ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: случайная выборка: стр. 31

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Смешные истории: случайная выборка: Стр. 31  Оцен.   Раздел   Дата   Рец.   Посет. 
 

Порыв

(Тришкинд)
 72  Компьютеры и Интернет  2016-06-13  7  1578
Пегас крылатый звал меня в полёт,
На ушко мне слова шептала муза,
В союзе с ними я пошла на взлёт,
Не чуя предстоящего конфуза

Потоком мысли шли как на подбор,
Летали руки по клавиатуре,
Я двигалась вперёд во весь опор
В стремительном и трепетном аллюре

Я раскрывала соль душевных ран,
А рифма приходила за мгновение,
Я даже не смотрела на экран,
Боясь разрушить силу вдохновения

Закончила! Теперь прочесть пора,
Предчувствуя поэзии    изыски,
Увидела, что выдан на гора
Шедевр, изображенный по английски

Всю жизнь язык учила. Ни в дугу!
А тут смогла. Обида, правда, гложет,
Что оценить всю прелесть не могу,
В Туманный Альбион послать быть может?

На компе был включен английский шрифт,
Увы, но мне теперь не светит слава,
Какие-то две кнопки « контрол+шифт»
Испортили нетленку. Грустно, право.
 

Невозможность долгого ожидания ( ...

(Алекс Бородин-Совецкий-Ах)
 0  Смешные истории  2005-11-21  0  665
Город пах сырым картофелем и жареными яблоками. Но он это не ощущал. Он не замечал ничего, кроме тяжелого гаечного ключа, лениво развалившегося на тумбочке, будто императорский жезл властителей давно похороненной под толстым слоем истории цивилизации…

Тяжело вздохнув он снова захлопнул окно и пнул ни в чем не повинную ночную вазу, из которой со звоном битого стекла вывалилась пустая бутылка «Шейка»*. Осколки звуков собирать было неохота, да и зачем все это, если Ее нет и уже НИКОГДА не будет. От навернувшихся слез стало трудно дышать и почему-то захотелось заглушить боль утраты чем-то родным и простым. Его взгляд упал на компьютерный стол, где, словно нашкодивший щенок, притаился погасший экран монитора…

Он привычно быстро набирал слова, составляя из них мысли, которые или отправлялись во всемирную сеть или уничтожались безжалостной кнопкой delete. Но даже среди знакомых и любимых сайтов ему было неуютно, хотелось свежего воздуха и малинового варенья. Он вспомнил, как мама однажды передала ему баночку огромных малиновых ягод в янтарно-пурпурном сиропе в общагу, а Светка (или как ее там…) разбила ее вдребезги, когда он в порыве страсти прижал ее молодое тело к шкафу. Он вспомнил ее тело, и пальцы еще быстрее застучали по кнопкам…

Звонок ворвался в его сон не сразу. Сначала ему показалось, что кто-то пытается отнять у него последние мгновения успокоительного забвения и лишь потом слабый, но настойчивый сигнал вернул его к действительности. Кто-то пришел к нему, кто-то хотел его видеть, или просто он кому-то понадобился. А может быть?...

Она стояла на пороге промокшая, со слипшимися под дождем враз потемневшими волосами и смотрела так, что сразу захотелось прижать ее к груди и умчаться с ней на край света. Но почему ее не было так долго? Безумно долго. Два дня…

Но ее слова жестоко полоснули по обнаженным нервам души и буквально взорвали сердечную мышцу.

— Я забыла у тебя паспорт, кредитную карточку, суповой набор и нашу с тобой фотографию. Я буду смотреть на нее, и вспоминать нашу любовь. Но сейчас я должна уйти и я уже не вернусь. Ничего нет в мире выше любви, но когда тебя не только имеют во все дыры, но купают в ванне с шампанским, выбора не остается. Да, он — старый педофил. Но он скоро умрет, и я стану свободна. Но я не смогу вернуться к тебе. Потому что у тебя три головы и каждая сумасшедшая по своему. Короче, гони вещи!...

Он безропотно отдал ей все, что она просила и даже помог донести их до машины — прошлогоднего, но все еще аристократичного «Бентли». И все…

А дома он наконец-то решил, что пора освободиться. Он схватил предусмотрительно подложенный ему режиссером гаечный ключ и отвинтил свой водолазный шлем**. И только вздохнув полной грудью, понял, что освобождение должно стать полным и отсек себе голову непонятно как очутившимся в его столовом наборе самурайским мечом.

Но за мгновение до смерти он уловил знакомый с децтва запах родного города: сырая картошка и подгоревшие яблоки…
______

* — бодяга, которую пьют в Украине пивоненавистники

** — потому что он по жизни Водолаз
 

5:0 В ПОЛЬЗУ ЖЕНСКОЙ ЛОГИКИ

(Алик Кимры)
 14    2015-06-19  1  916

Моя сестрица, в своё время - чемпионка Украины по фигурному катанию и солистка балета на льду, училась на вечернем инфизкульта. А на экзамене по спортивным играм, - отнюдь не её спортивной специлизации, когда вопрос решался уже о "государственной" оценке, препод предложил «на засыпку» пять дополнительных вопросов... по футболу. Даже на изрядном расстоянии её в этом футболе не стояло хотя бы в качестве болельщицы.

Вопросы - каверзные, типа, когда мяч оказался в сетке при пассивном офсайде или от руки защитника обороняющейся команды, и т.д. Сестрица, не задумываясь, ответила - конечно, гол должен быть защитан!

И, оказалось, на все вопросы ответила верно. Преподаватель пришел в восторг, дескать, всегда считал, что женщины в футболе разбираются лучше!

... Я, болела и многократный чемпион Печерского района Киева среди коллективов физкультуры,   сам на все эти вопросы вряд ли ответил правильно. Потому поинтересовался у сестры, как это она разобралась в футбольных тонкостях? И получил исчерпывающий ответ:

- МЯЧ В ВОРОТАХ - ЗНАЧИТ, ГОЛ!

 

Да здравствует король!!!

(Леонид Олюнин)
 22  О молодёжи  2012-07-18  2  1677
ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЬ!

А ну, гвардейцы, шире шаг,
Коль каши напоролись…
Король не смыслит ни шиша,
Но всё же он король наш!
Все двести два
Читать дальше >>
 

Байки из ДНД. Без вины виноватые ...

(Репин В.)
 22    2016-05-19  1  963

Ленинград, 70-е. Сидим в опорном пункте, слушаем участкового.

- А бывают ли случаи, когда люди не виновны, а под статью попадают?

- А как же! Вот было у нас громкое "газовое дело". Стали поступать в Ленгаз заявления от жильцов, что результаты анализов им не сообщают. А Ленгаз - ни сном, ни духом. Подключили милицию: может, наводчики по квартирам бродят? Но краж по этим адресам не было. Просто приходят доброжелательные молодые люди в спецовках, говорят, что из Ленгаза, что надо проверить полноту сгорания газа на кухне. Соберут воздух в бутылочку, закупорят и уходят. Обещают прислать результаты анализа, но не присылают. Мы всем райотделом   за это дело взялись, нащупали последовательность этих обходов и взяли парней с поличным.

- Петрович, так что же это было? - тормошим мы участкового.
- А ничего. Студенты обходили квартиры, собирали бутылки и сдавали, на то и жили до следующей стипендии.
- Так за что же их? За кражу бутылок, что ли?
- Нет, они вежливо просили, жильцы им добровольно бутылки давали.
- За мошенничество?
- Мошенничество — хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путём обмана или злоупотребления доверием. Бутылка за 12 копеек - не повод для возбуждения дела о таком "хищении".

- Тогда за что?
- Эти чудики показывали липовые "корочки", а это - подделка документов.
Вроде ни у кого и претензий к ним не было, а попали под статью. И поделом: не светили бы свою "липу" - собирали бы бутылки и по сей день!
 

Ежик

(juriy)
 0    2007-06-05  0  1236
Ежик
Представьте, вы нашли на улице раненого ежика. Пусть его сбила машина, но он еще жив. Вот вы, преисполненный чувством сострадания ко всему животному миру, за исключением тараканов, решили принести его к ветеринару. Давайте представим, что такая ситуация произошла в трех странах мира: Америке, Германии и России.

Америка
Вас встречают в огромной ветеринарной клинике, оборудованной по последнему слову техники. В холле идеальная чистота, все ходят в халатах и бахилах. При попытке пройти к врачу вам преграждает путь охранник с габаритами двухстворчатого шкафа и улыбкой Джоконды. Он попросит вас пройти через металло-детектор. На ваши возражения, что ежик умирает – ему срочно нужна медицинская помощь, он улыбнется и скажет: «Сэр, таковы правила. В целях усиления борьбы с терроризмом, выпущены новые правила нахождения в общественных местах». Он вас проведет к стене, где за стеклом в рамке висит это постановление, убедится, что вы его прочитали, и настойчиво порекомендует пройти через металло-детектор. Пройдя через него, вас встретит медсестра и выдаст вам одноразовый халат и бахилы. Второй комплект выдадут для ежика. На ваши возражения о том, что ежик будет у вас на руках, и вы не будет отпускать его погулять по больнице, вам невозмутимо скажут: «Таковы правила, сэр». После чего подведут к стене и покажут на правила в рамочке под стеклом, где будет написано, что все посетители обязаны одевать одноразовые халаты. Устав бороться с формалистами, вы, чертыхаясь (не вслух, потому что могут привлечь к ответственности за оскорбление), оденете на ежика халат и бахилы и вас пропустят к доктору. К тому времени ежику станет еще хуже, он будет хрипеть и заикаться. В кабинете вас встретит медсестра и даст вам рекомендации по уходу за домашними животными, порекомендует витамины и массаж брюшка и лапок. Она скажет, что это будет стоить сто пятьдесят долларов. Вы возразите, что дешевле будет похоронить ежика, чем заплатить такие деньги. Медсестра ответит, что это деньги не за лечение, а за консультации доктора. Операция и последующее лечение будет стоить дороже. А если вы не окажете ему медицинскую помощь, или, не дай бог, постараетесь его умертвить, то вас могут привлечь к уголовной ответственности за жестокое обращение с животными, и она готова выступить свидетелем на суде против вас. После чего вы мысленно пожалеете о свой доброте, десять раз назовете себя дураком, что не прошли мимо этого ежика и отметите, что здравоохранение в этой стране стоит дорого даже для животных. Медсестра, видя ваше смущение, порекомендует в следующий раз оформлять медицинскую страховку на своих питомцев. В таком случае деньги за лечение будет платить страховая компания.
После заполнения всех бланков, вам предложат пройти к врачу, который находится за соседней дверью. Встреча с врачом вам так же не доставит особого удовольствия. Врач, осмотрев животное, порекомендует срочную операцию и последующее лечение, отметив, что после подписания всех бумаг вы несете личную моральную и юридическую ответственность за вашего питомца, независимо от того, в результате чего он к вам попал. Согласившись на все условия, что вам продиктует врач, вы отдаете бедное животное в руки эскулапа, он вам выписывает чек и просит подождать полчаса, пока будет операция. Еж сильно пострадал в дорожно-транспортном происшествии и ему нужно срочное переливание крови. Вам посоветуют найти ежа-донора или заплатить за заменитель крови из плазмы. Поняв, что проще заплатить деньги, чем за короткое время найти ежа-донора, вы платите и идете в коридор, ждать результата операции, помня о том, что просто так уйти вы не имеете ни морального, ни юридического права. В этой больнице все будут свидетельствовать против вас на суде и с ними лучше не связываться.
Через полчаса выйдет врач, который скажет, что операция прошла успешно, но состояние ежика тяжелое и ему нужно реабилитационное лечение. Так как его сейчас нельзя транспортировать, а все необходимые препараты для реабилитации есть у них в больнице, то они оставят ежика. Вам на руки выдадут график посещения реабилитационных больных и чек на лечение. После чего вам мило улыбнутся и посоветуют в случае чего обращаться именно к ним, так как постоянные клиенты имеют скидку.
Выйдя на улицу и взглянув на часы, вы поймете, что безнадежно опоздали на работу и вам грозит выговор от начальства, которое не является членом клуба защиты животных. Вы на всю жизнь заречетесь подбирать что-либо на улице, не имеющее материально-денежного эквивалента, а если вдруг, не дай бог, случится так, что вы заведете себе домашнее животное, то первым делом вы сделаете ему все прививки и оформите медицинскую страховку.

Германия
Клиника будет небольшой, но расположенной в живописном и уютном месте. Доктор вас встретит у дверей, все бумаги заполнит сам. Его будет интересовать, в каком месте и при каких обстоятельствах вами был найден ежик. В какой позе он лежал на проезжей части и какие дополнительные улики могут указать на то, что на него был совершен наезд. На вопрос о том, зачем вам все это, доктор ответит, что о любых пострадавших в ДТП он обязан совершать в полицию и настойчиво порекомендует обратиться в ближайшее полицейское отделение для составления протокола, так как вы единственный свидетель. Если вашей жизни будет угрожать опасность, то вам будет предоставлена программа защиты свидетелей: вам сделают пластическую операцию, изменят пол, выдадут новые документы и поселят в другой стране. На молчаливый вопрос о психическом состоянии эскулапа, доктор добродушно усмехнется, извинится и скажет, что у него просто сегодня хорошее настроение: он, наконец, полностью расплатился по кредитам за дом. Вы всерьез подумаете о том, что, быть может, не стоит доверять больное животное психически неуравновешенному специалисту. Доктор расшифрует ваш недоуменный взгляд, дружески похлопает по плечу и скажет: «Все в порядке, я профессионал в своем деле». После чего он покажет на ветеринарные дипломы, висящие у него на стене и добавит, что он лучший специалист по принятию родов у лошадей. Вы справедливо заметите, что зашивать раненого ежика и принимать роды у беременной лошади это немного разные занятия. Доктор станет серьезным и ответит, что если вы такой специалист, то может быть возьметесь сами за лечение ежика. Вы, поняв, что шутить здесь можно только медработникам, извинитесь и отдадите больного в руки эскулапа.
После чего вам будет предложено заполнить бумаги на усыновление ежа, так как беспризорных животных их клиника не лечит, а еж был найден на дороге, без ошейника с информацией о своих хозяевах, то вы можете либо взять над ним опекунство, либо отдать его в приют для бездомных животных. Вы вспомните Антуана Де Сент Экзюпери с его «Маленьким принцем» и тоже решите, что вы в ответе за того, кого приручил. Для оформления опекунства доктор спросит, привлекались ли кто-либо из членов вашей семьи к ответственности за жестокое обращение с животными, нет ли у кого-нибудь психических заболеваний, предложит перечислить доходы всех членов вашей семьи, чтобы определить, способны ли вы надлежащим образом содержать животное. Если все условия удовлетворят требования, то вам выпишут официальную бумагу, по которой вы будете являться опекуном животного и даже сможете завещать ему свое состояние.
Наконец, когда со всеми формальностями будет покончено, доктор удалится в операционную с вашим животным. Операция пройдет успешно. Доктор попросит вас написать отзыв в книге посетителей. Ему необходимо больше положительных отзывов для того, чтобы претендовать на звание «Доктор года». Он отдаст вам животное, выпишет чек за оказанные медицинские услуги, и посоветует кормить ежика молоком с биологическими добавками для того, чтобы его шерстка была мягкой и шелковистой.

Россия
Во-первых, клиника будет закрыта на санитарный день. Вы дома будет отпаивать бедного ежика теплым молоком, смазывать его зеленкой и перевязывать ему раны вручную. Вам очень пригодятся медицинские знания, полученные на уроках по военной подготовке, где вам рассказывали, как нужно перевязывать раненого товарища. На поломанную лапку вы наложите шину из двух дощечек и будете всю ночь молиться, чтобы ежик дожил до утра.
С утра, когда вы будете стоять в очереди в ветеринарную клинику, к вам неоднократно подойдет неопрятного вида и неопределенного возраста небритый мужчина в плаще, который будет доставать из-за пазухи котенка и предлагать вам купить его за пятьдесят рублей, мотивируя это тем, что ваш ежик плохо выглядит и долго не проживет, а с котенком вам будет проще пережить боль утраты любимого питомца. Мужик будет культурно послан, но пойдет вовсе не в указанном направлении, а к следующему человеку в очереди. Ему он так же будет предлагать котенка, мотивируя тем, что его лошадь неважно выглядит и с котенком хозяину лошади будет проще пережить боль утраты любимого питомца. При этом он будет совершенно игнорировать те очевидные факты, что маленький котенок является неполноценной заменой большой лошади. Будучи последовательно послан в неопределенном направлении всеми, стоящими в очереди, он обзовет всех жлобами и жмотами и направится шатающейся походкой к близлежащему питейному заведению.
Наконец, с десятиминутным опозданием двери клиники откроются и толпа людей, домашних и не очень, животных, ринется вовнутрь, в надежде получить помощь у местных Айболитов. В регистратуре вам будет объявлено, что прием начнется через двадцать минут, потому что доктор на важном совещании. Краем глаза заглянув в в приоткрытую дверь, вы увидите, что важное совещание включает в себя совместное чаепитии с коллегами и обсуждение телевизионного сериала. В ожидании врача к вам подойдет мужчина и предложит купить вашего безнадежно больного ежика. Дело в том, что скоро первое апреля, и он хочет сделать любимой теще сюрприз – подарить ей ежовые стельки в тапочки.
Наконец, важное совещание закончится: вам разрешат зайти в кабинет. С плохо скрываемой тоской посмотрев на вашего питомца, доктор вслух пожалуется на то, что у него трудный и тяжелый день, предстоит осмотреть и вылечить не один десяток животных, а ему носят на прием всякий отстой. Посмотрев на вашу импровизированную шину, которую вы наложили ежу на больную лапку, он спросит: вы что, пытались его похоронить?
Почему вы так решили, доктор?
Ну как же, дощечками его обкладывать начали – вы, наверное ему гроб хотели смастерить.
На ваши возражение, что вы не врач, и не знаете, как правильно нужно накладывать шину, он справедливо заметит: сначала сами калечите животных, потом заставляете нас их лечить. На вопрос, будете ли заполнять какие-нибудь бумаги, оформлять больного, он посмотрит на вас с сожалением и заметит, что ежа лечить надо, а не мемуары писать. Операцию он проведет прямо при вас: качественно и профессионально. Только вместо спирта он протрет ежа одеколоном, заявив, что раз еж – житель леса, то одеколон «Ароматы леса» ему не повредит, а драгоценному спирту можно найти более удачное применение. Как ни странно, еж после операции почувствует себя значительно лучше.
Денег с вас не возьмут, с гордостью сообщат, что медицина у нас бесплатная, и каждый ежик может сколько угодно раз находиться под скальпелем совершенно бесплатно.

2006 © juriy
 

Производственные -22

(Леонид Олюнин)
 3    2012-02-07  0  1090
ОБИДА

Уговорил начальник цеха нашу бригаду в подшефный колхоз съездить, на сенокосе помочь.
— Все равно, — говорит, — три дня будете без работы из
Читать дальше >>
 

Разрыхлитель текста

(Ицхак Скородинский)
 13    2019-11-04  2  192
И что это такое, сякое да и всякое заключается в названии опуса сего...
Не знаю, как в других станах, а у нас, в Средиземноморье, простые разрыхлители теста продаются в маленьких таких пачечках. Там и повар нарисован околпаченный и надпись на одном из древнейших языков переизбранного дважды в этом году народа...
А вот, насчёт текста, непонятка!
И приходится действовать по проверенному бабушкиному рецепту, только вместо соды и уксуса берём щепотку истёртых в порошок от неразделённых страстей сердец престарелых героев - любовников и вливаем в них ложку горючих слёз брошенных ими же наилиричнейших героинь, бальзаковского опять же, возраста из современных мелодрам.
Это всё прошипит, попенившись... И, сразу же, в текст для успешного запекания и раздувания по виртуальной странице. С надеждой, что читатель таки проглотит, не подавится.
Опять же, если это сценарий сериала, то можно из пары, тройки серий соорудить десять сезонов по двадцать непонятно чего, смотреть не пересмотреть.
А если роман, то очень даже пухленький он у нас получится.
И стихи, как блины, круглые такие, один от другого не отличишь.
И очень, очень много всякого этакого. И с надрывом!
Вот так...
Но, не более того.
И не менее, никак не менее, я Вас уверяю!
 

Когда денег совсем не стало…

(Соломон Ягодкин)
 9    2019-01-16  6  330

В воровском государстве деньги можно только воровать, или это не деньги, а слёзы честного дурака-лузера…

Если труд ничего не стоит, то и платить за него можно, в лучшем случае, жалкие гроши, а всю разницу, сами знаете, в чей карман...

Когда денег совсем не стало, напечатали ещё и ещё, благо что продали пока что ещё не все леса...

Всю жизнь копил деньги, а взамен от них никакой благодарности, так нищим и помер...

Богатство ещё никого не сделало богатым, если во всём остальном у тебя - нищета...

Фото Алексея Кузнецова
 

Разрешите с Вами познакомиться!

(Лариса Ласковая)
 10    2008-09-21  0  1879
На материале интернет - знакомств.

Желание познакомиться и выйти за границы своего мирка включает целый ряд потребностей человеческого (?) индивидуума. Люди стали более открытыми в выражении своих желаний и долгие часы ожидания на трамвайных остановках и парковых скамейках сменились более современными способами и средствами коммуникации. Долгими осенними вечерами, за неимением более важных дел, в компании с чашкой ароматного кофе, наблюдая как искрится всеми цветами радуги экран моего монитора, я даю добро всем проходящим мимо «онлайн – собеседникам» звонить и писать на мой скромный номер , ничем не выделяющийся из массы других номеров, аналогичных по возрасту, полу и месту обитания. Здесь и жажда новизны и желание авантюрного приключения и попытки нарисовать мысленный портрет предполагаемого собеседника. Следует заметить, что мои соратницы по полу обходят меня стороной. Сказывается, видимо, присущий прекрасному полу прагматизм и нежелание тратить время на бесплодные и бессмысленные разговоры. Мужчины же, напротив, проявляют несвойственную этому холодному времени года активность и сами того не ведая пополняют мою коллекцию речевых перлов, поражающих воображение полётом фантазии и выбором речевых средств. Итак:
Вариант первый. Классический.
- Привет! Как дела?
- Привет! Меня зовут Том (Лёша, Петя, Вася)
Наиболее открытые и стремящиеся к знакомству «по-серьёзному» ещё добавляют к этому пол, рост, вес, возраст, семейный статус и наличие (отсутствие) вредных привычек.
Вариант второй. Прагматический.
- Привет. Можно тебя попросить?
Собеседник, как правило, не обременяет себя излишними подробностями моей биографии и если моё любопытство берёт верх, я узнаю о желании своего визави иметь бесплатный перевод статьи, написании контрольной работы или стремлении задействовать мои силы, время и энергию на поиск какой-либо нужной ему информации в сети.
Вариант третий. Кто такие «мачо» и как с ними бороться?
В этот разряд входят многочисленные ласкательно-снисходительные «поглаживания». Как правило, против шерсти.
- Привет, детка (красотка, пупсик, крошка и т.п.), как ты?
Немолодой уже, солидных размеров пупсик просто тает от такой своевременной демонстрации мужской силы и превосходства. Чаще подобными конструкциями пользуются молодые, во всех отношениях, люди, компенсирующие наглостью недостаток жизненного опыта. Иначе откуда им знать, что под пупсиком скрывается немолодая, больная, склочная и сварливая баба. И действительно, откуда?!
Вариант четвертый. Экзистенциальный.
- Привет. Как живёшь?
Вариантов ответа может быть множество, от банального «Нормально!» до подробного изложения самых глубинных основ моего бытия. Ограничиваюсь, как правило, старым анекдотом.
- Регулярно!
Вариант пятый. О лесть, ты правишь миром!
От этих людей с первых слов узнаёшь о том, что у тебя красивое имя, внешность, а также бездна вкуса, ума и таланта. Интересно, сами они откуда об этом узнали? И, чёрт побери, хочется в это верить!
Вариант шестой. Активный.
- Привет. Давай выпьем!
- Привет. Давай займёмся «виртом ( сексом, курением марихуаны)»
- Привет. Давай поедем…
Есть масса людей, которые не любят ходить вокруг да около и предпочитают активные призывы к действию каким бы то ни было фиксированным и заезженным клише. Сюда также относятся приказы срочно прислать фото, включить камеру, добавить «в друзья».
Вариант седьмой. Любопытствующий.
- Привет. Чем занЕмаешься?
Этот вариант также распространен в Сети, как и последующее, обескураженное «ИзвЕни!»
Вариант восьмой. Я плёхо говорить по русски!
И по-английски тоже. Тут и «Здравздвуйтэ, девучка!» и «Have are you?» и даже простое турецкое Priviet.
Вариант девятый. Эротический.
- Привет. Хочешь посмотреть как я ласкаю себя?
По-видимому, идет, как вариант знакомства для романтических особ.
- Привет. Хочешь посмотреть, как я кончу?
То же, для более прямолинейных женщин.
Вариант десятый. Экстремальный.
- Привет. Хочешь посмотреть, как я е*у себя в жопу фаллоимитатором?
Без комментариев.
 

Когда она впервые на него зарыча ...

(Соломон Ягодкин)
 14    2017-11-26  5  705
Если человек с ногами лезет в чужую постель, значит в своей ему холодно, а так хоть и чужое, но всё же тепло…

Всю жизнь работала честной девушкой. Потом пошла на преподавательскую работу, благо было что преподавать…

Когда она впервые на него зарычала, он наконец-то понял, что он – женат!..

Вышла замуж за интеллигента, знала прекрасно, что со временем она его всё равно обломает, и сделает из него человека…

Ну всем хорош солидный мужчина, одно плохо, старенький…
 

Великий комбинатор

(Олаф Сукинсон)
 28    2008-04-23  6  1907
Узок писательский круг, и очень далеки они от народа. В жизни все
по-другому. Особенно по-другому в современной жизни. Вот возьмите к
примеру известную книжку "12 стульев" Ильфа и Петрова, или совершенно
полярную ей "Золотой теленок" Петрова и Ильфа. Все у них там не как у
нас, у людей. Мы вам покажем настоящего великого комбинатора по его
словам и поступкам, а для сравнения приведем то, как это написано у
оторванных от масс классиков Петрова или Ильфа (хотелось бы наоборот,
Ильфа и Петрова, но для всех четверых места не хватит, так что обойдемся
двумя первыми, или вторыми). Цитаты из классиков по причине отставания в
школе по родному языку мы напишем приблизительно.

Классики:

- Дядь, дай десять копеек?

Жизнь:

- Здравствуйте, инспектор ГИБДД сержант Петров.

Классики:

- А уши от мертвого осла вам даст Александр Сергеевич Пушкин.

Жизнь:

- А что я нарушил?

Классики:

- Есть 400 сравнительно честных способов отъема денег.

Жизнь:

- У вас ремень не пристегнут.

Классики:

- Альхен бурно покраснел.

Жизнь:

- Водитель подумал: "...(непечатное выражение)".

Классики:

- Дай миллион, дай миллион!

Жизнь:

- Штраф придется заплатить.

Классики:

- Остапа несло.

Жизнь:

- Да понимаете, товарищ инспектор, я только отъехал, хотел ремень
накинуть, а тут вы стоите...

Классики:

- Поздно, батенька, пить "Боржоми".

Жизнь:

- Ничего не знаю.

Классики:

- Мама!

Жизнь:

- Товарищ сержант!

Классики:

- Надо чтить Уголовный кодекс.

Жизнь:

- Не я правила выдумываю.

Классики:

- Купите у меня эту папку, гражданин Корейко, продам по сходной цене.

Жизнь:

- А может договоримся?

Классики:

- Не корысти ради, а токмо...

Жизнь:

- Ну ладно, такса прежняя.

Классики:

- Браво, Киса!

Жизнь:

- Спасибо, товарищ сержант.

Классики:

- Ударим автопробегом по разгильдяйству и бездорожью.

Жизнь:

- Проезжайте. И постарайтесь не нарушать.
 

Голое сальто

(Юра Харьковский)
 22    2020-02-19  0  232

В нашей смене №3 на Беринговской РЭС одно время работал машинистом турбин мой друг Миша Кристи, заводной и бесшабашный парень, который любил весёлые компании, шутки и розыгрыши. Как-то после смены в душевой мы радовались окончанию работы и освежающему душу. Вытираясь полотенцем, Миша сказал: "Вот я всегда больше всего после тренировок душ любил!" – Каких тренировок? – поинтересовался . – Да по гимнастике, ответил Миша, - Я ведь когда-то был КМС по гимнастике. – Да ну, - удивился я, - врёшь наверно! – Миша, обиженно поджал губы, - Не веришь? А хочешь, я прямо сейчас, сальто заднее сделаю? - Я посмотрел на мокрый, скользкий кафельный пол, узкое пространство между шкафчиками, голого Мишу и засомневался. – Да ты скорее башку разобьёшь, чем выполнишь в таких условиях сальто. – Миша протянул руку, - Спорим сделаю, только с одним условием, если я его(сальто) крутану, то ты голый до дома пойдёшь. На нас с интересом смотрела вся смена - машинисты котлов и мотористы топливоподачи. В их глазах мне не хотелось выглядеть трусом, да и сомневался я, что Миша сможет, поэтому пожал Мишину руку и согласился, при одном условии, что буду бежать бегом, чтоб не отморозить ноги. Да, да, дело то было зимой 1978 года, аккурат под старый Новый Год. Миша согласился с моим условием, радостно улыбнулся, предвкушая мой позор и лихо крутанул на мокром кафельном полу красивое сальто, даже не поскользнувшись.
У меня, впрочем, как и у остальных, отвисла челюсть. А ведь не врал подлец, сделал! И я, понуро собрав вещи в узелок, выскользнул через задний вход станции и в сопровождении Миши, побежал домой. На улице был небольшой морозец под 20°, мела лёгкая позёмка. До дома тёщи, у которой мы в то время квартировали, было недалеко, метров 250, так что я надеялся быстро их преодолеть, никого не встретив в первом часу ночи. Свежий морозный воздух бодрил моё голое тело, одинокий прожектор с крыши БРЭСовского дома освещал мне путь, дома ждала горячая молодая жена! Чего унывать, лишь бы не встретить никого! Увы! Я уже почти был у цели, когда из-за угла дома вывалила пьяная кампания молодых людей, возвращавшихся с ресторана. Прикрыв лицо узелком с одеждой, чтоб не узнали я, прибавив скорости, пулей пронёсся мимо них, услышав в след, - Смотри, ребята, никак псих какой с дурдома сбежал! – Да нет, - ответил другой, - у нас нет дурдома, наверно у мужика "белочка".
Запыхавшись, я заскочил в подъезд, позвонил в дверь, пулей пронёсся мимо опешившей тёщи в свою комнату и нырнул под одеяло к ещё не спавшей жене. – Ой, вскрикнула она, - ты чего такой холодный? – Да вот с Мишей Кристи неудачно поспорил, пришлось голяком до дома бежать. Грей быстрее, а то простыну!
На следующее утро ревнивая тёща устроила мне допрос с пристрастием, чего это я голый домой заскочил? Пришлось "признаться" тёще, что был у любовницы и, убегая от ревнивого мужа, не успел одеться. Жена Таня сказала, что я шучу, просто спор проспорил Мише Кристи. Но, что самое интересное, тёща не поверила дочке, а поверила в мою бредовую историю и ещё долго при случае припоминала мне это.
 

МИМОЛЁТНОСТИ РАЗНЫХ ЛЕТ (1)

(Алик Кимры)
 6    2014-12-01  0  672
СОБАЧЬЯ ТРАПЕЗА

1972. Зашли победать в ресторан "Псоу" в Леселидзе с белым королевским пуделем. Метр-д-отель:
- С собаком низзя!
Мы объяснили, ссылаясь на французов, что пудель ещё не человек, но уже не собака. И заказали гуляш для пуделя. Метр-д-отель задумался:
- Собака дольжен есть на полу, чилавэк - на столе. Карошо, накроем ему на стуле.

***

О ЛЮБВИ

Пицунда. 1978. Крошечный примерно 50-летний шашлычник Гиви, у которого волосы не росли только на голове и ладонях, видать, мать его не родила, а связала из обезьяньей шерсти. Работает споро, но очередь не уменьшается. Нетерпеливые девицы просят дать им шашлыки поскорее, на что Гиви, не прекращая ловкой производственной деятельности:
- Если я тэбе не дожарю, будэш доволен, а?
- Ну, мы вас не полюбим!
- Дам 100 рублей - полубыш!

***

КРЫМНАШ

2008. Знаменитый бард Александр Городницкий выступает в Большом зале еврейского общинного центра Сан-Франциско. В числе других песен - «Севастополь останется русским!» Песня вроде бы относится к Великой Отечественной войне, но почему-то зал биссирует несколько раз, а припев подпевают все... Наврочили?!
 

Раневская

(Олег Сибирёв)
 1    2015-11-07  0  686

Фаина Георгиевна Раневская частенько использовала в своей речи «крепкие» словечки. Выйдет, бывало «с утра пораньше» на балкон своей квартиры и как начнёт всех матом обкладывать.
    А когда её спрашивали: «Фаина Георгиевна, зачем вы это делаете? Ведь это так не культурно!», она всегда загадочно отвечала:
– Знаете… Вот пошлёшь с первыми лучами Солнца всех «куда подальше», а в ответ услышишь: «Заткнись, старая бл..ь!!! Что-б ты здохла скотина!!!» И сразу всем сердцем чувствуешь, что ты дома, в России… а не в каком-нибудь там захолустном Париже.

© Сибирёв О.А.
 

МЫ С ВАМИ ОДНОЙ КРОВИ!

(Алик Кимры)
 16    2016-02-20  0  654

Навеяно «Роднёй» Хм Жми сюда

«Группа крови на рукаве»
Песня группы «Кино»

«Мы с тобой одной крови, ты и я».
      
Редьярд Киплинг - Маугли («Книга джунглей»)

Как-то ещё в Киеве за какой-то надобностью выскочил на бульвар Леси Украинки в ночной киоск. Небольшую очередь притормозили два солдатика-санитара из близлежащего гарнизонного госпиталя: им всё никак не удавалось наскрести пенёнзов на самую дешёвую банку пива.

В глаза мне бросились их нашивки о группе крови (на случай экстренного переливания), расположенные на груди, а вовсе не на рукаве, как пел незабвенный Виктор Цой. Конечно, на груди практичней: руку в бою может оторвать и забросить на дерево, ото лезь под шквальным огнём врага для выяснения! А на нашивках солдатиков сияло: А(II) Rh (+) (вторая группа крови, резус-фактор – положительный). Как у меня!

Я протолкнулся вперёд и купил солдатикам две банки лучшего пива. Они впали в непонятки, но я объяснил:
- Мы с вами одной крови!
 

Если ты – атеист…

(Соломон Ягодкин)
 13    2019-01-05  4  320

Религия давно уже сказала всё, что она могла сказать. И теперь ей, как и полагается добропорядочному покойнику, надо хоть немного помолчать…

Самый первый, кого убило христианство, был сам Христос, чтобы потом было на кого молиться самим, и строго следить за тем, чтобы на него молились другие…

Если ты – атеист, то богов у тебя, что тузов в хорошей колоде, вынимай любой и выигрывай…

Если человек не имеет право быть атеистом, то такая религия, это тот же однополый брак, причём такой же бесплодный и такой же греховно бессмысленный…

Все религии надо почитать как древние мифы, а убивать ради мифов могут только или религиозные урки, или совсем уж мохнатые дикари…

Фото Алексея Кузнецова
 

КУНИЛИ...

(Александр Кукушкин)
 77  Каламбуры  2013-04-17  6  2172
Реальный разговор двухдневной давности. )))
Жена звонит после работы мне на сотовый:
- Санька, привет! Ты где у меня? Дома уже?
- Да, дома.
- Не заберёшь меня, а то я уже никакая? Язык уже не ворочается…
- Заберу, только попозже чуть-чуть.
- А-а-а-а… Занят?
- Ну, кулинарничаю помаленьку…
- Ясно. Ну, ладно, кулини… кунили… Ладно, я пешком дойду!
 

О ЮМОРЕ

(WLINA)
 9    2007-11-19  16  1607
Хотел назвать эту заметку "Что такое юмор", но обнаружил на сайте призведение уже так названное (хотя более точное ему название - "Что такое НЕ юмор").
Сначала несколько общеизвестных (надеюсь, - большинству) истин.
Юмор - однa из форм общения. Чувством юмора обладает каждый человек (хотя и в очень разной степени). По известному класическому определению:
Юмор — способность или качество людей, объектов, ситуаций доставлять
радость, вызывать смех.
Такое определение не случайно: смех и юмор - далко не одно и тоже.
Существуют различные виды и литературные формы юмора: ирония, игра
слов, остроумие, пародия, парадокс, сатира. сарказм и т.д., Особый вид юмора представляет собой чёрный юмор. Пример: К траурной процессии подходит прохожий и спрашивает - кого хоронят. Ему сообщают. Он кивает головой: -
- Хороший человек. Чтоб он был здоров.
Смешно?- Полагаю, что участникам похорон - нет. Но юмор присутствует.
Думается, ясно, что не все виды юмора вызывают смех и не всякий смех связан с юмором. Можно выйти на сцену, повернутся к публике задом и снять штаны (с трусами). Смех а зале гарантирован, но юмор ли это?
Существуют группы людей (и отдельные экземпляры), по разному понимающие и оценивающие юмор.Например, китайцы не склонны (такскажем) к конкретному юмору...Советский анекдот: Косыгин говорит Брежневу: - У тебя разные ботинки на ногах, поезжай домой смени обувь. Брежнев отвечает: Уже ездил. Там тоже самое". Китаец оценить такой анекдот полностью не способен. В лучшем случае он передаст его так: Один человек шёл в разных ботинках. Ему говорят : - У вас ботинки на ногах разные, идите домой смените обувь ...и т.д. Тот юмор, что "зарыт" в фамилиях действующих лиц китайцу недоступен.
Одной из разновидностей юмора являются басни, зачастую. - не очень весёлые.
Например, знаменитая крыловская "Волк на псарне" вовсе не смешна.
Что уж тогда говорить о сатире (тоже вид юмора) или сарказме? Прочтите
пушкинские эпиграммы, например, про полуподлеца , полуневежду ...
Особый разговор о вызванной юмором улыбке. Она (внутрення или внешняя)
обычно (но далеко не всегда)- знак присутствия чувства юмора . Часто она
появляется после хорошего и ТОНКОГО анекдота. Например, анекдот-
рассказ о путешествии Афанасия Никитина, Юрия Сенкевича и Чапаева.
Перессорившись они пошли порознь. Дальнейшее излагается так. Афанасий
Никитин вдруг натыкается в лесу на Чапаева, обжаривающего на костре тушу.
«Не нравится мне этот Сенкевич», — говорит Афанасий Никитин, на что
Чапаев отвечает: «Не нравится — не ешь!».
О юморе можно сказать ещё многое. Но некоторые не переносят большого
количества букв. Думаю,Чапаев бы им сказал "Не нравится - не читай".
 

КАК ТРИ ПОРОСЕНКА НА ПИКНИК С ДЕ ...

(Долгоносик Очумелый)
 0  Сказки  2010-10-08  1  1720

Раз пошли в лес три поросенка: старший брат Ниф-Ниф, средний брат Нуф-Нуф и младший брат Наф-Наф. Пикник им захотелось «забацать». Взяли с собой на поляну девчонок (розовеньких поросяточек), шашлыка из говядины (из свинины ребята принципиально не трескали шашлык), выпивки набрали, фруктиков-овощей, презервативов и т. д. В общем, взяли все, что берется на пикник. Не забыли и про «музон»: магнитола с двумя широкими и бездонными, как глаза пантеры, динамиками стонала дискотечными ритмами.

Вся компашка прекрасно отдыхала. Плясали, квасили, шкварчили на углях сочные кусочки замоченного в винишке мяса. После трапезы Ниф-Ниф и Нуф-Нуф потащили в кусты юных подруг-поросяточек. А Наф-Наф с непривычки перебрал «Мартини» и отрубился под дубом. За весельем и развратом не заметили ребята-пятачки, что темень плотной стеной оградила их от мира. Ночь. Испугались наши герои и заныкались всей толпой в заброшенную медвежью берлогу. От мурашек по спинам крученые хвостики их и распустились.

Старшие братья даже больше Наф-Нафа испугались. А меньшой-то и предлагает всем вот что: в середине леса, у старого дуба, стоит будка телефонная. Надо добраться туда и звякнуть спасателям МЧС. Те, мол, нас и вытащат из кромешной тьмы. Таков был план младшенького Наф-Нафа.
- Да ты что! – загалдели поросята, даже забыв на миг об осторожности. Потом уже Ниф-Ниф зашептал:
- Ты забыл, мелкий (так он обращался к младшему брату), что уркаган Волк понарыл в лесу ям-капканов и выстелил дно их шипами да колючками? Именно так теперь серый отморозок на нас охотится! На козлят, поросят, зайчат и оленят. А сверху те ямы он - ЧМО отпетое - ветками прикрыл. Упадешь туда, и – хана тебе, пятачку! Не ходи! Слышишь?! Не ходи туда! Мы тебе, как старшие, запрещаем!

    Девчонки-поросятки тоже стали ласково отговаривать Наф-Нафа от опасной вылазки в центр леса ночью. Но тут в душе тихого, в общем-то, Наф-Нафа взыграло вдруг дерзновение. Он гордо поднял пятачок и заявил:
- Да вы, старшие братцы, похожи сейчас не на боевых хряков, а на мокрых от страха зайчиков! Какая нам лафа на брошенной медвежьей хате ночь коротать? Учует нас здесь по запаху Волк, да пустит всех на шашлык. Линять надо отсюдова! Пойду вызывать МЧС.
- Давай не будем скоры на свинские решения! – попытался урезонить младшего брата Нуф-Нуф. – Переседим туточки до рассвета, а там и потопаем. Все капканы Волка увидим и обойдем его зловещие ветки! Не ходи, Наф-Наф! Обдерешь сейчас попку в волчьей яме!
- Бояки! – только и сжал зубы самый младший поросенок, и довольно грубо оттолкнув Нуф-Нуфа в сторону, шагнул во мрак ночи. В берлоге же воцарилось напряженное молчание. Никто из старших поросят не последовал за дерзким выскочкой.

Некоторое время гнетущее безмолвие прямо-таки давило на своды брошенной медвежьей берлоги, где прятались поросята. И тут тьму, тишину где-то снаружи рассек пронзительный поросячий визг. Девчата-поросятки невольно взвизгнули, а самый старший – Ниф-Ниф – рванулся, было, наружу, чтобы помочь младшему братцу. Но средний брат – Нуф-Нуф – удержал за распрямленный хвост Ниф-Нифа.
- Сегодня что, у всех «крыша» съехала? Сегодня никто старших не слушает? – огрызнулся Ниф-Ниф, но остановленный на выходе Нуф-Нуфом, не стал покидать убежища. Он лишь поглядел, как забились в угол берлоги подруги-поросяточки. Свет небольшого фонаря начинал затуманиваться. «Аккумулятор сдыхает», - подумал Ниф-Ниф, а остальным сказал:
- Не дошел наш Наф-Наф до телефонной будки, мне кажется. Ободрал себе попу в волчьей яме. Не видать нам спасателей МЧС…
Подруга Наф-Нафа заканючила в голос, ее тут же кинулись успокаивать подружки.
- Он ушел спасать нас! – громко причитала она. – Он ушел вызывать спасателей МЧС для нас, да только нашел кучу иголок и колючек на свою розовую задницу! Он был таким ласковым…
С тяжелым сердцем поросята слушали эти причитания. И тут Ниф-Ниф слегка прохрюкал:
- Тише! Тише!
Все в берлоге умолкли и стали вслушиваться в окружающий мир. И тут где-то рядом отчетливо послышался легкий хруст хвороста. Кто-то подкрадывался или подползал к входу в бывшее медвежье логово. Поросята в ужасе ждали появления в проеме какого-нибудь монстра, что слопает их прямо здесь, в берлоге. Но к всеобщей радости в проеме показалась голова маленького Наф-Нафа! Он был весь в грязи. Свинячьи глазки бешено вращались. Учащенное дыхание то сбивалось, то восстанавливалось. Вся попа его была в занозах, иголках и репейнике. Сей пикантный момент глазки поросят разглядели даже в мутном свете фонарика. Наф-Наф вполз в берлогу и рухнул на пол.

- Слава Богу, жив наш братец! Только попу себе основательно ободрал. Но целостность кожных покровов попы – дело наживное! – довольным голосом процедил Нуф-Нуф. – Давайте вернем его попке первоначальный вид!
Все поросята принялись выдергивать из тела маленького ходока до МЧС колючки, репейник, иголки. Подружка Наф-Нафа достала из кармашка сумочки стерильную салфетку с антисептиком, продезинфицировала больное место любимого, а затем все проколы покрасила зеленым цветом. Зеленкой в карандаше. Через некоторое время пострадавший стал очухиваться и попытался присесть. Но раны на «пятой точке» не позволили сделать этого. Наф-Наф так и остался лежать на животике, являя окружающим позеленевшую точками заднюю часть своего тела. Он возлежал теперь пятнистым леопардом.

Пока Наф-Наф валялся в «отключке», подружка Ниф-Нифа вселила надежду в остальных предположением, что, может быть, Наф-Наф умудрился-таки вызвать спасателей МЧС. И, если так, то спасение - лишь дело времени. И вот теперь, когда раненый пришел в себя, Ниф-Ниф сразу же поинтересовался:
- Наф-Наф! Тебе, братишка, удалось вызвать МЧС?
- Нет, - глухо выдавил Наф-Наф. – Не удалось. Хотя я ступал очень осторожно и пару раз даже миновал капканы, расставленные Волком. Но затем совсем темень наступила. Ни зги не видно. И я понял, что до таксофона у старого дуба не дойду. Стал я возвращаться сюда, обратно в берлогу, да в темноте маленько отклонился от своих отпечатков и угодил-таки в волчью яму.
- Попой на колючки! – сочувственно вставила слово подружка раненого.
- Точно. И тут, откуда ни возьмись, появился Волк! Отморозок! – при этих словах Наф-Наф повысил голос, и все поросята вне зависимости от пола и возраста задрожали от страха. – Выдернул меня из ямы этот серый зубоскал. Я и подумал, что все, мне – амба. Щас чикнет мне душегуб клыками по горлу и на шашлык замаринует. А он меня оглядел всего, повертел, даже на безмене – весы такие с крючком – завесил. Мерзкий тип: взял за шкирман меня, и взвесил как куль с салом!
- Ужас какой! – прикрыла копытцами рыльце подружка Ниф-Нифа. Но ее парень потребовал у Наф-Нафа:
- Продолжай!
- А чего продолжать-то? Отпустил он меня на все четыре стороны!
- Он что, сбрендил? Вегетарианцем обернулся? – возмутился Нуф-Нуф.
- Нет! Прорычал что-то типа «кожа да кости», - поморщился рассказчик.
- А Волк куда делся? – сузил в ужасе глаза самый мудрый и самый старший из трех братьев-поросят.
- Отвалил куда-то! Ах, как же попа моя болит! – закручинился Наф-Наф. – Надо было мне вас, старших братьев послушаться, и не переться в темный лес, а дождаться утра, как вы и толковали прежде. Теперь вот свечу всем задницей в зеленке…

Вновь воцарилась липкая тишина. Самый старший из братьев-поросят Ниф-Ниф о чем-то напряженно думал и вдруг, как громом, его осенило, и он жутким голосом провизжал:
- Уходим отсюда! Быстро! Валим на всех «катушках»! Иначе нам – кранты!
- Да в чем загвоздка-то? Объясни! – сморщился от страха Нуф-Нуф.
- Растолкуй! – взвизгнули девчонки.
- Да в том загвоздка, что серый нам каверзу подстроил! Не врубаетесь? – дико завращал глазами Ниф-Ниф.
- Не догоняем! -хором ответили поросята.
- Так вот! Волк, этот лошара, отпустил из когтей своих Наф-Нафа только лишь для того, чтобы проследить за ним и всех нас «накрыть» разом! В одной берлоге! Наф-Наф же у нас «кожа да кости»! С него проку ни на один волчий клык нету! Тощий кент с ободранной попкой!

Ниф-Ниф с горечью умолк. И в этот самый момент в проеме берлоги нарисовалась жуткая волчья морда с раскрытой пастью. Глаза хищника сверкали кровавыми алмазами. Хозяин такого взгляда явно незнаком с такими словами, как «пощада», «милосердие».

Мораль же сей басни, если так можно выразиться, такова: если вы, ребята и девчата, не слушаетесь старших и считаете себя умнее и опытнее их, то вы не только себе обдерете попу, но и навлечете погибель, «подставите» тех, кто оказался рядом с вами. Ваших родных, ближайших друзей, подружек.

Слушайтесь старших братьев и сестренок, детвора!

(07 октября 2010)
 

Семнадцатая весна.

(Шустрая)
 48    2010-08-23  1  1915
10 марта. Утро. Просыпаюсь. С трудом шлёпаю в ванную.
В зеркале вижу, не хотелось бы верить, что себя. Да-а…
Зрелище… соответствует самочувствию. Под глазами тёмные круги,
пальцы опухшие, ноги гудят, желания отсутствуют.
Если бы я вела дневник, то он бы выглядел примерно так:

1-2 марта. Гонка по вертикали.      Надо успеть подгрести все срочные дела, так как следующая неделя
будет вычеркнута из моей жизни (или я вычеркнута из неё) пока по городу
ещё можно передвигаться, а если повезёт, то даже и парковаться.      

3 марта. Хватит ли всего?
Не слишком ли много накупила? Подготовка к празднику идёт полным
ходом. Список необходимостей и срочностей уменьшается медленнее,
чем отведённая на них сумма денег, потому что цены не просто кусаются,
а отгрызают руку вместе с кошельком. Приближение праздника чувствуется
всё острее и ужасает больше, чем сам МЖ День.

4 марта. Завтра начнётся.
Падаю с ног, чтобы хоть как-то облегчить свою участь завтра. Передвигаться
по городу можно только пешком. Предпраздничная истерия охватывает,
кажется, всё население. Или все только сегодня вспомнили, что скоро
8 марта? Порядочные мужчины сообщают время, когда они придут заранее,
бессовестные приходят сюрпризом, и те и другие должны уйти довольными…
Это моё правило! Надо сделать причёску и маникюр.

5 марта.Началось!
Вот и праздник! Сегодня поздравляли сотрудники. Ничего особенного,
так- официальщина, но их так много! Хорошо, конечно. Но к вечеру тяжко.
Дежурная улыбка стала похожа на улыбку Гуимплена, причёска покосилась.

6 марта.
Это как повезёт.      
Если по календарю выпадает суббота, то праздник, автоматически
растягивается и наступает лёгкая передышка. Так, ерунда. Из других
городов мужчины поздравляют, из заграницы… Мужчины-то они везде
примерно одинаковые, но на расстоянии с ними как-то легче.

7марта. Суровый день.
Настоящее испытание. Сегодня поздравляли любовники. На деньги они
не скупятся, но отдачи за это требуют полной. Здесь не прохалявишь.
Надо постараться, чтобы каждый почувствовал, что производит впечатление
собственной исключительности. Что делать стараюсь. К вечеру от маникюра
почти не остаётся следа, от причёски тоже. Взгляд фокусируется с трудом.
Походка шаткая. Смех нервный. Стараюсь побольше молчать, так как слова
заплетаются, ноги тоже.

8 марта. Личный праздник.
Приходили мужья. Обычно предел их щедрости не превышает размера
букета из тюльпанчиков. Ответной реакции тут тоже почти никто не требует,
а когда душу не вкладываешь, то уже легче. Однако, к вечеру поздравления
с праздником кажутся издевательством, а обещание подарить букет -
утончённым садизмом.

9 марта. Вы думали на этом всё?
Ан нет! Сегодня тоже поздравляли. Те, кто забыл, опоздал, закружился.
А их немало. Хорошо, конечно только тремар конечностей не проходит.
Ах, мужчины! Как же без вас?

10 марта. Вот оно - счастье! Никуда не надо идти бежать, ехать…Ни перед кем
приплясывать, прыгать, расшаркиваться…Никому ничего объяснять, приводить
доводы…Можно просто ОТ-ДОХ-НУТЬ! Вот только в зеркале найду
знакомые черты лица, подрисую к ним утреннюю свежесть и обрадуюсь,
что встретила очередной «Новый год» моей жизни-СЕМНАДЦАТЫЙ!
Этой весной исполнилось ровно 17 лет, как я в цветочном бизнесе,
и это Мой Праздник!
 

Последняя собачья история

(Экологиня)
 1    2005-10-20  0  732
Моя "тиграшка" понимала, что такое "кукиш". Когда она была еще совсем
маленькой, как что-то выпрашивала у меня, я ей это произведение из трех
пальцев и показывала. И она знала, что кукиш - это значит, отстань,
ничего не получишь!
И вот сосед стоит на улице и курит (другой наш сосед - не пьяница).
Собака к нему подходит и смотрит, что это такое он в руке держит. Дома у
нас никто не курит, так ей это понятно не было. А он взял и показал ей
эту самую фигуру. В ту же секунду его фига оказалась в пасти у моей
"тиграшки". Вот так - хозяйке можно, а как это чужой будет кукиши под
нос совать! Непорядок, однако!
(Она соседа не укусила, а просто подержала в пасти его фигу - попугала)
 

С Абрамом Терцем по Израилю трус ...

(Ицхак Скородинский)
 4    2007-12-24  2  840
С Абрамом Терцем по Израилю трусцой

Предпредисловие или впереди лошади.

Фёдор Глебов – это не псевдоним. Это возрождение фамилии моего рус-ского деда.      

      Фёдор Глебов

      С АБРАМОМ   ТЕРЦЕМ ПО ИЗРАИЛЮ ТРУСЦОЙ

      
      
Прозаическая поэмка, длиною во всю мою оставшуюся жизнь.


      Предисловие

Каждый раз, когда очередной новоприбывший кидается ко мне с неугасающей надеждой….
- Вы знаете русский язык?!
…Я отвечаю одно и то же, - Пока еще не забыл. – И каждый раз удивляюсь, насколько он, буквально всем своим существом, отличается от поживших здесь хотя бы несколько лет.
Никто не знает, каким станет этот человек через очень короткое время, а пока что все они просят указать им ПУТЬ. В ближайшую аптеку, в местное отделение министерства по манипулированию его сознанием, военкомат, а на худой конец – приехав и тут же не на шутку обеспоко-ившись своим драгоценным здоровьем – ищет пункт выдачи противога-зов. Одно я знаю совершенно точно – вот этот вот человек, стоящий воз-ле меня, через очень короткое время изменится до неузнаваемости, из-менится до такой степени, что даже его разговор по телефону с родст-венниками и друзьями, оставшимися в славянском поле притяжения, бу-дет напоминать беседу слепоглухого с глухонемым.
Что-то подобное происходит и со мной. Я вынужден, в связи с от-сутствием поэтического таланта и вдохновения, писать вот эту прозаиче-скую вещь, так как при этом в моем сознании создается иллюзия, что ли-тературный процесс в мой пустой башке продолжается, и где-то там, на полуночном горизонте и для меня появляются хоть и падающие, но все-таки поэтические звезды.
И последнее. В отличие от предыдущих моих опусов – ЭТО ДЛЯ ВСЕХ. И даже избранным разрешается читать мою поэмку. Только не на-до морщиться господа святые люди, как будто бы Вам предлагают съесть копченую французскую лягушку с болот Плю-Фо. Уж очень у Вас при этом непрезентабельное выражение лица вырисовывается.

      
Забег№ 1

Что-то сдвинулось в моем сознании в ту ночь. Может, дошел таки до ручки, а может быть, во всем был виноват израильский политический климат. Но я вдруг увидел, как из предутреннего тумана формируется и подплывает к моему окну неясная и колеблющаяся человеческая фигу-ра. Как будто я снова, в который раз смотрю по телевизору очередную серию голливудской шварцнегеровщины. Она подплыла совсем близко и стала просачиваться через металлическую решетку на окне. А потом что-то внутри нее заурчало тигриным рыком, и – ЭТО исчезло, растворилось без следа…..
Спать пора ложиться, подумал я, но тут в дверь начали звонить, и звонили беспрерывно, можно сказать нагло, и до тех пор, пока я не при-открыл дверь, предварительно, мало ли что, набросив на свою брониро-ванную израильскую дверь защелку. Но! Не помогло мне это, ОНО тут протиснулось в оставленную щель, в мановение ока, трансформирова-лось в человечишку, ниже среднего роста, затвердело, оформилось в одеждах старинных, запахло сургучом и сеном, и покатилось к моему любимому креслу со словами.
- Вот, идиот, насмотрелся на терминаторов в телевизоре своем за-долбанном, тебя бы самого через железную решетку протянуть, больно же, ну, идиот, форменный идиот. Ты, батенька мой, еще больший ду-рень, чем тот, которого придумал господин Достоевский…. Что смотришь, чур, мое теперь это сидалище…. Рот закрой, а то колибри влетит в рот то. Я в твоем городе видел несколько штучек. А город этот, посреди пус-тыни, чудо ваше рукотворное, как нарекли? Господи, да живой я, живой, не привидение. Если хочешь знать, я плод твоих же подтекстов.
Оно бубнило и бубнило о том, какие все-таки молодцы эти евреи, что захватили у этих проклятых англичан кусок святой земли и засадили его садами и лесами, и понастроили городов и деревень, и оросили по-ля…. При этом оно ни минуты не сидело на месте, переливалось ртутью по квартире, жестикулируя ручонками и вздергивая вверх головенку свою…. А я никак не мог отделаться от мысли, что этот кошмар я уже ко-гда-то видел, было в облике пришельца что-то такое, до боли знакомое и родное…. То ли марокканец, у которого я покупаю картошку на рынке. Но он без бакенбардов….
- Александр Сергеевич, Вы ли это?!
- Если бы, если бы, душа моя! … Но отношение имею. Давай мы с тобой в игру поиграем. Я тебе фамилию писателя, а ты тут же, не осо-бенно задумываясь – его единственное произведение, которое в твоей памяти от него осталось. Итак. Эренбург!
- Люди, годы, жизнь.
- Рыбаков?
- Дети Арбата.
- Солоухин?
- Камешки на ладони.
- Синявский?
- Прогулки с…, Вами, Александр Сергеевич!
- Ох, какой же у тебя твердокаменный лоб, вьюноша. Никакой я не Александр Сергеевич и даже не господин Синявский, царство ему небес-ное, я – Абрам Терц собственной персоной. И не надо меня любить, хва-тит, что будешь жаловать.
- Я присмотрелся повнимательнее. НОС!!! Как я не заметил сразу, нос наш, чисто израильский, выдающийся, можно сказать, нос был у это-го порождения моих ночных фантасмагорий. Куда там пушкинскому до него…. И даже гоголевскому. Абрис не тот. Ну, конечно же, это был гос-подин Терц, как я мог подумать иначе.
- Только учти, папа с мамой у меня чисто русские люди, так что, я тот самый нееврей по Галахе, который даже на репатриацию не имеет никакого права. Туристом явился я пред твои светлые, - он подбежал ко мне и, зыркнув мне в глаза, продолжил, - нет – в подслеповатые зёнки твои. И буду здесь жить до тех пор, пока ты не угомонишься и преста-нешь задирать местное литературное общество, подумаешь, придумал, что он снова в галуте, на иудеев буром попер, один против всех и снова не в ногу. Орел ты наш, степной. Ты чего это из шкафа пироги тянешь, сколько раз тебя твоя благоверная поучала, что жрать надо меньше, меньше надо жрать, а ну-ка, – Абрам воспарил к потолку и начал рас-творяться в моем помутневшем сознании.
– Спать…, спать…, спать….

Забег№ 2


А поспать толком он мне так и не дал. Содрал с меня одеяло и во все горло, не попадая ни в такт, ни в ноты, заорал мою любимую – Ну-ка, солнце, ярче брызни, золотыми лучами.… И так далее. Хорошо хоть водой из чайника не обжег, как мой папа меня …в детстве. А потом завел – вставай страна огромная, побежали в Гуш-Катиф, пока это восьмое чу-до света не разрушили ваши недоумки. Это ж, надо, как какое-то чудо на этом свете сотворят, так его сразу и разрушать принимаются, и снова про идиотов и Достоевского лекцию мне начинает читать. Да, неужели и у Синявского тоже жгучий африканский темперамент прорезался. А с виду не скажешь. С виду спокойный был, а после лагерей так вообще флегматиком стал, а этот еле-еле дал зубы почистить, а завтракать – ни-ни, от этого, говорит, сразу не умирают, потом пожуешь чего-нибудь, а сейчас, батенька, недосуг. Ну, мы и побежали. Без пропусков и разре-шений, стену эту, иудейскую перемахнули, и там. Он меня за шкирку, на водонапорный бак гуш-катифский усадил, сидим, любуемся видом. Трак-торки по поселку туда-сюда снуют, люди на работу движутся, балаболят между собой. Абрам смотрел, смотрел, а потом и выдал.
У вас тут что, - спрашивает – Китайская автономная область, что ли? И давай с этими, в капюшончиках, по-ихнему пытаться говорить. А они, ну, ничего не понимают. Филиппинцы потому что. У них свой, фи-липпинский диалект, наверное. А может, туда бутанцев уже завезли. Или, не дай бог, северных корейцев пригнали…. Через южную границу с Египтом.
Тут петухи запели. Из переселенческих хибарок, это возле почти каждой – бассейн, запашком кошерной пищи потянуло. А мне уже не есть, жрать хочется. Пушкин мой посмотрел на меня внимательно и – нет его, как ветром сдуло. Через минуту возвращается, в одной руке чашка кофе, в другой – пита чорти, чем напхатая. Питу понюхал, покивал одобрительно и мне сует, а сам кофе попробовал, скривился и хотел уже вылить. Я еле-еле успел руку его перехватить. А тут из ближайшего до-мика выскакивает хозяин съестного с винтовкой наперевес. Спохватил-ся, где его завтрак. Побегал, побегал, а потом руки к н*** и проклинать нас стал…. Но, голод не тетка, под эти зававывания я и примостился зав-тракать. Но не тут то было. Тот, седобородый прямо с винтовкой напере-вес в синагогу бежать намылился. Тут Терц и предложил – пошли, гово-рит с ним вместе, там и познакомимся, я у этого, который с винтовкой бегал, кофе свой разыскивал, а теперь к раву бежит рассказывать о са-тане, пару кип из ящика стырил, у него их, говорит – Амон! Оказывается мой попутчик, в отличие от меня, еще и иврит разумеет. Пока шли, он у возвращающегося из святого учреждения святые тексты позаимствовал, хулиган он этакий, открыл их и всю дорогу, пока шли, читал и мотал го-ловой, как лошадь. А я в синагогу эту не пошел. На улице остался. Не смог себя пересилить, не мое это. Сел на камешек и приловчился досы-пать, пока неугомонный мой к глубинам иудаизма приобщался. А тут и эти, познакомившиеся из святого учреждения выползают, обнявшись. И костерят на все лады латифундиста нашего, и клянутся, что костьми ля-гут, но не отдадут и пяди чистой, как слеза ребенка, израильской земли, и что Шимон, так, оказывается, зовут переселенца, призывает своего лучшего друга Абрама не покидать Гуш-Катиф никогда. А когда придут эти чудовища в зеленом, чтобы осуществлять трансферт иудеев с их свя-той земли…. В общем, попался мой правозащитник, как кур в ощип, под-дался под тлетворное влияние Ближнего Востока. Махнул я на все это своей левой рукой и… проснулся. У себя дома. Рядом со мной пита не-доеденная, на подносике посеребренном лежит, и чашка кофе дымится. Значит, не приснилось мне все это. Огурчики, помидорчики – целовал я свою милку в коридорчике, колбаска, пирожки с капусткой, а на телеви-зоре все русские программы – все это в моем доме водилось, когда день-ги были. Но, пита! Фалафель! Никогда!!! И вот еще ирония судьбы, при-дется эту гадость доесть и допить. Не выбрасывать же. Все-таки денег стоит.
Дозавтракать на этот раз, я все-таки успел. Но сразу после этого я услышал звук открываемого замка и, появился герой Сопротивления в оранжевых штанах и с апельсином в правой руке.
- Вот, витаминчики тебе принес, дезертир. А теперь отвечай, гой еси, добрый молодец – ты сможешь дотянуться до неба?! Вот, и мой но-вый брат по ненасильственным действиям против суммы компенсации за причиненный ему ущерб, Шимон, не может. Но у него хотя бы есть ил-люзия того, что он когда-нибудь сможет, а у тебя, материалиста нет, и никогда не будет того, чего уже добился мой единомышленник. И виллу новую ему за счет государства возведут. И крепостных из …Камбоджи пригонят, и море будет плескаться у ног его. А ты? Ты, подсак, свои взгляды на тарелку не положишь, и новых зубов из них не сваяешь. Так и будешь всю оставшуюся жизнь лоббировать вечные вопросы справед-ливости и свободы, то бишь, биться лбом своим толоконным о Великую Иудейскую Железобетонную Стену? Побежали, я с главой поселкового комитета договорился. Они дают тебе шанс – работу на их форпосту, сторожем. В ночную смену. Если ты будешь хорошо себя вести.
- Как это я должен себя там вести?
- Господи, это так просто, ты должен знать свое место в избранном обществе.
- Ну, и где оно, мое место?
- А позади меня! Делай, как я, думай, как я, и вот еще…. Пере-метнувшийся вытащил из-за пазухи огненнооранжевый шарф и попытал-ся накинуть его мне на шею.   
Но я уже знал, как бороться с этой заразой, махнул я на все это опять левой своей рукой, и развеял видение непотребное в дым до дру-гого раза.

      Забег № 3

Другой раз наступил через несколько дней. И снова в пять утра. Вам смешно, но если ты израильский старпёрчик, так и не приспособив-шийся к местному климату и интенсивно громкой ночной жизни у тебя за окнами, то засыпать на святой земле ты будешь не раньше двух часов ночи. А этот, вызванный с того берега реки забвения, тряс меня, как я когда-то свою любимую грушу, предварительно расстелив под ней все имеющиеся на даче матрасы. И к тому же, этот придурок никаких матра-сов и не думал расстилать, так что, я сверзься с диванчика своего прямо на каменный пол. Хорошо хоть, на этот раз не головой, а …мягким ме-стом.
- Гутен морген, маста хир.! О чем задумался детина, чем мыслишь, потирая зад?
- Привет…. Как дела? Что-то ты сегодня припозднился.
- И не говори! А, в общем, какие у нас потусторонних могут быть особенные такие уж дела?
- Ну…. Растрепанный ты какой-то. И сам на себя непохож.
Саша и вправду выглядел обескураженным, и в его облике явно проскальзывали черты русского разночинца. А может, это Андрей выгля-дывал из глубин его души. А раздвоенная, и тем более расстроенная личность – это, знаете ли, уже граничит с легким помешательством.
- Колись, Сергеич, может легче станет. – Напирал я.
- Легшее не станет, мин херц. Но и особого секрета в моем время-препровождении не вижу. Все очень просто, мой друг. Навещал я одну девицу на выданье в ее наисовременнейшем дворце, в Ашдоде. – Абрам потянулся, закрыл воспаленные от недосыпа веки и после продолжи-тельных зеваний, во время которых он был так похож на мартовского ко-та после случки, продолжил:
- Поспела…. Ух, поспела! …Охальница.
- Слушай, а как это все у вас происходит?
- Что это и почему все?
- Ну, свидания эти?
- Ух, ты, серость средиземноморская! А сны на что? Знаешь, как девицы в своих снах расслабляются. Бери любую. И, потом. Русская де-ва, единственная дочь новорусского нуворИша, знаешь ли, в двадцать вашем проклятом первом веке – она, прямо-таки, отвязанная какая-то. Любит одного, причем, совершенно без взаимности с его стороны, замуж выходит за другого, а в любовниках у нее – шофер, Му-Му какое-то, двух слов связать не может….
А мне – как ты думаешь, что она под утро заявила. – Дедуля, - го-ворит. – Ты что, всю жизнь только с женой, что ли? Или может ты приви-дение из позапрошлого века? Про камасутру, хотя бы, знаешь хоть что-нибудь? Целую ночь, одно и то же, одно и тоже? …Слушай, а и вправду – что это у вас за термин – миссионерская поза, миссионерская поза? Что он обозначает?
Я, как мог, объяснил сексуально озаботившемуся, что к чему, предварительно извинившись, что я, в общем-то, не дока в этих вопро-сах. И посоветовал ему, присниться какому-нибудь знаменитому сексо-логу, объяснив дедуле, чем занимается этот уважаемый специалист – помогает недоразвившимся достичь половой гармонии со всеми своими, пусть даже и случайными сексуальными партнерами. И в заключение, добавил, что сегодня на гения нашего, господина Пушкина он никак не тянет, в нашем представлении господин Пушкин был гораздо возвышен-нее и, если и грешил, то по очень большой любви, а, раскаявшись, тут же писал об этом, какое-никакое, но обязательно гениальное произве-дение. Мой собеседник слушал меня вполуха, и как будто бы грезил на-яву, а потом встрепенулся, как воробей после дождя, и произнес.
- Так, …что такое современный секс и чем он отличается от того, что случалось в мое время между мужиком и бабой – мне объяснили. Сам профессор Кронгауз из частной лондонской лечебницы мне сейчас лек-цию об этом прочел. И должен тебе сказать, душа моя, что большего свинства, чем эти ваши ухищрения, чтобы встал, я в жизни своей не слышал.
Вот так, - я ему о возвышенном, а он в это время…. Ладно, попро-буем взять его в полон с другой стороны.
- Послушай, а зачем тебе все это – девки, переселенцы….
И тут он меня сразил, можно сказать наповал:
- Как ты не понимаешь, тунгус ты этакий, если уж я прибыл в это ваше, глобализированное завтра – должен я осмотреться, понять – что к чему. И если меня что-то и заинтересовало в этой одичавшей от беско-нечных военных, почти кавказских по жестокости стычек, местности, так это не переселенцы, а переселенки….
Ну, что взять с того же жителя Катифа, например…. Ведь казак, форменный кубанский казачок. Орел степной. Кипочка набекрень, боро-да нечесаная, винтовочка на плече. И так же фанатично религиозен, и функция его такая же, заброшенный своим же государством жить на границах его, защищать, так сказать рубежи. Живописен, но недалек….
А вот поселенки! Все, как одна – кровь с молоком, форменные донские казачки, и особенно, почему-то, похожи на Аксинью из «Тихого Дона». В исполнении …той, …самой знаменитой советской актрисы, черт, как быстро забываются фамилии артистов….
- Быстрицкая?
- Да, да, она! Я имя вспомнил – Элина, это ж музыка, какая…, Эл-лина! Роза греческая, амфора критская, изумруд византийский, а не ба-ба…. Так вот, в этих женщинах всё – поэзия, очарование, порыв, взлет. Недаром, ох недаром, современные иудеи национальность считают по материнской линии. Уж очень любвеобильные мамочки у них оказались. Такой в душу заглянешь, а там бездна звезд полна, а душа, душа, взры-вая все оковы и препоны закрытого сообщества, стремится в бесконеч-ность
И тут мой всегдашний гость исчез в первый раз сам собой, так бед-ный переутомился. И если бы не крики и уханья из моей собственной спальни, то я так бы и думал, что сексуальноозабоченный герой наш ис-парился в неизвестном направлении. А так – все путем, спит в моей кро-вати и бредит, бредит. По всему видно, что окончательно решает вопрос северо-сомарийских поселенок, гад. Вот, из-за таких, и произошло раз-деление нашего племени на чистых и нечистых по этой самой…. Галахе.

      Забег № 4

Выспавшись, Терц превратился как бы в совсем другого человека. Тарасом Бульбой, вообще-то не стал, но зуд поперевоспитывать кого-нибудь саблей, а за неимением этого кого-то, меня – у него проявился очень выпукло. Сначала, он потребовал ужин прямо в постель, а когда я ответил, что пособие по старости через неделю, и что в нашей стране этого пособия хватает, в общем-то, лишь на половину месяца, а во вто-рой половине наступают явно советские времена – суп да каша – пища наша, а вечером – ждем-с до следующего утра, а вообще-то, если хо-чешь, то кушай тюрю – Саша, молочка то нет. На такие мои язвительные слова он тут же заявил, что я законченный неудачник, и послал меня мыть подъезды в Тель-Авиве, чтобы потом хватало на ужин с вином. Для себя и тем более гостей, которых сам же и вызвал из тартарараров. А ко-гда я ответил, что попасть на такую работу не так-то просто, конкурс примерно такой же, как в театральный институт времен коммунистиче-ского застоя, то он не поверил и испарился, сказав, что этот вопрос он разрулит за несколько минут.
Не было нашего неугомонного примерно неделю, после чего он появился передо мной в тот самый момент, когда я, получив, наконец, вожделенную сумму на выживание, встал на тропу покупки продуктов, для чего ковылял потихоньку пешком на другой конец города в самый дешевый супермаркет, объявивший в этот день скидки на некоторые жизненно необходимые мне и моей семье продукты. И тут же снова на-чал меня учить жить. Почему это я иду по такой жаре пешком, когда вот они – автобусы. Ездят туда, сюда – полупустые…. А может быть, я боюсь террористов, взрывов, карманников, заразиться гриппом – так давай, предложил Абрамчик тут же, закажем такси. Смотри, сообщил он мне, сколько таксомоторов бороздят дороги твоего родного города. Так и мелькают перед глазами. И тут черт меня дернул спросить, где это он ошивался столько времени, и как обстоят дела с моим трудоустройством. Терц пришел в неистовство, подпрыгнул без шеста на величину мирово-го рекорда и, рухнув на землю передо мной, заматерился так, как нико-гда не матерились даже тамбовские повстанцы во время последней кре-стьянской смуты, а уж они считались в этом деле непревзойденными специалистами. А потом, признал свое полное поражение и предложил отдавать наш ужин лично бывшему министру финансов нашей страны – Беньямину Нетанияху. Пусть давится тюрей каждый вечер, и никакого молока. Вода из-под крана и подорожавший за время его правления хлеб для самых бедных.
А вообще-то, удачно заметил он мне, на наших с тобой теперь уже общих еврейских территориях, что-то не наблюдается лежащих на зем-ле, как во времена украинского погрома и голодомора, а также голо-дающих коммунистического Поволжья. И тебе, друг мой, совершенно в точку попал он, не мешало бы, сбросить пяток кило лишнего веса. Так что, с этого утра, мы, в оправдание заглавия нашего бессмертного с ним опуса будем, за неимением других вариантов и вина на ужин, передви-гаться по Израилю трусцой. И мы побежали…. И этот процесс уже никак не напоминал мне волшебные перемещения из предыдущих глав, так как я тут же покрылся потом, суставы скрипели, как колеса в гоголевских повестях, голова болталась туда, сюда, а через полкилометра я оконча-тельно выдохся и где-то, по не очень большому счету, сдох.
- Вперед, орловский тяжеловес, мувит, мувит, кадима! После пер-вой тысячи километром станет легшее, а там, смотришь, еще и научишь-ся бегать по святой земле. – Издевался надо мной бес телесный, паря, как тот, в венчике из роз, впереди меня. И в подтверждение его слов, мимо нас промчалась парочка, вся в мыле, он, сверкая бритой лысиной, а она, ультрафиолетом навсегда перекрашенных седых своих волоси-ков. Я попытался догнать этих двух, ведь они были явно старше меня лет на десять, но куда там…. И тут меня осенило!
- А куда бежим-то? – спросил я парящего надо мной. Он брякнулся на землю и возопил обреченно. – Ты же за продуктами ковылял, дрома-дер потертый. И обещал с получки бутылку вина, лично мне. Я эту бу-тылку уже две неделю жду, как манны небесной. Бутылку полусухого, розового, смотри, не ошибись. Я не ошибся, и по выходу из магазина, Терц мой, угнездился на верхушке ближайшей пальмы, вышиб пробку по-русски, ударом о донышко и присосался прямо к горлу, а на все мои вопли, чтоб оставил хотя бы глоток и мне, не обращал никакого внима-ния…. А, допив, тут же метнул пустую бутыль в машину, на которой раз-вевалась синяя ленточка противника оставить в покое бедняжек из Гуш-Катифа, но, слава богу, не попал.

      Забег №5

Все последующие дни, стараясь соответствовать, я пытался трени-роваться даже смог пробежать, ну, очень медленной трусцой километра два. И когда во время одной из таких пробежек обнаружил у себя за спиной человека с всклокоченной бородой, который утверждал, что он есмь переродившийся в господина Синявского – тот самый Терц, я не удивился. Возрожденный Андрей, так он великодушно разрешил назы-вать себя, тут же попросил заменить эту дурацкую, проевропейскую ма-неру бежать куда-то, вполне интеллигентной пешей прогулкой и тут же напал на меня, тесня своим плотным правым плечом к обочине тротуара.       - Ах, господин мой, дорогой ты наш товарищ Скородинский …. Ты называешь себя этаким литературным Сальери и всегда носишь с собой малую толику яду для окруживших тебя плотным кольцом русскоязыч-ных литераторов этой страны. И предлагаешь любому желающему яд этот, в качестве наисовременнейшего лекарства, в микродозах, полез-ных для избавления их бессмертных душ, воспламененных от осознания своего величия и святости, и для того, чтобы остудить их перекипевшие на жаре, но и не только от жары, но и от безграничья ближневосточного варианта свободы, и от всего этакого, размягченные мозги местных лит-гениев. А также тащишься в надежде, хоть как-то поправить их пошат-нувшееся поэтическое здоровье, продезинфицировав сознание от про-явившихся в нем бацилл ксенофобии и изоляционизма. И с величайшим для себя и, особенно для меня, прискорбием, я должен констатировать, что все твои усилия пропадают втуне, лечиться никто не желает, наобо-рот, каждый из вас, вброшенный в плавильный котел сразу же по приез-ду сюда, прямо таки мечтает отчейнжиться как можно скорее. А ты при-зываешь их: - Господа! Поймите, я не советский дантист из какой-нибудь районной больнички! – орешь ты, как резаный…. - и продолжая свой никому не нужный монолог.
- Вы что думаете, это просто так – жить в этом полусумасшедшем миру, да еще и в плотном окружении граждан, которые, все как один, считают себя супер-стар Моцартами. Да и Сальери сейчас не просто так стать. – Жалуешься ты на свое пиковое положение. - Мне, например, по-надобилось почти сорок лет, - хвастаешься ты, - Чтобы постичь, разъять, так сказать на уровне высшей теперь уже математики, гармонию Вашего ****ского мира после пережитых человечеством двух мировых боен, и хоть как-то, в душе своей, смириться с Пиренеями масскультурного му-сора, который Вы хотите оставить в наследство потомкам. Поймите, о гармонии речь уже не идет. Речь идет о выживании для наших с Вами правнучек и правнуков.
- Неправда твоя! – не смог сдержаться я, по-израильски и грубо перебивая бессмертного своего собеседника. - Ничего такого я никогда не….
- А чего же ты так закипятился. Знает кошка, чью сметану слопа-ла, а это значит, что я попал прямо в твою любимую болевую точку. Ты очень сомневаешься, всю свою грешную жизнь мучаешься – писать или не писать. Вот в чем твой главный вопрос!
И окончательно остановившись, взял свою палку наперевес и предложил мне приземлиться на ближайшей к нам садовой скамейке для продолжения беседы. Но когда мы присели, то откуда ни возьмись, возле нас возникла вполне потертая личность и, на местном языке под назва-нием иврит, предложила нам дать ей шекель или даже пять на автобус до Иерусалима, где, по утверждению этой личности, она проживала…. Когда-то….
Господин Синявский попросил меня перевести, я перевел, и тут ра-зыгралось такое…. Андрей царственным жестом сунул руку в карман пиджака и подал псевдонищему банкноту. Тот взял ее, рассмотрел Кремль на бумажке и с диким криком на чистейшем на русском языке: - Что ты мне даешь, Бен (сами знаете чей)! – скомкал банкноту и швырнул ее на землю…. И, бормоча трех - и даже четырехэтажные словесные кон-струкции на испанском, удалился.
Андрей поднял советские три рубля, разгладил бумажку, и по его недоуменному виду я понял, что он в шоке.
- Чего это он? Это же, бутылка водки и плавленый сырок. Чего ему еще надо было?! …О, господи, боже мой! Как я не подумал. Здесь, на-верное, все товары в местной валюте, как же это я не подумал, обидел человека....      
И попросил перевести про Бена. А когда я это выполнил, опять за-мотал головой.
- Ну и нравы тут у вас. Ничем не отличаются от воркутинских.      
Я заметил классику, что он неправ. В Воркуте сейчас минус три-дцать. А у нас плюс тридцать пять. На целых пять градусов больше. И еще я посмел утверждать, что никакие такие литераторы меня не окру-жают, а приходится бегать за каждым и навязывать свою точку зрения. А насчет безрезультатности – согласился. А тут еще, очень и кстати, вер-нулся наш единственный общий знакомый, подкатил к нам на переклад-ных, и, умильно глядя прямо в глаза правдолюбу и отказнику, попросил его вернуть ему его законный трояк. И получил в ответ, что он сукин сын, мошенник и проныра. И завязалась дискуссия, в которой оба при-меняли все мыслимые и немыслимые выражения сразу на пяти языках, включая феню. Я слушал, слушал все это, но разборка продолжалась и продолжалась…. И я гаркнул на надоевшего мне лично билингвиста.
- На хрена тебе эти, деревянные?! Ты что, солить их будешь?
Наступила тишина. А потом примкнувший к нам объяснил, что он буквально на следующей же скамейке нашел ностальгирующего ватика (ватиком в Израиле почтительно кличут человека, который исхитрился прожить здесь многая лета), который согласился на этот трояк купить нам всем литр водки в пластиковой упаковке и банку огурцов, потому что не видел советских денег уже двадцать с плюсом лет и очень соску-чился. Литр на троих – это много, заметил Синявский, и поднялся.
- Веди, шаромыжник! Я тоже «хочу видеть этого человека»…. И выпить с ним на брудершафт! Это ж надо, вытерпеть на такой жаре поч-ти четверть жизни! Да за такое памятник ставить надо…. Нерукотвор-ный….

      Забег № 6

Очнувшись через какое-то время от алкогольного отравления де-шевой водкой и с дикими резями в печени, я обнаружил Синявского си-дящим за моим любимым компьютером. Гений тыкал одним пальцем в клавиатуру, хмыкал о чем-то сам себе на понятном одному ему птичьем языке, одновременно попивая из бывшей огуречной банки оставшийся там рассол. Я застонал, не в силах подняться, и увидел возле своего ли-ца торжественно ухмыляющееся изображение творца нетленок.
- Да, были люди в наше время…. Но это, увы, не вы. Растрениро-ваны вы все здесь в веселии пити, после второго пластикового стакан-чика попадали, как перезревшие финики со своих пальм, на грешную землю…. Ну ладно, а чем на Руси опохмеляются, ты еще не забыл?
И в руке моей оказалась бутылка холодного пива, к горлышку ко-торой я и прильнул, приходя в себя. А потом спросил, соображая на хо-ду, но все еще туго.
- Пиво…. Пиво - откуда?
Андрей вытащил из кармана пиджака пачку зеленых советских трешниц и торжествующе помахал ими над головой.
- Идут родимые, в качестве ностальгической валюты хватают их тут местные старожилы, как горячие пирожки. Один даже пообещал в рамку вставить и повесить в своем туалете рядом с дипломом о высшем образовании…. Ну да, ладно, к делу! Я полистал на досуге твои литера-турные выпендроны и понял, зачем ты своим подсознательным вызвал меня из небытия и забвения. Все дело, как недавно выразился раввин в седьмом поколении и удивительно чистый русский поэт Александр Ба-раш в том, что ты никак не можешь идентифицировать себя в вашем из-раильском зоопарке. И я, как мне кажется, понял, в чем тут дело.
Сказал мой Андрей эту сакраментальную фразу и исчез. Уж как я гукал, мекал и бэкал, махал сначала левой, а потом и правой рукой, да-же пассы пытался изобразить – дупель пусто. Остался от классика дур-ной сивушный привкус во рту и горячее желание узнать, кто же я все-таки есть на самом деле. Но желание, желанием, а нужно было жить дальше, в совершенно неиндефицированном состоянии, что было и гру-стно и горько. А уж о том, чтобы руку пожать какому-либо чистокровно-му иудею – так об этом нельзя было не то, что вслух сказать, но и креп-ко выразиться. Даже на языке суахили, который я, к тому же, не знал совсем…. И одна, единственная надежда осталась у меня – появится ко-гда-нибудь, наконец, прямой, как штык, Абрам Терц, и все, все, как есть, объяснит, как когда-то, и мне и всему просвещенному миру.

      Забег № 7

И он явился, взошел, как когда-то самый известный премьер изра-ильский на Храмовую гору, на мой третий этаж, и, отдуваясь, тут же по-требовал отчета о том, почему это я до сих пор не присоединился к из-бранному народу, не стал, так сказать в ряды борцов, а остаюсь в этой стране форменным клоуном и отщепенцем.
Я объяснил бессмертному, что когда-то, в силу необоримых жиз-ненных ветров, разбрасывавших людей, как листья желтые, по шестой части суши «с названьем кратким – Русь», мои еврейский папа удрал от седобородых в разночинство советской культуры, прокляв иудаизм и его апологетов навсегда. Но, оставаясь инвалидом пятой графы советского паспорта, и, обладая лицом с ярко выраженным еврейским характером, так и не смог ни морально, ни идеологически освободиться от вторичных признаков человека, который до самой своей кончины думал на языке идиш. Он даже диплом защищал на немецком языке. А меня назвал та-ким хорошим русским именем – Исаак Хаимович. С другой стороны, са-мая русская в мире, мама. Наш гениальный русский дед, когда семью начали раскулачивать, схватил трех своих детей подмышку, и вместе с бабушкой, царствие ей небесное, не дожидаясь тамошней полиции и чу-довищ в черном и с касками на голове, совершенно добровольно отде-лился от всего, что семья нажила, поверив первичным лозунгам больше-виков, – земля крестьянам. И после многих мытарств осел в город Ку-дымкаре Коми-Пермяцкой АССР, где мои родители меня и родили. И я, дуралей, не разобравшись в сути вопроса, совершенно необоснованно гордился тем, что я советский еврей.
И только, по недоумству и жажде ехать хоть куда-нибудь, попавши в самое твердокаменное общество на Земле, я понял, да и то не сразу, а только после того, как мала-мала, выучил государственный язык страны доживания, что отделен от своего выдуманного еврейства НАВСЕГДА. И для того, чтобы это понять, такому, как я, обязательно нужно стукнуться лбом о Стену Плача. Ведь, что такое израильский иудей, и чем он отли-чается от просто человека земного. Это человек, рожденный от матери, которая, по мнению ортодоксальных раввинов Израиля, и как это любил говаривать товарищ Косыгин – «является еврейкой». Все! Других вари-антов нет. Все остальные люди этой планеты – гои. И, внимание, псев-додемократическое израильское общество в законодательном порядке полностью поддерживает этот ранневековой постулат, причем в государ-стве создан специальный институт управления, который самым тщатель-нейшим образом следит за тем, чтобы это разделение осуществлялось, а тех приезжантов, которые наврали в анкетах, неправильно указав свою национальность или вероисповедание при въезде, тут же лишают граж-данства и изгоняют из страны целыми семьями. И поделом, нечего при-мазываться к избранному народу, если ты – гой.
Абрам, с недоверием пофыркивая, слушал этот мой монолог, не пе-ребивая. И только тогда, когда я остановился, произнес, сделав губы бу-бочкой.
- А что тебе мешает перейти в иудаизм?
И я ответил в том духе, что после десяти лет жизни отдельно от ве-ликого иудейского народа, я, так же, как когда-то в России гордился, что я еврей, теперь горжусь тем, что я – гойский интеллигент Эрэц-Израель, потому что гордиться мне в этой стране больше нечем. И напомнил не-утомимому борцу, что для того, чтобы придти к богу, надо в этого самого бога верить, а притворяться жизнь меня так и не научила, бог миловал, не сломали меня еще, не заставили…. просто потому, что никому это не было нужно….
- Ну, нечем, так нечем…. И не нужно! – констатировал борец за справедливость, и мы побежали по просторам туманной пустыни трус-цой. В первый раз мы бежали без какой-либо цели и молчали всю доро-гу. А потом Терц вдруг рванул куда-то, оставив меня наедине с моей собственной судьбой.

Забег № 8

Ни один из святой троицы моего, такого поэтического, во всех от-ношениях, повествования так и не появлялся ни наяву, ни в мечтах…. А сны я не запоминал никогда, всю жизнь видел их, точно знаю, а вот, проспавшись, тут же забывал…. Так что, придется мне подкармливать гривуазных тварей моей неудавшейся поэмки иносказаниями в виде ритмических повторов и поворотов в неизведанное…. Мною, конечно, мня и мямля.

Легчайшие отблески лета метались в причудливо взбитых воланах не-бес….

…А их письмена, как тогда мне казалось, застыли навечно в щебечущем небе.

О чём-то своём, заповедном бродил и бубнил зацелованный плёс….

И блёстки чудес оседали на лунной дорожке, искрились в волнах …и, взъярившись, чертили на влажном песке нам послания….

…Мысль о побеге.

…Куда-то туда.

…Где.

Легчайшие отблески лета и блёстки чудес на губах.

Или, вот такое….

Чуть-чуть занесённая снегом,
двуокись осин
в пейзажике осени нашей….

На фоне
чернеющих мокрых проталин,
размытого света,
неясных слепых очертаний
прорезало ножиком сизым изогнутым
лист….

В нетронутой Книге Природы….

И мне на мгновение стали понятны
и надписи – тучами в небе
оставленные.

…И хохот холодных ручьёв,
расплескавших
дрожащие в плёсах лучи заходящего солнца.

…И блики, несущие смерть от дыханья морозного
всем, кто не сможет, не должен, не смеет
дожить
до весны.

Ну, и…. Не только бог троицу любит….

Ну, и кем я стал, на век почти, пережив стриженого….

И почему,
даже с его высоты,
снова, как и он,
ни хрена не вижу я,
кроме
…голошкурости обезьяньей,
тупости и тщеты.
Ну, почему?!
Если я понимаю, ЧТО
СНОВА –
яйцеголОвы готовят нам
очередную Мировую Бойню –
только и могу, что –
ПРО ЭТО,
слов полову,
пережёвывать,
грудью своей волосатой упираясь в ихнее барное стойло….

А мир навсегда стреножен во имя собственности частной,
сбит
в стаю
народ мой
во славу процента прибыли,
а я –
фантомом поэта
складным паяцем,
наблюдаю в экран Интернета,
как будущее наших детей –
заложили и тибрят.

А мне там рисуют картины,
аж,
ух,
какие
ино и странные,
призывая идти,
и голую руку свою совать
в дерьмо их кратий,
а я,
башку засунув
в Беер-Шевский
мешок целлофановый,
веселящим газом травлюсь,
становясь
всё более и более
…аляповато-придурковатей.

…Господи!
Боже ж мой,
стыдно то как,
как стыдно….
Ведь я уже,
на десятилетие
и рыжего тоже….

Пережил….

Рыжего….

Забег № 9

И не появился главный герой нашей с Вами поэмцы наяву. А вместо этого явился миру дух его, и голос его. И рявкнул он на меня басом про-фундо. И сделал он это непотребство, чертяка, как раз в тот момент, ко-гда я не то, чтобы полуплакал, а, в общем-то, полуспал еще. И от этого рёва я, самым неестественным способом подхватившись с постели, ока-зался на полу.
- И какого черта ты, лысый дурень, раздвоился! Чего это ты, имея такое красивое имя-отчество, стал вдруг Фёдором Глебовым. От кого по верёвочке бежишь!
А я, вместо того, чтобы обматерить клубящегося во мраке, так об-радовался, что он снова со мной, что потянулся, растянулся, на голом каменном полу, положив руки под голову и попросил невидимого спеть про ужас смерти…. Это, который «сеял мой булат». И тут такое нача-лось, что лучше бы не просил. Всё пошло между нот и с такими подъез-дами, что…. А оно, после того, как спело еще и язвить начало, что если не нравится, то и не слушал бы и что его песнь намного лучше тех опу-сов, которые я опубликовал в предыдущей главе, потому, что все не в лад, не в склад…. Про кобылий зад тоже сказал, не задержался.
И я понял, что сегодня у меня в гостях, как ни как, сам Терц. Ну, не мог же Александр Сергеевич материться правильно и по-современному. А Синявский, тот ведь, чистейшей души правозащитник и гораздо добродушнее своего евреизированного псевдонима.
- Почему, почему…. По качану. Это моя поэма, хоть и прозаиче-ская, и она не обо мне, а о Вас, джинн, – ответил я не человеку, но ещё и не паровозу.
- Кстати, а желания ты выполняешь, раз уж появился в таком виде?
Вместо ответа из предутреннего тумана появился породистый нос Абрама. И как истинный Терц, он принюхался и ответил вопросом на во-прос.
- Ты завтрак мне собираешься готовить? Если да, то появлюсь, как ты и хотел.
Ну вот, приехали. Он уже, как супруга господина Сахарова, даже в мои мысли проник. Ну, не ответишь же гостю, что, таким как я, даже по-собие по прожиточному уже месяц не выплачивают. Без объяснения причин. Но, видно, уж очень я трогательно вздыхал, и этот безобразник возник, паря в красном углу вместо иконы, и даже пробормотал.
- Верю, верю, не переигрывай. Но, только ты учти, хорошо там, где нас с тобой нет. И, ответь, если сможешь, что, Фёдор твой, исчезнет, когда ты покончишь со мной?
- Как это исчезнет, окстись, классик. Да поэмка о нашем забеге уже в виртуальном пространстве планеты. Её уже читают. И потом, не так уж много осталось мне топтать своими поношенными сандалиями пески библейской пустыни. Так что, я её, ещё незаконченную, по глав-кам и размещаю в Интернете.
- Ну, ладно. Я тебе спел? Спел. А теперь появись-ка ты, как не-признанный инернет-писатель Ицхак Скородинский и продекламируй мне своё самое любимое стихотворение. Ведь, поди, сорок лет бумагу марал перед тем, как компьютер купить.
Пришлось декламировать. Вместо завтрака.

- Старуха.
Заунывным голосом произнёс я…. И продолжил.

Комком тополиного пуха к скамейке моей приближалась старуха –
берет, макинтош, ридикюль…. Роговые очки?!
Ну вот, подошла и, ко мне наклонившись, спросила она
церемонно и сухо:
- Не занято? –
села, согнувшись, пространство вокруг придавив ощущеньем тоски….
Потом, распрямившись, глядела, глядела на небо….
Вдруг, вздрогнула!
После, закашлявшись, чуть не упала,
ко мне повернулась,
вдохнула
и
забормотала –
всё громче и громче она бормотала о чем-то своём,
теряя и вновь находя ту единую связь,
когда говоришь просто так …. Ни о чем?! Обо всем?!
…И время от времени вскрикивала.

- Зажилась!!!

Затихла….
Опомнилась….
Сжалась в хрустящий комок,
сухою ладонью прикрыла дырявый чулок,
а после чуть слышно.
- Уйдите….
Прошу Вас…. Уйдите….
      Прочитав это, я обнаружил своего гостя, сидящим в моём любимом кресле и печатающим на клавиатуре компьютера что-то такое, от чего лицо его просто таки забронзовело.
Вот, - сурово произнёс превратившийся в сетевого литературовье-да подельник мой. – Читай! Вслух и с выражением. А потом отксероко-пируй, вставь в рамочку и повесь рядом с компом. Чтоб она тебе до гро-бовой твоей доски глаза мозолила..
- Справка, - прочёл я, - дана совершенно непризнанному никем автору текста – Старуха, в том, что своим чтением он окончательно под-твердил непреложную истину о том, что именно этот вышеупомянутый автор, поставив последнюю точку, и тем самым, закончив любой текст, должен немедленно в этом тексе умереть, и никогда не распугивать сво-их потенциальных читателей тем стоном, о котором он, автор, думает, что это его последняя песня. И подпись – Н. Гоголь.
- Гоголь тут при чём? – понедоумевал я.
- Гоголь всегда при чём. Ответил слепок гениев и предложил.
- Побежали? А то, жрать сильно хочется.
И мы побежали.

      Последний забег, клянусь.

Я так и знал, что мой последний забег придётся прошаркивать по Беэр-Шевским тротуарам и в полном одиночестве. Предощущал в неис-требимом и воображаемом этот «старческий марафон без классических костылей» ещё до того, как задумал эту мою, переспелую фантасмаго-рию. И теперь, понимая, что ощущение игры, которую я затеял с блиста-тельной тенью господина Синявского-Терца, прошло, и что ничего уже не будет, я предался воспоминаниям о самом последнем сломе моей судьбы, который и сделал меня, в конце концов, тем, кем я и пригодил-ся виртуальному человечеству – записным сетератором.
Вы, мой просвещённый читатель ещё не забыли, что мне пришлось бросить всё и навсегда в стране, где я прожил почти всю свою театраль-но-абсурдную, с четырех до пятидесяти двух лет, жизнь и уехать в единственное, куда позволяли обстоятельства, место доживания, в Изра-иль. А всё почему? Миллионы таких же, как я, прекрасно ассимилирова-лись, правильно оценив ситуацию и сориентировавшись в обстановке, прикипели, так сказать к нашему общему коммунистическому вчера… . Ну, и фразочка - язык сломаешь. А я не смог, потому что неповоротли-вый.
И всё было бы хорошо, если бы, да кабы, я с годами превра-тился бы, в этакого важного и пузатенького Исаака Хаимовича. Но, не случилось. А случилось так, что от этого существования среди чужих, самым моим наилюбимым художником стал мой тёзка-Левитан. Потому что ненавидел писать на холсте изображение окружавших его людей.
А тут, нате вам, свобода, но не для всех, и полный раздрай для ос-тальных, кто этой свободы так не смог выдрать из глоток стариков со-ветских и только, только народившихся в ту пору детишек. И осталась мне одна единственная опция – дочку подмышку и лететь в святые Па-лестины. Благо, раскулачивать меня к тому времени было уже не от че-го.
И всё это было бы, как Он сказал, то есть хорошо, но мне тут же и, популярно так, объяснили, что если я хочу попасть в страну, текущую молоком и мёдом, то я должен немедленно стать русским. Потому что, оказывается, я им и был всю свою бессознательную жизнь, а евреем на-зывал себя совершенно безосновательно, и теперь это нужно было пра-вильно и прямо в израильском посольстве оформить. Процедура чем-то напоминала советский Юрьев день, когда в шестнадцать моих лет я ре-шил, кем же я стану по национальности, русским или простым советским евреем. Представьте себе – Исаак Хаимович Скородинский – русский. Представили. Так вот, в пятьдесят два своих годика я и обернулся подо-бием того. А что, заполняешь анкету и совершенно добровольно пи-шешь, что и мамочка твоя и ты сам… .
…И тут же, с беспредела, виртуальным, опять же, громом проро-котало что-то, может быть даже и одобрительное: - Хрен тебе, вью-ношшшш!!! Ну, какой из тебя москаль! Кууурам на смех! В зерцало, в зерцало буууркааалы то… . Воззрииии!!!
А вот какой есть. И нас таких уже почти полмиллиона сюда наби-лось, непьющих и работящих.
Но не об этом моя прямая речь. Вышел я из посольства тогда и чувствую – взорвусь сейчас. И бросился я, помчался на метре в самое моё заветное место в Киеве, есть такой волшебный парк на берегу Днеп-ра. И побежал по тропинке того парка, сколько было силы, и куда глаза глядят. А потом вспомнил своего любимого афроамериканского ессея, его глаза перед смертью, которую он принял в самой, что ни есть демо-кратической стране нашего безумного мирка, и как заору:
- Я русский, русский, наконец!!!
С тех пор так и бегу от стиха к стиху, сам не зная, хочу я хоть че-го-нибудь, но точно понимаю – в конце концов, вот это – то, не знаю что, найду всё-таки. А иначе, зачем мучился всю свою неправедную жизнь.

И хохот холодных ручьёв

(личная вариация после добровольного отъезда от Родины)


Чуть-чуть занесённая снегом,
двуокись осин
в пейзажике осени нашей….
Последней….

На фоне
чернеющих мокрых проталин,
размытого света,
неясных….
Как будто бы полуслепых очертаний
прорезало ножиком сизым
изогнутый горечью лист….

В котором стихи о побеге….

И мне на мгновение стали понятны
и надписи – тучами в небе
ос
тав
лен
ные.

…И хохот холодных ручьёв,
расплескавших
дрожащие в плёсах колючки лучей заходящего солнца.

…И блики, несущие смерть от дыханья морозного
всем, кто не сможет, не должен, не смеет
дожить
до весны.

И добегу ли я до окончательного варианта этого стихотворения? Кто зна-ет, кто знает… .
 

МАМА ВЫХОДИТ ЗАМУЖ

(LiraGaga)
 174  Хочу замуж  2013-09-19  8  15753

Прожив немало лет в гражданском браке,
Друзья мои Наташка и Андрей
Решили вместе, мирно и без драки,
Что нужно в ЗАГС отправиться скорей.

Она ведь на сносях вторым ребёнком,
И с каждым годом крепче их семья,
Пошёл уж в школу первый их мальчонка...
Помочь взялась Наташке, мы ж друзья!

Помчались с нею мы по магазинам,
И платье ей купили - просто класс!
Домой пришли уставшие "в дрезину",
А сын её вопросом встретил нас:

- Ну где вы пропадаете все время?
Сижу один тут, вы всё в суете...
Взвалить я на себя решила бремя -
Ответить любопытной ребятне.

- Tвоя мамуля тронулась мозгами,
Выходит замуж, бзик такой - "привет".
- Скажи мне, тётя Галя, между нами,
Об этом знает папа или нет?
 

Страшный Суд

(Олег Сибирёв)
 0    2016-08-16  2  757

Как-то Достоевскому всю ночь снились кошмары: почти в каждом сне за Фёдором Михайловичем гонялись демоны, пытались его схватить и зажарить на адском вертеле.
      Проснувшись под утро в «холодном поту», Достоевский быстро оделся и поспешил на исповедь. Прибежал он в ближайший Храм Петра и Павла, снял шляпу, перекрестился, как вдруг видит – посреди Храма стоит Лев Толстой и, отвешивая поклоны, громко читает молитвы.
      Достоевский в другой Храм – Рождества Иоанна Предтече, там та же картина – посреди Храма стоит Лев Толстой и, отвешивая поклоны, громко читает молитвы.
      Достоевский в Исаакиевский собор – и там Толстой! В Казанский – и там!
      В ужасе Фёдор Михайлович выбегает на Невский проспект, как вдруг его хватает за руку взбудораженный чем-то Лев Николаевич и начинает тащить Достоевского в сторону ближайшей церкви:
– Час Страшного Суда пробил!!! – громко кричал Толстой, волоча Достоевского по мостовой, – Помолимся, брат Фёдор!!! Покаемся!!!

© Сибирёв О.А.

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер