ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: лучшее из свежего

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Смешные истории: лучшее из свежего  Оцен.   Раздел   Дата   Рец.   Посет. 
 

СЕКС, КАША И ПАРОВОЗИК (18+)*

(Олег ЛИЕВИЧ)
 30  Про детей  2020-06-26  5  174
(ироническая проза)

      Пути в секс неиспо...едимы…

      Некоторые мальчики приходят в большой секс в маленьком возрасте.      
      Лично я в него пришел еще не умея ходить. Причем, сразу начал со случайных сексуальных связей.
      Сначала я натянул бублик, случайно обнаруженный у себя в коляске. Это был первый, но надеюсь, единственный сексуальный казус в моей жизни. Как тайно надеюсь и на то, что тогда это все же был не бублик, а «бубличка», то есть, бублик женского рода.
      А то если мужского!!! То это уже не просто единичный казус, а двукратный полный «каказус»!
      Следующие годы неосознанного воздержания тянулись как вечность! Ходить хорошо и ходить налево я начал почти одновременно. Прямо-ходящий мальчик прямо шел к цели!
      И второй раз у меня было по-взрослому уже с настоящей девочкой. Именно Верочка была этой девочкой, причем, самой красивой в детском садике. Так считали все мальчики и некрасивые девочки, то есть, тоже почти все.
      Мне скоро пять, ей слегка за три… Разница в возрасте придавала мне мужественности и уверенности.
      В детских садах и школах формально были запрещены телесные наказания и пытки. Но разрешалось кормить детей манной кашей. Никто не в состоянии объяснить, как три отличных продукта – крупа, сахар и молоко, в результате таинственной кулинарной алхимии превращались в комья-грудки молочной пенки – лучшее рвотное средство в мире!
      Но в стране моего детства не только была манная каша, но и не было секса. Две параллельные прямые, которые никогда не должны были пересечься.
      Я не знал, что секса нет, и родился от него, родимого. Так, с моей помощью две параллельные пересеклись.
      Налюбовавшись прекрасным личиком Верочки, я решил, что хватит созерцать только открытые ее части – пора увидеть и те, что скрыты от любопытных мальчишеских взглядов. Не имея опыта долгих ухаживаний, впрочем, и каких-либо ухаживаний тоже, я подошел к Верочке и попросил показать…
      А что, в любви я уже признался еще во вторник, жениться поклялся в четверг, а сегодня уже пятница! Пора!
      Как ни странно, Верочка просьбе не удивилась. Но женитьбы потом ей было мало. Как истинная женщина она потребовала немедленных доказательств моей любви.
      – Хорошо, – сказала она, – а ты съешь мою манную кашу?
      Взрослая сделка была тут же скреплена детским поцелуем.
      За все свои детсадовские годы я никогда с таким нетерпением не ожидал манной каши. Как назло, в меню, видимо, внесли изменения и я мучился без каши всю следующую неделю. То есть, без эротики…
      Наконец, кашу подали.
      С неудержимым рвением, но удерживая рвоту, я набросился ложкой на тарелку, как на врага: надо было успеть съесть две порции – ненавистную свою, и дважды ненавистную моей возлюбленной!
      Нянечка заметила дно моей тарелки и решила сделать доброе дело для проголодавшегося мальчика. Через мое плечо в мою тарелку опустился половник! Меня настигла добавка! Давясь то ли манкой с пенкой, то ли слезами с манкой, я осилил все три порции: основную, добавочную, Верочкину…
      Делая очередной обход вокруг нашего стола, нянечка с восторгом подняла мою тарелку вверх тормашками, демонстрируя всем детям:
      – Смотрите, какой Олежка молодец! Он вырастет быстрее всех и самый первый станет мужчиной!
      Нянечка сама не предполагала, что мужчиной Олежка станет уже через несколько минут.
      После обеда мы с Верочкой уединились в деревянном паровозике.
      Сцена в купе из фильма «Вокзал для двоих» содрана с нашей истории один в один.
      Помните знаменитое михалковское: «Веруня, сама-сама!»?
      Веруня сама – не «продинамила», оказалась девочкой порядочной, что просил-обещала – показала и даже сама разрешила (без слов) потрогать, что я (тоже молча), но с удовольствием и сделал!
      Сам!!!
      В игровую комнату я возвращался совершенно другим мальчиком. Да что мальчиком – Мужчиной!
      Ко мне бросились дружки с дурацкими малолетними вопросиками.
      Но я, как настоящий мужчина, ничего не рассказал.
      О чем мне говорить с этими сопляками?!
      Мало каши съели!

   Прим* В оригинале рассказ называется "СЕКС И КАША, или Паровозик для двоих", но на сайте название не помещается! :-(
 

Козел - предводитель (басня)

(Вадо)
 48  Басни  2020-05-01  2  277
Один козел (бородка клином)
Собрал зверей. И в речи длинной
Призвал идти вслед за собой.
Никто и не спросил: «На кой?»
Собрались все без разговоров
И за козлом поперлись в горы.
Но на скалистой на дороге
Ломал кто шею, а кто ноги…
В итоге, до конца пути
Никто так и не смог дойти.
      
Мораль понятна и без слов –
Не стоит слушаться козлов   


Разбирал старые бумаги и наткнулся на свой «шедевр» десятилетней давности. Знал бы я тогда о существовании «Хохмодрома» – наверняка бы опубликовал. Делаю это сейчас с «небольшим» опозданием. Не менее интересно, при каких обстоятельствах сие творение появилось на свет …
    В школе, на уроке литературы моему сыну задали сочинить басню на произвольную тему. Надо заметить, что учился он тогда в шестом (!) классе. Это было не просто задание – лучший автор среди учеников параллели, в качестве приза, получал «отлично» по предмету за весь год. Стоит ли говорить, что такого шанса я не мог упустить. Мой «балбес» на тот момент не часто ходил в школу, регулярно пропадая на спортивных соревнованиях и сборах. В победе я не сомневался, поскольку рифмовать всегда умел неплохо, и предполагал, что моего уровня вполне будет достаточно для победы в конкурсе шестиклассников. За вечер родились необходимые двенадцать строк. Сын переписал басню в тетрадь своим корявым почерком, и на следующий день отнес в школу. «Ну что?» -- нарочито безразлично спросил я его, заранее предполагая, как малой передаст мне восторженную тираду учительницы. «Пока никак. Читать будет. Много у нас баснописцев оказалось», -- так же безразлично ответил сын и поспешил на тренировку. Позже я узнал, что больше ста учеников четырех классов параллели представили свеженаписанные басни…
    В итоге заняли мы тогда вместе сыном обидное второе место, пролетев мимо главного приза. Кто стал лучшим? Это уже совсем другая история….
 

Случайное действие по Фрейду

(Тарасыч)
 40  Смешные истории  2020-06-22  4  164

Однажды был невольным свидетелем такой сцены. За рабочим столом сидит молодая женщина, рядом стоит молодой мужчина и что-то ей негромко говорит, наклонившись к ней и положив руку на спинку её стула. Судя по тому, что она продолжает работать, ей его присутствие не нравится. Но вот она приподнимается со стула, чтобы взять папку с документами со стеллажа, расположенного перед её столом, а мужчина в этот момент отодвигает стул в сторону. Не успела в моей голове закончиться мысль: „Ну и шуточки у него! Она же сейчас… “, как она начинает садиться на пустое место, падая, пронзительно визжит, а мужчина ловко подхватывает её на лету, но не удерживает и они кубарем падают на пол, при этом содержимое папки высыпается на них.
      На шум сбежались все сотрудники отдела и увидели, что на полу среди вороха бумаг лежит парочка в камасутровой позе – он снизу, она сверху. Все покатываются со смеху, не ведая, что этому предшествовало. Она, не слезая с него, начинает колотить его со словами:
      – Дурак! Что ты делаешь? Ты же мог меня так покалечить!
      – А что я такого сделал?
      – Как что? А кто убрал из-под меня стул? – возмутилась она.
      – Кто, я?! – удивился он, а потом добавил не с меньшим, чем у неё возмущением, – да ты сама отодвинула его в сторону!
      Поднявшись с пола, они препирались так ещё минут пять. Потом, не сговариваясь, вдруг уставились на меня, как к единственному, кто был поблизости, мог бы что-то заметить и рассудить их. К этому моменту они вроде как уже успокоились и, чтобы не „разжигать“ их вновь, я сказал, что не видел, кто отодвинул стул.
      Хотя поначалу я хотел было это сделать, но уверенные, правдоподобные, даже искренние, слова мужчины, остановили меня и побудили к мысли, что мужчина сделал это непреднамеренно, совершил так называемое „случайное симптоматическое действие“ по определению психоанализа Фрейда. Оно производится „чисто случайно“, „ни о чём при этом не думая“, в виде симптома скрытого в глубинах психики намерения, о котором субъект действия не подозревает и отрицает его существование. Но это скрытое намерение полно смысла и его можно толковать.
      Очевидно, что она ему нравится, он за ней ухаживает, но она его отвергает. Тогда его „бессознательное“ рассуждает так: „Если отодвинуть стул, она будет падать, я её поймаю, обниму, ощупаю, получу удовольствие … и она, оценив мой „героический поступок“ (спасение от падения), будет тогда ко мне благосклонна“.

      P.S. После этого случая его долго не было видно в нашем отделе, потом зачастил, подсаживался к ней и они о чем-то там подолгу шушукались. А когда стала заметна её беременность, он смылся. Добился-таки своего, сукин сын!
 

Неуч

(Вадо)
 39    2020-06-05  6  231
Хочу рассказать вам, ребята, одну историю. Рискую, конечно, сильно, поскольку есть шанс упасть в ваших глазах ниже уровня пола. Но, как говорится, уже начал…. Было это чуть более 30 лет назад, когда я, в, статусе серого троечника, закончил восьмой класс. Идти учиться в техникум, а тем более в ПТУ желания не наблюдалось, поэтому оставалась одна дорога – поступить в девятый, чтобы хоть как-то получить среднее образование. Этого, в свою очередь, совсем не хотела директриса, мотивируя тем, что для зачисления должен быть высокий средний балл, чем я, как вы понимаете, похвастаться не мог. Мой отец более часа пробыл в директорском кабинете, после чего туда вызвали меня: «Садись – пиши». На белоснежном листе бумаги я под диктовку написал фразу, которую до сих пор помню дословно: «Обязуюсь в девятом классе учиться без троек».
    В следующий раз я оказался в кабинете директора уже после окончания первой четверти. Мне ставилось в вину, что я не сдержал данное обещание. Я же, наоборот, доказывал обратное. Ситуация выглядела так: троек действительно не было, но, так любимые хохмодромовцами, двойки, стояли у меня, в качестве четвертых отметок, по целому ряду предметов… Вы не верите? К сожалению, это – чистая правда.
    Школу мне все-таки удалось закончить. Правда матушка моя, как бывшая отличница, игнорировала все родительские собрания, поскольку факт осознания того, что единственный сын абсолютно не желает учиться, давался ей очень тяжело… А потом, после выпускного, началась взрослая жизнь, где я себя чувствовал уже намного более уверенно…
    Почему я вспомнил вдруг эту историю? Сегодня позвонила учительница по физике младшей дочери. Суть ее звонка сводилась к тому, чтобы я летом проконтролировал, как дочь на каникулах будет решать заданные задачки на закон Ома. Я очень вежливо попросил преподавателя начать с того, чтобы напомнить мне, кто такой Ом? Вместо ответа, после непродолжительной паузы, в трубке раздалось робкое «Извините» и короткие гудки...
    Вспомнились школьные годы… Тот самый кабинет директора… Открыл Хохмодром, чтобы как-то поднять настроение, но почему-то в голову лезли мысли о том, как мне неоднократно разные авторы указывали на грамматические ошибки в стихах. И так вообще тоскливо стало… Написался простенький, но искренний стишок:

      Маме так легко давались знания
      (До сих пор медаль хранится дома)
      Сын мой получил образование –      
      Обладатель красного диплома.

      Фактам я не придавал значения,
      А сегодня -- словно клемануло.
      И не покидает ощущение,
      Что на мне природа отдохнула…
 

СЕСТРЫ ПО КРОВИ

(Олег ЛИЕВИЧ)
 16    2020-07-02  2  37
(Этюд в багровых тонах)

      – Прощай, Оружие, – сказала Пуля
      и вылетела из Ствола в чье-то Сердце…
      Автор.

      Врожденная дурь вырождающегося человека разумного превратила город в поле боя. Летят «в поле» пули, две оказались рядом, как им и положено – дуры на всю голову, вернее, на весь калибр. Одна дура, самая крупная, 7/72, другая – чуть меньше, 7/62. Навстречу им третья, мелкая, на дуру не тянет, так – дурочка, всего 5/45.
      – Привет, мелкая, – свысока просвистели две крупные. – Куда летишь – метишь?
      – Я к вашим, – уважительно ответила младшая по калибру…
      – Дура мелкая, – перемигнулись старшие. – Мы оттуда, ничего интересного, тупость и скука. Давай с нами?
      – Не могу, дела, – робко запротестовала мелкая.
      – Слышишь, дела у нее! – возмутилась 7/72 к 7/62. – А мы с тобой, оказывается, дуры, от не хрен делать летаем!
      – Не свисти, – авторитетно просвистела старшая мелкой. – Кидай это мокрое дело.
      – Сколько той жизни! – поддержала главную пулю средняя.
      – Как можно, траектория же?! – робко противилась мелкая крупнокалиберной идее.
      – Не будь дурой, малая, – по-матерински сказала старшая. – Или ты возомнила себя снайперской?
      – Что вы? – испугалась мелкая подозрений статусных больших пуль.
      – Прикинемся шальными и пошалим, – проинструктировала крупная.
      – А не залетим? – почти сдалась мелкая.
      – Залетим! – весело блеснула стальной улыбкой средняя. – За угол!
      Пули, прикинувшись шальными, дружно залетели за угол. Это был их день! За углом был бар. Бар был полон людей, и ни одной живой души.
      – Нам здесь делать нечего – остаемся, – решила крупнокалиберная за всех. – Видите, как хорошо поработали дуры ответственные, можем бездельничать с чистой незапятнанной совестью.
      На полу, стойке, столиках и лавках лежали трупы, багровые пятна украшали интерьер.
      Незапятнанные работой шальные подруги увидели чистый незапятнанный уголок:
      – Падаем! – распорядилась крупнокалиберная.
      – А бухло? – спросила средняя.
      – Мелкая, слетай, пока не попадали, – велела старшая.
      – Я мигом! – исполнительно сверкнула мелкая.
      – Пулей! – поправила средняя.
      – А сколько брать?
      – По гильзе на брата! – определила дозу средняя.
      – На сестру! – заискивающе осмелела мелкая и исчезла.
      Летала недолго, нашла гильзы соответствующих калибров, наполнила, и, балансирую вокруг условной траектории с допустимой погрешностью, чтобы не пролить, подала новым подругам.
      Начали культурно, с «Кровавой Мэри».
      – Ну, дуры, за что выпьем? – подняла свою не свою гильзу старшая по калибру.
      – Логично за встречу трех поколений! И трех калибров… – рискнула предложить осмелевшая до дерзости мелкая.
      – А ты не такая уж и дура, – поощрила мелкую средняя…
      Не такая уж и дура и две дуры выпили…
      Логичным был и второй тост – за вторую половинку: чтобы каждая пуля встретила любящее сердце.
      Дальше логика еще кое-как сохранялась, но масштабы менялись в сторону роста: третий тост – за третью мировую войну, вот где можно развернуться!
      О дальнейших полетах к барной стойке после того, как пули попадали уже от выпитого, не могло быть и речи.
      Но когда это желанию выпить мешала невозможность летать?
      Сначала способом перекатывания нектар смерти поставляла мелкая. А когда выяснилось, что она спьяну неправильно рассчитала объем на свой вес, в процесс из полной "отключки" включились старшие по калибру, то есть, старшие по дури…
 

История одной женитьбы

(Ирина Зуенкова)
 15    2020-07-01  1  32

Он:

Разрешите приколоцца?
Я отвязанный хожу.
Прогуляцца до колодца,
И потрогать неглижу…
Аль вам мама не велела?
Али папа ввёл запрет?
Я тихонько, я умело,
Соглашайтесь тэт на тэт.
Не стращайте сковородкой!
Ах, забудьте кочергу!
(ну и девка, пёс ей в глотку,
Домогнуться не могу!)

Она:

Мне от ваших тэтатэтов,
Так скажу: резону нет.
Чать не сало жрём, котлетов,
И включаем интернет…
Правда он ничо не кажет,
Баловство одно и жуть,
А однажды я в ём даже
Увидала с вымя грудь.
Это чё ж это такое?
Пересаживают, что ль?
А ещё спрошу, доколе
Будет питься алкоголь?
Мужиков не сыщешь трезвых,
В лёжку все, как тятькин хряк.
Стариков пяток облезлых,
Аки с крейсера «Варяг»
Да вот вы ишшо, проказник,
Понаехали сюда.
А, плевать! Пошли в заказник!
Все запреты – юрунда!

Он

Дык, о то ж другое дело!
А с тырнетов что за прок?
На меня ложитесь смело,
Чать, надёжный я пирог!
( уболтал таки, девчонку!
Ну и ну, сноровка есть)

Тут с весёлой песней звонкой
Вышел будущий мой тесть:
- Это что за панорама?
Разъедрить твою кудрить!
Брысь домой, задаст там мама!
А тебе, «жених» - не жить!

Долго с ним мы пили вместе,
Но сначала подралИсь.
Так и стал мужик мне тестем…
И детишки завелись…
 

Сквозь линзы розовых очков

(Ирина Зуенкова)
 45    2020-03-21  4  370
Сквозь линзы розовых очков
Казалась жизнь красивой сказкой;
Как ствол берёзы без сучков,
Как механизм с надёжной смазкой.

А кто захочет снять очки
Живя в беспечном виртуале,
Где засоряются мозги
Везде, куда бы ни попали?

Петро попал на сайт знакомств.
В кого ни ткни - все королевы!
К нему согласны ехать в Омск
Высокопробной масти девы.

Что в Омске у него дворец
Петр написал в своей анкете.
Он в этом деле лучший спец!
И врать прикольно в интернете.

Конееечно фото не своё,
А загорелого артиста.
Что началось тут, ё-моё!
Его желающих - штук триста!

Ажиотаж как на курорт;
На Омск раскуплены билеты
Несут багаж в аэропорт.
Снежаны, Яны, Стеллы, Светы...

Живя от Омска далеко
В любви поклялся Петя каждой.
Ведь жить без шуток нелегко,
А он шутил так не однажды.
 

ДВЕ ПОСЛЕДНИЕ ВСТРЕЧИ (18+)

(Олег ЛИЕВИЧ)
 12    2020-07-01  3  47
МЕТАМОРФОЗЫ,
      или
      Две последние встречи

      (ироническая проза)

    Жили – не дружили два разных одноклассника.
    Один – двоечник, хулиган. Именно с такими мальчиками девочки целуются, а то и позволяют большее…
    А второй – читает, пишет, мечтает – скромный, сам на девочку если и посмотрит, то вместо нее тут же и покраснеет. Именно таким мальчикам не «улыбаются» даже девичьи поцелуи, а тем более – большее. У таких мальчиков девочки только списывают и уже этим делают их счастливыми и несчастными…
    Прошли годы, случилось многое, изменилась мода.
    Хулиган ничего не добился в жизни. Сначала прекратились согласия повзрослевших девочек «на большее», потом на поцелуи, потом даже на меньшее.
    А читатель-писатель-мечтатель стал, как говорят, подыматься. Чем вертикальнее по социальной лестнице, тем чаще оказывался горизонтально с очередной красавицей, а то и с внеочередной…
    Однажды автомобиль с успешным мечтателем остановился на красный. К переднему пассажирскому окошку подбежал продавец газет, бывший хулиган.
    Окошко опустилось, оба узнали друг друга, обменялись дежурными «приветами».
    – Вот, хорошая газета, продаю… – как бы объясняется хулиган.
    – Хорошая, я ее издаю, – как бы оправдывается мечтатель. – А живешь как? – спрашивает у хулигана.
    – Потихоньку, – отвечает хулиган. – А ты?
    – Ну, уж нет! – развеселился мечтатель. – Жить надо громко! Потихоньку я только пукаю!
    И под веселый девичий хохот на задних сидениях машина на зеленый тронулась с места.
    Следующая встреча, вторая и последняя, случилась через год. И снова один – за рулем, а второй – пешком. Но теперь пешком – успешный мечтатель, а за рулем – хулиган.
    За рулем поломоечной машины, ведь встретились в супермаркете.
    – Смотрю, у тебя все налаживается, – язвит мечтатель, до сих пор помнящий свои подростковые душевные травмы. – Решил тоже жить громко?! Едешь высоко! «Дудишь» далеко!
    Водитель «поломойки» старается не остаться в долгу, и злобно:
    – А у тебя вроде тоже налаживается, женщина появилась… Красавица! Небось, в кредит брал?!
    – Ну, что я, дурак?! Это же не поломоечная машина! В лизинг!
    Откуда неучу-хулигану знать, что такое «лизинг»?
    – Какой лизинг?! – переспросил он растерянно.
    Красивая спутница успешного мечтателя, польщенная ранее хулиганским комплиментом – «Красавица», решила отблагодарить благородного всадника поломоечной машины мощностью аккурат в одну лошадиную силу.
    – Какой лизинг? О-о-о-о-о, волшебный! Ни одна женщина не устоит!
    И, предприняв похвальную попытку подумать, красавица добавила:
    – И не улежит! Лизинг божественный!
    Тут благородный всадник не стерпел, пришпорил своего поломоечного коня, и громко «дудя» клаксоном, «ускакал» вдаль, похоже – навсегда.
 

ГЕНКА - ПОГРАНИЧНИК.

(ЮРИК)
 26    2020-05-28  0  165
С ПРАЗДНИКОМ!!!

Генка Одзеляев служил на границе.
Вроде вот так не повезло парню, что целых два года, безвыездно, он охранял один из малых Курильских островов, обходя его по полному кругу, охраняя границу, тогда ещё Советского Союза. Из всех развлечений на заставе был клуб, в котором изредка примерно раз в неделю демонстрировали какой-нибудь новый фильм завезённый с большой земли, но в фильмотеке клуба были и своих два фильма, которые значились собственностью заставы. Сорок раз за службу Генка просмотрел фильм «Чапаев» и почти ровно столько же «Свадьбу в Малиновке». Но служба на границе, так торкнула Генку, что после армии, он частенько в крепком подпитии рассказывал столько всяческих приключений, что мы порой слушали его рассказы с открытым ртом, поражаясь способности Генки выдумывать невероятные истории-сказки.
Многого я конечно не запомнил из Генкиных рассказов, но как говорится навсегда врезались в память несколько сказочных историй.
Как-то выпивали мы в гараже, на закусь была икра кабачковая, тут эта икра и толкнула Генку к воспоминаниям, о своей пограничной службе.
- Икры у нас на заставе в столовой всё время целые бочки стояли, красная в основном, но и чёрную ложкой ел.
Речушка на острове была, так небольшенькая, а вот рыбы в ней больше чем воды было. Так вот и посылал нас начальник заставы в нерест за икрой. Мало кто её ел, так бочка в столовой в углу стояла, вдруг кому захотелось, так подходишь ложкой из бочки, в тарелку и на стол.
А мы вот сейчас кабачковой закусываем, что за страна такая?
Там девать некуда, а здесь цена ужас космический.
Поварихи на заставе у нас две было, щедрые бабы, на секс не скупились, всем безотказно давали. Видно приказ у них такой был, а как забеременеет её на большую землю увозили, а присылали другую, такую же добрую.
Говорят они детей потом в детдом сдавали, пограничников из них выращивали, а из девочек поварих готовили. Вот от меня одна повариха и родила.
Долго мне письма писала. Пацан точно был мой, как две капли воды похож, даже наколка на руке, вот такая точно и Генка показывал руку с надписью его имени. Сейчас уж большой наверное, на границе где-нибудь служит.
Начальник заставы у нас из того же детдома был, вот от него я и узнал про это.
- Ну, ты про наколку брось брехать. - проговорил недавно подошедший Василий.
- А ты фару у мотоцикла потуши.
- Какую фару? Недоумённо спросил Васька.
И тут Генка анекдот выдал.
«Сидят рыбаки, хвалятся друг другу, кто какую рыбину поймал, размеры конечно невероятные (от метра примерно). Тут один и говорит, а я вот как-то тяну сил нет, привязал леску за уазик, вытаскиваю, а там немецкий мотоцикл и фара горит. Тут другой ему и говорит, ну ты насчёт фары брось.
А первый отвечает, ты размер у щуки убавь, а я фару потушу».
Ты же вот Васька жизнь прожил, а не знаешь, что киты взрываются.
- Как это взрываются?
А всё просто, выйдет кит в берег при приливе и лежит на берегу подыхает. Гнить начинает, в океане бы его сожрали конечно, а на берегу некому, вот он раздувается весь, раза в три больше становится, а потом раз и взорвался. Ошмётки от кита по всему берегу, вонища.
А японцы хитрые гады, так они прибор в кита прямо в тело вживляют, или в желудок вставляют, точно не знаю. А как кит взорвётся на берегу, так вот эта самая птичка от взрыва включается и летает над островом и видео всё японцам передаёт, что у нас на острове творится.
Вот такую фиговину я прямо из карабина одним выстрелом.
Если бы при мне война случись, точно бы снайпером был, стрелял без промаха. Командир тогда наградить меня хотел, а тут оказия произошла со мной, чуть до суда дело не довели, кое –как от дисбата спасся, хоть и не виноват был ни в чём.
Идём мы как-то по берегу. Обход берега, гляжу кит на берегу.
Я как положено вызываю катер-сторожевик по рации, цепляем кита и сторожевик его в океан тянет, а тут у них мотор забарахлил.
Кит оказывается не дохлый был, вот он и потащил наш сторожевик в Японию. Пока мотор починили, уже в Японии.
Японцы как увидели сторожевик Советский, так в панику.
Международный скандал, а крайним меня сделать хотели, нашли стрелочника. Хорошо начальник заставы в обиду не дал. Золотой человек.
Так вот и остался я без награды.
А пираты, ой да те часто нападали, сокровища им девать некуда, так они и норовили у нас на острове их прикопать.
Так смотришь плывут, Дегтяря ставлю на ножки и пару очередей, иногда уходят, а иной раз знамя белое выбрасывают и шлюпку присылают, на берег просятся, мы не пускали.
А вот на соседнем острове проморгали, недоглядели, так они там бочек тридцать с сокровищами оставили.
Оказалось в бочках отходы радиоактивные, а в воду нельзя их, реакция какая-то. Так вот они и искали берег, чтоб прикопать.
Пираты, они сейчас не те, что на одной ноге, теперешние на таких кораблях, что ни в жизнь не догонишь. Сторожевики и не гонялись, как дадут залп, так они сразу ко дну. Так вот и прибило к нам бабёнку пиратскую, чёрная такая, мулатка по ихнему, мы её Пятницей назвали. Так она целый месяц всю заставу веселила, только нет, наши поварихи завсегда лучше были.
-Так, куда же вы Пятницу дели?- опять спросил Васька.
-Как куда, японцам продали, у них баб там маловато вот начальник и продал.
- Ну ладно пацаны, пойду я, день пограничника завтра, подготовиться надо,- Сказал Генка и вышел из гаража.
 

О трудностях борьбы с пьянством

(Неуважай-Корыто Варвара)
 60  День юриста  2020-04-01  0  366
Этот анекдот рассказал Андрей Норкин в передаче Место встречи

Как у тёти Маши приключилась горе -
С обыском нагрянул участковый к ней.
Аппарат в сортире был замаскирован,
Но нашёл чертяка, ирод и злодей!

Тетя Маша плачет: аппарат негодный,
Ничего не гонит, старый, не у дел.
Раньше, было дело, гнал он самогонку,
А теперь давно уж  ржавый раритет.

Участковый тычет уголовный кодекс-
Я статью могу вам из него прочесть.
Самогонку гнать он, может, и не может,
Но ведь, согласитесь- аппарат-то есть!

И гарант закона непоколебимо
Послюнявив ручку пишет протокол.
Понятые стонут неопохмелимо,
Плачут и стенают- как суров закон!

Встала тётя Маша тучей, руки в боки,
Мысль проскочила в голове у ней.
Вот и пусть послужит уголовный Кодекс
Не для участковых, а для всех людей!

Встречный иск подам я- тетя Маша молвит -
Напишу заяву, что средь бела дня,
Пьяный участковый, потерявши совесть,
Как кобель дворовый сильничал меня.

Что ты, тетя Маша! -Охнул участковый-
Даже в мыслях нету посягать на честь.
Я забыл как это... заржавел давно уж,
И совсем негодный в ножнах старый меч.

Понятые сразу что к чему смекнули,
Чуя долгожданный, верный опохмел.
На защиту смело, дружно встали грудью,
И предотвратили страшный беспредел:

Логика простая, как велит ваш кодекс -
Вовсе и не надо посягать  на честь.
Не было насилья (аппарат негодный),
Но ведь согласитесь- аппарат-то есть!
 

День третий. Утренний дневник ве ...

(Хохмодрил))
 46    2020-04-13  0  298

День первый тут: - Жми сюда

День второй тут: - Жми сюда

Альтернативная вселенная Хохмодрила.
Утренний дневник вечернего ленивца!
Самоизоляция как путь, который нам, не рекомендуют проходить, а, сука, придётся!

День третий, гнетущий, но вдохновляющий!

8.00 – Ну и какого хрена я так рано проснулся?? Ладно, уделю 5 минут новостям…
8.50 - СУКА! СУКА!! СУКА!!!
09.00 – я, на работе и вовремя. Это просто абстракционизм с импрессионизмом на пару!
09.01 – ну, и нахрена я сюда пришел???
09.30 – шеф с остервенением воткнул мне под мышку термометр и обозвав хлюздапёром подрейтузным, вручил для заполнения три журнала: замер температуры сотрудников, мониторинг дезинфекции поверхностей, и влажная уборка помещения.
12.00 – Оказывается, если перед сном провести дезинфекцию в закрытом помещении, то сон снимает, как рукой! Правда с шефа тоже… Он клятвенно пообещал, что я не дождусь оттёка лёгких, от отравления хлором. И знаете почему? Потому что он сам меня придушит, чем испортит короновирусу всю статистику! И ощерившись как неврастеник, побежал, открывать форточки, что-то рыча про Бибу и Бобу в одном флаконе…
12.30 - чтобы отвлечься от горестных мыслей, пытаюсь «гуглить» в YAHОО превосходство противовирусных антисептиков над грибковыми. Говорят, что-то в этом есть такое, завораживающее…
13.50 - YAHООйегознает – поисковая система, которая нихрена не может найти!
14.00 – На запрос «Антисептик и обогащение урана с помощью похищенного ученного» - выдаёт какую-то ахинею про центробежную силу, жидкую тепловую диффузию и 4%-ный изотоп 235U. Не по Эйнштейновски как-то…
15.00 – Специально одел перед сном маску, потому что «должен страдать»!!
15.10 – Шеф интересуется, почему я больше утробно не урчу, а стону как грязная сучка, когда трусь лицом о свою клавиатуру.
15.15 – я объяснил.
15.16 – он не понял.
15.17 – смотрю на него с издёвкой.
15.18 – так больше продолжаться не может.
15.19 – синхронно застонав, опускаем глаза. Ничья!
16.00 – ни одного клиента за весь день.
16.01 – ни одного влажномозгого, ноздреглазого и косопупого… - «О! Здравствуйте! Да, у нас всё есть! Мы заблаговременно позаботились о наличии товара! Естественно! Только лучший производитель! Почему на стеллажах строительного магазина только гречка??? Дмитрий Николаевич можно я выкину этого ублюдка за дверь? Вы сами? Ну ладно, уступлю конечно!»
17.00 – Почему-то никто к нам не приходит…
17.45 – «Дмитрий Николаевич, а можно мне уйти пораньше с работы? Еще в первой половине дня в неоплачиваемом отпуске? Ну, я тогда пошёл? А, через пятнадцать минут? Вот спасибо!!»
18.35 – «А проверяющие точно будут через пять минут? А то просто получается, что я хотел уйти раньше, а уйду позже… Пох@й? Ну, вам то пох@й…»
19.40 – Зато теперь у меня нет работы! Да здравствует самоизоляция!!!
 

В чём-то Киса был прав...

(Лев Красоткин)
 30  День банкира  2020-05-28  0  166

Получил налоговое уведомление и вспомнилась сцена из "Двенадцати стульев". Причём попадание суммы комиссионного сбора стопроцентное! Правда базовая сумма немного иная... Помните, когда на аукционе Остап заявил цену 200 рублей и выиграл торги в одну калитку? А дальше что происходило помните? Так я вам напомню.
______

— А почему же двести тридцать, а не двести? — услышал Ипполит Матвеевич. Это говорил Остап, вертя в руках квитанцию.
— Это включается пятнадцать процентов комиссионного сбора, — ответила барышня.
— Ну, что же делать. Берите.
Остап вытащил бумажник, отсчитал двести рублей и повернулся к главному директору предприятия.
— Гоните тридцать рублей, дражайший, да поживее, не видите — дамочка ждет. Ну?
Ипполит Матвеевич не сделал ни малейшей попытки достать деньги.
— Ну? Что же вы на меня смотрите, как солдат на вошь? Обалдели от счастья?
— У меня нет денег, — пробормотал наконец Ипполит Матвеевич.
— У кого нет? — спросил Остап очень тихо.
— У меня.
— А двести рублей?!
— Я… м-м-м… п-потерял.

Остап посмотрел на Воробьянинова, быстро оценил помятость его лица, зелень щек и раздувшиеся мешки под глазами.
— Дайте деньги! — прошептал он с ненавистью. — Старая сволочь.
— Так вы будете платить? — спросила барышня.
— Одну минуточку, — сказал Остап, чарующе улыбаясь, — маленькая заминка.

Тут очнувшийся Ипполит Матвеевич, разбрызгивая слюну, ворвался в разговор.
— Позвольте! — завопил он. — Почему комиссионный сбор? Мы ничего не знаем о таком сборе! Надо предупреждать. Я отказываюсь платить эти тридцать рублей!
______

Теперь сижу и думаю - а не пойти ли путём Кисы Воробьянинова в отказ? Тем более, что с него брали 15% от суммы, а с меня 7143% )))))

[Видео]
 

БОЛЬШОЕ ВИДИТСЯ ИЗДАЛЕКА

(Алик Кимры)
 11    2020-06-30  0  42
Потомки русских царей живут за бугром.
Потомки революционеров живут за бугром.
Потомки советских генсеков живут за бугром.
Беглые олигархи живут за бугром.
Видные опозиционеры живут за бугром.
Семьи крупных чиновников живут за бугром.

...И это забугорное засилье
Рвёт жопу – обустроить как Россию
?
 

Мечта Акакия

(Ирина Зуенкова)
 10    2020-07-01  1  33
Как мечтал Акакий ФИО
Подчистую заменить!
И звучало чтоб красиво,
И удобно было жить.

Не Акакий Зафуфырин,
А, к примеру, Глеб Жеглов!
Мало, что ль красивых в мире?
А его? Да нету слов!

Эх, зачем его мамаша
Зафуфыриной была?
Назвала хотя б, Аркаша...
Не хватает просто зла.

И решил Акакий: завтра
Непременно в ЗАГС пойду!
Хватит в жизни быть за кадром!
Надо, чтобы на виду.

Сам себе придумал ФИО.
Верил, сбудется мечта!
Владислав Петрович Кио!
Там сказали:
- Вам куда?

Для замены основанья
Очень веские нужны.
Вам, Акакий, для заданья,
Иль для бега со страны?

Зафуфырин прослезился:
- Как мне с этим ФИО жить!?
Хорошо, что хоть не спился,
Хоть и начал с детства пить.

Не сбылась мечта. Акакий
Взял фамилию жены.
Только имя...просто мраки...
У него росли сыны...
 

Программа

(Камикадзе)
 17    2020-05-26  1  140
…Голос в наушнике звучал нарочито бодро:
– Программа новая, экспериментальная, её возможности до конца не изучены, но первые тесты показали очень неплохие результаты. Поскольку наша компания испытывает э… временные трудности с доставкой посылок на вашу планету… В общем, мы думаем, что Вы останетесь довольны. Главное – чётко и правильно формулировать свои желания. Удачи!

Алекс потёр переносицу. Да уж… Как всегда, обещали золотые горы. Ещё бы! Быть первопроходчиком на новой, недавно открытой планете – дело рискованное и непростое! А в итоге опять какие-то заморочки. Он уже третий месяц здесь, до смерти надоели консервы, не хватало инструментов и приборов для полноценного изучения и освоения Целесты. Планета-невидимка словно пряталась от человеческого внимания, но учёным удалось просчитать всё, включая условия, позволяющие человеку здесь существовать. Не хватало информации о флоре и фауне, опасных неожиданностях, которые могли подстерегать Алекса, но он привык рисковать. Не первая трудность на его пути. Вот только новый способ доставки… Что ещё за программа?
      Алекс открыл письмо с полученными файлами. Вроде всё просто… Загрузить, подключить микрофон… Для большего комфорта – соединить с датчиком на запястье, чтобы не зависеть от главного компьютера.

– Так… Для начала я хотел бы просто поесть. До смерти соскучился по барбекю. Слона бы съел! – Пробормотал Алекс и тут же прикусил себе язык, но было уже поздно – в комнате исследовательской станции, заняв собою всё свободное пространство, возникло небывалых размеров блюдо. В огромной зажаренной туше угадывался слон.
– Ох ты, мать честная… Что ж мне с этим всем делать? Чтобы осилить такую гору мяса, нужна целая стая голодных котов, не иначе…
… Десятки орущих животных заполонили станцию. Проклиная свою бестолковость, Алекс пулей вылетел наружу – благо атмосфера и температура планеты позволяли такое легкомыслие.

Собраться с мыслями – вот что главное. Кошки рано или поздно закончат трапезу, нужно выгнать их на волю – пусть осваивают новые территории. Надеюсь, им тут будет на кого охотиться… Если только кто-то не станет ловить их. Местная фауна… Он же для этого здесь? Изучать и вести записи, собирать пробы, образцы. За всё время, пока велась работа, Алекс еще толком никого не видел, если не считать мелких насекомых и маленьких земноводных, похожих на помесь цыплёнка и ящерицы. Эти «крокоцыпы», как мысленно окрестил их Алекс, очень смешно и быстро бегали на двух задних лапах и виртуозно ловили всё, что летало и ползало вокруг. Но с кошками им не справиться. Вот если бы они были крупнее… Алекс хмыкнул:

– При такой ловкости и прожорливости! Эти твари превзошли бы тираннозавров! Хотел бы я посмотреть на эту картину!

      * * *

– Алекс, Алекс! Вы не выходите на связь уже неделю! У Вас проблемы? Алекс, отзовитесь! Мы высылаем спасательную экспедицию. Нам поступили сведения из других источников о проблемах с программой… У Вас всё хорошо? Алекс????

… Монитор, обвитый стеблями местных лиан, жалобно мерцал сквозь густую зелень, и голос звучал всё глуше и неувереннее. Неплотно прикрытая дверь станции медленно качалась от ветра. И только где-то вдали затихал торопливый топот какого-то стада…
 

В одной скрепоносной стране (ане ...

(Оleg Wral)
 3    2020-07-01  0  38
Свершилось! В одной скрепоносной стране терпящей бедствия и несущей колоссальные убытки от санкций и встречных санкций, наконец-то обнулили царя. На мировом политическом небосклоне, во всю ширь и глубь воссиял луноликий лик обнуленного государя.

-Наконец-то и мы заживём, как люди! Ужо надёжа царь-государь нашими феодалам и либерастам спуску-то не даст, – радостно стали восклицать скрепоносцы. - Сбылись наши чаяния… Лишь бы не было войны.

И тут же, как бы вторя чаяниям народа из Пошехонии до скрепоносной столицы стали доноситься звуки розг и стоны новых крепостных… Это на конюшнях вновь воссозданных дворянских поместий: князей Дурново, Юсуповых, графьёв Шереметьевых со товарищи - пороли провинившихся крепостных… Душевно - с оттяжечкой.
 

День второй. Полуночный дневник ...

(Хохмодрил))
 42  Коронавирус  2020-04-06  0  283

День первый тут: - Жми сюда

Альтернативная вселенная Хохмодрила.
Полуночный дневник утреннего ленивца!
Самоизоляция как путь, который нам, видимо, не суждено пройти…

День второй, плавно перетекающий в третий!

8.00 – А переставлю ка я… Да нихрена я перставлять не буду, ясно??!! Когда проснусь, тогда и проснусь!!
8.50 - СУКА! СУКА!! СУКА!!!
09.00 – я, на работе и вовремя. Это просто сюрреализм какой-то!
09.01 – ну, и нахрена я сюда пришел???
09.30 – шеф с остервенением отобрал старую маску и латексные перчатки, обозвав балдафеем корчежопым и вручил новый комплект. Интересно куда делась его чарующая улыбка?
12.00 – Оказывается, даже если перед сном снять маску и перчатки, то всё равно всё будет страшно чесаться и зудеть! И таки да, трогать и чесать опять нельзя!
12.30 - чтобы отвлечься от горестных мыслей, пытаюсь гуглить превосходство трёхслойной туалетной бумаги над четырёхслойной. Говорят, что-то в этом есть такое, завораживающее…
13.50 - Нехуyandex – поисковая система, которая нихрена не может найти!
14.00 – На запрос «Туалетная бумага и корпускулярно-волновой дуализм» - выдаёт какую-то ахинею про квантовую механику и эмпирическую закономерность при дифракции электронов. Не по Планковски как-то…
15.00 – Опять забыл снять перед сном маску!!
15.10 – Шеф интересуется почему я больше утробно не урчу, когда трусь лицом о свою клавиатуру.
15.15 – я объяснил.
15.16 – он не понял.
15.17 – смотрю на него с издёвкой.
15.18 – так больше продолжаться не может.
15.19 – я проиграл игру в гляделки.
16.00 – ни одного клиента за весь день.
16.01 – ни одного сраного, задрипанного и зачмурыганного… - «О! Здравствуйте! Да, у нас всё есть! Мы заблаговременно позаботились о наличии товара! Конечно! С радостью вам продадим абсолютно всё что у нас есть в наличии! У нас нет того что вам нужно? Вы пришли за гречкой в строительный магазин??? Дмитрий Николаевич можно я выкину этого ублюдка за дверь? Вы сами? Ну ладно, уступлю конечно!»
17.00 – Почему-то никто к нам не приходит…
17.45 – «Дмитрий Николаевич, а можно мне уйти пораньше с работы? Через пятнадцать минут? Вот спасибо!!»
18.35 – «А машина с гречкой точно будет через пять минут? А то просто получается, что я хотел уйти раньше, а уйду позже… Пох@й? Ну вам то пох@й…»
19.40 – Зато теперь у меня два комплекта масок и перчаток!
 

ДА, БЫЛИ КОГДА-ТО И МЫ ЖЕРЕБЦАМИ ...

(Соломон Ягодкин)
 3    2020-06-26  1  62

Да, были когда-то и мы жеребцами! А теперь даже на конину, и ту не берут, а до пенсии ещё ковылять и ковылять...

Вот раньше: «Проститутка Троцкий», «Генетика – продажная девка империализма», а сейчас, ну разве это секс? Одним словом мелко-пакостный разврат, за который надо ставить к стенке, чтобы наш высокий секс не мельчал…

Любовь с первого взгляда и любовная атака с первого захода – это далеко не одно и то же, хотя многие и путают. А потом ещё удивляются, когда им ласково говорят: «Женись!», иначе будет тебе секир-башка. Одно успокаивает, что всё остальное можно будет потом, после свадьбы, наверстать...

За педикюр просто обидно, можно подумать, что его делают одним только педикам. Но не одними педиками прекрасен этот мир, и поэтому все педикюристы мира могут спать спокойно, патриоты тоже на ногах хотят красивые когти иметь...

Мужики были все как на подбор, их оставалось только подобрать, и согласно графику в шкафу на вешалках развесить, чтобы их потом было удобно оттуда по мере надобности доставать…...

Педики играли в «салочки», и на время даже забыли о том, какие они – жуткие развратники, до того им было хорошо и приятно. А почему нам хотя бы в этом не брать с них пример, в особенности, если вы навострились потом в пединституты поступать?..

Мужик оказался как молодой огурчик, весь – в пупырышках. Но после третьего стакана он и такой сойдёт, тем более, что любая наша дама без труда может по три стаканЫ эти себе на грудь опрокинуть, и только уж потом, по Шолохову, добрым огурчиком закусить...

Оба они так нежно любили друг друга, что, несмотря на свою половую однобокость, нарожали друг другу кучу прелестных ребятишек, которые тут же разбежались кто куда, чтобы только подвиги своих предков не повторять. Так что горе-родителям каждый раз приходилось начинать всё сначала...

У извращенцев не должно быть детей, потому что они сами ещё – как дети, которых вовремя не поставили в угол. А может и наоборот, всю свою жизнь только в нём и провели...

Если мужика раздеть, то в нём всегда есть что-то от голой бабы, но только не такой сильной и мощной, чтобы она это чмо ещё и под венец повела...

Озлобленный мужик тоже напоминает мегеру, но только в штанах, зря только на него штаны пошили. Вполне хватило бы намордника и цепи, чтобы дальше своей будки он ни лапой, ни ногой...
 

Самая читающая страна

(Тарасыч)
 35    2020-05-07  0  183

Социологический опрос рабочих и служащих:
— Как вы живёте?
— Хорошо.
— Что вы читаете?
— Газеты и журналы. Иначе откуда я знал бы, что живу хорошо?
      (Анекдот советских времён)


      В далёкие советские времена наша страна была самой читающей в мире. Каждая семья выписывала несколько наименований газет и журналов, которые печатались миллионными тиражами. Но, несмотря на это, многие подписные издания (особенно литературно-художественные и научно-технические) были лимитированы; говорили, что из-за нехватки в стране бумаги.
      Меня, как радиолюбителя, прежде всего, интересовал журнал „Радио“. Его тираж составлял более миллиона, но подписаться на него было практически невозможно. Приходилось его добывать разными путями. Надо было: либо в первый день подписки ранним утром, а лучше с ночи, на Главпочтамте занять очередь и отстоять в ней целый день; либо договориться с каким-нибудь продавцом киоска „Союзпечать“, чтобы он оставлял журнал за вознаграждение (обычно за рубль); либо оформить подписку на подставное лицо (начальника, партийца). А однажды мне довелось подписаться на журнал по блату.
      Дело было так. Где-то во второй половине восьмидесятых годов, когда в стране началась перестройка, объявили, что подписка на все издания будет производиться без всякого ограничения. Воодушевлённый этим в первый день подписки, отстояв на Главпочтамте в очереди около часа (очередь была, конечно, уже не та, как в прежние годы), подал несколько подписных квитанций на ряд журналов и газет в окошко оператору. Все их приняли, за исключением квитанции на журнал „Радио“, которую вернули со словами, что на квитанцию лимитного журнала надо поставить разрешающий штампик у начальника отделения связи. Ничего не оставалось, как идти к начальнику.
      В коридоре перед кабинетом начальника тоже была очередь, правда небольшая, человек двадцать-двадцать пять. Заняв её, стал ждать. Неожиданно, скорее как бы почувствовал, чем заметил, что в очереди что-то не так, какая-то она необычная – из одних пожилых людей с орденами или орденскими планками. Столько много людей с наградами в одном месте мне никогда видеть не приходилось. Подумалось, а я-то куда лезу, тут одни уважаемые, заслуженные люди. Стал лихорадочно придумывать предлог для разрешения, но очередь двигалась быстрее, чем я думал. Подошел мой черёд. Так и не придумав ничего путного, вошёл в кабинет начальника и оторопел от удивления. За столом начальника сидел Лёха, мой одноклассник, с которым не виделись лет десять.
      – Лёха! Ты что ль!.. Здорово!.. – произнёс я. – Ты что начальник отделения?!
      – Тарас! Вот так встреча! Рад тебя видеть, проходи, присаживайся, – отозвался Лёха. – Да не начальник я, начальник у нас Марь Ивановна, а я у неё в замах, на подхвате, как говорится. Вот дала поручение – с подписчиками разобраться, мол, ветеранам, заслуженным людям лимит разрешать, а всем остальным отказывать. А ты я вижу, ни тот, ни другой! Ты ведь тоже пришёл за разрешением?
      – Да... и что откажешь?
      – Да нет, конечно, я же помню, как ты переделал мой приёмник „ВЭФ-Спидолу“ на 19 и 16 метровые диапазоны, чтобы принимать забугорные радиостанции без глушения. Разрешу тебе всё, что захочешь, даже журнал „Америка“. Хочешь?
      – Нет, „Америка“ мне ни к чему, мне нужен только журнал „Радио“.
      Я подал Лёхе квитанцию, и он поставил на неё разрешающий штампик.
      – Слушай Лёша, а мне говорили, что ты вроде как по партийной линии пошёл, ведь ещё в школе ты комсоргом рулил, – спросил я.
      – Ну, да, так и есть, я на Главпочтамте именно по этой линии, по направлению обкома партии, – ответил Лёха и, шутя, добавил. – Нам Ильич ещё приказал, что в первую очередь надо захватить почту, телеграф, телефон.
      Дальше мы стали вспоминать наши школьные годы. Проговорили так с полчаса. И когда я выходил из кабинета, кто-то из очереди съязвил:
      – Что-то вы долго там были!?
      – Да, начальник попался какой-то несговорчивый. Пришлось долго уламывать, – отшутился я.
      В следующем году подписка на журнал „Радио“ была уже свободной. Так что блат уже не понадобился. Да и Лёха уже не работал на Главпочтамте, как номенклатурного работника, партия перебросила его на другой объект, вроде как на банковское дело.
      Вот такие были времена…
 

ЧЕРНУХА

(Александр Шнеур (Трибуле))
 0    2020-07-02  0  20

Оно, конечно, может Ленин и Гриб…
      Но, по всем понятиям, Гриб Чёрный.
      Эвон сколько вокруг него плесени-то развелось…


Я тут тихо шизею от цирка вокруг дегенеративных выходок на Западе
и повального кретинизма вокруг этого в нашем Отечестве.
Люди совершенно всерьёз и глубоко обсуждают
несусветные космические глупости
и даже гневно что-то вопиют о наших скрепах, разгуле их либерастии
и о чём-то ещё таком же богомерзком и плохо пахнущем…
Нет, мне это всё не параллельно, даже совсем не параллельно.
Меня это всё очень даже будоражит, и очень даже веселит.
Вот, наткнулся на одной из этих веток,
расплёскивающих физиологизмы и прочие миазмы,
на абсолютно серьёзное обсуждение расовой принадлежности
товарища Иисуса Христа и прям обомлел,
после чего долго не мог остановиться от гомерического хохота.
Сразу вспомнилась лубковая комедия Меньшова «Ширли-Мырли»:
«А ты как думал, если папа еврей, мама - еврейка, то ребеночек русский?
- Папа у него голубь!!!».
Смешно особенно, когда подумаешь, что Папа у него, действительно, голубь.
Белый голубь!
И мама – явно не из фалаша (эфиопских евреев).
В общем, по всем параметрам – белый парень-то был.
Но это же как тогда быть?
Во-первых, надо срочно перекрасить голубя в чёрный толерантный цвет,
а во-вторых, там уж и Библию рассадником расизма обвинять пора))))
Вот и Сатана у них, а вернее в нашем кино про арапа, «ликом черен»…
И вообще, почему белый цвет – это признак чистоты и целомудрия? –
Это расизм махровый!
Надо Рай срочно чёрным сделать!!!
Я так понимаю, что самая наикрутейшая картина,
с точки зрения расовой приязни, -
это «Чёрный квадрат» Кази Малевича.
Он явно был провидцем и толерантным парнем.
Даже название поменял у полотна.
Изначально-то это была «Битва негров в пещере глубокой ночью».
Одно слово, культура!..
А как узнал я про то, что классическая музыка объявлена тоже расисткой,
аж взвился и сразу полез смотреть аргументацию.
О ужас, - её писали белые!!!
Но главное - среди музыкантов, играющих эту расистскую какофонию, очень мало чернокожих!!!
Я вот думаю, а стоит ли так уж ждать сериала по ВК Толкина?
Это пока ещё в касте фигурируют две-три физиономии с толерантными лицами чёрной масти (что уже наводит на мысли),
а потом их станет много больше,
и половина чернокрылых эльфов окажется нетрадиционной ориентации,
а другая дефективными карликами ради равенства возможностей…
А добьёт это творение музыка, специально написанная по законам толерантности –
то есть, самый наичернейший рэп.
Кстати, что-то там такое в расширенной версии Джексон сделать уже попытался с королём гоблинов.
Теперь я понимаю – почему вырезал.
Это же расизм, чтобы какой-то отрицательный красномордый персонаж
исполнял божественную музыку высококультурных афроамериканцев!!!
Нет, это, конечно, их западные ценности, которые надо уважать…
Мне, например, очень даже понравилось,
что на Оскар обязательно надо выставлять чёрных представителей индустрии.
Потом, видимо, станет обязательно их награждать,
потом к ним присоединятся все прочие,
кого надо считать достойными наград, чтобы не ущемлять их чувств…
А уже потом этот почин пойдёт в широкие слои культурных и научных сообществ.
Вот, те же оркестры симфонические, -
набирать из униженных и оскорблённых австралопитеков начнут
(правда, что они играть будут, видимо, одному чернокожему Христу известно)))
Нобелевскую тоже обязательно чтоб какой-нибудь потомок Таманго получал каждый год.
А что? – Весело же.
Вы чего так вспучились, ребята?
Не всё ли равно: с какого конца яйца разбивать?
Нам так вообще, страшенно повезло с Пушкиным!!!
Его у нас даже эфиопцы не отнимут))))))
 

Филя

(V.V.Pukin)
 8    2020-06-23  0  60

Случай из детства.
Наша семья жила в Новосибирске. Раньше, в советское время, не принято было прятаться от соседей за тяжёлой сейф-бронёй с кучей замков. В подъезде пятиэтажного дома все друг друга знали. Некоторые семьи даже двери-филёнки не запирали. Особенно те, у кого было двое и больше пацанят. Они же постоянно шастают то на улицу, то обратно. Замучаешься каждый раз замки накручивать за сорванцами.
На лестничной площадке третьего этажа, по соседству с нами, жила Александра Филипповна (тётя Шура) и её престарелая мать. Бабушка была ещё крепкая, ходила в магазин за продуктами, пока тётя Шура на работе. И сидела на лавочке у подъезда с другими такими же беззаботными пенсионерками.

Мне в ту пору было лет семь, младшему братишке - пять. О жутких явлениях, начавших происходить у соседок, нам тогда не рассказывали. Чтобы не пугать, видимо.

А происходило там вот что.
Тётя Шура работала по сменам. И однажды, вернувшись с ночи, застала свою старенькую мать в шоковом состоянии. Бабушку всю трясло от страха и переживаний. Когда от неё удалось добиться связной речи, выяснилось следующее.
Посреди ночи пожилую женщину разбудил странный звук. Короткий свист то и дело раздавался из угла комнаты, где стоял большой шифоньер. В одном из отделений этого платяного шкафа всё ещё висели некоторые вещи мужа бабушки (отца тёти Шуры), который скончался незадолго до описываемых событий.
Заслышав среди ночной тишины свист, старушка чуть не померла со страха. Муженёк-то Филипп батькович, покойничек, тоже был любитель посвистеть. Уж сколько раз высказывали с дочерью ему, что негоже дома свистеть – денег не будет. Или ещё чего похуже случится. Так нет, с самого утра уже начнёт что-то насвистывать себе под нос, нехристь! Вот и досвистелся – помер раньше срока…
Но, видно, не окончательно распрощался с миром. Вернулся домой и насвистывает из шкафа!

Тётя Шура, как могла, успокоила переполошённую мать, отпоила валерьянкой. К полудню вроде бабуля успокоилась, после многочисленных заверений дочери, что ей всё это почудилось.

Но спустя несколько дней, вернувшись с ночной смены, наша соседка вновь застала маму всю трясущуюся и на грани истерики. К тому же, не дома, а на лавочке у подъезда, где та просидела несколько утренних часов до прихода дочери. Потому что в квартире «Филя свистит. На тот свет меня зовёт!»
Даже, со слов перепуганной бабушки, выходило, что она его, Филю, видела собственными глазами. Как тот пытался вылезти к ней из шифоньера. И всё насвистывал при этом…

- Я ему кричу «Филя, замолчи!..» А он пуще прежнего свистит в ответ! Хочет свести меня в могилу за собой!..

Вобщем этот дурдом продолжался около месяца. Тётя Шура работала где-то в медицине и уже всерьёз подумывала о том, что маму пора серьёзно лечить.
Но однажды ночью и сама, к своему ужасу, проснулась от странного короткого посвистывания в углу комнаты. Онемев от страха, так и пролежала до рассвета, укрывшись одеялом с головой. Боясь пошевелиться - не то что встать и увидеть ожившего папу-покойника.

Наутро было принято кардинальное и срочное решение – избавиться от старого шифоньера со всеми отцовскими вещами. Как главного пристанища привидения Фили, Филиппа.

Дело не из лёгких для одинокой женщины и престарелой бабушки. Позвали на помощь соседей-мужчин. Моего отца, в том числе. Чтобы совместными усилиями вытащить огромный шкаф из квартиры вон на улицу.

Когда отодвинули деревянную громадину от стены, присутствующим предстала необычная картина. Вдоль плинтуса навалена куча мелких клочков газет, тряпичных лоскутков и прочего мусора. Которого, по определению, не должно быть здесь в таком количестве.
Тётя Шура прибежала с веником и совком. Смела мусорную кучу в ведро. И тут все увидели, что плинтус в одном месте отошёл от стены, а под ним темнеет маленькое отверстие в полу.

Тут моему отцу всё стало ясно. Щель в полу находилась как раз под стеной между тёть Шуриной и нашей квартирой.
У нас как раз в то время обитал ручной бурундук Филька. Отец принёс его из леса ещё детёнышем-подранком (какой-то хищник откусил зверюшке хвост по самое основание). Он бы не выжил в дикой среде. А мы его выходили. И весёлый Филька проживал с нами уже второй год. На имя своё вовсю откликался приветственным свистом. Но людей всё же побаивался. Поэтому днём больше отсиживался за спасительной мебелью. А активизировался ночами. Гонял что есть мочи по всей квартире. То и дело шлёпаясь на пол – всё же без хвоста трудно выполнять цирковые бурундучьи кульбиты.
Свил себе гнездо из клочков старых газет за сервантом в комнате. Комната же как раз граничила с квартирой тёти Шуры…
Каким-то образом шустрый зверёк нашёл или проложил путь к соседкам. Обустроил и там себе хатку. Короче, жил на широкую ногу, на два дома.
Вот бабулю-соседку чуть до инфаркта и не довёл своими ночными похождениями да посвистом залихватским…

Когда причина женских страхов прояснилась, долго все смеялись. А тётя Шура с облегчением вздохнула. Вот только старая мама её осталась непреклонна в своих убеждениях. Продолжала уверять, что свистел не бурундук, а точно дед-покойничек. Филя, чёрт старый!
Поэтому отцовскую одежду и старый шифоньер всё-таки снесли на свалку. А на его место установили купленный новый платяной шкаф.
Вот так иногда, совершенно обыденно, объясняются, казалось бы, совершенно мистические и даже жуткие явления. Не отодвинули бы вовремя шкаф от стены, неизвестно насколько бы ещё хватило здоровья у бедной старушки ночевать в такой нервной обстановке…

Да, то что сосед-покойничек и наш бурундучок оказались тёзками – чистой воды случайность.

23.06.2020
 

Несколько анекдотов о Килькине

(Оleg Wral)
 5    2020-06-22  0  64
***
Во время очередного запоя попал Килькин в сумасшедший дом в Кащенко и врач, заведующий острым отделением, задаёт ему вопрос:
- Килькин, вы себя контролируете, вы осознаете, где вы находитесь?
- Я, аз есмь наместник Бога на Земле и всегда всё контролирую…
- И кто же вас назначил наместником?
- Бог…
-Врёт, поддонок, - неожиданно раздаётся громовой голос - я его не назначал.

***
По истечении трёхлетнего принудительного лечения Килькина пригласили на комиссию. И председатель комиссии начал задавать ему вопросы:
- Больной, ты знаешь какое сегодня число?
- Знаю, 9-е мая день победы…
- Молодец. Правильно. А год, какой?
- 2030.
- Верно. А что это у тебя на голове, скафандр?
- Извините, доктор – это презерватив, забыл снять…- ответил вежливо Килькин, и снял надетый на голову презерватив.
- Похвально. В космос больше не собираетесь лететь?
- Что вы, профессор, я же не такой псих, как мой сосед по палате Илин, и понимаю, что для полётов нужна ракета. Думаю, что я уже здоров.
- Похвально, похвально. Похоже, Килькин, что ты излечился… Думаю, что тебя можно выписывать. Свободен.

Килькин получив свою одежду и выписку из истории болезни, зашел на ближайшую стройку, вылез на крышу, натянул на голову скафандр-презерватив и с криком: «Здорово я их надул», ступил в пустоту.

***
Попал пьяный Килькин на своей машине в аварию. Подул в трубочку и полицейский, увидев результат, ему и говорит:
- Вы пьяны… И вы сбили человека… Что будем делать?
- Ик… Я его вы..ик…лечу, - еле ворочая языком, ответил Килькин.
- Вы, что врач?
- Нет, но… ик… у меня бабла до хрена…
- А если он умрёт?
- Я его…ик… оживлю…
- Вы что Бог?
- Нет, но… ик… у меня бабла до хрена…
 

Храп

(Анатолий Долженков)
 6    2020-06-20  0  75
Из всех видов междугороднего общественного транспорта я предпочитаю железнодорожный. По разным, знаете ли, причинам предпочитаю. Нет, никто не спорит. Из пункта «А» в пункт «Б» самолётом намного быстрее можно добраться, чем тем же поездом. Романтики, правда, маловато – взлёт – посадка, но зато как быстро. Не успел, как говорится, сесть, а уже всё выходи, приехали, то есть прилетели. Впрочем, если взглянуть с другой стороны, быстро-то оно быстро, но, если всё удачно сложится. А когда с утра не заладилось и всё пошло насмарку да не в масть, а в раскоряку и наперекосяк, забираться так высоко не рекомендуется даже распоследнему оптимисту.

Физику в школе все проходили. Знаем, самолёт значительно тяжелее воздуха будет. Так что по разным причинам эта железная птица к большому огорчению пассажиров и лиц их встречающих, в пункт «Б» может так и не прибыть. Есть от чего подвергнуться унынию, когда вспомнишь, насколько высоко от поверхности планеты ты расположен, а закон земного притяжения парламент ещё не пересматривал. Таблицу умножения на два принял с третьей попытки, это было. Таблицу Менделеева рассмотрел в первом чтении и отправил господину Менделееву на доработку. Это тоже можно зачесть законодателям в актив. А закон земного притяжения не был поставлен даже на повестку дня. Как был, так и остался и поэтому работает на совесть.

Приходилось мне слышать, что, когда человек падает с большой высоты без парашюта, перед ним вся его жизнь стремительно пролетает, начиная с грудного младенчества и, буквально, до ситуации, предшествовавшей падению. Такие, знаете ли, сентиментальные воспоминания в последнем полёте. Краткое содержание жизни, делённое на время свободного падения физического тела. Формулка незатейливая, взятая из школьного курса физики. Незыблемые основы кинематики. Не знаю, как это бывает у других граждан, на собственной шкуре испытавших закон всемирного тяготения, но приятелю моему совсем другие чувства ощущать довелось, когда случилось ему как-то в небольшой авиакатастрофе побывать на высоте семь тысяч метров от поверхности земли. Сразу хочу успокоить общественность, дабы не вызвать испуга у будущих авиапассажиров, закончилось это небольшое происшествие относительно благополучно. Без напрасных жертв и последующих страданий родственников, связанных с ритуальными хлопотами. Пусть и не там, где планировали, и не столь мягко, как хотелось бы, но с Божьей помощью приземлились они более-менее удачно.

А дело было так. Пару лет назад пришлось моему знакомому на короткое время в город Санкт-Петербург слетать. Он торопился в город на Неве, чтобы получить долг от своего партнёра по бизнесу. Вот и выбрал самолет, опасаясь, что если затянуть взаимный расчёт, то возврат денег может и не состояться. Время-то нынче, сами знаете какое, нестабильное.

- Дай, - думает, - смотаюсь туда - сюда – обратно, стребую должок с компаньона. Опять же, праздники на носу. Подарки семье приобрету в Северной столице. Жене шубу норковую – соседкам на зависть. Детишкам из игрушек что-нибудь так, по мелочи. Свои ведь дети, не соседские, наверное. Тестю – кальсоны на лебяжьем пуху. Не жалко, пусть носит, геморрой прогревает. А тёща и так перетопчется. Ничего этой гюрзе покупать не стану, исключительно из воспитательных соображений. Пусть позлится, лишний яд сбросит.

И вот предаваясь таким приятным мечтам и воспоминаниям, сидит он тихо себе в кресле авиалайнера, млея от удовольствия и собственной значимости. И вдруг замечает, что из кабины пилота неуверенно, как-то боком выползает стюардесса. Лицо у неё белее мела, глаза – два чайных блюдца. И вообще ведёт она себя странно. Пугливо озирается по сторонам и дрожит всем телом будто бы в лихорадке. Бросив полный безысходности и тоски взгляд на притихших пассажиров и выдержав принятую в таких случаях небольшую траурную паузу, она даёт краткое объявление следующего пошлого содержания.

- Граждане, - говорит, - пассажиры. Обращаюсь ко всем тем, кому сегодня выпала нелёгкая судьба лететь этим скорбным рейсом. Сообщаю, чтобы не порождать ненужных слухов, что полёт наш проходит совершенно нормально, где-то на высоте семь тысяч метров над уровнем моря и температура за бортом такая, какая и должна быть в этом месте, хотя вряд ли эти подробности кому-то уже интересны.

И так же, крабьей походкой, всхлипывая и размазывая слёзы по щекам, отступила на исходные позиции. Пассажиры, внимательно прослушав информацию и слегка встревоженные непотребным видом стюардессы, пришли в замешательство. Сообщение вызвало небольшую тревогу, местами переходящую в лёгкую панику. Нервничали все, включая грудных детей и кормящих матерей. Во-первых, огорчал и не вызывал доверия внешний вид верной подруги пилотов и бортмехаников, абсолютно не соответствовавший содержанию текста, а во-вторых, зачем ты лезешь со своими объявлениями, если тебя никто ни о чём таком не спрашивает? Тем более не ясно, об уровне какого моря идёт речь, если внизу твёрдая суша.

По рядам кресел прокатился тихий, словно шелест сухих листьев, тревожный шёпот. Дискутировались два жизненно важных вопроса, а именно, бесперебойно ли работают двигатели авиалайнера и не имеет ли он, лайнер, опасного крена в какую-либо сторону. Пивная бутылка, пущенная по салону чьей-то экспериментирующей рукой, подтвердила самые худшие прогнозы - носовая часть летательного аппарата по отношению к планете Земля располагалась значительно ниже, чем его же хвостовое оперение. Смелый эксперимент заронил зерно сомнения в души участников полёта. Возникли противоречивые мнения в отношении того, много или мало это будет «семь тысяч метров над уровнем неизвестного моря» для благополучного завершения полёта. Огромный интерес вызывал вопрос, не слишком ли безнадёжно будет выглядеть ситуация, если параметры высоты выразить параметрами времени, в течение которого самолёт ещё сможет продержаться в воздухе.

Напряжение в и так нервозную атмосферу добавил второй пилот, пулей вылетевший из помещения, куда пять минут назад уползла деморализованная стюардесса. Издавая по ходу движения неприлично громкие урчания желудочно-кишечным трактом, он, прошмыгнул через весь салон и запрыгнув в туалет, затих, перестав подавать какие бы то ни было признаки жизни. Расстроенные неадекватными действиями экипажа, пассивные участники полёта тут же пришли к единому мнению, что второй пилот, судя по тому, с какой скоростью он преодолел расстояние отделяющее кабину пилотов от унитаза, не был похож на человека, имеющего солидную фору в семь тысяч метров. Он тянул на тысячу, в лучшем случае полторы.

Лёгкое волнение вскоре переросло в небольшой несанкционированный митинг. В прениях вот-вот должна была родиться истина. Кто-то требовал призвать стюардессу и допросить её с пристрастием. Другие советовали снять с горшка второго пилота, и угрозами или с помощью физического насилия, выбить из него истину. Были и такие, которые всё время вели научные наблюдения через иллюминатор, пытаясь на глаз прикинуть расстояние до земли. Короче говоря, каждый расстраивался в силу своих устоявшихся привычек и воспитания.

Но не будем судить строго несчастных любителей воздушных путешествий. Неизвестно, как бы мы с вами себя повели, наблюдая мерзопакостную картину падения летательного аппарата на Землю, по роковому стечению обстоятельств находясь внутри падающего объекта. Стресс, да и только. Понятно, что в образовавшейся панике и суете, не представлялось абсолютно никакой возможности предаваться мечтам и воспоминаниям о прошлом, а тем более вести ретроспективный просмотр собственной жизни, так сказать, с момента зарождения и до последнего дня. Пожалуй, исключительно по этой причине, вся жизнь у моего приятеля перед глазами не пролетала. Предполагая, что встреча с планетой Земля состоится не совсем так, как рекламировало аэроагентство в своих проспектах, он огорчался и страдал сверх всякой меры, поддерживая общее трагическое настроение в салоне печальными криками, напоминающими журавлиные.

Скорбь от финансовой потери не по вине должника усиливала безутешное горе, поскольку кроме приятеля и должника в тайну финансовых отношений никто из близких и родных непредусмотрительно посвящён не был. Он и самолётом-то рискнул лететь, чтобы деньги эти поскорее забрать. Жене сюрприз хотел сделать. Сделал. Сюрприз, конечно, получился, но совсем не такой, как хотелось. А когда между всхлипываниями и размазыванием соплей по щекам вдруг вспомнил, что за сомнительное удовольствие, называемое в простонародье ускорением свободного падения, ему пришлось ещё и выложить немалую сумму за авиабилет, то вообще волком выл, заглушая шум реактивных двигателей. Так что самолёт – это на любителя. Кому что нравится.

Конечно, не желающим отрываться от поверхности земли более, чем на полметра – метр для передвижения можно бы было порекомендовать автомобиль. А что? Вполне современный и комфортабельный вид транспорта. Не летает, не падает и очень цепко всеми четырьмя колёсами за землю держится. Однако, как ни грустно констатировать, здесь также имеются свои, но.... Во-первых, на сегодняшний день литр бензина стоит столько же, сколько такое же количество пива и процесс роста цен на горючее идёт по прогрессивной шкале. В сложившейся ситуации человек оказывается перед непростым выбором – какую из этих жидкостей и куда лучше залить, чтобы получить как можно больше удовольствия. По заявлениям авторитетных ученых предпочтение в этом споре не всегда отдаётся бензобаку.

Второй немаловажной причиной можно считать тот факт, что за последние годы плотность автоинспекторов на километр обочины дороги возросла настолько резко, что встреча с ними стала неминуемой, как сама судьба. А если при этом ещё учесть, что практически каждый автоинспектор рассматривает владельца авто как солидную прибавку к жалованию, то стоимость проезда на автомобиле уже можно сравнивать с ценою авиабилета, при том непременном условии, что вами будут свято соблюдаться все, без исключения, правила дорожного движения. В противном случае придётся выложить стоимость двух - трёх авиабилетов.

Исходя из выше приведенных соображений, я предпочитаю пользоваться исключительно железнодорожным транспортом и просто обожаю ездить в поездах пассажирских или скорых в зависимости от настроения и плотности кошелька. Причём предпочитаю плацкартные вагоны, которые как-то более демократичны, чем купейные. Народ там подбирается покладистый и без особых притязаний на комфорт. Свой народ не то, что в спальных вагонах – сплошь и рядом надутые индюки с претензиями. Простых людей сторонятся, как будто и нет их вовсе. Забыли, что все мы в одной стране родились и в ней же выросли и продолжаем жить, кто как может. Словно они из иных миров к нам прибыли. Как будто не все мы в детстве бегали в коротких штанишках с пионерскими галстуками на шее и в горн дудели, призывая коммунизм на свои неокрепшие головы. За редким исключением все.

Справедливости ради, стоит отметить, что плацкартный вагон, конечно же, не такой демократичный будет, как общий. Там вообще люди подбираются, ну всё равно, что близкие родственники. На одной скамье, предназначенной для трёх человек средней упитанности, умудряются размещаться по пять, а то и шесть пассажиров. Причём усаживаются так плотно, что если сидящий у окна глубоко вздохнёт, то тот, что с краю всё время падает на пол. Каждый такой пассажир чувствует биение сердца не только соседа, но и следующего гражданина, сидящего за ним. И ничего, какие обиды? Ехать всем надо. Впрочем, общие вагоны уже, по всей видимости, отменили. Народ нынче пошёл такой дохлый, что вряд ли выдержит доехать сидя, ну хотя бы, из Симферополя в Москву. Некондиционный пошёл народ. Не найти сегодня здоровяка, который каких-то восемнадцать - двадцать часов мог бы сидеть не двигаясь, как приклеенный. А оставлять место без присмотра в общем вагоне не рекомендуется даже на короткое время, поскольку кое-кто умудряется ещё и стоя ехать. И этот кое-кто глаз не спускает с сидящих пассажиров и очень зорко бдит за наличием в вагоне вакантных мест.

Нет, сейчас, конечно же, общие вагоны не участвуют в железнодорожном движении страны. Не тот, как говорится, век. А плацкартные ещё сохранились и как-то существуют. И ехать в них простому народу с незначительным достатком одно удовольствие и по карману.
Правда, бывает, случаются отдельные неприятности даже со столь покладистыми людьми, как пассажиры плацкартных вагонов. Как говорится, не без того. Иногда и им достаётся на орехи от попутчиков.

Лет пять тому назад пришлось мне стать свидетелем довольно безобразной сцены, произошедшей в плацкартном вагоне, на подъезде к городу Белгороду. Четверо относительно молодых людей, направлявшихся, как стало известно позже, в командировку, пробудившись утром, не обнаружили обуви, в которой они, собственно, в этот вагон и пришли. Удивлению и расстройству их не было границ. Поиск начался сразу же по горячим следам. Когда первые попытки справиться с этой, на первый взгляд, несложной задачей своими силами не увенчались успехом, участие в обнаружении злополучных футляров для ног приняли все пассажиры вагона, включая, по всей вероятности, и того, кто эту обувь и спёр.

Несмотря на проявленный энтузиазм и готовность перевернуть всё вверх дном, включая срыв стоп-крана и снятие вагона с рельсов, конечный результат оказался весьма неутешительным. Обувь не обнаружилась даже в тамбуре. Как выяснилось при опросе потерпевших, накануне вечером они хорошо посидели у себя в купе, выпивая, закусывая и планируя планы на ближайшую перспективу. Люди, как говорится, культурно отдыхали и никого не трогали. Не грубили, в проход не плевали и пели песни так тихо, что не было слышно даже в соседнем вагоне. И, как водится в таких случаях, не предвидя особых бед, через какое-то время угомонились и задремали под монотонный перестук колёс. А обувку оставили здесь же, на полу, под нижней полкой.

Пробудившись на следующий день и не совсем понимая с похмелья, что и как, решили слегка освежиться и сбросить отработанные продукты нетрезвой жизнедеятельности в специально отведенные для этой процедуры места. Стали они шарить руками по полу, чтобы, значит, быстро обуться и пойти, поскольку давило сильно и терпеть уже не было никакой физической возможности. За окном ещё не рассвело и определить визуально, где твои ботинки, а где соседа, представлялось делом весьма затруднительным. Поиск проходил исключительно методом беспорядочного ощупывания пола. Вначале один шарил своими трясущимися лапками под лавкой, отбивая морзянку, затем второй примкнул, а минут через десять – пятнадцать от криков и стенаний, сопровождающих поиски, пробудился весь вагон.

Но ничто не помогало сдвинуть дело с места: ни ненормативная лексика, очень удачно и к месту применяемая потерпевшими, ни обещания, если что, вынуть душу из угонщика обуви. Явившаяся на шум и крики заспанная проводница, к своему удивлению обнаружила четверых мужиков с лицами цвета болотной тины, которые икая и матерясь, ползали по полу малогабаритного купе, полируя полы до блеска и заглядывая в такие узкие щели, куда и таракан только боком мог протиснуться. Прочие же пассажиры, будущие свидетели, пробудившиеся от возни и шума, стали им всякие полезные советы советовать со своих персональных полок. Сопереживали, как бы.

При виде дамы в мундире с железнодорожными знаками различия, негодование у не выспавшихся участников движения по рельсам достигло высшей точки кипения. На неё, здесь же, все и набросились с упрёками. Мол, что это происходит на подконтрольной ей территории? Воры обувь прут у живых людей, погибели на них нет. Проводница, ничего о ней плохого сказать не могу, жалобы и оскорбления выслушала с интересом, но помощь обещала только моральную.

- Нет, - говорит. – Дорога за обувь ответственности нести не может. Если, - говорит, - мы за каждый шнурок платить станем, то разоримся к чёртовой матери. Тем более, поскольку эти пострадавшие находились накануне в таком безобразном виде с полной потерей чувствительности, что даже не услышали, как у них обувь уносили, то пусть или пьют меньше, или вообще в ботинках спать ложатся. Я, - говорит, - удивляюсь, как их самих не вынесли вместе с обувью.

- Умная какая, нашлась, - обиделся тот, у которого вместе с ботинками ушли и носки. – Нам выходить через пару часов. Как же мы в таком полуразобранном виде по перрону передвигаться будем?
- А это опять же не моё дело кто во что обут, - безапелляционно отбрила проводница. - Йоги индийские вообще понятия не имеют, что такое ботинки. Так всю жизнь босиком и ходят: то по битому стеклу, то по углям раскалённым. А вы по гладкому перрону каких-нибудь сто метров пройтись затрудняетесь.

Один из пострадавших от такой трактовки вопроса даже в лице изменился. У него на зелёном фоне лица пошли разноцветные разводы от злости.
- У этой проводницы, наверное, не все дома. Растрясла интеллект, находясь в постоянном движении, - прошептал он слабым голосом. – На дворе февраль месяц, а она заставляет нас без ботинок по перрону гулять. Вот дурища-то.
- А ну вас к дьяволу, - обиделась проводница. – Это ваши проблемы и меня они не касаются. Своих дел по горло. Но только предупреждаю, поезд на станции Белгород, где вам выходить, всего двадцать минут стоит и ни минутой больше. Так что за этот короткий отрезок времени попрошу очистить вагон от вашего присутствия или оплатить дороге дальнейший проезд. И вообще, граждане пострадавшие, может быть, чай закажете, а то вон у вас какой нездоровый цвет лица. Да и не спит уже никто в вагоне. Всех разбудили своими воплями.

Так и не дождавшись вразумительного ответа на прямо поставленный вопрос о чае, она покинула несчастных командировочных в полной панике и состоянии близком к обморочному. Хорошо, что случай этот в плацкартном вагоне произошёл. Народ здесь подобрался не чёрствый и бесчувственный, а душевный и отзывчивый. Соболезнуют пострадавшим по поводу пропажи, хлопочут, свою обувку двумя руками придерживают так, на всякий случай. Неизвестно, сколько бы времени вся эта неразбериха и кутерьма продолжалась, если бы не один опытный мужичок с третьей полки. Он то и нашёл выход из пикового положения.

- Вы, – говорит, - хлопцы, без толку по полу не ползайте. Прилипли ваши ботиночки к чьим-то нехорошим рукам безвозвратно. Мой совет такой вам будет: найдите пару комнатных тапок и пошлите гонца в обувной магазин на ближайшей станции. Но придётся вам добровольца в своих рядах поискать, поскольку вряд ли кто другой на такой подвиг бесплатно польстится.

По сказанному и получилось. У одного из пострадавших нашлись комнатные тапки. Ему-то и выпало бежать на ближайшей остановке за обувью. Принёс каждому по паре, к всеобщей радости. Но хочу заметить, что в те времена обувь так дорого не стоила, как нынче. На ту сумму, что они четыре пары обуви приобрели, сегодня можно обуть разве что одноногого инвалида, да и то с преогромным трудом. Я, кстати, с тех самых пор без тапок в командировку ни ногой. Какая-никакая, а всё-таки обувь в критической ситуации. Вот так всё благополучно в плацкартном вагоне завершилось. А случись такое в вагоне купейном или спальном – пропали бы мужики. Там же простому человеку не достучаться и не допроситься в экстремальной ситуации. Хотя простые люди вряд ли могут оказаться в числе пассажиров дорогих вагонов. Не по карману им это удовольствие.

Но бывают, правда, и другие случаи, когда вместо поддержки и сочувствия можно получить всеобщее неодобрение и, что там скрывать, даже осуждение с угрозами физического насилия. Подобный инцидент случился со мной и моим товарищем в плацкартном вагоне по пути следования в служ****ю командировку в город Хмельницкий. А дело было так. Мой попутчик и приятель, Николай Иванович Рогов, человек душевный и компанейский. Отзывчивый, одним словом, человек. Бывать с ним в командировках одно удовольствие. Весёлый и остроумный, он всегда готов поддержать любую компанию, перекинуть рюмочку-другую в ротовую полость и с пользой для здоровья, всё это дело основательно закусить под дорожные разговоры о том, о сём, об этом. А поездка выпала именно на тот исторический момент, когда партия и правительство бывшей большой страны ввязалось в бесперспективную борьбу за трезвость. Бросилось спасать свой утомлённый перестройкой народ от беспробудного пьянства и алкоголизма, как впоследствии выяснилось, для его же пользы.

Чем это мероприятие завершилось, наверное, все помнят? Совершенно верно. Братские народы разбежались по республикам, дабы больше не создавать опасного прецедента и исключить возможность повторения эксперимента на пьющих людях. А вы думали, они хотели независимости? Почему же, тогда, все снова здесь? То-то. Николай Иванович, слабо представлявший себе нормальную человеческую жизнь в трезвом виде, совершенно справедливо полагал, что если иногда и выпадал какой-либо чёрный день, в который не удавалось расширить сосуды приемлемой дозой спиртного, то его можно было считать пропавшим и окончательно вычеркнутым из жизни. Ну, а тем более как не выпить в дороге в предвкушении такого ни с чем несравнимого счастья, как недельная разлука с семьёй. Подобного рода отношение к себе и окружающим он вообще считал кощунственным.

В той злополучной поездке спиртное было представлено в довольно широком ассортименте и замаскировано под различные безалкогольные напитки, хранившиеся в двухлитровых полиэтиленовых бутылках. Содержимое первой ёмкости – самогон, настоянный на недозревших грецких орехах, отличался ядовито–чёрным цветом и уже никоим образом не мог вызвать подозрений у работников линейной милиции, несущих ответственность за трезвость в поезде. Чтобы усилить эффект и придать напитку большую правдоподобность на бутылку наклеивался листок в клеточку, вырванный нетрезвой рукой Николая Ивановича из тетради внука–двоечника с лаконичной надписью «Квас».

Посвящённые в тайну знали, что этот безобидный, на первый взгляд, напиток обладал огромной убойной силой. Рецепт его приготовления, считавшийся семейным, Николай Иванович хранил в глубочайшей тайне от посторонних глаз. Содержимое двух остальных ёмкостей обладало не столь выраженным эффектом. Бутылки были заполнены водкой и для большего эстетического восприятия закрашены слабым раствором малинового и клубничного сока, дабы сохранить в неприкосновенности первоначальные градусы. Будучи напитками десертными, они предназначались для борьбы с похмельным синдромом на следующий день утром. Вот таким человеком был Николай Иванович – всеобщий любимец и председатель общества трезвости нашего трудового коллектива.

Но, как говорится, всё бы было хорошо, если бы не.… Был у Николая Ивановича один существенный недостаток или, правильнее сказать, дефект организма. Храпел он во сне неимоверно. Вы, конечно, возразите. Ну, что это, мол, за изъян? Нынче многие храпят, чтобы как-то заполнить звуковую паузу во время сна. Не могу с вами не согласиться – это вполне объяснимое с точки зрения медицины явление. У одних внутренний язычок под лаконичным названием «uvula» дрожит от мощной воздушной струи, засасываемой лёгкими, у других толстые щёки по той же причине вибрируют как ненормальные, а третьи вообще издают такие звуки, которые и не встретишь в живой природе. Это действительно бывает у многих. Иногда смотришь и восторгаешься – такая миленькая симпатичная девушка, нежное воздушное создание, выполненное из лепестков роз, а при случае может задать такого храпака, что только держись.

Но те неземные звуки, которые воспроизводил Николай Иванович, были чем-то особенным. Кому выпало несчастье прослушать этот реквием сну, в один голос утверждали, что подобных шумовых эффектов ещё не удавалось издавать ни одному смертному. Его авторское исполнение всегда отличалось уникальностью композиции и разнообразием звучания. По единогласному мнению почитателей столь редкого таланта, эти неповторимые колоритные звуки были отнюдь не вульгарным храпом, а какой-то космической симфонией, наводящей на мысль о звёздных войнах. Могу подтвердить, что в подобном утверждении, безусловно, не было и самой малой доли преувеличения. Николай Иванович давал в своих ночных или послеобеденных снах сольные концерты, которые были под силу только очень большому мастеру и виртуозу. И что самое поразительное, исполнение осуществлялось лишь на одном единственном музыкальном инструменте известном широким массам, как верхние дыхательные пути.

Как правило, это творческое безобразие выглядело следующим образом. Едва Николай Иванович смыкал веки, погрузившись в нирвану, сразу же следовала небольшая увертюра или, говоря другими словами, прелюдия, предваряющая основное произведение. На этом творческом отрезке его организм издавал длинный протяжный сигнал – предвестник грядущей бессонницы для тех, кто неосторожно разделил с ним гостиничный номер или имел несчастье оказаться соседом по купе в вагоне.
- Ау – ау – а, ау – ау – а, - начинал он нежно в колыбельном ритме. Первые аккорды ассоциировались с пением заботливой матери у постели младенца. – Ау – ау – а, - нежные заботливые звуки умиротворяли.

Но этот приятный, всем знакомый с детства звук не отличался продолжительностью. Постепенно он креп. Звучание его становился всё настойчивее и требовательнее, напоминая мерзкие крики паршивого койота. В последующих «ау – ау – а» переросших в «яй – яй – я – я –я» уже можно было различить ноты угрозы, звучащие как последнее предупреждение. Так князья Киевской Руси объявляли о своём намерении идти войной на неприятеля.
- Иду на Вы, - предупреждал Николай Иванович посредством носоглотки, и это не было пустой угрозой несмотря на то, что он оставался практически неподвижным.

Нарастая по времени и мощи, звучание вскоре достигало своего апогея, уже больше напоминая предсмертные вопли крупного доисторического животного, возможно даже ящера. Несчастным, волею случая разделившим с Николаем Ивановичем ночлег, было уже не до своих персональных снов. Невольно им приходилось сопереживать видения беспокойного соседа. Скользкой холодной змеёй в их душу глубоко проникала беспричинная тревога, трансформирующаяся в неконтролируемый разумом страх. Ни о каком личном сне уже не могло быть и речи.

Через полчаса увертюра прерывалась минутной паузой, которую люди, малознакомые с творчеством Николая Ивановича, ошибочно принимали за окончание всего концерта. Знатоки же готовились к серьёзным испытаниям, зная наверняка, что наступившая пауза всего лишь минута молчания и скорби по их сну. Если бы Вам пришлось оказаться невольным свидетелем происходящего, то перед вашим взором предстала бы картина, выдержанная в самых красочных ритмах ожидания.

Ночь. Купе. На одной из полок угадываются контуры человека, спящего под простынёй. Это Николай Иванович Рогов, уже благополучно отошедший ко сну. Остальные ложа заняты людьми с испуганными глазами, экипированными в одежды, не оставляющие и тени сомнения в их намерении хорошенько выспаться. Бросалось в глаза, что они находятся под сильным впечатлением от только что прослушанной композиции. Веки их тяжелы и слипаются. Им безумно хочется спать. В наступившем затишье жертвы авторского вечера впадают в лёгкую дрёму, готовую при любом удобном случае мгновенно перерасти в глубокий здоровый сон. Но вот тишину нарушает мягкий ненавязчивый рокот. Участники ночного концерта вздрагивают, открывают глаза, и после нескольких минут прослушивания пытаются определить природу этого физического явления и его источник. Вскоре, не без основания, они начинают подозревать, что урчание это исходит из глубины души Николая Ивановича. Подозрения эти, по понятным причинам, растут и крепнут с каждым новым звуком.

Кое-кто припоминает, что что-то подобное ему уже приходилось слышать в детстве, стоя на окраине сельской дороги и поджидая попутный транспорт, направляющийся в районный центр. Это был как раз тот самый момент, когда самого транспорта, движущегося в вашу сторону ещё не видно и затруднительно определить грузовик это, автобус или вообще кукурузник, порхающий над полями и опрыскивающий их всякой дрянью. Но с каждой минутой звук становится всё ближе и более узнаваемым. Наконец, сомнения оставляют слушателя. Да, так может работать только двигатель трактора. И как бы подтверждая ваши догадки, Николай Иванович начинает рычать, наращивая обороты дизеля. По истечении времени приходит понимание, что это не какой-то там движущийся по сельской дороге слабосильный колёсный тракторишка «Беларусь», а его могучий гусеничный родственник. Причём это бульдозер, разгребающий огромные кучи тяжёлого грунта. Страдалец-слушатель приходит к окончательному выводу, что так может звучать только бульдозер – громко, настойчиво, ни на минуту, не прекращая своего полезного труда.

Но что это?! Сквозь звуки ритмично работающего дизеля воспалённое ухо улавливает неизвестно откуда появившиеся надрывные стоны! Они нарастают с каждой минутой, превращаясь в невыносимый, разрывающий барабанные перепонки, скрежет. И с течением времени, этот звук приобретает столь угрожающий характер, что становится очевидным – случилось чрезвычайное событие. Возникает вполне логичное предположение, что, по всей вероятности, могучий железный конь на всём скаку столкнулся с непреодолимым препятствием, буксуя в бессильной ярости, вспарывая гусеницами землю, и оставляя на ее поверхности глубокие рваные раны. Перед мысленным взором исследователя спектра звуковых колебаний предстаёт картина жесточайшего противостояния техники силам природы. Вновь и, вновь тарахтящая и гремящая всеми своими металлическими конструкциями громадина с остервенением набрасывается на непреодолимую преграду и отступает в бессильной ярости. И вот печальный, но закономерный финал – могучий двигатель, не выдержав перегрузки, глохнет. Николай Иванович переворачивается на левый бок.

Наступившая пауза несколько протяжённее предыдущей, но среди присутствующих вряд ли можно обнаружить хотя бы одного оптимиста, заблуждавшегося в отношении продолжительности наступившей тишины. Обманутые первой паузой, они не столь простодушны и самонадеянны, чтобы поверить в то, что все кошмары позади и что, наконец-то, можно спокойно вздремнуть, прикрыв налитые свинцом веки. От усталости и нечеловеческого напряжения организма, вызванного бессонницей, страдалец перестаёт ощущать время. Ничем не обоснованная уверенность в том, что всё-таки несколько часов героически выдержаны без нервного срыва и истерики сменяется полным отчаянием, когда, бросив утомлённый бессонницей взгляд на светящийся циферблат часов, несчастный, убеждается, что миновал лишь первый час беспокойной ночи.

Мне всегда казалось, что добрейший из бодрствующих людей, Николай Иванович, специально делал эти паузы во сне, для того, чтобы человек волею коварной судьбы, оказавшийся на койке, соседствующей с его ложем, мог поразмыслить о превратностях судьбы и суетности мира. Давал возможность затуманенному мозгу несчастных жертв шумовых эффектов попытаться найти спасение от свалившейся на их голову напасти. И люди, кто как мог, пользовались этим щедрым даром. Во время звукового антракта мысли их приобретали вполне понятную и закономерную направленность. Самые суетливые пытались судорожно натянуть на голову одеяло, рассматривая его как подходящий к данному случаю шумоизолирующий материал. Менее изобретательные индивидуумы в отчаянии прикрывали её же подушкой, но, в конце концов, и те, и другие отказывались от бесполезной затеи, задыхаясь от недостатка воздуха.

Кто-то, вспомнив полузабытый опыт пионерских походов, пытался применить более радикальные средства защиты. Судорожно роясь в чемодане нетерпеливыми руками, рационализатор, нервно посмеиваясь, извлекал на свет божий рулон качественнейшей туалетной бумаги. Отрывая огромные куски и обильно смачивая их слюной, он судорожно замуровывал слуховые проходы ушных раковин, безуспешно пытаясь таким образом решить проблему снижения уровня шума. Но вскоре, убедившись в бесполезности затеи, и осознав, что бумагу эту практичнее всё-таки использовать по прямому назначению, прекращал сопротивление. Прикинув свои возможности и разумно оценив остаток сил, человек приходил к пониманию, что при таком уровне шума и вибрации до рассвета можно и не дотянуть.

Самые толковые и расторопные довольно быстро приходили к наиболее правильному решению - спешно покинуть купе или номер и попытаться уговорить проводницу или дежурную по этажу дать им хотя бы временное убежище в другом, более спокойном месте. Но в обдумывание деталей плана спасения мягко, но навязчиво вторгались неизвестно откуда возникшие чавкающие звуки, сходные с теми, которые возникают при ходьбе по болоту человека, обутого в резиновые сапоги. Мысли несчастных путаются окончательно. Непроизвольно мозг начинает работать в направлении идентификации звуков. Услужливое воображение подсказывает слушателю, что где-то, что-то подобное ему уже приходилось слышать. Да, действительно эти звуки до боли напомнили поцелуи, которыми наш незабвенный Генеральный секретарь компартии обожал одаривать своих приближённых. Явно прослушивалось слюнявое чмоканье, сопровождающееся глухим стуком вставных челюстей. Каждый такой поцелуй Николай Иванович заканчивал тяжёлым астматическим вдохом. Звуки эти не обладали значительными шумовыми характеристиками, и появлялась надежда, что к ним можно каким-то образом приспособиться. Некоторых тут же посещала заманчивая мысль – а не попробовать ли, подсчитывая их, наконец-то, заснуть.

- Чмок – стук челюстей – астматический вдох – раз. Чмок – стук челюстей – астматический вдох – два. Чмок - стук челюстей – астматический вдох – три, - считает страдалец упорно. – Чмок, стук челюстей, астматический вдох – пятьсот двадцать восемь. Когда цифра переваливала за тысячу, у счетовода начинала крепнуть уверенность, что незабвенный Леонид Ильич расцеловал уже всё политбюро, доцеловывает Верховный совет и если так пойдёт дальше, через непродолжительное время перецелует весь советский народ. И всё бы ничего, если бы в самом неподходящем месте эти нежные и такие уже привычные чмоканья внезапно не прерывал истошный вопль, срывавший несчастную жертву ночного концерта с постели.
А – а – а – а, - заходился Николай Иванович. – А – а – а – а, - леденящий душу вопль заставлял испуганное сердце холодеть от ужаса.

Он хрипел и задыхался, словно его душили за горло. Казалось, что какие-то неведомые тёмные силы терзали исстрадавшуюся плоть Николая Ивановича, разрывая её на части. С истечением времени звуки эти становились всё тише и тише. Появлялась надежда, что эта добрая сила вот-вот прикончит страдальца, принеся остальным долгожданное избавление от ночного кошмара. Но проходило время и невнятное бормотание, зародившееся в недрах спящего вулкана, окончательно убивало надежду на справедливое возмездие. Оставалось последнее утешение, что пауза эта позволит прикрыть глаза и забыться в беспокойном сне хотя бы несколько минут.
На этой высокой ноте Николай Иванович завершал первое отделение концерта. После небольшого перерыва благодарным слушателям предлагалось вернуться к началу композиции. И вновь звучит такое знакомое нежное «ау – ау - а». К ужасу бодрствующей не по своей воле аудитории, всё повторялось с самого начала.

Та злополучная поездка, о которой у нас пойдёт речь, начиналась безоблачно и проходила в лучших традициях дорожного времяпрепровождения. Освоившись на местности и быстренько перезнакомившись со всеми пассажирами купе, будущими поклонниками своего незаурядного таланта, Николай Иванович в считанные секунды сервировал стол, во главе которого и воссел хлебосольным хозяином. Обе женщины, занимавшие в купе нижние полки, долго сопротивлялись натиску обаятельного и опытного искусителя. Но он с настойчивостью таракана, подбирающегося к хлебным крошкам, вновь и вновь предлагал дамам разделить с ним скромную дорожную трапезу. Дамы продолжали сомневаться. Особенный испуг у них вызывал чёрный как смоль напиток в полиэтиленовой бутылке, который ни цветом, ни запахом не напоминал квас. Но Николай Иванович подмигивая, словно заговорщик накануне государственного переворота, категорически настаивал на термине, начертанном на этикетке.

Два мужика с примыкающих боковых полок оказались более сговорчивыми, и предложение присоединиться к столу приняли сразу и не без удовольствия. К квасу они претензий не предъявляли, принимая предложенные законы конспирации. В конце концов после длинных уговоров и рекламирования выдающихся качеств напитков, предлагаемых Николаем Ивановичем для внутреннего употребления, женщины согласись на малиновый раствор водки.

Как и водится в таких одноразовых компаниях, после пятой рюмки все обращались друг к другу уже исключительно по именам. Отчества игнорировались как признак излишней официозности, чуждой духу небольшой дорожной вечеринки. Спустя пару часов пассажиры в купе были перетасованы, словно колода карт и масть, как говорится, легла по интересам. Николай Иванович восседал соколом-сапсаном на нижней полке, ненавязчиво приобняв одну из попутчиц, раскрасневшуюся от выпивки, клокоча ей в ухо что-то до неприличия игривое. Дама смеялась, делая неубедительные попытки освободиться, в то же время, стараясь, Боже сохрани, не вспугнуть кавалера каким-либо неловким движением. Иногда она, кокетничая, игриво пожимала круглыми плечами, мурлыча: «Да ну Вас, бессовестный» или «Как Вам не стыдно». Но было видно не вооружённым глазом, что ухаживания эти принимались не без удовольствия. Остальные выглядели не лучше.

Когда за окном стемнело, а ёмкости были опустошены, мне вдруг пришло в голову, что наступило самое подходящее время для сна. Необходимость принять горизонтальное положение хотя бы на полчаса раньше, чем такую же попытку предпримет Николай Иванович, была очевидна и бесспорна, поскольку тридцатиминутная фора была крайне необходима для засыпания в тишине. Воспользовавшись тем, что Николай Иванович вышел покурить в тамбур, я добыл из дорожной сумки пару великолепных немецких «берушей», являющихся средством индивидуальной защиты органов слуха от шума, полное название которых было «Береги уши» и надёжно изолировал ими свои слуховые проходы, полностью нивелировав частоты, на которых обожал храпеть мой дорогой друг. Дамы не подозревая, какой их в ближайшем будущем ожидает сюрприз, мирно беседовали между собой, обмениваясь свежими впечатлениями. Как джентльмен, я просто считал себя обязанным предупредить их о том, что ночь они могут провести не так, как предполагают.

- Вы бы, - говорю я, многозначительно заталкивая в уши средство защиты от шума, - красавицы, на покой определялись. Время уже такое, что неплохо было бы и вздремнуть.
- Да выспимся ещё, - легкомысленно отмахнулась одна.
- Ещё вся ночь впереди, - многозначительно заметила избранница Николая Ивановича.
- Ну, ну, - говорю, карабкаясь на вторую полку, - хозяин-барин, хотя в данном случае правильнее будет сказать, барыня. А я, пожалуй, прилягу, если никто не возражает. Утомился, знаете ли, ко сну клонит что-то.

Возражений не последовало, поскольку по их многозначительным взглядам было очевидно, кто окажется лишним во втором акте этого праздника жизни. Засыпал я в полной уверенности, что мои импортные средства индивидуальной защиты выдержат звуковой удар, генерируемый Николаем Ивановичем. Так оно и случилось, но, к сожалению, эти замечательные импортные средства оказались совершенно беззащитными перед толчками в спину и дёрганьем за ноги, что, собственно, и заставило меня пробудиться. Когда последние остатки сна улетучились, взору моему предстали испуганные лица попутчиц, из последних сил, тормошивших моё несчастное тело. При этом они беззвучно, словно рыбы в аквариуме, открывали и закрывали рты. В глазах одной из них стояли слёзы сострадания. Освободив свои защищённые уши от средств шумопоглощения, я окунулся в атмосферу таких невероятных по мощи и накалу звуков, что проснулся окончательно. Николай Иванович исполнял второй акт своего произведения «Гимн храпу», в котором происходила уже известная нам сцена битвы бульдозера с мусорной кучей. Судя по мощи рычания, вот-вот должна была уже наступить спасительная пауза. Светящийся циферблат часов показывал два часа ночи.

- Господи, да помогите же чем-нибудь. Человеку плохо, - дрожащим голосом попросила та, что была вся в слезах.
- Какому человеку плохо? - не понял я.
- Да Вашему же приятелю, - ткнула пальцем в сторону спящего Николая Ивановича дама, с которой он был особенно ласков. – Разве Вы не видите, он задыхается.
- Можете успокоиться, дорогие женщины, - ответил я с раздражением, понимая, что уснуть уже не удастся. – Абсолютно никаких проблем с уважаемым Николаем Ивановичем не будет за исключением одной – этот концерт на всю ночь.

- Как же так, - продолжали нагнетать испуганные женщины. - Ведь Вы же его друг. Разве вы не видите – у человека приступ.
- В данном случае, - скорбно заметил я, бессильна не только дружба, но и медицина, как это не печально. – Хочу вам заметить, милые дамы, что Николай Иванович абсолютно здоров. Оставьте волнения. Никаких приступов нет и не ожидается в обозримом будущем. Просто человек не любит тихо спать, вот и всё. Не по душе ему это.
И правдиво рассказываю им всю историю от начала до конца. Они, конечно, не верят. Я привожу аргументы. В их душах прорастает сорняк сомнения. Пользуясь растерянностью, здесь же советую им принять меры разумной профилактики в продолжение того короткого времени, которое добрейший из храпящих вскоре предоставит нам, сделав очередную паузу.

Как бы подтверждая мой прогноз, Николай Иванович, строго соблюдающий регламент каждого творческого куска произведения затих и, сладко чмокнув слюнявыми губами, повернулся на другой бок.
- Вот видите, - говорю я дамам. – Два часа пятнадцать минут. Антракт. Давайте же воспользуемся его хорошим его к нам отношением и попытаемся эту паузу обратить себе на пользу. Попробуем заснуть, хотя это будет и нелегко.

Мужики, с боковых полок мгновенно юркнув под одеяла, принялись честно отрабатывать упражнение, известное прогрессивному человечеству, как первое – вдох-выдох. Дамы, по известным причинам не испытавшие на себе все тяготы армейской службы и мало приспособленные к суровой жизни на колесах, замешкались. Глаза им удалось закрыть только тогда, когда Николай Иванович начал шлёпать губами, раздавая брежневские поцелуи направо и налево, скрашивая эту процедуру свистящим астматическим дыханием.

Мне стало любопытно, как в дальнейшем будут вести себя участники ночного шоу, когда Николай Иванович проявит своё искусство во всей, как сказать, красе и мощи. Было заметно, что дамы оставались в напряжённом ожидании и, вероятнее всего, подсчитывали поцелуи, на которые Николай Иванович был щедр как никогда.
К концу пятнадцатой минуты беспрерывного чмоканья, в купе влетела разъярённая проводница, набросившись с упрёками на женщин, лежавших на своих местах тихо как мыши.
- Как вам не стыдно, - заклеймила она их позором. – А ещё выглядят, как порядочные женщины. Не успели с супругами распрощаться, а уже целуются с посторонними мужиками. Сейчас же прекратите, а то мне всякая эротическая чертовщина снится.
Ответная реакция невинно оскорблённых дам была столь же бурной и носила такие же грубые формы. Когда ситуация несколько прояснилась и необходимые разъяснения были даны и приняты, все три женщины скорбно выстроившись у тела Николая Ивановича принялись исследовать необычную природу звуков, издаваемых спящим красавцем.

Мне было интересно проследить, как они без подготовки отреагируют на предсмертный крик доисторического зверя, поскольку считал это место в произведении Николая Ивановича самым сильным и впечатляющим. Действительность превзошла самые смелые ожидания. Это был не просто испуг. Кошмар и паника – вот как бы я назвал то, что мне пришлось увидеть с высоты своего положения. В купе был учинён самый настоящий погром. При первых звуках проводница с криком ужаса прыгнула в сторону, сбив с ног пассию Николая Ивановича, а поскольку объёмы тела хозяйки вагона были довольно внушительные, последней пришлось несладко. Композицию из двух растянувшихся на полу женщин украсил насмерть перепуганный мужик, парашютистом прилетевший с верхней боковой полки. В качестве парашюта была использована простыня, прикрывшая композиционную группу из трёх тел, красочно размещённую на полу.

Спокойствия это не добавило. Упав на пол, мужичонка быстро, спотыкаясь и падая на четвереньки, побежал по проходу, плохо соображая, для чего это делает и какова конечная цель его загадочного маршрута. Делая огромные обезьяньи прыжки, он проскакал через весь вагон, запрыгнув на небольшую площадку перед туалетной комнатой. Часть этой территории уже занимала солидная пожилая дама, терпеливо ожидающая своей очереди. Увидев непонятное явление живой природы, движущееся в её сторону прыжками, как это обычно делают приматы, насмерть перепуганная женщина справила малую физиологическую нужду прямо здесь же на площадке. Ловко перепрыгнув через лужу, неизвестный проскользнул в тамбур и забился там, не находя выхода.

Виртуозное исполнение Николаем Ивановичем авторского произведения, а так же шум и неразбериха, вызванные этим исполнением в отдельно взятом купе со скоростью электрического тока, бегущего по проводам стал распространяться и на других пассажиров вагона. Жару поддал мужчина из шестого купе. Внимательно прослушав загадочные звуки, искажённые значительным расстоянием и спёрднутым воздухом, он в категорической форме объявил испуганным попутчикам, что скорее всего, им повезло присутствовать при железнодорожной катастрофе.
- Знаете, - вещал он голосом пророка притихшей аудитории - очень похоже на то, что поезд, по всей видимости, сошёл с рельс. А что очень даже запросто может быть в наше время. Нынче весь народ бросился сдавать металлолом. Читали, вероятно, в прессе, сколько проводов поснимали да надгробий в пункты приёма металлолома сволокли. Теперь, видимо, до рельсов добрались, сволочи.
- Караул, терпим крушение, - заорала мощная дама в ночной рубашке, хватая чемодан и устремляясь к выходу в панике, не замечая, что её мощная левая грудь вырвалась на волю. Раскачиваясь из стороны в сторону как спортивный молот для метания перед броском, эта часть тела сбивала с ног всех, кто имел неосторожность преградить путь её хозяйке.

Заразительному примеру беснующейся дамы вскоре последовали и остальные насмерть испуганные пассажиры вагона. Шум и крики жертв мнимой катастрофы достигли такого значительного уровня, что привлекли внимание бодрствующих пассажиров из других вагонов. Тревожная весть, обрастая самыми невероятными подробностями, разнеслась по всему составу и вскоре достигла ушей самого бригадира поезда, который и прибыл на место происшествия в сопровождении наряда дорожной милиции для принятия срочных мер по восстановлению спокойствия. Грамотно чередуя увещевания с толчками и зуботычинами, администрация поезда с огромным трудом, но навела кое-какой порядок в мятежном вагоне. Несмотря на принятые меры, народ продолжал нервничать и отказывался реагировать на призывы администрации поезда сохранять спокойствие, поскольку подозрительные звуки не исчезали и продолжали их пугать.

Травмированная проводница беспокойного вагона, с огромным трудом протискиваясь через толпу взволнованных пассажиров, наконец-то процарапалась поближе к своему непосредственному начальству и в нескольких нецензурных выражениях изложила свой взгляд на проблему. Народ, конечно же, ей не поверил, а кое-кто даже обозвал дурой, потерявшей от страха разум. Начальник также, с сомнением во взгляде смотрел на подчинённую, твёрдо пообещав себе, что это будет последний её рейс под его руководством. Обиженная недоверием начальства проводница предъявила заинтересованным лицам источник шума. Те долго стояли у тела, скорбно потупив глаза, как стоят у гроба близкого родственника, и слушали соло в исполнении Николая Ивановича, всё больше и больше убеждаясь в правоте хозяйки вагона. Интерес к феномену проявили все пассажиры без исключения. Длинная очередь, сродни той, которая выстраивается в мавзолей, медленно текла мимо купе, где мирно скрестив руки на животе, возлежал Николай Иванович. Люди подходили со скорбными лицами, прослушивали кусок произведения и отходили, уступая место другим. Молодая женщина с ребёнком на руках, внимательно рассматривая так и не проснувшегося Николая Ивановича, вдруг тихо спросила.

- Это что же получается, товарищи дорогие, во всём вагоне сегодня ночью будет спать только один единственный человек. Вот этот, - ткнула она пальцем в направлении спящего тела. – А остальные спать не будут. Просто не смогут заснуть при таком ужасном шуме.
Народ загалдел, признавая правоту её неутешительных выводов. Небольшой военный совет, проведенный здесь же у тела, принял справедливое, на мой взгляд, решение разбудить Николая Ивановича и строго настрого запретить ему издавать непотребные звуки во время сна. Первые попытки прервать богатырский сон были неудачными.
- Прекратите безобразничать, - строго сказал Николай Иванович не просыпаясь, пытаясь повернуться на бок.
- Вы представьте себе, какой наглец, - обиделась дама с ребёнком. – Оказывается, мы ещё и безобразничаем, а он ангел небесный. – А ну вставай, труба иерихонская…

Придерживая кричащего ребёнка, свободной рукой она вцепилась в ногу моего приятеля, пытаясь стащить его на пол. Николай Иванович, почувствовав скользящее движение, которое придали его телу посторонние силы, принялся дрыгать ногами, норовя лягнуть наглеца, покусившегося на его покой. Один из ударов достиг цели, и женщина отскочила от сопротивляющегося храпуна, зажав в руке в качестве трофея носок Николая Ивановича. Но мужественный пример женщины и матери, был тут же подхвачен другими пассажирами. Более десятка рук протянулись к беззащитному телу и, схватив его как половую тряпку, стали тормошить, трясти и выкручивать, пытаясь привести в чувство. Это им вскоре удалось.

Пробудившемуся Николаю Ивановичу в грубой форме был предъявлен ультиматум, который в значительной степени ущемлял его демократические свободы как пассажира и гражданина. После долгих споров и пререканий неспящие стороны пришли к соглашению, по которому Николай Иванович брал на себя обязательства бодрствовать всю ночь, и только в шесть часов утра ему разрешалось немного вздремнуть. Противная сторона обещала во время дневного сна мириться со звуками, им издаваемыми. Достигнутое соглашение было единогласно ратифицировано всеми без исключения пассажирами вагона.
Проснувшись рано утром, я увидел сидящего на нижней полке Николая Ивановича и грустно отслеживающего однообразные пейзажи, проплывающие за окном. Но он был не одинок. Рядом, склонив голову ему не плечо, тихо дремала сердобольная соседка.
 

Новые анекдоты о Килькине

(Оleg Wral)
 2    2020-06-25  0  56
***
-Базы, базы, вокруг нас базы НАТО!!! - нервно бегая по комнате, возмущался Килькин, потом закурил и немного успокоившись, сказал. - Хорошо, что это не мешает мне отправлять мои деньги в Швейцарию и проводить там уикенды....
      
***      
-Килькин, говорят, что вам иногда вкладывают в уста слова знаменитостей, так ли это?      
- Вы же не думаете, что анекдоты пишут инопланетяне? Хотя я уже и сам знаменитость, но всякое бывает.... как там раньше говорили:"Утром в газете, а вечером в куплете".

***
-Говорят, что бывшему офицеру Килькину опять прилетело от князя Дурново и он потребовал от князя сатисфакции…      
-Да вы что? И что же князь?      
- Послал Килькина...      
-Да? И что Килькин?      
- Пошёл..
 

ЗАМОРОКИ.

(ЮРИК)
 36    2020-04-17  0  243
Золотая осень была в самом конце своего благолепия.
Ночи стали длинными и холодными, почерневшая Волга гнала свои тёмно-серые, холодные волны.
Осень в этом году была золотая, от огромного количества жёлтой листвы и оттого, что с самого утра постоянно выходило солнышко и становилось тепло и беззаботно. Совсем не хотелось думать о приближении зимы.
Скорее всего нудной и холодной.
Ещё в моём далёком детстве бабушка говорила, что високосные зимы всегда бывают сумасшедшими, или очень холодными. А так как прошлая зима была снежной, знать эта будет, или сумасшедшей, или очень холодной.
После довольно удачного дня я очень уставший, приехал домой и с огромной радостью перед предстоявшим заслуженным отдыхом завалился на свой любимый диван.
Сладостное чувство неги, охватило всё моё тело и я мигом словно провалился в глубокий сон.
Точно и не припоминаю с чего всё началось, но вижу что я оказался в огромной комнате с горящим камином.
В стоявшем передо мной кресле сидел мужчина, лица мне не было видно, лишь ярко блестевшая лысина от света огромной люстры, которая в аккурат точно висела над самой лысиной.
И если бы случись ей сорваться,(люстре) она бы явно накрыла сидевшего.
- Проходите, батенька, не смущайтесь. Услышал я приятный голос сидевшего человека.
Странное звучание буквы эр повергло меня в шок. Ильич, ей Богу Ленин.
Я сделал несколько шагов вперёд и увидел Ильича, который мне вежливо предложил место в кресле напротив, у самого камина. Прежде чем опуститься в кресло я судорожно оглянулся по сторонам и присел.
- Здравствуйте,- в глубокой растерянности пробормотал я.
- Здравствуйте, здравствуйте молодой человек.
Меня тут же в голову кольнула озорная мысль. Точно ведь молодой, я ведь на девяносто лет младше его.
Я потихоньку опустился в кресло и во все глаза смотрел на человека, которого нет в живых, уже девяносто пять лет, хотя его тело до сих пор лежит в Мавзолее, а правящие власти, никак не решатся его вынести к захоронению.
Всего около семи лет, этот человек стоял на верхушке власти, а почитаем до сих пор…..
Мир перевернул.
- Да вы не удивляйтесь молодой человек. К сожалению люди не всё знают о жизни тех, кто уходит из бренного мира, да и к тебе я, совсем ненадолго.
- А мне кажется, что это я к Вам. Да хорошо если не надолго,- пробормотал я в ответ.
Он подошёл к камину и подбросил несколько поленьев. Очевидно, очень сухие дрова стали быстро разгораться, окутывая нежно-бархатным теплом мои ноги. И вдруг я почувствовал тормошащую руку жены.
- Да проснись же ты наконец. Иди там к тебе Михеевич пришёл. Не уйду говорит, пока не разбудишь, да и голова у него бинтом обвязана, случилось либо чего. Мне как обычно сказал, что это бандитская пуля.
Невесело чертыхаясь я поднялся с дивана. Вот блин, то Ленин у камина, теперь Михеевич на крыльце.
А ведь они чем-то похожи, да здорово, только Михеевич постарше выглядит.
То что я увидел на крыльце меня чуть не повергло в истерический хохот.
Ленинская фуражка на голове Михеевича, как –то неестественной кучей стояла на забинтованной голове Михеевича. Да именно стояла, как будто под ней осталась пачка не намотанных бинтов.
- Ой батенька и что же с тобой приключилось, сдерживая смех спросил я.
Мне прямо так и захотелось песню запеть. «Голова обвязана, кровь на рукаве».
- Ты не смейся ирод ты этакий, всё расскажу, так в обморок упадёшь.
Ты вот для начала налей рюмочку, очень прошу, голова болит, терпения нету.
- Да что же ты у Ольги не спросил, я то тебе зачем потребовался, сожалея о прерванном сне недовольно проговорил я.
- Олечка твоя, конечно хорошая баба, только мне с тобой посоветоваться надо, а что она баба и есть баба, они в этом деле ни черта не понимают. Так ты налей уж, совсем терпения нет.
- А что же ты, туда не пошёл где голову испортили?
- Так и не был я нигде, да и не пил вовсе, три дня уж башка болит. Ко мне инопланетяне приезжали…..
Вот с той поры и болит, лекарства они мне кое-какие оставили, так я их все выпил, а теперь и не знаю, поможет водка или нет.
- Может коньяку?
- Не водки дай, на коньяк вообще мало надежды.
Тут надо вам рассказать о моём соседе Михеевиче, который жил недалеко от меня, через дорогу и порой радовал меня своими невероятными рассказами-приключениями. Лет Михеевичу было поболее чем мне, на целых полтора десятка. Когда умерла его жена, он остался один. Его дети жили в далёком Норильске, а Михеевич туда ни в какую ехать не хотел. А вот когда ему наскучивала жизнь в одиночестве, он отправлялся в дурку. Его там малёха подлечивали от всяческих депрессий и он возвращался домой.
Один раз он оттуда с бабкой вернулся, так сказать женился. Но недолго длилось семейное счастье.
Начали они бухать вместе, так и забрали молодую назад в дурку, всего лишь месяц и выдержала, слабовата оказалась для запойной жизни.
Мы прошли на кухню и я налил себе и Михеевичу.
С горем пополам он поднёс рюмку ко рту и медленно весь в тряске сглотнул содержимое.
- А чего это ты, чуть свет спать завалился. Я же тебя, который час выглядываю. Дело такое, всякому не расскажешь. Хочешь верь, а хочешь нет, но они у меня были, инопланетяне эти. Не веришь, зуб даю были.
«Зубов у Михеевича, осталось мало, так что в его понятиях, это был самый веский аргумент».
Всё по мирному значится трое. Всё как бы чин чинарём, налили мне изначально.
Водка у них так вкуснотища просто, мяконькая, прелесть просто,а потом мне по башке бац.
Ну, налей хоть ещё одну. Я послушно налил и Михеевич уже не трясясь выпил.
Очнулся я значит, к стулу привязанный, люстра прямо над моей головой яркая такая.
Я ещё подумать успел, вдруг оторвётся, так прямо по лысине.
Люстру наверное с собой принесли,у меня такой отродясь не было.
Чувствую, а они в моей черепушке копаются, чего думаю им там понадобилось.
Тут гляжу, а их главный, пинцетом в моей башке огромного таракана выловил и в баночку в полулитровую кинул. Слышу, радуются меж собой, потом ещё одного, потом ещё.
Ну этаки прямо с десяток, никак не меньше и в баночку складывают. Много ещё их там, спрашиваю.
Да, нет говорит. Четверо ещё, прячутся, чем ты их тут прикормил, не хотят вылезать.
Стой, говорю, а ну погодь, что же это ты сукин ты сын, у меня всех заберёшь, а как же я без тараканов буду.
Ты, Михеевич не переживай, мы тебе новых привезли, более современных, с новыми гораздо веселей будет.
Тут я опять отрубился, когда очнулся баночка с моими тараканами на столе стояла, а старшой их голову мою, как крышкой, хлысть и закрыл. Вот говорит забинтую сейчас, бинт специальный пять дней не снимай, а то новые тараканы в щель вылезти могут, тогда хана, сразу ласты склеишь.
Я слушая смотрел во все глаза на пожилого человека и думал, вот это да.
Ко мне Ленин во сне, к Михеевичу инопланетяне с тараканами.
– Ну, а от меня –то, чего ты хочешь.
– Эко ты мать твою не так. Как что? Я ведь и не знаю, что делать –то мне теперь. Я ведь с их тараканами в голове, как предатель что ли, или шпион. На какой путь они меня кинут тараканы эти. Может, я вот думаю мне в ФСБ обратиться. А то вдруг, что не так, а я патриот Родины, не так себе.
- Ладно Михеевич, давай сегодня дома переночуем, а завтра вместе пойдём. Ко мне вот Ленин сегодня во сне приходил, не знай, чего хотел, из-за тебя вот Олечка разбудила.
Может меня тоже с пути сбить пытаются, и люстра, как у тебя светлая была, только над его лысиной.   
03.12.2019г.

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер