гу. Видать, мужикам это не актуально. Но в общем целом все в порядке. Человек доволен и счастлив. Не надо больше пугаться ни женских, ни мужских заболеваний мочеполовой системы. Лечится весь этот букет легче насморка по такому-то конкретному адресу.

Или вот еще: "Полное излечение геморроя". И тут же адресок прилагается. И нет проблем. Полная капитуляция заболевания под натиском передовых медицинских открытий. Вспоминаю по прежним газетным статьям в центральной прессе, что в застойные времена раздвинутого социализма излечить эту тыловую болезнь было просто невозможно. Когда у моего соседа недуг этот, мягко говоря, просился наружу, а чаще всего выпадал без спроса, вернуть его на исходные позиции нельзя было ни лекарствами, ни заклинаниями. А теперь, пожалуйста. Полное излечение и в сжатые сроки. И нет больше физических страданий. Остаются только моральные переживания из-за потери денег на лечение. Но тут уж выбирай одно из двух. Третьего не дано. И если ты выбрал здоровье, то смело можешь садиться обновленным задом на самую жесткую и неудобную скамейку в полной уверенности, что никаких неприятных ощущений тебе эта поза не доставит.

А встречаются еще более удивительные и очень конкретные объявления: “К ноябрьским праздникам похудеть до десяти килограммов". Непонятно, правда, почему именно к ноябрьским, а не к каким-нибудь другим? Например, к Международному женскому дню или дню работников прокуратуры. Быть может, здесь что-то связано с революционными изменениями в организме бывшего толстяка? Не знаю. Об этом в объявлении не пишется. Есть какая-то тайна, покрытая туманом. Но как красиво. С выдумкой и интригой.

А такая вот информация вообще поражает и сбивает обывателя с панталыка: “Диагностика преждевременного старения и реальное омоложение". И помимо адреса еще и телефончик прилагается. Звоните, приходите и вас реально омолодят за ваши же деньги, отложенные с пенсии. Красота! Сервис. Вы только представьте. Звонит какой-нибудь старикашечка, этакий антиквариат лет под девяносто, согнутый непомерно долгим сроком пребывания на грешной земле.
- Алле! Это у вас реально омолаживают?
- Конечно, дорогой! Вы попали по адресу. Подскочите во вторничек и к среде уже кузнечиком прыгать будете.

И, глядишь, к среде у дедули не только настроение подниматься будет. А, зять, пусть ещё двадцать лет наследства ждёт и волнуется, как бы помолодевший старик жениться не надумал, чего доброго. Вон как резвится, после инъекций. Другие и в тридцать лет так жизни не радуются. Ни одной дискотеки не пропускает. Такие вот выдающиеся успехи достигаются, когда речь идёт всего лишь о реальном омоложении. А если предложат нереальное, тогда как? Правда, там и цены будут нереальные. Так, что просьба к основной массе омолаживающихся пенсионеров по этому поводу сильно не беспокоиться и не спешить менять кальсоны на плавки.

Э-э-э-х, да, что там омоложение. Пустяки. Мелочь. Случается, нынче на такие болезни замахиваются, которые в застойные времена и не встречались среди обывателей. Никто о них и не слышал. Правда, обычные врачи – те, которые с высшим образованием, такую напасть лечить и сейчас не берутся. Слабоваты. Тут народ покруче требуется – колдуны да знахари. Как говорится где не получается естеством, там колдовством пробовать надо. Вот, к примеру: "Предсказательница говорит о прошлом, будущем, снимает порчу, сглаз, из разрушенного организма делает одно целое". Порчу с глаз – это нам понятно. Бельмо там какое убрать или другое замутнение остроты зрения ликвидировать. А вот чтобы из разрушенного одно целое слепить! Не знаю. Я прежде такого недуга не встречал. Скорее всего, при таком диагнозе выдавали уже не больничный лист, а свидетельство о смерти. А сейчас какие проблемы? Воскресят без всяких проблем.

Поразительно, как шустро наука скакнула за последний десяток лет. Я уже не говорю о знахарстве. И по этому поводу ни у кого нет сомнений, поскольку всё пропечатано в газете крупным шрифтом на самом видном месте. А газетам мы привыкли верить безоговорочно. Правда, бывает, мелькают время от времени незначительные подозрения в мозгу, развращенном атеистическим воспитанием. Но, в основном, это касается таких вот спорных сообщений: "Тот самый центр, где все бросают пить. Бросить пить без проблем – метод знаменитого профессора Сабского, вернувшего в семьи двадцать тысяч алкоголиков, избранного в международный совет борьбы с алкоголизмом – Женева". Это хорошо, что центр в Женеве. Здесь бы ему вставили – центру этому! Надо же только додуматься, вернуть алкоголика в семью. Семья, может быть, где через милицию, где через общественность еле-еле избавилась от до чертиков надоевшего нетрезвого родственника. А Сабский взял, да и вернул. Кто ему «спасибо» скажет? Поверить же, что через этот центр алкоголики бросают пить, прошу пардону. В центр, где все бросают пить, не верю и не поверю никогда в жизни. Такого в нашей стране просто не может быть или это уже какая-то чужая, посторонняя страна.

Когда славяне сели на стакан затрудняются сказать даже археологи – самые крупные специалисты по прежней жизни. Дай им на короткое время только одну берцовую кость, пролежавшую в земле миллион лет, и они тебе расскажут не только биографию усопшего питекантропа, но и прошепчут интимные подробности его первобытной семейной жизни. С точностью до суток установят, как жил, с кем сожительствовал и какие венерические болезни перенёс в детстве, юности и почему не дотянул до зрелости. Что же касается важного исторического вопроса, когда нация начала систематически выпивать, тут археологи безмолвствуют. Скрывает почему-то мать-земля эту тайну, хоть перерой всю планету вдоль и поперёк.

Лично я думаю, что это безобразие случилось в давние доисторические времена, когда людей на планете было мало, а фабрик и заводов не имелось вообще. Так что найти постоянную работу, чтобы заняться чем-нибудь определённым, не было никакой возможности. Впрочем, не все обстояло так плохо, как кажется на первый поверхностный взгляд. Были и положительные моменты в те райские времена. По земле, например, бродили огромные стада различной дичи. Мамонты, антилопы всякие. Пернатых порхало несчитанное количество. На деревьях фруктов навалом, на земле овощей и других корнеплодов без ограничения. Короче говоря, экологически чистой закуски было много. И чтобы при таком обилии закуси наши предки славяне и не злоупотребляли бы? Не надо вводить в заблуждение нетрезвую общественность. Находят же при раскопках всякие там черепки – скорбные останки прародителей стакана и другой не менее полезной посуды. Так что если по логике, то все получается в масть. Всё понятно и все концы срастаются.

Не совсем, правда, ясно, почему такое значительное в жизни племен и народов событие не нашло отражение на папирусе или придорожном камне. Почему никто не начертал нетрезвой рукой, что, мол, мы тут были, сидели, ели-пили? Что-то здесь не так. Не может такого быть, чтобы не отразили? Мы знаем много чего ценного и значительного из жизни и быта славянских племен до нас не дошло. Утеряно по разным причинам. То ли по разгильдяйству шаманов, не совсем качественно исполнявших свои колдовские обязанности, то ли по какой-либо другой причине. А рецепт самогона не утерян. В устной форме передавался из поколения в поколение. От отца к сыну, от матери к дочке, совершенствуясь на каждом этапе в улучшении состава и росте градусов. Хорошее и доброе – оно не пропадает, так с нами и остаётся. А теперь ответьте, положа руку на сердце, разве такие глубокие многовековые традиции могут прерваться в каком-то там, простите за грубость, антиалкогольном центре? На этот счет у меня возникают глубокие сомнения. Я думаю, нет, не могут и не должны! Вам нужны факты? Пожалуйста.

Но для этого нам с Вами, уважаемый читатель, придётся пройти в сторону, противоположную ходу вращения колеса истории. Давайте попытаемся исключительно из чистого и здорового любопытства ковырнуть несколько исторических пластов, чтобы вы сами могли убедиться в правоте излагаемых рассуждений. Глубоко копать не будем. Будет достаточно, если мы сбросим, каких-нибудь пять – шесть веков. Сохранившиеся рукописи Киевской Руси подтверждают тот факт, что наши князья не только строили и воевали, но и надирались в свободное от государственных забот время по какому-либо поводу или без оного, если просто хотелось выпить, а праздника не было. Кстати о поводе. При наличии повода, прием алкоголя приобретал глубокий, поистине символический смысл. Это сейчас в календаре нет будней. Сплошные праздники. То кто-то родился, то наоборот, умер; то день медицинского работника, то работника коммунального хозяйства. Заглянул в календарь и вот, пожалуйста, есть, кого поздравить. Сегодня у нас именины Ксении, Поликарпа и Константина, да ещё великий художник Ренуар родился. Тут одной бутылки мало будет. Столько событий в один день.

Приведём исторические факты, чтобы почувствовать, насколько они созвучны сегодняшнему дню. Случилось, напали татары на Русь – выпили с горя. Захватил царь Иван Иоаннович Казанское царство – нализались с радости. Соорудил самодержец Великыя, Белыя и Малыя небольшой пикничок персон так на шестьсот-восемьсот в Кремлевских палатах и чудненько это событие отпраздновал. Князь Владимир Русь окрестил, чем не повод обмыть мероприятие? И все это происходило дружно, при большом стечении православного народа, желающего лично принять участие в праздновании события. Именно с тех самых пор не только мы, славяне, но и другие народы, имевшие неосторожность пересечься с нами на великом историческом пути, не любят выпивать в одиночку.

А может быть, и не с тех пор. Может, все это случилось намного раньше, когда у руководства племен стояли исключительно женщины. В то многотрудное время льгот у мужиков, как вы сами понимаете, было совсем мало. Почти не было льгот, не то, что у нас с вами. В жутких условиях матриархата выпивать в родной пещере категорически запрещалось. Первобытный женсовет это дело в корне пресекал. Причём, это высказывание следует понимать в буквальном смысле. Некоторые отголоски прежней подневольной жизни докатились и до наших дней, продолжая вызывать испуг, закрепленный на генетическом уровне. Впрочем, нынешнее цивилизованное время мужикам стало намного легче. Такой первобытный бытовой травматизм сегодня довольно редкое явление. В критических ситуациях от посягательств любимой и государство защитит, и профсоюз, другие общественные организации подключатся и осудят.

В нашем цивилизованном мире в этом плане все устроено довольно просто – развод с разделом имущества и обязательным возвратом девичьей фамилии. Только фамилии. Больше ничего девичьего не возвращается. А в те мутные времена с нарушениями режима было очень строго. К нарушителю мужского пола меры применялись самые крайние, вплоть до хирургических вмешательств каменным топором. После таких семейных разборок в родном стойбище, начинать новую жизнь было уже не с чем, да и незачем. Вот мужики и выкручивались, как могли. Соберутся где-нибудь у Серой скалы, подальше от племени, и культурно отмечают сезон открытия охоты на копытных и хоботных. А в родную пещеру летит голубиная почта. Мол, преследуем мамонта. Подробности при личной встрече. С первобытным приветом, Вася.

Такие благородные традиции, бережно пронесенные сквозь века, сохранились до сегодняшнего дня. Живой пример. Стоит у Вас где-то в шкафчике бутылочка прозрачной. Стоит милая, пылью покрывается. Ну, насчет пыли это я, конечно, погорячился. Это из разряда «очевидное – невероятное». Стоит чистая, лучистая, выдыхается. Казалось бы, что проще – возьми и выпей ее, родимую. Ан, нет! Брат славянин ноги до колен изотрет, а собутыльника себе непременно отыщет! Из-под земли добудет. То коллегу домой притащит, то соседа соблазнит, но в одиночку пить не станет, хоть убей. Встречаются, конечно, исключения из общего правила, но крайне редко, на уровне статистической погрешности. А почему? Потому что традиция такая, проверенная временем, или, как говорят ученые, подтвержденная экспериментом длинною в жизнь.

Вы спросите, к чему я веду эти речи, рассказывая прописные истины? А вот к чему. Обсуждаемая проблема имеет такие глубокие и разветвленные исторические корни, что никаким трактором их не выкорчевать никогда в жизни. Как говорят в украинских селах, заморишься корчевать. Естественно, человечество терзает неуёмное, но вполне понятное желание познать причину столь сложного социального явления. Так почему же, в конце концов, всё так происходит? Почему на честный гамлетовский вопрос пить или не пить, мы отвечаем твердо и уверенно: пить! И в этом правдивом ответе нет места колебаниям и сомнениям.

Нетрадиционная наука по этому поводу говорит буквально следующее. Все дело в том, что в состав наших генов обязательно входит маленькая молекула спиртного. Не будем обобщать и всех сравнивать. Здесь эталона нет. У нас каждый индивидуум. Личность. У одного молекула коньячка удачно вписалась в стройную структуру хромосомы, у другого – винца или водочки ну, а у кое-кого и одеколончик "Полевые цветы " неплохо усваивается организмом по аналогичной причине. Подобный вопрос – вопрос вкуса, а о вкусах, как вы знаете, не спорят интеллигентные люди. Так что заставить нашего брата, а в отдельных случаях и сестру бросить пить – дело совершенно безнадежное и, я бы даже сказал, вредное для здоровья нации. Но, конечно же, что-то с этой привычкой делать надо хотя бы для того, чтобы успокоить малопьющую часть населения.

А то ведь как бывает? Явится нетрезвый родственник домой в глубоких сумерках и кроме монолога Герасима из бессмертного произведения "Му-Му" ничего толкового своей супруге сообщить не может. Как водится, через короткое время диалог двух любящих сердец мягко переходит в женский монолог на тему.
- Что опять надрался, пьянь тропическая?
Такой приговор родного человека снижает радостное настроение подвыпившего организма и приносит ему глубокие моральные страдания. Душа успокоения ради просит повторить процесс, чтобы забыться. И все пошло-поехало по замкнутому кругу.

Вот мы и подошли к извечному вопросу, что же делать с этим социальным бедствием? Ведь надо же что-то делать, если пьют каждый день и выпивают очень много. Возможно, существует необходимость в облагораживании этого живого процесса, если он необратим. Очевидна необходимость насытить его творческим содержанием и придать глубокий научный смысл. И, к слову сказать, выход есть. Решение простое, как все гениальное. Всё дело, как оказалось, в правильном применении специальной терминологии.

Вот берете вы, к примеру, бутылку, где на этикетке ясными и понятными любому профессионалу иероглифами начертано–"Столичная". Человек без соответствующей подготовки на этот факт и внимания не обратит. Ну, "Столичная" и "Столичная", что тут непонятного? А у научно подкованного профессионала такие надписи обязательно вызовут сомнения. Во-первых, столиц, производящих этот напиток, стало намного больше, чем было раньше, а этикетки у всех как однояйцовые близнецы. А во-вторых, он твёрдо знает: то, что написано на этикетке и то, что плещется там внутри – это две большие разницы. Вывод напрашивается сам по себе. Прежде, чем поднеся стакан ко рту, реализовать один из самых востребованных законов физики – закон сообщающихся сосудов, необходимо произвести ряд сложных технологических операций.

В нашем случае вы не просто откупориваете бутылку, а совершаете её плановое научное открытие согласно методическим рекомендациям, раскрывающим механизм и последовательность действий. Пункт первый этого документа гласит: "удерживая емкость в правой руке, левой верхней конечностью осуществляете плавные вращательные движения колпачка строго против часовой стрелки до полного его разъединения с горлышком бутылки". После проведения первого этапа открытия может сложиться обманчивое впечатление, что проблема решена и цель достигнута. И всякая менее творческая личность с фиолетовым с прожилками носом, припав к источнику живительной влаги трясущимися губами, погнала бы ее сильной струей внутрь пораженного сушняком организма. И можете не сомневаться, многочисленные эксперименты, поставленные нашими согражданами, статистически достоверно показывают, что этот биологический насос будет работать до тех пор, пока не иссякнет живительный источник. Такой метод в народе называется принять быстро, быстро из горла.

Нами такой принцип осуждается и не приемлется. Придерживаясь строгих научных положений, мы не просто переливаем жидкость из одного сосуда в другой, рассчитывая на мгновенный эффект, а производим процесс исследования содержимого емкости на живых организмах участниках эксперимента. Приём алкоголя обязательно должен сопровождаться фразой “Ну, будем!”, ставшей в последние столетия традиционной. В случае получения отрицательного результата, сопровождающегося ухудшением состояния подопытного в течение первых минут, прошедших после приёма исследуемой жидкости (ну не прижилась, бывает), эксперимент следует прервать, а напиток желательно заменить на более лёгкий.

Далее рассмотрим классификацию, в основе которой лежит объем исследуемого продукта. Мы настойчиво рекомендуем начинающим исследователям, находящимся в самом начале творческого пути, пробовать работать с объектом известным в народе под общепринятым названием «малышка» или «чекушка». По классификации такой подход рассматривается, как научный поиск. Этот творческий процесс осуществляется как одним независимым исследователем, так и с привлечением целого коллектива молодых специалистов. Научный поиск, при определенной подготовке, может плавно перерасти в плановое научное открытие пол-литровой емкости – наиболее любимое и популярное у широких слоев общественности мероприятие. Указанное открытие совершается как группой молодых ученых, так и одним подготовленным специалистом, имеющим трех - пятилетний научно-производственный стаж по данной узкой специальности.

В качестве дополнительного лабораторного оборудования в каждом конкретном случае могут быть использованы стакан, перочинный нож, газетка и другие вспомогательные средства. Параллельно ведутся испытания сопутствующих материалов - луковицы, соленого огурчика из бочки, конфетки или двух, в зависимости от аппетита исследователя. Обязательна корочка черного хлеба двухнедельной давности, желательно не затоптанная тараканами или другими насекомыми, нахальными младшими братьями человека. Указанные продукты питания могут использоваться как в комплексе, так и каждый в отдельности.

Следующим видом открытия, известным широкой научной общественности, является, так называемое, открытие семисот – семисот пятидесяти граммовой ёмкости. Оно совершается серьезными учеными, соответствующими уровню кандидата наук. В дополнение к приведенным выше материалам применимо такое высококачественное сырье, как лимончик, кусочек вареной колбаски или баночка консервов в томате. Могут применяться другие продукты аналогичного класса.

И, наконец, последнее исследование, подвластное только крупным ученым, имеющим солидный стаж, исчисляемый многими годами беспробудного пьянства. Это исследование имеет специфическое название – открытие литровой ёмкости и проводится с широким использованием вспомогательных средств с общепринятыми названиями первые, вторые и третьи блюда самого широкого ассортимента. Такие исследования проводятся, как правило, в стационарных лабораторных условиях в присутствии широкого круга родственников при обязательном участии кумовьев, соседей и других заинтересованных лиц, способных внести посильную лепту в эксперимент из любви к науке и искусству. Это открытие может сопровождаться застольными песнями, танцами и другими побочными эффектами.

Отдельно стоящим открытием, которое практикуется не во всех регионах страны и по силам не каждому творческому коллективу, является открытие бутылька. Содержимое трёхлитровой емкости, представляющее собой мутноватую, слегка опалесцирующую жидкость с усиленными градусными характеристиками, которая обладает специфическим, приятным для исследователя запахом и вкусом. Изделие не имеет строго установленного названия. Общепринятыми считаются “самогон”, “первач”, “своя”, “домашняя хорошая” и другие согревающие душу термины. Это открытие осуществляется особо одаренными учеными, как правило, прошедшими неоднократную специальную подготовку в вытрезвителях и лечебно-трудовых профилакториях.

Оно, практически всегда, сопровождается значительными побочными эффектами в виде сильного раскачивания исследователя, падения его же на землю или пол, в зависимости от места проведения эксперимента. В ряде случаев экспериментатор может наблюдать красочные высокохудожественные картины из жизни прыгающих чертей, огнедышащих змей и других представителей нечистой силы в виртуальном изображении прямо на рабочем месте или в быту. Учитывая особую сложность и опасность этого открытия для здоровья, а, в некоторых случаях, и жизни экспериментатора, данное открытие может претендовать на Нобелевскую премию в области науки пить.

Подводя итог вышесказанному и опираясь на разработанные нами теоретические подходы, можно с полной уверенностью констатировать, что антисоциальный процесс пьянства и алкоголизма представляется уже в совершенно ином, более благородном свете. И теперь никого, не раздражая и не ущемляя ничьих интересов, мы с открытым сердцем можем заявить, пейте на здоровье, дамы и господа!
 

Пассажиры

(Анатолий Долженков)
 8    2020-06-27  0  101
Час пик. На трамвайной остановке тесно. Кандидаты в пассажиры нервно разминаются перед посадкой. Зная нравы и повадки работников горэлектротранспорта, прибытие трамвая ожидают в любую минуту, не имея ни малейшего понятия о точном времени наступления этого долгожданного события. О расписании движения городского пассажирского транспорта знают только то, что такой документ в природе существовать должен, но где и у кого – покрытая мраком тайна. Поэтому хамское требование пассажиров «придерживаться расписания» вызывает у кондукторов и водителей злобное неприятие. Они просто сатанеют от одних намеков на этот виртуальный документ. В силу сложившихся обстоятельств можно простоять на остановке десять минут, можно полчаса, а то и целый час. Трамвай, как всегда, появляется внезапно и неожиданно. В связи с этим, люди, беспорядочно толкающиеся на остановке, находятся в режиме постоянного ожидания, не расслабляясь ни на секунду.

Сердцем горожане понимают огромные преимущества пеших прогулок перед изнурительной ездой в общественном транспорте. Появляется бодрое настроение, становится глубже и содержательнее дыхание и, наконец, стираются границы между умеренным аппетитом и ненасытной прожорливостью. Огорчает разве что полиартритный скрип в суставах да супермозоли, толщиной с лошадиное копыто. Вот они-то и склоняют чашу весов к мысли, что лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Тем более, что идти очень часто бывает весьма неблизко. Неумолимая статистика отмечает, что по городу конкурс среди пассажиров в среднем составляет тридцать - сорок человек на одно внутри трамвайное, троллейбусное или автобусное место. Спрос явно превышает предложение. Очевидно, что такой высокий проходной балл в общественный транспорт может означать только одно – жёсткую и бескомпромиссную борьбу среди собравшихся соискателей на право ехать.

О приближении транспорта, как правило, узнают задолго до его появления из-за поворота. Дребезжание, издаваемое городским средством передвижения по рельсам, невозможно спутать ни с каким другим источником шума и вибрации. Когда какофония по мощи издаваемых звуков достигала пика, превышая все мыслимые и немыслимые уровни, нормированные государственными стандартами, в рядах, ожидающих происходило быстрое плановое перемещение колонн, готовящихся к штурму. Дух поднимался до уровня боевого, концентрация воли и сил становилась максимальной. Цепкие косые взгляды, бросаемые по сторонам, мгновенно схватывали и оценивали физические кондиции потенциальных соперников. Мозг напряженно просчитывал варианты победного броска. Гнетущая тишина повисала в воздухе мёртвым штилем. Наступало затишье – предвестник неминуемой бури.

Диспозиция десантных отрядов обычно выглядит следующим образом: низкорос¬лые субъекты, выступающие в наилегчайшей весовой категории, предпри¬нимают отчаянную попытку пробиться ближе к рельсам. Других шансов проникнуть в вагон без больших санитарных потерь у них нет. Более крупные индивидуумы, среди которых нередко попадаются огромные, местами даже пузатые экземпляры, держатся несколько в стороне, опа¬саясь быть ушибленными зеркалом заднего вида. Техника их посадки базируется на принципах, положенных в основу всех известных бильярдных игр. Используя бройлерские характеристики своих тел, эта когорта, выждав подходящий момент, ударяет в тыл хилого авангарда, загоняя несчастных в дверь, словно шар в лузу, по инерции врываясь туда же на плечах противника. И, наконец, третье, самое малочисленное подразделение, являет собой скорбный набор лиц пожилого и преклонного воз¬раста. Шансы их казались бы ничтожными, если бы не многолетний жизненный опыт и отработанный до автоматизма механизм посадки.

Штурм начинался сразу же после остановки трамвая. Первый удар толпы оказывался настолько мощным, что многострадальный вид транспорта испуганно вздрагивал, давая сильный крен. Совершенно непонятно, как ему вопреки законам физики удавалось удерживаться на рельсах. У нападавших такое развитие событий оставляло неизгладимо мерзкий след в душе и синяки на теле. Дверь, прогибаясь коромыслом внутрь вагона, ударяла вновь прибывших пассажиров, теснящихся на подножках, вызывая гневные крики и нарекания последних. Ситуация обострялась до конфликтной и практически всегда перерастала в откры¬тое столкновение противоборствующих сторон, находящихся по обе стороны двери. В редких случаях положение спасала руководящая и направляющая роль кондуктора.

- Граждане,- выкрикивала она заранее заготовленный текст. - Ну, что вы прётесь, как бараны в закрытые ворота. Дайте же людям выйти наружу, в конце концов.
Толпа неохотно поджималась, оставляя узкий проход, через который и кошка и та с трудом бы протиснулась. Но этого оказывалось достаточным для непритязательных наших сограждан. Строго соблюдая установленные в городе правила поведения пассажиров в общественном транспорте, в образовавшуюся щель шла выдача тел пассажиров, опознать в которых мирных граждан не представлялось ни малейшей возможности.

В этот раз первым, судя по бороде, подали мужичка в рваных кальсонах китайского производства образца 1968 года. Шуба, шапка и другие атрибуты верхней одежды, позволяющие отличить этого несчастного от отбивной, вышли отдельно. Все, включая хозяина, было аккуратно складировано в стороне от места боевых действий. Следом за первым пассажиром, напоминающим скорее разобранный детский конструктор, чем живой организм, выдали ещё одну особь мужского пола с нездоровой «синюшностью» на лице. Огромный галстук, одетый этим почти, что покойным участником движения, видимо, по случаю какого-то торжества, нас¬только плотно стянул его хилую шею, что практически перекрыл доступ кислорода вовнутрь задыхающегося организма. Он хрипел и открывал рот как рыба, оказавшаяся на берегу. Сердобольная старушка, под ноги которой швырнули этого убогого, не без труда освободила его от удавки, подарив глоток чистого воздуха, и как акушерка, помогающая сделать первый вздох новорожденному, успокаивающе похлопывала его по ягодицам. Ослабив петлю и вынув изо рта шарф, она ласково, по-матерински, пожурила беднягу.

- Ах, сынок, сынок. Камикадзе ты наш отечественный. Первый раз в опчественном транспорте едешь, что ли? Когда в другой раз захочешь покончить с собой, выбери что-нибудь не такое мучительное.
Мужик тихо стонал, кивал головой в знак согласия. Следующие жертвы были не в лучшем состоянии. Оказавшись вне трамвая, они долго при¬ходили в себя, фыркая и тряся головами, словно лошади в стойле. Затем осознав, что их жизни уже ничто не угрожа¬ет, рысью уносились подальше от этого Богом проклятого места.

Многоопытный водитель трамвая убедившись, что основная группа желающих освободила вагон, резко тронулся с места, не ожидая повторной волны цунами. Коварный манёвр вызвал приступ ярости у толпы, обалдевшей от невиданной наглости. Цепляясь за что только возможно и выкрикивая ругательства и угрозы в адрес управляющего трамваем, народ пошёл на приступ, сметая всё на своём пути. Вопли и стенания, доносившиеся из чрева вагона, разнесли печальную весть о том, что далеко не все же¬лающие его покинуть смогут увидеть родную остановку прямо сейчас. Под напором превосходящих сил штурмующих трамвай пассажиров, эти скорбные звуки становились всё тише и тише, пока не умолкли окончательно. Люди смирились с неизбежным.

Через короткое время скорость трамвая стала значительно выше скорости бегущих рядом неудачников, так и не сумевших вопреки огнедышащему желанию проникнуть внутрь вагона. К отчаянию теряющего силы и скорость эскорта, позорно удиравшее средство передвижения могли догнать только плевки и матерные слова, пущенные в след небольшим отрядом мстителей. Но удовлетворения это не приносило. Схватка была окончательно проиграна, а необходимость возвращения на исходные позиции – очевидна.

Счастливчики, выдержавшие конкурсные требования на высокое зва¬ние пассажира, понемногу угомонились и принялись осваиваться в новой обстановке. Жизненного пространства в переполненном вагоне практически не было. Стиснутые со всех сторон и лишённые возможности не только шевелиться, но и дышать хотя бы одним лёгким, пассажиры стояли, плотно прижавшись, друг к другу. Со стороны могло показаться, что в вагоне собрались очень близкие, практически родные люди.

Пожилой мужчина с печальным лицом, придавленный к поручню парой арбузоподобных грудей доверчиво уткнулся носом в чьё-то постороннее ухо. Он очень страдал, время от времени порываясь что-то сказать, но не решался. Наконец, при очередном весьма ощутимом толчке, не выдержал изнуряющей сексуальной пытки, мягко попросив.
- Девушка! Не скрою, мне очень приятно чувствовать Вас так близко. Но умоляю – без фанатизма? Я же в возрасте и у меня слабое сердце.
Но крик души сексуальной жертвы не был услышан и понят, ибо одуревшая от давки девушка уже ничего не соображала и на всякие мелочи не реагировала. Дрожа всем телом, она пугливо озиралась по сторонам, не ожидая для себя ничего хорошего.

Чуть в стороне от замершей в сексуальной позе пары корчилась маленькая, сухонькая старушонка, внешне напоминающая греческую букву ипсилон. Запяченная в угол, она периодически сдерживала дыхание, мудро рассудив, что при таком экономном режиме расходования воздуха, его должно было хватить до нужной остановки. В конце концов, и у неё сдали нервы. Тараща подслеповатые глаза на надпись, разместившуюся чуть выше дверей, она ядовито за¬метила.
- Вот, сволочи! Кто это додумался такую гадость в трамваях писать? Тут и так еле-еле живая, а прочтёшь такое воззвание, совсем умом тронешься от безысходности.
Надпись гласила: " Выхода нет". А какой может быть выход в такой пиковой ситуации?

- Лучше не читать, чтобы не расстраиваться, - резонно заметил стоящий рядом мужчина с высоко поднятой правой рукой.
Со стороны казалось, что таким образом он привлекает внимание собравшейся толпы, желая им что-то сказать или объяснить, но по каким-то причинам не может получить слова. Однако думать так было бы заблуждением. Просто в давке опустить руку вниз у него не было никакой технической возможности. Сзади его подпирали два здоровенных мужика. С боку старуха, тянущаяся к знаниям, а впереди копошилась низкорослая дама в огромном головном уборе. У дамы этой никак не получалось стационарно закрепиться на постоянном месте. Подобно рыболовецкой шхуне, застигнутой штормом и изнемогающей от мощного напора волн, она болталась, ударяясь о посторонние предметы, кружась при этом, словно юла.

Её руки, блуждающие в постоянном творческом поиске надёжной опоры, производили судорожные хватательные движения в попытке зацепиться хотя бы за что-нибудь. Наконец ей это удалось. Но ни она, никто-либо другой не мог предвидеть, к каким непредсказуемым последствиям приведет эта, казалась бы, невинная процедура. Мужик с поднятой рукой, стоящий тихо и смирно, вдруг стал проявлять первые признаки беспокойства. Тупо глядя на окружающих, он мучительно соображал, что же ему так мешает там, внизу. Но когда, наконец-то, после долгий раздумий и глубокого анализа собственных ощущений установил причину испытываемых неудобств, тут-то и начался самый интересный номер трамвайного шоу.

- Женщина,- заорал он на даму в шляпе. - Перестаньте хвататься своими шаловливыми ручонками за мои интимные места. Что за нравы в этом трамвае?
- Ах, извините, мужчина. Я думала это стоп-кран.
- Думала она. Чуть не оторвала совсем к чёртовой матери. И главное, цепкая какая. Хорош бы я был гусь, с таким травматизмом к родной жене на глаза явиться.
- Ну чего раскричался,- встряла в разговор толстуха, расположенная слева по борту. - Тронули его за какие-то там места. Да их у тебя и под микроскопом не обнаружить, места эти. Вот у моего соседа сзади чувствуются настоя¬щие места, заповедные. А ты со своими крохами даже голос подавать постыдился бы.

- Ну и дела,- обиделся пострадавший. - Меня тут за всё хватают, а потом ещё и оскорбляют всякие ненормальные.
- Наверное, он трамвайный маньяк,- со знанием дела констатировал мужик с заповедником. - Они, которые уже ничего не могут, вечно в общественном транспорте тискаются. Возбуждаются от трения. А, вооб¬ще-то, они безвредные. Так, одни касания.
- Так уж и безвредные,- пропищал женский голос этажом ниже. - На меня вот тоже мужик навалился. Совсем уже дальше некуда. Кто его знает, что у него на уме. В такой давке запросто изнасиловать могут. И не почувствуешь сгоряча.
- Кого изнасиловать-то? - обиделся кандидат в сексуальные маньяки. - Тебя, что ли? Да чтобы на такую красотку позариться, знаешь каким романтиком быть надо?

Полузадушенная старуха, прослушав диалог на интимную тему, заметно оживилась и по¬дала реплику в защиту сильного пола.
- Ой, милая. Нашла оп чём волноваться. А хочь и изнасилуют,- про¬изнесла она мечтательно. - Лишь бы человек хороший был.
- Мужчина с лысиной! – подала голос кондуктор, зорко высматривающая безбилетников. - Да я к Вам обращаюсь. Передайте за проезд!
- Как это ты, мымра, интересно, под шапкой лысину разглядела?
- Не знаю, о какой там шапке речь. Шапку я на Вашей на голове не наблюдаю. Зато лысина сияет как эмалированный чайник.
- Товарищи, - разволновался мужчина. - Шапку мою никто случаем не видел? Пыжиковая такая шапочка.
- Да не переживай ты так, мужик,- успокаивали его кто как мог. - Сошла она на предыдущей остановке. Правда, голова под ней была не твоя, а чья-то посторонняя.

- Граждане пассажиры,- снова подала голос кондуктор,- не напирайте так на двери. Мужчина с фиолетовым лицом, Вы мне сейчас кресло оторвёте.
- Какой всё-таки противный голос у нашей бортпроводницы,- презрительно обронил кто-то из пассажиров.
- Да не бортпроводница она, а кондукторша,- поправили его авто¬ритетно.
- И профессия мерзопакостная,- не унимался первый.
- А сам-то ты, что за гусь будешь, чужие профессии хаять? Кондук¬тор ему, видите ли, не профессия,- обиделась несостоявшаяся бортпроводница.
- Я эколог! Понятно Вам?
- А это, что за хреновина такая? Придумывают же люди себе про¬фессии, чтобы ни черта не делать.
- Я знаю,- заявил старикан. - Это тот же дворник, только без мет¬лы.
- Ну, ты расскажешь, склероз ходячий,- засомневалась толстуха. - Чем же он метёт-то?
- Известно, чем. Языком. Их брата хлебом не корми, дай только об охране окружающей среды поговорить. Такое наплетут, жить не хочется.

Дикий женский визг прервал зародившуюся было полемику на тему: "Все профессии нужны, все профессии важны".
- Ой, взгляните, граждане,- испуганно тараторила девица, размалёванная как индеец, вышедший на тропу войны. – Что-то с этого деда мне за пазуху упало.
- Осторожно, доченька, не раздави Бога ради,- разволновался ста¬рик. Челюсть это моя выпала. Наверное, потому, что новая она у меня и еще не притерлась к дёснам. А может быть, и стоматологи слегка с размером промахнулись. Поинтересовались, конечно, предварительно. Тебе, мол, дед, как делать – для еды или подешевле? Я, сразу-то, не сообразил. Делайте подешевле, говорю, какая в нынешнее-то время еда у пенсионеров? Правда, теперь не то, что есть, говорить не могу. Как рот открою, так обе сразу и выпадают, хоть клеем приклеивай. Хорошо, что не под ноги упали, а то в один се¬кунд растопчут. А с пенсии разве другую такую купишь. Никаких денег не настачишься.

- Хорошенькие дела в этом трамвае творятся. Я, может быть, на дело¬вое свидание тороплюсь, а у меня дедовские салазки в бюстгальтере болтаются. Что обо мне подумает мой деловой партнёр?
В углу беспокойно заворочалась бабка.
- А ну подвинься, сынок. Полтинник я уронила, а при моей пенсии – это целое состояние.
- Бабушка, да что же Вы так, локтями-то толкаетесь. Такая мелкая старушенция, а локти острые, как иголки.
- А как же мне полтинник-то поднять, чтобы при этом ещё и не шевелиться, а?
- Не надо! Не ищи ради Всевышнего! Жертвую тебе рубль, только давай без этого чувства острого локтя.

- Люди добрые! Вы слышали? Локти мои трудовые ему, подлецу, не ндравятся. Вы только гляньте на эту свиную отбивную. В стране сплошное не¬доедание, а в этом пассажире килограммов сто будет, если, конечно, на глаз прикинуть, а может быть и поболее. Интересно, в каком заповедни¬ке таких бугаев откармливают?
- Да разве это здоровая полнота, мамаша? - обиделся толстяк. - Это у меня голодные отёки. Необратимый процесс.
- Вот заливает-то! Те, у которых голодные отёки, серую как асфальт морду носят, а у тебя - натуральный помидор.

Разгоревшийся диспут был прерван высоким, интеллигентного вида человеком в очках. Он долго рылся в карманах и, видимо, не обнаружив там чего-то крайне необходимого, растерянно обратился к тол¬пе.
- Господа,- сказал он упавшим голосом. – Кажется, у меня кто-то портмоне умыкнул. По-моему, вот этот мордатый, который с отёками и умыкнул.
- Тоже мне сенсационную новость сообщил,- скромно заметила его соседка. Ты здесь просто катаешься, а человек работает. И какой, те¬бя спросить, дурак по трамваям с деньгами ездит?
- А чем же тогда за билет платить?
- Нет, вы слышали? - радостно воскликнула дама. - Этот пассажир со¬бирается платить за билет!

- Кто собирается? Кто? - разволновались те, у кого не было физичес¬кой возможности наблюдать столь редкое явление собственными глазами.
- Да вот этот,- не унималась дама. - Слушай, а может быть, ты за весь трамвай заплатишь, спонсор хренов?
- Да ладно вам, бабье. Чего на мужика-то насели? Видите – неопытный он ещё. Глупый совсем, а может быть, и приезжий с периферии. Да разве местный полез бы в трамвай, да ещё с деньгами? Нонсенс! А этот полез. Так что руками его пока трогать не будем,- успокаивал развеселившу¬юся публику мужчина со смуглым лицом.

- Спасибо за поддержку,- обрадовался потерпевший. - А то, главное, за мои деньги меня ещё и полощут. Тоже мне, местная знать нашлась, чу¬жие деньги считать.
- Да ты, мужик, на них не обижайся. В каждом городе свои традиции. У нас такая вот традиция, раз транспорт общественный, значит, общест¬ву и решать, где платить, а где переложить эту обязанность на плечи городских властей. Уразумел?
- А что здесь непонятного? Вот ты в трамвае не платишь, а у са¬мого физиономия загоревшая. И это посреди зимы. Видно, на сэкономленные деньги на юге отдохнул?
- Дурачок ты, или точно приезжий. Да разве на юге так загоришь? Разве в том загаре такие колоритные фиолетовые тона преобладают. Тем более, что после южного загара вся поверхность тела в мерзких коричневых расцветках, а у меня только отдельные черты лица поражены. Все остальное осталось натуральных природных цветов. А почему? Алкогольный это загарчик. Стойкий во все времена года. Могу дать рецептик, если интересуешься.

- Точно, алкогольный,- подтвердила толстуха со знанием дела. - Ещё дышит на меня, паразит. А от самого за километр перегаром разит.
- Какой там перегар, тётя,- возмутился мужик,- Ну принял с утра сотку для поднятия настроения и ликвидации тремора конечностей.
- Сотку? Да сотку я бы и не почуяла. А тут прямо тошнит от такого духа.
- Может, ты беременная вот тебя и тошнит с утра. Беременных всегда в трамвае укачивает.
- Ну, Вы тоже скажете,- засомневался интеллигент. - По всем законам физиологии ей это уже лет десять, как не грозит.
- Не скажи, дорогой! Раньше, может, и не грозило бы. А сейчас знаешь, какая в стране экология? Всякие изменения в женском организме могут случиться. Одни раньше заканчивают, другие и начать-то по нас¬тоящему не могут, а третьи до глубокой древности сексуальное здо¬ровье сберегают. А эта бабёнка, видать, ещё тот экземпляр! Не веришь, у эколога поинтересуйся.

Познавательная лекция по вопросам физиологии была грубо прервана очередным женским воплем.
- Ой, мужчины! Посмотрите, что там у меня под ногами ползает. Ещё укусит…. Вдруг оно ядовитое?
- Не пугайтесь дама. Это дедушка ползёт. На двух ногах ему, ни в жизнь, к выходу не пробраться. Вот и вспомнил старик, как в граж¬данскую из окружения выходил. А насчёт укусов не беспокойтесь. Его челюсть вот у той дамы в лифчике застряла. Так, что кусать ему, бедолаге, нечем при всём к Вам уважении.

После небольшой, относительно спокойной паузы всеобщее внимание привлекла возня на передней площадке.
- Смотрите, смотрите! Того парня совсем затоптали ногами. Да по¬могите же, хоть кто-нибудь!
- Не шуми, мамаша. Это контролёр просочился.
- Да ну! Ты смотри, как замаскировался. Не отличишь от порядоч¬ного человека. Да он ещё и сопротивление воспитательным мероприяти¬ям оказывает. А ну, мужики, выталкивай его из вагона. И жетон отберите к чёр¬товой матери.
- Варенька, Варя,- надрывался мужик у дверей. - Ты села или нет?
Ответа не последовало.
- Варвара, ну прощу тебя. Я же не знаю куда ехать!
- Да ответь ты страдальцу, варварюка! Села ты или еще на свободе гуляешь? - возмутился мужчина с фиолетовым лицом, – а то у меня от его крика последние барабанные перепонки лопнут.

Перекрикивая многоголосый гам, попыталась привлечь к себе внимание кондуктор.
- Граждане пассажиры. Следующая остановка будет конечная. При выходе приготовьте билеты для проверки.
- А отпечатки пальцев снимать не будешь,- поинтересовался ехидный голос из толпы?
- Не умничайте. Те, которые без билетов, заплатят штраф.
Весть о прибытии на конечный пункт всем подняла настроение. Едва трамвай остановился, шумная толпа дружно ринулась к выходу. Через пару минут в вагоне остались лишь двое - помятая кондуктор, да вышедший из своей кабины водитель, пугливо озирающийся по сторо¬нам.
- Ну что, Валя? Ты как, жива? - поинтересовался он.
- Да кто ей рад, жизни такой.
- Ну что же, милая. Такая у нас с тобой судьба хоть пропади совсем. Передохни малость. Через десять минут обратный рейс.
 

Случай в троллейбусе

(Анатолий Долженков)
 14    2020-06-06  1  111
Разные люди встречаются на улицах наших городов и сел: скромные и не очень, даже можно сказать нахальные; красивые и безобразные; умные и тупые; веселые и грустные и так далее по списку. Как говорит народная мудрость, есть люди «кровь с молоком», а есть «желчь с говном». Другими словами, перед нами представлен широчайший диапазон разнообразия человеческих особей. Совсем одинаковых людей не встретишь и в этом вся прелесть нашего существования на планете Земля. Представьте, если бы все были похожи друг на друга, как однояйцовые близнецы. Кошмар и путаница!

Впрочем, справедливости ради хочу заметить, по статистике среди нас водится больше средних людей. Как говорится ни рыба, ни мясо, но, все-таки белок, как ни крути. Хочу сразу расставить все акценты по поводу этого определения – средний не значит невыразительный. Ни в коем случае, ни, Боже мой! Средний - это среднестатистический стандартный человек среднего возраста, средней привлекательности, такой же красоты и ума. Понятие "средний человек" ввел французский естествоиспытатель Бюффон, и оно стало широко использоваться в статистике. Другой француз Бертран писал, что в тело среднего человека вложена средняя душа, такой человек "лишен страстей и пороков, он ни безумен, ни мудр, ни невежда, ни ученый… он зауряден во всём. Впрочем, как на меня, определение средний звучит приемлемо, а вот заурядный – обидно.

Лично я, подхожу под определение средний как нельзя лучше. Ни какими выдающимися качествами не располагаю с рождения. Как говорится, со всех сторон одинаково усредненный по Бертрану. Впрочем, есть один плюс. Наука эргономика изучает и описывает исключительно среднестатистического человека. Зачем? Именно под этого человека дизайнеры проектируют жилища, орудия труда, мебель, сиденье в автомобиле и все остальное. Мы стандарт, и все подгоняется под нас.

Поэтому, когда средний человек привлекает к себе внимание другого человека, но с какими-то выдающегося качества отклонениями, смотрится подобное явление, по крайней мере, странно. Моему удивлению не было предела, когда в один из будничных дней, перемещаясь в городском транспорте по дороге домой, я неожиданно для себя обнаружил, что привлек внимание красотки, сидевшей в троллейбусе напротив меня. Знаете, есть в троллейбусах и автобусах сидения повернутые друг к другу. Сидя на привычно установленных сидениях, ты, в основном, лицезришь затылки впереди сидящих, а в данном конкретном случае, сидишь лицом к лицу и имеешь более красочный обзор для своего зрения.

И, вот, значит, сижу я тихо, мирно на своем месте, сбоку на подоконнике надпись, что эти места предназначены для детей и инвалидов, а напротив расположилась шикарная дама, не имеющая ни какого отношения к детям, ни к инвалидам, как, впрочем, и я сам. Сидим, покачиваясь в такт движению транспорта. Я любуюсь красотой соседки, скрашивая время поездки, и получаю удовольствие от просмотра. Если бы, например, древний дед в подтяжках сидел напротив или нечто подобное, тогда какое удовольствие может быть? А тут, скажу вам, есть, за чем понаблюдать даже подслеповатым глазкам. Губки у нее накрашены яркой привлекательной помадой, прическа взбита по последней моде, платьице легкое, воздушное, в нужных местах облегающее фигуру и белые туфли удачно подчеркивающих изящную стройность ног. Все, как говорится, представлено по высшему разряду публике на всеобщее обозрение.

Ну, и я, напротив, со средними характеристиками тела. Ничего привлекательного. Одет более чем скромно, в ногах сумочка клетчатая, хозяйственного назначения, а в ней полтора килограмма замороженной говяжьей печени заскладировано. Прикупил по случаю побаловать свой организм продукцией животного происхождения. Для тормозка этот продукт годится, как нельзя лучше из-за своей питательности и возможности длительного хранения в вареном и жареном виде.

И вот перемещаюсь я таким вот образом строго в сторону дома, когда замечаю краем глаза, что моя скромная фигура привлекла внимание красавицы, как ни странно. Вижу, сидит она, значит, напротив и бросает призывные взгляды в мою сторону из-под пушистых ресниц и при этом многозначительно молчит. Я-то, вначале, не обратил внимания на столь откровенно призывные взгляды, скорее интуитивно почувствовал какой-то неопределенный интерес к своей персоне. Привиделось, что ли? Все-таки духота в троллейбусе, опять же, тряска. Что хочешь, может померещиться во время движения. Любые эмоции возможны. Когда вижу, нет, не показалось, имеет место быть интерес к моей скромной персоне. Ну и дела! С какого, думаю, перепуга вдруг такое внимание? Я же понимаю разницу. По всем прикидкам, такого в принципе быть не должно.

Когда вижу, нет, взгляд незнакомки становится все нетерпеливее и настойчивее и замечаю, что сосредоточен он исключительно на мне. Мало того, с удивлением отмечаю, что волнение у нее нарастает подобно снежному кому, катящемуся с горы. Вот уже туфельки свои белые нетерпеливо с места на место переставляет и полными коленями туда-сюда водит в возбуждении, которое, замечаю, у дамочки перехлестывает через край. С чего, думаю, ее так проняло. Я даже у своей жены, тоже, кстати, дамы среднестатистического порядка, я подобных эмоций не вызывал даже в молодые годы, а тут на тебе. Фонтан эмоций!

Надо, думаю, как-то соответствовать оказанному мне вниманию, раз назревает флирт прямо в общественном транспорте. Понимаю, что необходимо подчеркнуть положительные черты своего тела. Усилить привлекательные для взгляда подробности своего организма и сгладить негативные моменты. Выпрямил стан, чтобы устранить сутулость дряхлеющего организма насколько это возможно, морщины на лице попытался разгладить загадочной улыбкой. Сумку ногой под сидение принялся заталкивать, дабы уравновесить положение. Смотрю, она от таких моих манипуляций еще сильнее возбудилась. Задвигалась более энергично и ноги в белых туфлях под себя поджала, игнорируя всякие приличия. Ну, думаю, пора начинать знакомство, идти на контакт, пока она с сиденья не соскочила в порыве возбуждения. Наклонюсь к ней поближе, с тем, чтобы фривольный разговор затеять о том, о сем, об этом.

И вдруг, бросив непроизвольный взгляд себе под ноги, с ужасом замечаю широкий коричневый ручей, текущий из моей клетчатой сумки прямо направлении сидящей напротив дамы в белых туфлях. Видимо замороженная говяжья печень в тепле стала оттаивать, и жидкость просочилась наружу, поскольку сумка, ввиду своей изношенности дала течь. Вот когда я вдруг прозрел. Теперь стало ясно, почему дама так неадекватно себя вела, суетилась, дергалась и неприлично ноги задирала. Спасала свои белые туфли. И взгляд из-под ресниц, который я по слабости зрения принял за загадочный, как я теперь понял, был возмущенный, местами переходящий в откровенно злобный.

И что самое интересное во всем этом происшествии, стоящие рядом с нами пассажиры, которым не досталось сидячих мест, молчали, как немые воочию наблюдая все это безобразие. Впрочем, им, вероятно, было интересно, доберется ли мерзкий ручей до белых туфель, и какой конфуз из этого происшествия получится. Они разве, что пари не заключали на исход - толи дама, поддавшись панике, соскочит с насиженного места, не выдержав морального напряжения момента и предстоящих материальных потерь, толи продолжит борьбу за сидячее место, изображая из себя трансформер. Особый интерес к событию проявлял мужик с хитрой небритой рожей, обутый в резиновые сапоги, который, конечно же, этой лужи не боялся и мог занять сидячее место опрометчиво соскочи дама с него. Вот как в жизни бывает, случается, рассчитываешь на один эффект, а получаешь прямо противоположный результат.
 

Свадьба генерала

(ЗЕВС)
 12    2020-06-01  0  119

Популярного в Интернете поэта Евгения Запяткина, выступающего под псевдонимом ЗЕВС (Запяткин Евгений Викторович Саратовский), называют русским Омаром Хайямом.
Его 49-я сатирико-юмористическая книга продолжает серию изданий, в каждом из которых содержится по две тысячи новых ЗЕВСограмм.
Четверостишия Евгения Запяткина – это мозаичное полотно современного мира, написанное яркими и весёлыми красками. Поэтические миниатюры отличаются философской глубиной, концентрацией многозначных смыслов и эмоциональных всплесков. Частушечные мотивы – одна из особенностей творчества Евгения Запяткина.
Эту книгу можно не просто читать, а в неё следует играть. Если вы хотите узнать свои судьбоносные повороты и контуры грядущего – необходимо назвать страницу, графу и номер ЗЕВСограммы. Что бы вам ни досталось – всё воспринимайте как забаву и кураж, цель которых – взбодриться от тягостной повседневности, поднять себе и другим настроение, вернуть оптимистическое мировосприятие.
ЗЕВС – член Московского клуба юмористов "Чёртова дюжина".
Книги Евгения Запяткина выставлялись на Санкт-Петербургском международном книжном салоне, книжном фестивале «Красная площадь», Московской международной книжной выставке-ярмарке на ВДНХ.
На сайтах Интернета размещено более 54-х тысяч ЗЕВСограмм Евгения Запяткина. На его страницах www.stihi.ru около 300 тысяч читателей, на www.hohmodrom.ru более 5-ти миллионов 400 тысяч читателей.
Просьба направлять читательские отзывы на e-mail: zevsbal@yandex.ru
ЗЕВСограммы можно найти на сайте: www.stihi.ru/avtor/zevssbal
    Для детей после 16-ти лет.
 

Интервью

(Анатолий Долженков)
 6    2020-05-30  0  108
Телеведущий. Здравствуйте, уважаемые телезрители. Тема сегодняшней беседы «Алкоголизм и борьба с ним». У нас в гостях известный в узких кругах врач-нарколог Тверезый Иван Карлович.

Нарколог (человек с испитым лицом в белом халате). Доброго всем здоровья.

Телеведущий. Ваша фамилия, Иван Карлович, удачно вписывается в формат сегодняшней передачи. Но вот вопрос, почему тверезый, а не трезвый?

Нарколог. Эта старинная славянская фамилия. Обозначает промежуточное состояние древних славян - уже не трезвый, но еще не пьяный.

Телеведущий. Раз уж мы коснулись истории вопроса. Наверное, традиция употребления алкогольных напитков насчитывает не одну тысячу лет?

Нарколог. Скажу откровенно, в каждой древней цивилизации среди населения встречались не дураки выпить.

Телеведущий. А как с этим делом обстояло у наших предков славян?

Нарколог. Когда славяне плотно сели на стакан, затрудняются сказать даже археологи.

Телеведущий. То есть, археология не может пролить свет на этот важный для нации вопрос?

Нарколог. Когда нация стала систематически выпивать, наука не в курсе дела. Скрывает мать-земля эту тайну, хоть перерой всю планету.

Телеведущий. Зрителей интересует Ваше мнение по этому вопросу?

Нарколог. Лично я считаю, что это безобразие случилось в доисторические времена. Дичи бегало много, фруктов и овощей - ешь, не хочу. И как при таком обилии экологически чистой закуски не злоупотреблять? Не надо вводить в заблуждение нетрезвую общественность. Находят же в земле всякие черепки - останки прародителей стакана.

Телеведущий. Может быть, сохранились какие-то наскальные надписи или рисунки, дошедшие до наших дней?

Нарколог. Такого чтобы кто-то выбил на камне нетрезвой рукой, что, мол, «мы тут были, сидели, ели-пили», не было.

Телеведущий. Да, много чего из жизни и быта славянских племен до нас не дошло. Утеряно по разным причинам.

Нарколог. А рецепт самогона не утерян. Передается из поколения в поколение. От отца к сыну, от матери к дочке. Хорошее и доброе – оно ведь не пропадает.

Телеведущий. Это точно. А как обстояло дело с алкоголем веков так пять – шесть назад.

Нарколог. Рукописи Киевской Руси свидетельствуют о том, что наши князья надирались свободное от государственных забот время, былбы повод. Напали татары на Русь – выпили с горя. Разгромили немецких рыцарей – нализались с радости.

Телеведущий. Традиция отмечать знаменательные события застольями сохранились и до наших дней.

Нарколог (листает календарь). Так сейчас же в календаре нет будней, сплошные праздники. Вот, пожалуйста, сегодня у нас именины Ксении, Поликарпа и Константина. Да ещё великий художник Ренуар родился. Столько событий в один день, что, пожалуй, одной бутылки мало будет.

Телеведущий. Неужели на заре цивилизации не велась борьба с пьянством?

Нарколог. Еще как велась! В жутких условиях матриархата выпивать в родной пещере категорически запрещалось. Первобытный женсовет это дело в корне пресекал. Вплоть до хирургических вмешательств каменным топором.

Телеведущий (содрогаясь). Теперь-то мужикам легче стало. От жены и государство защитит, и профсоюз поддержит.

Нарколог. В цивилизованном мире семейные конфликты решаются просто. Развод, и получи назад свою девичью фамилию. Больше ничего девичьего не возвращается. Только фамилия.

Телеведущий. Неужели наши предки под страхом репрессий бросали пить?

Нарколог. До крайностей дело не доходило. Соберутся мужики подальше от родной пещеры и культурно отмечают сезон открытия охоты на копытных и хоботных. А в родную пещеру летит голубиная почта. Мол, преследуем мамонта, подробности при личной встрече. С первобытным приветом, ниандерталец Вася.

Телеведущий. Прямо как сейчас.А не с тех ли пор возникла традиция выпивать чисто в мужской компании?

Нарколог. Именно тех самых. Пример. Вот стоит у Вас в шкафу бутылочка водки. Ну, казалось, возьми и прими ее внутрь, согрей душу. Ан, нет! Славянин ноги до колен изотрет, а в одиночку пить не станет. То коллегу домой притащит, то соседа соблазнит.

Телеведущий. Но, согласитесь, Иван Карлович, пьянство - это антисоциальное явление и с ним надо бороться.

Нарколог. Надо, но без фанатизма. Вспомните классику. Еще Гамлет сомневался, пить или не пить. А у нас ни колебаний, ни сомнений. Налито (ударение на первом слоге), пей.

Телеведущий. Почему же так происходит?

Нарколог. Нетрадиционная наука утверждает, что в состав наших генов обязательно входит молекула спиртного. У кого коньячок, у кого водочка, а у кого и одеколончик "Полевые цветы " цепко вплелись в структуру хромосомы. Так что, заставить нашего брата, а то и сестру бросить пить – гиблое дело.

Телеведущий. Вот мы и подошли к извечному вопросу. Что делать? Ведь надо же что-то делать, если пьют каждый день и выпивают очень много.

Нарколог (с возмущением). Разве ж это они выпивают? Хлещут напропалую. И ни одна скотина не то, что не захлебнется, не поперхнется даже….

Телеведущий. Иван Карлович, мы в прямом эфире.

Нарколог. Извините, разволновался. Тема навеяла.

Телеведущий. Так, где же все-таки выход?

Нарколог. Если имеется вход для жидкого продукта (указывает пальцем на рот), то обязательно где-то должен быть и выход (со всех сторон озабоченно осматривает стул, на котором сидит).

Телеведущий. Я имею в виду другой выход.

Нарколог. Другой? Не тот, что природа проковыряла в организме? А какой?

Телеведущий. Что Вы посоветуете нашим телезрителям, желающим соблюдать культуру употребления алкоголя?

Нарколог. Даю рекомендации. Какой сегодня самый востребованный закон физики?

Телеведущий (в недоумении разводит руками).

Нарколог. Закон двух сообщающихся сосудов – стакана и выпивающего организма. По этому закону Вы не просто откупориваете бутылку, а совершаете научное открытие по методике (открывает брошюру). Читаю. "Удерживая емкость в правой руке, левой осуществляете плавные вращательные движения колпачка строго против часовой стрелки. Вплоть до полного его разъединения с горлышком".

Телеведущий. Я думаю, такими навыками наши телезрители могут овладеть легко.

Нарколог. Не торопитесь. Складывается обманчивое впечатление, что цель достигнута. И, как поступит личность, лишенная творческого воображения?

Телеведущий. Выпьет?
Нарколог (презрительно повторяет). Выпьет. Присосется к бутылке трясущимися губами и погонит могучую струю внутрь организма. Чтобы оросить пораженную сушняком плоть. И этот биологический насос будет работать до тех пор, пока не иссякнет живительный источник. Метод, правда, примитивный. Называется принять быстро, быстро из горла.

Телеведущий. Если я правильно понял, Вы не рекомендуете пользоваться этим методом нашим зрителям?

Нарколог. Мы его осуждаем. Наш метод – исследование сорокоградусного продукта применительно к живым организмам. Возможен же и отрицательный результат. Ну, не прижилась, бывает. Тогда эксперимент надо прервать, а напиток заменить на более лёгкий.

Телеведущий. Если организм не принимает, так может быть вообще отказаться от спиртного?

Нарколог (пораженно). Отказаться? Кто же Вам откажется, даже если оно добровольно не идет внутрь. И даже если будет норовить выскользнуть обратно. Нонсенс.

Телеведущий. Наверное, Вы правы.

Нарколог. Пошли дальше. Рассмотрим классификацию алкогольного продукта исходя из дозы.

Телеведущий. Рассмотрим?

Нарколог. Молодым специалистам мы рекомендуем начинать работать с объектом под названием «чекушка» (достает из-под стола и демонстрирует). Прошу Вас (разливает, выпивают). По классификации – это научный поиск.

Телеведущий (захмелев).Что мы ищем?

Нарколог. Истину.

Телеведущий (пьяно). Так она же в вине, а не в водке, как многие заблуждаются?

Нарколог. Она везде. Следующий, более высокий уровень - открытие пол-литровой бутылки (ставит на стол). Его можно доверить только специалисту с научно-алкогольным стажем не менее трех лет. Нам с Вами можно (пьют). Параллельно испытываются (достает из кулька) луковица, соленый огурчик, бычки в томате и корочка черного хлеба, не затоптанная тараканами.

Телеведущий (пьяным голосом).Какая замечательная научная теория.

Нарколог. Это не все (достает литровую бутылку). А вот это открытие доступно только крупным ученым, с многолетним стажем беспробудного пьянства. Процедура проводится при участии родственников, кумовьев и соседей. Сопровождается застольными песнями, танцами и другими побочными эффектами.

Телеведущий (еле ворочая языком). Потрясающе.

Нарколог. В развитых регионах страны практикуется открытие емкости с слегка мутноватой жидкостью. Она имеет приятный для исследователя запах, вкус.

Телеведущий. И, что же это за нектар?

Нарколог (выставляет на стол трехлитровый бутыль). Продукт имеет несколько согревающих душу названий: “своя”, “домашняя хорошая”, “первач” , “самогон”.

Телеведущий (раскачиваясь и подставляя стакан). И кто же потре***ель этого божественного напитка?

Нарколог. Особо одаренные ученые, прошедшие специальную подготовку в вытрезвителях и лечебно-трудовых профилакториях. Прием самогона сопровождается сильным раскачиванием исследователя и падением его на пол. Экспериментатор наблюдает красочные картины из жизни прыгающих чертей, огнедышащих драконов и других представителей нечистой силы. Это открытие может претендовать на Нобелевскую премию в области науки пить.

Телеведущий. Спасибо за содержательную беседу, Иван Карлович. Не хотите ли Вы что-нибудь пожелать нашим телезрителям.

Нарколог. Дорогие телезрители. Применяйте мою научную методику на практике, и вы превратите вульгарное пьянство в творческий процесс.

Оба (вместе) Пейте на здоровье, дамы и господа!
 

Собачья мова

(Алекс Гриин)
 10    2020-04-07  2  149
И что они хочут? Лучшей жизни? А до переворота они жили плохо?      
Надо же, никогда бы не подумал, что бывший первый секретарь      
обкома Одессы и его свита жили чуточку не хорошо.

Слушайте, а работать они не пробовали?

Посмотрите на их колоритного предводителя. Еще неделю тому назад,      
никто так не давился за кошерное, как он. Подозреваю, когда Моисей
водил свою ватагу по пустыне, добрая часть этих бесноватых хохлов      
отбилась от коллектива и осела где-то в этих местах. Они даже часть      
русских дурней сумели убедить в их исключительности.

А что они кричат? Чему, чему слава? А почему они кричат это в Одессе?      
Шли бы, скажем, во Львов или Ивано-Франковск и прославляли это
недоразумение там. Что? Их там уже бьют? И сильно? Ну да, Одесса -      
это та потаскуха, которая за угрозы и капельку денег стерпит любого,      
кто ей овладел. Она жадно впитывает пот, кровь, язык и валюту своих      
похотливых клиентов, но остаётся всегда желанной и нужной всем.

И чем им не угодил русский? Собачья мова? А производная от собачей -
это, позвольте спросить, какая будет?

Конечно, от идиш до мовы тоже не, вот тебе - один шаг, примерно как      
от "Слава Партии!" до "Слава Украине!"

А им раньше на этом разговаривать запрещали? Так в чем же дело? Ааа,
хочут, чтобы все... А эти все тоже этого хочут?

Представьте себе жида, с этой мовой во рту. Это вам не бички кушать.

Скажу вам, русский язык, это канва, на которой держится весь этот      
потасканный, пестрый одесский организм. Убери основу и рухнет все.

Покажите мне хоть один язык мира, где всего лишь три ничтожные      
буквы могут выразить весь спектр чувств от любви до ненависти, плюс
конкретно укажут направление в котором нужно двигаться.

Поверьте, никто так не умеет ценить красивое, емкое русское слово,      
как старый одесский еврей.

Что? Как быть с этими? Да, никак! Вектор у них есть и они настырно      
придут туда, куда им укажет великий и могучий.
 

Борькина невеста

(Алекс Гриин)
 12    2020-04-02  0  133
Это было на самом деле!

Весна творила чудеса. А вот козлу Борьке в тот день катастрофически не везло.

Для начала он получил несколько раз копытом в морду от очаровательной пони Крошки. Он подловил ее в конюшне, возле денника и стал выделывать перед ней коленца, трясти неотразимой, как ему казалось, бородой, фыркать и блеять, в общем, вести себя просто, как козёл. Крошка смотрела на него испуганными, темно-карими глазами, окаймлёнными длинными ресницами и не понимала, как должна поступать в данной ситуации высокообразованная пони благородных кровей со светскими манерами.

Исполнив все, положенные в Борькином обществе, ритуалы, ухажер стал оценивать реакцию Крошки, которая от страха прижалась к дощатой стенке денника, не в состоянии двинуться с места.

- Ну, всё, хватит с неё ухаживаний! Вон, остолбенела аж, - подумал Борька, смело зашел Крошке со стороны хвоста и взгромоздился на неё, преисполненный страсти.

Ну, это уже было слишком. Крошку просто трясло от гнева...

- Мало того, что я терпела его низкопробное фиглярство и провинциальные замашки этого урода... Кааак это неотёсанное нечто, которое животным то можно назвать с огромной натяжкой, может покушаться на святая святых...?

Встав на дыбы, она скинула с себя озабоченного маньяка и несколько раз сильно лягнула его, угодив в копытами в лоб, челюсть и по рёбрам, после чего стремглав выбежала из конюшни.

Но что для настоящего козла какие-то несколько пустячных ударов нежным, женским копытцем? Сущий пустяк, на который и внимания то обращать грех. Да, он достойный отпрыск благородных кавказцев! Да, он рогами железные клетки в труху разносит...

- Люблю недотрог! - заключил Борька, и возбуждённый еще сильнее выбежал вон из конюшни.

А на дворе было где глазу разгуляться. Без всяких лишних этих "Извините. Извольте. Позвольте." он стал карабкаться на стройную арабку Эльку...и тут же был крепко схвачен зубами за загривок гнедым верзилой Эльбрусом. Эльбрус, честно говоря, давно недолюбливал этого хама козла. Но повода поставить его на место, как-то не находилось. И тут он видит, как это неотёсанное, вульгарное существо, пошло и нагло пристраивается к его любви... Эльбрус долго возил хама по земле, бил его об железный забор, после чего просто взял и перекинул за двухметровую ограду.

Сделав несколько кульбитов в воздухе, Борька мягко приземлился на снег за оградой, быстро вскочил на ноги и замер, как вкопанный. Весенние гормоны играли в Борькином организме во все дудки, а подарить свою необузданную любовь ему было некому. Высокое общество его категорически отвергало и никто в этом мире его не любил и не понимал. Его любимую подружку, овечку Ляльку, два месяца тому назад пьяный хозяин конюшни Пашка, выпендриваясь перед гостями, пустил на шашлык. Мог бы пустить и его, да только Борька оказался слишком матёр и вонюч, и брезгливые столичные гости напрочь отказались от Борькиных услуг.

Он стоял посреди пустыря, уставившись в одну точку, медитируя на большую гору конского дерьма, и как тренер канадской сборной, старательно пережевывал свой "Buble gum". Те мерзкие чувства унижения и обиды, которые он сегодня испытал, постепенно перерастали в злость. Кровь приливала к глазам горца и гормональный всплеск возрастал десятикратно.

- Ни чего, - думал Борька, - Хрен с вами, чистоплюи! Зато я волен, могу делать всё, что мне нравится, я гордый, я независимый, не то, что вы все.. - и он с презрением посмотрел сквозь рабицу на раскрытые ворота конюшни.

Тем временем, из соседнего пансионата, мимо конюшни, шла на автобусную остановку местная повариха - тетка Зинаида. Руки её были заняты двумя матерчатыми сумками, туго набитыми сэкономленными от отдыхающих "трофеями". Сумки были тяжелы, как её жизнь, и узкие ручки их сильно впивались в пальцы поварихи. Она часто останавливалась, чтоб перевести дух и дать онемевшим пальцам немного отойти. А еще она нагибалась к сумкам, чтоб проверить, не подавился ли заботливо упакованный десяток яиц, которые она профессионально положила сверху.
Дойдя до ограды конюшенного двора, тетка Зинаида в очередной раз остановилась перевести дух и проверить сохранность яиц. Она аккуратно поставила сумки на дорогу и нагнулась к ним...

Борька, сиротливо стоявший неподалеку, медленно повернул морду в сторону Зинаиды, но вместо человеческой фигуры он увидел её круглую задницу, так похожую на аппетитную задницу пони Крошки. Переполненный гормонами Борькин организм, моментально отреагировал на природную потребность.

- Ааа, пропади всё пропадом! - подумал Борька. - Не погибать же мне красавцу по весне с опухшими яйцами...

Стремительный разбег и мощный удар рогами в мягкое, дородное место Зинаиды, откинул её в придорожный сугроб. Оглушенная, она не понимала, что с ней происходит. Она пыталась брыкаться, звать на помощь, но от страха гортань её была суха и сил на сопротивление было не так много.

Козел, не привыкший к лёгким победам, чувствовал под собой крутую задницу и трепетное тело тётки Зиаиды и от того распалялся еще сильнее, и настойчиво прижимал её рогами к сугробу. Он был азартен и зол. Он вымещал на Зинаиде все сегодняшние обиды и унижения, то напыщенное чванство, неприятие его иным обществом и прочее, прочее, прочее. Короче говоря, тетке Зинаиде в тот день перепало козлиной любви под самую завязку.

Лежа в сугробе, Зинаида тщетно пыталась осознать, в чем, собственно, дело. Если это грабитель, то почему не требует денег? Если насильник, тогда почему не раздевает, не лапает и не лезет под исподнее? Она чувствовала только какой-то острый бомжиный запах, непонятную возню напавшего, необузданную силу, припечатавшую её к твёрдому сугробу и горячее, хриплое дыхание. Когда же по обе стороны от её головы она увидела два копыта, то она моментально поверила в существование нечистой силы и прочую чертовщину. А уж когда из-за плеча показалась козлиная морда с бородой и высунутым языком, с которого капала белая пена, тётка Зинаида не выдержала и потеряла сознание.

В таком вот непотребном виде нашел Зинаиду конюх Иваныч, торчащую задницей из сугроба и щедро благоухающую козлиными метками. Неподалеку, как ни в чём не бывало, обгладывал весенние ветки бородатый козёл.

Иваныч, глядя на балдеющего Борьку и бесстыжую позу поварихи, быстро смекнул в чем дело, растормошил Зинаиду и повел её в гостевой флигель, чтобы дать согреться и, хоть как-то, привести себя в порядок.

Флигель был полон Пашкиных гостей, которые моментально заводили брезгливо носами и, понимая щекотливость ситуации, еле сдерживая хохот, потянулись по домам.
Пашка, будучи в прошлом актером, валялся от смеха по полу, ярко дорисовывая себе своими красками рассказ Зинаиды и Иваныча.

- Зин, а ты девка то - прям огонь! Любого завесьть смогёшь. Токмо я вот не пойму, у вас с Борькой сурьёзна было, аль так? - подтрунивал конюх Иваныч.
- Иди к чёрту, олух сопатый! - орала в сердцах Зинка,
- Да, ты не обижайся. Нешто я не понимаю - любовь зла... - с наигранно серьезным видом продолжал конюх.
- Эээх, скотина ты безрогая... - парировала Зинаида и осеклась, понимая, что выбрала для брани не совсем удачный образ.
- Теперь, как порядочный жильмен, Борька должон на тебе жаниться. Приплод у вас будет два раза в год по паре детишков. Вот только мне интересно, на кого дети похожи будут - на папку, аль на тебе?

Зинка ничего не отвечала, только сердито сопела и тщетно старалась замыть мыльным раствором козлиные метки.

Таким образом, друзья, козёл Борька прославил Пашкину конюшню по всей округе, а за поварихой тёткой Зиной навек закрепилась кличка - Борькина невеста.
 

СКОЛЬКО НОГ У РОССИИ?😊

(Дмитрий Свиридов)
 20    2020-04-01  0  151

НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ РОССИИ И НЕ ТОЛЬКО

(В цитатах)

1 Апреля, друзья, предлагаю вам не просто посмеяться над реальными фразами персонажей, которые у всех на слуху, но и попробовать угадать, кому принадлежит то или иное звонкое высказывание. А из букв, под которыми находятся верные варианты ответов, вы сможете составить афоризм, весьма актуальный в День смеха! В рубрику "Юмористические книги" поместил, т.к. фразы взяты из разных сборников.

1. «Я предупредил членов правительства, что в стране кризиса нет».
Р) Дмитрий Медведев
С) Александр Лукашенко
Т) Николай Валуев

2. «Человек проверяется в борьбе. И в водке».
М) Василий Шандыбин
Л) Александр Карелин
К) Виталий Мутко

3. «В Красноярском крае водку назвали «Ленинская-Шушенская». Потому что после первой рюмки человек начинает картавить, а после второй – лысеть».
А) Александр Лебедь
О) Владимир Винокур
Е) Владимир Рыжков

4. «По букве закона любая отметка в одном квадрате будет считаться голосом «за» – даже если это будет слово из трёх букв».
Ш) Владимир Зеленский
Ч) Певец Шнур
Х) Владимир Чуров

5. «Россия по своей природе, по своему народу – вообще левая страна».
У) Лёня Голубков
Э) Геннадий Селезнёв
Я) Дональд Трамп

6. «На протяжении 70 лет Россия стояла на одной ноге – левой. Теперь у неё появилась и правая нога – СПС. А «Единство», раз они называют себя центристами, наверное, посередине».
Н) Владимир Познер
С) Геннадий Хазанов
Т) Борис Немцов

7. «В текущий исторический период коэффициент интеллекта правительства пропорционален ценам на нефть и газ».
И) Роман Карцев
Е) Роман Абрамович
О) Егор Гайдар

8. «В Законодательном собрании... слишком мало женщин, но у правых есть инструмент, чтобы ситуацию поправить».
З) Анфиса Чехова
Ж) Виктор Шендерович
Г) Борис Немцов

9. «Вечно у нас в России стоит не то, что нужно».
Ы) Манька Облигация
О) Виктор Черномырдин
И) Ксения Собчак

10. «Очень обидно превратиться из читающей страны в тупую какую-нибудь Голландию».
К) Татьяна Толстая
Л) Станислав Говорухин
М) Регина Дубовицкая

11. «Я сегодня ночью ну как-то готовился. И решил на свежую голову, так сказать, часа в два ночи почитать Пушкина. И вы знаете, оказалось не так просто».
О) Борис Ельцин
Е) Максим Галкин
А) Михаил Швыдкой

12. «Англия – богатая страна, а коровы – бешеные. Отчего коровы с ума сошли? От британской демократии!»
Т)) Ефим Шифрин
С) Владимир Жириновский
Р) Сергей Доренко

13. «Мы, конечно, мирные люди, но наш трубопровод всегда стоит на запасном пути».
В) Алексей Миллер
Г) Михаил Жванецкий
Д) Валерия Новодворская

14. «Все те, кто занимается классовой борьбой, не болеют никаким гриппом».
И) Эдуард Лимонов
У) Геннадий Зюганов
Е) Феликс Дзержинский

15. «Если вы обещаете что-то сделать и не делаете – это заслуживает доверия».
Ц) Остап Бендер
Ф) Анатолий Чубайс
Ш) Дж. Буш-младший

16. «1 апреля – День российской экономики!»
Е) Михаил Задорнов, политик
И) Михаил Задорнов, сатирик
А) Джордж Сорос

Составил Дмитрий Свиридов
 

Сила слова в Одессе

(Алекс Гриин)
 10    2020-04-01  2  138
- А шо так тихо? Или в Одессе ничего не происходит? -
дворник Федор, прислушивался к дыханию города.

Ан нет. Одесса была полна жизни, о чем красноречиво
говорили приближающиеся звуки похоронного марша.

К кладбищу подкатил ухоженный Форд дореволюцион-
ного пошиба.

- Шо'фер, въюноша, это вам не шафер, в плохое место
не доставит! - гордо произнес водитель Форда, помогая
толстому Моне покинуть авто. Моня, приехавший на
панихиду кого-то там из малозначимых барыг, хищным
оком заметил в палисаднике дома напротив, легко
одетую Женечку, которая обрезала розовые кусты.

Девушка была не красива, но дьявольски мила.
Мужчины обычно с такими долго не церемонятся. Такие
барышни моментально становятся распутными бестиями и
дарят свою любовь направо и налево. Они даже
отказывают так неубедительно, словно дают сигнал к
действию.
Не обременяя себя излишним политесом, Моня смело
толкнул калитку и вырос перед смущенной хозяйкой во
всём своём неотразимом величии и красоте.

- Доброго здравия, Женечка! Что-то вас в последнее
время повсюду не видно.
- Ой, Моня...вы так внезапно. Какими судьбами вас сюда?
Ааа, в последний путь? А кого? Впрочем, не важно...
- У меня к вам, Женечка, образовалось скоропостижное дело.

Тем временем, мимо дома с музыкой небыстро проносили.

- Женечка, пока эти жиды нам исполняют, давайте
потолкуем за сердечное.

Моня душно шипел девушке в ухо, стараясь всем весом
зафиксировать её у ствола яблони. Он был неотразим. От него
одинаково ядрено разило потом, одеколоном и чесночной
колбасой, что говорило окружающим - Моня в полном порядке.
Ещё бы. Не даром в него была влюблена солистка местного
борделя.

- Когда еще у нас будет такой прекрасный повод уединиться, -
наседал Моня.
- Ах, Моня, оставьте свое кобелиное. Посмотрите, у людей
такое горе.

Женечка по-мышиному попискивала, но сопротивлялась не
очень охотно. В результате, Моня грубо затащил Женечку в
увитую плющом беседку и грубо овладел ею.

Тем временем процессия продвинулась вперёд и оказалась
напротив конторы новоиспеченного ясновидящего Каца,
который терпел беспощадные убытки от своего нового дела.

Как-то раз Кац сказал беременной соседке, что у неё будет
мальчик. И верно, соседка родила...девочку, чертовски
похожую на мальчика и с таким же мерзким, мальчишечьим
характером.

Тогда Кацу показалось, что он может всё и даже чуточку
больше. Уже на следующий день рядом с дверью его
богадельни красовалась кичливая вывеска:
"Провидецъ Кац и сыновья", и это несмотря на то, что у него
вообще никогда не было детей.

В перечне услуг значилось :
"Предсказание будущего, привороты, отвороты, заговоры на
удачу, ворожба на богатство, лечение мужского бессилия и
женской холодности, лекарственные настои, скупка камней и
драгоценностей...", в общем всё то, за что нельзя поймать с
поличным, но за что можно слупить с ротозея денег и не
получить за это в морду.

Не просыхающий дворник Фёдор, каждый раз проходя мимо
конторы Каца, густо сплёвывал, выкидывал вперёд руку
ладонью вверх и смело выговаривал этой вывеске прямо в лицо:

- Ладно бы цЫган какой, а то Кац...Тфу. - и вяло шоркал в
дворницкую, дабы принять с душевного расстройства пару
лафитников отменного первача.

А жиды исполняли что-то забористое. Кажется, Шопена.
Точно - Шопена. Соната №2, си-бемоль минор. А еще точнее -
похоронный марш. Если бы автор произведения мог слышать
столь панибратское обращение с его творением, то он принял бы
это за дурачество своих собутыльников Гиллера или Листа, потому
что оркестр все время сбивался на Хава нагилу, в крайнем случае
на пошлые Семь сорок. Однако, периодическое высокое
завывание трубы и альта не оставляли слушателям шанса
усомниться, что это действительно таки скорбный марш.

Орущую от горя вдову угомонить было почти невозможно.
Хотя нет. Угомонить ее могла, разве что, еще одна, убитая тем
же долгожданным горем, вдова. Обе вдовы голосили в терцию.
А как же, каждую партию должно было быть слышно чуточку
отдельно, чтоб у публики не было даже тени сомнения, что горе,
как и наследство, коснулось всех осиротевших одинаково и
перед ними не абы кто, а настоящие претендентки на огромное
состояние. И потому эта "Ода к радости" шла на высокой,
вдохновенной ноте и чуть ли не на бис.

В конце процессии шла стройная женская фигурка, облаченная в
траурное платье. Лицо ее скрывала густая черная вуаль. Она
держала под руку высокого, стройного молодого человека, в
облике которого сквозила такая уверенность душеприказчика,
которая не предвещала ни чего хорошего.

Вдовам было невдомек, что покойный перед смертью всё своё
состояние переписал на свою внебрачную дочь и через месяц
весело приказал долго жить.

Но кому придет в голову расстраиваться из-за таких мелочей.
Из двери богадельни Каца с шумом вывалился скорняк Сеня,
метко стрельнул взглядом в весёлую толпу скорбящих, мастерски
поймал паузу в музыке, поднял к н*** руку и молитвенно произнес :

- Да, простит меня покойный, но Кац, таки, истинный провидец и
зрит далеко вперед. Он видит кажного из нас наскрозь, хочь ты одет
в исподнее или верхнее по самую шею...

Сеня, сделал паузу, увидел неприкрытый интерес публики и
подумал, что не мало ли он взял за эту услугу с Каца - всего то
четверть самогона.

Судя по реакции, покойный внял его просьбе и простил, от чего даже
вдовы прервали свой заливистый дуэт, прислушиваясь к Сениной
зазывной. Музыка смолкла, процессия остановилась...

- Скажу вам намного больше, господа, его диоптриям завидует даже
мюнхенский планетарий... продолжал Сеня.

За исключением покойного, ни он, ни вдовы, ни, тем более
участники процессии, не знали, что это такое - диоптрии и
планетарий. А посему, всем пришлось поверить Сене на слово, что
Кац обладает чем-то магическим. Честно говоря, Сеня сам только что
услышал эти два слова "диоптрии и планетарий", когда Кац говорил
об этом по телефону с глазным доктором и мастерски ввернул пару
этих новых словечек в свою хвал****ю речь.

Постепенно Сеня распалялся всё больше и больше. Видя столь
пристальное внимание процессии к своей персоне, в нем проснулся      
дух Цицерона. Он стал нагло сочинять различные небылицы и
приписывать их незаурядным способностям хозяина конторы.
Таким образом, процессия задержалась у конторы минут на
тридцать. Сеня был несказанно горд своим дебютом.

С того дня дела у Каца пошли в гору, а Сеня стал его
глашатаем и партнером. Каждая похоронная процессия
непременно останавливалась у его конторы и слушала Сенины
новости о последних чудесах в исполнении мага Каца.

Вот, что значит истинная сила слова - в нужное время и самое
главное, в правильном месте.
 

Кайфолов

(ЗЕВС)
 16    2020-02-26  0  216

В московском издательстве "У Никитских ворот" вышла новая, 46-я сатирико-юмористическая книга ЗЕВСа "Кайфолов".
Она продолжает серию изданий, в каждом из которых содержится по две тысячи новых четверостиший-ЗЕВСограмм.
Миниатюры ЗЕВСа отличаются афористичностью и весёлой тональностью, граничащей с частушечными мотивами. Его четверостишия в целом создают яркую картину мира и многогранный образ современной России.
Книга ЗЕВСа – это не только завораживающее чтение, сопоставимое с ловлей кайфа, но и увлекательная игра, в ходе которой необходимо выбрать страницу, колонку и четверостишие по порядку. Этим самым вы отгадаете, какие вас ожидают события и кто вы сам по авторской версии. Что бы ни выпало, воспринимайте всё как добрую шутку, невинный розыгрыш и забавный кураж.
Книги Евгения Запяткина выставлялись на Санкт-Петербургском международном книжном салоне, книжном фестивале «Красная площадь», Московской международной книжной выставке-ярмарке на ВДНХ.
На сайтах Интернета размещено более 51 тысячи ЗЕВСограмм Евгения Запяткина. На его страницах www.stihi.ru свыше 270-ти тысяч читателей, на www.hohmodrom.ru более 4-х миллионов 900 тысяч читателей.
Просьба направлять читательские отзывы на e-mail: zevsbal@yandex.ru
ЗЕВСограммы можно найти на сайте: www.stihi.ru/avtor/zevssbal
    Для детей после 16-ти лет.
 

Дуэльный кодекс

(ЗЕВС)
 20    2020-02-02  0  356

При столкновении элит
О смерти мысли в головах:
Дуэльный кодекс нам велит
Стреляться только на словах.

45-я сатирико-юмористическая книга Евгения Запяткина продолжает серию изданий, в каждом из которых содержится по две тысячи новых четверостиший-ЗЕВСограмм.
В миниатюрах ЗЕВСа ощущается пульс современной жизни в её содержательном многообразии и философской глубине. И всё это насыщено искромётным юмором и пламенным оптимизмом.
Книга ЗЕВСа – не только увлекательное чтение, но и задорная игра, построенная на выборе страницы, колонки и четверостишия по порядку.
Книги Евгения Запяткина выставлялись на Санкт-Петербургском международном книжном салоне, книжном фестивале «Красная площадь», Московской международной книжной выставке-ярмарке на ВДНХ.
На сайтах Интернета размещено более 49 тысяч ЗЕВСограмм Евгения Запяткина. На его страницах www.stihi.ru свыше 267-ми тысяч читателей, на www.hohmodrom.ru более 4-х миллионов 500 тысяч читателей.
Просьба направлять читательские отзывы на e-mail: zevsbal@yandex.ru
ЗЕВСограммы можно найти на сайте: www.stihi.ru/avtor/zevssbal
    Для детей после 16-ти лет.
 

А Я ЧТО, РЫЖИЙ?

(Олег Индейкин)
 82  Про книги  2020-01-31  8  732


Поэт на Хохмодроме
      (буду гадом!)
   кто виршами беремен
      (вот бесстыжий!),
   книжонку лишь родит, – к нам враз с докладом.
А мне чего, нельзя? А я что, рыжий?
 

Хомо сапиенс козлинус

(ЗЕВС)
 30    2020-01-31  1  441
Обложка книги Евгения Запяткина "Хомо сапиенс козлинус"
Современный Омар Хайям – так читатели называют поэта Евгения Запяткина, известного в интернете под псевдонимом ЗЕВС (Запяткин Евгений Викторович Саратовский).
Его 44-я книга продолжает серию сатирико-юмористических изданий, включающих в себя   по две тысячи новых четверостиший-ЗЕВСограмм.
Поэтические миниатюры ЗЕВСа – это выразительная картина мира, народная жизнь в шокирующих подробностях, образ героя нашего времени без прикрас и ретуши.
Книга Евгения Запяткина – не только материал для весёлого чтения, но и предмет для увлекательной игры, участники которой загадывают страницу, колонку и четверостишие по порядку.
Книги Евгения Запяткина выставлялись на Санкт-Петербургском международном книжном салоне, книжном фестивале «Красная площадь», Московской международной книжной выставке-ярмарке на ВДНХ.
На сайтах Интернета размещено более 48 тысяч ЗЕВСограмм Евгения Запяткина. На его страницах www.stihi.ru свыше 260-ти тысяч читателей, на www.hohmodrom.ru более 4-х миллионов 250-ти тысяч читателей.
    Для детей после 16-ти лет.
 

Книга юмора Удивленная Одесса

(Оleg Wral)
 17    2019-12-27  1  215


-Имеете книгу юмора?
-Таки, да - и не одну.
-А почему Вы их здесь не выставляете?
-Зачем?
-Чтобы читали.
-За бесплатно? Спасибо не надо. Могу опубликовать небольшой отрывок:

— Наконец-то, свобода — сбросив бороду и костюм деда Мороза, облегчёно вздохнул я, вернувшись к себе домой с последнего новогоднего корпоратива.
Достав из бара бутылку, я налил полный фужер коньяка и, выпив его — отправляясь в новогоднюю нирвану, сонно добавил: «Не кантовать, при пожаре выносить в первую очередь… Аут», — отключился. И не удивительно — я почти трое суток работал на новогодних праздниках на износ.

Телефонный звонок вонзился буравчиком в мозжечок неожиданно.
— Алё — это ты дед Мороз? — закричал чьим-то жизнерадостным голосом мобильник, после того, как я его машинально включил. — Ты где?
— Ты кто? — одурело спросил я, ещё не до конца проснувшись.
— Кто, кто!? Да Снегурка я, внучка твоя… Ты чё совсем, старичело, допился, родню свою не признаёшь? — продолжал жизнерадостно разрываться женский голос в телефоне.
— А, что надо? — продолжал съезжать я на тормозах.
— Вообще-то, если учесть, что я приехала из Финляндии, то тогда наверное что-то надо, — не переставал прикалываться мобильник.

— А где — эта Финляндия? — уже от души втупил я.

В телефоне повисла пауза, видимо от моей очередной тупости абонент на другом конце плотно завис. Но не надолго. А жаль. Я уже было стал снова засыпать, когда мобила загрохотала опять:

— Алё, алё — это точно дед Мороз?
— И вам алё. Вчера на корпоративе, вроде, как ещё был им.
— Тогда чего ты здесь дурака включаешь? — то ли возмутилась, то ли удивилась моя собеседница.
— Как Вам не стыдно? Я не спал три дня, зажёг с десяток ёлок, выпил не меньше ящика шампанского, выслушал сотню стихотворений за ёлочку, отводил кругосветное путешествие хороводов и даже кого-то из фей успел полюбить до глубины души, в их сказочном замке… А Вы меня достаёте непонятно чем… Вы можете грамотно сформулировать свою мысль, что Вам от меня надо!? Если кого-то поздравить с Новым годом, то мне надо некоторое время, чтобы привести себя в порядок… У Вас совесть есть…? Что Вам надо в конце концов!?

— Совести нет, обменяла в детском саду на жвачку, а надо мне чудо, готова за это переспать с тобой… Забыл, что приглашал меня вчера к себе на чашечку кофе и обещал сотворить чудо? И если тебе так неймётся кого-то поздравить, то начни с меня, но только чур в постели не курить…
— Поздравляю.
— С чем? И где чудо? — не поняли в телефоне.
— С Новым годом, — душевно так разъяснил я. — Будете в наших краях проходить мимо — проходите. Богатого любовника, счастья и удачи Вам, деточка, в наступившем новом году. Целую. Ваш дед Мороз. Отбой — я улетел в Лапландию.

Пуржило. Падал новогодний снег.
 

Оптимизация души: книга к юбилею ...

(ЗЕВС)
 40  Про книги  2019-10-24  2  651
Посвящается мне, любимому, в связи с 65-летием.

Дух менять на запах не спеши,
А иди замаливай греховность:
При оптимизации души
Может улетучиться духовность.

Торжество покажет, кто бойчей
На похвальном смехе ставит вешку:
Юбиляр от пламенных речей
Может превратиться в головешку.

Для всех, кто умеет читать.

* * *
Прошли бомбёжки, битвы, прении –
И заросли воронки:
По площади шагают гении,
А я стою в сторонке.

* * *
Когда ужасный вид, ты будешь цел:
Сегодня власти в полном мандраже
И не берут уж бесов на прицел –
Охотятся на ангелов уже.

* * *
Колышутся хлеба, цветут сады,
Шумят леса, раздолье – красота!
Дороги с дураками – две беды,
А радостей в России до черта!

* * *
Стремясь создать словесное новьё,
Навязывать не надо свой режим:
Поэт – не тот, кто любит лишь своё,
А тот, кто восторгается чужим.

*   *   *
Надо к душам обращаться, а не к клизмам
И не множить медицинские причуды:
Человек у нас болеет эгоизмом,
А его всё время лечат от простуды.

*   *   *
Сложна езда в автомобиле,
Но на чеку будь, молодёжь:
Имей терпениум мобиле,
Когда ты в пробку попадёшь.

*   *   *
Всё больше злата и монет
Гребут лопатой люди дела:
Предела совершенству нет –
Есть совершенство беспредела.

*   *   *
В нашем стане старых дурачков
Ты, наверно, самый заводной
И ещё читаешь без очков
Лозунг «Слава партии родной!»

*   *   *
Игра с огромной славой стоит свеч,
Но к ней петляют длинные дороги:
Входить в искусство надо, как в мечеть,
Заранее разувшись на пороге.

*   *   *
Взорви земную тишь,
Товарищ дорогой,
А если ты молчишь,
То говорит другой.
 

КНИГА ВЫШЛА! НЕСЕРЬЁЗНО О СЕРЬЁЗ ...

(Иногда (В.Кузьмичёв))
 102    2019-10-07  3  1024

НЕСЕРЬЁЗНО О СЕРЬЁЗНОМ! Друзья, свершилось! В уфимском издательстве "Прокопий" увидела свет моя книга "Несерьёзно о серьёзном", которая полностью состоит из юмористической поэзии. Это, можно сказать, итог десяти лет творческого пути. В книгу вошли, как широко известные и часто исполняемые на концертах стихи, так и не знакомые широкой публике, но оттого не менее вкусные "изюминки"литературного творчества!
Книга сделана в приятном формате и удобно держится в руках. Она легко читается благодаря грамотно подобранному издательством, типу и размеру шрифта. Прекрасно иллюстрирована известным художником-карикатуристом из г. Таганрога, Анатолием Мамычевым. Увлекательно рассказывает о личности автора и его творчестве с трёх разных сторон во вступительной части.
Книга издана небольшим тиражом, поэтому практически сразу же попала в разряд библиографической редкости, хотя по нескольку экземпляров книги доступно в центральных библиотеках Москвы и в нашей Республиканской библиотеке.
ПРИОБРЕСТИ книгу уже можно! Для этого нужно обратиться непосредственно ко мне (Пишите в личку). При заказе из других регионов книгу отправлю почтой или любым другим удобным для вас способом. Конечно же с надписью и автографом! Что касается цены, она эквивалентна цене за одну бутылку "непалёного" российского алкоголя. ))) Пишите, заказывайте, смейтесь на здоровье и закатывайтесь от хохота!

С улыбкой, весь ваш, Владимир Кузьмичёв
 

Несоблюдение режима

(ЗЕВС)
 14    2019-08-03  0  261

43-я книга продолжает серию сатирико-юмористических изданий Евгения Запяткина, включающих в себя   по две тысячи новых четверостиший-ЗЕВСограмм (литературный псевдоним ЗЕВС – Запяткин Евгений Викторович Саратовский).
Поэтические миниатюры Евгения Запяткина – это яркая картина современного мира, где преобладают жизнеутверждающие мотивы, радостные настроения и оптимистические прогнозы. Многие произведения поэта не что иное, как залихватские русские частушки.
Катрены Евгения Запяткина по своей поэтической отточенности и афористичности сопоставимы с произведениями Омара Хайяма. Весёлая тональность ЗЕВСограмм сохраняется даже при освещении проблемных и мрачных тем.
Книга Евгения Запяткина предназначена не только для чтения, но и для увлекательной игры, участникам которой нужно загадать номер страницы, графу и четверостишие по порядку, чтобы узнать о себе что-то новое, найти новые ценностные ориентиры и смоделировать свое благополучное будущее. Что бы ни выпало, всё следует воспринимать как забаву и кураж на досуге, невинный розыгрыш и приятный сеанс смехотерапии.
    Для детей после 16-ти лет.
 

Выправку не пропьёшь

(Наталья Иванова-Харина)
 7    2019-04-20  1  275

Летая последние десятилетия на самолёте в Крым и южные страны на отдых, я наблюдаю, как пассажиры перевозят в салоне воздушных лайнеров своих домашних питомцев в удобных переносках для животных. Точно также, приобретая специальный билет для своего любимца, можно провозить собак и кошек, других небольших животных на поезде.

   Эта история случилась в конце семидесятых. Мы тогда проживали на Южном Урале и ежегодно два — три раза в год по полтора суток ездили железной дорогой, проводя школьные каникулы и летний отпуск мамы в Москве и Подмосковье. Нашего любимого котика Дымка мы брали с собой, потому что оставить его было не с кем. Мне было тогда лет десять — одиннадцать, и в мои обязанности входило собрать в дальний путь Дымка, упаковав его в небольшую дорожную сумочку, пронести его незаметно для проводников в купейный вагон. Я любила ездить на второй полке, и заодно присматривала за нашим пушистиком, которому отводилось уютное местечко в глубине багажной ниши, где обычно складировались матрацы. Там у него была мягкая подстилка и его лоток для туалета.

   Мы сели в экспресс поздно вечером и до утра проспали спокойно, порадовавшись, что кроме нас троих – мамы, меня и старшей сестры в нашем купе больше нет пассажиров, а потому наличие кота не обнаружено. Так мы весело и беззаботно ехали по просторам европейской части России до вечера, и внезапно на одной из станций в дверь нашей дорожной спаленки постучался и вошёл красивый молодой офицер в аккуратно выглаженной форме, с лучезарной улыбкой на лице. Он вежливо поздоровался, представился, элегантным движением снял фуражку и положил её наверх – в нишу багажного отсека, поставил под своей нижней полкой небольшой кейс – дипломат и, расспросив у нас в каком направлении по ходу движения находится вагон-ресторан, удалился пружинистой молодцеватой походкой в сторону дорожной точки общепита.

   В отсутствие офицера мы устроили семейный ужин из припасов, взятых с собой в дальний путь, поиграли в города, почитали книги и журналы, и я постепенно задремала, убаюканная мерным постукиванием колёс и покачиванием вагона. Проснулась я как-то неожиданно от толчка, скрежета рельсов или какого-то внутреннего голоса. Вечер сгущал сумерки, несмотря на июньскую долготу дня, и я рассмотрела в полумраке силуэт Дымка, который пушистой шапкой восседал поверх фуражки нашего попутчика и (о, Ужас!) – тужился изо всех сил. Я одним рывком очутилась рядом и схватила кота. Но было уже поздно – наглый котяра сделал своё грязное дело, предпочтя почему-то свой привычный лоток новенькой пахнущей приятным одеколоном фуражке нашего соседа по купе.

   Я вскрикнула и разбудила мирно посапывающую маму, рассказала ей о произошедшем. Она протянула мне полиэтиленовый пакет и велела нам с сестрой бежать в туалет и замывать следы преступления. Мы вывалили зловонное содержимое фуражки в унитаз, и долго замывали её скудной струёй воды в дорожном умывальнике. Казалось бы, следы кошачьей выходки были ликвидированы, осталось только высушить головной убор воина и придать ей прежний безупречный вид. К счастью, наш попутчик не спешил возвращаться из ресторана на своё пассажирское место, и мы долго насухо вытирали фуражку всеми имеющимися в распоряжении полотенцами, щедро поливали её мамиными духами «Красный мак», натирали апельсиновыми корками, потому что стойкий запах продуктов кошачьей жизнедеятельности никак не хотел улетучиваться даже при тщательном проветривании в мощной струе воздуха в оконном проёме. Так в тревоге и волнении мы провели всю ночь, ожидая стука в дверь и выволочки от офицера. А он так и не вернулся на свою полку. Ближе к утру мы уснули, а когда нас в половине шестого разбудила проводница, мы собрали вещи, сдали постельное бельё и понуро сели в ряд на маминой нижней полке в ожидании печального финала путешествия. Когда наш состав притормаживал, прибывая на Казанский вокзал, в купе наконец-то вошёл наш красавчик старлей, одарил нас порцией утреннего шарма доброжелательности и обаяния, достал свой кейс, ловко выхватил из багажной ниши фуражку, привычным движением надел её на голову, галантно поклонился и, пожелав всего доброго, вышел из вагона, притягивая к себе восхищенные взгляды пассажиров. За ним тянулся сногсшибательный шлейф — амбре из смеси перегара, парфюма и кошачьей подлости.

28.03.2019 13-30
 

Юмор на лету

(Андрей Ситнянский)
 130  Про книги  2019-03-02  14  2111

Добрый день друзья. Начиная с 27.02.19, перед каждым, у кого есть лишние 3 евро (230 руб.) стоит непростая задача, как их потратить?
Можно купить 370 грамм «Докторской» колбасы (которая никого не лечит) или 395 грамм «Любительской» колбасы (которая никого не любит), а можно купить мою 7-ю книгу - «Юмор на лету» и положить ее в ТУАЛЕТЕ.
Если Вы выберете 3-ий вариант, то я гарантирую - самые веселые часы своей жизни Вы проведете именно там. Книга выпущена издательством «ЭКСМО» самым крупным в РФ, в неё вошли 700 новых стишков. У издательства обширная дистрибьюторская сеть и при заказе книги на сайте издательства Жми сюда доставка в Ваш город будет стоить не дорого, в крупных городах книгу можно купить в книжных магазинах. Всего один стишок об авторе:

Какой хороший парень Я!
Совсем не нудный, для поэта.
Вот были б у меня друзья,
Они бы ПОДТВЕРДИЛИ это...

Веселого Вам прочтения!
Ваш АС
 

Записки Ивана Сусанина

(Geom)
 14  Иван Сусанин  2018-11-26  7  815
Отличный подарок на любой праздник – книга интересных юмористических стихов, написанных от имени Ивана Сусанина, участвующего во многих исторических и современных событиях.
Никто не останется равнодушным!
Подарочное издание. Формат A5, твёрдый переплёт, высококачественная цветная печать.

Заказывайте у автора через ФОРМУ ЗАКАЗА КНИГИ Жми сюда или по электронному адресу geom@bk.ru .
Цена экземпляра книги (формат А5, твёрдый переплёт, цвет) – 500р.
Отправка заказной бандеролью по России – 150р.
Отправка заказной бандеролью за рубеж – 550р.

Подробно о книге:










Тарасевич Георгий Михайлович
Записки Ивана Сусанина. Сборник иронической поэзии. — М.: РадиоСофт, 2018. —140 с.: илл.
ISBN 978–5–93274–223–5

В этой книге события прошлого описаны не совсем так, а иногда совсем не так, как принято в официальной истории. Временами в записках прослеживаются параллели с трудами академика А. Т. Фоменко. Cам автор записок частенько предстаёт в них как пьяница, бабник, врун и хвастун, что не добавляет доверия к изложенному.
Но воспоминания непосредственного участника событий — важный документ, поэтому в настоящее время историки заняты сопоставлением свидетельств Ивана с другими источниками. Не исключено, что по результатам их работы учебники истории будут существенно скорректированы. Но школьникам и студентам пока всё-таки не рекомендуется изучать историю по этой книге: можно схлопотать двойку от какого-нибудь ортодоксального приверженца официальной точки зрения на факты из прошлого.
Чтобы хоть как-то обезопасить учащихся от подобных неприятностей, большинство рассказов Ивана снабжено историческими справками, взятыми из традиционных источников. Эти справки приведены в Приложении.
 

Записки Ивана Сусанина

(Geom)
 52  Иван Сусанин  2018-11-16  3  1248

Собственно, свершилось.
Затянувшаяся эпопея с выпуском моей книги «Записки Ивана Сусанина», включившей в себя 61 правдивую историю, охватывающую период от вторжения Батыя до операции ВКС в Сирии, подошла к концу.
Сегодня забрал тираж из типографии.

В этой книге события прошлого описаны не совсем так, а иногда совсем не так, как принято в официальной истории. Временами в записках прослеживаются параллели с трудами академика А. Т. Фоменко. Cам автор записок частенько предстаёт в них как пьяница, бабник, врун и хвастун, что не добавляет доверия к изложенному.
Но воспоминания непосредственного участника событий — важный документ, поэтому в настоящее время историки заняты сопоставлением свидетельств Ивана с другими источниками. Не исключено, что по результатам их работы учебники истории будут существенно скорректированы. Но школьникам и студентам пока всё-таки не рекомендуется изучать историю по этой книге: можно схлопотать двойку от какого-нибудь ортодоксального приверженца официальной точки зрения на факты из прошлого.
Чтобы хоть как-то обезопасить учащихся от подобных неприятностей, большинство рассказов Ивана снабжено историческими справками, взятыми из традиционных источников. Эти справки приведены в Приложении.

В свободную продажу книга не поступит, поскольку магазины дают слишком большую наценку — золотая получится. Так что, обращайтесь, если есть интерес.

О презентации книги объявлю позднее: пока сроки не согласованы.
 

Настойка века: новая книга

(ЗЕВС)
 32    2018-11-14  2  469
В московском издательстве «У Никитских ворот» вышла 42-я книга Евгения Запяткина (литературный псевдоним ЗЕВС – Запяткин Евгений Викторович Саратовский) под названием «Настойка века», которая включает в себя две тысячи новых четверостиший-ЗЕВСограмм.
Данное издание продолжает серию таких сатирико-юмористических книг, как «Спокойной ночи, алкаши!», «Зависть миллионера», «Свидетели всемирного потопа», «Конь в пальто, а лошадь в шубе».
Новой книге предпослан авторский эпиграф:

Имеет жидкость красный вид,
Но здесь не до компота:
Настойка века состоит
Из крови, слёз и пота.

Поэтические миниатюры Евгения Запяткина – это мозаичное полотно современного мира, философское осмысление жизненных и исторических явлений, концентрированное выражение житейского опыта и приобретённой мудрости , редкого остроумия и самобытного юмора. Многие произведения поэта не что иное, как залихватские русские частушки.
По своей поэтической выразительности и афористичности слога катрены Евгения Запяткина сопоставимы с произведениями Омара Хайяма. Весёлая тональность ЗЕВСограмм сохраняется даже при освещении таких тем, как пугающая бренность, мрачная фатальность и удручающий пессимизм.
Книга Евгения Запяткина предназначена не только для чтения, но и для увлекательной игры, в основе которой лежит невинная забава, розыгрыш и кураж. Если вы хотите отгадать, каким будет ваш грядущий день, что двигает вашими мыслями и поступками, какими ценностями измеряется ваша личность, необходимо назвать страницу, колонку и четверостишие по порядку. Что бы вы ни выбрали, ко всему относитесь с чувством юмора и самоиронии – и у вас будет прекрасное настроение и неугасающий оптимизм.
На сайтах Интернета размещено более 46-ти тысяч ЗЕВСограмм Евгения Запяткина. На его страницах www.stihi.ru свыше 255-ти тысяч читателей, на сайте www.hohmodrom.ru более 4-х миллионов читателей.

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер