ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: случайная выборка: стр. 11

ХОХМОДРОМ
Смешные истории: случайная выборка: Стр. 11  Оцен.   Раздел   Дата   Рец.   Посет. 
 

Тапочки-рутоходы на 1 апреля

(Дейтерий)
  54  1 апреля  2019-03-31  3  919
Откопал из старой рабочей переписки. Может, понравится кому.

 

ДА, БЫЛИ КОГДА-ТО И МЫ ЖЕРЕБЦАМИ ...

(Соломон Ягодкин)
  3  Смешные истории  2020-06-26  1  554

Да, были когда-то и мы жеребцами! А теперь даже на конину, и ту не берут, а до пенсии ещё ковылять и ковылять...

Вот раньше: «Проститутка Троцкий», «Генетика – продажная девка империализма», а сейчас, ну разве это секс? Одним словом мелко-пакостный разврат, за который надо ставить к стенке, чтобы наш высокий секс не мельчал…

Любовь с первого взгляда и любовная атака с первого захода – это далеко не одно и то же, хотя многие и путают. А потом ещё удивляются, когда им ласково говорят: «Женись!», иначе будет тебе секир-башка. Одно успокаивает, что всё остальное можно будет потом, после свадьбы, наверстать...

За педикюр просто обидно, можно подумать, что его делают одним только педикам. Но не одними педиками прекрасен этот мир, и поэтому все педикюристы мира могут спать спокойно, патриоты тоже на ногах хотят красивые когти иметь...

Мужики были все как на подбор, их оставалось только подобрать, и согласно графику в шкафу на вешалках развесить, чтобы их потом было удобно оттуда по мере надобности доставать…...

Педики играли в «салочки», и на время даже забыли о том, какие они – жуткие развратники, до того им было хорошо и приятно. А почему нам хотя бы в этом не брать с них пример, в особенности, если вы навострились потом в пединституты поступать?..

Мужик оказался как молодой огурчик, весь – в пупырышках. Но после третьего стакана он и такой сойдёт, тем более, что любая наша дама без труда может по три стаканЫ эти себе на грудь опрокинуть, и только уж потом, по Шолохову, добрым огурчиком закусить...

Оба они так нежно любили друг друга, что, несмотря на свою половую однобокость, нарожали друг другу кучу прелестных ребятишек, которые тут же разбежались кто куда, чтобы только подвиги своих предков не повторять. Так что горе-родителям каждый раз приходилось начинать всё сначала...

У извращенцев не должно быть детей, потому что они сами ещё – как дети, которых вовремя не поставили в угол. А может и наоборот, всю свою жизнь только в нём и провели...

Если мужика раздеть, то в нём всегда есть что-то от голой бабы, но только не такой сильной и мощной, чтобы она это чмо ещё и под венец повела...

Озлобленный мужик тоже напоминает мегеру, но только в штанах, зря только на него штаны пошили. Вполне хватило бы намордника и цепи, чтобы дальше своей будки он ни лапой, ни ногой...
 

ПАНАМА

(Алик Кимры)
  7    2015-03-15  0  857

«Ах, мама, мама, мама,
ну где моя панама!»

Из песни Аллы Пугачевой на слова Л.Дербенева

Вот какая панама приключилась у меня с 3-летним сыном. Мы тогда отдыхали в Зазаборьи – правительственной базе отдыха Управления Делами Совмина УССР «Конча-Заспа». В этот день мы на весёльной лодке сплавали на санаторский пляж того же Управления и должны были вернуться к обеду, проехав пару километров на велосипеде - от лодочной станции к ресторану. Обычно на этот путь хватало 15 минут спокойной езды. Но по пути с пляжа на "дорожку" поймалась щука, пришлось с ней повозиться, пока вытащили, и из-за неё изрядно опаздывали.

Лодку я даже не стал сдавать дежурному матросу, а бросил на берегу. Щуку оставил в лодке под мостками, о краже не беспокоился - в "Конче-Заспе" ничего не пропадало - Хозяева у себя не крадут. Потому и велосипед просто оставлял на берегу.

Вот его я и схватил, малого усадил на багажник и рванул, как на велогонке Мира, если кто такую помнит. К тому же меня подгоняла мысль, что услышу от жены, ожидавшей нас подле остывшего обеда.

А тут еще малой стал приставать не с обычными почемучными расспросами, а сразу обратился с оригинальной просьбой:
- Папа! Ты меня не будешь лугать?
- Ну, что там у тебя?
- Не будешь?
- Да нет, что случилось!
- Да ничего стлашного. Так не будешь лугать?
- Ну, нет!

Тот он отвлекся:
- Ой, гляди, белочка! Давай её поколмим!
- Потом, мы же опаздываем на обед. Вот хорошо покушаешь – вернемся и покормим.
- Ага, слазу уложите меня спать, а она убежит! Ой, вот убежала! Давай поедем за ней!
- Да нет, мама нас ждет и наругает!
- А ты сичас меня не будешь лугать?
- Ну, нет! Скажи, наконец, что там у тебя?
- А что такое - "наконец"?

В этот момент я уже домчался до стройки-долгостроя крутого пансионата для лучших Слуг Народа. Здесь, рядом с долгостроем, проходил самый трудный, горный участок нашей трассы - песчаный уклон метров в 200. Тяжелый тягун, приходилось вставать на педали. А малой на этом месте каждый день садистски спрашивал одно и тоже:
- А что тут стлоят?

... В который раз терпеливо рассказываю про пансионат, отвечаю на все «А почему?». И поясняю, вот когда его достроят, это и будет главный «наконец».

Увы, хотя мне было тогда всего-ничего 28, и был здоров, как бык, сердце на этом тягуне выскакивало из груди, дыхания не хватало даже для жизни, а тут ещё отвечай на расспросы!

Ну, худо-бедно поднялся, наконец, на асфальтированную финишную прямую, в конце которой стояла наша мама и гневно размахивала руками.

А малой вернулся к основной теме, которую начал с самого старта этого спурта:
- Папа! Так ты меня не будешь лугать?
- Ну, что, скажи, наконец!
- Скажу-скажу! А что там у мамочки остыло!
- Суп,- говорю,- остыл!

Жму на тормоз, замираю возле мамочки, выскакиваю из седла – и в самый последний момент чудо, наконец, колется:

- С МЕНЯ ПАНАМКА УПАЛА!

 

Щас спою!

(Ирина Зуенкова)
  61  Про бомжей  2019-10-10  6  1320

Я был изгнан из дома супругою,
Со словами "назад ни ногой",
Три недели живу под калугою
(это мостик над нашей рекой).

А питаюсь кефиром просроченным
Да увядшей свекольной ботвой.
Ощущаю себя обесточенным
На матрасе, набитом листвой.

Это тёща во всём виноватая!
Говорили дружки: не женись.
Будет копия мать толстозадая.
А женился, живи и не злись.

Как не злиться, товарищи рОдные,
Я же нежность ей всю отдавал!
А она мне? Котлеты холодные?
Борщ покушать ходил на вокзал.

Всё кляла: почему не рабооотаю!?
Как потопаешь, так и пожрёоошь...
Как работать с душою измотанной?
Не ценила меня ни на грош!

Все в роду были интеллигентами
(это ж с первого взгляда видать)
А теперь хоронюсь под брезентами
И мытарствам конца не видать.

Помогите копейкой, родимые!
Вот клянусь, ни за что не пропью!
У меня же все чувства ранимые,
Вот про это я вам "Щас спою!"
 

путь домой

(bykovnick)
  10    2007-03-21  1  979
И зачем только я тебя, сынок, послушался! "Пара пива перд дорогой не повредит..." Повредит - вон менты нам палкой машут! Их же здесь, в Зубцове, никогда не стояло... Что ж, придется выбираться.
      Здрасьте, товарищ майор! Это ничего, что я через пассажирскую дверь выпал? А водительская у нас не открывается - ремнем безопасности привязана, чтоб не хлопала на поворотах. А документики в багажнике, только ключ потерялся. Ой, не надо отверткой, ключ, я вспомнил, у сынишки, вон который у дерева писает. Щас, откроем, только вы отойдите подальше - там запашок, знаете...Да труп, конечно, третий день возим. Шутка, не надо автомат наизготовку! Вот, пожалуйста, нет тут ничего такого, а запах - так это мы мусор из латеря на помойку перевозили. Где-то тут и документики затерялись - будете смотреть?

    А зачем это мне в вашу машину садиться? Да нет, я конечно, могу, но как только я сяду - вы оттуда сразу же выпрыгнете, я ведь тоже слегка попахиваю - лесные, знаете ли, запахи, еду-то на костре делали, и в туалет в кусты ходили, и мылись... в общем, нечасто - вода холодная. Так что проветривать салон будете долго.
    Хорошо, давайте на улице. А что это вы меня обнюхиваете? Может, "Парфюмера" начитались? Пивом пахну? Странно, уже 2 дня как деньги кончились. А, так это мы неделю назад в войну играли! Ну, брызгалками, конечно, а из чего их в лесу сделать? Только из пивных полторашек - вот вся одежда и пропахла от прямых попаданий. А что - Шумахеру с Алонсо на подиуме шампанским можно, а мы что - рыжие? Нет-нет, только от одежды!

    Дыхнуть? А вы в обморок не упадете? Да зубную щетку месяц,как потерял, плюс курю 3 пачки Примы в день. Ах, втрубочку? Вот в эту? Ой, а я ее проглотил автоматически - давно не ел, рефлекс. Ну ничего, щас два пальца в рот - и я вам ее верну. Не надо?
   А что это за протокол вы там вытащили? У нас денег - всего 20 рублей на литр бензина, так что и рад бы, да нечего. И вообще - что ж вы нас, туристов, тормозите? Не видно,что ли , какая каракатица ползет? Вон сколько мажоров на иномарках летают, зачем же нас трогать? Ну не пристегнуты - так ремень же дверь держит. Ну, дверь не закрывается - так она же пристегнута! Взять с нас нечего, зато если отпустите, вам попрет, и тут же поймаете жирного на Мерседесе, пьяного и без прав, а завтра начальник выдаст вам на неделю радар, а вечером любовница жжжжжж (цензура), а потом......, а потом......(еще 16 вариантов), только отпустите , а? Вот спасибо, товарищ майор, есть еще хорошие люди в ГАИ!

    Вот уроды! Я же говорил, сынок, что меня никогда не штрафуют! Доставай пиво - до следующего поста еще 60 км, авось пронесет!
 

Банька с девочками

(Кирьяков Александр)
  24  Про баню  2012-01-27  0  6150
Где-то под мостом, в кромешной темноте еле отыскали вход. Выбор оказался вполне приличный. Я взял себе блондиночку - зовут Лена.
Смотрю - Семёныч цепляет сразу трёх. Ну, думаю - гигант. Ему под полтинник, но мужик он хоть куда. Тем не менее, меня очень даже заинтересовал этот факт: что же он с этими тремя делать будет? Время-то ограничено. На всю ночь - это слишком дорого. С нашими доходами пока не потянуть.

Сначала мы прошли в парилку прогреться. Приняв душ, обернувшись простынями, сели за стол. Коньячок, закусочки, шоколадные конфеты. Вполне приличный столик. Девчонки, конечно, с нами. Выпили-закусили за знакомство. Семёныч обернул голову полотенцем, угощает всех, байки всякие травит - падишах в гареме, да и только.
Когда пришла пора расходиться по "кельям", девчонки подхватили Семёныча под руки и шумной гурьбой скрылись в одной из комнат. Мы с Леночкой задержались. А чего, думаю спешить? У Семёныча три, а у меня одна - успеется. А за дверями, за которыми скрылась ватага, слышится: "бу-бу-бу, бу-бу-бу..." Чего говорят, не разберёшь. Я даже к двери подошел. Ничего не разберёшь. Девчонки изредка смеются. Леночка, видя мою заинтересованность, говорит:
- А хочешь посмотреть? У нас есть смотровая для старичков.
- Что, значит "для старичков"? - спрашиваю.
- Старички, кто не
Читать дальше >>
 

Твердое алиби

(каррате)
  5    2013-03-02  2  856

- Подсудимый, вы обвиняетесь в убийстве сына Ивана Грозного!
- Протестую, господин судья! У меня твердое алиби! Я родился в 1990 году, а Иван Грозный жил в 16 веке!
- Но слышали ли вы о седьмом колене?
- Слышал, господин Бог! Но никогда не видел. В любом случае у меня только два колена и ни одно из них участия в убийстве не принимало!
Кстати, разрешите представиться, товарищ Бог, - царь. Просто царь.
 

Рассказы. Читает автор.

(Кирьяков Александр)
  8    2012-02-06  0  757

Опоздал, как всегда
Разговор с Петраркой
Если с душой...
Мистика
Явка с повинной

 

Поэт и женское коварство

(Андрей Ручкин)
  16    2008-11-08  2  1281
"На то, чтобы как следует зазнаться
тоже требуется время. "
      Гераклит Одесский.

Поэт Василий Развалдайский на самом пике популярности чрезвычайно любил приставать к незнакомым женщинам. Правда, только в тех случаях, когда выпитая водка заставляла его временно позабыть о фамильных приличиях. Сколь частыми и приличными были его забвения –об этом точно напишут историки литературы лет через сто или двести, или даже через пятьсот. Ведь чем дальше от историка событие, тем точнее и подробнее ему удается его описать. Но черт с ними, с историками. Вернемся к нашим баранам, то есть к служителям муз.
Итак, популярный поэт обожал приставать к незнакомым женщинам, но совершенно не терпел противоположного. То есть, его некоторым образом раздражало, когда незнакомые дамы первыми проявляли инициативу, покушаясь на его священное поэтическое право. И начинали приставать к нему сами. Да так настойчиво и самозабвенно, что Василий в ответ выходил из себя, распоясывался вконец и призывал их вести себя прилично. То есть вы уже поняли, что слава вконец испортила Развалдайского и однажды он должен был за это поплатиться.
Как-то раз он сидел в малом ресторанчике ЦДЛ. В относительно мирном одиночестве, относительно немного выпив. Чрезвычайно относительно…То есть относительно ЦДЛ, а не теории Эйнштейна, если вы не поняли. Развалдайский где-то посеял свой блокнот, что было печально, огорчительно и просто ужасно, но корейская ручка была все еще при нем. Ею-то он и набрасывал на мятой салфетке нечто новенькое и доселе неслыханное под названием "Женщина с внешностью Рузвельта". Довольно кособокие рифмы и несколько сомнительное содержание. Все это мало походило на его "обалденно-ошаленные" ранние   стихи, оригинально воспетые критиками в ряде статей. Поэма не поэма, сонет не сонет, черт знает что такое.
Примерно к середине салфетки он и сам ощутил, что пишет нечто ни с чем несообразное, выпил еще рюмочку, закусил грибками тушеными в сметанке ( от чего печень его умеренно содрогнулась ), но это простое и испытанное средство, всегда вызывавшее мучительный приступ вдохновения, на сей раз почему-то не сработало.
-Гм! –сердито сказал Развалдайский и, воровато оглянувшись по сторонам, быстренько запихнул салфетку в карман. Так как хозяин был под хмельком, то и рука от него не отставала, а потому и карман обнаружила только с третьей попытки. Но наконец ресторанный черновичок с вышеуказанной белибердой осел на дне пиджачного кармана. И некоторое время шуршал там и ворочался, устраиваясь поудобнее.
Вот тут-то к поэту за столик без спросу и подсела незнакомая дама. Она его знала, а он ее нет. Знакомство было явно односторонним. Но дама не замедлила представиться и Василий Развалдайский ощутил и сердцем, и желудком, что мирный вечер испорчен окончательно и бесповоротно. Мало было потери дорогого сердцу блокнота! Теперь еще и это. О, жестокая судьба…
Со стороны казалось, что Развалдайский был заочно утомлен поклонницами задолго до своего рождения и теперь испытывает поистине адские муки. Тем более, что дама на первый взгляд более чем полусреднего возраста. Такие поклонницы бывали особенно назойливыми и не возбуждали в Василии вдохновения своими не слишком античными предпенсионными формами. Ну, не нравилась ему эта, с позволения сказать, Агриппина. Тем более, что, едва присев, принялась тараторить без умолку. Вроде бы по-русски, а ни черта не разобрать. Кажется, что-то такое умное и все про Александра Блока. Она говорила о нем так, будто им захлебывалась и Развалдайскому немедленно представился Чапаев угрюмо тонущий в реке и пускающий пузыри. Агриппина же тонула в поэзии Блока, почти в упор обстреливая Развалдайского словами не хуже пулеметчицы Анки.
Самому Василию она и междометия не давала вставить, и это настолько сильно его разозлило, что он протрезвел. Он понял, что перед ним не поклонница, а много хуже. Доморощенная поэтесса, считающая себя ему ровней. О, сколь жестоко обманулась Агриппина! В небольшой хмельной Вселенной Развалдайского существовал только один большой и настоящий поэт. Он сам. Прочих поубивали на дуэлях еще в 19-м веке, но он отважно пришел им на смену и, проявляя отменное благоразумие, не ходил в тир и даже не смотрел детективов. Стрельба в любой форме внушала ему отвращение. Но наивная и доверчивая Агриппина ни о чем таком, конечно же, не догадывалась.
-Кто вообще ее сюда пустил? –мрачно думал Василий. –ЦДЛ просто превращается в проходной двор.
Он в принципе относился к пишущим дамам с иронией и скепсисом. Пару лет назад даже написал об этом небольшое эссе, этак в 36 тысяч знаков с пробелами и остротами. Эссе в основном касалось электронного творчества, то есть Сетевой поэзии. И Василий набросился на дам как зверь. Он даже не пытался быть джентльменом. Не проявлял снисхождения. Ни разу не назвал их поэтессами. Поэтками, поэтесками, поэтесицами и поэтесищами –сколько угодно.
Приведем небольшой и не самый обидный отрывок из этого кошмара:
"Что подвигает поэтесиц писать, если не сказать хуже? Сыновья переженились, дочки повыскакивали замуж, любимая собачка сдохла. Муж за последние полчаса стал до того лысым и толстым, что взглянешь раз и уж любви конец. И к телевизору его ревновать дело бессмысленное. Тут уже ясно –любовь до гроба. Остается лишь всплакнуть и, севши за компьютер, написать об этом стих, другой третий. Десятка четыре, да и вывесить эту страдальческую груду букв и восклицательных знаков в Интернете, прозрачно намекая на свое недовольство окружающим миром. ………………..
Концепция тут одна "прошла любовь, завяли помидоры", но несмотря на весь внешний скептицизм, легкую душевную оторопь и тоскливое завывание очень и очень правильно выстроенных рифм, новоявленная поэтка все еще надеется, что помидоры зацветут точно розы и все прочее вернется непременно. И стройный лохматый муж отклеится наконец от дивана, позабыв о доверху набитом футболом телевизоре, радостно кинется ей навстречу и сдохшая собака радостно залает, и жизнь вообще наладится. Словом, романтика умирает последней. Потому что никогда не сдается."
Состряпав данный возмутительный пасквиль, Василий не без удовольствия вывесил все это хозяйство на стихах.ру и ряде других прогрессивных сайтов рунета. Дамы, понятное дело, обиделись. Случился жуткий скандал. Василий был освистан и позорно изгнан со стихов.ру и кое-откуда еще. На него грозились пожаловаться в ООН, Страсбург и районную прокуратуру. Развалдайский считал себя пострадавшим за правду, но лазить в Интернет с тех пор как-то опасался. И впервые в жизни всерьез зауважал критиков. Бесстрашные люди! Но на всякого из них найдется своя Агриппина…
-Эта-то небось из той же породы. Поэтесища! -Василию казалось, что он видит собеседницу насквозь, точно был он не поэт, а рентгенолог. Он уже был настроен крайне скептически, то есть заранее против всего, что она могла бы ему сказать. Окажись с ним за одним столиком какая-нибудь Ахматова и той бы не поздоровилось. Что уж говорить о безвестной Агриппине…
-В Интернет часто лазите? –напрямик спросил Развалдайский, когда собеседница, кажется, временно умокла.
-Захаживаю, -солидно ответила Агриппина, но от водки категорически отказалась и этим еще сильнее раздражила Развалдайского. Ну, не пиво же ей было предлагать! Он пребывал в творческих сомнениях, но тут…
Тут Агриппина начала читать ему свои стихи без спросу и как-то сразу, ни с того ни с сего. Это было много хуже ее загадочных рассуждений про Блока. Василий недовольно заерзал на стуле, свет был ему уже не мил. Но сидел он в своем любимом углу и не мог обогнуть столик ни справа, ни слева, так как на его пути был сам источник шума, т.е. Агриппина, намертво заблокировавшая собой выход на волю. Точно отряд спартанцев в ущелье Фермопил. Таким образом Развалдайский оказался в осаде и впервые в жизни ощутил, что поэзия бывает опасной не только для читателей. Это открытие оказалось неприятным.
Как хорошо, что Агриппина волновалась. Она запнулась, чтобы перевести дух, а заодно и услышать комплимент. Ну, таки перевела и услышала, как сказали бы в Одессе.
-Так вы поэтесса ( он с трудом выговорил это слово ), стало быть? –Развалдайский задал свой вопрос с плохо скрываемой иронией. И этим слегка смутил собеседницу.
-Ну-у…Иногда я пишу стихи, -скромно ответила она потупив то ли один, то ли сразу оба глаза.
Развалдайский уже раскрыл рот, чтобы сказать "Я тоже иногда мычу по утрам, но это не делает меня коровой", но счел, что выйдет слишком уж грубо, прямолинейно и прозаично. Он временно прикрыл свою "варежку" и тут ему в голову забрел крайне удачный ( как тогда показалось) и подходящий к случаю экспромт, говоривший о том же самом, но в куда более мягкой форме:

Поэт отважно лег на музу.
Скрипела старая кровать.
Что ж…Удавалось и Незнайке
"Селедку" с "палкой" рифмовать…

И Развалдайский , восхитившись собственным талантом, недолго думая, воспроизвел экспромтик вслух и даже негромко хрюкнул от удовольствия. Реакция воспоследовала. Причем немедленно.
Сравнение с Незнайкой явно возмутило Агриппину. Поэт Цветик- еще куда ни шло, но Незнайка…Она покинула угловой столик молчаливо, презрительно и величаво. Василий решил, что отделался от нее навсегда и вечер вновь казался ему прекрасным, но Агриппина быстро вернулась, причем не одна. В общем, оказалось, что она чья-то там племянница. И дядюшка-лауреат как на грех оказался у нее под рукой. В компании с плечистыми друзьями…
Развалдайского вышвырнули из ЦДЛ столь стремительно, что он даже не успел ничего сообразить. Только что мирно сидел за столиком и вдруг навстречу мчится нарядное здание бразильского посольства. Это такой ужас, что просто и не описать.
-Женское коварство вдвойне ужасно без любви, -пробормотал Василий, поднимаясь с размякшего от сострадания асфальта. Что и говорить, этот перефраз Шиллера достался Развалдайскому дорогой ценой.
Позднее он не без удовольствия узнал о том, что один из плечистых друзей заслуженного дядюшки был вынужден обратиться в травмопункт. Дело в том, что ближе к вечеру физиономия Развалдайского имела обыкновение ощетиниваться вовсю. В противовес утренней побритости. И от общего количества выпитого щетина затвердевала настолько сильно, что хватать Развалдайского за физиономию без защитных рукавиц было просто опасно. Но нападающая сторона об этом не знала.
-Вы, что, ежика погладили? –спросила любознательная медсестра с зелеными ирландскими глазами.
Плечистый молодец буквально утонул в этих глазах и пару лет не вылезал из травмопункта. И разве это удивительно? Поэзия и любовь всегда шагают рука об руку.
 

Прощальная гастроль…

(Соломон Ягодкин)
  9    2016-08-13  0  956
КАПКАН СЫТОСТИ…
Если я вам сейчас поем, то вы мне потом ещё спасибо скажете, потому что тогда меня можно будет брать голыми руками…

Я Б В ЖИВОТНЫЕ ПОШЁЛ…
Животным хорошо, уж кто-кто, а они ложку мимо рта никогда не пронесут…

ПРОЩАЛЬНАЯ ГАСТРОЛЬ…
Гости жрали так, как будто бы это был последний званый обед в их жизни, и бедняг можно было понять, таких гостей уж точно больше не пригласят…

САДИЗМ ИЗОБИЛИЯ…
В магазине был унизительно большой выбор, так что теперь поневоле приходилось учиться выбирать, а если выбирать понравится, и не только в магазине?..

СТРАДАНИЯ УМНОГО ПОКУПАТЕЛЯ…
Вокруг столько всего, а мне ничего не надо, даже не хочется жить…
 

Корпоративный зоопарк-8. Армада ...

(Фигароша)
  2    2012-07-10  0  880
За бортом
Веселый теплоход шел в компании других теплоходиков за своим флагманом, который в составе еще более крупной флотилии плыли по волнам телекоммуникационного бизнеса.
   Армада была практически непотопляемая, еще бы ее поддерживало государство. Периодически, конечно налетали штормы, иногда дули сильные кризисные ветры. Тогда, по команде с флагманов, начинали выкидывать за борт, по мнению капитанов, не нужный балласт. Матросов, машинистов, слесарей, иногда, но очень редко, каких нибудь помощников капитанов, но чаще всего, этих помощников, тусовали, перекидывая с одного теплоходика на другой, как же, без руководящих перстов, можем не туда зайти. И все хорошо, и жизнь хороша, и гордость что ты в команде, как же, ты нужен, ты работаешь на движение этого монстра.
   Но, подул вдруг западный ветер. Капитаны флагманов уже обзавелись своими теплоходиками, со своими командами. У капитанов стали появляться свои интересы, ведь государственные интересы обязывают и ограничивают свободу наживы, а для достижения личных интересов, ход движения армады надо повернуть, государство все равно не заметит, не до этого ему, в борьбе за власть, мелочей не замечают.
   И опять крен, опять поворот. Новый курс. Сольемся друг с другом, Обьеденимся. А лишних – за борт.   Не угодных - за борт.    Интересы государства – за борт, хотя нет, для видимости повесить на рее.      
   И вот, на тебе, маленький круг, в виде выходного пособия, и большая обида и недоумение, за то, что ты вдруг стал лишним и тоненькая ниточка, связывающая твой круг с лодочкой под названием «Биржа труда».
   В зарубежную даль все дальше и дальше уплывает армада теплоходов и теплоходиков с флагманами во главе и висящей на рее "Государственным интересом" вместо флага.
   А рядом, на волнах жизни сотни и сотни выброшенных за борт, машинистов, матросов, лоцманов, кочегаров – бывших рядовых членов экипажей уплывшей армады. Люди, благодаря которым и набрала мощь уплывшая флотилия, которая обязательно при первой же хорошей бури, начнет трещать по швам, тонуть и распадаться. А может этого и надо тем «капитанам» стоящим у штурвала больших и малых кораблей.
   Ну а мы, что, побарахтаемся, похлебаем соленой водички, да все равно выплывем.
Не дождетесь.
Нет лишних людей.
Есть жадные капитаны...

      На мостике

      Капитан смотрел вдаль, не обращая внимания на крики, стоны и угрозы выбрасываемых за борт.
-Пусть скажут спасибо, что выходное пособие даем, - с раздражением подумал он, и включил картинку монитора трюма, где лежал основной груз, ради которого и плыла вся эта Армада, ради которого и затеяли эту чистку рядов, перестроение флотилии, реструктуризацию и оптимизацию, служб и других подразделений, обслуживающих лайнеры, ради этой самой «Манны небесной».
- Вот она лежит себе в горшочках, да бочках дубовых, а вон там, в ящиках,- капитан с любовью, с каким-то затаенным восторгом рассматривал груз, даже погладил рукой поверхность монитора.
Настроение улучшилось.
- Выбросим одну треть за борт «не нужных», сколько «манны небесной» сэкономим …
Капитан поднял к глазам бинокль, направил свой взор на флагман окруженный другими теплоходами и лайнерами. Там также слышались всплески выброшенных за борт, но реже.
- Жалеют, что ли,- подумал капитан,- или выкидывать уже некого, кто-то у «топки» все равно должен стоять.
   С флагмана просигналили
-Доложите, как идут дела по сбору и доставке «Манны небесной».
- Нормально. Идем с перевыполнением. Предлагаем продать еще один «спасательный бот».
- Согласны, действуйте.
   Капитан довольно потер руки. Как же, «добро» получено. Спасательный бот можно теперь продать, вещь хорошая и покупатели уже есть. Да от этой продажи мешочек «Манны небесной» можно и к себе в каюту положить, а может самому прикупить. Все-таки персональный «Спасательный бот» это не заменимая вещь, в случае, если Армада пойдет ко дну. Надо подумать. Цена то мизер. Всего-то сто килограмм «Манны небесной».
Противно зазвенел телефон экстренной связи
-Какого черта- подумал капитан.- На проводе,- вслух произнес он.
-Господин капитан, это служба мониторинга. Авария на линии трубопровода по сбору «Манны небесной» на «Идельном» теплоходе.
- Так поднимайте «Цевсостное» подразделение.
- Их же сократили.
- Но функции, кому-то передали.
- Да передали, но они раньше этим не занимались.
- А чем они занимались.
- Мониторили состояние трубопровода.
- А вы тогда чем занимаетесь.
- А мы мониторим, как они мониторят.
- А кто устранять аварию будет?
- Специалист, он у нас один, на другом баркасе трудится.
- А где другие?
- За бортом.
- Мать вашу, немедленно устранить аварию, иначе сами за бортом окажетесь.
Капитан опять взглянул на монитор, где в трюме лежали горы «Манны небесной». На сердце потеплело.
- Ох, и тяжело ты достаешься «Манна небесная»,- подумал капитан.
- Опять засемафорили с флагмана:- Как дела?
- Все нормально,- ответил капитан,- Идем намеченным курсом.

      На борту.

   Крики, выбрасываемых за борт, были слышны везде. От них, просто, невозможно было спрятаться, потому что выбрасывали не сразу, а предупреждали за два месяца. Причем предлагали несколько вариантов: либо ты спрыгнешь за борт сам (по соглашению сторон), либо в течение двух месяцев, но опять-таки добровольно, либо по истечению двух месяцев, но уже без всяких разговоров, пинок под зад и за борт. Беда в том, что те, кто оставался на борту, мог в любой момент получить предписание, так сказать «черную метку». Несмотря на то, что оставшиеся на борту уже подписал новый контракт на продолжение трудовых отношений правда с понижением должности, или категории и окладов на несколько грамм «Манны небесной»,но окончательной уверенности, что ты остаешься на борту, не было.   
    Мысль, о том, чтобы послать, куда подальше всю эту «Армаду», возникала постоянно у оставшихся на борту. Будь помоложе, может быть так и поступили бы, но как же, ведь они же всю жизнь положили на непотопляемость этого Монстра, этой «Армады», пусть даже в роли винтика, досочки, отдавая и вкладывая физические и душевные силы.
    А теперь работая за двоих, за троих приходилось молчать, утираться и молчать, ругаться про себя и молчать, потому, что без «Манны небесной» пропадешь. Пусть двадцать, пусть пятнадцать грамм получать этой «Манны небесной», но на эти граммы можно хоть как-то существовать. А «за бортом», кто его знает, как будет за бортом. Конечно, может и подберет какая- нибудь другая «Армада» или частный теплоходик, а если нет. Кому нужны люди за пятьдесят, молодых везде подавай, их дурить проще.   Вот и молчат, утешая себя:
- А я, оказывается, еще нужен.
   Начальство озверело. Их тоже можно понять. Работы навалилось столько, а народу не хватает.
Вот и крутись, вертись, а делать надо, заставляй делать, о то сам «за бортом» окажешься, а как делать, если выше себя не прыгнешь.
Одни капитаны да помощники капитанов довольные ходят. Армада с таким весом такой ход набрала до этого, что еще долго может по инерции плыть, даже без команды, а долго и не надо.
Скоро воссоединение с другим флотом, вот пусть у них будет голова болеть, как поддержать на плаву эту «Армаду», главное получить «Манну небесную»   и разделить ее до воссоединения с другим флотом и те, кто остался на борту никуда нафиг не денутся, будут молчать и работать, работать и молчать. Уж таковы законы новой жизни.
Да здравствует «Манна небесная».
 

Мир в решете на постном масле

(Александр Шнеур (Трибуле))
  0    2018-09-25  0  675
Я всё забываю спросить:
      А на чьи деньги
      снимали сериал «NEXT» с Абдуловым?


   Владимир Исаакиевич Горелкин,
отставной профессор кислых щей отечественной филологии
и заслуженный Знайка лингвистики вообще, -
согнал с кресла старуху-кошку и сказал вслух:
- Старая кошка и хозяину места не уступит…
А потом сел, выпил остывший чай,
и впал в мечту о нерукотворном памятнике для себя:
«Надо завтра же купить билет до Дрязг,
и сразу зарулить в туземный посёлок Авган!..»
И рисуются профессору дали
культурологических триумфов воли:
Буде он уж в совершенстве овладел туземной мовой,
и обогащает всё это скромное наследие денисовцев
новоизобретёнными формами
цветистых глаголов и всяких к ним прилагательных,
существительных, местоимений,
и прочих междометий.
И создаёт классическую авганскую литературу:
с её неповторимыми гортанными гимнами на камлание;
с семитстишьями акынского песенного эпоса «Маза Фака»
о нефтяном освоении родовых аборигеновых угодий...


   И вот проходят лет сто-двести.
Авган стал столицей офшорной провинции Дрязг
в составе Китайского Султаната.
В центре разросшегося городища –
немыслимая в своём гигантизме площадь
имени Владимира Исаакиевича Горелкина.
С двухкилометровым памятником-фонтаном
Ему же – Горелкину В. И.,
с табличкой на постаменте:
«ПРОФЕССОР ДЕЗИНФИЦИРУЕТ
МИРОВОЙ РЫНОК СЕТИРАТУРЫ»
И кругом, –
стоят в радугах света,
окаченные водами
Священной артезианской скважины Горелкинской, -
библиотеки и музеи,
и прочие храмы науки и мудрости.
И все - имени Его и во Имя ЕГО.
И Авган – уже не Авган,
а Горелкинбург.
______

Долго ещё так вот мечтал наш профессор.
Почитай, 33 года в остолбенении грезил.
А потом с дуба рухнул,
юшки щучьей похлебал лаптем…
Да и стал вдруг печкой управлять по своему хотению.
И уехал с гудками и треском
окрестные веси покорять,
да грамоте своей учить…

   На силу поймали, связали и в Амбаре Советов заключили.
Держим на водке с селёдкой и кока-колой.
Показываем по субботам-воскресеньям
интуристам за печеньки и айфоны*.
И пытаемся расшифровать
последнюю книгу Профессора
«Тпру, упырячки френдёвые!
Софт непреджабин сибе!»
Но пока только первою строку и переложили:
«Бо жее сина не беси…»
______
*Прим редактора:
    Круче нашего известнагу арестанту №1,
согласно Священной Книги Гиннесу, -
только экзорцист Фёдор Крюгер
(5 млрд лайков против 4,897 млрд наших сердечек).
Да это и понятно, -
у Крюгера самый длинный пенис на планете Земля.
И он им так ловко манипулирует в пространстве,
что может даже демонов завораживать
и изгонять из мирян.
И ездит со своими шоу-турами
по всем странам и континентам.
И Ютьюб весь собой загадил.
      Зато комиссия РПЦ добилась
от Вселенского Собора для нашего Профессору
звания Святого Всеславного Юродивого.
Он-де может мух с котлетами
одной мыслью разделять и властвовать.
О как, Чудо, однако!
 

Очки

(Анатолий Долженков)
  11    2020-03-21  0  379
Молодость восхитительна. Оценить насколько прекрасными были годы твоей юности, можно только в зрелом возрасте. Оглядываясь в прошлое, видишь себя в совершенно ином, преломленном жизненным опытом свете. Взгляд в прошлое, очищенный от суетной мишуры будней, выхватывает из давно минувших дней самое главное, то, что ты, возможно и не заметил, будучи юным и беспечным, или посчитал малозначительным, недостойным внимания. А мозг, он ведь запоминает и складирует в долговечных информационных кладовых твоей памяти самое важное и нужное. Это уникальное хранилище воспоминаний нашей души и давно прошедших впечатлений, будет назойливо напоминать тебе о лучших прожитых днях, вызывая то радостные эмоции, то грусть, то ностальгию.

Оно и понятно, у молодых, жизнь полна надежд, у стариков – воспоминаний. Молодежь, с упованием на удачливую жизненную перспективу, смотрит вперед, старики с грустью назад, в прошлое. Те самые надежды, сбывшиеся или не сбывшиеся, и терзают наше сознание воспоминаниями. Иногда, это единственное богатство, которое осталась у человека на склоне лет. Ведь, по сути, воспоминания – это жизнь людей, доживающих свой век на грешной земле. Нельзя лишать их этого последнего удовольствия, поскольку, сегодняшний день их интересует мало, разве что, на уровне реализации жизненно важных потребностей. Они его игнорируют, полностью погрузившись в самые главные события давно минувших дней, заставляющие то плакать, то смеяться. Плачут, в основном, от горьких воспоминаний. Чаще рыдают неудачники, недовольные напрасно прожитой жизнью. Для них подобные воспоминания – прогулка по кладбищу утраченных надежд и порожденных ими разочарований. Впрочем, такие воспоминания приятны разве что для мазохистов. Ничего не поделаешь, каждый получает удовольствие, как может.

Какие картины прошлого откладываются в нашей памяти? Яркие? Те, которые можно обозначить как события, изменившие жизнь и внесшие в нее что-то незабываемое? Или невнятные, маловажные воспоминания, непонятно как зацепившееся за извилины мозга и застрявшее там на долгие годы? Каждый человек по-своему воспринимает и взвешивает их на весах своей памяти, что-то предавая немедленному забвению, что-то бережно храня до конца своих дней.

Мне постоянно вспоминается одна давнишняя история из собственной жизни, которую как раз можно отнести к малозначительному событию, никак не повлиявшую на дальнейшую жизнь. Не скажу, что в то время, когда все это произошло, я получил громаднейшее удовольствие от приключения. Нет, скорее наоборот, было весьма неуютно. Но, тем не менее…. А дело было так.

Я человек близорукий, по минус восемь на каждый глаз. А поскольку в офтальмологии законы математики не работают и два минуса в плюс не преобразовываются, имею на оба глаза минус шестнадцать. Впрочем, плюс шестнадцать ничем не лучше. И в том, и в другом случае без очков, как червяк на асфальте – чувствую, вокруг какая-то жизнь кипит, но что-то там конкретно происходит, не могу разобрать по причине слабого зрения.

Понятно, в моем случае потеря очков крах, событие не совместимое с полноценной жизнью через полную утрату зрительного восприятия. Не удивительно, ведь девяносто процентов всей информации об окружающем мире человек получает с помощью органов зрения. Что там приходится на оставшиеся десять процентов? Слух, нюх, вкус и ощупывание окружающих предметов, в том числе и живых. Маловато для полноценной жизни. Впрочем, не будем зарываться, в отдельных случаях ощупывание может дать фору даже зрению. Вы понимаете, о чем я?

Очки, как правило, теряются, ломаются или просто исчезают, если не расположены на переносице, цепко ухватившись дужками за уши. Только там, на привычном месте, ничего не угрожает не им, ни зрению владельца оптического прибора. Причем, очки прочнее держатся на длинноносых субъектах, там есть что оседлать, и лопоухих, где через большую парусность хрящевых образований, можно надежно зацепиться дужками за ушные раковины. Хуже обстоит дело, когда оптический прибор приходится снимать с насиженного места. Перед сном, например, или при принятии водных процедур на природе. Возникает проблема - очки надо куда-то прятать. Пристраивать в надежное место, чтобы с ними, не дай Бог, никакой беды не приключилось. А это не всегда получается.

В один из летних отпусков я решил искупаться в реке. Погода стояла жаркая, водичка прохладная, прелесть. Дай, думаю, ополоснусь, смою усталость с души и грязь с тела. Тем более, вечером у меня предстоит свидание с дамой в лучших курортных традициях. Аккуратно разложил подстилочку на берегу, одежду стопочкой сложил в уголке и в середину этого хрупкого сооружения очки пристроил. Спрятал от посторонних глаз. Мало ли чего, еще наступит кто своей лапой, а очки у меня одни единственные. В прошлый-то раз я сдуру и, будучи под градусом, полез в очках купаться, ну и утопил оптику. То ли волной смыло, то ли нырнул неудачно, убей, не помню. Потеря так и не нашлась. Я уж и нырял, буквально каждый камушек на дне на ощупь проверил, и, что только не делал, нет очков, сгинули безвозвратно в мутных глубинах водоема. Наверное, в них теперь какой-нибудь близорукий рак щеголяет, изучает рельеф дна улучшенным зрением. На все, про все, очки остались в одном экземпляре. А с это все равно, что отважиться ехать на автомобиле в дальнюю дорогу без «запаски». Случись, пробьешь колесо все, пропал, будешь отсвечивать на пустынной дороге, проклиная все на свете. Хорошо летом. А если зимой? То-то.

Значит, плаваю я, ныряю, и вдруг замечаю, какая-то фигура у моей подстилки крутится. И судя по неясным, размытым рельефам тела и некоторым знакомым телодвижениям, понимаю, что это Серега, приятель мой. На отдыхе познакомились. Одному скучно, знаете ли, выпить не с кем или посетить культурное мероприятие. А вдвоем как-то проще и веселее. И вижу, интеллигент этот, падла, пристраивает свою тощую жопу на мою подстилку. Причем выискивает для своего копчика место помягче. На пляже кругом галька, и, к большому сожалению, пишется это слово не с большой буквы. Я начинаю подозревать, что самым удобным для серегиной задницы местом окажется сложенная стопкой одежда с очками в середине.

Начинаю орать из воды, чтобы не садился, гребу к берегу предчувствуя непоправимое. А он, то ли не слышит, то ли принимает мои вопли за приветствие. Короче, когда я прибежал к месту преступления, Серега уже восседал верхом на моей одежде и пьяно улыбался. Он всегда наливался с раннего утра по самый кадык, и весь день пребывал в прекрасном расположении духа. Даже лозунг у него такой был пошлый – «с утра выпил и целый день свободен».

Сердце мое оборвалось при виде расплывшейся в жабьей улыбке серегиной физиономии. Беглый осмотр оптического прибора, извлеченного из-под пьяного тела, подтвердил самые худшие опасения. Безобразные трещины, проходившие через оба стекла, свидетельствовали об его полной непригодности для использования по назначению.

В пансионат ползли по памяти, один пьяный, другой слепой. Он впереди, я сзади, цепляясь левой рукой за его правое плечо. Вспомнилась мне картина, уже не помню какого мастера кисти, где мальчик-поводырь вот таким вот манером ведет целый караван слепых кобзарей. Так вот, по сравнению с мальчиком, поводырь из Сереги никакой. Пару раз падали в какие-то ямы, все время не туда сворачивали. Намучились неимоверно пока дошли. Серега, он дорогу-то видит хорошо, но не соображает в какую сторону идти. Я, наоборот, соображаю замечательно, но ни хрена не вижу – ни дороги, ни пути, ни куда и как идти. Еле добрались, с Божьей помощью до места. Что делать? Вечером на блуд бежать надо, а как? Инвалид, но только по зрению. Все остальное исправно и работает на совесть. Белым днем по хорошей погоде еле-еле с пляжа добрались до места. А в темное время суток, и подумать страшно. Ничего, думаю, Серега проспится и к вечеру будет как малосольный, слегка пожёванный огурчик. До танцплощадки должен дойти, если, конечно, не дать ему похмелиться.

Получилось по задуманному. Правда Серега все время ныл и требовал пива, но я был тверд, как скала. Виноват, отрабатывай. Как шли, рассказывать не буду. У многих в тот вечер мозги набекрень при виде нашей пары. Вроде и не гомосексуалисты, но движутся очень похоже, поскольку первый развратно виляет бедрами, штормит его с похмелья, а тот, что сзади иногда, ну просто вплотную соприкасается с передним. Но раз оба в штанах, значит все в порядке. А мне, что делать, если Серега идет не стройно, рывками, как-то. Вот и натыкаюсь постоянно.

Дошли. Стали у края танцплощадки, стоим. Серега похмельным мозгом мониторит женскую составляющую танцующих дам, я терпеливо жду встречи с любимой и ни черта не вижу.
- Озвучь словесный портрет избранницы, - просит поводырь, печально обозрев окрестности, - будем опознавать. Баб, конечно, как пшеницы в урожайный год, но, думаю, справимся с поставленной задачей.
- Симпатичная, - говорю, - брюнетка, лет тридцати.
- Таких здесь пол танцплощадки. Особые приметы давай.
- Носик, - перечисляю, - такой, вздернутый, симпатичный, глаза голубые, брови дугой….

- Объект опознан, - радостно восклицает Серега, увлекая меня куда-то в сторону, на ходу давая указания. – Делаем следующий маневр. Подходим к объекту вплотную правым бортом, опознаем и на абордаж.
Двинулись прицепом – впереди Серега, чуть сзади и правее я. Подходим на расстояние метра.
- Вот эта точно подпадает под твое описание, - радостно заявляет Серега. - Узнаешь?

А для меня без очков расстояние в метр – это бесконечность. Мне, чтобы черты лица разглядеть, надо обеспечить расстояние не больше десяти сантиметров. Это у людей с нормальным зрением «лицом к лицу, лица не увидать». На близоруких инвалидов этот лозунг не распространяется. У меня все наоборот, чем ближе к объекту, тем отчетливее вижу. Иду резко на сближение, надеясь узреть знакомые черты лица. Она стоит, не двигается, но, чувствую, напряжена, нервничает. Картина «Крот и Дюймовочка. Первое знакомство», современный вариант созвучный духу времени. И вдруг, что такое? Конфликт. Откуда-то выныривает лицо кавказской национальности и начинает предъявлять права на почти опознанную даму. Орет, руками разводит, лезет в драку. Ну, и, как водится, в таких случаях, возникает конфликт между представителями двух бывших братских народов на тему:

Ах, зачэм ты дэвушку обыдэл,
Я такого даже нэ прэдвыдэл…

Завязалась драка. «Хоть какое-то, - думаю, - развлечение для человека лишенного радости зрения». Вижу я, конечно, неважно, но в мелькающий перед глазами силуэт, уж как-нибудь попаду не целясь. Кулак у меня большой, не промахнусь. Закончилось все к взаимному удовольствию, попал я, в меня попали, а уж сколько раз попали в Серегу из-за его неспособности быстро двигаться с похмелья, и сказать трудно. Наконец, все устали от физических упражнений и возжелали познать истину. То есть, занялись тем, что нормальные люди предпринимают с самого начала возникновения разногласий, а только потом прибегают к рукоприкладству.

Серега, как мог, своими словами и прикушенным в драке языком, изложил суть проблемы. Армянин, откликающийся на имя Гагик, настолько проникся ко мне братским состраданием, что прослезился и вызвался оказать посильную помощь в поиске. Решили довести до конца опознавание его дамы, дабы исключить все недоразумения. Во время процедуры опознания он гордо стоял в стороне, бросая на подопытную ревнивые взгляды.
- Не она, - наконец, выдал я вердикт.
- Замэчатэльно, - повеселел Гагик. – Будэм смотрэть другых.
Пока чинились разборки. Вокруг нас собралась приличная толпа зевак. Народу интересно, что и как. По какому случаю бой посреди веселья и нельзя ли принять посильное участие в сражении? Скучно все время танцевать.
- Смотри, - толкнул меня в бок Серега, – вон та, курносая глаз с тебя не сводит. Может она….

Подхожу вплотную, слева Гагик, справа Серега. Прижимают к незнакомке, не позволяя сбиться с маршрута. Она. Точно она, никакого сомнения. Стоит, испуганно смотрит и стесняется пристального внимания посторонних людей к нашей экзотической группе. Отгоняем зевак, начинаем объяснять пикантность ситуации. Она отказывается продолжать знакомство в экстремальной ситуации и пытается дать задний ход. Но не тут-то было. Сделать это не просто, когда рядом со мной двое напористых друзей, желающих довести дело до конца.

- Ты не сомневайся, - дышит девушке в лицо перегаром Серега, - у него только со зрением проблема. Все остальное работает исключительно нормально. Не пожалеешь.
- Как-то неудобно, - растерялась девушка, бросая на меня косые взгляды. – Он же ничего не видит….
- Что там у тебя такого дефицитного, чего нет у остальных? Что ты хочешь, чтобы он на тебе рассмотрел? Да он сто раз все это уже видел. Будет ухаживать по памяти. Зато никуда не денется, а утром я его заберу, не сомневайся.

- А сэйчас всэ в кафэ, угощу армянским коньяком, - радостно прокричал примирившийся со своей пассией Гагик.
Закончилась эта необычная история вполне благополучно и к всеобщему удовольствию. Почему память сохранила именно этот полу комический, практически рядовой эпизод из моей жизни? Трудно понять. Но именно эта история время от времени почему-то будоражит воспоминания. Ничего не поделаешь, загадка человеческой памяти.
 

Германия. Всё хорошее случается ...

(Лариса Ласковая)
  17    2019-10-14  1  491
С визой в кармане, сборы в дорогу приобретают смысл. Мама обычно начинает собираться за месяц: что-то приносит, относит, складывает, перекладывает, упаковывает - в общем, заделье. Потом, уже на месте, она занимает у меня все нужные вещи, которые забыла положить. Я собираюсь в последние дни: сначала стаскиваю в одну большую кучу всё, что теоретически может понадобиться в течение месяца, потом начинаю прореживать и выбрасывать через одно, а то и чаще, так как на самом деле нужны только деньги, билеты и документы, всё остальное можно недорого купить там. Опять же, есть авоська - надо наполнить! Волоку с собой почти всё, что имею.

Мамин чемодан наполовину забит тульскими пряниками, их в Германии острая нехватка, остальное не входит. Поползновения в свою сумку я пресекаю, там лежат книги, художественные материалы и всё то, без чего долгий месяц во Фрайбурге может показаться «ну о-о-о-очень длинным». Из каких-то соображений, родители свой большой чемодан разменяли на два маленьких, решили, что три чемодана на двоих нести гораздо легче и удобней, чем два. Я не вмешиваюсь, так как ничего в этой жизни не понимаю. Со мной мой проверенный гроб на колёсиках цвета хаки.

Морально и интеллектуально я тоже подготовилась к поездке: освоила прожиточный минимум на немецком языке. Результат превзошёл самые смелые мои ожидания: я уже могу доверительным тоном сообщить своему собеседнику, что я хочу есть, пить, спать, могу пожаловаться на головную боль, если кто-то будет сильно меня донимать, знаю где вход, выход, здрасьте, пожалуйста, спасибо. Могу что-нибудь попросить в магазине: «Битте, два булочка!» Об умном, конечно, не поговоришь, но это и с хорошим знанием немецкого получается не всегда. Да, ещё прочитала две немецкие сказки. Не запомнила. А то бы могла пересказывать их своим немецким попутчикам…

Осталось три дня до вылета, в это время обычно появляется практически неуловимое и неосознанное чувство беспокойства, что впрочем не мешает много есть, долго спать и оттягивать сбор вещей до последнего. Впору поставить часы, которые показывают обратный отсчет: три-два-один - пуск!

До Москвы нас сопровождала большая группа подростков - Красноярский детский хор - одетых в одинаковую красную униформу с птичками. Шествовали они на какой-то фестиваль. Втайне я надеялась, что в самолёте они споют, для разминки, но они не пели, а только шумели, болтали и носились в проходе. И правильно, нечего профессионалам разбрасываться на каких-то случайных попутчиков!

В Шереметьево мне приглянулись капсулы для сна: закрываешься изнутри в небольшой ячейке, в человеческий рост длинной и спишь из расчёта 550 р в час. Хочу сказать, что если захочешь спать, отдашь и пять тысяч, если они у тебя есть. Когда-нибудь, я обязательно там посплю, а пока рейс без задержки.

Пока ждали посадку на Франкфурт, отметились в Бургер-Кинге, это единственное, что было поблизости, зашли взять колу, воду и кофе. Всё там было автоматизировано, кроме краников с напитками. Сначала долго тыкаешь непослушными пальцами в большое светлое электронное табло, отвечаешь на вопрос «Чего желаете отведать?» потом всё оплачиваешь (оплату с мобилки почему-то не пропускает) и получаешь свой заказ у бойких мальчиков за прилавком. А вот напитки, по какой-то странной логике, ты разливаешь сам. Бармен я никудышный, не обученный: кока-кола без сахара отказалась течь совсем, зато пол-рукава оказались залиты спрайтом. Послушался меня совсем не тот напиток, который мы заказали, но этого никто не заметил. Интересно, зачем они это делают?!

До Франкфурта добрались почти без приключений, почти без папиных истерик ( у него никотиновая ломка) и почти вовремя. В аэропорту нас встретила девушка, не пойми какой национальности, сносно говорившая по-русски, отвезла нас и багаж на электрокаре и любезно предложила помочь в переговорах по аренде машины. Любезность состояла в том, что мне не пришлось делать это самой. Приехали мы за два часа до назначенного времени, нашей машины ещё не было. Прокатная компания тоже очень радушно предложила другую, немного побольше, немного подороже, но зато сейчас и мы согласились, чтобы лишних три часа не маяться в аэропорту. Сэкономить опять не получилось, зато у нас теперь нормальный четырёхдверочный салон и мне не придётся всё время крутиться, как на насесте.
Папа наконец-то выбрался на улицу и добрался до сигарет, сутки без табака, с одной сигареты торкнуло «мама не горюй»: закружилась голова, всё поплыло перед глазами, едва смог вернуться назад. В общем, ноу-хау для курильщиков со стажем: сутки терпишь, а потом и дёшево и сердито, с одной сигареты вставляет так, как в первый раз. А нам снова в дорогу, уже на авто - «крепче за шофёрку держись, баран!»
 

Версия - Чапаев. Продолжение 3

(Хавер.)
  3  Про Чапаева  2012-02-01  0  1641
В метрах трехстах от того места где расположился Сом с Чапаевым, широко раскинув ноги лежал Фрунзе, наблюдая как Петька прислонившись к гусенице танка грустно точил шашку.
К нему подошёл Сом,и потрепав по загривку спросил-
-Что,пригорюнился?-Член на многочлен делишь?-
-Чаво?-С недоумением поднял глаза Петька-
-Да это я,так...-Улыбнулся Сом-
-Как нибудь дам тебе один сборник почитать...-
Тем временем боец лежавший рядом с Фрунзе дёрнул его за гимнастёрку и прошептал-
-Давайте пальну Михаил Васильевич?-
-Фрунзе посмотрел на него недоумевающе и сказал-
-Он тебе Алимов как пальнёт...-Будешь свой завтрак,и то что после завтрака вон с того дуба соскребывать-
- Во первых это наши скорее всего,ведь они казацкие разъезды расстреляли,да и вона...На танках звёзды...-
-Он ещё раз посмотрел в бинокль и пробормотал-
-Шестиконечные правда...и белого цвета,но звёзды...-
-Меркава,Абрамс-
-Прочитал он сквозь бинокль неприметные надписи на машинах-
-Ладно-
-Сказал он.-Вы лежите,а я пойду к ним на переговоры-
-Вынув из кармана белый носовой платок он привязал его к ветке и поднявшись направился в сторону Сома покрикивая с перерывами-
-Свои! Не стреляйте!-
-Фрунзе!- Воскликнул, высунувшийся из танкового люка Чапаев-
-Вот что мужики,-произнес Сом-
-Вы пока спрячетесь,рано вам светится.Ты Василь Иваныч раз умер-так умер,потом воскреснешь.А я с ним пока перетру, чего он хочет?Надо его отшить-
-Чапаев полез обратно бубня себе под нос-
-Перетру,отшить,всё пучком,стрелка...на каком языке он разговаривает?...-
Фрунзе подошел к Сому и отчеканил.

-Командующим 4-й армией Фрунзе!-

-Сом щёлкнул каблуками и поднеся руку к голове ответил-
-Командир моторизованного отделения ООН Брюс Уиллис!-
-Фрунзе удивлённо спросил-
-Вы что,иностранец? И что такое ООН?-
-Организация отъявленных негодяев-
-Никуда не вмешиваемся,сами по себе и не любим вопросов...-
-Слегка улыбаясь ответил Сом-
-Башня одного из танков развернулась и уставилась дулом пушки на Фрунзе-
-Фрунзе помрачнел и отступив назад произнес -
-Да мне то что...Я так просто,мимо проходил,разрешите откланяться,всего хорошего-
-И развернувшись поспешил обратно-
- Ну что?-Спросил подошедшего Фрунзе, Алимов-
_ Да всё понятно -Ответил тот-
-Анархисты!-
-Но где они такое вооружение достали?-Надо уходить,а то пальнут ещё в след,костей не соберешь-
-Эскадрон оседлал коней и через пару минут исчез за пригорком-

-Между тем в городке Мейрин в районе Буа Де Муий в небольшой уютной вилле расположенной на берегу реки,за столиком вырезанным из огромного панциря морской черепахи сидел Тамир Пардо и внимательно слушал пожилого француза.

-Видите ли месье Тамир,в силу корпускулярно-волнового дуализма полю Хиггса должна соответствовать, по крайней мере, одна частица - квант этого поля, называемая частицей Хиггса или хиггсовским бозоном. Считается, что хиггсовский бозон имеет нулевой спин...-
-Вещал тот-
-Подождите месье Жеррон-
-Прервал Тамир-
-Извините но я ни черта не понимаю,можно немного попроще?-
-Пардон,- ответил Жеррон-
-Под строгой секретностью-
- И при финансировании анонимным источником из Англии мы с коллегой из России построили врезавшись в основное кольцо,свою установку-
-Мы столкнули адроны на пересечении левой и правой ленте мёбиуса в евклидовом пространстве.
В результате ручные часы помещённые на левую полосу показываться на правой с временным разрывом 66 часов.с тем же временнем что было при запуске.
-То есть?-
-Нетерпеливо поднял брови Тамир-
-Это означает,что мы можем перемещать во времени объекты почти на трое суток...-
-Но надо добровольцы.Установка ещё не совершенна,Но по нашим подсчётам, массу до ста килограмм переместить она в силах.Правда обратная транспортировка объекта происходит автоматически по истечении 66 часов.-

-Готовьтесь-
-Улыбнулся Пардо-
-Добровольцы у вас будут через три дня в любом количестве...-

- Аналогичный разговор примерно в это же время происходил в одной из засекреченных квартир в Москве, только вместо слова доброволец использовалось слово патриот.

На следующий день Жеррар встречал в Женевском аэропорту своего русского коллегу.
-Ну как всё прошло Игорь?-
-Нетерпеливо спросил он прилетевшего, после того, как он вышел из таможенного досмотра-
-Всё пучком Жеррар-
-Ответил тот-
-Будем доить сразу двух коров!-
-Друзья обнялись и пошли по направлению к ближайшему бару.

-Ну как дела?-
-Спросил Сом появившуюся Мойшу-
-Примерная картина ясна,-ответила та.- В принципе 50 процентов тех кто воюет здесь,замочат друг друга в ближайшие три месяца.Ещё процентов тридцать,погибнут от рук чека или сгниют в Сталинских лагерях.Остатки погибнут в Великой Отечественной.До наших почти времен дойдет процентов десять.Но это из тех кто сейчас воюет по ту, или по другую сторону.Гражданское населения я,сам понимаешь отследить не смогла.Но предупреждаю,если вы вдруг случайно замочите мужика по фамилии Балюков...Я вам устрою вырванные годы.Я проследила родословную своей кошечки до 1919 года,и обнаружила,что он подобрал пра,пра,пра,и - так раз пятьдесят дедушку моей мурки среди лютой зимы.Так что он спас род моей любимицы.Вообщем ты понял.
-Сом упал на колени и истово перекрестился-
-Клянусь! Шоб меня мыши съели!-
-Идиот_
-Буркнула Мойша-
-Вообщем установка такая, берешь Чапая и Петьку и я посылаю вас в 1918 год.Освобождаете Николая второго и его семью из лап Юрковского,и тащите его сюда.А там посмотрим,что будет.И уйми этого усатого терминатора.Всё ему хочется шашечкой помахать да с пулемётика популять.
-А что? Интересная идея -
-Оживился Сом-
-Монархия в России в 2012 году...-
-Царь-Батюшка кровавый не скупился на благодеяния народу...Интересная политическая альтернатива!-
-Ладно-
-Зевнула Мойша_
-Полетела,я ни черта не выспалась...-
-Вам метлу дать?-
-Лукаво осведомился Сом-
-Или Вы на ступе?-
-Заржал он-
-Придурок...-
-Ласково отметила Мойша и исчезла-
 

МИСТИКА

(павел (лукьяненко))
  62  Эзотерика  2019-01-22  1  931

Ми́стика (от греч. μυστικός «скрытый, тайный») — вера в существование сверхъестественных сил, с которыми таинственным образом связан и способен общаться человек; также — сакральная религиозная практика, имеющая целью переживание непосредственного единения с Богом (или богами, духами, другими нематериальными сущностями). Совокупность теологических и философских доктрин, посвящённых оправданию и осмыслению этой практики, называется мистицизмом[1].
Жми сюда

В моей жизни произошёл случай после которого я стал верить в Бога, хотя АТЕИЗМ нам преподавали в те годы в мединституте.

После окончания медина я получил распределение в с. Жванец, Каменец- Подольского района Хмельницкой обл. в участковую больницу стоматологом.
Жми сюда

Арендовал половину дома у знахарки, сделал ремонт и преспокойно жил до приезда жены и дочери. По приезду несколько суток прошли нормально. И одной ночью я просыпаюсь от страшного крика. КТО кричит? Да я кричу и какой- то вурдалак душит меня за горло. Задыхаюсь, пытаюсь оторвать чьи- то толстые волосатые руки. Так было до крика первых петухов.
Самое интересное ни жена ни дочь моих криков не слышали. Я их не стал пугать своим рассказом. День прошёл обычно.
Вторую ночь я с ужасом ждал и будучи атеистом решил бороться. Долго не мог уснуть и проснулся по той же причине. Страха не было, появилась злость. я стал боксировать, но все удары были по воздуху. Вот тут- то я стал молиться- БОЖЕ ПОМОГИ. Пропели петухи знахарки и всё закончилось.
На третью ночь та же история, махание кулаками, молитвы.

После третьей ночи вурдалак пропал и кошмары прекратились, только у старухи появился бланш на лице, которого она крайне смущалась.

Через неделю мою жену спросили как мы там можем жить, там никто не задерживался более двух недель. На что жена ответила- Мы победили.

Вот так я пришёл к Богу. Бог очень помогает мне в жизни.

Мне легка Его дорога,
Все Его открыты двери.
Очень важно верить в Бога,
НО ВАЖНЕЕ БОГУ ВЕРИТЬ.

БОЖЕ ПОМОГИ...
 

Вопль души – 338

(Соломон Ягодкин)
  7    2015-11-25  1  956
Очень серьёзный человек, это когда думать надо, а думать нечем...
 

Спасибо!

(Владимир Тореев)
  44    2013-06-05  3  1114
(Если это покажется кому-то слишком крамольным, то поверьте, я не хотел задеть ничьи чувства).

- Солдатик, родной, глоточек воды дай, пожалуйста...
- Тебе воды не положено, Иисус.
- Солдат, ну дай немного воды, будь ты человеком!
- Нет, Иисус!!! Я же сказал, не положено! Виси спокойно, не дёргай меня.
- Солдат, я тебя Богом прошу!!! Ну дай же воды, в конце концов, будь милосердным! Тебе зачтётся на том свете!
- Да отстань ты от меня Иисус!!! Нету у меня никакой воды, час как закончилась!
- Тьфу, на тебя солдат!!! Тогда, какого чёрта я перед тобой тут распинаюсь?!
- Да ты, верно, мне хамишь, Иисус?!! Я вот, тебя щас копьём пырну, и мне за это ничего не будет! Язык поприкуси-ка свой!
- Ты чего, солдатик... Я ж просто прикалываюсь... Ты не бери в голову. Солнце, знаешь, и всё такое...
- Прикалываюсь! А ты знаешь, что мы с такими приколистами делаем?.. А, ну да... Знаешь... Вот и виси спокойно, я ить на службе и у меня копьё...
- Вижу, что на службе... Долг кесарю отдаёшь, а как же перед Богом долг? Ты считаешь, что у тебя перед Богом долгов нету? Ведь он тебя создал... А вот ты не хочешь Его сыну помочь! Тебе не стыдно за это перед Создателем?
- Я всем должен, Иисус. И всем отдаю. Кесарю кесарево, а Богу богово. В храм хожу, монетку жертвую, а то, что ты сын Божий, так это не доказано. Мало ли, что ты начудил, может, об этом будут ещё две тыщи лет спорить, а мне как кесарь прикажет, так я и сделаю. Скажет воды дать, дам. Скажет копьём тебя пырнуть, пырну. Значит такая твоя судьба...
- Солдатик, а ты где эту фразу слышал, ну: "Кесарю кесарево, а Богу богово"?
- На базаре слышал, видать умный человек её придумал. Справедливая она эта фраза, людям жить помогает. Без таких, вот, умных вещей, мы же враз одичаем.
- Спасибо, тебе солдат!
- За, что спасибо, Иисус? Я же тебе воды не дал...
- Да, за всё спасибо, солдат, и за твои слова спасибо! Мне теперь и умереть не жалко...
- Эй, погодь Иисус, не умирай! Приказа ведь не было... Ежели ты сейчас умрёшь, то где я ещё такого собеседника найду? А сменят меня не скоро... Воды у меня нет, но есть винца немного, на-ка побалуйся...
- Спасибо!
 

Муха.

(Николай Кровавый)
  16    2013-05-23  0  802
Урожай картофеля в минувшем году был небывалый, почему – Татьяна Вячеславовна не знала, все соседи и знакомые жаловались, а у неё ведро с трёх – четырёх веток. Вообщем, в середине апреля стало ясно, что надо продавать, иначе половина останется несъеденой до следующей уборки. По расклеенным объявлениям никто не явился и не позвонил, значит надо самой идти на базар. А, ладно. Всё равно времени свободного – уйма, постою. Татьяна Вячеславовна уже два года, как на пенсии. Ушла пятидесяти лет по вредности, всю жизнь проработала в цехе гальваники. А что, неплохо. Сначала только было трудно с непривычки, а потом адаптировалась, даже понравилось. И коллектив хороший, жалко было уходить, да муж настоял, мол всех денег не заработаешь и стремиться к этому не стоит. Не в деньгах счастье.

Итак, овощной рынок райцентра. Каждое утро здесь собираются не больше десятка торгующих, кроме картошки и овощей продают молоко, иногда мёд. Покупателей, правда, тоже немного, но до полудня ведра три продать можно. Местовые всё равно не собирают, если погода хорошая – вместо прогулки, а дождь пойдёт – не сахарная, да и навесы есть.

В первый же день к Татьяне подвалила худощавая женщина в зелёном плаще, лет шестидесяти, торгующая в нескольких шагах, на редкость словоохотливая, с чуть выпученными глазами, похожая на Надежду Константиновну Крупскую, только волосы чёрные. Должно быть тоже бездетная. Очень скоро Татьяна убедилась, что интуиция её не подвела.

- Вы первый раз видимо? А я тут постоянно. Уже лет пять, как на пенсию вышла.
- И как, берут?
- Да ничего, только больно уж дёшево. В прошлом году по сто за ведро брали, а нынче не больше семидесяти. Скупой народ, корыстный. А ведь это мой труд! Знаете как тяжело? Руки по ночам ломит, а деньги нужны, такие сейчас цены на всё! И на газ, и на воду, и на свет. Уж я и так зимой мерзну, боюсь газу прибавить, чуть побольше – счетчик как бешеный вертится! В пальто и в валенках весь январь по дому ходила и спала под двумя ватными одеялами.
- Что же мужик-то не греет?
- Какой мужик? На фиг они нужны, такие козлы? Я замуж ни разу не выходила, и детей не имела. Выгоды никакой. Они же все без исключения лодыри. Знаю, у меня и отец, и брат, и дядя, и все мужики знакомые такие. Палец о палец дома не стукнут. Сейчас вообще одна живу, два года, как мама умерла. Ведь всё самой теперь приходится дома делать! Ой как устаю, особенно летом, у меня же огород – десять соток и участок за городом – шесть. Так видно никогда и не отдохну до самой смерти. Всю жизнь как проклятая горбатила. А мужики ко мне клеились. Но я отшивала, зачем они? Единственный раз сошлась с одним недавно, уже без мамы, тяжело слишком одной, да и тоскливо. Месяц у меня прожил. Пенсию получал восемь, да сторожем ночным подрабатывал за шесть. Разве это для мужчины деньги? Прикидывался сначала хорошим, ремонт сделал, потолок плиточный, пол ламинатом выложил, стены оклеил, проводку заменил, огород и участок вскопал. Летом крышу перекрыть собирался и забор новый сделать. Энергии правда много жёг, телевизор целыми вечерами смотрел, но я терпела. А раз, когда была на базаре, нашёл в серванте литровку браги и выпил сукин сын! Я для его припасла? Ну и в тот же день от меня вылетел, как пробка. Нет, мужики – лишние расходы!
- А почём здесь на базаре молоко? - попыталась сменить тему Татьяна.
- Тридцать пять - полторашка.
- Надо будет кошкам купить.
- Так у вас что, не одна?
- Три. Кошка, кот и котёнок.
- О, боже! А я их ненавижу. И шерсть по дому, и гадят, и грядки портят. С соседями из-за этих тварей переругалась. Только весной гряды обиходишь, а эти морготины прибегут, все перероют. Надо будет   капканы купить. Прямо до слёз обидно, для чего трудилась?

Женщина жужжала как прилетевшая из уборной большая блестящая зелёная муха, которую Татьяна убила прошлым летом газетой на кухне. Но эту не убьёшь, приходилось слушать и изредка поддакивать.

- Всю жизнь я в трудах, сначала была учительницей истории, знаете какой это каторжный труд? Уроки не учат, шумят, грубят, хулиганят. Через год ушла, а то бы точно в психушку отправилась. И ведь не отпускали гады, мол выучили тебя – отрабатывай три года! Директор грозился поставить вопрос об исключении из партии. Стыд-то какой, меня тогда только приняли. Хорошо в гороно секретарша была нужна, взяли. Но и там не сахар. Столько бумаг приходилось перепечатывать! Вас как зовут-то, а то разговариваю и не знаю.
- Таня.
- А меня Наташа. Так вот по ночам мне эти бумаги до сих пор снятся. Пять лет там отпахала, пока в горком КПСС инструктором не перевели.

В это время к лотку Натальи подошли две женщины. Она убежала, быстро отпустила пакет лука и ведро картошки, то и другое как-то странно перекрестила, и опять вернулась к Татьяне. Тут как раз тоже подошёл покупатель, полный мужчина в очках:
- Почём у вас картошка?
- Семьдесят – ведро.
Мужчина отсчитал деньги и раскрыл сумку. Татьяна высыпала картофель, покупатель удалился.

- А почему не перекрестили?
- Зачем?
- А как же? Прежде чем отпускать товар, его обязательно надо перекрестить. А то покупать не будут.
Так на чём я остановилась? А, да, инструктором горкома тоже тяжело работать. Ответственность там очень была большая. Людей не хватало. Оттуда меня часто на ферму посылали, это вообще мрак! Вставать в четыре утра приходилось. А что поделаешь, раз партия послала. Придёшь домой после дойки и сразу падаешь на кровать, глаза сами закрываются. Да еще мать ругается, навозом от телогрейки пахнет. А я что сделаю. Ведь в скотном дворе была, не где нибудь.

У Татьяны вдруг появилось какое-то подобие уважения к собеседнице. Значит не только в бумагах ковырялась. И коров доила. Может ей просто не нравилось конторская рутина?
- А на какой вы ферме работали? Не далеко от города?
- Да я почти на всех переработала. Сегодня на одну пошлют, завтра на другую, послезавтра на третью. Тогда воровство в колхозах процветало. Вот мы и контролировали, следили за доярками кто сколько надаивает в этот день и в другие, когда контролёров нет. Потом сравнивали. Разница есть, вот тебе и воровство налицо. Одного заведующего фермой нагрели, строгий выговор сделали, предупредили, еще раз такое повторится – партбилет на стол положишь. Подействовало. Тогда с этими ворюгами строго обходились, не то что сейчас.
А потом удалось мне устроится библиотекаршей. Там десять лет ишачила. Поспокойнее, но тоже ответственно. И вновь в горком вызвали, опять стращать стали, что исключат из партии, если откажусь, на весь бы город опозорилась. Ведь партия для меня было – всё! Куда б без партии меня взяли? Только что уборщицей. Ну а через два года Союз развалился, горком партии, как и её саму, упразднили, но мне, как старой коммунистке. пропасть не дали. В комитет по работе с молодёжью взяли, опять же - педагогическое образование, такие люди всегда в цене, хоть и не ценят нас некоторые. Церкви к тому же у нас возродили, я сама была в комиссии по утверждению восстановления Никольского божьего храма и открытия при нём воскресной школы. Целых три года мы этим занимались. И верить в бога стала, посты соблюдаю, на службы хожу. Нет, вера сейчас – большое дело. У моей двоюродной сестры племянник ведь каким шалопаем был. Чуть не посадили. Наркотиками торговал. Парня одного избили с дружками на дискотеке чуть не до смерти, машины несколько раз угонял. Замучались адвокатам платить. Хорошо батюшка покойный помог, отец Александр, царство ему небесное. Написал ублюдку характеристику в духовную семинарию, что благочестивый, посты соблюдает, молится, на исповеди ходит, ну и приняли. Другим человеком стал! Теперь приход имеет. Домину какую себе отгрохал! На джипе ездит. И не подумаешь, что таким отморозком был. А всё церковь!
- Так ведь согрешил батюшка Александр самым наглым образом! Обманул семинарию, а значит ни в какого господа бога ни он, ни ваш племянничек не верили. Ездит на джипе, а на что этот джип куплен? На пожертвования обманутых христиан. Что, не так?
- Ну, не знаю, - промямлила Наталья, - жить-то как-то надо.
- Раз так, зачем же в церковь ходить?
- Так все сейчас ходят. Даже Путин с Медведевым. Не раз показывали. Ой, пойду, заговорила я вас.

Неторопливой, вялой походкой Наталья побрела к своим овощам, больше похожая не на муху из уборной а на зелёную полураздавленую гусеницу. Больше в тот день она не подходила.

      
      29. 04. 2010.
 

Баня

(Ashmedai)
  2    2019-05-31  0  502
Есть люди, которые не могут без того, чтобы не попытаться навязать свои суеверия. Неважно, что их уровень образования значительно ниже среднего. Неважно, что интеллект вполне соответствует уровню образования. Ведь они – ревностные, в данном случае, христиане.
Была у меня соседка. Назовем ее Катя Иванова. На то время ей было примерно 50-55 лет. Я был молодым сотрудником уголовно-исполнительной системы, так как имею диплом инженера, занимал должность начальника производственного объекта при довольно крупной исправительной колонии особого режима. Как-то раз, решили мы с женой, тоже инженером, протопить баню. Не помню точно, что был за день недели и какой по календарю, просто затопил баню. Пошел за водой. И началось: Стоит на крылечке соседнего дома Катя и свиристит, как раненый коростель:
– Как можно, да сегодня церковный праздник! Мыться сегодня грех! Одумайтесь, грешники! Не видать вам царствия небесного.
Когда я попытался объяснить ей, что и я, и моя жена, и сын – атеисты, следовательно можем позволить себе помыться без благословления и надзора православной церкви, то думал, что Катю «Кондратий обнимет». Думаю, если христианская религия не просто «опиум для народа», то своим праведным гневом поборница грязелечения отмолила не только все свои грехи, но и на несколько поколений своих отпрысков индульгенцию заработала.
А мне, все-таки интересно: Неужели и в самом деле христианство так ревностно поощряет антисанитарию, или это всего лишь одна из неверных его интерпретаций темных, но воцерковленных граждан?
 

Травма

(Ярослав Зайцев)
  7    2007-08-29  1  1051
Вечером на даче пятилетний Вова долго играл в гостях у знакомой девочки Ксюши. Наконец, возвращается домой, трёт голову рукой и рассказывает:
- …Только я катался на качелях и…
- Упал?
- Да.
- Чем ударился?
- Землёй...
 

Даю прозу...

(Vint)
  15    2008-07-23  8  1270
«Большое счастье Карнаухова»

Как Коля Карнаухов не пытался отложить на будущее неминуемое знакомство с Ниночкиными родителями, но, на этот раз, отвертеться ему не удалось. Всё время, его девушка по два-три раза на дню, настойчиво напоминала ему об этом неотвратимом событии, но Коля, как все ужасно застенчивые люди находил массу причин, чтобы избежать этого знакомства. То, он ссылался на погодные условия, то, на внутричерепное давление, то, на сложную политическую обстановку, то, на диарею. В конце концов, настало время, когда Колины отговорки начали повторяться и блекнуть не только в глазах его будущей невесты, но и у него самого. Но, сегодня, Ниночка выбрала подходящий момент и взяла Николая на абордаж.
- Колюнечка, ну что ты за человек? Мы встречаемся с тобой уже четыре года, а ты до сих пор, так и не соизволил познакомиться с моими предками!
«Да, действительно, свадьба уже через две недели» - подумал Коля, и сказал вслух: - Ну, что ж, может быть завтра…
- Никаких «завтра», - перебила Ниночка, - мы идём туда сейчас!
При этом категоричном заявлении Коля почувствовал, как предательский холодок змейкой пробежал у него по спине и опустился где-то в области поджилок.
- Ну, почему обязательно именно сейчас? – Умоляюще возопил Николай. В ответ Ниночка молча взяла будущего мужа «на прицеп» и потащила в направлении своего дома. Коля не сопротивлялся. Тем более что было бы глупым, что-либо предпринимать против сто двадцати килограммов Ниночкиных прелестей.
Карнаухову всегда нравились большие женщины, он просто млел, от одного их вида. Будучи сам по природе не слишком физически развитым, он весил примерно половину от своей избранницы, и когда они шли рядом, Коле невольно приходилось дышать Ниночке в подмышку. Зачем Карнаухову был нужен такой тип женщин, для всех его знакомых оставалось загадкой. Кто знает, может, таким образом, он хотел как-то самоутвердиться.
Бодро преодолев четыре этажа, Ниночка гордо вошла в свою квартиру, бережно неся на руках своё ослабевшее сокровище. Родители уже на пороге встречали молодых хлебом и солью. При очной ставке с потенциальным зятем, на их лицах можно было прочитать глубокое разочарование. Когда Ниночка поставила своего суженого на ноги, Аграфена Петровна уронила каравай и просыпала соль.
«К ссоре, - мрачно подумал Осип Иванович. – Где же она откопала такого доходягу?»
- Какой ма..миленький! – поправилась мать Ниночки, - ну, что же, так и будем здесь стоять? Проходите, стол накрыт…
- Здравствуйте, - невнятно пролепетал Коля и нагнувшись начал медленно расшнуровывать ботинки.
- Да, ты не стесняйся, будь как дома! – Услышал он откуда-то сверху восклицание Ниночки, и ощутил дружественный хлопок по спине, который чуть не сломал ему позвоночник.

После всех церемоний и процедур знакомства, семейство шумно уселось за стол и принялось за трапезу. Осип Иванович деловито распечатав стоящую на столе бутылку водки, подозрительно спросил:
- Коль, тебе пить-то можно?
- Да я, вообще-то не пью…
- Понял. – Не стал уговаривать Осип Иванович.
- Ося, налей молодому человеку за знакомство-то, - вмешалась Аграфена Петровна. – Ну, и что же, вы через две недели пожениться решили, значит. Куда же вы спешите так?
- Ни фига себе, уже четыре года дружим, - обиженным басом отозвалась Ниночка, - век что ли мне в старых девах ходить?
Конечно, Ниночка не считала Колю блестящей партией. Её идеалом мужчины всегда был американский актёр Стивен Сигал, но все хоть чуть-чуть похожие на него парни, бежали от неё, как от огня. Ниночка догадывалась, что все её проблемы заключены в излишнем весе, и тогда она решилась испробовать запретный плод, на котором в её доме лежало негласное строгое табу. Ниночка начала тайно покупать «гербалайф», вопреки поучениям родителей, для которых девизом всей жизни была крылатая фраза: «Хорошего человека, должно быть много!» Купленный продукт Ниночка украдкой пожирала на улице в самых неожиданных и безопасных местах. Обычно местом экзекуции становились чердаки, подвалы и укромные уголки заброшенного городского парка, где она с отвращением и твёрдой решимостью присущей отчаянным людям, морщась, клала в рот неприятную на вкус белую массу, заедая её заранее купленными сосисками. Через месяц результат был ошеломляющий – она поправилась на восемь килограмм. Родители похвалили её за усердие. Прокляв всё на свете, Ниночка хотела было повеситься, но не найдя поблизости подходящего дерева которое смогло бы её выдержать, сместила свой гнев на двоих подошедших к ней дистрибьюторах. В сердцах она плюнула на все попытки похудеть, и занялась бодибилдингом. Вот, тогда-то она и встретила Колю. Своим покладистым характером и робкими ухаживаниями, за четыре года своим внутренним миром, Карнаухов вырос в глазах Ниночки до размеров Стивена Сигала, и она не раздумывая дала согласие на брак, тем более, что все её призрачные девичьи мечты, давно уже разбились о суровый утёс реальности. «Хоть какой, да мужик, - размышляла Нина, - работящий и не пьющий, не смотри, что метр с кепкой».
За столом на несколько минут воцарилось тягостное молчание, нарушаемое только бряцаньем вилок о тарелки, да громким чавканьем Осипа Ивановича. Три милых толстяка, так самоотверженно поглощали пищу, что, казалось, совсем не обращали на гостя никакого внимания.
«И мне придётся здесь жить после свадьбы… - грустно размышлял Николай. – Пожалуй, будет тесновато с тремя такими гигантами в однокомнатной квартирке. Буду себя чувствовать как лилипут в стране Гулливеров. Главное – чтобы не придавили ночью по пути в туалет. Всё равно, лучше,чем в общаге».
- Ой, а что это Коленька у нас ничего не ест? – Опомнилась Аграфена Петровна, - ты, Коленька, нос не вешай, мы тебя за пару

Месяцев, так откормим – толще нашего будешь! А чего? Видного мужика из тебя сделаем! Я тебе турник куплю, будешь на нём по вечерам после работы висеть, смотришь, сантиметров на тридцать и вытянешься!
Спустя сорок минут можно было наблюдать занятную сцену: Ниночка, посреди комнаты тряся прелестями яростно танцевала «кан-кан», Осип Иванович, забившись в углу громко сморкался в одеяло и плакал от умиления, а Аграфена Петровна, приютив у себя на могучей груди хмельного Николая, нежно поглаживая того по голове, пела колыбельную. Карнаухов был на седьмом небе от счастья.
- Мама, мама, - тихо, словно в бреду нашёптывал Коля, - как я люблю вас всех! Если бы я только знал, что здесь, так, все будут ко мне добры, как я счастлив! Надо же было, случиться такому большому счастью!
А ещё через десять лет счастливой совместной жизни, Карнаухов умер от ожирения. Счастье, это тоже – штука относительная.
 

Морской обычай

(Ashmedai)
  7    2019-10-07  0  469
Есть такой обычай: при спуске судна на воду разбивать о борт бутылку, в настоящее время – шампанское. Пижонство? Нет, таки обычай. Раньше, правда, разбивали бутылку с красным вином. Почему именно красное вино? Типичная подмена понятий. Красное вино обозначало кровь. Викинги, в свое время для спуска драккаров на воду подкладывали под них рабов и пленников, смазывали корабли их кровью. Англичане сублимировали этот обычай, заменив кровь на вино. Многие моряки и в наше время уверенны, что судно, не познавшее вкус вина – познает вкус крови.
 

ДВА АНГЕЛА

(BELBOOKS)
  3  О старости  2011-08-14  0  1827
Жил старик со своею старухой. И жили они у самого синего, но холодного моря. И жили они вместе уже больше пятидесяти лет. Старик был сух, высок и лёгок в кости и в суждениях, а старуха была полна, белотела и любила поворчать.

Они пережили в маленьком домике, стоящем в сосновом бору, Сталинско-Хрущёвскую послевоенную пору подъёма, Брежневский развитой социализм застоя, Горбачёвский перестроечный развал страны, а теперь доживали свою жизнь всё в той же маленькой избушке, стоящей в деревушке недалеко от холодного моря, где они когда-то произвели на свет троих детей. Старику было за восемьдесят, а старухе - далеко за семьдесят.

Они уже не верили в улучшение своей жизни, латая свой старенький домик, как могли, и получая мизерную пенсию от нового, русского, неизвестного им по убеждениям, правительства. У них был огородик, где старуха, кряхтя и ругаясь на боль в спине, сажала овощи и картошку, а на заднем дворе, в загончике с насестом жили их три верные курицы-несушки и горластый петух-задира. Во дворе стояло раскидистое грушевое дерево, ежегодно радующее их ароматными зелёными грушами, хранящимися почти до морозов, а в палисаднике росли чёрная смородина, мохнатый крыжовник и поздняя клубника.

До города было двадцать километров расхлябанной, ухабистой дороги, но почта приходила в их домик почти регулярно, принося запоздалые газеты с всё теми же пугающими, невероятными новостями со всего света, и был телефон с телевизором.

Дед был образованным и, несмотря на свои годы, освоил модем с интернетом, и купил стационарный компьютер, хотя модем работал с перебоями и крайне медленно. Он был раньше инженером, интересовался новой техникой и мог ещё починить бабке утюг.

Бабка была простой, компьюторы не понимала, но любила разгадывать кроссворды, читать новости об известных актрисах и смотреть сериалы по старому телевизору.

Дети выросли и разлетелись, выросли и внуки, приезжая к старикам на короткие каникулы из своих далёких городов, но мучаясь в их маленькой лесной деревушке вынужденным бездействием и отсутствием каких-либо современных развлечений.

В деревушке остались жить или, скорее, умирать, только пожилые люди довоенного производства. Молодёжь удирала в города из этого лесного, заброшенного царства, а пустующие дома скупались предприимчивыми дельцами, строящими дачи из старых домов и продавая их втридорога жителям окрестных и далёких городов, томящимся по контакту с живой природой.

Несмотря на маленькие размеры деревни, в ней с незапамятных времён была церковь, которая после Ельциновского фарсового периода с водкой, щипанием секретарш, публичными танцами по телевизору и танками на Московской площади, была опять восстановлена, и куда, по велению Патриарха Всея Руси, был прислан молодой батюшка с попадьёй.

Бабка в церковь не ходила, выросшая в семье коммунистов с томами Ленина на книжной полке, но в своего, бабкиного бога, она верила, и чем старше была, тем её вера в чудеса крепчала. До районной больницы было далеко, поэтому она молилась своему богу, надоедая ему всё теми же жалобами на спину, ноги и деда.

Они с дедом давно спали в разных комнатах, так как она не могла больше переносить дедовых ночных вставаний в туалет с громким пуком, разносившемся как дробь из автомата по ночному дому и вечного чаепития на малюсенькой кухоньке со звуком прихлёбки от обжигающего губы чая из блюдечка, и в своей угловой комнате она сделала небольшой уголок, но не красный, коммунистический, а боговый, повесив туда прабабкину, тайно сохранённую от местных Советов, иконку с маленькой красной лампадкой. К богу она обращалась по-своему, нестандартно, жалуясь на старость, бедность и деда.

Дед, хотя и вырос при советском безбоговом строе и был много лет членом коммунистического братства, дававшего ему тогда некие бесспорные преимущества, полюбил церковь, проповеди батюшки и чаепития после церковной службы, заменившие ему отжившие сельские клубы с их многочисленными кружками и социальной деятельностью.

При церкви была библиотека духовной литературы, и дед проводил долгие зимние часы в этой библиотеке при церкви, читая те произведения, которые он не прочитал в дни, занятой социалистическими стройками его далёкой юности, и он часто разговаривал с молодой попадьёй, выдающей книжки. Ему нравились эти сказочные описания из жизни святых, хотя он и не мог до конца поверить непорочному зачатию, загробной жизни и вознесению.

В тот воскресный день он вернулся из церкви возбуждённый услышанным на проповеди, потихонечку подошёл со спины к своей бабке и поцеловал её сзади в седые, ставшими редкими и собранные в узел на макушке волосы. Она сидела и разгадывала очередной кроссворд и не ожидала такого внезапного нападения с тыла.

-Ты что, дед, белены объелся или ладаном обкурился в твоей церкви, - заворчала старая.

-Дусь, - начал дед робко, - А давай с тобой сексом займёмся? - выдавил из себя дед, смутившись своей смелости.

Бабка развернулась к нему всем своим корабельно-большим корпусом и захохотала, пуская волны по всему своему крупному, но дряблому от возраста, дебелому телу. Смеялась вся бабка сразу, все бабкины части, но дед не отступал.

-Дусь, священник сегодня рассказывал про прародителя всех евреев Авраама с его женой Сарой, у которых родился ребёнок, когда ей было под восемьдесят, а Аврааму - за девяносто.

Бабка остановилась смеяться и прямо опешила.

-Ты чего, коммунист леший, веришь всему, что в твоей церкви говорят? Какая такая Сара? Да в уме ли ты? Как бабе родить в таком возрасте? Да и этот твой Абрам-еврей - пенёк столетний? Как у него и *** то встанет, хотя и обрезанный - ты подумай!

Но старик не отступал. Мысль, заронённая в церкви на службе, дала свои семена и, как чертополох, поселилась в плешивой голове деда.

После обеда он пошёл в туалет, снял свои тренировочные штаны и семейные, в цветочку, просторные, сшитые бабкой трусы, и посмотрел на своё скукошенное, немного потемневшее от времени, в каких-то пятнах, сокровище.

Он подумал, что последний раз он занимался с уже высохшей внутри бабкой, сексом, может, лет пятнадцать назад. Он точно не помнил. Но молодой священник, ссылаясь на ветхий завет, рассказал прихожанам историю о милости Бога к Аврааму с Сарой, и от этой эротической древней истории внутреннее существо деда пришло в волнение. Секс звучал в нём как призыв к жизни и молодости, и, после спускания воды в туалете, он немного потеребил пальцами своего любимца, но тот не ответил на ласковые прикосновения деда, скучно вися между дедовыми колокольчиками.

Дед покряхтел, поахал и решил искать помощи, воспользовавшись современными средствами. Наладив свой медленный, но верный компьютер, он отправился на поиск в безграничное кибернетическое всёзнающее пространство интернета. Через час поисков он понял, что его спасение зовётся виагрой, и эти чудо-таблетки делают, конечно, враги-американцы, но они продаются и в Российских аптеках.

На следующее утро дед оделся, взял припрятанные от старухи деньги, и поплёлся на автобусную остановку, где два раза в день уходил автобус в районный город. Бабке он наплёл, что едет в компьютерный магазин за новым электронным прибамбасом.

В городе он пошёл в аптеку при местной районной больнице, отстоял свою очередь и подошёл к окошечку, где сидела миловидная, густо накрашенная продавщица.

-Чего тебе, дед, слабительного?, - фамильярно спросила местная красавица.

Дед помялся и тихо сказал:

Мне - виагры.

Девушка прыснула.

-Ну а рецепт у тебя есть?

-Нет, - выдавил дед.

Она посмотрела на деда, потом улыбнулась белозубой улыбкой, и пошла за лекарством. Через минуту она вернулась, неся в руках пачку с заграничными буквами.

Сколько тебе, дед? - спросила она.

Виагру продаём поштучно, и штука стоит...

Тут красавица назвала цифру, далеко выходящую за ограниченные финансовые возможности деда, но отступать он не хотел. Образ молодости и силы стоял перед ним, как ржавый гвоздь в стене, и он решился.

-Давай две штуки, наверно хватит.

Очередь за дедом, слыша их переговоры, покатывалась от смеха.

Дед заплатил за две таблетки виагры все свои сбережения за последние полгода, и, счастливый, буквально побежал к остановке автобуса, у которой стоял последний, вечерний автобус, возвращающийся в дедову деревню.

Он вернулся к ужину.

-Ну что, купил свой прибамбас? - спросила бабка.

-Купил, - ответил дед с необычной для него весёлостью в голосе.

Покажи, - не унималась бабка.

Потом, бабка, - отрезал дед.

Сначала - ужин.

Бабка подала на стол варёную картошку с маслом и вчерашние, разогретые котлеты с малосольными, своими огурцами, которые дед очень любил.
Она налила ему стопку водки.

Дед решил принять виагру сразу после ужина, вместе с вечерним чаем. Он проглотил голубую таблетку, которую тайно вынул из кармана штанов, и, запив её чаем, стал ждать. Он не знал, когда таинственная таблетка начнёт действовать и приготовился к атаке бабкиного тела, как только почувствует первые признаки оживления нижней плоти в его семейных трусах. Но ничего не происходило.

Прошло полчаса. Он сходил в туалет помочиться, где он исследовал свой нижний отдел, не найдя в нём ни малейшего изменения. Тогда он решился на рискованный шаг: принять ещё одну таблетку. Девушка в аптеке сказала ему, что больше одной таблеки за один раз лучше не принимать, но дед решил не отступать. Найдя вторую таблетку в кармане, он взял её в рот, вышел из туалета и запил её оставшимся от ужина уже остывшим чаем.

Бабка уже помыла посуду после ужина и сидела на диване, следуя сонными глазами за последним телесериалом, включающим фазенду, несчастную любовь, кровавую развязку и не имеющий ни малейшей связи с реальной жизнью. Но эти бесконечные сериалы действовали на бабку успокаивающе, будя в ней её неиспользованную женскую тягу к роковой, ненастоящей, но желаемой любви к кому-то, кто был не её надоевшим дедом.

Тут вдруг дед почувствовал изменения, которые без его воли заполнили его штаны чем-то давно забытым. Его старый хрен неожиданно заторчал, грозя разорвать его семейные трусы. Он почувствовал неконтролируемую тягу проникнуть внутрь бабкиного тела - может, в последний раз.

Он, неожиданно для бабки, завалил её на спину и стал задирать её юбку, добираясь до бабкиных розовых, чистеньких трусов. Бабка окаменела от такого натиска. В это время телевизор показывал одну из сочных сцен с фальшивыми поцелуями и полуголыми актёрами, стонущими, как будто им прищемили какую-то интимную часть. Дед, всё больше возбуждаясь от бабки, вздохов, несущихся с экрана и чувствуя в крови циркулирующие две таблетки виагры, уже вставлял свою старую пушку в бабкину давно засохшую амбразуру.

Дед, казалось потерял рассудок. Он чувствовал себя опять молодым и притягательным, а под ним он представлял не бабку, а ту молодую накрашенную продавщицу из аптеки. Дед гудел как паровоз, набирающий скорость. Бабка лежала под ним, не испуская ни звука, ошалевшая от происходящего и думая, как она ему отомстит завтра утром.

Куры в курятнике проснулись от их шумной возни и закудахтали, у соседей загромыхал пёс на цепи. Казалось, вся природа вокруг пробудилась от действий прыткого деда и хотела принять участие в его неожиданной оргии.

А наверху, над бабкой с дедом, на небе сидели два ангела и не могли сдержать хохота, смотря на конвульсии деда и бабкину расплывшуюся фигуру, утопающую под дедовым тощим, старческим телом. Те два ангела были ангелами-хранителями бабки и деда, и они были вместе уже больше пятидесяти лет, следуя за бабкой и дедом во всех перипетиях их жизни и охраняя их от всевозможных опасностей. Такого они от деда не ожидали. Теперь они сидели на небе, обнявшись, и смеялись до слёз, смотря на довольно жалкую любовную сцену, развёртывающуюся перед ними.

Вдруг дыхание деда участилось. Он, по птичьи, закатил глаза и вдруг захрипел. Его старый организм не выдержал темпа, заданного американскими таблетками, и он, отвалившись от бабки, как клоп, напившийся крови, вдруг перестал дышать.

Ангел деда перестал смеяться.

Смотри, твой кончается, - обратился к нему ангел бабки.

Теперь тебе идти с его душой на суд божий. Жаль, думал, что ещё поживём вместе, но, видно, придётся теперь мне одному за бабкой присматривать.

Дедов ангел покрутил своей полупрозрачной головой и сказал:

Погоди, может ещё и отдышится. И какой балбес сказал деду о виагре - в его-то возрасте и с его-то сердцем! Просто - враги народа!

Дед сказал, что это батюшка в церкви ему рассказал историю из ветхого завета об одной еврейской семье, - сказал бабкин ангел.

- Еврей - не еврей, но мозги-то надо иметь свои! В таком возрасте и гориллы не прыгают друг на друга, а тут старый инженер, с высшим образованием - стыд, да и только!

Дедов ангел бесшумно подлетел к деду и стал обмахивать его своими крыльями. Дед, казалось, ещё не совсем покинул этот мир, но его глаза уже заволоклись, как у мёртвой курицы, желтоватой плёнкой.

Бабкин ангел слетел тоже вниз и уселся на оконный карниз.

Нет! Не выкарабкается дед! Хана ему пришла! Принимай душу умершего, друг: преставился дед!

Бабка, не чувствуя больше дедову возню и хрипение, стала выбираться из-под него, не понимая, что происходит. Она присела на диване и увидела неподвижно лежащего деда, без штанов, но с поднятым шлангом.

Деееед! -позвала протяжно бабка,

Ты живой или как?

Но дед не одвечал, а его шланг стал опадать, и вдруг оттуда полилась какая-то странная жидкость. Бабка отпрянула.

- Хорош, гусь старый, - подумала она. И мочу сдержать не может, поганец! Она встала с дивана, привела в порядок свои розовые трусы и пошла поставить чаю.

Дееед! Иди чай пить! - сказала она, не поворачиваясть к лиходею.

Хватит дурака валять, старый леший! Вставай!

Но дед не отзывался на её заигрывания. Его душа уже покинула тощее тело и, в сопровождении со своим ангелом- хранителем, пыталась покинуть избушку через окно. Тело деда неподвижно лежало на диване.

Бабка подогрела чайник и заварила новый душистый чай. Запах разнёсся по всей избушке, но дед не пробудился ни от бабкиных знакомых слов, ни от запаха чая. Он умер. Бабка подошла к телу деда, приложила зеркало к его рту и отдёрнула руку. Она поняла, что дед умер, ушёл туда, откуда возвращения не было.

- Дуррак! Тьфу! Прости меня, господи! - прошептала бабка и, утомлённая перипетиями дня, отправилась спать в свою комнату.

Завтра тебя к похоронам приготовлю, - сказала она, обращаясь к мёртвому телу деда.

Устала я! Утомил ты меня, ирод!

Она пошла в свою комнату, закрыла за собой дверь, переоделась в длинную ночную рубашку и легла в своей кровати, пытаясь забыть этот странный, ни на что не похожий день. Её ангел присел к ней на край кровати, печальный от того, что он разлучён с дедовым ангелом, и тихо задремал рядом с бабкой.

Ничего, - подумал ангел, - бог даст - скоро свидимся.

Ирина Бйорно, 30.07.2011 23.36
Жми сюда видео
 

Тетраптих в багровых тонах

(Александр Шнеур (Трибуле))
  0    2016-08-12  0  874
я открываю один из Легиона апокрифов КНИГИ...
и читаю на сон грядущий своему Дитя:

1.
Я странствующий философ.
Я всегда
(и при любых условиях)
сохраняю форму.
И я беспрестанно наполняюсь Светом!..
И отражаюсь сиянием двойным.
И направляю своего ослика добрым словом
в земли раздора, жадности, нетерпения и нетерпимости.
Так не покинь же меня
в этом пути
Г-ди мой Б-же!..
Ибо не могу постичь:
где Ты сейчас? -
в ослике, в двойном сиянии, в сохранённой форме?..
или в землях раздора, жадности, нетерпения и нетерпимости?
Или во мне?..
Но верую в Тебя!!!
И в то, что Ты где-то рядом...

2.
...и поманил Он всех их перстом.
И придвинулись они ближе.
И в мгновение ока отломил Он сей перст.
И им швырнул:
"Вот плоть моя. Ешьте!"
И ели они.
И наполнял Он грааль кровью своею.
И пили они кровь Его.
И давал Он им и другие части своей плоти,
и возливал (ещё и ещё) кровь свою в них ...
______
- А потом, папа? Что было с Ним потом?
- А потом Он умер. Умер и Воскрес. Воскрес и Вознёсся!..
- К своему Папе?
- Да, Дитя...

3.
…и меня рвёт
и я беспристрастно звоню:
"Ты ещё здесь?..",
и ты даёшь 7 миллиардов ответов,
и один из них убивает
(твоими устами шепчет Б-г):
"...а ты знаешь:
зачем люди держат козлов?..",
и выходишь из телефона,
и даёшь мне стакан брусничной воды,
и исчезает огуречный привкус,
и я выпадаю в рефрен:
"...чур-меня-чур-меня-чур..."
и, думаю я:
надо рекламировать!..
и бегу в пустошь Смауга
прямо через легион чёртовых дюжин
разбитых тухлых сердец
Малышом к Карлсону,
и вскрываю банки варенья,
и даю тебе:
- Се, -
плоть моя из моей крови...
Се!..

4.
Открывая себя вместе со всем Миром - вне времени и пространства
(внутри своих сумасшествий), -
постоянно декламируй Артюра Рэмбо:
"Все ко мне!!!
Я расскажу вам историю своих безумств!", -
и прослывёшь, по меньшей мере, богом…
...... ......
...... ......

И испечёшь вместе со всем Миром
самый большой в мироздании Хлеб,
и скажешь:
"ВОТ ПЛОТЬ МОЯ!"
И возрыдает обильными слезами Мир, жующий от умиления
"ПЛОТЬ ТВОЮ".
И ты эфемерно смахнёшь эти слёзы в его - Мира - сознание:
"ВОТ КРОВЬ МОЯ!"
И Мир сам вожделенно припадает к своим,
кровоточащим Тобой
глазницам...
и с урчанием будет посасывать оба кормила.
И есть и пить, и пить и есть...
И!..
Возрождаться...
опять алкая "ТВОЕЙ ЛЮБВИ" и "ТВОЕЙ БЛАГОДАТИ".
В общем, ДОБРА вне ЗЛА.
Вне его - Мира - понимания!..
Как когда-то - когда он, будучи ИМ,
ещё не осознавал своей Прекрасной Наготы!..
Когда ещё не вкусил той дрянной айвы,
что скормил ему твой Недоумок-Сын!
Чёрт побери!!!

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
Вебмастер