ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: лучшее из свежего

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
Спрятать все тексты
НАШИ АВТОРЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Смешные истории: лучшее из свежего  Раздел   Дата   Рец.   Оцен.   Посет. 
 

!!!

(павел (лукьяненко))
 О грамоте  2018-10-19  16  94  512

Как я милую любил —
Вы едва ли сможете!
А за что её убил —
Так за слово «ЛОЖИТЕ».

Уж и доброю была,
Нежной и покорною,
Но себя же обрекла
Тем, что «кофе ЧЁРНОЕ».

Вспоминаю, как в бреду,
И доселе ночи те!
Но она, как на беду,
Говорила «ХОЧИТЕ».

Слышал, как приду домой,
«ИХНИХ» да «ЕВОННУЮ»,
Так что был поступок мой
Самообороною!

Был уверен наперед,
Без зазренья совести,
В том, что суд меня поймёт,
Оправдает полностью!

Но с суровостью жреца
Объявил судья мне,
Что «ОТЛОЖИВАЕТСЯ»
Нынче заседание…"

О сколько нам открытий чудных...

1. Тире между подлежащим и сказуемым — не ставится.

2. Помните о том, что в большинстве случаев связку «о том» можно исключить.

3. Если хочете использовать глагол, то спрягать его нужно правильно, а не как того захотит автор.

4. Страдательный залог обычно должен быть избегаем.

5. Не забывайте про букву «ё», иначе не различить: падеж и падеж, небо и небо, осел и осел, совершенный и совершенный, все и все.

6. Кто не чёкнутый и не из чящи вышол, правильно пишет гласные после шыпящих.

7. Блестните неповерхносным чуством языка при написании непроизносимых согластных.

8. Надо придти к пониманию, что пишется только «прийти».

9. Пообтершись в корридорах оффисов, в будующем мы станем сведующими и прийдём к тому, что в наших текстах будет учавствовать всё меньшее колличество лишних букв.

10. Мягкий знак в неопределённой форме глагола должен определятся по наличию его в вопросе к глаголу, что иногда забываеться.

11. Не ставьте два «не» подряд, если это не необходимо.

12. У слова «нет» нету форм изменения.

13. Без пол-литровки пол России не поймёт как пишутся сложные имена-существительные.

14. Заканчивать предложение местоимением — дурной стиль, не для этого оно.

15. Тех, кто заканчивает предложение предлогом, посылайте на. Не грубости ради, но порядка для.

16. Не сокращ.!

17. Проверяйте в тексте пропущенных и лишних слов в тексте.

18. Что касается незаконченных предложений.

19. Если неполные конструкции, — плохо.

20. Никакой самовлюблённый Банк, его Президент и Председатель Совета Директоров не пишутся с заглавной буквы.

21. Правило гласит, что «косвенная речь в кавычки не берётся».

22. Не стройте загадок из многоточия в конце исчерпывающего предложения…

23. Одного восклицательного знака вполне достаточно!!!

24. НИКОГДА !не выделяйте! слова. Человек, читающий текст с ВЫДЕЛЕНИЯМИ, чувствует, что его собственному пониманию смысла н е д о в е р я ю т.

25. Используйте параллельные конструкции не только для уточнения, но и прояснять.

26. Правиряйте по словарю напесание слов.

27. Числительные до 10-ти включительно лучше писать прописью.

28. Склонять числительные можно сто двадцать пятью способами, но только один из них правильный.

29. Задействуйте слова в предназначении, истинно отвечающем осмысленности.

30. Неуместная аналогия в тексте выглядит как шуба, заправленная в трусы.

©
 

Греканиада (1% - гон, 1% - стёб ...

(Лена Донская-Новгородская)
 Рыбалка  2018-10-27  4  68  291

Ноги растут оттуда: Жми сюда

Грека снова через реку
В лодке медленно плывёт.
Ну, неймется человеку:
Примостившись на вельбот,

Ноги свесив смело в воду,
Бултыхает ими там...
Все ему знакомы броды,
Плавал уж по тем местам.

Задом пятясь, свистнув Греке,
Стал креститься в речке рак:
- "Я сочувствую калеке...
Но, ведь, дразнится ж, дурак!"
 

ЛЮБОВНАЯ ИСТОРИЯ

(Ременюк Валерий)
 Смешные истории  2018-12-05  2  22  171
Альбине недавно стукнуло двадцать два, она трудилась кассиром супермаркета «Редиска». Филиппу было двадцать четыре, он работал продавцом в магазине бытовой техники «Импульс», этажом выше Альбины. Раисе шел тридцатый год и служила она менеджером парфюмерии «Aroma-Roma» еще уровнем выше. А ее ровесник Родион, тот, вообще, исполнял обязанности техника-электрика в здании торгового центра, арендуемом «Редиской», «Импульсом» и «Aroma-Roma». И однажды с этими молодыми людьми приключилась курьезная история, о которой до сих пор вспоминают в нашем городке кто с завистью, кто с улыбкой, а кто и с содроганием.

С некоторых пор Филя засимпатизировал Альбине. Причем, конкретно так засимпатизировал, по-взрослому. С цветами, билетами на концерт скандальной рок-группы «****-Гансы», множеством необязательных ежедневных покупок в «Редиске» с обслуживанием в кассе именно Альбины. В общем, пропал человек. Превратился в ходячее скопище любовных гормонов в стадии весеннего обострения. Да, а по планете как раз шел разнузданной поступью месяц апрель, так что – сами понимаете… А Альбина, не то, чтобы не замечала Филипповых ухаживаний и заходов, но они ей были, как бы сказать поделикатней, не ко двору. Потому как сама Альбиночка, чернявая и смазливая девчушка с гендерными рельефами, усовершенствованными спец-фитнессом, уже полгода сохла по электрику Роде – статному кучерявому сердцееду с орлиным профилем. И всё у нее с электропитанием кассы возникали проблемы, всё Родиона вызывала на помощь. Иногда по три раза на дню. И, пока дисциплинированный электрик разбирался в проводке и контактах, Альбина сидела на своем стульчике у кассы, ужавшись в уголок так, чтобы нет-нет да и касаться эротичным бедром в капроне и короткой юбке мужественного плеча Родиона. Да, и еще дышала при этом не как все нормальные люди, а как-то так… особенно, с намеком, многообещающе. Но, увы Альбине, Родион был кремень. Сделает свое электрическое дело, запустит кассу, и поминай как звали. Не шел на сближение, злодей. А всё с чего? Да с того, что сам Родя глаз не сводил с Раисы и всё искал повода пересечься с ней взглядом, словом, жестом. Всё заглядывал в ароматное заведение чаровницы по пять раз за смену, то проводку проверит, то светильники протестирует, то рекламную подсветку подшаманит. И требовал, коварный, чтобы Раиска как менеджер объекта при этом присутствовала. И всё старался навязать ей провокационные разговорцы, начинавшиеся с электричества, а сводившиеся к фразе «И чем же девушка сегодня вечером занята? А не свободна ли, не скучает ли в одиночестве?» Но чем же была занята девушка Рая? К огромному разочарованию Родиона – страданиями по Филиппу из «Импульса». Да-да, именно к нему прикипело горячее девичье сердце рыжеволосой и стройной Раисы! А тот, как на зло, воздыхал об Альбине… Хотя, это я уже повторяюсь.

В общем, вырисовался странный набор безответных односторонних любовей, выстроенный по схеме: Филя → Аля → Родя → Рая → Филя. Об этом нетривиальном явлении вскоре знал уже весь ТЦ. О нем судачили на всех этажах, страстно желая развития патовой ситуации. Некоторые циничные балбесы из пубертатной, необстрелянной Амурами молодежи даже делали ставки на прогноз, сколько еще месяцев продержится эта странная любовная комбинация. Участникам безответных отношений все искренне сочувствовали, а более опытные товарищи и товарки давали советы в духе «Бери что есть! Синица в руках лучше, чем журавль хрен знает где!» И, будучи не в силах переносить картину гибнущих юных сердец, секретарша директора ТЦ Авдотья Макаровна предприняла, наконец, решительные меры. Проявила, так сказать, боевую сметку и находчивость. Однажды, в конце смены она пригласила наших героев на совещание, якобы, к главному инженеру ТЦ. И в его кабинете представила исстрадавшимся молодым людям парапсихолога-амуратора (так у него значилось на визитке) Саида Моисеевича Заварущенко. А сама тактично удалилась из помещения, чтобы не нарушать таинства предстоящей тонкой процедуры.

- Любезные мои, мыть-перемыть! – начал свою речь Саид Моисеевич проникновенным голоском. – Не стесняйтесь меня, копать-катать, я уже всё знаю о вашей беде! Ваш амурно-психологический клинч, мотать-макать, я вполне могу разрешить, так как хорошо представляю его причину, механизм его возникновения, шить-пороть. Это всё гормоны, ковать-шатать, их неугомонное весеннее буйство. А гормоны, совать-давать, это чистая химия. Наука, тузить-возить, в которой я разбираюсь досконально!
- А чем же вы нам можете помочь? – грустно прошептала Раиса, не поднимая прекрасных синих глаз.
- Я разверну ваши отношения, рубить-солить, переориентирую вектора ваших гормонов наоборот, и вы ощутите, наконец, долгожданную взаимность чувств, пилить-валить!
- И что же от нас потребуется? – спросил технически подкованный Родион.
- Сущий пустяк, ломать-пинать! – улыбнулся Саид Моисеевич. – Принять участие в коллективном сеансе из двух фаз, стоять-ваять! У вас отношения защеплены не в том порядке, как следовает, пороть-бороть. Поэтому, во-первых, их надо расщепить, сделать вас нейтральными друг другу. И, во-вторых, сразу же затем вас надо защепить уже в правильном порядке, в желаемых для вас взаимных связях.

- И сколько же нам будет стоить это счастье? – поинтересовалась практичная Альбина.
- Да говорить не о чем, коптить-колотить! - Саид Моисеевич сложил руки лотосом и потупил глазки. – Всего по пять штук, пардон, тысяч отечественных рублей, шатать-мотать…
Несмотря на странноватый лексикон Саида Моисеевича, парапсихолог-амуратор сумел-таки убедить страждущих счастья. И приступил к осуществлению обещанного незамедлительно. Он достал из докторского саквояжа мини-кальян на четыре персоны, водрузил его в центре стола. Затем маленькими ножницами отстриг по пряди волос с головы каждого участника действа, посек пряди в мелкую пыль и смешал в маленькой керамической пиалке. Полученную смесь зарядил в топку кальяна, в емкость залил воды из специальной бутылочки и еще капнул туда несколько фиолетовых капель из какого-то пузырька. Плазменной золотой зажигалкой зажег горючую смесь, закрыл топку и дал команду курить. Молодые люди с четверть часа прилежно втягивали волшебный дым в легкие и выдували, как было наказано, строго через нос. После этого Саид Моисеевич сказал:
- Достаточно, купать-сушить! Ну, вздохнули полной грудью и посмотрели друг на друга!

Подопытные послушно исполнили команду амуратора, взглянули на предмет своих воздыханий и… Каждый недоуменно скривился:
- Фу-у-у… И этого/эту я так страстно любил? Госссподи! Как это было возможно? За что?!!
Саид Моисеевич радостно потер ладошки:
- Ну, а что я говорил? Видите – все друг от друга отсохли, отщепились! Первая фаза, белить-марать, прошла отлично! Переходим ко второму этапу лечения, тереть-гореть!
Он оттяпал еще по пряди волос с голов пациентов, замесил новую порцию горючей смеси, сменил воду в кальяне и добавил туда оранжевых капель из другого секретного пузырька.
- Ну, сосать-мотать, поехали! – дал команду амуратор. И молодые люди снова припали к кальянным трубкам. На их лицах, хотя и с закрытыми глазами, явно читалось предвкушение грядущего восторга взаимной любви, к которой они так стремились!
По истечении четверти часа пациенты отложили кальян и открыли глаза. Окинули взглядами друг друга и… осознали страшную вещь! Теперь их любви выстроились в противоположном направлении: Филя → Рая → Родя → Аля → Филя. Но снова – безответно!
Молодежь с возмущением и обидой посмотрела на чудодея. Но тот уже и сам понял свою промашку, засуетился, закопошился в саквояже:
- Месить-тузить, я, кажется не из того флакончика капнул! Прошу прощения, господа, сей секунд всё исправим, не стоит нервничать!

Он снова успешно провел стадию расщепления отношений, и опять вверг коллектив в ответственный финальный этап. Люди за столом на этот раз сосали дым и выпускали из ноздрей султанчики сосредоточенно, почти нервно. Но все еще веря в окончательный успех таинственной процедуры. Наконец, Саид Моисеевич скомандовал:
- Суши вёсла, сипеть-кипеть! В смысле, кончай сосать! Ну? И как теперь?
Филя, Рая, Родя и Аля снова внимательно вперились друг в друга, медленно переводя взгляд с одного лица на другое и обратно, словно взвешивая на внутренних весах сердец формирующееся большое чувство. И вдруг амуратор побледнел. Он заметил, что Альбина и Раиса тепло и безотрывно смотрят друг на друга, постепенно заливаясь нежным румянцем. То же самое происходило и между Родионом и Филиппом – они стремительно проваливались в пропасть новой, неизведанной ранее взаимной страсти.
- Ёшкин крот! – пробормотал целитель. – Где же правильный пузырёк, томить-мутить? А, вот же он! Сейчас, одну минуточку, господа! Я всё исправлю!

- А не нужно исправлять! – услышал он общий ответ. – Этого достаточно! Мы довольны.
Молодые люди встали из-за стола. Мужчины обнялись по-братски за плечи и нетвердой походкой направились на выход. За ними, взявшись за руки, тихо вышли Рая с Алей. На столе остались четыре конверта с оговоренными суммами. Саид Моисеевич поскреб в затылке, крякнул, собрал конверты и спрятал в нагрудный карман пиджака. Уложил кальян и принадлежности в саквояж. С минуту посидел в задумчивости, затем тихо произнес:
- Да, шагать-махать, любовная химия – это темный лес, если разобраться. Чистой воды темный лес, колот-молоть! Ладно, на две недели им эффекта хватит, а там, тереть-марать, посмотрим, что с ними делать дальше…
 

БЕЛИНСКИЙ БЫЛ ОСОБЕННО ЛЮБИМ

(Алик Кимры)
 О литературе  2018-12-10  6  18  54

"Белинский был особенно любим.
Молясь твоей многострадальной тени,
Учитель, перед именем тоим
Позволь смиренно преклонить колени"

Н.Некрасов

Великий русский критик и демократ-разночинец Виссарион Григорьевич Белинский детство провёл в г. Чембар Пензенской провинции Казанской губернии, а затем учился в гимназии г.Пензы. Это дало основание пензюкам считать его самым своим земляком, и в год 150-летия Белинского Пенза и область стали эпицентром мировых торжеств по случаю юбилея.

Каким боком это коснулось меня, тогдашнего студента строительного института? Я подвизался в качестве лектора-международника в городском обществе по распространению научных и политических знаний (впоследствии сократили до "Знания"). А обком партии объявил тотальную мобилизацию лекторов на посев разумного, доброго, вечного о Великом Земляке. Всем была вручена методическая разработка - и вперёд.

Гонорар за каждую лекцию повысили с обычных 5 ₽. до 8, оформление каждой 4-й лекции как шефской - отменили. В моём распоряжении был досаафовский мотоцикл из института, и я, мотаясь по городам и весям Пензенской области, умудрялся в день читать 6-8 лекций - в самых разных аудиториях, в клубах, на полевых станах, колхозах и совхозах, школах и вузах ...

Всего "поднял" до штуки ₽ - по тем временам, бешеные бабки. Эту штуку привёз домой в Киев, куда улетел на летние каникулы. Мама переполошилась: откуда такие деньги, не попал ли в дурную компанию? Разбогатев, мы много чего накупили. В том числе и мебельный гарнитур киевской фабрики им. Боженко. Гарнитуру присвоили имя Белинского.

Другие, менее мобильные коллеги-лекторы сняли поменьше, но в обиде на Виссарионгригорьича не остались. А по случаю окончания юбилейной страды мы узким кругом отметили Событие в кабаке "Купеческий".



Вестимо, с купеческим размахом: выпили, закусили, погудели... И даже для приличия подрались с офицерами-курсантами Пензенского артиллерийского училища - им, видите ли, не понравилось, что мы весь вечер хором пели "Белинский был особенно любим..." на известный мотив "Ревела буря..."

... Да, из Пензы или региона вышло немало замечательных людей, как-то: писатель Лажечников, историк Ключевский, поэт Лермонтов, режиссёр и актёр Мейерхольд, писатель Куприн, коммерсант Бланк (дед Ленина), актёр Пудовкин, писатель Задорнов (отец) и др. Юбилеи некоторых из них тоже отмечались в мою бытность в Пензе (1957-1962). Но ни один из них не был столь круглым и не отмечался с такой помпой, как юбилей Белинского. Соответственно на этих более скромных юбилеях нам, лекторам, обламывалось гораздо меньше.

... Вот поэтому Белинский таки был ОСОБЕННО, искренне любим!

... А 50 лет спустя, уже на 200-й юбилей Белинского, я написал большую статью о нём в калифорнийской русскоязычной газете, а также прочитал несколько лекций на русских специализациях калифорнийских университетов. Эрудиции хватило, благо в студенческой юности, взбодренный юбилеем и гонораром, близко ознакомился как с творчеством Белинского, так и с информацией о нём его великих современников.

Он и теперь для меня, уже совершенно бескорыстно, особенно любим.

------

И ещё в тему

"Так поступают интеллигенты" -
Жми сюда
 

САНИТАРЫ РЫНКА

(Ременюк Валерий)
 День торговли  2018-12-07  3  19  103
В нашем приморском городке и своей рыбы хватает, слава богу, и залетная нет-нет да и появится. Я имею в виду прилавки местного рынка и холодильники горожан. Дора Ивановна Штрюкова любила свежую рыбку и хорошо в ней разбиралась, поскольку муж ее, Осип Тимурович, был заядлым рыбаком. И добычливым, к тому же. Знал правильные места и способы ловли и никогда не возвращался с рыбалки с пустыми руками. Ну, а жене, ясное дело, доставалась почетная обязанность обработки и переработки даров моря или окрестных озер. Через руки Доры Ивановны за двадцать пять лет совместной жизни с Осипом прошло, наверное, тонн сто рыбной плоти всевозможных сортов – от вульгарных карасей или язей до элитных экземпляров морской форели и балтийского лосося. Транзитом через лещей и судаков со щуками. Я уж не говорю про всевозможных окуней, плотву да красноперку. Поэтому в практической анатомии обитателей пресных и слабосоленых водоемов Дора разбиралась в совершенстве. Но однажды произошел случай, поставивший Дору Ивановну в тупик.

К семейству Штрюковых заехал в гости Осипов друг детства Жорка Журов. Проездом из Норвегии после законного трудового отпуска, который Жорж с компанией провел на рыбалке в скандинавских фьордах. Уж не знаю, как, но протырил Жорка через таможню свежемороженой сайды и трески, пойманных своими руками. Немного, килограмм пятьдесят, в пяти ящиках-термосах, укутанных тряпьем и заваленных всякой походной всячиной типа палаток, надувной лодки, спальных мешков и пропотевших штормовок. Ну, и отвалил Жорка другу пару-тройку зачетных хвостов – в качестве сувенира из дальних стран. Да. И всё бы хорошо, но Дора Ивановна после отъезда гостя занялась обработкой рыбы и обнаружила в ее кишечнике незнакомую флору. А может, фауну, что еще страшнее. Какие-то белесые палочки-колбочки, окружающие отдельные внутренние органы. Естественно, бдительная хозяйка дома объявила «Стоп!» дальнейшему процессу переработки и командировала Осипа Тимуровича с образцами тканей несчастных рыб в местную СЭС (санэпидстанцию). Для произведения анализов и экспертизы. Образцов набралось на полулитровую банку из-под кабачковой икры.

Городская СЭС примыкала отдельным флигелем к районной больничке, соединяясь с последней коридором-галереей во втором этаже. А так как к моменту описываемых событий главный вход в СЭС находился в хроническом многолетнем ремонте, народ проникал на станцию транзитом через больницу и галерею. Пошел туда и Осип, натянув на тапки полиэтиленовые хлипкие бахилы и держа под мышкой банку с образцами рыб. Войдя в больничные коридоры, Осип почувствовал тоску в душе и нытье в области десен. Так организм отреагировал на душный воздух и специфические запахи жизнедеятельности пациентов, усиленные тягостными ароматами бюджетных лекарств. И лишь в переходной галерее его слегка отпустило – тут были открыты форточки окон и воздух хотя бы отдаленно напоминал, что за пределами этого богоугодного заведения есть живая природа, свежесть мокрой травы, ароматы леса, звуки ветра и птиц… У окна Осип заметил двух сухоньких старушек в застиранных синеватых больничных халатах. Они стояли, опершись о подоконник, и смотрели через стекло в больничный двор. Осип, проходя мимо, мельком глянул туда же. Во дворе грудились больничные машины, какие-то крупногабаритные детали полувыброшенных медицинских аппаратов, мусорные контейнеры вдали. А в центре – небольшой, чисто символический скверик – старое бетонное корыто недействующего фонтана, воздвигнутого лет сто назад, да две убогие пустые скамейки по бокам под тощими кустами сирени.
- Ах, как здесь хорошо! – говорила бабуля справа восторженным голоском.
- Да-да, - отзывалась эхом левая, - такой свежий воздух!
- И зелень за окном, смотрите!
- Да-да, столько зелени! – вторила левая правой.
Осип еще раз глянул во двор. Кроме тощей сирени, другой зелени двор не содержал. И Осипу стало от этого особенно грустно, почти тоскливо. От чужого малобюджетного, нищенского счастья…

Но в санэпидстанции Осипу дали от ворот поворот, мол, СЭС не работает с продовольственными товарами от населения. С ними надо на пункт санитарного контроля при местном рынке. Ладно, делать нечего. Осип снова прошел через соединительную галерею мимо коридорных старушек, всё еще радостно гуляющих на свежем воздухе под форточкой окна. «Как мало человеку нужно для счастья, если разобраться!» - подумал он и вышел на улицу. Еще минут пять Осип пребывал в философическом углублении мыслей, шагая к остановке автобуса, пока его не окликнула насмешливо какая-то женщина:
- Мужчина, вы бы сняли бахилы-то! Больница уже давно кончилась!
- Ой, спасибо! – сконфузился Осип и стянул с тапок разлохмаченные голубые мешочки.

На городском рынке было многолюдно, шумно, в воздухе витало электричество торгового оживления. Одни надеялись продать, другие намеревались отовариться. И каждый в уме прикидывал выгоду своих вариантов торговли. Помещение пункта санитарного контроля Осип нашел в дальнем торце здания рынка. За дверью, обитой утепляющим дерматином еще прошлого века, его встретили три женщины бальзаковских лет, сидевшие каждая за своим канцелярским столом. Все были с явными излишками живого веса, круглыми лицами и лоснящимися щечками. С очками на носах и одинаковыми, видимо, форменными, башенками волос на макушках. «Родственницы они все, что ли?» - непроизвольно подумал Осип и подошел к первой по ходу работнице поста.
- Здравствуйте! Хочу попросить вас сделать анализ моей рыбы. Жена сомневается, не гельминты ли в ней? – и протянул свою банку.
Дама взяла тару, недружелюбно зыркнула на посетителя:
- А что за рыба, откуда?
- Свежая сайда, друг сам поймал в Норвегии, во фьорде. Сайду и треску. Сразу заморозил и нам привез вчера немного в подарок… вот.
- И что вам не нравится в этой сайде? – саркастически усмехнулась дама, вытряхивая содержимое банки в эмалированный железный лоток, стоящий перед нею на столе.
- Так это… Жена там разглядела какие-то палочки или колбочки, черт их знает… Гляньте, короче, так или нет? Если надо за анализ заплатить – скажите, сколько…

Дама взяла со стола лупу в оправе и на ремешке, типа тех, что используют часовщики, водрузила на глаз, взяла скальпель и склонилась над объектом исследования. Поковырявшись в рыбной плоти, откинулась на стуле, сняла лупу, отложила скальпель, задумчиво подвигала лысыми бровями.
- И что там? – шепотом спросил Осип, ожидая страшного диагноза.
- Придете завтра после обеда, результаты анализа уже будут готовы, - буркнула дама, не глядя на просителя.
- А… сколько?
- До свидания, молодой человек! – повысила голос строгая санитарша.
Осип Тимурович пулей выскочил из кабинета. На рефлексе. Он побаивался официальных дам, старался не вступать с ними в пререкания, будучи научен печальным опытом юношеских попыток качнуть пару раз свои права и получив болезненный отпор.

Назавтра Осип явился к назначенному времени, санитарный пункт как раз открылся после обеденного перерыва. В коридоре санитарщиков витал до боли знакомый запах свежежареной сайды. Еще не дойдя до двери кабинета, Осип уже понял, что его образцы успешно прошли экспертизу санитарного пункта и признаны вполне съедобными. Но все же вошел в уже знакомую комнату:
- Здрасьте! – сказа он вежливо, сняв кепку. – И как результаты анализов моей рыбы?
Его дама взглянула на него уже намного приветливее, чем вчера, вытерла масляные губы бумажной салфеткой и выбросила ее в мусорное ведро рядом со столом.
- Ну, что сказать… Объем, конечно, маловат для полноценного анализа. А вы говорили, там друг еще и треску вам привез?
- Да, немного есть…
- Вот-вот. Вы еще и трески нам баночку принесите сегодня – и тогда завтра мы вам дадим полное заключение о качестве продукта!
- А сколько платить?
- О цене потом договоримся. Вы, главное, несите, не задерживайте!

«А вот фиг вам! - сказал себе под нос Осип, выйдя из здания рынка на улицу. – Перебьетесь!»
 

Я люблю еврея Борю!

(Садистка-Пародистка)
   2018-11-13  2  64  201

В 1992 году, после моих гастролей по Израилю, у меня вышла первая большая виниловая пластинка с экзотическим названием «Эрэц», что переводится с иврита как «страна», «земля».

   Диск продавался во всех магазинах фирмы «Мелодия» по всей России.

Я даже стала немножечко знаменитой: меня иногда узнавали на улицах и два раза попросили автограф. Но кто ж знал, что сладкий бальзам моей маленькой славы будет иметь горькие побочные явления?

   Однажды поздно вечером раздался телефонный звонок. Незнакомый голос бодро прокричал в трубку:

- Шалом, дорогая Жанночка! Ви гейт эс*? Я поэт Исаак Давидович Циндлер, мне восемьдесят пять лет. У меня для вас оглушительная   новость: моя жена, композитор, Мирра Львовна Циндлер написала для вас нетленный шлягер. Стихи к этому шлягеру написал я. Если вы его исполните, вы будете сиять и никогда не тухнуть! Шлягер называется «Я люблю еврея Борю»!

- Прекрасно, - вежливо обрадовалась я, - но сейчас уже поздно. Давайте сделаем так: как-нибудь мы встретимся, я послушаю песню, и только потом…

- Что с вами, дитя мое,- возмутился Исаак Давидович,- вы, что ли, мишуген*, аза юр оф мир*?! Ваше «потом» может стать для нас роковым! Наш шлягер просто уведет какой-нибудь шлимазл*! Вам это надо?! Не надо. И нам это не надо. Поэтому ни слова больше! Миррочка, зажигай свет, открывай рояль ! Жанночка, кицэлэ*, напрягите внимание и не роняйте трубку!

   В трубке раздалось бравурное фортепианное вступление и задорный высокий меццо-сопрановый голос на мотив известной песни «Семь-Сорок» запел:

   Я люблю еврея Борю,
   Я люб-лю ев-рея Бо-рю,
   Бо-ря лучше Се-мы, луч-ше И-зи,
   Луч-ше всех!
   Эх!

   Да-рай-ра, тири-бири-да,
   Да-рай-ра, тири-бири-да,
   Боря лучше Семы, лучше Изи, лучше всех!

   Пока я размышляла, какой поц* дал мой телефон Исааку Давидовичу Циндлеру, песня закончилась и голос Исаака Давидовича закричал:

- Ну, таки что вы думаете за этот ослепительный шлягер?

- Посмотрим, - увильнула я,- поздно уже, Исаак Давидович, оставьте свой
    телефон, я вам позвоню.

   - Не делайте глупостей, - понизил голос Исаак Давидович,- послушайте старого еврея. Если вы сделаете из этой песни живой номер – например, выведете на сцену болонку, то слава не заставит вас себя ждать!

- Тогда уж не болонку, а ротвейлера,- пошутила я,- или, на крайний случай, шпица или пуделя.

-Почему?- не понял Исаак Давидович.

   - Так шпиц и ротвейлер как-то ближе к евреям, чем болонка, - объяснила я,- номер красочнее будет смотреться.

- Это мелочи, нам не до них, - отмахнулся поэт, - мы люди серьезные. Поэтому давайте говорить серьезно. Давайте обсудим гонорар.

- Чей?- оживилась я.

- Наш, конечно, - ответил Исаак Давидович, - мой и моей жены, Мирры Львовны. Всякий труд должен оплачиваться, вам ли не знать этой справедливой истины. Много мы с вас за песню не попросим, тысяча долларов вполне устроят и нас, и вас.

   - Хорошо, -   опешила я, - спокойной ночи, Исаак Давидович. Боря вам заплатит.

   -Какой Боря? -растерялся Циндлер.

   - Тот, которого я люблю, - ответила я и положила трубку.

***

   Прошло 26 лет.

   И вот вчера, роясь в интернете в поисках информации о творчестве композитора Людмилы Лядовой для курсовой моей дочери, я не поверила своим глазам.

«Я пишу и шуточные песни,-   делится с читателями Людмила Алексеевна, - и одну из них я исполняю сама на своих концертах. Называется она «Я люблю еврея Рому.»

«Оба-на,»- подумала я ревниво. Дрожащими пальцами я забила в поисковике название песни. Сразу выплыл текст: «Я люблю еврея Рому, родила ему детей. Продавец он гастронома- гастронома зохн вэй».

   На этом сюрпризы не кончились. Вслед за Ромой в ю-тьюбе нарисовалась песня композитора Н. Мотлюка «Я люблю еврея Зяму». Текст меня потряс до глубины души и тела: «Ой, мама-мама-мама, спешу сказать скорее. Любила я цыгана, теперь люблю еврея.»

В общем, зря я не купила тогда у   семьи Циндлеров их нетленный шлягер. Зря, аза юр оф мир…
______

*Ви гейт эс? – как дела? (идиш)
*мишуген – сумасшедшая (разг. Идиш)
*Аза юр оф мир – чтоб я так жил (идиш)
*шлимазл - сорванец, недотепа (идиш)
* кицэлэ- кошечка (идиш)
*поц– неприличное ругательное слово, которое можно перевести как «редиска, нехороший человек»
 

КАРЛССОН 2.0

(Ременюк Валерий)
   2018-11-14  1  23  187
Чем хороши окраины нашего городка? Тут всегда тихо, спокойно, даже у одних и тех же кленов или лип физиономии, извините, облики не такие постные, как в центре. Тут они умиротворенные, отрешенные от суеты и городского шума. Какие-то более человечные, что ли. И неудивительно, что здешняя атмосфера лучше подходит для творческих личностей. На окраинах, в старых одноэтажных деревянных домиках, многие из которых помнят еще Вторую мировую, а то и Третью Пуническую, живут у нас пять художников-пейзажистов, три портретиста, два мариниста, один скульптор-монументалист, четыре поэта-почвенника и два поэта-песенника, а также один изобретатель и до десятка бомжей (ну, а куда ж без них? Тоже творческие личности, и не сомневайтесь). Бомжи занимают временную нишу в домах, отведенных под снос, но до которых еще не добралась хищная лапа экскаватора. Хотя речь сегодня не о них. А об изобретателе по имени Максим Мозжеватых.

К моменту описываемой истории Максиму брякнуло сорок, но проживал он в домишке давно усопших родителей один, ибо связывать себя узами с противоположным полом не торопился. Побаивался, что жена станет помехой в его творческих амбициях. Да. А мечтал Макс изобрести, не много, не мало, а компактный малобюджетный махолет для индивидуального перемещения человека в воздушной среде. Макс был в курсе теоретических заветов корифеев отечественного воздухоплавания, что, дескать, мощи человеческих рук, в принципе, недостаточно для создания маховой подъемной силы, способной оторвать от земли и нести тело пилота. Но у него на это была своя философия. Макс рассчитывал подключить к рукам все возможные прочие мышцы и ресурсы организма, как то: ноги, пресс, голову вкупе с шеей, жевательный механизм рта, нагнетательную силу легких и даже, страшно сказать, особо выступающие мышцы малого таза. И под эту идею сочинял соответствующую конструкцию махолета. А пока суд да дело, изучал устройство игрушечных дронов-квадрокоптеров. Осваивал их систему управления и летные характеристики. И вот, попал однажды в руки нашего героя новый китайский дрон, способный нести до двух кило полезной нагрузки и оснащенный видеокамерой. Чтобы попусту не гонять механизм по воздуху, придумал рациональный Максим нагрузить квадрокоптер чем-нибудь прикольным, народу на радость. Присобачил снизу большого пластикового игрушечного Карлссона, того самого, который живет на крыше. Встроил ему в живот компактный, но мощный динамик с приемником. И запустил машинку в небо.

А на центральной площади городка как раз проходил детский праздник в честь Международного дня защиты родителей от детей или наоборот, не помню точно. Играла оживленная мультяшная музыка, потные аниматоры скакали, как полоумные, лица детей сияли, звучали смех и шутки, было жарко, весело, радостно! Праздник шел на всех парах. И вдруг над головами массовки раздалось негромкое стрекотание, а затем из неба пролились отчетливые слова:
- Дети! Прррривет вам от Карлссона, который живет на крыше! Ха-ха-ха!
Максим через видеокамеру дрона хорошо видел нижележащую обстановку и вещал свои приветствия в микрофон пульта управления со двора, дистанционно. Дети бросили затеи аниматоров и задрали головы в небо. Увидели над собой любимого персонажика, обрадовались еще пуще, закричали, захлопали в ладоши. У Максима не было особого плана действий. Он рассчитывал всего-то поприветствовать малышей, сделать пару пируэтов в воздухе и убыть на базу.
- А сейчас я вам покажу, на что сегодня способен Карлссон, вооруженный современной техникой! У-у-у-у! – воскликнул Карлссон и заложил круг над площадью. Затем сделал мертвую петлю с переходом в бочку, горку, кобру и еще ряд фигур высшего пилотажа, придуманных Максимом на ходу и не имеющих пока официального названия.

Люди на площади зааплодировали еще громче. Наш изобретатель посчитал свою задачу выполненной и собрался было поворотить оглобли домой. Но вдруг на экранчике монитора заметил нечто странное: около надувной горки стояли мамаша и сынок, задрав лица к Карлссону. У женщины на плече висела сумочка, закинутая за спину. И в сумочке нагло рылся неприметный паренек, запустив туда руку, но отвернувшись, типа, он тут вообще никто и просто мимо проходил.
- А сейчас, внимание! – воскликнул Карлссон. – Давайте, поиграем в веселую народную игру «Держи вора!» Хотите?
- Ура! – возрадовались и запрыгали дети на площади. – Хотим, хотим!
Тогда Карлссон переместился и завис непосредственно над жертвой воровства, и закричал:
- Женщина, у вас в сумочке вор! Держите его!
Женщина извернулась и цоп парнишку за руку. Тот в свою очередь - прыг в сторону, пытаясь освободиться. Дама - за ним. Злодей все-таки вырвался и ну бежать! Все вокруг закричали, завизжали, замахали руками, стараясь зацепить, схватить воришку, шмыгающего ужом в толпе. В общем, веселье удалось на славу, тем более, что парня задержал-таки дежурный наряд полиции и быстро изолировал во чреве желтого «лунохода». А Максим незаметно увел дрон домой, поскольку заряда аккумуляторов оставалось только-только, чтобы выполнить этот маневр.

На следующий день в местной прессе прозвучали обращения к тайному владельцу Карлссона объявиться и получить премию за задержанного воришку, который до того, как оказалось, отличился уже не раз в аналогичных подвигах и был у полиции в розыске. Но Максим проигнорировал этот призыв. Во-первых, ни газет, ни радио, ни местного телевиденья он не читал- не слушал-не смотрел, так как все больше налегал на техническую литературу. Не хотел распыляться по мелочам, что вполне в духе настоящих изобретателей. А во-вторых, и правильно сделал, потому что, появись он в полиции, ему бы быстренько выписали хороший штраф за управление дроном без лицензии. Такие уж времена пошли, а как вы думаете! И еще неизвестно, хватило бы премии за поимку вора на погашение штрафа или нет. Тут дело темное. Лучше не рисковать.
 

Ворона

(Людмила Шум)
 О птицах  2018-10-16  3  44  751

В садике детском где-то возле резного клёна
домик свила из веток взбалмошная ворона…
Нет, чтоб залезть повыше (дети – они ж угроза).
Вот, например, на крыше. Или в колючих розах.

Первым к гнезду пройдохи Вовка шагнул несмело.
Кинул печенья крохи. Это благое дело!
Птица скосила глазки в сторону супостата,
каркнула для острастки. Мол, я не виновата

буду, когда пребольно клюну тебя в макушку.
Вовка сказал: «Прикольно! Светка, неси горбушку!»
Возле вороньей кучи жизнь закипела рьяно.
Кто-то принёс ей ключик, куклу и полбанана.

Сашка, хомяк известный, не пожалел конфетку.
Тут под галдеж и песни с коркой примчалась Светка.
Бедная МарьПетровна… Зря всех звала к порядку.
Дети забыли, словно, что по утрам зарядка.

Разве мультфильм сравнится или канал Ютуба
с этой живою птицей? Звонко смеялась Люба.
Костик зачем-то плакал. Он впечатлился сильно.
Дождик с небес закапал. Редко, потом обильно...

Яркий кружок светила сдулся на горизонте.
Маша засуетилась: «Дайте вороне зонтик!».
Вовка принес коробку и укрепил картонку.
Птица икнула робко и отошла в сторонку.

Радостный вздох раздался: «Всё! Не намокнет птичка!"
Дворник заулыбался. Чиркнул победно спичкой.
И под навесом справа вспыхнул костер душистый.
Всё-таки люди правы – главное в нашей жизни:

это не денег куча, яхты, машины, виллы...
Добрым быть - это круче, чем хвастать своею силой.
Вы сохраните в детях истину эту, братцы…
Жить хорошо на свете, если добро – богатство!
 

МУРАВЕЙНИК

(Ременюк Валерий)
 О насекомых  2018-11-18  2  20  126
Однажды в конце апреля временно безработный Женька Ляхов сидел под кустом черемухи и пытался рыбачить. На голый перелесок наплывал вечерний туман, простреленный навылет острыми проблесками заката. Лед недавно сошел, но половодье еще гуляло вовсю. И хотя по высокой воде рыбалка никогда не отличалась удачей, но заскучавший за зиму Женька все равно выкатился на берег – хотя бы просто подышать, помечтать, помедитировать. Он мерно, раз за разом отпускал впроводку и снова забрасывал вверх по течению поплавочную снасть с жирным аппетитным червяком (сам бы съел!). Клева не было, но это Женьку особо и не напрягало. Он любил это место. Тут всегда находилось, на что посмотреть, чем утешить душу! Вот над головой, на голую ветку с прыщиками будущих почек уселась синичка-гаечка, закачалась, поглядывая на лесного человека то одним, то другим глазком. Чирикнула что-то ободряющее и свинтила (что гайкам и свойственно) через неширокую речушку в сторону соснового бора. Вот откололся от берега последний оплот зимы – старая потемневшая ледяха, сдавшаяся-таки перед напором вешних вод. Женька проследил взглядом за причудливыми пируэтами льдины в водоворотах потока, пока та не исчезла в сиреневом мареве густеющих сумерек. Он уже стал подумывать, что пора сматывать удочку, и даже вполне утвердился в этой мысли. Как вдруг заметил на воде выше по течению странный предмет.

По речке плыл небольшой, размером с соломенный брыль, островок чего-то копошащегося, темного, похожего на перепревшие опилки. «Муравьи! Ну и ну!» - удивился Женька, рассмотрев плавучий остров, когда тот подошел поближе. И сразу вспомнил научно-познавательный фильм о том, как муравьи спасают матку и своих личинок, смытых из муравейника высокой водой: сцепляются лапками и челюстями в остров, в середину которого, сверху кладут самое ценное – мать-производительницу и свое будущее потомство. И так сплавляются до нового безопасного места. Женька понял, что именно такой редкий случай ему и подфартило наблюдать. И решил не отдавать муравьев на волю слепого жребия, а оказать им посильную человеческую помощь. Схватил стоящий рядом подсачек (уважающий себя рыбак завсегда готов к крупному трофею!), осторожно подвел мелкоячеистую сетку под плывущий остров и бережно, чтоб не расплескать лесную малышню, вытащил добычу на берег. Муравьи живым, шатким комом висели в сетке, с них потоками стекала вода, некоторое их количество отвалилось и упало на грунт. Но самое ценное – матка и личинки – осталось в подсачеке. Женька прошел с десяток шагов вверх по склону берега и остановился у подсохшего земляного бугорка, на котором по-хозяйски раскорячился старый сухой пень в окружении бледных прошлогодних травинок. Аккуратно выгрузил под пень своих подопечных и отошел вбок понаблюдать, что будет дальше.

А дальше началось самое интересное. Муравьи-разведчики быстро обследовали пень с разверстой трухлявой сердцевиной, вернулись с донесением и вскоре муравьиная рать на «раз-два-взяли!» перетащила внутрь пня все свои реликвии и артефакты. Окружила матку и личинок плотным шевелючим шаром, и Женька понял, что семейство насекомых начало свою увлекательную жизнь в новом гнездовище. На прощание благодетель нарвал несколько пучков сухой травы и аккуратно прикрыл муравьев сверху. Удовлетворенно поглядел со стороны на плоды своих трудов и двинулся домой с думкой вернуться завтра и проверить, как себя чувствуют новоселы.

Последующие события могут показаться бдительному читателю голимым вымыслом автора или даже его разнузданной мистификацией, и будет иметь к тому все основания, так как автор и сам не может до конца поверить в произошедшее. Однако же, далее сюжет истории пошел вот по какому фантастическому руслу. В районе десяти вечера, едва Женька отужинал макаронами по-флотски под баночку местной «Медвежьей горы» и собрался посмотреть по телеку хоккей, в мобильнике блямкнуло. Женька взял гаджет и увидел на экранчике входящее смс-сообщение с одним единственным словом: «Спасибо!» Странно – номер не идентифицировался. При чем тут «спасибо»? Куда «спасибо»? За что? От кого? Загадка. С другой стороны – кто-то его все же поблагодарил, а не обругал. Мелочь, а приятно. Женька набрал в ответном сообщении такое же лаконичное «Пожалуйста!» и нажал кнопку отправки смс. Но гаджет ехидно крякнул и выдал текст: «Абонент недоступен!». Евгений хмыкнул, отложил мобилу и уставился в телевизор, где наши уже проигрывали 0:1 словакам. За дальнейшими перипетиями матча он напрочь отвлекся от странной эсэмэски, затем уснул и всю ночь спал крепко и беззаботно, что и не мудрено в его-то годы да после лесной прогулки и банки хорошего пива.

Вообще-то, Женька Ляхов по образованию был ихтиолог, специалист по рыбам. В наш городок вывела его кривая женитьбы на однокурснице Тине. Их брак продержался четыре с половиной года. Этого супругам хватило, чтобы завести дочурку Настю, разочароваться друг в друге, разругаться в дым и расстаться. Тина с дочкой переселилась на квартиру к маме в центр, а Евгений остался существовать в старенькой покосившейся избушке на краю городка, впритык к лесу. Зато собственной, не съемной. На ихтиологов в городе спроса не оказалось, а в школу учителем биологии Женька идти не хотел – детей побаивался. Стал на биржу труда, ждал невесть чего, каких-нибудь подходящих вакансий или просто светопреставления, которое изменило бы жизнь. А пока много читал, в основном, беллетристику и фантастику, чатился в Сети с бесчисленными виртуальными друзьями, под настроение латал свою избушку, бродил по лесам, собирал грибы-ягоды, трусцой даже бегал. Рыбачил вот… А природу любил не простой любовью, а специальной. Так как был все-таки специалистом по той ее части, что под водой. Но и надводную не забывал. Видимо, по отношению к природе Женька являлся стихийным пантеистом. То есть, считал, что природа разумна в целом, а не только в отдельных своих фрагментах и представителях. Да, и еще полагал, что животные намного разумнее, чем представляются человеку. Только скрывают это, чтоб не вызывать зависти у нас, хомо-где-то-даже-сапиенсов. Не провоцировать, так сказать, на неадекватную реакцию.

На следующий день установилась теплая солнечная погода, грех торчать дома. И Женька снова вооружился удочкой и почапал в лес на знакомое уже нам рыбацкое место. По пути к речке вспомнил про муравьев и заглянул на бугорок проверить, живы ли. Тут его взору предстала поразительная картина наспех, но хорошо налаженной малокалиберной жизни. Конечно, полноценным муравейником это еще не назовешь. Но муравьи успели переработать траву, оставленную благодетелем, натаскать сухих хвойных иголок и кусочков коры, и начали формировать конус будущего города, который уже укрыл матку и личинок. К пню с разных сторон вели три дорожки, протоптанные муравьями, по которым проворные насекомые без устали тащили все новый и новый стройматериал.
- Привет, ребята! – жизнерадостно сказал подопечным Женька, приблизившись к пеньку. – Смотрю, вы тут неплохо развернулись. Молодцы, хорошая работа!
Несколько муравьишек остановились у сапог Евгения, задрали головы, пошевелили усиками, ощупывая препятствие. Обогнули его и побежали дальше по своим делам.
- А не вы ли мне вчера «спасибо» кинули, а? – спросил в шутку. Но муравьи остались безмолвны.

В этот раз нашему рыбаку посчастливилось подцепить пару неплохих плотвиц, которые были им профессионально и бережно обследованы, и выпущены восвояси. Не пропитания ради пришел он сюда. Спустя пару часов Женька Ляхов смотал снасти и поднялся снова на сухой бережок, где продолжались строительные работы на новом муравейнике. Постоял у пня, понаблюдал за малышней. За время рыбалки конус муравейника ощутимо подрос, опушился свежим слоем сосновых иголок. Затем, уже совсем уходя домой, пошутил в голос:
- А вот интересно, будете ли вы как-то отмечать новоселье, закончив строить новый дом? Если будете, то не забудьте пригласить на сабантуй!
Когда около полуночи на мобильник пришла очередная эсэмэска, Евгений уже даже не особенно и удивился. Номер отправителя снова был скрыт, а текст выглядел так: «Послезавтра в полдень». Единственный вопрос, который всплыл в голове: «Кто мог в пустом лесу слышать мои шуточные вопросы, адресованные муравьям? И кто теперь меня разыгрывает этими дурацкими как-бы-ответами?»

Наутро Женька сбрил пятидневную щетину, помыл голову, надел джинсы поновее и кроссовки почище, и пошел в центр, в магазин-офис провайдера своей мобильной связи. Молодой очкарик с хвостом и синими дредами в волосах, одетый в фирменную желтую жилетку компании, украшенную бейджиком со словом «Мирон», только снисходительно улыбнулся, когда клиент попросил выяснить, с какого номера пришли сообщения. И быстро зацокал пальцами по клавиатуре компьютера. Затем иронично протянул:
- А зна-аете, следов этих эсэмэсок на нашем сервере, вообще-то, нет!
- То есть? Что это значит? – спросил Евгений.
- А то, что сообщения пришли не на номер нашей компании, а на параллельный. Другого провайдера. У вас же две симки в телефоне, так?
- Нет, одна…
- Как одна?
Мирон взял в руки Женькин телефон, снял заднюю панель. Потер лоб указательным пальцем:
- Ничего не понимаю… Действительно, одна симка… Но это же значит… значит…
- Что? – нетерпеливо спросил Женька, в предвкушении чего-то страшно важного.
- Да то, что эти сообщения эмулированы непосредственно в вашем устройстве, то есть, минуя наш сервер вообще!
- А такое возможно в принципе?
Паренек за стойкой снял очки и посмотрел на Евгения растерянными круглыми глазами:
- Мне такая технология не известна…
- А кому известна?
- Не знаю… Но проконсультируюсь в головном офисе. Я вам завтра позвоню, Евгений…
- Леонидович.
- Леонидович. Сообщу, что скажут старшие товарищи. Извините…
А старшие товарищи на другой день, по словам Мирона, сказали следующее: «Клиент нас разыгрывает. Дурит. Такое можно сотворить, минуя сервер, только если подключить телефон к компьютеру, войти в операционную систему мобилы, и там программным образом наколбасить вывод собственных текстов в разделе входящих смс».
- Понял, - ответил Женька, - и на том спасибо! Но учтите, я вас не разыгрывал.

Итак, ему стало очевидно, что гипотеза о таинственном шутнике-партизане, затаившемся в лесу под каким-нибудь кустом или пнем и слушающим его «разговоры с муравейником», а затем присылающего реплики на тему этих бесед, не выдерживает критики. Получается, что… Как ни дико это звучит, но получается, что сами муравьи отправляют Женьке сообщения! Дичь какая-то… Однако, к полудню Евгений уже был у муравьиного пня согласно полученному приглашению на торжество. В ожидании обещанного сабантуя по поводу сдачи объекта в эксплуатацию!

За два прошедших дня холм муравейника вырос почти вдвое – ребята постарались на славу. А на самой макушке хвойно-травянистого конуса задорно красовалась небольшая кисточка прошлогодней рябины с тремя оранжевыми сморщенными ягодками. Как ее туда мураши умудрились затащить и воткнуть? Но выглядело это, как маленький торжественный флажок в честь большой трудовой победы. Женька хмыкнул:
- Я гляжу, вы не только передовики производства, но еще и эстеты! Вот вам от меня к праздничному столу! – и выложил на вершину муравейника пяток засохших мух, наковырянных дома из зазоров оконных рам. Муравьи мгновенно обнаружили угощение и засновали вокруг, приступив к организованной разделке тушек. Через четверть часа от мух не осталось ни лапки, ни крылышка. Всё пошло в дело.
- Ну, а где же для меня угощение или какой-нибудь бонус с вашего «Послезавтра в полдень», а? Или, скажете, это не вы мне тут накалякали?
Он показал муравейнику мобильник. Но городок насекомых жил своей рутинной жизнью и, похоже, ничто в нем не выказывало какой-то особенной темы текущего момента. Женька усмехнулся:
- Ладно, празднуйте! Я рад, что у вас всё так славно складывается, черти членистолапые!

И пошел к берегу речки раскладывать спиннинг – может, хоть сегодня что-нибудь толковое клюнет? На этот раз Женька решил покидать вниз по течению маленькую блесенку-незацепляйку. И на двенадцатой минуте ловли ощутил упругий рывок, а затем бешеное трепыхание добычи. Есть! Спустя пару минут вываживания, подтащил к берегу и зацепил подсачеком рыбину. Выволок на берег и ахнул: морская радужная форель с кило весом! Что за чудо? Нет, конечно, форель вполне могла заходить из моря вверх по речке на нерест. Но в это время, в конце апреля? Рановато будет, по всем ихтиологическим канонам! Повертел трофей в руках, справа осмотрел, слева. Хороша! Извинился перед рыбой и решил ее не отпускать – такой вкуснятины он давно уже не едал в своем холостяцком быту! Достал ножик, быстро и почти безболезненно умертвил форелину уколом в голову. Затем, не отходя от берега, ловко выпотрошил тушку. Снёс внутренности и плавники к муравейнику, сгрузил у подножия. Мураши тут же накинулись разделывать богатый белковый корм. Евгений присел на корточки рядом, рассматривая заготовительный процесс и самих трудящихся. Муравьи были классические, рыжие лесные, с черной глянцевой головкой и рыжими щечками, светло-коричневым грудным отсеком и темным брюшком. Крупные, энергичные, жизнелюбивые. Женька усмехнулся, сказал:
- Ну что ж, друзья, будем считать, что форель – это мне магарыч в сегодняшнем празднике жизни, типа - презент от вашего коллектива! Спасибо, рад, что мы познакомились! Докучать вам визитами особо не буду. Разве что, раз-другой в неделю на рыбалку сюда выберусь, заодно и к вам загляну. Ежели у вас что-то срочное ко мне или какая надобность – пишите письма, шлите телеграммы! Адрес вам известен. Приду, чем смогу - помогу.
Затем собрал снасти, сунул форель в пакет и зашагал домой, оставив мурашей жить своей насыщенной мелкомасштабной суетой.

Знатный рыбацкий трофей Женька на ужин запек в фольге, предварительно натерев чесночком, посолив и поперчив снаружи и изнутри. Получилось просто сказочно! А после ужина телефон снова ожил – опять эсэмэска от неопределенного абонента. На этот раз пространная и многозначительная фраза: «И вам спасибо. Если понадобится наша помощь – заходите». И снова без подписи отправителя. Хотя Женьке она уже была без надобности, эта подпись. Всё и так предельно ясно. Непонятным оставалось лишь одно: чем муравьи в случае какой нужды могли помочь? Что он, Евгений, о них, об их способностях знает? И тут Женька понял, что знает не так уж много, а не знает, наоборот, прилично! Что о них говорит современная наука? Как у них с мышлением и интеллектом? Куда ведет их эволюция имени товарища Ч.Дарвина? Чтоб не откладывать вопрос в долгий ящик, залез Евгений в Интернет и стал просматривать всё, что содержала сеть на тему муравьев. И выяснил, что его подопечные относятся к виду Formica rufa. Социальные насекомые, живут коллективами численностью до одного миллиона особей. Строят муравейники до двух метров высотой. Главенствует там царица-матка. У каждого муравья по два больших фасетчатых глаза по бокам головы, плюс три обычных выше, на лбу. И еще узнал много чего занимательного, кроме одного: как у них устроен мыслительный процесс. Этот вопрос в публикациях освещался крайне скудно. Не говоря уж о том, с чем столкнулся сам Евгений: о возможности муравьев генерировать и передавать электронные сообщения. Естественно, в Сети об этом не было ни гу-гу.

Не следующей неделе у Евгения случилась небольшая подработка – сходил на три дня с бригадой знакомых рыбаков на промысел по заливу. Ставил, снимал сети, сортировал пойманную рыбу. Подзаработал на месяц безбедной жизни. А потом наступили длинные майские выходные и Тинка отдала Настюху папе на выгул на свежем воздухе. Дочке уже стукнуло три годика, она беспрерывно звенела колокольчиком, задавала массу вопросов, с неуемной жаждой изучала, осваивала открывающийся большой мир. И в один из дней Женька повел Настю на прогулку в лесок, к речке и муравейнику. Земля за городом к тому времени уже подсохла, задышала, полезли первые травы и желтые звездочки ветреницы. В ветвях щебетали разнообразные птицы, на сухой сосне стучал дятел, у речки мелькнул хвост рыжей тощей лисички. Дочура без умолку болтала всю дорогу, чирикала в тон лесным пташкам. Отец шел, держа в руке ее крошечную теплую ладошку, постоянно объяснял, что и как называется в лесу, что происходит вокруг, и сердце обливалось нежностью к этому маленькому божественному созданию, Женькиному продолжению в земном мире.

Дойдя до реки, побросали с Настей в воду щепки и сухие палочки, понаблюдали, как красиво они уходят вниз по течению. Потом подошли к муравейнику. Тот уже успел заматереть, приобрести солидность и основательность. Рыжие обитатели, по-прежнему, ни секунды не сидели без дела – сновали по муравейнику и в его окрестностях, что-то тащили, куда-то стремились. Женька и Настя встали в паре шагов от симметричного конуса, достигшего уже полуметра высоты и накрывшего собою половину пня. Стали наблюдать за мурашами.
- Видишь, Настюш, - говорил папа, - это муравьи, они хорошие!
- Мави! – как эхо, отвечала дочурка.
Одного из них, забравшегося на ботинок, Женька аккуратно подцепил на сухой листик и поднес поближе:
- Смотри, какие у него усики, какие большие глазки.
- Гвазки!
- Лапки и живот красивые. Видишь?
- Ивот! Квасиво!
Муравей же замер, словно на подиуме, приподнявшись над листом на задних лапах и шевеля в воздухе усиками. Как будто позировал, чтобы человеческий ребенок его получше рассмотрел.
- Отпустим?
- Да!
Женька осторожно положил листок на землю и муравей живо побежал вслед за своими товарищами по одной из натоптанных дорожек в сторону от муравейника.
- Давай, когда придем домой, нарисуем этого муравьишку. Хорошо?
- Ховосё.

После ужина занялись рисованием. Женька вместе с дочерью опустился на пол (маленьким детским столиком папа обзавестись пока, увы, не успел). Они улеглись рядком животами вниз, вооружились карандашами и принялись покрывать лист бумаги цветными черточками и прочими каракулями. В итоге, через полчаса коллективного творчества на свет родилось большое пучеглазое создание, отдаленно напоминающее голову муравья, от которой ответвлялся длинный овальный живот с большим количеством лапок, что в совокупности напоминало разжиревший посудный ершик. На закуску голову и пузцо муравья художники раскрасили разными цветами и остались очень довольны полученным результатом. Портрет муравья затем торжественно водрузили на дверцу холодильника, прижав магнитиками с гербами Суздаля, Новгорода и Пскова, где Женька с Тиной успели побывать на экскурсии в период единства их семьи.

Уложив дочурку спать, Евгений присел у телека посмотреть футбол. Но тут опять пропиликал мобильник. Новое сообщение привело Женьку в замешательство – оно гласило: «Хорошая девочка. И портрет прекрасный!»
- Это что же, – пробормотал Ляхов, - они знают, что у меня происходит дома? И даже видят на расстоянии, как я живу, чем занимаюсь? Ничё себе, заявочки! Что же это за монстры такие? А главное – КАК ОНИ ЭТО ДЕЛАЮТ?
Отошел ко сну с чувством тревоги на душе. Не понимал, чего еще можно ожидать от своих лесных друзей. Но ясно было одно: муравьи оказались гораздо круче, много продвинутей в смысле разума и технологий, чем это представлялось Женьке. Да что Женьке! – всему человечеству, пожалуй! Непонятно, правда, почему именно Женьку они выбрали для того, чтобы открыться. Ну да, он их спас на реке. Увидели в нем друга, который не подведет? Ведь наверняка же, муравьи издавна владеют такими сверхъестественными для человека способностями, такими технологиями. И никогда, ни при каких обстоятельствах не «засветились» с этим раньше! Может, они и в мыслях человеческих могут шарить? Спал Евгений взволнованно, урывками. Почему-то снились тревожные сны насчет Насти. Несколько раз вставал, проверял, как она? Дочь тихо и мирно сопела на соседнем диванчике, в обнимку с плюшевой обезьянкой. В окошко светила полная луна. Рожа игрушечной обезьяны показалась Женьке не очень доброй. Хотел вытащить ее из Настиных ручонок, но дочь только крепче обняла любимицу и недовольно замычала, не просыпаясь. «Ой, кажется, я вообще с ума схожу из-за этих муравьев! Пора остановиться…» - подумал Евгений и снова лег. Только под утро заставил себя уснуть.

Утром Настю забрала ее мать, и родители договорились, что на следующие выходные Женька снова возьмет Настену на побывку «в свою деревню». После отъезда родственников Евгений посидел во дворе на лавочке, погрелся на набирающем силу солнце. А потом надумал провести такой безумный эксперимент: напрягся, представил себе вид муравейника из вчерашнего похода к реке, и негромко произнес в пространство:
- Эй, братва! Вы меня слышите? Если да, ответьте, как обычно!
Минут пять ничего не происходило и Женька стал уже посмеиваться над своими новоявленными фобиями и подозрениями. Как вдруг… ну да, - брякнул мобильник. Ляхов враз онемевшей рукой вывел на экран входящее сообщение с одним-единственным, но ожидаемым, словом: «Да». Посидел с полчаса в состоянии полной прострации. Без единой мысли в башке. Только механически крутил в пальцах скользкий мобильник. Потом какие-то разрозненные мыслишки стали комковаться в сознании, как собираются в кастрюле недоваренные макароны в большой ком. «Так. Спокойно! Попробуем рассуждать логически. То, что только что произошло, это похоже на телепатический эффект. Значит, телепатия – не вымысел. И муравейник это умеет. Он принимает мои произнесенные вслух слова, но отвечает текстом на мобильник. Это, конечно, отличается от классического определения телепатии как способности передавать и принимать мысли на расстоянии. Тут приняли мои мысли, высказанные вслух, то есть, мою речь. И ответили не в голову мою, а в телефон. Но сути это не меняет. Муравьи на большом расстоянии слышат мои слова. Сколько тут по прямой? Километра полтора от дома до муравейника, где-то так. Но, может, это и не телепатия вовсе, а именно что их особо тонкий слух? Ведь я произнес свой вопрос в голос, хоть и негромко, но вслух! А-ну, спрошу их про себя, мысленно!»

Евгений прикрыл глаза и снова постарался увидеть в воображении вчерашний муравейник. Затем спросил не вслух: «Ребята, а так вы меня слышите? Ответьте! Прием». Открыл глаза, тупо уставился на мобильник. Прождал пять минут, десять, пятнадцать. Ничего не произошло. «Ага, - подумал, - значит, это не телепатия! Значит, у них ТАКОЙ вот удивительный слух, - куда там собаке или кошке!» Непонятно, почему, но вывод об отсутствии телепатии у муравьев Женьку обрадовал. «Все-таки, видимо, человек легче воспринимает события в рамках привычных реалий, - подумал он. - Так нам комфортней. Безопасней, что ли…» Но проведенный эксперимент открыл и очень важный для Евгения факт: теперь они с муравейником могли оперативно и дистанционно связываться друг с другом, задавать вопросы, обмениваться информацией, о чем-нибудь попросить. Хотя, для чего это может сгодиться, понять пока не мог.
Ближайшие события ответили на этот вопрос.

Через неделю, на День Победы Тина, как и обещала, привезла Настюху Женьке, а сама с новым мужем уехала на три дня в Таллинн – погулять, прикупить качественной санкционной молочки, а также одежонки и обуви семье. С утра в этот день было пасмурно, над головой по н*** ползли грузные серые пузыри, Женька побоялся дождя и не стал отходить с Настеной далеко от дома. Ограничились качелями да строительством хатки-домика для кукол во дворе. А после обеда случилось то самое. Страшное. Только лишь Женька прочитал Настене сказку про принцессу и говорящего ослика, и Настюха уснула легким дневным сном, сладко подложив ладошку под щечку, как снова булькнул мобильник. Женька шкурой почувствовал, что ничего хорошего там не прискакало, - быстро схватил телефон, прочел сообщение: «Спасите! Горим! Много огня!» Дальше он действовал, как автомат, почти не задумываясь над движениями.

Быстро проверил, спит ли дочь (спала крепко). Сунул в карман брюк мобильник. Запрыгнул в сапоги. Выскочил из дома. Запер дверь на ключ, чтобы дочь в его отсутствие никуда не ушла. Сунул ключ под коврик у двери. Схватил в сараюшке штыковую лопату и пустое ведро. И побежал в лес, к речушке, к муравейнику. К маленькому лесному народцу, вопиющему о помощи. О его помощи. Минут через пятнадцать он был на месте. Вокруг горела трава – то ли какой-то урод-фермер устроил поблизости весенний пал, как принято в наших краях, то ли какая пикничная компашка оставила незатушенный костер. Но по всему берегу курился бело-бурый дым, сквозь который хищно вырывались языки пламени. Сухая трава, укрывавшая открытый возвышенный берег, горела хорошо. И даже с расстояния шагов в сто Женька увидел, как над пнем и ЕГО муравейником завивается огненный джинн, треща и даже как бы подвывая. Рискуя подошвами резиновых сапог, Евгений проскочил краем огня к реке, зачерпнул в ведро воды, плеснул вверх по склону, в сторону муравейника. Так пришлось сделать еще раз двенадцать-пятнадцать, отвоевывая у огня метр за метром, чтобы приблизиться к муравьиному городку. Наконец, удалось несколько ведер воды плеснуть непосредственно в костер над пнем, пламя погасло, заместившись густым белым дымом и злобным шипением.

Когда дым немного рассеялся, взору предстала ужасная картина. Над обгорелым пнем вился мелкий пепел, оставшийся от муравейника. Да валялись по бокам многочисленные черные крупинки обуглившихся муравьиных трупиков. Сколько их сгорело в самом костре, можно было только догадываться.
- Черт! Черт побери! Ну как же так! Что это за идиотизм, ***! – И Женька зарыдал в голос, благо, стесняться на пустом берегу никого не приходилось. Он давно не плакал, с детства, лет, наверное, с десяти. Поэтому слёз в душе накопилось много. Ведра два. Ляхов плакал навзрыд, размазывая гарь и соленую влагу по лицу. Понимая, что только что Человечество лишилось чего-то очень большого и важного, а не просто еще одного невзрачного, да и не самого большого муравейника. Лишилось, возможно, спасения в каких-то будущих глобальных катаклизмах. Спасения за счет союза с разумом Природы и, в частности, с этими так бездарно погибшими муравьями.

Женька горестно всхлипнул, высморкался и спустился к реке умыться, привести себя в порядок перед возвращением домой, к Настёне. Тут ему делать было уже нечего. Умывшись, он снова чертыхнулся – полотенца, конечно, в спешке и не подумал взять. Снял рубаху, вытерся ею насухо. И вдруг с ужасом обнаружил… что карманы брюк пусты. Где телефон? Посмотрел вокруг. Не видно.
- Ёшкин кот! – ругнулся в отчаянье. – Попал на червонец, балда!
Видимо, телефон где-то выскочил из кармана, когда Женька мчался на выручку лесным друзьям, не разбирая дороги и высоко задирая ноги в густой траве. Оставалась, правда, слабая надежда пройти точно по той же траектории, как он двигался сюда. И попытаться увидеть свой гаджет где-нибудь под кустом, в траве, а лучше бы - прямо на тропе. Около часа Женька занимался поисками. Для верности шел зигзагом, чтобы покрыть взглядом бо’льшую поверхность. Но тщетно. Поискал бы еще, но чувствовал, что дома уже должна проснуться дочь. И представил, как Настюха плачет, испугавшись, что папы нет дома. Сердце сжалось. Плюнул на поиски и со всех ног пустился домой.

Когда весь потный, запыхавшийся от бега, Женька прискакал в дом, Настя сидела за кухонным столом и серьезно смотрела на папу огромными серыми глазами. Ни слезинки на лице. А перед ней лежал портрет муравья, снятый с холодильника. Тот самый, который они вместе изваяли неделю назад. В руке Настя держала красный карандаш. Женька подошел к столу, поцеловал доченьку в макушку и не поверил своим глазам: под рисунком муравья были Настиной рукой накарябаны шаткие, но совершенно понятные буквы: «СПЛАВИЛИС ПА РИКЕ. МЫ НА ПРАВАМ БЕРИГУ. ДАВСТРЕЧИ».

Первое, что пришло в голову Женьке: «Как же так? Ведь Настена еще не умеет читать и писать!»
 

КАК Я ПРЕДАВАЛ РОДИНУ

(Алик Кимры)
 О науке  2018-11-22  2  26  133

"Родина слышит, Родина знает,
Что её сын хоть чуть-чуть изменяет"
по Л.Ошанину

В родном Киеве в 1956 году в строительный институт меня, серебряного медалиста и мастера спорта СССР по плаванию категорически не взяли, грубо срезав на вступительных экзаменах: с моим еврейским счастьем в том году Израиль подбил Англию и Францию на тройственную агрессию против Египта. Они - нашалили, а отдуваться пришлось мне – как еврею по папе. В следующем году я поступал уже в славном русском городе Пенза. Там приняли, из чего я заключил, что об агрессивности Израиля пензюки ещё не знали.

В институте я специализировался на расчетах сложных пространственных конструкций и, вернувшись в Киев с «красным дипломом» и направлением в аспирантуру, с неимоверным трудом пробился в профильный отдел крупного научно-исследовательского и проектного института под вывеской КиевЗНИИЭП.

А после стажировки мне поручили расчет и проектирование нового лыжного трамплина на Центральном стадионе имени Хрущёва (ныне – безымянный Национальный олимпийский стадион). Первая же задача, которую пришлось решать – выбор такого профиля горы разгона, чтобы лыжник как подальше улетел к ебеням. Я вывел уравнение этого профиля. Из него выяснилось, что на дальность полёта влияет каждый килограмм веса и каждые 5 см роста «летающего лыжника».

В работе над проектом трамплина меня консультировал аспирант кафедры зимних видов спорта Киевского института физкультуры. К защите ему были нужны публикации, и он уговорил закрепить наш приоритет статьёй, и сумел её пристроить в какое-то подзаборное вузовское издание типа «Известия вузов физической культуры», при каком-то пединституте – то ли Новосибирском, то ли Красноярском.



Это произошло в 1963-64 гг., а зимой 1972 года меня вдруг вызвали в Первую часть института. Там уже суетился обезумевший начальник этой части, побледневший зав.патентным бюро, перепуганный главный инженер, взмыленный директор института. А двое молодых крепких незнакомцев с медальным профилем, свинцовым взглядом и в одинаковых галстуках стального цвета сунули мне под нос статью, написанную иероглифами. В статье мне указали на знакомое уравнение и ссылку на мой опус в подзаборнике.

Оказалось, используя выведенное мной уравнение профиля горы разгона, коварный азиат, японский профессор Харасума спроектировал лыжные трамплины в олимпийском Саппоро под японских прыгунов. В итоге родилась сенсация: на малом трамплине олимпийское золото неожиданно выиграл доселе малоизвестный в воздушных лыжных сферах японец Хасая, а на большом – такая же "тёмная лошадка" поляк Форту́на. Поляк, но японской комплекции! Оба свежеиспеченных олимпийских чемпиона, отнюдь не лидеры сезона, выиграли благодаря конструкции трамплинов, получив фору перед фаворитами в 15-20 метров. Таким образом, я оказался крайним в поражения наших и немецких (из ГДР) спортсменов.

...Опускаю подробности оргвыводов в отношении обезумевшего начальника первой части, побледневшего зав.патентным бюро, перепуганного главного инженера, взмыленного директора института. С меня же взяли подписку, что больше никогда в жизни не буду выводить антисоветских уравнений. А общественность в лице треугольника (парторг, профорг и администрация) предупредила меня, что встал на скользкий путь измены Родины и, если не поверну обратно, то окажусь в эмиграции.

Увы, по осени считают не только цыплят – на этом мои олимпийские страдания не кончились. И осенью снова вдруг вызвали в Первую часть института. Там уже суетился новый обезумевший начальник этой части, новый побледневший зав.патентным бюро, перепуганный главный инженер, взмыленный директор института. А двое уже других молодых крепких незнакомцев с медальным профилем, свинцовым взглядом и в одинаковых галстуках стального цвета сунули мне под нос мои авторские свидетельства и статью из «Правды», в которой изобличались западногерманские реваншисты.

Эти мерзавцы построили вантовое покрытие главного олимпийского павильона в Мюнхене, очертив в плане контуры всей Германии. Поглотив, таким образом, первое (и, как оказалось, последнее) на немецкой земле государство рабочих и крестьян – Германскую Демократическую Республику.



Поначалу я недоумевал: какое отношение имею к реваншизму? Я ведь прекратил вывод антисоветских уравнений! А оказалось, в конструкциях павильона немецкий зодчий Отто Фрей воспользовался моими изобретениями в области вантовых конструкций. Т.е., в этот раз я оказался споспешником реваншистов. (Господи! А если б они ещё знали, что он приглашал меня к себе на работу! – расстрельная статья в УК).

Опускаю подробности оргвыводов в отношении обезумевшего начальника первой части, побледневшего зав. патентным бюро, перепуганного главного инженера, взмыленного директора института. С меня же взяли подписку, что я больше никогда в жизни не буду изобретать антисоветские конструкции. А общественность в лице треугольника (парторг, профорг и администрация) предупредила, что я так и не сошел со скользкого пути измены Родине и, если не поверну обратно, то уж точно моё место - в эмиграции.

Честно выполняя обещания, я прекратил вывод антисоветских уравнений и изобретение антисоветских конструкций. Но, увы, свинья везде найдёт грязь!,- допустил грубый антисоветский выпад в «Литературной газете», где иногда публиковал свои «Рога» в «Рогах и копытах» клуба «12 стульев» - напечатал такой скромный «рог»:

Новости археологии
Младший научный сотрудник Зуськин откопал в древнескифском могильнике пачку от папирос «Беломорканал». Есть еще один кандидат наук!



Боже! Как посыпались в «Литературку» письма возмущенных археологов! Но апофеозом негодовательной истерии стало официальное письмо академика-секретаря отделения истории и археологии АН СССР. Отпечатанное на александрийской бумаге – явно из древнеегипетского раскопа, да на походной машинке Александра Македонского.

Дескать, история без археологии – говно, а не наука, а народ без истории – говно, а не народ. Следовательно, народ без археологии - говно. Именно археологи нашли такие артефакты как скифская пектораль в степях Украины, панталоны Иннессы Арманд, закопанные под Кремлевской стеной Великим Конспиратором В. Ульяновым от товарища по партии Н.Крупской... И одних только мамонтов откопали больше, чем сейчас слонов в Индии и Африке, вместе взятых, убедительно доказав миру: СССР - таки родина слонов... А вот автор опошлил ... унизил .. обгадил... явно по заданию наших идеологических врагов... этому отщепенцу не место промежду нас!

В общем, опять вызвали в Первую часть института. Где уже суетился новый обезумевший начальник этой части, новый побледневший зав. патентным бюро, перепуганный главный инженер, взмыленный директор института. И двое молодых крепких незнакомцев с медальным профилем, свинцовым взглядом и одинаковых галстуках стального цвета. Мне сунули под нос мои «Рога» из «Литературки» и отношение за подписью главного редактора «Литературной газеты» евреякоммунистаГерояСоциалистическоготрудаЛауреатаЛенинскойпремии
А.Чаковского.

С приложением копии письма академика-секретаря отделения истории и археологии АН СССР. Отпечатанного на александрийской бумаге – явно из древнеегипетского раскопа, да на походной машинке Александра Македонского.   Дескать, история без археологии – говно, а не наука, а народ без истории – говно, а не народ.

Именно археологи нашли золотую скифскую пектораль в степях Украины, почти новые панталоны Иннессы Арманд, закопанные под Кремлевской стеной Великим Конспиратором В. Ульяновым от товарища по партии Н.Крупской...



И одних только мамонтов откопали больше, чем сейчас слонов в Индии и Африке, вместе взятых...А автор опошлил ... унизил .. обгадил... явно по заданию наших идеологических врагов... этому отщепенцу не место промежду нас!

... И снова опускаю подробности оргвыводов в отношении обезумевшего начальника первой части, побледневшего зав. патентным бюро, перепуганного главного инженера, взмыленного директора института... Мне припомнили и другие литературные шалости, явно отвлекавшие трудящихся от строительства Светлого Будущего. И взяли подписку, что впредь больше никогда в жизни не буду придумывать и публиковать литературные произведения.

А общественность в лице треугольника (парторг, профорг и администрация) строжайше предупредила, что я так и не сошёл со скользкого пути измены Родине, и если не поверну обратно, то уж точно моё место - в эмиграции. И предупредила в последний раз!

... И точно - в последний: вскоре ленинская партия сделала себе харакири самурайским мечом ГКЧП, сделавшись партией другого типа – Зюганова (тот ещё тип!). Но «треугольников» не стало. Не стало и СССР – я очутился в Незалежной Украине. Правопреемнице СССР. При власти - те же коммунисты-ленинцы, но перекрасившиеся в национал-демократов, срочно воцерковлённых.

И все мои уравнения, изобретения, научные достижения, литературное творчество – всё моё советское наследие оказалось антиукраинским. А эти уже с врагами незалежности не шутят – могут, как журналисту Гиви Гонгадзе, и бОшку оторвать, и пристрелить как Олеся Бузину! Так жизнь ещё раз подтвердила правоту ленинизма марксизма: я оказался в предсказанной коммунистами эмиграции.

А вот здесь, в истинной демократии и свободе, мои уравнения, изобретения, научные достижения, литературное творчество – все это уже перестало быть антисоветским, антиукраинским... Все стало просто никаким – никого это не интересует, кроме узкого круга специалистов.

It’s only my problem. I should keep all of that behind. I must make money right now. (Это только моя проблема. Я должен был всё оставить и делать деньги. Немедленно.) Честно отрабатывая соросовский грант, по которому меня импортировали в Силиконовую долину по визе для выдающихся учёных, коим себя вовсе не считал: кондовый профессор от строительной механики. Но оспаривать их формулировку не стал. Тупые, как говаривал покойный Миша Задорнов.

А вот Родину я всё же не предал, и по возможности несу (знамя - громко) флажок русского человека польско-еврейской национальности. И, кстати, уважаемого американцами за научные, общественные и литературные деяния. Да за пропаганду естественного единения США и России перед общими вызовами истории.

Из воспоминаний
 

КРАСНАЯ КНИГА

(Ременюк Валерий)
   2018-12-03  0  22  88
На уроке природоведения Костя Костомаров узнал, что есть такая Красная книга. В нее заносят исчезающие или редкие виды животных и растений, которые требуют особой заботы и государственной охраны. И что Красные книги бывают четырех уровней: международные, национальные, региональные, а также местные – городские или поселковые. Костя с удовлетворением встретил эту новость.

Он, вообще, любил порядок в делах. У него даже в ранце, в трех разных отделениях все вещи находились не абы как и вперемешку, а строго согласно их функциональному назначению. Учебники – в одном, тетрадки – в другом, всякие ручки, карандаши, линейки и ластики в пеналах или без оных – в третьем отсеке. Как оборудование в подводной лодке. Всё на своих местах. Из Кости впоследствии, вероятно, получился бы неплохой систематизатор природы, типа Линнея или Дарвина, или же бухгалтер-делопроизводитель, от которого требуется четкость, аккуратность и рациональность.

А еще у Кости было хорошо развитое логическое мышление, благодаря чему он часто удивлял неожиданными умозаключениями своих домашних – маму, папу, бабушку и даже кошку Шуру. Например, однажды Костя сказал папе:
- Пап, а кошки – полезные животные?
- Да, конечно! – ответил папа. – Иначе мы бы Шурку и не завели!
- А она у нас уже взрослая?
- Само собой, ведь Шуре уже пять лет, это, по кошачьим меркам, примерно, как лет тридцать человеку.
- Но, если они приносят пользу людям, – почему Шурка и другие взрослые кошки не голосуют на выборах?
- Не понял… - удивился папа. – На каких выборах?
- Ну, где вы, взрослые, выбираете нам всяких начальников.
- Как это? – оторопел папа. – Но мы же выбираем людей и для людей, а не для кошек!
- Но смотри, па: если кошка полезное существо, то ее голос тоже должен иметь вес при выборе начальника. Потому что на ее, кошкиной жизни это тоже скажется, если будет выбран плохой человек. Кто приносит пользу обществу – тот, по-моему, должен иметь право влиять на организацию жизни в этом обществе! Логично?
Папа не сразу нашелся, что возразить на такую чеканную формулировку…

Но что-то в системе краснокнижья Косте с самого начала не понравилось. Что-то его смутило. И по пути домой из школы он понял, что! Систематизация Красных книг была необоснованно обрезана снизу уровнем поселений! «Нашей семье тоже нужна Красная книга – и я ее заведу!» - решил решительный мальчик. Дорога к дому занимала минут пятнадцать и этого времени Косте хватило, чтобы выработать общую концепцию семейной Красной книги. И прежде, чем бабушка успела позвать его на обед, наш энергичный мыслитель достал с полки чистый блокнот – подарок мамы на День Кирилла и Мефодия, и сделал в нем первые записи наименований организмов, которые в доме надлежало беречь и охранять с особой тщательностью: «Попугай Проша. Кошка Шура. Две мышки под диваном. Паучок в кладовке за ведром с яблоками. Муравьи под ванной, много. Тараканы …» На этом месте Костя задумался.

Тараканов у них было мало, благодаря постоянным маминым операциям по устрашению и физическому устранению последних. Но один-другой рыжий шустрила все же боязливо, по-партизански, изредка проскакивал вдоль плинтуса на кухне. Костя особого вреда от них не видел, хотя и сильной любви к этим членистоногим не испытывал. На всякий случай, поставил напротив тараканов знак вопроса и пошел перечислять объекты охраны дальше: «Рыбки в аквариуме, одиннадцать штук. Мухи…»

Тут у Кости снова возникли логические затруднения. Во-первых, мухи появлялись и исчезали в квартире сами по себе, были гостями залетными, непостоянными, почти чужими. И вызывали своей наглостью, прилипчивостью скорее антипатию, чем сочувствие. Костя и сам иногда пошлепывал налетевших мух мухобойкой, и одобрял, когда папа ловко, с нескольких ударов уменьшал их количество на кухне до минимума. Во-вторых, справедливости ради, если в Красную книгу включать мышей, то чем мухи хуже? Или те же тараканы? Рассудив так, Костя безоговорочно оставил в реестре и тех, и других, и третьих.

В этот момент бабушка позвала внука обедать, а потом послала в магазин за хлебом к ужину, и Костя как-то отвлекся от обдумывания видов живых существ, достойных его Красной книги. Потом сел за уроки, потом играл с соседом Витькой во дворе, потом они всей семьей ужинали, и Костя вспомнил о недоделанной Книге лишь перед сном. Он снова открыл блокнот, перечитал на свежую голову записи и понял, чего не хватает. И решительно продолжил список: «Мама, 32 года. Папа, 40 лет. Бабушка, 60 лет». Затем еще немного поколебался и заключил реестр: «Я, Костомаров Костя, мальчик 8 с половиной лет». И, удовлетворенный, с чувством глубоко выполненного долга, лег спать.

Бабушка, придя, по обыкновению, поцеловать внука перед сном и пожелать спокойной ночи, обнаружила чадо уже сладко спящим. И заметила лежащий рядом блокнот, открытый на первой странице и содержащий еще теплый список особо охраняемых семейных ценностей. На обложке блокнота крупные красные буквы провозглашали, что это «КРАСНАЯ КНИГА СЕМЬИ КОСТОМАРОВЫХ». Бабушка прочла Костины записи, мудро усмехнулась, взяла ручку и дописала ниже списка аккуратным учительским почерком: «Цветок золотой ус, два вазона. Герань белая, одна штука. Герань красная, две штуки. Кофейное дерево, одно. Кактусы, пять штук в ассортименте». Поцеловала спящего внука, поправила ему одеяло и на цыпочках вышла из спальни…
 

когда Толстой был холостой

(Fanga Taufa)
   2018-12-09  0  26  53

когда Толстой был холостой
любил босым гулять Толстой
ходил туда-сюда пешком
в толстовке с тонким ремешком
весь босиком и вот итоги:
вдруг об соху порезал ноги
и беспокоясь о ногах
с тех пор ходил лишь в сапогах
к тому же был усыпан двор
осколком - битый там фарфор
середь двора валялся севрский
и плюс кругом хрусталь богемский
но Лев уже не резал ног
хрустя подметками сапог
по хрусталю ходил как йог
свободно в речке плавать мог
пахал в них сад и огород
и в сапогах ходил в народ
валялся в них он на диване
их не снимая мылся в бане
а всех знакомых и детей
он заставлял носить лаптей
коль не оденут сразу штраф
оне рыдали спятил граф
 

Знаток знатока видит издалека... ...

(Александр Кукушкин)
 Конкурс ФУТБОЛ  2018-05-21  0  73  727
В 1990 году летом работал я в пионерском лагере «Орлёнок» вожатым, а физруком там был один прекрасный дядька - Владимир Николаевич. С острым языком и шикарным чувством юмора.
В лагере было здорово: сосновый воздух, хорошая кормёжка, приятная компания, тёплое озеро, невредное начальство. В тот год ещё шёл чемпионат мира по футболу. Матчи транслировались поздно, дети уже спали, поэтому на каждый матч вожатые, воспитатели, физруки и прочие работники собирались в домике творчества перед телевизором и орали, как сумасшедшие. Болели, в общем. Потом все ходили на пляж купаться.
Короче, с тех самых пор Николаич был свято уверен, что я, как и он - сумасшедший футбольный фанат. О футболе он знал, по-моему, всё: в каком году кто с кем играл, кто на какой минуте забил гол, кто что себе сломал или вывихнул, как звали арбитров… А я, на самом деле, (уж не судите строго) вообще не интересуюсь футболом и кроме некоторых матчей чемпионатов мира практически никогда его не смотрю.
В обычное время, ну, то есть, в течение учебного года, Николаич работал учителем физкультуры в той же школе, что и моя же
Читать дальше >>
 

ВОЕННАЯ ТАЙНА

(Алик Кимры)
   2018-11-16  2  26  124

Навеяно "Философскими тетрадями" от Uri Pech
Жми сюда

В пензенском инженерно-строительном институте сдавал курсовой проект по мостам на "сапёрной" кафедре. Ессно, передрали друг у друга, поэтому у всех оказалась одна общая ошибка, на которой полковник Толокнов всех ловил, изобличал, добивался сознанки, подвергал презрению, объявлял выговор и в конце концов ставил "трояк", который мог плохо повлиять на стипендию. А на эту самую ошибку он не указывал, сохраняя её в качестве "маркера" для выявления компиляторов.

А вот со мной он не на того напал: я не шёл в сознанку в самых неотразимых обстоятельствах, даже не просто припёртый к стенке, а ещё и по ней размазанный. Для меня всегда служила образцом картина Б.Иогансона "Допрос коммунистов". И как меня Толокнов ни пытал, я так и не сознался, что содрал. Упорно стоя на своём (своё потом болело!).

В конце концов сдался мужественный полковник, признав, что курсовой я делал сам и послужил первоисточником для остальных компиляторов. Он мне первому указал на эту ошибку и торжественно не только поставил "отлично", но и поставил меня в пример всему курсу.

Однако мне стало неловко перед истинным исполнителем проекта, которому полковник, выходит, так и не поверил, и я решил перед этим студентом извиниться. Но для этого его надо было отыскать!

К чёрту подробности моей следовательской опупеи, но я таки отыскал истинного автора проекта. Увы, он оказался не с нашего курса, а уже пару лет как вообще окончил институт. Сам проект выдала из секретного архива деффка-лаборантка кафедры своему хахелю, таки с нашего курса. Ради любимого, она, рискуя попасть под трибунал, нарушила военную тайну.

... Я же таки никогда ни в чём не сознавался и всю оставшуюся жизнь. Даже в случае полного провала, когда мама одного моего соблазна позвонила моей супруге о тесных отношениях с ейной дочкой. Моя супруга выяснила возраст дочери, и ответила, что названный ею товарищ тоже уже достаточно взрослый мальчик, и пусть два этих взрослых человека разберутся промежду собой.

Так вот я и в этом случае ни в чём не сознался. Тем более, о доносе мамы я узнал не от родимой супруги, она же мне вообще по этому поводу не сказада ни слова. А соблазн так и рассосался сам собой, для меня семья всегда являлась главным приоритетом, и вопрос ухода из стойла никогда не становился актуальным. Вплоть до безвременной кончины моей половины от чернобыльского канцера.

Больше никогда толком и не женился, хотя у меня случилась дочка, составив одну из главных радостей и забот заключительной части моей жизни. Но и здесь я так и не признал своей вины, хотя она, как бы назло моей упёртости, полная генетическая копия моей мамы и стопудово на меня похожа - от пальцев на руках и ногах до кончика носа и формы ушей. Отказывался же я как дань застарелой привычки ни в чём не сознаваться, сам же окружил полной заботой ейную матерь, а когда малая родилась сделал (и делаю) всё возможное для благополучия - её, ейной матери, бабушки, её скороспелого мужа, её кошаков Кевина, Миши, Терры и Матери-Терезы, со́бака Юлиана Юльевича.
 

МОЛЬБА (9)

(Алик Кимры)
   2018-12-05  2  22  66

«Стихи писать любой горазд».
Продай попробуй их."
Олег Индейкин."Попробуй продать стихи"

Жми сюда

В 1973 мохнатом году мы с супругой и 9-летним сыном отдыхали в Леселидзе (ныне Гячрыпш - по-абхазски), на границе СССР и ГДР (Грузинской демократической республики). На пляже сколотилась компашка отдыхающих - возле магнитофона с записями хитов того времени "Евреи, евреи, кругом одни евреи", "Песенка о фригидной жене" и т.д.

Нашу компанию облюбовал местный джигит Гиви годов 35, который являлся на пляж в ресторанно-театральном прикиде - строгом костюме, лакированных штиблетах, белоснежной рубашке и галстуке-бабочка. Вестимо, в этом прикиде он не купался-загорал на блаженном песке, а кадрил приезжих тёлок.

В одну из них, блондинистую москвичку Наташу он пламенно влюбился. А к нам обратился из-за проблем с русским языком: он решил охмурить девицу-красавицу изысканным слогом на открытках. Поскольку я, как тогда говорили, бацал на гитаре, в основном, свои тексты, ему предложили покорить девицу стихами. И вот я стал продавать стихи на заказ, даже не построчно, а пооткрыточно, по довольно нехилой цене: червонец за открытку. И мы не скажу уж очень, но скромно кутили.

Разумеется, по требованиям заказчика сначала были робкие признания, полунамёки, больше воспевалась её красота и душевные качества, и постепенно - надежды и поползновения на взаимность. А всей гопкомпанией мы обсуждали и стихи, и возрастающую степень приближения к даме, и ржали больше чем от мага с хитами. Наконец, я решил, что наступило время решительного признания, и написал такой вирш

Отдайся мне, хорошая, отдайся!
Хотя бы на день мною овладей...
Я думаю, ты в этом не раскаешься,
И навсегда запомнишь этот день.

Мне некогда ухаживать годами.
Да и года мои совсем не те,
Чтобы нести сквозь вздохи и гаданья
Свои признанья в пылкой суете.

К чему ходить всё около кругами,
Зря пролетят сиреневые дни,
Когда быть может, счастье перед нами,
Возьми его - лишь ноги протяни.

Отдайся мне, хорошая, отдайся!
Отдайся обстоятельствам назло,
Молю тебя с покорностью китайца,
Чтоб хоть на день в любви нам повезло.


Издали мы наблюдали за успехами Гиви в охмурения объекта вожделения. Обычно Наташа с подругами тоже нехило ржали, но в этот раз Гиви схлопотал смачную оплеуху, и, подойдя к нам с пылающшей щекой, сказал:
- Слышком рэзко, надо умягчить!

Я снизил градус на более мягкие подходы, а через пару недель Гиви исчез, ему так и не удалось покорить Наташу. Она вернула ему все открытки и, возможно, он отправился пытать с ними счастья на другой пляж.

А вот Наташа влюбилась ... в автора стихов, то-есть, меня. По-видимому, она решила по стихам, что автор пылал к ней высокой страстью, которая ей примерещилась в стихах. Моё инкогнито не раскрыл ни я, ни кто из моих компаньонов.

И девичья компания ломала голову: кто? Я даже не входил в круг подозреваемых - выглядел как преданный супруг и заботливый отец, папусык, который выходил в море в прикиде дайвера и тащил в дом из моря рыб, крабов, рапанов.

И лишь в последний день, сгорая от любопытства, Наташа решила напрямую выявить автора посвящённых ей стихов, а когда узнала - разрыдалась и тихонько оставила мне свой московский телефон.

Увы, я им никогда не воспользовался. Как преданный супруг и заботливый отец, папусык, который всё тащил в дом.

------

И ещё в тему

"Мольба (1)" - Жми сюда
"Мольба (2)" - Жми сюда
"Мольба (3)"- Жми сюда
"Мольба (4)"- Жми сюда
"Мольба (5)" - Жми сюда
"Мольба (6)" - Жми сюда
"Мольба Собчак (7)" Жми сюда
"Мольба (8)" -Жми сюда
 

Про маленькую, но гордую птичку

(Доктор ХоХо)
 О птицах  2018-09-09  0  28  416

Одна смазливенькая птица
уму и серцу супротив
послала нах, как говорится,
родимый птичий коллектив.

В ближайшей ясной перспективе
не собиралась ни фига
она в крылатом коллективе
лететь на тёплые юга.

Пронзило моск гордыни шило
в её пернатой голове
и зимовать она решила
в холодно-каменной Москве,

хоть говорили глупой дуре
вороны, голуби, врабьи:
- Ты чо, с ума сошла, в натуре?
Умерь амбиции свои.

Вскипела птица: "Тьфу вам, врёте!" -
от самомнения пьяна,
но отморозила все кохти
на пальцах вскорости она.

Теперь, канешно, горько плачет,
кляня своих дурных затей,
и кое-как по крыше скачет
без отвалившихся кохтей...

Мораль стишка звучит красиво:
хотя бы даже иногда
не посылайте коллектива
никто, нигде и никуда.
 

Всё, что было не со мной, помню. ...

(Лена Донская-Новгородская)
 Водка и вино  2018-08-09  1  56  459


Спокойно диалог ведём, Михалыч...
Каких я наломал ещё там дров?
Да врут завхоз с бухгалтером... нахалы...
Как мог сбить лисапетом семь коров?

Кто видел, что хотел я экскаватор
На десять литров спирта поменять?
Заехал я на нём прям в элеватор?
Он где сейчас? В пруду на дне? Во, @лять!

Михалыч, я не пьян ни в коем рАзе...
А чё не загребли тогда менты?
Аааа! Вона чё... заглох у них УАЗик!
А так догнать - мешают животы?

Как... сжёг я клуб и баню нашу? Кстати,
Часовня с храмом - от моей руки?
Спасибо (успокоил, председатель!),
Что их сто лет назад... большевики!
 

ТАК ПОСТУПАЮТ ИНТЕЛЛИГЕНТЫ (5)

(Алик Кимры)
   2018-12-09  0  12  44

Навеяно новеллой
Сибирёва О.А.«Дебоширы»

Жми сюда

Белинский и Чернышевский были заядлыми картёжниками, их ссора вспыхнула за ломберным столом, но из-за отсутствия под рукой канделябров обошлась бескровно. е русские литераторы обиходились лишь пылкими внелитературными текстами. Но со временем ссора перешла в отчаянную вражду, каждый заочно угрожал другому всеми казнями египетскими. Однако когда Тургенев таки подстроил их встречу, "литераторы вначале смущённо смотрели друг на друга, «краснели», а потом неловко извинялись и говорили милые сердцу банальности".

Нечто подобное происходило на моих глазах, когда мы отдыхали на Пицунде. Наш путь к пляжу проходил вдоль соседского забора. Нас сопровождал дворовый пёс Черныш. Но когда он появлялся возле забора, тут же к забору с другой стороны вылетал дворовый пёс соседа Белик и с лаем бросался на Черныша, а Черныш в ответ на него, и только забор спасал их от жестокой разборки, оба неслись вдоль него с разных сторон, громким лаем угрожая друг дружке всеми казнями египетскими.

Но тут забор кончился, и мы с ужасом подумали, что сейчас поизойдёт кровавое побоище. Однако всё обошлось: псы вдруг миролюбиво повиляди хвостами, облизнулись, затем дружно развернулись и помчались обратно вдоль забора, осыпая друг дружку лаем, проклятиями, угрозами порвать пасть и прочими казнями египетскими.



... И оба этих инцидента - между Белинским и Чернышевским, Беликом и Чернышом напомнили мне нынешние отношения между США и Россией. Стороны угрожают друг дружке ядерными арсеналами, морскими и воздушными флотами... Сплошная воинственная риторика, но до войны дело вряд ли дойдёт -здравый смысл и инстинкт самосохранения всегда побеждают.

------

И ещё в тему "Как поступают интеллигенты"

Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
 

НЕСКУЧНЫЙ ВЕЧЕР

(Лена Донская-Новгородская)
 Про книги  2018-03-22  3  82  1071

(моё фото той самой страницы...)

Вчерашний вечер, проведенный с внучкой, пополнил сразу две копилочки: мою и её. У меня - копилочка её перлов ("Устами младенца"), а у неё - копилочка знаний. Более ранние перлы моей внучки я не обнародовала т.к. в прозе не сильна (впрочем, как и в поэзии... в прозе, просто, не сильна сильнее), а этим захотелось поделиться. Уроки мы сделали (Лада - ученица 1-го класса), шахматные задачки порешали и принялись каждый за своё дело. Я хлопотала на кухне, а Лада стала читать "Энциклопедию животных". Собака и кот у неё уже есть, а ещё хочется и попугая (рыбок, хомяков, бабочек, зебру, Павлика - павлина и т.д.)... Вот, она и нашла страничку про "попку", пришла ко мне на кухню, села на стульчик и начала мне про них читать, открывая для себя много интересных фактов из их жизни. Некоторые слова она читает бегло, а на незнакомых ей она слегка запинается, иногда выдаёт желаемое за действительное - пытается прочитать быстро, увидев знакомое "слогосочетание", а там совершенно другое слово (как выясняется!). Я её поправляю всегда и объясняю значение новых для неё выражений. Слышу я её такую фразу: - "В Европе о попугаях впервые узнали бла... в отличие от других ара!" И тишина... Потом, она опять повторяет это и опять - тишина. Я напряглась: неужели там могли написать "бл@", а она просто произнесла в конце "а"? Отгоняю эту мысль, как бредовую! Нет... Скорее всего, что-то неправильно прочитала (я даже сразу не уловила бессмыслицу в этом предложении - так была увлечена мытьем посуды!). А она опять: - "В Европе о попугаях впервые узнали бла..." И опять замолкает. В этот момент её мозг проделывал колоссальную работу: пытался соединить несоединимое. И, видимо, не найдя нужного соединения, она у меня спрашивает: - "Геена Владимировна (да! Именно Геена, а не Елена. Об этом приколе расскажу в следующий раз, если опять замахнусь на нашего, так сказать, А.П.Чехова), а что значит - бла?" Мне тоже стало интересно, что это значит... и я впилась глазами в этот текст! Моему удивлению не было предела: оказывается, что продолжение этого предложения, которое прерывается на слове "бла" с переносом "-", находится на другой странице... А под "бла" находится совершенно другой текст, выделенный жирным шрифтом: в отличие от других ара и т.д. Я показала ей, где продолжается это предложение и возвращаюсь к мытью посуды, слушая её "рассказ" о попугаях. Лада, уже без запинки, читает: - "В Европе о попугаях впервые узнали бла-годаря походам Александра Макдональдского." Тут я встрепенулась с первого раза... Да что ж за книга такая? С ума они там посходили, что ли? Так опечаться... Это ж надо?! А может и не опечатались? Может, и правда был такой Александр? Подхожу (а она шпарит дальше!), смотрю и радуюсь, что нет никакой опечатки! Македонский! Ну, конечно же, Александр Македонский! Как я и предполагала... Пришлось заставить Ладу прочитать "фамилию" великого полководца правильно и (за одно, раз уж ей так стало интересно) рассказать о нём... кратенько, что бы не зависнуть ещё на пол ночи в "Исторической Энциклопедии"! Вот, так мы с внучкой вчера взаимно обогатились.

      ⚓️   ⚓️   ⚓️

P.S. Не знаю: в тот ли я "раздел" поместила этот репортаж?:)) Для "юмористические книги" - как-то жидковато! (имхо)))

 

ОТВЕТ ПАВЛУ (ЛУКЬЯНЕНКО)

(Алик Кимры)
   2018-11-22  5  16  110
"ж-дов по папе не бывает
тут расчет вполне простой
мама лишь ж-дов рожает
так что наш ты гой"

рецка к истории "Как я предавал Родину"
Жми сюда

А Партия решала всё иначе
Отец ли, мать, а ты ж-дяра - под раздачу.
И по отцу я был еврей де-юре -
Ну, не считалась Партия с Гиюром.

В итоге иудей я для России,
В Израиле бы к гоям относили.
А патриотов заклинаю - без истерики,
Теперь я таки русский - для Америки.

Мне ж лично пофиг - гой или еврей,
Куда важнее - только бы не гей.
Ну до чего же надо ум и честь прохлопать,
Чтобы месить говно в мужичьей жопе!*

------

* Тысячекратно приношу извинения за
натурализм, слова из песни не выбросишь -
как и Они, ну, эти самые, своё Достоинство
из жопы не выбрасывают... Понимаю, ща
наловлю минусов от геев или сочувствующих


Но Истина - дороже балла,
За Истину готов и по е-алу!
 

КОШКА

(Ременюк Валерий)
   2018-11-12  0  20  137
В нашем городке всякое случалось, но чтоб такого...

У шофера Герасима Путятова жена пропала. И главное, пропала как-то странно. Возвращается Герасим Архипыч ввечеру из рейса, из Семиполья, весь день туда трубы газовые возил. Пыльный весь, потный, как дьявол – жара стояла на улице, хоть в омут кидайся с разбегу. Римма, супружница, встретила чин-чинарем: душ, полотенце чистое, борщ со шкварками и чесночком, салатик, стопочка охлажденная, - никаких упреков жене. Кот Васька соскучился по хозяину, всё под столом по ногам терся да мурлыкал за ужином. Хороший кот, справный. Сам серый, классической сибирской породы, а глаза – что желтки перепелиные, но с трещинкой вертикальной, пронзительной. Любимец Герасима, котейка.

После ужина, хоть и не поздно еще было, прилег Герасим на диванчик перед телевизором слегка отдохнуть. Побродил пультом по каким-то бездарным сериалам, по невразумительному футболу, зевнул и на канале «Ваша рыбалка» задремал. Да. И приснился ему странный сон – как будто среди ночи просыпается он на своей кровати и в нежных чувствах обнимает Римму. И вдруг, чувствует, а под рукою не гладкая привычная кожа или, там, ажурные трусики жены, а густая кошачья шерсть. Но не Васьки его, а какой-то незнакомой кошки. Ее расплывчатое гадкое мурло Гера смутно различил в ночных сумерках спальни, отдернул руку и, конечно, крикнул:
- А-ну, брысь отсюда, лохматая!
Кошка зашипела и опрометью выскочила из-под одеяла. И тут Герасим проснулся.

В углу мерно бубнил телек про ловлю голавля нахлыстом. Часы на стене показывали без четверти одиннадцать вечера. «Черт, верно Елена Малышева говорит, не надо сразу после еды спать ложиться! Вот и наснилась всякая хрень, тьфу!» Встал, потряс головой, пошел на кухню воды попить. Смотрит, что за притча? На подоконнике, между фикусом и кактусом сидят рядком его Васька и эта… рыжая, как бы из сна. Аккуратная такая кошечка с беловатой мордочкой и васильковыми глазами. Даже можно сказать, что симпатичная и никакое не мурло, как Гере показалось во сне.
- Васька, ты кого привел? – воскликнул Герасим. Котейка часто уходил через открытую форточку гулять на двор. Но чтобы подружек в дом приводить – такое случилось впервые. Герасим засмеялся: – Римма, иди-ка, глянь на нашу новую родственницу! Слышь? Похоже, Васька наш достиг совершеннолетия и решил жениться!
Оба кота внимательно и серьезно посмотрели на хозяина дома. Их глаза, желтая пара и голубая пара, отлично гармонировали друг с другом. Но на зов Герасима никто не ответил.
- Римма, ау, ты где?

Герасим прошел в спальню – пусто. Даже кровать не разобрана. Заглянул в туалет-ванную – и там никого. Открыл дверь кладовки. Странно, и там нет жены. «Наверное, в магазин выскочила» - подумал. Но тут же сам себя и опроверг: «Какой магазин в одиннадцать вечера? Что за срочность?»

Вернулся на кухню. Коты сидели на подоконнике бок о бок все так же дисциплинированно и чинно. В открытую форточку приятно веяло прохладой. Наконец-то дневная жара отступила. А на столе Герасим узрел мобильник жены. Обычно Римма никуда не выходила без телефона. Странно. Проверил ее обувь: босоножки на месте, в гардеробе. Очень странно…

«Может, к соседке за солью или еще чем выскочила прямо в тапках домашних?» Римкина подруга Ася жила тремя этажами выше. «Ладно, чё паниковать, - сказал сам себе. – Подожду. Никуда не денется, придет – расскажет, где была». И пошел снова в гостиную телек досматривать перед сном. Угнездился, значит, на диванчике поудобнее, нашарил в меню старую комедию «Полосатый рейс». Стал смотреть.

И тут пришли к нему Васька с подружкой. И котейка, как обычно, вспрыгнул хозяину на колени, завел свою мурлычную шарманку. А рыженькая, ничуть не смущаясь, тоже забралась на диванчик и улеглась рядом с Герасимом, впритул к его бедру. Да еще передние лапки под себя изящно так подвернула, кокетка. Как-будто так и надо! И главное, смотрит Герасим, а коты вперились в телевизор и внимательно следят за тигриными и обезьяньими приключениями на экране. И чувствуется, что происходящее там им очень нравится. Прямо удовольствие на мордах написано!

Где-то около полуночи кино закончилось. А жены все нет. Хотел Герасим Асе звякнуть, проверить, не заходила ли к той подруга. Но тут сообразил проверить Риммины ключи – она их всегда на гвоздик вешала в прихожей. Глядит – ключи на месте. И дверь заперта. А дверь-то у них не на защелке, ключом надо открывать что снаружи, что изнутри. Вот это уже было напрочь непонятно: как будто жена вовсе не выходила из квартиры! Да что ж она, в форточку улетела, что ли, или в трубу, как ведьма? Пошел на лоджию. Естественно, и там никаких следов супруги, и створки окон изнутри закрыты. Мистика! Испарилась Римма!

«Ладно, - думает себе Герасим, - украсть ее из-под замка тоже ведь не могли. Криминала тут нету. В полицию звонить, вроде, рановато. Как-то, значит, все-таки выскользнула жена. Придет – дам чертей, чтоб впредь не заставляла волноваться, а хотя бы записку оставляла!» С тем и пошел в койку, так как назавтра с утра снова в рейс, да подальше – дня на два, в Верхорядье кирпич везти. Надо выспаться. Только улегся – его Васька, а с ним и рыженькая подружка, взобрались на кровать и улеглись рядом! Аккурат на месте Риммы. Когда жена была дома, котейка себе такого не позволял.

- Да вы что, черти? Совсем наглость потеряли? – воскликнул удивленный Герасим. Но потом подумал: «Ладно, всё ж так оно веселей. А то одному в пустой постели спать – совсем уж дико. Хоть какие-то живые души рядом!»
С тем и уснул, согреваемый сбоку котами.
Утро ничего нового в диспозицию коллектива не внесло. Риммы не было. А рыжая кошка была.
– И как же тебя зовут? – спросил Герасим, садясь в кровати и гладя животную. Та замурлыкала, не отшатнулась. И Васька не возражал. Лежал рядом, желтел своими глазищами, жмурился.
- Ладно, будешь у меня… как же тебя назвать-то? Роза? Тася? Муся? Нет… всё не то.
И вдруг вспомнил, что жену часто называл по молодости лет Заей (когда еще приходилось добиваться ее благосклонности).
- О! Будешь Заей! Не возражаешь, Зая?
Кошка замурлыкала громче и выгнулась под рукой, как бы предлагая погладить ее всю, от ушей до хвоста. Что Герасим и сделал с большим удовольствием. Кошечка была ласковой и явно домашней - рук не боялась, шерстку имела чистую, ухоженную, шелковистую.

Позавтракав на скорую руку, Герасим всыпал в кормушку двойную порцию кошачьих консервов, обновил в мисочке воду и, уже уходя на работу, бросил:
- Ну, Васька и Зая, остаетесь дома за старших! Завтра вернусь к вечеру – чтоб жена была тут, как штык! Как хотите, так и старайтесь. Можете объявить вседворовый кошачий розыск, но чтоб Римма была к моему приходу на месте. Поняли, черти?
Коты снова внимательно на него посмотрели, затем глубокомысленно переглянулись. Чем они занимались дальше, Герасим не знал, так как закрыл дверь и поспешил в гараж на трудовую вахту.

Хотите верьте, хотите - нет, но, когда Герасим на следующий день к вечеру вернулся домой, его на пороге встречала улыбающаяся жена. И кот Васька. Один, без Заи.
- И где ж ты была позавчера-вчера, Римка? – напустился муж, едва разувшись и сняв рубаху.
- А ты, Геша, что, разве мою записку не нашел? Я же вот тут, на столе оставила!
- Нет…
Римма нагнулась, осмотрела пол и выудила тетрадный листок из-под буфета:
- Ну вот, наверное, сквозняком сдуло! Извини, милый!
Герасим, все еще насупленный от обиды, прочел: «Геша, только что позвонила Галка, у нее заболел Лешка, горит путевка на Валаам. Уезжаю прямо сейчас, вечерней электричкой. Съездим с сестрой на пароходике в святые места, пообщаемся. Буду через два дня. Котлеты и картошка в холодильнике. Не забудь покормить утром Ваську. Чмоки-чмоки! Ри.»

- А почему тогда ты ключи свои и мобильник дома оставила? Как вышла? И босоножки не взяла!
- Геш, так я дубликат ключа сделала, чтоб потом сынку отдать, Коляша в выходные обещал приехать. Его решила и опробовать. Вот ключи, - и вынимает из сумочки дубликат. – А на Валаам, чтоб целый день пешком ходить, кроссовки надела, вот они стоят. А телефон, каюсь, в спешке забыла, потому как на электричку опаздывала. Да я буквально за час до тебя вернулась. А ты что, заревновал, поди? Думы страшные предательские думать начал, да?
Римма захохотала, обняла мужа, трепетно прижалась, поцеловала в губы, как в молодые лета. Поцелуй пах ванилью и малиной. И Герасим сразу отмяк, расслабился. Тоже обнял жену, поднял на руки, понес в спальню…

Потом они вместе ужинали и Римма, сидя напротив мужа, с воодушевлением, взахлеб рассказывала про монастырь, собор, скиты, сады, мужской акапельный хор на Валааме. А Герасим с наслаждением наяривал жареную картошечку с помидорами, под столом терся о ноги и мурлыкал Васька. Жизнь вошла в прежнюю колею и была прекрасна. Герасим посмотрел в красивые честные глаза жены и вдруг подумал: «А ведь у Риммы глаза такого же цвета, как и у Заи!»

- Зая, Зая! Кис-кис-кис! – позвал Герасим. Заглянул под стол, осмотрелся. Рыженькой гостьи не было.
- Ты что, Геша? Мое тридцатилетней давности прозвище вспомнил? – усмехнулась жена. – Только почему «кис-кис»?
- Так это… Когда ты исчезла, Васька подружку со двора привел. Или она сама через форточку залезла, уж не знаю. Я проснулся – они уже тут вдвоем были. Рыженькая такая кошечка, симпатичная, ласковая. На «Заю» откликается. Не видела тут?
- Да нет. Я как пришла, так сразу и Васька с улицы через окно вернулся. Один. Никаких следов твоей Заи тут не было…
- Странно. Может, еще вернется? – протянул Герасим.
- Может, еще и вернется! – улыбнулась жена и поправила рыжеватую челку. А Герасиму показалось, что при этом она все же немного мурлыкнула.
 

АМЕРИКАНСКИЙ КАРЛССОН

(Алик Кимры)
   2018-11-15  3  16  116

Навеяно "КАРЛССОН 2.0" Ременюка Валерия
Жми сюда

Утреннюю зарядку выходил делать на плоскую крышу нашего дома. Солнце, ветерок с океана. Да офигенный вид на Залив с Золотым мостом.

Как-то, покидая крышу, в дверях столкнулся с рабочим в комбинезоне, направлявшимся на крышу с каким там техническим намерением. Протянул ему руку:
- Карлссон!
Он мне ответил:
- Джонс.
Ну, там обменялись I'm glad to see you! (Рад видеть!) и расстались.

Рассказал об этом смешном эпизоде сыну, а он у себя на работе. Но коллеги не рассмеялись, а слегка всполошились:
- Ты не на фамилии отца - Карлссон?

... Оказывается, всемирно известная сказка Астрид Линдгрен "Карлссон, который живёт на крыше", в США запрещена к чтению в детских садиках и изучению в школах.

Из-за вопиющих нарушений политкорректности. Карлссон летает явно без лицензии пилота. Во всяком случае, она нигде не засветилась. Карлссон учит Малыша нехорошим вещам. Карлссон объедает Малыша и обжирается вареньем, что ведёт к лишнему весу и сахарному диабету. В отношении Карлссона к служанке фрекен Бок явно имеет место sexual harassment... И т.д.

Больше в США на тему Карлссона не шутю. Лучче торт в морду. Эта шутка нравится всем американцам, кроме тортуемых.

------

И ещё в тему

"О ПЕЧАЛЬНОЙ СУДЬБЕ РУССКОГО ЮМОРА В АМЕРИКЕ.."
Жми сюда
 

О ЛАКОНИЗМЕ

(Алик Кимры)
   2018-12-10  1  5  23

"Я евреев не люблю,
Я в ладу с эпохою.
Я их сразу узнаю
По носу и по х@ю"

И.Губерман

Доктор филологических наук Р.И.Кацнельсон из Сан-Диего в нескольких номерах калифорнийской газеты "Запад-Восток" разместил объёмистую статью "Почему Гоголь был антисемитом?" При встрече с Робертом Израйлевичем я ему разъяснил, что на поставленный им вопрос можно ответить гораздо короче:
- Патамушта был сумасшедшим.

Но, как говорится, ценим Гоголя не только за это, и он - мой самый любимый писатель. Гению можно простить всё! Подумаешь, не нравились ему евреи! А что, разве они всем подряд нравятся?

------

И ещё о лаконизме

Жми сюда
 

НАГРАДА

(Ременюк Валерий)
 Экология  2018-11-22  0  13  118
Зима на этот раз пришла, как хороший курьерский поезд, строго по расписанию. То есть, по календарю. Ровно в ночь на первое декабря не просто выпал снег, а случился настоящий снегопадище. Затем, лишь только коммунальщики успели расчистить наш городок, двое суток непрерывно утюжа дороги снегоуборочными машинами, как ударили пятнадцатиградусные морозы.
- Да, - сказал Бронислав Кузьмич, подойдя после завтрака к окну. - Вот это, я понимаю, зима! Как в мои детские годы! Сто лет такой не было. А давайте-ка, друзья, отметим такую замечательную погоду массовым выбегом на лыжи, а? Опять же – сегодня воскресенье…

И вся семья стала собираться за город на лыжную прогулку. Достали из чехлов лыжи, с антресолей ботинки. Смахнули годичный слой пыли, что надо - смазали, где надо - подтянули, мама Люба собрала термосы и перекус, закрепили лыжи на багажнике машины, завели мотор, сели и поехали. Двое сыновей, десятилетний Сашка и четырнадцатилетний Игорек, веселились на задних сидениях от избытка чувств, жизнерадостно бузили, подначивали маму и папу, а также друг друга фразочками типа: «А кто у нас сегодня дальше всех съедет с горки?»
- Я уверен, что мама! – сказал Бронислав Кузьмич. – Она у нас самая корпулентная и массивная, у ней эм-же-аш самая большая.
- Броня, - отпарировала инженер мама Люба, - кроме потенциальной энергии тела большое значение имеет сила трения. А она меньше у легких людей. Так что, я уверена, победит наш легкокрылый Сашок-петушок!
- Мама, ты забыла про соотношение скатывающей силы и силы трения, которая включает сопротивление снега и воздуха! Победит тот, у кого равнодействующая больше! – заявил продвинутый семиклассник Игорь, победитель школьной олимпиады по физике.
- Ну-ну, посмотрим! – хихикнул папа Броня, аккуратно ведя машину по узкой загородной дороге. – Я намазал лыжи по фирменному старинному рецепту, которого вам не раскрою. И поэтому не волнуйтесь - победю я!

Так вот весело и жизнерадостно через полчаса пути семья и прикатила к озерцу у Снегирей, где издавна любил отдыхать весь наш городок. Здешнее озеро лежало в красивой долине с высокими холмами по бокам, с которых открывались замечательные виды. А главное, к озеру с холмов в нескольких местах спускались длинные пологие ложки, свободные от леса и кустов. По этим склонам в хорошие зимы лыжники любили скатываться на лыжах, санках и ледянках. Но сегодня наши герои здесь оказались самыми первыми. Когда они, уже на лыжах, вышли на гребень холма, внизу открылся девственно чистый, никем еще не топтаный снежный покров, заснеженное озеро в легкой утренней дымке, синеватый сосновый лес по бокам озера.
- Какая красота! – вздохнула мама Люба, выдыхая морозный пар и с восторгом озирая просторы.
- Не то слово. Красотишша! – поддакнул папа. – Ну, кинем жребий, что ли, кто пойдет первым?
Бросили «на морского», на пальцах. Выпало начинать ристалище Игорю.

Здесь мы должны сделать небольшое отступление, важное для последующего рассказа. Дело в том, что у этого озера горожане любили отдыхать не только зимой, но и круглый год. И наши герои бывали здесь раньше неоднократно. Последний раз у озера, как раз на открытой большой поляне, куда сейчас предстояло спускаться на лыжах, в сентябре отмечали день рождения мамы Любы. После сбора грибов расстелили на краю полянки тент, разложили взятые из дому продукты и устроили веселый пикничок на свежем воздухе. С бадминтоном, волейболом, купанием в чистой прохладной воде. В общем, отдохнули тогда на славу. И вот теперь озеро встретило их уже по-зимнему, ярким снегом, морозом, низинным загадочным туманцем.

Игорек несколько раз присел-встал, энергично помахал руками, настраиваясь на рекордный спуск. По условиям соревнования, толкнуться палками можно было только один раз, на самой маковке склона. Дальше всё зависело от выбранной траектории и умения лыжника держать равновесие и вписываться в неровности рельефа. В общем-то, здесь семья в прежние зимы спускалась уже не раз. Склон был безопасный, никто и ничто, как говорится, не предвещало проблем. И вот, первый участник схватки решительно оттолкнулся палками, присел в позу горнолыжника и начал спуск по снежной целине. От его лыж, полностью погруженных в пушистый снег, расходились, как от носа корабля, красивые белые волны.
- Давай-давай! – кричали папа, мама и Сашка. – Жми, Игореша! У-лю-лю!

И Игореша нажал. Он заложил элегантную дугу, выбирая оптимальную траекторию спуска, в обход неровных боковых участков, и уже достиг середины склона, как вдруг… Лишь только Игорь сделал вираж влево, рассчитывая слегка заехать на боковое плечо, чтоб с него более круто финишировать у озера, как его левая лыжа нырнула, что-то зацепила в снежной толще, и мальчишка кубарем покатился вниз. Вся семья тут же бросилась к нему на помощь. Подъехали, помогли встать. Игорь стонал, держась руками за левое колено. Половины левой лыжи не было – она отломилась и осталась в снегу.

- Что, Игорек? Что случилось? Ты жив?
- Куда-то лыжа воткнулась, во что-то мягкое, но цеплючее! – проскрипел Игорь сквозь стиснутые от боли зубы.
- Идти сможешь? До машины дойдешь? – спросил папа.
- Не знаю… Попробую…
Ему помогли снять обе лыжи. Игорь попробовал было шагнуть по колено в снегу, но тут же охнул и упал боком в сугроб. Левая нога не слушалась и не сгибалась.
В это время Сашка порылся в снегу и достал обломок лыжи.
- Смотрите, что это? – сказал он.
Все оглянулись на младшего. На носке лыжи висел порванный полиэтиленовый пакет с мусором, оставленным на склоне какой-то летней компашкой.
- Вот же ж свиньи! – воскликнула с возмущением мама Люба. – Мало того, что природу губят своим мусором, так еще и человека чуть не угробили! Постойте, а что это?

Она протянула руку к пакету и сняла с носка обломанной лыжи старенькое кухонное полотенце, вылезшее из мусорного пакета. Об него-то, собственно говоря, и зацепился Игорь.
- Да это же… наше полотенце! Вот – с петухами по краю. Ну да! – воскликнула пораженная мама Люба. – Мы же его на пикник брали, запачкали кетчупом и компотом, и я его в мусор выкинула. Так это же наш мусор, люди! Точно – вот и обертки, и очистки наши…
- Игорек! – ласково спросил папа Броня. - А я ведь тебя просил тогда собрать мусор в пакет и снести в нашу машину, чтоб довезти до контейнера. Как сейчас помню. И как же он оказался здесь, на склоне, а?
- Пап, ну, я увидел, что тут уже лежит несколько чужих пакетов с мусором, и решил оставить и наш, - промямлил Игорь, все еще морщась от боли.
- Оставил, значит, сынок, да?
- Оставил…
- Ну, вот и получи ответное «спасибо» от природы. Награда находит героя! – вздохнул папа мрачно. – Ладно, об этом мы еще поговорим дома. Бери, Сашка, пакет, подбери весь выпавший мусор и донеси до машины. А мы с мамой сейчас этого архаровца эвакуировать будем…

В травматологии городской больницы Игорю сделали рентген и врач, Ованес Айвазович, сказал:
- Значит, могу вас обрадовать, господа хорошие: вижу здесь только растяжение крестовидной связки и ушиб колена. Разрыва связок или вывиха, слава богу, нет. Но пару недель придется парню походить на костылях, пока не заживет. А потом пройти в поликлинике курс физиотерапии и ЛФК, чтоб восстановить функциональность колена. Да. А вы как думали?
Игорю сделали укол обезболивающего, наложили фиксирующую повязку и отправили домой на излечение. Передали, так сказать, на поруки семье.

Вечером папа Броня подсел на кровать к травмированному сыну, положил ему руку на голову и сказал:
- Короче, так, герой: наказал ты себя сам и выводы, надеюсь, сделаешь правильные. Но этого мало. Чтоб ты и подобные тебе не наказывали других людей и природу, мать нашу, и чтоб на всю жизнь ты запомнил, что можно и что нельзя, поступим следующим образом. Как только станешь на ноги, я привезу тебе с дачи лопату, вилы и грабли, съездим к озеру и ты сам, своими собственными руками перелопатишь там весь склон, найдешь все оставшиеся мусорные пакеты и на своем горбу – слышишь? – на своем личном горбу отнесешь мешок с мусором к контейнеру у въезда в лес.
- Но это же… километра полтора будет! – воскликнул возмущенно сын.
- Именно! – удовлетворенно кивнул папа. – А тебе как раз колено надо разрабатывать. Вот и займешься. В общем, выздоравливай, сынок. Твое здоровье тебе еще очень пригодится!
И ушел на кухню пить чай, напевая по пути какую-то дурацкую детскую песенку:

Два пупсика гуляли
В Таврическом саду.
Штанишки потеряли
В семнадцатом году!
 

Философские тетради

(Uri Pech)
   2018-11-16  0  14  114

«Всемирный день философии (World Philosophy Day) был провозглашен на 33-й сессии Генеральной конференцией ЮНЕСКО в 2005 году и проводится в третий четверг ноября ежегодно.»

    Моим первым институтским философом был человек идейный и въедливый по фамилии Мокров.
Без наличия полноценного конспекта классиков марксизма-ленинизма зачёт у Мокрова никогда не вымаливался.
И вот одним из первых с толстой общей тетрадью необходимых конспектов явился к Мокрову мой однокурсник Василий Б. Вася был иногородним, жил в общаге напротив ВУЗа, потому, наверно, и оказался в первых рядах, сдающих зачёт суровому седовласому доценту.
Старец выборочно пролистал тетрадищу и неожиданно прошипел:
- Василий, это не ваш конспект.
- Как не мой?? - от возмущения миниатюрный и шустрый Вася, казалось, сейчас срочно станет выше и шире природного Василия.
- Вы, молодой человек, не конспектировали!- прозвучал абсурдный приговор философа.
- Как не мой? - Василий просто обалдел: Тетрадь моя? Почерк мой?
- Тетрадь ваша, - с улыбкой инквизитора подтвердил экзаменатор: И почерк ваш, уважаемый товарищ. НО!... Следуя новой учебной программе, вот эту , эту и вот эту работы Ленина я уже не задаю конспектировать восемь лет.
Суть этого спора оказалась проста. Василий - весёлый жилец студенческой общаги - накануне зачёта передрал механически вручную (а учились мы на мех.факе)) конспект соседа старшекурсника, который так же старательно скопировал конспект уже какого-то неизвестного выпускника.
Мне повезло больше. Я был юноша местный, городской. Мокров зачёт у меня принял, но остался очень недоволен моим небрежным почерком, неуважительным к трудам классиков марксизма-ленинизма.
      ***
Дедушка Ленин с прищуром картавил,
Эксперименты над обществом ставил,
За горизонты с плакатов глядел…
Теперь в Мавзолее лежит не у дел.

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер