ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: лучшее из свежего

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Смешные истории: лучшее из свежего  Оцен.   Раздел   Дата   Рец.   Посет. 
 

Сквозь линзы розовых очков

(Ирина Зуенкова)
 45  Компьютеры и Интернет  2020-03-21  4  196
Сквозь линзы розовых очков
Казалась жизнь красивой сказкой;
Как ствол берёзы без сучков,
Как механизм с надёжной смазкой.

А кто захочет снять очки
Живя в беспечном виртуале,
Где засоряются мозги
Везде, куда бы ни попали?

Петро попал на сайт знакомств.
В кого ни ткни - все королевы!
К нему согласны ехать в Омск
Высокопробной масти девы.

Что в Омске у него дворец
Петр написал в своей анкете.
Он в этом деле лучший спец!
И врать прикольно в интернете.

Конееечно фото не своё,
А загорелого артиста.
Что началось тут, ё-моё!
Его желающих - штук триста!

Ажиотаж как на курорт;
На Омск раскуплены билеты
Несут багаж в аэропорт.
Снежаны, Яны, Стеллы, Светы...

Живя от Омска далеко
В любви поклялся Петя каждой.
Ведь жить без шуток нелегко,
А он шутил так не однажды.
 

Проводы зимы или окаянный столб

(Юра Харьковский)
 30  Смешные истории  2020-02-24  2  258

1978 год. Проводы зимы в нашем посёлке, с гордым названием Беринговский (Чукотка). Этот праздник традиционно проводился в мае, хотя ещё и морозы хороши, и снега по крыши двухэтажных домов. Но не провожать же её – «матушку зиму», в июне – это нонсенс. Традиционно возле местного клуба устанавливался деревянный столб, предварительно обильно политый водой, отчего он превращался в сплошную гигантскую сосульку, на верхнем конце которой крепились дефициты того времени – бутылка коньяка, чуть выше пузатый самовар, а на самой макушке итальянские сапоги – заветная мечта каждой молодой девушки и женщины советских времён. Я, чуть больше года как, обзавёлся семьёй и так хотелось обрадовать молодую жену модными сапогами. Они и только они, все другие варианты, с водкой и самоваром, отметались сразу. Но таких как я добрых молодцев два десятка уже крутятся вокруг, заняли очередь и только ждут команды, чтобы рвануть вверх за заветным призом. Вот, наконец, праздник официально открыт и первый смельчак, скинув полушубок, пытается покорить высоту. Что ж, посмотрим, понаблюдаем. А в принципе, что тут смотреть? Как и следовало ожидать, покоряется только высота, куда можно допрыгнуть, далее идёт медленное сползание на снег. Следующий конкурент разделся до пояса, думал поможет! Куда там. Ещё один дурик, с горящим взором, разделся до плавок, не тут-то было! Претенденты на халяву скооперировались и выстроили пирамиду – результат тот же. Столб метров восемь, тут пирамида из 5 человек нужна ,а они работяги, а не циркачи. Конкурсанты отчаялись и приуныли. Мой выход. Эх, не зря я лучший рационализатор своего предприятия и к делу подошёл творчески. В толстую подошву рабочих ботинок были вкручены по всей площади шурупы и получились из ботинок шиповки, которые, наподобие когтей электромонтёра, легко вонзались через тонкий лёд в податливую древесину сосны. Взяв бревно в обхват, я быстро и поочерёдно, втыкая подошвы в столб, за пару минут уже был у цели, где под громкие аплодисменты зевак, снял главный приз. Организаторы в шоке, ведь каждый год директор клуба, втихаря, брал не разыгранный приз себе, списывая его в отчёте на удачливого конкурсанта.
На следующий, 1979 год, директор клуба под суетился и объявил перед конкурсом, что отныне залезать на столб можно только босиком и злорадно посмотрел в мою сторону , а потом с нежностью на кожаную куртку, висевшую на макушке и в аккурат подходившую ему по размеру. Ну-ну, подумал я, ты меня сильно недооцениваешь, посмотрим, что ты запоёшь через час. Кстати и роста мы с тобой одного, так что, куртка и мне в самый раз будет. А через час, уже отчаявшиеся претенденты на покорение столба, понуро стояли в сторонке, насмешливо поглядывая в мою сторону. Ну, придётся вас разочаровать, уважаемые завистники! Смотрите и учитесь. Я быстро разулся, достал из кармана мягкие кожаные рукавицы, с пришитыми к внутренней стороне накладками от советских теннисных ракеток, которые имели высокие резиновые пупырышки, не скользящие по льду и быстро полез. Полез быстро, потому, что точно такие же накладки, я пришил на внутреннюю часть штанов, которыми обхватывал столб. Оп-ля, и снова лицо директора клуба выражает чувство крайнего трагизма и разочарования. А я гордо прошёл в новой, супермодной кожанке, мимо него, с ухмылкой на лице.
Наступил 1980,олимпийский год и в честь этого главный приз решено было сделать спортивным. Наверху столба красовались новые чешские кроссовки и волейбольный мяч фирмы «Гала», моя давнишняя мечта. Такой был только у нашего председателя спорткомитета, для районных соревнований. Ну, поехали. Теперь, по условиям конкурса, придуманным обиженным директором, залезать на столб разрешалось только в плавках, без всякой обуви и одежды. Конкурс проходил по накатанному сценарию. Безутешные претенденты на главный приз поочерёдно сходили с дистанции и понуро наблюдали за конкурентами со стороны. Народ нетерпеливо ждал моего выхода, гадая, как я буду теперь голый добывать главный приз и спортивную славу. Я тоже, честно говоря, до последнего этого не знал, но напряжённо думал. И вот «Эврика». Есть решение проблемы. Быстро сбегав домой, я вернулся, разделся и легко полез по столбу, как будто он не ледяной, а из наждачного камня. Народ ахнул, а директор побледнел и смахнул скупую чиновничью слезу. Все дело было в мёде, которым я обмазал переднюю часть тела и который отлично, словно клей приклеивал меня к столбу. Ко всему надо подходить творчески, ребята!
 

Дед и бабки

(Хм)
 42    2020-03-12  0  118
Эпиграф из песни:
«То ли луковичка, то ли репка...»
В общем, накормила бабка дедку.


Сколько лет было Золотой рыбке?

Сколько всего раз закидывал дед невод?

Сколько раз бабка кинула деда?

Променяла бабка деда на: мелкопоместного дворянина, толстого боярина, гордого князя, голого короля, олигарха?

Какой ветхости проруха была на старухе?

Почему для изготовления корыта дед не использовал не трескающийся топляк;

Какой площади были хоромы бабки, по сравнению с Рублёвскими?

Какой валютой, кроме ракушек ( без жемчуга), пользовались старики?

Как посылалось штормовое предупреждение: через
е-майл, ютюб, телеграмм, инстаграмм, одноклассники?
Насколько гугле хром?

Чем удобряла бабка репку, покуда «старик ловил неводом рыбу» и не видел?

Какой, конкретно, высоты и ширины выросла репка?
Чем измерял дед?

Почему дед не мог обхватить её как бабку,
хотя та была широка, как страна моя родная?

Кто правил в тридесятом государстве, где «тридцать лет и три года» жили герои?
 

ПРОМАШКА ЦУКЕРБЕРГА

(Алик Кимры)
 34  Компьютеры и Интернет  2020-01-26  1  282

Вроде ещё крепок, но природу не обманешь: на 82-м году сердце затребовало серьёзного капремонта, и я очутился в медицинском центре Zuckerberg San Francisco General Hospital and Trauma Center (ZSFGH). Центр назван именeм четы Цукербергов - они пожертвовали на его модернизацию и развитие сотни $ярдов.

По диагнозу болезни меня поместили в отделение Tween Peaks ZSFGH. В фешенебельной индивидуальной палате с видом на легендарный Tween Peaks – район Сан-Франциско, прославившийся благодаря культовому сериалу 90-х.



Отделение заняло 6-й этаж громадного корпуса № 25. И вот тут обнаружился настолько слабенький WiFi, что я был вынужден отправить нетленку «Об увольнительной» Жми сюда на Хохмодром чиста по айфону.

... Явный просчёт Цукерберга: сначала надо было установить качественный мощный WiFi, и уже к нему пристраивать корпуса и сооружения Центра. А он сперва построил корпуса и инфраструктуру Центра, и затем уже, видать по остаточному принципу, присобачил WiFi.
 

Рассказы из шести слов. Эксперим ...

(Тарасыч)
 62  О литературе  2019-12-25  6  471

Однажды Эрнест Хемингуэй поспорил, что сможет написать самый короткий рассказ в мире, способный растрогать любого. Он выиграл спор: «Продаются детские ботиночки. Неношеные» («For sale: baby shoes, never worn»). С тех пор многие пытаются повторить его эксперимент, и составить целую историю из 6 слов (как в оригинале писателя), способную тронуть и удивить читателя. Вот и я попробовал:

***
„Какое оно – Солнце?“, – спросил слепой глухонемого.

***
Разбил телевизор. Зателепал рекламой и ток-шоу.

***
Не спится. Почему за стенкой тихо?

***
Пришлось жениться, а хотел только поцеловать.

***
Заглянул в будущее. Отделался лёгким испугом.

***
Жил шумливо… Сука-старость подкралась тихо.

***
Встретил одноклассника. Выпили… повспоминали… посмеялись… помянули.

***
Включил компьютер. Зашел на Хохмодром… Полегчало.
 

Кошелёк с подвохом (Вова Молдава ...

(Юра Харьковский)
 18    2020-03-24  0  67

День получки был для Вовы самым большим праздником, примерно как для каждого из нас день рождения и подарком на этот день ему была зарплата. Уже с утра его глаза светились тихой радостью и он с нетерпением ждал сначала выдачи расчётных листов, а затем открытия кассы в бухгалтерии. Получив расчётный лист, он нёс его как драгоценный фолиант, бережно держа за края двумя руками и сдувая с него случайные пылинки. Затем он садился за рабочий стол и начинал внимательно изучать каждую цифирку, на предмет допущенной бухгалтерией ошибки. Но бухгалтера у нас были всегда грамотные и ошибки допускали крайне редко, так что Вове всегда придраться было не к чему. Тогда он придирался уже не к бухгалтерии, а к советским законам. – Вот смотрите, ребята, - говорил он, - на хрена с меня берут 13% подоходного налога? Я здоров, как бык, значит лечить меня не надо. Детей у меня нет, значит учить их мне не надо. А до пенсии я, может, вообще не доживу - кирпич на голову упадёт или конец света настанет. А платить всю жизнь должен для чужого дяди. Особенно его возмущала цифра налога на бездетность. – С какой стати, - возмущался Вова, - с меня выдирают 6% с зарплаты, а это на минуточку целых 25 целковых, за то, что я, не имея детей, экономлю государству деньги? Ведь теперь оно (государство) может экономить на яслях, детсадах, школах, институтах не воспитывая и не обучая не родившихся детей. Их соответственно и не надо лечить. Оно мне ещё и доплачивать за это должно, а не забирать.
Зато графа – коммунальные услуги (В период, когда он жил в балке), его всегда радовала своим нолём и он, радостно потирая руки, был счастлив лишней двадцатке в бюджете. А то что там нет ни ,света ни, отопления, ни воды, его мало волновало, по сравнению с возможностью экономить.
Жил Вова поначалу, как я уже говорил, в нашей комнате, где ещё обитали Слава Молоков и Миша Хитрин. Как-то в день получки Миша решил Вову разыграть на почве его жадности. На севере народ честный работал. Что такое воровство, мы практически не знали. Ключи от входных дверей хранились под ковриками и никто этим не пользовался. Если кто-то, что-то терял, то вещь, как правило, возвращалась адресату. К примеру, моя жена оставила кошелёк со всей своей зарплатой на прилавке, в кулинарии, так через 15 минут, мне позвонили и сказали забрать его. Но Вову-то мы знали как исключительного скрягу. Как он себя поведёт, найдя чужой кошелёк? Это Миша и решил проверить. Заключили пари на бутылку водки: Славик считал, что Вова не совсем уж пропащий человек и вернёт деньги. Миша, что вернёт, только когда увидит, что есть свидетель находки. И только я думал, что Вова что-нибудь придумает, чтоб не отдавать.
День выдачи зарплаты. Контора рядом с общагой, буквально в 15 метрах и Славик её уже получил. Вова одевается и идёт в кассу. Через 10 минут он должен вернуться. Миша идёт, садится дежурить в буфете общежития (Который аккурат напротив входа в общагу) и смотрит в открытую дверь, когда мимо пройдёт Вова. Мы со Славиком, смотрим в окно комнаты и, как только Вова появляется из дверей конторы, Славик выбрасывает свой бумажник с зарплатой в общий коридор. В кошельке, чтоб не было сомнений, лежит рабочее удостоверение Славика. Вова заходит в общагу и направляется мимо буфета по коридору в нашу комнату. Миша, видя его, выходит из буфета следом. На подходе к комнате Вова видит лежащий бумажник, жадно хватает его и бежит по направлению к туалету. Там он, воровато оглянувшись, вдруг видит сзади Мишу, который идёт следом. Тут он понимает, что Миша всё видел и, дождавшись его, заговорщическим тоном говорит: "Вот, кошелёк, какой-то лопух потерял, интересно, что там?" Он, открывает бумажник и глаза его загораются алчным огнём. Там 400 рублей крупными купюрами. Такой халявы, он в жизни никогда не получал. - И принёс же чёрт этого Мишу не вовремя. – Вова лихорадочно соображал, что делать: "Слушай, Миша, давай по справедливости - тебе 200 и мне 200 и всё "шито-крыто". Миша сделал вид что задумался: "А там документов никаких нет? – спросил он. Вова достал удостоверение Славика. – Так это Славика, соседа нашего, - обрадовался Вова, - но он же холостяк, а мы женаты с тобой, нам деньги нужнее. А он с книжки снимет, не обеднеет." Миша, от возмущения, чуть не захлебнулся. Он сгрёб Вову в охапку и затолкал в нашу комнату. Вову мы не били, люди мы мирные, но за такую подлость, решили проучить – благое дело.
В нашей общаге часто ошивалась местная путана – девушка-чукчанка по имени Уля. Была она неопределённого возраста, но не старая, страшненькая и почти всегда пьяная. Мы её не любили и всегда гнали из нашей комнаты, но при этом замечали, что Вова не разделяет наших взглядов на Улю, он не был брезгливым не только в еде, но и в женщинах. Она ему, определённо, нравилась и он был не против секса с ней, но понимая, что Улю надо поить, сразу отметал эту непрактичную мысль и только молча с тоской смотрел ей вслед. Праздник для Ули наступал, когда приезжали командировочные ремонтники из подрядной организации. Оторвавшись от семей, они "гудели" в общаге, играли в карты на деньги и "баловались" с Улей. Уля девушка была не меркантильная, отдавалась за выпивку, ну а уж если давали деньги, то не отказывалась. В периоды, когда командировочных не было, она, почти трезвая, грустно ошивалась по комнатам и заводила от скуки пустые разговоры. Как-то, в субботу, когда она появилась в очередной раз, а Вовы не было, я спросил её, не хочет ли она заработать на бутылку? Глаза Ули загорелись. – В нашей комнате живёт Вова Молдованин, ты его знаешь, продолжал я, - парень он стеснительный, жадноватый, но пугливый. Он давно на тебя глаз положил, но стесняется пригласить на свидание. Говорит готов дать тебе на бутылку, если ты ублажишь его. Если согласна, приходи сегодня вечером, он будет ждать." Уля, конечно, была согласна. – Если Вова, после интима откажется давать деньги, из-за своей жадности, - инструктировал я её, припугни братьями, которые приедут с тундры и его зарежут. Только ты уж постарайся, будь наглой, но страстной. - Вернулся Вова и мы с друзьями, как бы, между прочим, рассуждали, какие горячие любовницы, эти чукчанки и, если бы не их кровожадные и мстительные родственники, то можно было бы испытать это счастье. Вечером мы объявили Вове, что все идём в кино, он, само собой, на такие глупости, деньги не тратил и остался. Выйдя из общаги, мы сказали поджидавшей Уле, что в её распоряжении два часа. Уля была далеко не дура и всё исполнила профессионально.
Вернувшись с кинотеатра, мы застали Вову, мечущегося по комнате и заламывающего руки: "Сука, подлая сука, - кричал он, - никогда больше с ней не свяжусь. Шантажировать меня вздумала своими братьями. Целый червонец ушёл коту под хвост. На него месяц жить можно, а она его за 5 минут заработала и пропьёт!" – Так ведь ЗАРАБОТАЛА, смеялись мы, а не нашла в коридоре, как некоторые. Так Вова первый раз потерял свои горячо им любимые деньги. Про второй раз - отдельная история.
 

ЭТА МЯГКАЯ МУЖСКАЯ СИЛА...

(Лена Пчёлкина)
 36    2020-03-03  2  173
Ничего особенного в этот час в небольшой комнате студенческого общежития
не происходило. Ко мне заглянул однокурсник - красавчик Гера.

Ходил по общаге и выпрашивал конспекты по одному математическому предмету, который имел прикольное (в нашем понимании) название: «Теория выпуклых фигур».

Был Гера высок ростом, строен, холен, умен. Брюнет с пронзительными карими глазами. Но ходил на занятия через пень-колоду, поэтому ему позарез нужны были конспекты лекций, которые все девчонки тщательно вели.

И вот, мы мило болтаем, шуткуем на тему предстоящего зачета по оной дисциплине…

Как вдруг из Геркиных золотисто-коричневых глаз на меня хлынул такой неудержимый поток мужской нежности, ну, прямо здесь и сейчас включился гиперболоид мужской силы, что моё Я неожиданно для меня стало медленно плавиться, кровь прилила к моим девичьим щечкам, задрожали и начали подкашиваться колени, мысли путались.

Пытаясь противостоять этому внезапному обаянию, я что-то продолжала лепетать и заикаться…

Что было бы дальше, не знаю, но тут вошла моя соседка по комнате Валя и волшебство закончилось…

Почему вспомнился тот давнишний эпизод, не знаю. Возможно, просто - Весна, её извечная тайна возрождения, её любовная магия. Мужское тянется к женскому, женское к мужскому…

Что, скажете, тут смешного? А то, что до самого выпускного бала я старалась не попадаться Герке на глаза...

Но эти глаза снились и очень даже ...
 

КОРМА.

(ЮРИК)
 25    2020-02-26  1  158

Светились вышки над тайгою,
В ночи горели факела.
И от Советского застоя,
Рублём романтика звала.

Морозил сопли, руки, ноги,
Но никогда не унывал.
Уверен в выборе дороги,
Нефть для страны я добывал.

Здоровьем не обидел Боже,
Дурниной пёрла моя прыть.
И там я точно вышел рожей,
Умело, недра стал бурить.

Мороз и солнце, снег и ветер,
И звёзды яркие, луна.
Под вечер, ночью, на рассвете,
Как мать встречала нас она.

Кормила всех и тем и этим,
И даже блюда на заказ.
Есть ПОВАРА на этом свете,
И я о ней сложил рассказ.

Строга, серьёзна, недотрога,
Ломали копья мужики.
Хотел и я пробить дорогу,
Она встречала всех в штыки.

Итак и сяк не тут –то было,
Ну не выходит, ни хрена.
От её вида сердце ныло,
Шикарною была корма.

Ну, это прямо раком глаза,
Ведь это надо мать етить.
Такая задница-зараза,
Хотелось взять и обхватить.

Ещё она была красива,
И сладок был запретный плод.
Или быть может, она мстила,
Отвергнув весь мужской народ.

Вот так и жили, не тужили,
Еду творила, от души.
Мы с Ольгой-поваром дружили,
Мечты при этом задушив.

Такая вот души отрада,
Ломали об неё глаза.
И не досталась мне в награду,
Доселе катится слеза.
 

Женатый я!!!

(ЮРИК)
 38    2020-02-12  2  242
(анекдот знаю)

Выпил я как-то для порядку, совсем немного.
Когда я много выпью, какой уж тут порядок.
Вдруг в голове резко так щёлкнуло, ну вроде как что-то выключилось, а скорее включилось. Прямо как выключатель, громко так.
Подумалось ещё, эко диво какое. После этого щелчка, диво и произошло.
Всё вдруг заиграло, заблестело, в голову радость доселе невиданная вонзилась, ноги прямо в пляс просятся. Видимо водка правильная попалась.
Хожу сам себе песни под нос напеваю, а сам думаю, и что же мне этакого приятного сотворить, чтобы всем радостнее стало.
Первым делом о жене подумалось, эх, а может ей букет цветов подарить..…
А сам думаю, вряд ли обрадуется. Как увидит букет, так подумает ещё чего-нибудь непотребное, ну вроде как к бабе другой собрался, а её дома нет, вот и притащил букет назад, не выкидывать же такое добро.
Нет, точно не обрадуется, да ещё про трусы наизнанку вспоминать начнёт.
Был такой грех, вернулся под утро, а трусы наизнанку.
Вот где драма была. Нет цветы это слишком.
Радость как –то мрачнеть стала, ну я и налил себе ещё немного в стакан гранёный. Нет не полный совсем. Полный по край нельзя, вдруг рука дрогнет. Водка прольётся, вот и налил по поясок всего лишь.
Выпил медленно с оттягом. Родственник покойный из моего детства так пил. Спросил я его как-то, что же он так долго пьёт её, да ещё морщится так, что смотреть жалко. Тут –то и открыл он мне секрет.
Медленно пью, страдальчески как бы, чтобы горечь жизненную постичь.
А что это залпом влил в горло, огурец в рот тут же. Так совсем ничего не поймёшь, а вот с оттягом, пусть и мучительно, но весь вкус её родимой через тебя медленно так проходит, тут и начинаешь понимать всю суть жизненную.
Вдруг в мозгах опять что-то щёлкнуло, якобы суть включилась.
Горько мне что-то стало, радость вся испарилась напрочь, только и успел подумать, хоть бы уж баба не пришла под горячую руку, а то вся горечь ей достанется.
Закручинился я, сел на крыльцо и мысли тут горестные в мозги полезли.
Прямо одна на одну и всё горче и горче.
Ну думаю мать иху ети, так и свихнуться можно.
Встал с крыльца, прошёл туда, сюда по двору, а мысли эти горькие прямо как змеи в голове клубком. Вот и привели они меня, мысли эти горькие назад в кухню, а там в буфете ещё бутылка стояла, ну я из неё тоже в стакан.
Хлысь, на этот раз залпом, чего зря тянуть.
Тут и подвалила она меня, прямо на диван повалила.
Всё в башке закрутилось колесом, а потом колесо якобы остановилось, или с бугра помчалось. Всё перед глазами вроде наперегонки понеслось, а потом туманом всё заволокло, сединою белою покрылось.
Будто через облака плыл и вдруг вынырнул.
Ясно так всё солнечно, все такие радостные, здороваются, бабы особенно приветливы, улыбаются, одна этаки прямо по голове погладила. Ух думаю, не иначе как в рай попал, а бабы всё ближе, ближе и ластятся вроде, а в руки взять не могу, немощь что ли какая навалилась.
Тут они прямо к штанам руки тянут, а я чувствую сил нет.
Вот позорище думаю, да как закричу на них.
- Ну-ка отошли дуры, женатый я. Испугались они верности моей и удалились. Тут вроде два злыдня ко мне, потихоньку так подговаривать начали, мол давай банк ограбим, жизнь исправится целиком.
Заживём круто, с деньжищами, не жизнь, а малина.
Так то оно так думаю, а если за шкирняк возьмут, да на долгие годы.
А как же родненькая моя, вдруг такого дурака ждать не станет.
Отогнал злыдней, громко так проорал, что не по мне это, женатый мол я.
Не сон, а чертовщина какая то.
А я этой чертовщине всё не поддаюсь, проснулся весь в испарине.
Жуть прямо, а сам думаю лучше уж баб не отгонял бы, такие сладенькие были, жаль что во сне. Сел на диване, голова раскалывается, во рту сушняк ужасный. Сижу до крана шагов несколько, а встать не могу, ноги, как ватные, отнялись якобы. Тут родненькая моя, и стакан водички и бутылку принесла, похмелись мол. Вот думаю, свихнулась либо, что это с ней, а как гранчак саданул, так и вспомнилось.
Женатый я.
 

Бросить курить

(Николай Зубец)
 13    2020-03-25  0  44
Отец пробовал бросать курить постепенно, но не получалось. Старался отвлекаться мятными конфетками. Мучился и срывался. Он был настоящим курильщиком – сам даже табак выращивал. Когда начал курить, не знаю - человек войну прошёл, тогда некурящих, наверно, почти и не было. Но однажды собрал силы духа и бросил резко.

Мне не очень удобно про это писать, тем более морализировать и поучать – ведь я некурящий, вообще не курил никогда. Ну, в школе баловались для показухи ментоловыми сигаретками. Как-то с другом купили по настоящей гаванской сигаре – хотели по высшему разряду насладиться, ведь образ преуспевающего человека обычно рисовался с сигарой в зубах. Какой там у него, у дяди Сэма, например, моральный облик, кого эксплуатирует, кому войной грозит – вопрос другой, но что он явно наслаждается, держа в зубах сигару, было видно на любой картинке. Это же скрытая реклама курения, побочный эффект политической пропаганды. Так вот, купили в главном табачном магазине сигары, пришли в лучший парк города, уселись на главной аллее, на удобной лавочке, посмаковали вкус ещё незажжённых тугих скруток из экзотических заокеанских листьев. Вкус и запах, правда, очень напомнили обычные табачные листья, которые отец раскладывал сушить на газетах. Но мы предвкушали! И так закашлялись, так поперхнулись дымом, так стало муторно, что больше я ни-ни. Дружок, правда, курит и сейчас, а мне вполне хватило ударного тест-драйва.

А, вот, брат пробовал бросать куренье многократно и всегда именно резко. Постепенность – не его стиль. Вообще это был сгусток воли и решительности. Что задумывал, всегда выполнял, как бы ни было трудно. Решил – сделал! Крепок был духом и телом – первые разряды по плаванью, боксу и фехтованию. Легко ходил на руках. С курением, вот, никак не получалось завязать. Один раз он год почти держался, но… Попытки отчаянные были, драматические даже, а часто и забавные.

Вот эпизод один. Тогда он в Курске жил, в Воронеж приезжал частенько, а я к нему мотался и на мотоцикле. Летом было дело. Мы с женой с юга вернулись. У неё отпуск кончился, а у меня ещё оставался. Уехал с другом на природу с палаткой. Через пару дней друга там оставил, а сам примчался на мотоцикле в Воронеж подкупить продуктов. Домой просто для порядка заскочил. Глядь - а там братишка мой любимый! Внезапно появился, тогда это легко получалось - ещё кукурузники летали на местных линиях. Он рассчитывал со мной пару деньков провести, на мотоцикле покататься, а я вроде как с другом завязан. Друга домой вернуть – неудобно, конечно. Зову брата присоединиться к нам, думаю, палатка вполне троих вместит. Однако чувствую, что вряд ли согласится, на одном месте сидеть он совсем не охотник, да и приятеля моего недолюбливал. Но что ещё могу предложить?

А брат предложением заинтересовался. Уточнил, нет ли там поблизости магазинов, и, узнав, что нет, к моей радости, согласился. Задумал он бросить курить – вот, в чём дело. Самые трудные первые дни с нами на природе перебьётся, а там легче вроде дело пойдёт. Отлично! Собрался быстро, но бутылочку портвейна захватить успел.

Прекрасно всё! Вот, мы уже на месте. Общаемся втроём и весело, и дружески. Вода в реке прохладновата – начало сентября. Но не беда, зато безлюдье полное, почти как летом солнце, приволье настоящее. А первый вечерок вообще отличный вышел. Костёр большущий развели и под лиловым небом купаемся в ночной реке, пьём мятный чай с портвейном, а прямо из Америки через транзистор Уиллис Коновер нас услаждает джазом. Брат был в ударе – рассказывал истории, читал стихи и даже в отблесках костра подпел разок транзистору. В палатке улеглись вполне комфортно, над анекдотами хохочем.

Неплохо начался и следующий день. Опять купались, по лесу гуляли. Грибов набрали, жарили. Но, вот, под вечер братец стал сникать. Понятно всё, что происходит с ним, но так противно слушать, как нудно милый братец спорит с моим другом – и надо же, на исторические темы, дурацкая дискуссия всё про царей каких-то. А тут ещё беда – на другом берегу, прямо напротив нашей палатки, где пустой пляж уже закрытой турбазы, вдруг на полную врубают музыку. Большущий динамик прицельно направлен на нашу палатку. Мы в эпицентре шлягеров всяких, они, я вижу, брата жутко раздражают. Особенно Лесной олень, которого почаще повторяли:

Умчи меня, олень,
В свою страну оленью.

Меня удивляет, но почти не трогает это мощный концерт в безлюдной местности, а брат заводится и не то в шутку, не то всерьёз предлагает разбить их динамик.

- Да что ты, братец!

Но эти децибелы внезапно нарушили нашу изолированность, обесценили её и лишили задуманного лечебного действия:

- А можно там курево купить?
- Да нет там ничего и никого. Только сторож дурачится с музыкой.
- Есть тут работающие турбазы?
- Братишка, не сдавайся, пожалуйста!
- Ты не понимаешь!

Большая, круглогодично действующая база была как раз на нашем берегу, но вдалеке. Уговорил. Но это же капитуляция! Хмуро бредём по тропинке, а над нами, продираясь сквозь ветви кустов и деревьев, незримо реет белый флаг. Вот и турбазный ларёк. Продавщица как раз вешает замок на дверь, рядом стоят Жигули - муж собирается везти домой. Упрашиваем продать сигарет – она даже не отвечает. Облом.

Пытаемся хоть одну сигаретку сшибить у отдыхающих, но только двое встретились, оба некурящие. Полный облом.

Возвращаемся по берегу тоскливо. Никто даже не принял позорную нашу капитуляцию. По усмотрению теперь противник будет поступать! Небо в тучах. Хочу братишку я отвлечь, встряхнуть, но лишь на колкости всё нарываюсь. Плохо ему, лицо посерело.

Пока мы ходили, друг ужин приготовил, турбазное радио молчит, слава богу. Только поели, стал дождик накрапывать.
   
Сидим в палатке, слушаем стук капель. Не промокнет ничего – я всегда палатку накрываю полиэтиленом, закрепляю края прищепками. Рановато ещё спать. Брат мается. И тут, перекрывая шелест дождя, с удвоенной громкостью загрохотало радиовещание:

Умчи меня туда, лесной олень!

Братишка перекривился: «Ну, не могу этого выносить!»
А динамик орёт:

Со мной лесной олень
По моему хотенью…


Спасать надо брата! Хоть как-то хочу ему помочь. Разделся, под дождём вытащил из мотоцикла плоскогубцы, речку переплыл, как диверсант, нашёл провод, идущий по кустам вдоль тропинки к турбазе, и перекусил. Даже для надёжности пару метров отхватил и выкинул подальше.

Вернулся, а там уже не до оленя лесного – жаркая склока опять про царей, но уже на грани личных оскорблений. Еле унял распоясавшегося братца. Транзистор включил – хоть известиями какими отвлечь. Но только треск оттуда – началась гроза, дождик в ливень переходит.

Улеглись спать. Уютно в сухой палатке во время дождя! Сейчас бы снова анекдотами заняться, забавные истории неспешно рассказать. Но брат ворочается всё, вздыхает. Спросил, далеко ли отсюда до дома. Далековато, километров пятьдесят.

- Утром отвезёшь?
- Отвезу, конечно. Спи!

Лежим молча, грозу слушаем. Молнии блещут сквозь палатку, громы грохочут. Когда показалось, что все заснули, брат вдруг вскочил и просто взмолился:

- Я уж не спрашиваю, любишь ли ты меня, но если хоть капельку уважаешь, отвези!
- Отвезу же. Что с тобой?
- Прямо сейчас! У меня там полпачки осталось.
- Уж за полночь. С ума сошёл! Смотри, как льёт!
- Умоляю! А то – пешком пойду.

Таким раздавленным я никогда не видал своего старшего брата. Всегда он был логичен и рационален, а тут – просто истерика. Так жалко его стало!

- Одевайся.

Друг отвернулся к стенке и с головой укрылся одеялом, ему-то за что достаётся такое наблюдать! Под ливнем завожу мотоцикл.

И мчит меня олень
По моему хотенью…

Сквозь завесу дождя, в которой напрочь теряется луч фары, по раскисшим тропинкам, по просекам лесным.

Где сосны рвутся в небо,
Где быль живет и небыль,
Он мчит меня туда, лесной олень.

Под ливнем на мотоцикле – это, как в проруби студёной плескаться. Дома я сразу в горячую ванну нацелился, а братишка прямо в мокрой одежде ринулся к начатой пачке и жадно затягивался с очень виноватым видом, стараясь прятать глаза.

А вот ещё эпизод. Уже брат жил во Владивостоке, куда так просто не съездишь, но у меня туда командировка получилась. Утром встаю, а брат с женой уже на кухне, вид у него торжественный, изрекает:

- Ты присутствуешь при историческом моменте – я бросаю курить!

Сразу Лесной олень на ум пришёл, и выраженье моего лица, наверно, это показало, но брат невозмутимо:

- Зря ты морщишься. Это твёрдое решение.

Обычно он курил, что покрепче – Беломор, Приму, - а здесь распечатывает пачку каких-то дорогих сигарет и ритуально, неспешно выкуривает одну. Мы с его женой наблюдаем, но она как-то отрешённо к этому действу относится, без энтузиазма. Открыла форточку, я думал для проветривания, но брат сразу прикрыл и ещё одну сигарету быстро выкурил, потом даже третью начал, но, не докурив, скомкал красивую пачку, и картинно вышвырнул в форточку:

- Всё! Запомни этот день.

Да, день у меня выдался насыщенный, выступал на конференции. Вечером снова на кухне встречаемся. Дело было зимой, и брат со вкусом готовил согревающий глинтвейн, стихи читал, боролись мы, дурачились, пели, много смеха. И вдруг сникает он и неожиданно:

- Попробуем найти те сигареты?

Дааа… Опять белый флаг! Зима, мело весь день нещадно, с седьмого этажа летела пачка, а дом ведь на семи ветрах на сопке примостился. Однако же, пошли, обшарили периметр. Время позднее, магазины, конечно, закрыты, да их и нет поблизости. Киосков никаких тогда ещё не знали. И у прохожих не сшибить – их тоже нет, нет даже улицы нормальной – здесь хаотично все дома раскиданы на сопке. Опять нет шансов никаких найти нам курево.

Домой вернулись. Брат не успокоился, берёт пакет, и мы идём искать бычки – недокуренные сигареты. На лифте методично объезжаем все этажи и рыщем. Находим что-то, но не на каждом этаже. Соседние подъезды обошли – благо тогда они ещё никак не запирались. Кулёк наполнили почти.

Опять мы на кухне. Брат со знанием дела крутит «козью ножку» из газеты и набивает её табаком из окурочков. К моему удивлению жена взирает на это спокойно. «Козья ножка» изрядной получилась. Раскуривается с жадностью, и постепенно к брату возвращается так неожиданно испарившаяся умиротворённость, исчезает нехарактерная суетливость, опять спокоен он, великодушен, и даже вновь его любимые стихи звучат.

А утром жена отправляется купить сигареты. Опять ритуальное куренье, опять открывается форточка, жена уговаривает не выбрасывать, а просто спрятать подальше. Но пачка всё же вылетает из окна, он твёрдо верит в перелом крутой.

Нужно ли говорить, что вечером опять по этажам с кулёчком ездили?

И мчит меня олень
В свою страну оленью.
 

ДНК.

(ЮРИК)
 16    2020-03-27  1  44
(каверза)      

Иван Фёдорович, царство небесное был мужчиной многодетным и довольно таки состоятельным по сегодняшним меркам.
Четверо его детей, были им признанными по рождению, и до восемнадцати лет, он в своё время строго выплачивал неплохие алименты. Со всеми его жёнами у него постоянно не складывалось и все его дети, почему то были от разных женщин, которым он оставлял после себя, всё то, что у него требовали.
После очередного развода, он как бы начинал жить по новому и освободившись от очередного брака, быстро вставал на ноги и продолжал свой очередной жизненный путь.
Фёдорович был деятельным и очень способным человеком и если бы не его периодические разводы, он наверное был бы олигархом.
Но этого не случилось, хотя всю жизнь он был на плаву и всякий раз умело находил свой, одному ему известный выход из всякого каверзного положения.
Последняя его возлюбленная Лика, тоже была законной женой, правда возрастом была чуть помладше его старших детей, собственно она была одноклассницей его младшей дочери.
Детей от Ивана Фёдоровича она не имела, хотя как все говорили, очень этого хотела.
Умер Фёдорович мгновенно, совсем неожиданно, обширный инфаркт, вот так запросто, взял и умер.
После помина девяти дней, в его доме собрались все, кто по своему любил отца и как-то надеялся получить кусочек наследства от усопшего батюшки. Бывших жён не было, а вот дети и внуки собрались все.
Поначалу никто и не обратил внимания на пришедшего помянуть умершего незнакомого мужчину, который сидел в самом конце стола.
И только после закончившегося обеда, когда остались все свои, новоиспечённая вдова объявила, что это нотариус, который имеет полное право огласить последнюю волю покойного.
Вдова пригласила мужчину к столу у камина, а все присутствующие расселись кто на диване, кто в креслах, а кто на лестнице ведущей на второй этаж, огромного дома .
С самого детства, неожиданно случившуюся вдову никто не называл полным именем. Для всех она была просто Ликой.
А Анжеликой её называл только Иван Фёдорович, когда очень сердился, одним только именем оповещая, что ему что-то очень не нравится.
Нотариус представился. Всем показалось очень странным его имя отчество, Александр Владимирович. Судя по его виду, ему больше подходило к примеру Моисей Аронович, или Марк Соломоныч.
Он медленно вскрыл пакет и торжественно приподнявшись, прочитал довольно короткий текст.
По сути текста, все было совершенно ясно.
Квартира в центре города достаётся Анжелике, а всё остальное имущество (дом, катер, база приёмки металлолома, автомастерская, автомойка и прочее прочее) Достаётся в равных долях его настоящей жене и детям подтвердившим своё ДНК, т.е. являющихся ему родными и соответственно прямыми наследниками покойного.
- Всё правильно, проговорил старший сын Антон.
Выставим всё на продажу, а вырученные деньги разделим поровну.
С этим решением трудно было не согласиться, спорить было не о чем, потому что всем доставалось в равных долях.
Тут встала Лика и как бы между прочим напомнила, что в завещании имеется всего лишь одна небольшая загвоздочка. Им всем в смысле детям, нужно пройти анализ ДНК, так требовало завещание.
Ну, вот насмотрелись телевизора, загалдели все, но спорить опять было не о чем.
Они как-то засуетились, начали вставать со своих мест, но Лика подошла к столу, подняла какие- то бумаги и попросила тишины.
- Дело ясное, и абсолютно всё правильно, но извините меня, мне бы хотелось вам заявить, что это не совсем так.
Я с Иван Фёдоровичем прожила пятнадцать последних лет и как видите, почему то у нас не было детей, хотя я обошла все ближайшие и даже две московских клиники, пытаясь понять в чём дело. Так вот опираясь на заключение трёх клиник, имею полное право сообщить вам дорогие мои.
Иван Фёдорович не мог иметь своих детей…..
Вот только поэтому и есть такой пункт в его завещании.
Мгновенно наступила гнетущая тишина.
- Да не может быть. Как такое могло случиться, изумлённо проговорил Антон и судорожно взяв одну из бумаг начал читать. Да не может такого быть.
- Может, или не может, спросите Вы у своих матушек, -спокойно проговорила Лика и тут же продолжила.
А вот про тебя Антон, он изначально знал, что ты не его сын. Он взял твою мать уже беременной, после того, когда насмерть разбился твой родной отец, его друг. Прикинь, тебе сорок лет, а ты этого не знал ни сном не духом, а алименты тебе он исправно платил все восемнадцать лет и матушке вашей, судя по документам не мало досталось.
Так что ребята, предлагаю ни о чём не спорить, жду вас после анализа ДНК, за своей долей.
 

Адамыч и Коля.

(ЮРИК)
 20    2020-03-06  0  111
Здорово, Коль, клюёт что ль?
-Здорово, да вроде клюёт. Так не сказать, что особо, нехотя как-то, да всё больше мелочь. Ты подальше–ка сядь, а то вдруг опять зацеплю.
Коля, был далеко не пацан, но все пацаны его звали по имени, хотя на работе он был, Николай Иванович и был он там уважаемым человеком, как говаривали, очень сильно-грамотным бухгалтером.
Только вот бухгалтером он был, с длительными перерывами.
Работал до тех пор, пока не срывался и не уходил в долгий запой.
С работы ему делали бюллетень, а если не выходил, то просто увольняли, и вот тогда он частенько сидел на берегу речки и запросто, не взирая на время суток ловил рыбу. Удочки у Николай Ивановича почему то были всегда огромной длины и чтобы закинуть леску с наживкой подальше от берега, он размахивался удилищем через голову и со свистом запуливал подальше от берега.
Он всегда строго отгонял пацанов, чтоб по случайности не зацепить за ухо.
Такую вот экзекуцию я и испытал один раз на своей голове.
Да благо леска обхватила петлёй башку и крючок никуда не вонзился захлестнувшись за леску. То есть никто не пострадал.
Только матюков Коля, отпустил столько и так громко и выразительно, что опосля я и близко не подходил, садясь в сторонке наблюдать за его поплавками.
С самого детства Николай Иванович был инвалидом.
Одна его нога была как-то неестественно вывернута и при ходьбе он сильно хромал, а в крепком подпитии, отчего-то теряя равновесие, всегда падал на спину. После падения с трудом поднимался и продолжал свой путь домой. Женатым он почему то никогда не был, жил с пожилыми родителями, хоть и имел постоянный интерес к красивым женщинам.
С интересом рассматривая, каждую попавшую на глаза незнакомую особу.
- Вон поглядите, какая пошла.
Что вы тут зря сидите, делать вам нечего, только рыбачить мешаете. А девки, они внимание любят. Их вниманием и разговором привлекать надо, а то расселись здесь. Ух, я вам засранцы вы эдакие.
Был у Николай Ивановича друг, тоже страстный рыбак, гораздо старше самого Николая.
Но тот любил рыбачить сетями на лодке и даже иногда торговал своим пойманным уловом. Все звали его просто Адамыч. Хотя полное его имя, было очень редкое в наших краях, полностью он был Константин Адамыч, с редкой фамилией Дуколь. Старуха у Адамыча умерла рано, до самой смерти работала в ларьке продавщицей, и была побольше Адамыча раза в два.
А вот умерла рано, я и не помню по какой причине.
Вот поэтому и превратился небольшенький домик Адамыча, в тихий алкоголический притон, куда все бедолаги заходили, чтобы принять на грудь, или подлечиться. Благо, что ларёк с горячительными напитками находился в аккурат через улицу.
Адамычу соответственно все с уважением наливали, и с каждым прожитым годом статус рыбака и нормального человека падал всё ниже и ниже.
И откуда только в наших краях появилась толстая баба лет сорока пяти, пятидесяти, скорее её сослали из города к нам на воспитание.
Были в наших краях в ту пору такие ссыльные. Пила она страшно, и частенько не дойдя до дома, ложилась спать на какой-нибудь лавке, или там, где отключилось её сознание.
Звали её Манька, а если целиком, то просто Манька Кулакова. Вот как-то и увидели мы с пацанами, что Манька отключилась на лавке у деда Ивана.
Напротив лавки стояла огромная телега на деревянном ходу, на которой хозяин возил сено домой для своей лошади, с огромным трудом, количеством десяти пацанов, мы уложили Маньку на эту телегу и со страшным грохотом несколько раз прокатили по улице. Манька совсем не реагировала, она огромной кучей лежала на телеге и все её телеса мясистым холодцом тряслись на кочках.
Оказывается тяжела жизнь у лошадей. Мы быстро познали это надрываясь таскать телегу по улице. В завершение концерта мы подогнали телегу к дому Адамыча и оставили там, вместе с отключенной Манькой.
Каково же было наше удивление, когда мы увидели, что Манька стала захаживать в дом Адамыча и чтобы не спать где попало, частенько оставалась там. Вот мы и решили посмотреть, а что же они там делают.
В один из вечеров, мы увидели, что пьяная вдрызг Манька с авоськой, из которой торчали бутылки водки, приблизилась к дому Адамыча и постучав в окно, открыла калитку и вошла во двор. Мальчишеское любопытство напрочь овладело нами и мы подойдя к дому с улицы, стали подглядывать в окна.
За столом сидели трое, Адамыч, пьяная Манька и Коля, они о чём-то оживлённо разговаривали, выпивали и все трое курили. Тут Манька встала и по пьяному сшибая косяки, войдя в зал хотела прилечь на диван, но вдруг к ней подошёл Адамыч и уперев голову Маньки в диван, задрал платье.
Мы к нашему стыду, во все глаза смотрели на происходящею экзекуцию. Адамыч расстегнул штаны и начал пристраиваться сзади, но Манька упала.
Он опять с огромным трудом установил её в нужную стойку и опять начал пристраиваться, всё повторилось, Манька опять завалилась и всей кучей упала на пол. Тут Адамыч видно позвал Николая и они вдвоём стали опять устанавливать пьяную Маньку в нужную им стойку, но тут кто-то заржал и нас услышали.
Свет погасили.
Что там творилось дальше, мы не видели.
Только через пять минут дверь избы отворилась и совершенно голая Манька, со страшным криком выскочила во двор и выбежала на улицу.
Мы кинулись врассыпную, а она видно сообразив, что абсолютно голая, вернулась обратно.
Когда мы возвратились к окну, за столом сидели трое и мирно пили.
Так и осталось загадкой, что же там стряслось с пьяной Манькой.
Чем её могли напугать два абсолютно пьяных старик и мужчина, до того, что она голая, со страшным криком, стрелой выбежала на улицу, правда потом вернулась и спокойно, как ни в чём не бывало, продолжила пьяную оргию.
 

ЕСТЬ ЖЕНЩИНЫ, КОТОРЫМ ИДЁТ ВСЁ…

(Соломон Ягодкин)
 9    2020-03-26  0  58

Есть женщины, которым идёт всё, и чем меньше, тем лучше. Экономия сумасшедшая получается, они ещё за это нашему брату-мужику спасибо скажут...

Самое невинное существо – проститутка, она ни мыслей, ни чувств не имеет, в том числе, и греховных. Не до пустяков ей, бедняжке, и Madam, и «коту», словом, всем плати, а все мысли и чувства потом, на пенсии, да и то, если самой не удастся до этого самой пенсии своё «дело» открыть...

Любой публичный дом подобен моргу, где всё уже тоже – в прошлом. И тогда остаётся только мемуары писать, но только уже, в гробу...

Штукатурка наносилась так аккуратно, что все её уважительно называли косметикой. В приличных заведениях вообще очень ценились все заграничные слова...

Если не до конца покраситься, получается жутко ненатурально, так что вывод один: «Краски не жалеть!», тем более, если по дешёвке удалось её раздобыть аж целое ведро...

К женщине, которая по уши в косметике, не придерётся даже самый капризный из мужиков: значит – любит! А иначе, зачем после каждого душа себя с головы до пят так безжалостно мазюкать?..

Тело было доброе – жиринка к жиринке, а иначе кому понравится, если ты в экстазе начнёшь костями греметь, и тем самым в любовную музыку вносить удручающий чечёточный диссонанс?..

Коллективный секс, это уже наше, чисто человеческое достижение, потому что даже у животных такого нет. Слабы оказались ребята подняться над природным эгоизмом: «Сам всё съем, и никому ни крошечки не оставлю!»...

Половые гиганты потому и называются гигантами, что у них всё маленькое, а это – большое. А вот у нормальных людей всё как раз наоборот, причём, начиная с головы...

Когда на девушку никто не обращает внимания, в святом девичьем гневе своём она свирепеет всё больше и больше. И так вплоть до её замужества, когда наконец-то можно малость и отдохнуть. А для профилактической свирепости всегда есть тот, кто теперь (а куда ему деться?) всегда под рукой, всегда рядом...

Озлобленная девушка – это всё та же малолетняя старуха, у которой есть все шансы до седых волос так девушкой и остаться. Но эту «вечную молодость» вряд ли можно назвать подарком Судьбы, ибо злоба, она как оспа, если уж отметила, то отметила навсегда...
 

Молодые тряхнули стариной…

(Соломон Ягодкин)
 11    2020-03-05  3  127

Девушка была хорошенькая, но не более того. И никакими силами нельзя было заставить её или поумнеть или хотя бы поглупеть, лишь бы только не эта мертвящая середина...

Молодые тряхнули стариной и пустились в пляс...

Если ты сексуальный лодырь, то в сексе тебя не спасёт даже самый большой кошелёк, его придумали совсем для другого...

Из двоих любящих кто-то один должен быть умней, чтобы другой всегда оставался прав, а иначе ещё одна ячейка государства пойдёт ко дну...
 

Дарственная

(Анатолий Долженков)
 10    2020-03-28  1  38
Старики народ недоверчивый, пугливый. Жизнь так приучила – ни чему и никому не доверять, особенно если предложения, поступающие от окружающих граждан весьма привлекательны и заманчивы. Когда тебя убеждают, что на каждый стариковский рубль легко зарабатывается дармовая десятка, прожившему многотрудную жизнь пожилому человеку яснее ясного – здесь что-то не так. Предложение явно пахнет аферой. Никакой десятки не будет и рубля, кстати, тоже. Логика прожитой жизни учит соблюдению непреложной истины – не может посторонний человек с улицы или группа лиц ни с того, ни с сего, в ущерб себе, сулить тебе всякие блага и выгоды.

Да, что там посторонний! Иногда родных людей приходится опасаться больше, чем чужих. Наибольшую опасность представляют остро нуждающиеся в финансовой поддержке прямые и косвенные наследники: дети, внуки, шурины, зятья, невестки и прочие близкие и дальние родственники, располагающие полной информацией о размере Вашего материального благосостояния и примеряющие его уже на свой хилый семейный бюджет. Впрочем, случается, бывают и другие жизненные ситуации, когда между родными людьми царит полная любовь и взаимопонимание, а завистливый взгляд со стороны находит во всем этом расчет и выгоду. Согласитесь, такое явление типичным не назовешь. Подобные отношения – большая редкость в семьях. Всегда имеются причины для недовольства.

В одной среднестатистической семье, включающей в себя, как это водится, папу с мамой да пару детей мужского пола, старший из которых дорос до совершеннолетия, возникла стандартная ситуация. Мама одного из родителей, старенькая старушка, достигла столь преклонных лет, что сама по себе, отдельно, без поддержки родственников, существовать уже не могла. Самостоятельное, без посторонней помощи, посещение магазинов, рынков и других мест, с целью приобретения продуктовых и промышленных товаров, стало настолько непреодолимой проблемой, что, как говорится, ни хлебушка купить не получалось, ни молочка к хлебушку.

Дочка быстренько приютила маму в своей семье с тем, чтобы обеспечить надлежащий уют и полноценное питание под конец жизни. Но эта, казалось бы, благородная процедура вызвала перенаселение в малогабаритной трехкомнатной квартире. Один человек на полезной жилплощади был явно лишним. Бабушке весьма доходчиво и внятно прояснили возникшую ситуацию.
- Видишь ли, мама, - расставила все точки над «і» дочь, - раз ты переехала к нам навсегда, Вадик должен поселиться в твоей квартире.

Вадика, старшего сына, родители давно пытались спихнуть к бабке на постоянное проживание. Но, старушка, пока была в силах, отнекивалась от подобных предложений, говоря, что «помощи ей не требуется и она со своими делами справляется самостоятельно». А теперь все. Немощь была на лицо, и приходилось соглашаться с будущими опекунами буквально во всем. Тут же было принято судьбоносное для Вадика решение – бабушка соглашалась оформить на старшего внука дарственную на квартиру и автоматически комната, занимаемая им в квартире родителей, становилась ее постоянным пристанищем. Подобное положение устраивало всех. Дочку с зятем потому, что маму все равно нужно было досматривать, да и подросший сынок уже стал доставать: водил в квартиру девок, устраивал разгульные вечеринки. Такое неудобство слегка раздражало родителей, потерявших вкус к бурному веселью по достижении определенного возраста.

Особенно нервничал папа Вадика и глава семьи Семен Сомов. Несколько раз, выходя ночью по малой нужде, облаченный, как и подобает отдыхающему человеку, в легкую полуспортивную форму, состоящую, как известно, из трусов и майки, он натыкался в темноте на молодых девиц, оккупировавших нужник на весьма продолжительное время. Семен, как водится, человеку интеллигентному, страшно конфузился и стеснялся своего непотребного вида. Он ретировался в спальню и через щель неплотно прикрытой двери отслеживал момент, когда можно будет беспрепятственно проскользнуть к заветной цели. Когда ему все же удавалось прорваться к унитазу, мочевой пузырь был уже растянут как подтяжки на пузе толстяка и давило настолько сильно, что желание сбросить отработанные продукты жизнедеятельности, заглушало все остальные природные инстинкты. Каждый шаг давался с трудом и болью, а в голове всплывал институтский курс по дисциплине «Охрана труда», раздел «Сосуды под давлением». Жена призывала расстроенного родителя терпеть, и не нервничать понапрасну. Аргументы были весьма убедительными.

- Ну не гнать же мальчика на ночь глядя неизвестно куда, - убеждала она мужа. – А здесь он на глазах.
- И на мочевом пузыре, - угрюмо соглашался огорченный супруг, с трудом избавившийся от физиологического дискомфорта. - Никто мальчика и не гонит, - тут же предлагал он компромиссный вариант, - давай выгоним только девочек.

Ситуация, как видим, уже достала обоих родителей, так что, в результате подобной рокировки все оставались в выигрыше. Тихая старушка со своими непритязательными потребностями и уравновешенным ритмом жизни была предпочтительнее шалопутного отпрыска. На срочно собранном семейном совете решили не тянуть волынку и срочно приступить к размену членами семьи. Но, вначале, требовалось узаконить процедуру. Поскольку бабушка могла перемещаться только на короткие расстояния, постановили пригласить нотариуса на дом, для оформления нужных бумаг с соблюдением всех юридических формальностей. Вскоре через знакомых был найден искомый юридический работник женского пола. Два соседа по площадке, за бутылку водки под легкую закусь из бычков в томате и малосольных огурцов, согласились присутствовать на таинстве переоформления квартиры в качестве свидетелей, чтобы в случае чего подтвердить факт добровольного расставания старушки с нажитым имуществом, при здравом уме и ясной памяти.

Внук, после получения бумаги, узаконивающей его права на недвижимость в виде двухкомнатной квартиры, быстро оббегал нужные учреждения, утряс все формальности и в недельный срок вступил во владение жилплощадью, переехав туда со всем своим небогатым скарбом. И в ту же ночь, то ли от пережитых волнений, то ли по причине полного износа организма, у бабушки случился приступ. Дочка с зятем провели всю ночь на ногах, пытаясь облегчить страдания старушки. Все тщетно. Прибывший по вызову врач скорой помощи настоял на немедленной госпитализации больной, поскольку в домашних условиях облегчить ее страдания не представлялось никакой возможности. А утром, прибыв в больницу, бывшую в ту ночь ургентной и принявшую страдалицу в свои более чем скромные апартаменты, родственники узнали, что их стало на одного меньше. Теща Сомова той же ночью приказала долго жить, не отдав никаких других распоряжений.

Дочка, конечно, всплакнула от потери. Мама все-таки, как не крути. Зять же, как человек со стороны, и относящийся к более стойкому в эмоциональном плане полу, переживал несколько меньше. Мало того, он утешал супругу всякими подходящими к случаю словами.
- Что ты так убиваешься? - вопрошал он расстроенную половину, - Бог дал, Бог взял, - констатировал он, делая упор на тот факт, что прожила бабуля не так уж и мало на грешной земле, но больших хлопот близким не доставила. И даже в конце жизненного пути не возложила на плечи родственников хлопоты по ухаживанию за немощным человеком.

Процедура похорон усопшего человека весьма тягомотная и затратная. Тут тебе и место на кладбище купить требуется, гробик, веночки, другие атрибуты, дабы полностью упаковать покойничка в соответствии с общепринятыми традициями захоронения. Поминальный ужин заказать на неизвестное количество персон, поскольку на подобного рода мероприятия никого специально не приглашают. Люди сами идут. Причем на поминках приходится встречать неизвестную публику, которую родственники усопшего не только никогда не видели, но даже ничего не слышали об их существовании. А прогонять нельзя, традиции не позволяют. Все-таки, народ пришел поскорбеть вместе с людьми, понесшими невосполнимую утрату, поддержать их в трудную минуту, а заодно, помянуть покойницу, то есть, бесплатно поесть и выпить.

Да, что там говорить. Непростое это дело предать покойника земле в условиях рыночной экономики. Поэтому простым людям приходится совмещать скорбь по усопшему с хлопотами по захоронению тела, что как-то снижает траурное настроение и более-менее сносно позволяет перенести горе утраты. Отягощенные заботами, дети покинувшей бренный мир старушки стремились как можно скорее совершить процедуру захоронения, когда в квартире раздался телефонный звонок. Глава семьи снял телефонную трубку и услышал на том конце провода знакомый голос нотариуса. Юридический работник ни с того, ни с сего изъявил желание встретиться с покойной мамой, чтобы согласовать какой-то маловажный документ, для соблюдения формальности в квартирном вопросе.

Семен Сомов коротко, из-за дефицита времени, сообщил нотариусу, что формальность эта уже никому не нужна: ни покойной старушке, ни старшему сыну, который и так уже владеет квартирой, ни ему, отцу семейства, настолько занятому приготовлением к похоронам и поминкам, что в гору глянуть некогда.
На той стороне провода повисла напряженная пауза. Наконец замороженный голос спросил.
- Вы, что, подождать не могли хотя бы полгода? – насторожилась нотариус, заподозрив, что старушка не по своей воле покинула этот мир. - Недели же не прошло после подписания дарственной!
- Дальше уже ждать некогда. Все надо делать очень быстро, - пояснил Семен нотариусу, имея в виду процедуру захоронения. – Вот закончим со всеми делами, тогда и приходите, все сделаем как надо, - нелюбезно завершил он разговор, ложа трубку на рычаг.

На следующий день основные приготовления были уже практически завершены: все необходимое приобретено, могилка вырыта, оставалась только забрать старушку из морга, для чего был зафрахтован катафалк, и доставить ее к месту погребения, захоронив в соответствии с устоявшимися традициями. Как человек опытный Семен Сомов решил смотаться в морг с утра пораньше, чтобы уточнить время выдачи тела, и в соответствии с договоренностью, строить дальнейшие планы. Однако медперсонал, занимающийся выдачей усопших, встретил владельца старушки неласково, сообщив, что возникли непредвиденные трудности, и тело получить не представляется возможным без санкции прокуратуры.

- Какой прокуратуры? - не понял Семен глубину мысли медработника. – Какие санкции?
- Вам виднее. Обратитесь в хирургическое отделение больницы, там Вам пояснят, что и как, - загадочно ответил тот, скрываясь за дверью.
Семен ринулся в хирургическое отделение и прорвался на прием к заведующему, где был принят еще более неласково, можно даже сказать грубо. Но подобное хамское отношение медработника его не смутило и даже не расстроило, поскольку ситуация, в которой оказалась семья, была вообще катастрофической.

- Морока с вашей бабкой, - не глядя в сторону посетителя недовольно проворчал заведующий. – Вот теперь прокуратура занялась вашим случаем. Нам только этой проблемы не хватало ко всем прочим неприятностям.
- Какая прокуратура? Каким случаем занялась? – продолжал недоумевать владелец старушки. – Может мне кто-нибудь толком объяснить, что произошло?
- Может, - утвердительно ответил врач. – Районный прокурор, комната двести шесть. Он может. Идите, лечащий врач Вашей мамы уже там и дает показания. Это надо же, еще вчера был врач и уважаемый человек, а сегодня подозреваемый, и даже, если не дай Бог все пойдет не так – осужденный.

Прокуратура оказалась единственным местом, где зятю покойной старушки были безмерно рады. Прокурор, узнав, с кем имеет дело, снизошел до того, что лично принес стульчик посетителю. Напротив стола прокурора уже сидел мужчина с невеселым, покрытым красными пятнами, лицом. Поняв, кем приходился покойной старушке прибывший, мужчина злобно покосился на Семена и что-то недовольно пробурчал. Как впоследствии выяснилось, это был врач, так неудачно пролечивший вчера больную бабушку.

- Очень хорошо, что Вы пришли Семен Аркадьевич, - любезно обратился к Сомову прокурор, - а то мы собирались вызывать Вас повесткой. – Кстати, Вы не знакомы? – спросил прокурор у зятя.
- С кем? – не понял тот.
- Вот с этим господином, - пояснил прокурор, указывая на врача, – именно он принимал вчера Вашу тещу и назначил ей столь неудачное лечение.
- Не знаком, - отрицательно покачал головой Семен. – Впервые вижу. Я что-то ничего не пойму. У меня на сегодня назначены похороны, а тело в морге не выдают. Сказали, выдадут только после вашего распоряжения. Я поражен!
- Чем? – полюбопытствовал хирург.
- С каких это пор прокуратура стала заниматься ритуальными услугами?
- Мы всегда ими занимались, - вежливо пояснил прокурор, - если подозревали, что покойник покинул этот мир не по своей воле. Ваш случай именно такой.
- Странно, - удивился Сомов, - по чьей же воле покинула этот мир моя восьмидесятилетняя теща.
- Выяснением этого вопроса мы как раз и занимаемся, и надеемся с Вашей помощью докопаться до истины. Не можете ли Вы рассказать нам о вчерашних событиях, предшествующих поступлению гражданки Семеновой в хирургическое отделение городской больницы номер шесть.

Семен более-менее сносно поведал прокурору историю заболевания тещи, предшествующую вызову скорой помощи.
- А почему никто из родственников не сопровождал бабушку в больницу? – поинтересовался прокурор.
- А зачем? – вопросом на вопрос ответил Сомов. – Чувствовала теща себя хоть и неважно, но на краю могилы не стояла. Выглядела довольно сносно. Утром мы были в больнице, но, как говорится, опоздали.
- Вот видите, - обратился прокурор к хирургу, - близкий родственник утверждает, что скорая помощь доставила в отделение больную в сносном состоянии.
- В каком там сносном? - взорвался эскулап. – Пришлось положить на операционный стол.
- А согласие родственников на операцию у Вас, было? – мягко поинтересовался прокурор.
- Операция проводилась по жизненным показаниям, - вяло ответил врач.
- Значит, не было, - констатировал прокурор неоспоримый факт.

- Зарезали, значит, бабушку? – изумился зять. – Вот как оно повернулось. – Но, я-то здесь причем? Мне тещу захоронить надо. Все уже готово: и гроб, и поминки….
- Не спешите, – прервал Семена прокурор. – Имеются вопросы и к Вам, уважаемый Семен Аркадьевич. Вот заявление нотариуса, свидетельствующее о том, что буквально на неделе бабушка переоформила свою квартиру на внука.
- Оформила, - не стал упираться Семен. – А что, это запрещено законом? Мама переехала к нам, сын к ней, что за проблема?
- Уж больно как-то неприглядно, получается, - ухмыльнулся прокурор. – Бабушка переезжает к вам. Буквально сразу же оформляет дарение своей квартиры внуку. По подписании нужных бумаг у старушки случается приступ, и она поступает в заботливые руки доктора Звонарева, в которых и заканчивает свой жизненный путь. Ничего странным не кажется?

Семен Сомов недоуменно посмотрел вначале на доктора, затем на прокурора и неопределенно пожал плечами.
- Не кажется, - ответил он спустя какое-то время.
- А вот нотариус, которая оформляла дарственную, заподозрила неладное и обратилась к нам в прокуратуру, чтобы мы разобрались.
- В чем разобрались? - осведомился Сомов.
- В причинах смерти гражданки Семеновой Ольги Викторовны.
- Ну, вот и разбирайтесь, только быстрее, - озлобился Семен. – Мне человека захоронить надо сегодня. Покойница – продукт скоропортящийся. Отчего она умерла? Из-за чего Вы такой шум подняли?
- Мы устанавливаем причину смерти, - смутился прокурор.
- Они устанавливают. Врачам уже доверия нет, - язвил Семен. – А у Вас имеется диплом врача, который дает право устанавливать причину смерти? Нет у Вас такой бумаги, – констатировал он после небольшой паузы. – Короче, если я не получу сегодня тещу к трем часам дня, будет большой скандал. Предупреждаю - здесь будет и превышение полномочий, и использование служебного положения, и многое другое. Так что шевелитесь быстрее, а мне некогда лясы точить. Мне похоронами заниматься надо.

Вскочив на ноги, он вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
В морге ухмыльнулись при виде взъерошенного владельца старушки.
- Мы же Вам объяснили, - насмешливо глядя на Семена, констатировал знакомый медработник. - Выдадим бабушку только с разрешения прокуратуры….
- Будет тебе и прокуратура, и бабушка, и радио с телевидением – обозлился Семен. – Все тебе будет. Короче так, если к трем часам теща не будет готова к выносу, ты у меня станешь участником передачи «Как стать звездой в морге». Сделаем твою серую жизнь публичной. Посмотрим, надолго ли после такой рекламы ты задержишься на столь престижной работе.
- Причем здесь мы, - разволновался работник морга. – Прокуратура настаивает….
- Вот, вот, - наседал Семен, - так и напишут – не отдавали тело усопшей родственникам, требуя за это взятку….
- Какую взятку, - изменился в лице работник морга.
- За выдачу мертвого тела, - напирал Семен. – Уголовное дело возбудят по факту мздоимства. Короче так, у тебя время до трех часов.

Из морга Семен направился к своему старому школьному приятелю Валерию Серебрякову. Тот трудился заместителем главного редактора местной газеты и поведал ему всю историю от начала до конца, чем привел последнего в неописуемый восторг.
- Вот это материальчик, - обрадовался он. – Пойдет на первой полосе с моими комментариями….
- Да подожди ты со своими комментариями. Мне процесс ускорить надо, а не рекламировать покойную тещу. Нам ее не замуж выдавать.
- Не суетись, все тебе будет, - успокаивал Серебряков нервного друга, нажимая на телефонные кнопки. – Алло, - наконец дозвонился он до нужного абонента, - это прокуратура? Заместитель главного прокурора? Очень хорошо! Заместитель главного редактора газеты «Вестник» Валерий Серебряков. Виктор Павлович, что у Вас там за история с покойной старушкой Семеновой Ольгой Викторовной? Как, никакой истории? – удивился он, выслушав абонента. - У меня вполне достоверные сведения, что ведется следствие по делу насильственного умерщвления указанной старушки. Я точно знаю, что допросу подверглись лечащий врач и родственники старушки. Хорошо, буду ждать Вашего звонка, - после небольшой паузы сказал он, заканчивая разговор.

- Что говорит зам. главного? – нервно спросил Семен Сомов.
- Он не в курсе дела. Будет разбираться, - Серебряков набрал очередной номер. – Это морг, - весело спросил он, - заместитель главного редактора газеты «Вестник» Валерий Серебряков беспокоит. Меня интересует все, что связано с поступившей к Вам вчера усопшей Семеновой Ольгой Викторовной. Как, что? – удивился он, выслушав собеседника. – Какова причина смерти? Была ли она насильственной и как Вы это установили? Короче, нужна информация обо всем, что связано с этим скандальным делом. Хорошо. Жду Вашего звонка. Ну, сейчас завертится карусель, - довольно потирая руки, изрек борзописец.
- Теперь мне бабку и через полгода не отдадут, - окончательно расстроился Семен.
- Сегодня закопаем, - успокоил его приятель. – Сразу от меня заскочишь к Женьке Крутову.
- Зачем? – удивился Семен.
- Там увидишь, - неопределенно махнул рукой Серебряков

С тяжелым сердцем Сомов отправился ко второму своему приятелю, Евгению Крутову. Тот был одним из лидеров какой-то маломощной партии, название которой Семену никак не удавалось запомнить. В офисе, где обретался Крутов, было шумно и многолюдно. Люди постоянно двигались, гомонили, подписывали какие-то бумаги и проводили бесконечные совещания. Семен, выдернув из многоликой толпы своего приятеля, поведал о постигшем его горе. Обстоятельного разговора не получилось, поскольку Крутова все время отвлекали: совали подписывать какие-то бумаги, напоминали о каких-то встречах. Получалось, что Крутов был настолько занят, что должен был присутствовать в одно и то же время в разных местах.

- Запарка, - пожаловался он Сомову, - буквально разрывают на части. Поверишь, с утра до вечера такой темп. Мне Валерка Серебряков звонил в отношении твоей проблемы. Сейчас все порешаем.
Он схватил упирающегося Сомова и потащил куда-то вглубь помещения.
- Сазонов, Сазонов, - вдруг заорал он, настигая парня в кожаной куртке. – Познакомься, Семен – это Сазонов. Он отвечает у нас за проведение акций протеста, митингов, манифестаций. Слушай Сазонов. Нужно срочно провести две акции протеста. Люди есть?
- Есть, - с готовностью подтвердил специалист по протестам. – Одну группу готовим направить к облисполкому, протестовать против повышения тарифов на воду, вторую….
- Отставить, - перебил Сазонова Женька. – Одну группу направь под прокуратуру, вторую под морг.
- Куда? - не поверил своим ушам узкий специалист.
- Вредная у тебя, Сазонов, работа, профессиональная тугоухость развивается. Вторую – в морг, я сказал.

- Против чего будем протестовать? - деловито осведомился Сазонов. – Против ущемления прав покойников живыми людьми?
- Нет. Вот моему другу тещу покойную из морга не выдают, ссылаясь на всякие бюрократические проволочки. А может быть ждут, чтобы на лапу дали. Пусть протестующие граждане выйдут с лозунгом «Изгнать коррупцию из морга» или что-то типа «Любой гражданин имеет право на достойное захоронение». Ну, что-то в этом роде. Понял?
- Будет сделано, - отрапортовал исполнительный Сазонов.
- Молодец! Профессионал, - похвалил подчиненного Крутов. – Запрыгают теперь специалисты по покойникам. Им все время с тихими клиентами дело иметь приходилось, а тут на тебе, шум и гам. Так, что иди, занимайся похоронами и ни о чем не беспокойся.

Семен вернулся домой в препаршивейшем настроении. Жена, встревоженная свалившейся на их голову напастью, не находила себе места. В двенадцать часов зазвонил телефон.
- Семен Аркадьевич? - нервно осведомился незнакомый голос.
- Да, – подтвердил Семен предположение невидимого собеседника.
- Это Вас беспокоят из морга.
- Какой сюрприз! Слушаю Вас, - насторожился Семен.
- Мы подготовили Вашу родственницу, можете приезжать забирать.
- Когда, - обрадовался Семен.
- Лучше сейчас.
- Но нам назначено на три часа…, - начал было Семен.
- Послушайте, - перебил его собеседник, - когда под стенами морга маршируют какие-то люди с плакатами, на которых написано «Отстоим право Ольги Викторовны Семеновой на достойное захоронение» поневоле хочется ускорить процесс. Пойти навстречу участникам акции протеста. Помимо того, шествие пугает персонал и посторонних людей, не привыкших к подобным мероприятиям в тихом месте.

Короче, все кончилось благополучно. Под громкие крики протестующих тещу погрузили на катафалк и без всяких проблем отвезли к месту постоянного успокоения. На кладбище так же все прошло тихо и спокойно. Правда Сомову с супругой впоследствии несколько раз пришлось посетить прокуратуру и отвечать там, на разные неудобные и каверзные вопросы. Мелко мстил прокурор, которому поставили клизму за волокиту и бюрократизм в работе с гражданами. Дело так ничем и кончилось, поскольку предъявить родственникам усопшей старушки было нечего, а со временем вообще все утихло и успокоилось, поскольку не желавшего угомониться прокурора отправили в сельскохозяйственный район на перевоспитание, где самым крупным преступлением была кража морковки с грядок.
 

Равнодушная Джоконда

(Uri Pech)
 46  О художниках  2019-10-25  4  479

Сколько будет 1+1? Не торопитесь с ответом.
В детстве я был неравнодушен к рисованию. Интерес к живописи у меня пробудил отец. Когда он служил на Кавказе воспитанником авиационного полка, то часто помогал сверхсрочнику-фронтовику оформлять боевые листки и рисовать плакаты. Старший товарищ заметил художественные способности юного солдата и доложил об этом командиру части. Тот к этому очень положительно отнёсся, предложил дать рекомендацию для поступления в Московскую студию им. Грекова, где готовили художников-баталистов. Но мой отец отнёсся к этому не серьёзно и художником не стал.
Моим первым учителем рисования стал отец. Однажды он мне привёз из московской командировки шикарный подарок – набор цветных карандашей 36-ти оттенков! Это была полноценная палитра: кроме традиционных – черного, красного, синего, жёлтого, зелёного - из толстой картонной коробки выглядывали: серый, светло- серый, розовый, малиновый, бирюзовый… Даже был белый! И мне, ученику третьего класса А, очень загорелось стать художником. А как иначе, когда у тебя в руках такое полноцветное чудо. Тут и удобный случай подвернулся проявить свои художественные способности.
В начальных классах все предметы, включая урок рисования, вела наша строгая Анна Васильевна. Исключение составлял урок физкультуры. В этот незабываемый солнечный осенний день бесформенная Анна Васильевна добродушно улыбнулась, приземлилась за учительский стол, поправила довоенное комсомольское каре с проседью, аккуратно развернула творожный сырок и сказала: «Дети, сегодня у нас не обычный урок рисования. Я специально не взяла с собой наглядные пособия. Вы будите не срисовывать, а рисовать то, что захотите. А я проверю, чему вас научила». Скорее всего, Анна Васильевна просто не подготовилась к уроку. Мы с энтузиазмом открыли альбомы и погрузились в мир своих фантазий. Я достал свою коробку карандашей, одноклассники смотрели на меня с неподдельной завистью. Их мимолётные взгляды в мой адрес обязывали мгновенно превратиться в настоящего художника. Я недолго размышлял над тем, что должен изобразить истинный художник. Моя бабушка Дора жила в живописном историческом уголке города, рядом с Никольской церковью и художественной школой. В хорошую погоду у церкви можно было встретить несколько учеников с мольбертами. Церковь и окрестности служили для них живым наглядным пособием. Я твёрдо знал, что мне рисовать. До сих пор у меня осталось впечатление, что исторический пейзаж получился очень здорово. Колокольня выглядела, как настоящая, справа одноэтажный дом на зелёном бугре, колонка с ледяной водой, мостовая… Картина практически была готова. Осталось раскрасить крышу колокольни и изобразить над ней сияющий крестик.
Анна Васильевна чинно доела сырок. Аккуратно сложила обёртку и вытерла ей губы, поднялась из за стола, стала прохаживаться между рядами, и наклоняясь, расхваливать учеников. «Оленька, какие у тебя весёлые матрёшки! Вовочка, какие у тебя непобедимые танки и самолёты! Ирочка, какие цветочки-завиточки! Молодцы! Умницы!..» В это время я трепетно дорисовывал блики от крестика на колокольне, пользуясь всеми оттенками жёлтых карандашей. Анна Васильевна наклонилась, прищурилась и неожиданно побледнела. Интуитивно я почувствовал приближение грозы. И тут непонятно почему на весь класс раздался вопль обезумевшей училки: «Печуров! У тебя что – родители баптисты?!!!!» Она схватила альбом и разорвала мою работу в клочья. Было страшно обидно, до слёз. Через много лет так получилось, что я оказался соседом по подъезду племянницы Анны Васильевны. Старая учительница её очень любила и обожала новорожденную правнучку. Меня Анна Васильевна не узнала, а я не подавал вида, что на всю жизнь запомнил её урок и старался по возможности избегать встречи.
С пятого класса уроки рисования нам преподавал суровый Костыль* – великолепный художник, друг моего отца, получивший своё прозвище из-за протеза. Но мало кто знал, что ногу наш преподаватель потерял, спасая растерявшуюся школьницу из под колёс трамвая. Когда отец иногда вечерами выпивал с приятелями в костылёвском гараже, то часто получал лестные отзывы учителя рисования о художественных способностях меня и сестры. Костыль советовал отдать меня в художественную школу, мол, я рисую не как все, у меня есть своё видение предметов, чувство богатства возможностей красочной палитры. С отца требовалось лишь дать добро, а Костыль собирался сам за меня похлопотать. Отец никаких действий по поводу моего поступления не предпринимал. Тогда учитель решил поговорить со мной напрямую. «Видел, Юра, плакат с головой Ленина над школьным входом? Это я за час одной левой ногой изобразил. И получил за халтуру 400 рублей». Но я не клюнул на меркантильный аргумент мудрого художника. А в ту пору оклад в 400 рублей имели лишь директора крупных оборонных заводов и первые секретари райкомов КПСС.
Потом меня хотела устроить в художественную школу соседка бабушки Доры – Людмила Васильевна. Её покойный брат был известным в городе живописцем, племянница – моей крёстной, а в молодости бабушка Мила сама любила проводить свободное время у холста. Но я не поддался на уговоры и не воспользовался блатом в художественной среде.
   Сколько будет 1+1? Не торопитесь с ответом. Тут надо вспомнить.
Летом 74-го Джоконду в контейнере с бронированным стеклом привезли из Лувра в столичный Музей изобразительных искусств им. Пушкина. Об этом я узнал в купе поезда Воронеж-Москва от эффектной пожилой, как мне тогда казалось, интеллигентной москвички-попутчицы. Она оценивающе взглянула на меня, гордясь такой сногсшибательной сенсацией, и улыбаясь сказала: «Юноша, вам непременно надо сравнить оригинал с репродукцией, это как небо и земля, это как воздух и вода». Я пообещал, будет чем козырнуть перед одноклассниками в начале учебного года.
Ну, если надо, так надо. Я сделал две бесполезные попытки попасть в выставочный зал с Моной Лизой. В первый раз меня встретила огромная очередь вокруг музейного периметра. На следующий день я приехал за входными билетами с первым поездом метро, но очередь уже была "в три вилюшки". Активизировались вежливые спекулянты, предлагающие продать место в третьей сотне очереди за три рубля при стоимости билета 1 руб.
Мою юношескую мечту помог осуществить двоюродный дядя, которому на "Мосфильме" подарили два билета на 1 августа, но он сам не смог пойти, были какие-то производственные проблемы со съёмками новой кинокартины. Я воспользовался случаем, взял просроченные билеты, сбегал в ближайший киоск "Союзпечать" за чёрной шариковой ручкой, с помощью которой аккуратно к единицам на фирменных билетах пририсовал ещё по одной единице. И вместе с дедом мы 11 августа без проблем попали в Пушкинский музей.
В правом крыле отдельный затемнённый зал был отведён для демонстрации шедевра великого Леонардо. Это было похоже на посещение Мавзолея Ленина. Бесконечная очередь медленно продвигалась вдоль левой стены, посетителям разрешалось в течение 15 секунд остановиться возле антивандального контейнера с подсветкой, и вдоль правой стены счастливчики покидали музей. Скажу честно, Джоконда мне не улыбнулась, наверно, не успела. А небольшой размер картины, ранее известной по репродукции в школьном учебнике, меня удивил. Я думал, что картина гораздо масштабнее, но интуиция меня подвела. Помню до сих пор, что пейзаж, на фоне которого изображена средневековая дама с длинным именем**, каким-то волшебным образом выглядел объёмным. Спустя годы я читал, что гениальный художник писал картину, накладывая множество тончайших слоёв краски, а многослойность изображения даёт голографический эффект.
Уже в начале нынешнего постсоветского столетия моя дочь была в Лувре. На мой вопрос, улыбнулась ли ей Джоконда, просто сказала, что ей Джоконду и другие живописные шедевры не дали спокойно рассмотреть японские туристы, помешанные на сэлфи со знаменитыми картинами. Для неё, единственной из нашей семьи ставшей профессиональным художником, это было очень досадно. Но дочке удалось скомпенсировать неудачный поход в парижский музей прогулкой по легендарному Монмартру, домой она привезла несколько симпатичных пастельных эскизов, которые сделала сама.
Растиражированная репродукция картины иногда бывает эффектнее неожиданной встречи с оригиналом. А 1+1 могут лёгким движением мальчишеской руки превратиться в 11.
Но почему Джоконда мне тогда не улыбнулась? Я долго над этим размышлял и пришёл к простому выводу. Эффект улыбки Леонардо да Винчи добился чисто геометрическим способом. Характерными признаками человеческого лица являются глаза, брови, нос, рот. Брови в данном случае исключаются, говорят, что во времена Джоконды было модно брови выбривать. Зрительно связанными между собой остаются вертикальная линия носа и горизонталь сомкнутых губ, из которых подсознательно образуется вытянутый равнобедренный треугольник. Если посмотреть на картину снизу вверх, губы женщины как бы поджимаются. Если бросить взгляд сверху вниз – Мона Лиза дарит нам свою загадочную улыбку. Наполеон Буонапарт сказал: «Самые простые решения - одновременно самые лучшие», а Альберт Эйнштейн подтвердил: «Всё гениальное просто».
______
*Костыль - Александр Фёдорович Козлов.
** Mona Lisa, La Gioconda (итал.) Портрет Лизы Герардини, супруги торговца шёлком из Флоренции Франческо дель Джокондо, написан 1503—1505 года. Доска (тополь), масло. 76,8×53см
______
 

Супержадность (Вова Молдаванин-1 ...

(Юра Харьковский)
 14    2020-03-14  0  97

В 80-е годы, я работал на одной из электростанций на севере СССР. Народ на север вербовался всякий, все ехали заработать и попадались довольно оригинальные личности. Но тот, о ком сейчас пойдёт речь – вне всякой конкуренции. Звали его Володя Дьяченко, а поскольку родом он был с Молдавии, то и кликуха у него была "Вова молдаванин". Рассказывать о нём можно много и долго. И о нём и о его всепоглощающей жадности, рядом с которой жадность дядюшки Скруджа, кажется мелкой забавой. Когда Вова только устроился на работу, он уже удивил нас тем, что надел на себя только то, что выдали бесплатно – робу и сапоги кирзухи. Мы то, расточители и транжиры, одевали ещё трусы, майки и носки, а вместо неудобных и жарких сапог, ещё и кроссовки или ботинки. А вот Вова, как истинный аскет ходил в сапогах на голу ногу, и в робе на голое тело. Кроме этого Вова, брал в душ только хозяйственное бесплатное мыло и всё. Ни тапочек, ни мочалки, ни шампуня, ни полотенца. Всё это он считал лишней тратой денег. Работа у нас в пыльном котельном цеху была очень грязная, поэтому обойтись без длинной мочалки с ручками, для мытья спины, нельзя. Но Вова с честью решил эту проблему. Доступные части тела, он просто оттирал намыленными руками, а для мытья спины, он использовал кафельную стену мылил и тёрся о неё. После душа ничем не вытирался, а просто сгонял с тела ладошками лишнюю воду и одевал одежду, на ещё мокрое тело. Дёшево и сердито. С первых же дней он открыто заявил, что приехал заработать за три года, на "Волгу". У него всё было подсчитано до копейки, на бумажке, которую он, как оберег, всегда носил с собой. Мы тоже с ребятами прикинули, возможно ли это. Да возможно, если не пить, не есть и не тратиться ни на что другое. А он и не тратился. Только на общежитие 5 руб. и то он, через три месяца переехал в балок (такой сарайчик с буржуйкой), который как эстафетная палочка переходил бесплатно из рук в руки очередному нуждающемуся. Пока Вова работал, он успевал всегда набить рюкзачок бесплатного угля для печки, прямо с бункера котла, чтоб топить буржуйку в балке. Но на мою беду поселили Вову, сначала, в нашу комнату, где проживали ещё двое – Слава Молоков и Миша Хитрин. Вова был женат, но жену ещё не вызвал. Нам было страшно интересно, как он не будет тратиться на еду. Ведь, по нашим представлениям, это невозможно, тем более в суровых условиях Крайнего Севера, на тяжёлой и вредной работе. Вова с честью развеял наши сомнения. В первый же день он подвалил к нашей общежитской буфетчице Неле и предложил ей услуги грузчика и уборщика, в обмен на объедки со столов посетителей. На что она, с радостью согласилась. Дальше, на производстве, где люди работали круглосуточно и стояли холодильники для сменного персонала, он всех предупредил, чтобы ничего, из пропавшего или просто не съеденного, не выкидывалось, он съест. Народ был в шоке. У Вовы оказался просто феноменально железный желудок. Он съедал прокисшие супы, зелёную колбасу, плесневелые консервы и ни разу, ни то что отравления, а даже расстройства желудка, не получил. Кроме того он всегда выглядел бодро и жизнерадостно. Несмотря на принятые им меры, его молодой организм, под воздействием рабочих нагрузок, просил еды ещё и ещё. Вова всегда был голодным. Иногда мы с ребятами в общежитии, когда была пурга, чтобы не ходить за километр в столовую, жарили прямо в общаге, припасенные для такого случая, картошку с мясом. Вова, само собой денег на продукты в общий котёл не давал, но всегда вызывался, за долю малую, приготовить нам ужин. Мы были не против, кому охота с этим возиться. Он брал у нас нужные продукты, шёл на кухню и приносил через час, ароматное блюдо, аккуратно разделенное на 4 части, одной из которых уже, естественно, не было. Он съедал свою долю в процессе приготовления. Холодильником, в одноэтажной общаге, служила сетка за окном, где хранились мясо, масло, рыба и т.д. Сливочное масло у нас фасовалось в магазине в брикеты и, после покупки кидалось за окно в сетку, дожидаясь своего часа, но иногда забываемое надолго нами, по причине безалаберности. Но Вова не дремал. Он всегда записывал, что и когда ложилось в сетку и, если замечал, что продукт долго не использовался, напоминал об этом: - Мужики, масло две недели лежит, пора есть. – Тебе какое дело, отвечали мы, наше масло, пусть пропадает. Но Вова не отставал и, каждый день, методично напоминал об истекшем сроке хранения продукта. Когда терпение у кого-либо кончалось, он кричал: - Да сожри ты это масло, только отстань. Команда выполнялась немедленно и Вова, с нескрываемым аппетитом, тут же, как эскимо, съедал трёхсотграммовый брусок сливочного масла, без всяких, как всегда, последствий для своего желудка. Частенько Вова и приворовывал продукты, как в общаге, так и на производстве, за что был неоднократно бит, т.к. к примеру отлив молоко из чужой банки (нам его выдавали за вредность), он добавлял туда сырой воды, чтобы было незаметно. У людей, естественно, расстраивались желудки и первое время они грешили на буфетчицу. Но Неля, со слезами на глазах, клятвенно уверяла, что неспособна на такое. И как-то раз Вову, в процессе доливки воды, застукали за этим малопочтенным занятием и, конечно, настучали по голове, но с него, как с гуся вода.
Мало того, что Вова жил в одной комнате со мной, его ещё и работать определили в мою смену, машинистом котла, где я был старшим машинистом. Его напарником был не менее колоритный (но уже по другой части), Сергей Лащенко, любитель пакостей и издевательских розыгрышей. Он, в первые же дни работы в нашей смене "молдаванина", придумал, как его разыграть на почве вечного голода. Как настоящий хохол, Серёга любил сало и часто брал на смену к обеду аппетитный кусок. И вот в один из дней, когда Вова отпросился у меня в туалет, Серёга положил ему на раскалённый предтопок котла, кусок недоеденного сала, присыпав его сверху углём для маскировки. Вернувшись, Вова ничего, естественно, не заметил, но сало через пять минут начало шкворчать, жариться и издавать душераздирающий аромат. Мы тихонько наблюдали за реакцией Вовы. Голодный "молдаванин", начал тут же исходить слюной и нервно забегал вокруг котла, пытаясь выяснить источник запаха. Но надёжно замаскированный кусок сала, продолжал дразнить своим мучительным благоуханием. Не выдержав пыток, Вова срочно вызвал меня по громкоговорящей связи и захлёбываясь слюной, попросил немедленно помочь ему найти источник запаха. Я и подошедший Серёга, а затем и предупреждённый нами начальник смены Капустов Миша, в один голос утверждали, что никакого запаха нет, а у него это просто голодные галлюцинации. Это было жалкое зрелище. У Вовы, молодого парня, катились из глаз жгучие слёзы, то ли от разъедающего запаха, то ли от жалости к самому себе голодному и непонятому. Вдруг, на глазах у всех, ноги у Вовы подкосились и он начал медленно оседать на пол. Мы, не на шутку испугались, но подхватили его под руки и отвели в комнату отдыха, куда вызвали "скорую". Приехавший врач констатировал голодный обморок. На следующий день на планёрке все получили по заслугам от директора: мы за шутку, Вова за недоедание. И если мы, переживали этот инцидент, то с Вовы опять, как с "гуся вода". Через месяц Вова получил крупную сумму денег от предприятия, куда вошли: месячная зарплата, компенсация за авиабилет и подъёмные, полагающиеся по льготам, вновь прибывшим для работы на Север по договору. Глаза Вовы горели алчным огнём. Никогда ещё в жизни он не держал в руках ТАКИХ денег. В сумме он получил 800 рублей, что по советским меркам было немало и тут же загорелся огромным желанием их приумножить. А в советское время это было возможно лишь, положив деньги на книжку в сберкассу. Простой вклад 2% годовых, срочный -3%. Срочный и никакой другой, решил Вова, шутка ли 1 % годовых лишний. Но, на срочный, брали сумму не меньше тысячи. У Вовы не хватало 200. Вова объяснил нам, соседям по комнате, свою проблему и заискивающе глядя в глаза, попросил дать эти 200, ему в займы. Мы только посмеялись над этой идиотской, на наш взгляд, проблемой и посоветовали отложить эту акцию до следующей получки. Но это Вову не устраивало. Здесь и сейчас, решил он. Мозговой штурм принёс Вове гениальную идею: Уезжая из родной Молдавии, он продал свой старенький мотоцикл "Минск" брату Коле за 200 рублей, с условием, что тот отдаст за него деньги через 3 года, после возвращения Вовы с севера. На тот момент у брата денег не было. Вот они - недостающие 200 рублей! Вова, не долго думая, идёт на почту и посылает брату срочную телеграмму вот такого содержания: "Срочно вышли долг двести беда." Понятное дело, брат думает самое худшее, бегает, занимает деньги по всем знакомым и срочно переводит Вове. Через день Вова, с видом победителя получает перевод и кладёт первую тысячу на книжку. Нам стало ясно, что ради денег Вова и на подлость способен. Жизнь показала, что мы были правы, но это уже другая история.
 

Щас спою!

(Ирина Зуенкова)
 61  Про бомжей  2019-10-10  6  657

Я был изгнан из дома супругою,
Со словами "назад ни ногой",
Три недели живу под калугою
(это мостик над нашей рекой).

А питаюсь кефиром просроченным
Да увядшей свекольной ботвой.
Ощущаю себя обесточенным
На матрасе, набитом листвой.

Это тёща во всём виноватая!
Говорили дружки: не женись.
Будет копия мать толстозадая.
А женился, живи и не злись.

Как не злиться, товарищи рОдные,
Я же нежность ей всю отдавал!
А она мне? Котлеты холодные?
Борщ покушать ходил на вокзал.

Всё кляла: почему не рабооотаю!?
Как потопаешь, так и пожрёоошь...
Как работать с душою измотанной?
Не ценила меня ни на грош!

Все в роду были интеллигентами
(это ж с первого взгляда видать)
А теперь хоронюсь под брезентами
И мытарствам конца не видать.

Помогите копейкой, родимые!
Вот клянусь, ни за что не пропью!
У меня же все чувства ранимые,
Вот про это я вам "Щас спою!"
 

Ах, Скарлатти, Скарлатти

(Ицхак Скородинский)
 6    2020-03-29  1  35
Какой, как сейчас модно писать, мессидж смог послать из глубины веков наш всеобщий любимец, Доменико, чтобы Анна Герман спела современному миру арию из его забытой всеми нами оперы...

Анна Герман. Ария из оперы Доменико Скарлатти .Тетида на острове Скирос

А мне только и остаётся, что сообщить Вам об одном курьёзном случае в моих абсолютно дилетанских изысканиях по поводу...
Листая страницу за страницей в виртуале, я наткнулся на видео, которое в полной мере характеризует состояние моралей, не спутайте с благородными маралами из Красной Книги, а то забодают.
Название этого опуса — Бессмертные хиты бездарных авторов.
Автор - товаровед...
Вместе с Оливье, Брежневым и гимном СССР, туда попали Огинский и Альбинони. Это из той же серии, когда политозабоченные унучи шештыдесятников до сих пор вспоминают всуе имя Михаила Шолохова, а наш нобелевский лауреат, хитро так, икает на них на всех, из могилы.

Скарлатти!
Почему так получается что одно произведение завоёвывает музмир, а другое, не очень.
Откройте статью с видео, которая, в какой-то мере, проясняет...
Жми сюда
Какая разница: 8 исполнений сонаты Скарлатти
И, если у Вас хватит терпения прослушать все видео из этой фундаментальной работы, Вы поймёте хоть что-нибудь...
Но, я чувствую, что уже утомил внимание Ваше и, на сегодня, почти всё.
Для затравки, мой любимый Девид. Он исполнит для Вас сонату, о которой реченько моё потечёт завтра.
Утро вечера мудренее, бай бай Вам, под бессмертную музыку музыкального поэта Доменико Скарлатти.

Scarlatti Sonata in F Minor, k466 Ft Steve Morse►DAVID GARRETT - (CAPRICE) 2014
 

Зеленодырское застолье

(Geom)
 50  Водка и вино  2019-10-30  3  544
Землекоп Захар Зуботычников заметно заскучал. Зима, захолустный Зеленодырск, знакомые заштатные занятия — задолбали. Захотелось загадочного, заманчивого, знакового, забубённого…
За завтраком Захар задумал забухать. Закупил «Зубровки», зажарил зайца, заделал заливное, запасся зеленью, зазвал закройщицу Зинку, затем золотошвею Зойку. Зойка захватила знаменитого защитника зеленодырского «Зенита» Заура Зелимхан-заде.
Завели заржавленный «Запорожец». Загрузив запасы, заехали за забор зернохранилища. Здесь, задвинув засов, занялись задуманным — забухали.

Захар зычно закричал:
— За здоровье земляков-зеленодырцев!
— Замечательный зачин, — заметила Зойка.
«Заточили» заливное. Запили «Зубровкой», закусили зеленью, занялись зайцем.
Зойка задушевно запела. Захар заржал:
— Зойка – звезда! Зыкина завидует.
Зойка заплакала. Зинка залепила Захару затрещину:
— Затрахал! Замолчи, зубоскал!
— Зачем зря злишься? Заголись, зазноба — займёмся здоровым занятием.
— Засмущать захотел? Зачехли затычку. Забудь.

Заслышав звуки задорного застолья, за забор заглянул заслуженный заместитель заведующего зеленодырской зверофермой Зосима Зигфридович Зингер-Задунайский. Заинтересовавшись, задержался. Заговорщически застучав золотыми зубами, заявил: «Здравствуйте! Зябко здесь». Захар задобрил Зосиму Зигфридовича «Зубровкой». Задумчиво затянули «Звездопад».

Затем зашёл зоотехник Зверохвостов. Затем — звукооператор Заглушкин…
Заинтересованные задачей залить зенки зеленодырцы заполняли зону за зернохранилищем.

«Зубровка» закономерно заканчивалась. Заур заметил:
— Зачем завершать знатное застолье? Зряшные заморочки! Закажем завоз «Зубровки».

Затем заказал. Заказанное завезли.
Зелёный змий завладел захолустным Зеленодырском.
Забрезжил запой.
Закат.
Занавес.
 

Очки

(Анатолий Долженков)
 11    2020-03-21  0  65
Молодость восхитительна. Оценить насколько прекрасными были годы твоей юности, можно только в зрелом возрасте. Оглядываясь в прошлое, видишь себя в совершенно ином, преломленном жизненным опытом свете. Взгляд в прошлое, очищенный от суетной мишуры будней, выхватывает из давно минувших дней самое главное, то, что ты, возможно и не заметил, будучи юным и беспечным, или посчитал малозначительным, недостойным внимания. А мозг, он ведь запоминает и складирует в долговечных информационных кладовых твоей памяти самое важное и нужное. Это уникальное хранилище воспоминаний нашей души и давно прошедших впечатлений, будет назойливо напоминать тебе о лучших прожитых днях, вызывая то радостные эмоции, то грусть, то ностальгию.

Оно и понятно, у молодых, жизнь полна надежд, у стариков – воспоминаний. Молодежь, с упованием на удачливую жизненную перспективу, смотрит вперед, старики с грустью назад, в прошлое. Те самые надежды, сбывшиеся или не сбывшиеся, и терзают наше сознание воспоминаниями. Иногда, это единственное богатство, которое осталась у человека на склоне лет. Ведь, по сути, воспоминания – это жизнь людей, доживающих свой век на грешной земле. Нельзя лишать их этого последнего удовольствия, поскольку, сегодняшний день их интересует мало, разве что, на уровне реализации жизненно важных потребностей. Они его игнорируют, полностью погрузившись в самые главные события давно минувших дней, заставляющие то плакать, то смеяться. Плачут, в основном, от горьких воспоминаний. Чаще рыдают неудачники, недовольные напрасно прожитой жизнью. Для них подобные воспоминания – прогулка по кладбищу утраченных надежд и порожденных ими разочарований. Впрочем, такие воспоминания приятны разве что для мазохистов. Ничего не поделаешь, каждый получает удовольствие, как может.

Какие картины прошлого откладываются в нашей памяти? Яркие? Те, которые можно обозначить как события, изменившие жизнь и внесшие в нее что-то незабываемое? Или невнятные, маловажные воспоминания, непонятно как зацепившееся за извилины мозга и застрявшее там на долгие годы? Каждый человек по-своему воспринимает и взвешивает их на весах своей памяти, что-то предавая немедленному забвению, что-то бережно храня до конца своих дней.

Мне постоянно вспоминается одна давнишняя история из собственной жизни, которую как раз можно отнести к малозначительному событию, никак не повлиявшую на дальнейшую жизнь. Не скажу, что в то время, когда все это произошло, я получил громаднейшее удовольствие от приключения. Нет, скорее наоборот, было весьма неуютно. Но, тем не менее…. А дело было так.

Я человек близорукий, по минус восемь на каждый глаз. А поскольку в офтальмологии законы математики не работают и два минуса в плюс не преобразовываются, имею на оба глаза минус шестнадцать. Впрочем, плюс шестнадцать ничем не лучше. И в том, и в другом случае без очков, как червяк на асфальте – чувствую, вокруг какая-то жизнь кипит, но что-то там конкретно происходит, не могу разобрать по причине слабого зрения.

Понятно, в моем случае потеря очков крах, событие не совместимое с полноценной жизнью через полную утрату зрительного восприятия. Не удивительно, ведь девяносто процентов всей информации об окружающем мире человек получает с помощью органов зрения. Что там приходится на оставшиеся десять процентов? Слух, нюх, вкус и ощупывание окружающих предметов, в том числе и живых. Маловато для полноценной жизни. Впрочем, не будем зарываться, в отдельных случаях ощупывание может дать фору даже зрению. Вы понимаете, о чем я?

Очки, как правило, теряются, ломаются или просто исчезают, если не расположены на переносице, цепко ухватившись дужками за уши. Только там, на привычном месте, ничего не угрожает не им, ни зрению владельца оптического прибора. Причем, очки прочнее держатся на длинноносых субъектах, там есть что оседлать, и лопоухих, где через большую парусность хрящевых образований, можно надежно зацепиться дужками за ушные раковины. Хуже обстоит дело, когда оптический прибор приходится снимать с насиженного места. Перед сном, например, или при принятии водных процедур на природе. Возникает проблема - очки надо куда-то прятать. Пристраивать в надежное место, чтобы с ними, не дай Бог, никакой беды не приключилось. А это не всегда получается.

В один из летних отпусков я решил искупаться в реке. Погода стояла жаркая, водичка прохладная, прелесть. Дай, думаю, ополоснусь, смою усталость с души и грязь с тела. Тем более, вечером у меня предстоит свидание с дамой в лучших курортных традициях. Аккуратно разложил подстилочку на берегу, одежду стопочкой сложил в уголке и в середину этого хрупкого сооружения очки пристроил. Спрятал от посторонних глаз. Мало ли чего, еще наступит кто своей лапой, а очки у меня одни единственные. В прошлый-то раз я сдуру и, будучи под градусом, полез в очках купаться, ну и утопил оптику. То ли волной смыло, то ли нырнул неудачно, убей, не помню. Потеря так и не нашлась. Я уж и нырял, буквально каждый камушек на дне на ощупь проверил, и, что только не делал, нет очков, сгинули безвозвратно в мутных глубинах водоема. Наверное, в них теперь какой-нибудь близорукий рак щеголяет, изучает рельеф дна улучшенным зрением. На все, про все, очки остались в одном экземпляре. А с это все равно, что отважиться ехать на автомобиле в дальнюю дорогу без «запаски». Случись, пробьешь колесо все, пропал, будешь отсвечивать на пустынной дороге, проклиная все на свете. Хорошо летом. А если зимой? То-то.

Значит, плаваю я, ныряю, и вдруг замечаю, какая-то фигура у моей подстилки крутится. И судя по неясным, размытым рельефам тела и некоторым знакомым телодвижениям, понимаю, что это Серега, приятель мой. На отдыхе познакомились. Одному скучно, знаете ли, выпить не с кем или посетить культурное мероприятие. А вдвоем как-то проще и веселее. И вижу, интеллигент этот, падла, пристраивает свою тощую жопу на мою подстилку. Причем выискивает для своего копчика место помягче. На пляже кругом галька, и, к большому сожалению, пишется это слово не с большой буквы. Я начинаю подозревать, что самым удобным для серегиной задницы местом окажется сложенная стопкой одежда с очками в середине.

Начинаю орать из воды, чтобы не садился, гребу к берегу предчувствуя непоправимое. А он, то ли не слышит, то ли принимает мои вопли за приветствие. Короче, когда я прибежал к месту преступления, Серега уже восседал верхом на моей одежде и пьяно улыбался. Он всегда наливался с раннего утра по самый кадык, и весь день пребывал в прекрасном расположении духа. Даже лозунг у него такой был пошлый – «с утра выпил и целый день свободен».

Сердце мое оборвалось при виде расплывшейся в жабьей улыбке серегиной физиономии. Беглый осмотр оптического прибора, извлеченного из-под пьяного тела, подтвердил самые худшие опасения. Безобразные трещины, проходившие через оба стекла, свидетельствовали об его полной непригодности для использования по назначению.

В пансионат ползли по памяти, один пьяный, другой слепой. Он впереди, я сзади, цепляясь левой рукой за его правое плечо. Вспомнилась мне картина, уже не помню какого мастера кисти, где мальчик-поводырь вот таким вот манером ведет целый караван слепых кобзарей. Так вот, по сравнению с мальчиком, поводырь из Сереги никакой. Пару раз падали в какие-то ямы, все время не туда сворачивали. Намучились неимоверно пока дошли. Серега, он дорогу-то видит хорошо, но не соображает в какую сторону идти. Я, наоборот, соображаю замечательно, но ни хрена не вижу – ни дороги, ни пути, ни куда и как идти. Еле добрались, с Божьей помощью до места. Что делать? Вечером на блуд бежать надо, а как? Инвалид, но только по зрению. Все остальное исправно и работает на совесть. Белым днем по хорошей погоде еле-еле с пляжа добрались до места. А в темное время суток, и подумать страшно. Ничего, думаю, Серега проспится и к вечеру будет как малосольный, слегка пожёванный огурчик. До танцплощадки должен дойти, если, конечно, не дать ему похмелиться.

Получилось по задуманному. Правда Серега все время ныл и требовал пива, но я был тверд, как скала. Виноват, отрабатывай. Как шли, рассказывать не буду. У многих в тот вечер мозги набекрень при виде нашей пары. Вроде и не гомосексуалисты, но движутся очень похоже, поскольку первый развратно виляет бедрами, штормит его с похмелья, а тот, что сзади иногда, ну просто вплотную соприкасается с передним. Но раз оба в штанах, значит все в порядке. А мне, что делать, если Серега идет не стройно, рывками, как-то. Вот и натыкаюсь постоянно.

Дошли. Стали у края танцплощадки, стоим. Серега похмельным мозгом мониторит женскую составляющую танцующих дам, я терпеливо жду встречи с любимой и ни черта не вижу.
- Озвучь словесный портрет избранницы, - просит поводырь, печально обозрев окрестности, - будем опознавать. Баб, конечно, как пшеницы в урожайный год, но, думаю, справимся с поставленной задачей.
- Симпатичная, - говорю, - брюнетка, лет тридцати.
- Таких здесь пол танцплощадки. Особые приметы давай.
- Носик, - перечисляю, - такой, вздернутый, симпатичный, глаза голубые, брови дугой….

- Объект опознан, - радостно восклицает Серега, увлекая меня куда-то в сторону, на ходу давая указания. – Делаем следующий маневр. Подходим к объекту вплотную правым бортом, опознаем и на абордаж.
Двинулись прицепом – впереди Серега, чуть сзади и правее я. Подходим на расстояние метра.
- Вот эта точно подпадает под твое описание, - радостно заявляет Серега. - Узнаешь?

А для меня без очков расстояние в метр – это бесконечность. Мне, чтобы черты лица разглядеть, надо обеспечить расстояние не больше десяти сантиметров. Это у людей с нормальным зрением «лицом к лицу, лица не увидать». На близоруких инвалидов этот лозунг не распространяется. У меня все наоборот, чем ближе к объекту, тем отчетливее вижу. Иду резко на сближение, надеясь узреть знакомые черты лица. Она стоит, не двигается, но, чувствую, напряжена, нервничает. Картина «Крот и Дюймовочка. Первое знакомство», современный вариант созвучный духу времени. И вдруг, что такое? Конфликт. Откуда-то выныривает лицо кавказской национальности и начинает предъявлять права на почти опознанную даму. Орет, руками разводит, лезет в драку. Ну, и, как водится, в таких случаях, возникает конфликт между представителями двух бывших братских народов на тему:

Ах, зачэм ты дэвушку обыдэл,
Я такого даже нэ прэдвыдэл…

Завязалась драка. «Хоть какое-то, - думаю, - развлечение для человека лишенного радости зрения». Вижу я, конечно, неважно, но в мелькающий перед глазами силуэт, уж как-нибудь попаду не целясь. Кулак у меня большой, не промахнусь. Закончилось все к взаимному удовольствию, попал я, в меня попали, а уж сколько раз попали в Серегу из-за его неспособности быстро двигаться с похмелья, и сказать трудно. Наконец, все устали от физических упражнений и возжелали познать истину. То есть, занялись тем, что нормальные люди предпринимают с самого начала возникновения разногласий, а только потом прибегают к рукоприкладству.

Серега, как мог, своими словами и прикушенным в драке языком, изложил суть проблемы. Армянин, откликающийся на имя Гагик, настолько проникся ко мне братским состраданием, что прослезился и вызвался оказать посильную помощь в поиске. Решили довести до конца опознавание его дамы, дабы исключить все недоразумения. Во время процедуры опознания он гордо стоял в стороне, бросая на подопытную ревнивые взгляды.
- Не она, - наконец, выдал я вердикт.
- Замэчатэльно, - повеселел Гагик. – Будэм смотрэть другых.
Пока чинились разборки. Вокруг нас собралась приличная толпа зевак. Народу интересно, что и как. По какому случаю бой посреди веселья и нельзя ли принять посильное участие в сражении? Скучно все время танцевать.
- Смотри, - толкнул меня в бок Серега, – вон та, курносая глаз с тебя не сводит. Может она….

Подхожу вплотную, слева Гагик, справа Серега. Прижимают к незнакомке, не позволяя сбиться с маршрута. Она. Точно она, никакого сомнения. Стоит, испуганно смотрит и стесняется пристального внимания посторонних людей к нашей экзотической группе. Отгоняем зевак, начинаем объяснять пикантность ситуации. Она отказывается продолжать знакомство в экстремальной ситуации и пытается дать задний ход. Но не тут-то было. Сделать это не просто, когда рядом со мной двое напористых друзей, желающих довести дело до конца.

- Ты не сомневайся, - дышит девушке в лицо перегаром Серега, - у него только со зрением проблема. Все остальное работает исключительно нормально. Не пожалеешь.
- Как-то неудобно, - растерялась девушка, бросая на меня косые взгляды. – Он же ничего не видит….
- Что там у тебя такого дефицитного, чего нет у остальных? Что ты хочешь, чтобы он на тебе рассмотрел? Да он сто раз все это уже видел. Будет ухаживать по памяти. Зато никуда не денется, а утром я его заберу, не сомневайся.

- А сэйчас всэ в кафэ, угощу армянским коньяком, - радостно прокричал примирившийся со своей пассией Гагик.
Закончилась эта необычная история вполне благополучно и к всеобщему удовольствию. Почему память сохранила именно этот полу комический, практически рядовой эпизод из моей жизни? Трудно понять. Но именно эта история время от времени почему-то будоражит воспоминания. Ничего не поделаешь, загадка человеческой памяти.
 

Если женщина хочет…

(Соломон Ягодкин)
 12    2020-03-10  4  108

Всех своих жён и детей знал как свои пять пальцев, причём не только на руках, но и на ногах тоже...

Не понимаю, почему женщины так рвутся из пещеры, ведь одна шуба у них уже точно есть?..

Если женщина хочет, но при этом дерётся сковородкой, значит она хочет не только секса, но ещё и любви...

Когда женщина - женщина, она всегда женщина, и наоборот...

Бьёт, значит любит, а если не бьёт, значит не любит? Вот какой гад!..
 

Драконовы зубы?

(Ицхак Скородинский)
 0    2020-03-30  0  0
Враньё, что вдруг, но как-то поутру...
Я, наконец, задумался.
Ну, за что мне судьба такая, десятилетиями сеять в Сети абсолютно неразумное и тут же, на моих же подслеповатых глазах, исчезающее. Без следа...
Этакое вычурное что-то!
Причём, я, как самый последний идиот, надеялся, что исчезновения эти будут похожи на то, как выпал слёзным дождём из новейшей истории кочегар Людвиг Свобода, до конца своей жизни показательно живший во времена своего президентства, как любой чех, проходящий мимо него на улице.
Или Лютер, который Мартин, а после, ещё и его тёзка, Кинг.
Свят, свят, свят, Джордано и Корчак!!!
Но...
Чудес не бывает. И потому мне всё чаще сверлится в голове кода древнего анекдота времён надёжи Хрущёва...
Ждите ответа!
Ждите ответа!!!
Ждите и обрящете. Но, не доживёте ведь, грешные вы, дурни.

А пока что, нами правят следящие за нами из окошек Лексусов, Феррари и, на худой конец, Мерседесов, милые такие, коллективные бабушки Яги.
Из чудесного приморского города Нетания.

И остальные прочие, никогда не влезавшие в автобусы, трамваи и троллейбусы, забитые под завязку совсем уж одряхлевшими стариками и старушками, солдатами и солдатками, колясками с детками и тачечками для перевозки харчей. И иже, иже, иже. Включая парочку наркоманов и, орущего что-то своё, сумасшедшего, в каждом таком средстве передвижения.
Ой, так там же ещё и я примостился и дописываю вот этот свой, оппа опус.
Так, в Сеть его, немедленно, в Сеть!

Эта сволочь ещё не доумерла.
Самой предпоследней.
 

Развод по телефону. Зубы

(Владимир Форточкин)
 38    2020-01-17  10  285

Очередной развод по телефону. Позвонили с предложением "бесплатно" сделать снимок зубов. Когда раньше предлагали "бесплатно" сделать снимок позвоночника, я отвечал, что у меня позвоночника нет, и собеседника это вводило в ступор. Сегодня я сказал, что у меня нет зубов и это вызвало на другом конце телефона неописуемую радость. Предложили повторно, но уже радостно, сделать снимок зубов.
Я спросил: "А Вы можете сделать снимок копчика?".
Там спросили: "А зачем?".
Я ответил: "Может быть там найдёте мои зубы, потому что во рту их нет".
Не знаю почему, но там повесили трубку.
И я вспомнил стихотворение.
***
Пломбу ставили бесплатно
За три тысячи рублей.
Раз бесплатно всё понятно.
Простояла... Пару дней.

Переделали бесплатно
За три тысячи рублей.
Доплатил ещё. Понятно.
Что ж ругаться на врачей?

Всё бесплатно и бесплатно,
Не понятно хоть убей.
Удалили зуб и ладно -
За три тысячи рублей.

Доктор в новых джинсах ходит
За три тысячи рублей....
Ложка легче в рот проходит -
Больше в рот войдёт харчей.
***
 

Голое сальто

(Юра Харьковский)
 22    2020-02-19  0  181

В нашей смене №3 на Беринговской РЭС одно время работал машинистом турбин мой друг Миша Кристи, заводной и бесшабашный парень, который любил весёлые компании, шутки и розыгрыши. Как-то после смены в душевой мы радовались окончанию работы и освежающему душу. Вытираясь полотенцем, Миша сказал: "Вот я всегда больше всего после тренировок душ любил!" – Каких тренировок? – поинтересовался . – Да по гимнастике, ответил Миша, - Я ведь когда-то был КМС по гимнастике. – Да ну, - удивился я, - врёшь наверно! – Миша, обиженно поджал губы, - Не веришь? А хочешь, я прямо сейчас, сальто заднее сделаю? - Я посмотрел на мокрый, скользкий кафельный пол, узкое пространство между шкафчиками, голого Мишу и засомневался. – Да ты скорее башку разобьёшь, чем выполнишь в таких условиях сальто. – Миша протянул руку, - Спорим сделаю, только с одним условием, если я его(сальто) крутану, то ты голый до дома пойдёшь. На нас с интересом смотрела вся смена - машинисты котлов и мотористы топливоподачи. В их глазах мне не хотелось выглядеть трусом, да и сомневался я, что Миша сможет, поэтому пожал Мишину руку и согласился, при одном условии, что буду бежать бегом, чтоб не отморозить ноги. Да, да, дело то было зимой 1978 года, аккурат под старый Новый Год. Миша согласился с моим условием, радостно улыбнулся, предвкушая мой позор и лихо крутанул на мокром кафельном полу красивое сальто, даже не поскользнувшись.
У меня, впрочем, как и у остальных, отвисла челюсть. А ведь не врал подлец, сделал! И я, понуро собрав вещи в узелок, выскользнул через задний вход станции и в сопровождении Миши, побежал домой. На улице был небольшой морозец под 20°, мела лёгкая позёмка. До дома тёщи, у которой мы в то время квартировали, было недалеко, метров 250, так что я надеялся быстро их преодолеть, никого не встретив в первом часу ночи. Свежий морозный воздух бодрил моё голое тело, одинокий прожектор с крыши БРЭСовского дома освещал мне путь, дома ждала горячая молодая жена! Чего унывать, лишь бы не встретить никого! Увы! Я уже почти был у цели, когда из-за угла дома вывалила пьяная кампания молодых людей, возвращавшихся с ресторана. Прикрыв лицо узелком с одеждой, чтоб не узнали я, прибавив скорости, пулей пронёсся мимо них, услышав в след, - Смотри, ребята, никак псих какой с дурдома сбежал! – Да нет, - ответил другой, - у нас нет дурдома, наверно у мужика "белочка".
Запыхавшись, я заскочил в подъезд, позвонил в дверь, пулей пронёсся мимо опешившей тёщи в свою комнату и нырнул под одеяло к ещё не спавшей жене. – Ой, вскрикнула она, - ты чего такой холодный? – Да вот с Мишей Кристи неудачно поспорил, пришлось голяком до дома бежать. Грей быстрее, а то простыну!
На следующее утро ревнивая тёща устроила мне допрос с пристрастием, чего это я голый домой заскочил? Пришлось "признаться" тёще, что был у любовницы и, убегая от ревнивого мужа, не успел одеться. Жена Таня сказала, что я шучу, просто спор проспорил Мише Кристи. Но, что самое интересное, тёща не поверила дочке, а поверила в мою бредовую историю и ещё долго при случае припоминала мне это.

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер