ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: самое свежее: стр. 22

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Смешные истории: самое свежее: Стр. 22  Оцен.   Раздел    Дата   Рец.   Посет. 
 

Лучшее пиво в моей Москве

(Uri Pech)
 13  Приколы про пиво  2018-12-20  0  518

Сокольники - романтичное и легендарное место Москвы. В молодости был там ради любопытства пару раз. Один раз летом, в юношеском одиночестве. Другой раз зимой. На следующий год после Московской Олимпиады мы заглянули туда целенаправленно небольшой компанией. У моего институтского друга в Москве жили двоюродные братья, серьёзный дядя работал зам. министра Стройиндустрии РСФСР. В последний день зимних каникул старший предложил пойти попить культурно пива. Стал вопрос: посетить лучший пив-бар или бар с лучшим пивом. Я настоял на втором варианте. Ребята, не смотря на высокий родительский пост, были совсем не мажорами, а нормальными и коммуникабельными, без наносного выпендрёжа. Так мы оказались в пивном павильоне, оставшемся после Олимпийских игр. Внешне он напоминал монолитный светло-серый ангар. Но внутри! Потолок был разрисован пивными этикетками стран - участниц олимпийского движения. Торцовая стена (напротив входа) была превращена в могучее панно, на котором были изображены трёхметровые качки с пивными кружками, рыбой и раками. Думаю, представители США и стран НАТО, бойкотировавшие Московскую Олимпиаду-80, очень много впечатлений безвозвратно потеряли. В меню было пиво одного сорта - тёмное чешское. Табачный дым клубился, как в сказочной таверне. Помню, за весёлой беседой мы поглотили по восемь кружек вкуснейшего пива (называть его пивасиком или пивком язык не поворачивается, наше "Жигулёвское" показалось жалким подобием настоящего пенного напитка болельщиков).
Слегка поскальзываясь, мы довольные и счастливые уже на приличное расстояние отошли от чудесного бара. Над нами было звёздное морозное небо, вдоль дороги нас окружали сугробы в полный рост и выше. Коварное пиво просилось наружу, но не возвращаться же назад в олимпийский туалет. В прямой видимости смущающих прохожих тоже не наблюдалось. Но украсить кипящими разводами столичные сугробы нам спьяну показалось неудобно.
Понимая всю нелепость нашего провинциального замешательства, младший предложил срочно отправиться на экскурсию в туалет главного кинотеатра страны - "Россия" с последующим просмотром премьерного показа фильма "Вам и не снилось". Проявляя молодецкую силу воли, мы решили потерпеть. Довольно быстро троллейбус по Садовому кольцу домчал до всем известного памятника Пушкину. Прямо от этого памятника начиналась громадная очередь в билетные кассы. Алексей с братьями и Пушкиным стал в хвост очереди, а я побежал к кассам, быстро объяснил ситуацию интеллигентному товарищу в малахае суть нашей проблемы. Он молча кивнул и без очереди купил нам четыре билета, а как истинный москвич от наценки великодушно отказался. Горячо поблагодарив скромного спасителя, я обрадовал своих друзей зажатыми в кулак дефицитными билетами. Благополучно минуя суровую контролёршу, мы под живые звуки эстрадного оркестра помчались вниз по лестнице к заветным писуарам.
До начала сеанса оставалось ещё минут двадцать, мы их не потратили даром, а под великолепное музыкальное сопровождение употребили в буфете ещё по стандартной бутылочке чешского. С первым звонком мы ещё раз посетили туалет и после последнего звонка уселись в уютные кресла громадного анфитеатра кинозала. Перед показом художественного фильма традиционно прокрутили киножурнал "Время вперёд". Помню, на экране показался дорогой Леонид Ильич на очередном Съезде. На каком именно съезде я не запомнил. После пламенной и размеренной речи Генсека мы вообще ничего не помнили. Странно, ведь мы пиво ни с чем укрепляющим не мешали. Пили один сорт.
Уже вернувшись в Воронеж, мы с Алексеем вместо лекции из чувства страшного любопытства пошли в кино. Логично, что мы выбрали новый фильм "Вам и не снилось". Какого же было наше удивление, когда мы осознали, что, благодаря настоящему фирменному пиву, мы забыли во время московского просмотра не только содержание - трагическую историю советских Ромео и Джульетты, но и всех знаменитых актёров: Филатова, Филозова, Федосееву-Шукшину, Соловей, Пельтцер ...
Зато мы узнали, в каком баре самое лучшее пиво!
 

ПАУК-ПТИЦЕЕД

(Ременюк Валерий)
 16  Смешные истории  2018-12-20  2  398

(Святочная история)

А Генка Пыжиков привез в наш городок паука. Из Польши. Хотя ездил туда за дамским бельишком для своего ипэшного магазинчика «Чаровница». У него в Польше школьный дружок есть, Моня Зеергудов, так у него там пыхтит целый цех по пошиву фирменных французских бюстгальтеров и ажурных итальянских трусишек, которые наши барышни и матроны страсть как уважают. Да и грех не уважать, когда сшиты вещи искусно (там у Мони тридцать китаянок строчат, как Анки-пулеметчицы, денно и нощно), а цена в рознице выходит втрое ниже, чем за аналогичный товар в питерских бутиках. Хотя, я, собственно, не о бельишке. О пауке. И приглядел там Генка заодно потешную вещицу – муляж большого мохнатого паука, диаметром, пожалуй, около метра. Рыже-коричневого, отвратительного на вид, выполненного в предельно натуралистической манере. Не удивлюсь, если тоже китайцами. В общем, не паук, а настоящий монстр из фильма ужасов. Хичкок нервно курит в стороне у детского грибочка. Да. И паук этот предназначался для того, чтоб надевать на небольшую собаку или большого кота, и пугать, значит, до полусмерти (или как пойдет) кого ни попадя. А у Генки как раз такой котяра, под семь кило живого весу, и был в наличии. Звали его Шурындой. Ну, то есть, котенком-то он значился как Шурик. Но Шурик быстро прошел эволюционные стадии Шурика – Шурки – Шурави - Шурунделло. А уж когда вымахал к третьему году своей творческой биографии в эдакое громило толстомордое, иначе, как Шурындой, его и представить стало невозможно.

Генка в преддверии Нового года решил немного встряхнуть рутинную городскую атмосферу подготовки к празднику. Добавить огонька и перчика, так сказать. Для поднятия тонуса городского населения. Целую неделю он тренировал Шурынду не бояться паука, приучал его с помощью сосисок и рыбы по фамилии «минтай свежемороженый» к ношению нового наряда. Вырабатывал в Шурынде условный рефлекс: надел паука – получи угощение. И вскоре кот уже с радостью подставлял спину под монтаж этого монстра.

Премьера спектакля состоялась двадцатого декабря во дворе дома номер 13 по улице Ударников, где и проживали Генка с Шурындой в мансардной квартире на пятом этаже дома еще дореволюционной постройки. Генка обычно выпускал кота погулять через окно «велюкс», открываемое прямо в крыше. Дальше Шурында по крышам и чердакам уходил, куда ему заблагорассудится. По прилегающим липам и тополям спускался с крыш на грешную землю, а после гулек тем же путем возвращался обратно на базу.

На этот раз котяра, облаченный пауком, перебрался известными только ему ходами в крону древней липы и притаился там в ожидании своей пассии – соседской кошки Симы. У той как раз был период романтической активности и Шурында это чувствовал, как никто другой. Как только Симочка вышла на волю и прогнусавила своё призывное «муяу!», наш мачо сиганул с липы и профессионально покрыл подругу к большому удовольствию последней. А во дворе в это время, как обычно, гуляли с малышней бабки и мамки, а дворник Парамон лениво разгонял метлой последствия ночного снегопада по закоулкам подведомственной территории. В общем, свидетелей ЧП оказалось предостаточно. Бабки, мамки, дедки и детки, ясное дело, заорали в голос, узрев страшилу-паука, насилующего мирную кошку, и кинулись врассыпную от места стыковки. Сима с минуту поорала благим матом под кавалером, а затем опрометью отскочила в ближайшее подвальное окно переживать последствия романтического свидания. Да так шустро отскочила, что этого за страшным пауком никто во дворе и не заметил. И у публики сложилась полная иллюзия, что паук-монстр просто-напросто изнасиловал и затем сожрал несчастную животную. А дворник Парамон, главное, не растерялся, и быстро заснял происшествие на подконтрольном участке на мобильный телефон. И тут же кинул видео в свой Инстаграм, типа, вон оно, как у нас бывает!

Видео тут же посмотрели полтора миллиона сетевых ротозеев и уже через два часа на местном телевидении по этому поводу давал комментарий доцент местного агротехникума Феофан Сухопятов. Он сообщил почтенной публике, что сей паук прозывается Psalmopoeus irminia и относится к классу пауков-птицеедов. И сделал предположение, что пару лет назад маленького паучка завез к нам из Южной Америки какой-то безответственный турист, и что паучишка на наших родных харчах за два года вымахал в эдакое громило, с которым хозяин просто не смог справиться. И что паук вырвался на волю и теперь можно ожидать от него любых непредсказуемых поступков. В общем, навел Сухопятов такого шороху в умах телезрителей, что начальник местной полиции полковник Зубилов тут же дал команду нашему участковому Тубареткину поймать, а лучше, извести монстра на месте при попытке к бегству - для предотвращения паники среди горожан.

Участковый Тубареткин сказал «Есть!» и немедленно выдвинулся на охоту, судорожно сжимая в кармане табельный пистолет «Макарова» с боевыми патронами. К тому моменту Шурында уже хорошо отдохнул на крышах ближайших домов после первого подвига и снова незаметно перебрался на липу в ожидании нового повода отличиться. И он вскоре представился. Выглядел повод как еще одна Шурындина пассия – кошка-альбиноска по имени Флёра, вышедшая на променад из ближайшего подъезда. Но, как только Шурында сиганул с дерева, бдительный участковый выхватил пистолет и, не дав пауку надругаться над новой жертвой, выстрелил ему в голову. И не промахнулся. Пуля пробила голову монстра навылет, войдя в левый и выйдя через правый висок. Флёра, видя такой поворот дел, дала стрекача в ближайший подвал, а оглушенный выстрелом Шурында распластался под пауком на панели, что произвело на свидетелей охоты впечатление, будто гадкое насекомое и вправду отбросило копыта. Тубареткин выждал минуту и затем, с «Макаровым» в вытянутой руке, стал осторожно приближаться к поверженному противнику, дабы удостовериться в его смерти и запечатлеться на видео, снимаемых многочисленными зеваками, в позе удачливого охотника, поставив ногу на голову трофея. Однако, дальше события развивались по иному сценарию.

Когда до паука оставалась всего пара шагов, тот вдруг пришел в себя, встрепенулся и с утробным рыком бросился на обидчика. Тубареткин от неожиданности шарахнулся назад, споткнулся и завалился на спину, успев судорожно нажать на спусковой крючок пистолета. Благодаря чему был насмерть сражен голубь мира, неосторожно пролетавший в это время над нашим двором. Тушка птицы грохнулась точнехонько между Шурындой и участковым. Кот, к тому времени изрядно оголодавший, мигом переключился на новую цель, схватил трофей в зубы и дал деру со двора.
По улицам города бежал ужасный паук-птицеед с тушкой голубя в зубах, оставляющей кровавые капли на заснеженных тротуарах. В голове паука свистел ветер. Точнее, в сквозном пулевом отверстии, оставленном метким Тубареткиным. Траекторию перемещений чудища отмечали кваканья сирен скорой помощи, которая подбирала тела впечатлительных барышень, штабелями теряющих сознание от созерцания такой кошмарной картины. Феерический выход Шурынды в люди тут же попал на многочисленные видео и заполнил пространство Интернета.

Уже через полчаса информация о данном непотребстве лежала на столе губернатора Шляфина. Тот страшно разгневался и затопал ногами, приняв новость за коварный диверсионный акт соседа-завистника, решившего перед новым годом подмочить репутацию хозяину региона. И послал в наш городок три «камаза» национальной гвардии. Чтобы обеспечить быстрое и окончательное решение проблемы. Короче, дал приказ монстра изловить и извести на корню. А шкуру привезти ему в доказательство выполненного приказа. В общем, как пел наше всё Владимир Семенович, «зверя надо истребить, наконец!». Правда, отдать «принцессу под венец» губернатор не обещал. Туго в нашей губернии нонче с принцессами.

Вторя губернатору, местный полицмейстер полковник Зубилов объявил населению, что за добычу страшного зверя премирует героя миллионом рублей из фонда чрезвычайных ситуаций. И понеслась! А виновник всего этого шухера, Генка Пыжиков, с большим удовлетворением посмотрел в вечерних теленовостях сюжеты про подвиги Шурынды и выдал ему бонусную пайку минтая:
- Молодец, котейка! Наша затея удалась – настроение масс к новому году неуклонно движется к своему историческому максимуму!
Шурында же, видимо, почувствовал вкус к лицедейству, вошел, так сказать, в роль. И был готов к новым подвигам. Которые не заставили себя ждать. Потому что Генка сообразил, что, по всем канонам бизнеса, поднятый народный ажиотаж можно обратить на пользу коммерции. И придумал хитрый маркетинговый ход. На следующий день он укрепил на спине паука белоснежный «французский» бюстгальтер самого грандиозного размера из имевшихся в магазине, а на тыльную сторону чудища натянул белые кружевные «итальянские» трусики. Правда, лифчик пришлось напялить кошелками наружу, но так получилось еще забористей. И, как только достаточно рассвело, выпустил Шурынду в город.

Эффект превзошел самые смелые ожидания! Променад паука-птицееда по улицам тут же попал в Сеть, поскольку его уже ждали многочисленные охотники до нездоровых сенсаций. А наличие на пауке предметов женского туалета было однозначно истолковано как то, что страшный монстр употребил какую-то несчастную женщину так же, как поступил намедни с кошкой Симой, а затем ее сожрал. Из чего последовал вывод доцента Сухопятова, что это не паук-птицеед, а паук-людоед, да к тому же маньяк-извращенец! Прибывшая в город национальная гвардия надела бронежилеты, опустила забрала шлемов, прикрылась плексигласовыми щитами, развернулась в цепь, специальный батюшка для гарантии успеха окропил служивых святой водой и цепь пошла в атаку. Впереди двигался бронетранспортер с водометом и крупнокалиберным пулеметом наизготовку. Паука гвардейцы настигли на главной площади городка, площади имени Памяти Первого Интернационала.

При виде облавы Шурында, не будь дурак, сиганул по фасаду горадминистрации на крышу, а затем уютно умостился на стеклянной галерее, соединявшей администрацию по воздуху с ближайшим торговым центром. И стал оттуда с большим интересом наблюдать за дальнейшим развитием событий. Командир гвардейцев взял монстра-извращенца в перекрестье прицела и собственноручно нажал на гашетку водомета. Попал он хорошо. С галереи посыпались разбитые мощной струей стекла и товары покупателей, по неосторожности не успевших ретироваться из зоны поражения. Шурында же возмущенно рявкнул и перескочил в самое безопасное место – на боевую рубку бронетранспортера. В мертвую зону обстрела. Гвардейцы ахнули, бросили щиты и зааплодировали находчивому врагу. А возглавляющий их капитан Куропаткин даже отдал пауку офицерскую честь. Правильный был капитан. Хотя и гвардеец. Ну, быает…

А что же происходило не периферии описываемых событий? А в городке случилось то, на что и рассчитывал коварный Генка Пыжиков. Крупные изображения товаров из его гламурного магазина, напяленные на паука и показанные в прямой трансляции по трем каналам местного и губернского телевиденья, подняли небывалый ажиотаж среди женской половины горожан! И среди их мужей, озадаченных темой предновогодних презентов для дражайших половин. К прилавкам «Чаровницы» хлынули толпы покупателей и в течение часа смели все имеющиеся товары. Шурында же не стал долго испытывать судьбу, быстро перебрался на крышу ближайшего дома и верхами скрылся с глаз погони. Открывать по монстру стрельбу из огнестрельного оружия гвардейцы поостереглись – город все же, не полигон. Но, чтоб два раза не ездить, шарахнули по толпе зевак из водомета – типа, рассеяли несанкционированный митинг. С чем и убыли восвояси под хоровую песню «Шёл отряд по берегу!», довольные произведенным впечатлением.

А Генка, накормив дома Шурынду любимым минтаем, снял с него женское бельишко и отработавший своё муляж и снес шкуру паука в полицию. Там ее с радостью приняли, выплатили удачливому «охотнику» обещанный миллион премиальных и отрапортовали губернатору Шляфину о закрытии скандального дела. В связи с чем получили от него премию, втрое перекрывшую расходы на бонус Генке Пыжикову. Так что, никто не остался в накладе. А Генка на вырученные деньги снял еще одну торговую площадку, назвал ее магазином «Очи черные» и поехал в Гданьск за очередной порцией товара к Моне Зеергудову. Заодно решил прикупить там еще один гаджет – муляж паучихи-каракурта. Раза в два больший по размеру, чем паук-птицеед. А что? Вещь полезная. В хозяйстве сгодится…
 

Халявные фонари

(Uri Pech)
 28    2018-12-15  0  425

Однажды в маленький двор, состоящий всего из трёх двухэтажек, которые в конце мировой войны возводили пленные венгры, пришёл агитировать кандидат в районные депутаты. По профессии он был энергетик среднего руководящего звена. Коренастый лысоватый кандидат прямо и честно сказал, за решение всех наболевших вопросов я, мол, не ручаюсь, но по электрической части, граждане женщины, обращайтесь - всегда помогу.
Стихийная встреча проходила в дневное время, большинство собравшихся были пенсионного возраста. Молодой электорат отсутствовал по двум уважительным причинам: одни ещё не вернулись с работы, другие уже напились и угомонились до темна.
Самая активная старушка, опираясь на деревянный бадик, сделала шаг вперёд и от лица всех соседей предложила энергетику сделку:
- Дворовое освещение в нашем медвежьем углу наладь, молодой человек. Вечером страшно в такую темень кромешную из подъезда выходить. А мы уж за тебя все проголосуем.
И вот накануне выборов появились во дворе три столба с мощными уличными фонарями, по одному на каждый дом. Все проголосовали за хозяйственного энергетика. Радостный настрой в следующем месяце нарушили платёжки за электроэнергию с диким перерасходом. Новенькие фонари оказались подключены напрямую к домовому освещению.
Пожилые активистки не стали по таким пустякам беспокоить нового депутата. В тот же вечер они поставили вскладчину лёгкий магарыч местным недорослям, которые в полночь переколотили все подарочные депутатские фонари.
______
Аудио вариант рассказа (слушай прикреплённый файл)):
 

Папина гирлянда. Новогодний расс ...

(Uri Pech)
 18  Про ёлку  2018-12-15  0  602

Когда в пятилетнем возрасте я с родителями переехал из центра города в новую хрущёвку на окраине, то в предновогоднюю неделю с пацанами наблюдал необычную картину. Из близлежащего хвойного леса милиция вывозила в день по два-три раза открытые бортовые грузовики, плотно насаженные ёлочными браконьерами. На следующий год лесок вырубили лесорубы, и стал расширяться наш микрорайон.
   Мой отец работал за городом и однажды приволок пушистую живую ель с шишками. Ствол воткнули в крестовину, нарядили игрушками, мишурой и самодельными электрическими гирляндами. Я помогал папе раскрашивать маленькие лампочки, окуная в разноцветную гуашь. Родитель строго-настрого запретил без него включать гирлянду. Но я втихаря его не слушал. И через несколько дней ель стала подозрительно потрескивать. Я насторожился, понял, что за нарушение электротабу придётся отвечать. Но всё обошлось благополучно. Я не раскололся. Это раскололись-распустились в тепле еловые шишки, и под нарядную ель на ватный "снег" упали семена.
   Последние лет 25 мы наряжаем искусственную ёлочку с китайскими фонариками-мигалками. По случаю ставим в большую вазу еловые ветки и вешаем на них уже антикварный стеклянный шарик.
______
Аудио вариант рассказа (слушай прикреплённый файл):
 

КИНО И НЕМЦЫ

(Ременюк Валерий)
 12  Про кино  2018-12-15  0  404
Немцы бывают в нашем городке нечасто. Гораздо реже, чем киношники. Эти-то каждый год по нескольку раз наезжают снимать старую натуру. Изображать тут, типа, Прибалтику или даже Баварию. Слава богу, после всех войн и вопреки нескольким кампаниям государственного возрождения старины, кое-что из архитектуры восемнадцатого-девятнадцатого веков в центральных кварталах городка еще сохранилось. Там и устраивают киногруппы свои съемочные мизансцены – то в брусчатых переулках с гранитными фасадами домов, то в затрапезных двориках с деревянными засыпными домишками, стоящими на лобастых выходах зеленоватого диабаза.

А в этот раз как-то всё сложилось, что немецкие туристы заехали в наш городок как раз во время съемки фильма про Вторую мировую. Эпизода, как наши замечательные разведчики в Восточной Пруссии мешают отступающим фашистам накануне прихода Красной армии взрывать исторические памятники страшной ценности, чуть ли не могилу любимого россиянами философа Канта. Типа, так не доставайся же ты никому! А немецкие туристы, конечно, и знать не знали, и слыхом не слыхали про затеи киношников. Не ожидали, короче, никакой подлянки с этой стороны. Они гуляли себе по культурным местам городка, покупали местные сувениры, с трудом отбиваясь от навязчивых предложений местных барышень с пониженной социальной ответственностью. В общем, вели себя естественно для людей такого сорта. И вдруг, на перекрестке Замковой и Подгорной улиц на группу наших немцев выскакивает человек в черной гестаповской форме штурмфюрера и "шмайсером" в руках. А главное, с бешеным взором побелевших глаз из-под каски. И начинает строчить из автомата от бедра поверх голов туристов, выкрикивая на ломаном немецком проклятия типа «Шайце! Доннер ветер! Руссиш швайн!», ну, и тому подобные хальты и хенде-хохи. Все наши шесть реальных немцев тут же грохнулись наземь и закрыли головы руками от осколков посыпавшихся сверху стекол. Видимо, сработала историческая память. А фашист выхватил из-за пояса гранату на длинной ручке и швырнул ее почему-то за каменный забор в ближайший двор. Во дворе полыхнуло пламя, ухнул взрыв, поднялась туча пыли, с крыш прыснули голуби, а на соседней улице заголосили припаркованные машины - сработала сигнализация. Чертов гестаповец же забросил автомат за спину и нырнул за угол, скрывшись с глаз в узком проулке. Наступила короткая мирная тишина.

- Что это было? – спросил на чистом немецком старший группы, сорокалетний герр Шульц у гида, Эллочки Зайц. Эллочка озадаченно помотала головой и честно ответила:
- В программе экскурсии этот эпизод не планировался!
Недоумение туристов, впрочем, быстро развеялось с появлением потного молодого человека с мегафоном в руках, бейсболке, повернутой козырьком назад, в шортах и кожаном жилете. Он выбежал из недр Замковой улицы, подскочил к Эллочке и стал помогать ей подняться на ноги, со словами:
- Тысяча извинений, дамы и господа, миль пардон, герры и фрау!

Группа постепенно пришла в себя и стала подниматься с тротуара в вертикальное положение, отряхивая колени и бока. А потный мегафонщик продолжал сбивчивой скороговоркой:
- Понимаете, мы снимаем тут кино про войну и у главного героя случилось помутнение рассудка. Видимо, сильно вошел в роль, ну, гениальный актер, Мартын Гуреев его фамилия, может, слышали? Нет? Ну, и ладно. Он вообразил себя настоящим немцем, по-русски уже не понимает. Отзывается на имя Мартин Гур. Бегает от главного режиссера и других членов съемочной группы, отстреливается, гранаты вон кидает – видели?
- Так что же, у него патроны и гранаты боевые? – поднял удивленные брови герр Шульц.
- Выдали холостые. Но этот, видимо, где-то раздобыл боевые, черт его знает. Я ж говорю, сильно в роль вошел, гад. Я – помреж – и то не могу с ним сладить. А надо вернуть артиста в коллектив. И желательно живым, в человеческом просветленном облике. Нам еще снимать и снимать, бюджет фильма трещит, актеры воют, главреж в предынфарктном состоянии… В общем, выручайте, товарищи немецкие камрады!
- Как это? – удивилась гид Эллочка. – Чем же мы поможем? Тут психиатров или полицию надо привлекать…Тем более, патроны у вашего психа боевые! Так ведь, герр Шульц?
- Нет-нет, что вы! – ужаснулся помреж. – Тогда фильму хана. Закроют нафиг, как пить дать!
- И как вы представляете нашу возможную помощь? – поинтересовался отзывчивый герр Шульц после перевода Эллочкой последнего диалога.
- Мы вас переоденем в форму рейхсфюрера, начальника этого беглого архаровца, и вы уговорите его вступить в переговоры об условиях сдачи главрежу. А мы поможем транспортом и сопровождением, будем Мартина Гура отвлекать, а вас прикрывать микроавтобусом, если что. А вот, кстати, и он!

Из-за поворота Замковой улицы тут же выехал пестрый микрик с большим открытым люком на крыше. Из люка торчали пара всклокоченных голов операторов и кинокамера на штативе. От микрика густо пахну’ло выхлопом вчерашних злоупотреблений остросюжетными напитками.
- Соглашайтесь, герр Шульц! – воскликнул помреж, хватая немца за рукав куртки. – Нам без настоящего немецкого языка этого партизана не уговорить! Мы вам выплатим гонорар, а также потом в титрах фильма отдельно упомянем и отблагодарим за помощь в съемке! Наш фильм получит «Оскара» и «Золотого льва», а вы войдете в историю мирового кинематографа!
- А, была-не-была! – махнул рукой герр Шульц, невзирая на протестующие гримасы Эллочки. – Их бин готов!
Его в киношном микрике быстро переодели в форму гестаповского офицера, дали настоящий «парабеллум» с холостыми патронами и пару шумовых гранат – на крайний случай. И погоня покатилась по узким улочкам старого города!

Рейхсфюрер Шульц трусил расчетливой экономной рысью, прижимаясь к стенам домов и бдительно вглядываясь в опасную даль. Даль терялась в киношном тумане, с избытком надутом в улочки специальными вентиляторами. Из глубин тумана раздавались одиночные редкие хлопки – это Мартин Гур постреливал для острастки погони. На эти звуки и ориентировался рейхсфюрер. В его руке зловеще поблескивал грозный «парабеллум», а на каске играли багровые отсветы киношного пожара, имитируемого софитами из микрика. Герр Шульц настиг штурмфюрера у развалин францисканского монастыря. Мартин Гур полулежал у фактурной кирпичной стены, потирая подвернутую ногу. На лице беглеца застыла гримаса боли и отвращения к собственному бессилию. Рядом валялся автомат с еще дымящимся стволом.

- Ну что, штурмфюрер, так и будем бегать от ответственности? – произнес герр Шульц хриплым от погони голосом. – Вы же германский офицер, как вам не стыдно!
- Подите вы все к черту! – ответил штурмфюрер, с трудом справляясь с нервным тиком, перекосившим его холеное лицо. – Красные завтра будут здесь, а вы делаете вид, что всё в порядке, шнапс жрете да баб тискаете, позор арийской нации!
- Герр Гур, командование лучше знает, как организовать оборону! А вы своими паническими заявлениями только сеете смуту в рядах доблестных защитников рейха! Как вам не стыдно! Я отдам вас под трибунал!
- Не успеешь, рейхсфюрер! – криво усмехнулся Мартин, выхватил из кобуры маленький блестящий «вальтер» и приставил к виску. По лицу гестаповца катились настоящие слезы.
- Не делайте этого! – воскликнул герр Шульц, бросая свой «парабеллум» наземь и хватаясь в отчаянии за голову. Но было поздно. Сухо щелкнул выстрел. Голова Мартина Гура дернулась и упала на грудь. С нее красиво слетел каска и покатилась вниз по битому кирпичу, звякая, как пустое ведро.

- Стоп, снято! – раздался радостный голос помрежа. Герр Шульц обернулся. Из микрика вывалились члены съемочной группы и аплодировали артистам. – Всем спасибо, все свободны!
Герр Шульц глянул на застрелившегося штурмфюрера. Но тот уже вставал на ноги, улыбаясь и утирая с виска салфеткой киношную кровь.
- Данке шён, герр Шульц! – сказал Мартын Гуреев. – Вы прирожденный артист! Как вы меня стыдили и уговаривали, я не мог сдержать слёз! Это был высший пилотаж!
Герру Шульцу тут же, в микрике, оформили и выдали гонорар, полторы тысячи рублей, за участие в эпизоде во второстепенной роли продолжительностью пятнадцать минут. И вся туристическая группа тут же, за углом, в ближайшей кафешке радостно прокутила нежданный приработок – попила ароматного черного кофе, выращенного на щедрых плантациях ближайшего северного соседа. Пригласили и помрежа, за компанию. И тот, разомлев от удачи, на ушко нашептал гиду Эллочке:
- Понимаете, бюджет у фильма аховый, не хватает на приглашение настоящих немцев. Вот мы про вас и прознали в отеле, и решили, так сказать, воспользоваться случаем. И ваш герр Шульц просто шикарно, шикарно справился с ролью! Давайте, выпьем с вами за это на брудершафт!

Эллочка Зайц почему-то не возражала.
 

СПАСИБО ДЕЙТЕРИЮ!

(Алик Кимры)
 24  О городах  2018-12-13  2  572

... Вам спос - напомнили Ахуны!
Бывал я счастлив там, а х@ли...


Ахуны - дачное место под Пензой на реке Суре - притоке Волги. Отменно красивые места, покруче Швейцарии, как утверждают местные краеведы. Особенно те, кто никогда не был в Швейцарии. Я тоже так думал, пока в ней ни побывал.

Во время учёбы в Пензе (1957-1962) именно в Ахунах я был по-настоящему счастлив - в самом начале пензючьего бытия и в день, когда уже покидал город студенческой юности.

В самом начале - сразу после поступления в вуз до 1-го сентября оставалось пару недель. Возвращаться в родной Киев не было средств, да и косил от военкомата, откуда уже пришло пару грозных повесток типа "... явиться с паспортом, ложкой и наголо постриженным". На тогда ещё тоталитарной Украине не было тотальных облав на молодых людей, как в сегодняшней демократичной, эуропейськой, послемайданной. Однако я решил не рисковать - Бог бережённого бережёт и от военкомата.

Друзья уже из местных позвали на шашлык в Ахуны. Естественно, загрузились, и на месте - приняли, нагрузились. Я было вздремнул, но сквозь сон услышал знакомые слова: "В первом заплыве...". И уразумел, что где-то рядом соревнования по плаванию. А я, между прочим до того отдал этому виду почти 10 лет жизни, вышел в мастера спорта СССР...



Приятели отвели меня на водный стадиончик, и там действительно проходили соревнования, которые я заподозрил. Тут пацаны подтолкнули меня к тренеру, типа, во, принимай мастера спорта! Тот критически меня осмотрел, принюхался - да ты пьян!

Да, я был в семейных труселях ниже колен... Да, попахивал... Как певал Высоцкий, "жалко тренера", вот он мне и грит:
- Парень, поди проспись!
Но мои приятели настояли на просмотре, и тот нехотя согласился.
- Ладно, мастер, зайди по пояс и плыви ко мне, чтоб не утоп, ща посмотрим, что ты за мастер.

Я тут же сиганул в воду и сделал круг, который стал для меня кругом почёта, лихо явив все стили плаванья. Тренер тут же сорвал с кого-то плавки, напялил на меня, рявкнул: "Ты - студент, ты - "Буревестник", и через минуту я уже стоял на стартовой тумбочке бассейна, правда, в высокой стойке, боясь наклониться - поташнивало от выпитого и, видать, недожаренных шашлыков.

В общем, обошлось, не осквернил место будущего триумфа, а когда сделал, как тогда назвали, "французский" поворот через голову, не ведавшие доселе о таком поотставшие соперники, плывшие лихими сажёнками,- чуть не утонули.

Я легко выиграл стометровку, потом 200, потом 400 метров вольным стилем. На 800-метровой и полуторакилометровой дистанциях мне присудили победу "honoris causa" (без защиты).

Затем устроили показательные выступления - явить плавание другими стилями. На "бис" несколько раз прокрутил поворот. В конце тренер заботливо обтёр меня полотенцем и сразу вручил талоны на питание и новый спортивный костюм.

... Так началась моя 2-летняя карьера чемпиона Пензенской области по плаванию и участника всероссийских и всесоюзных студенческих первенств. Карьера оборвалась, когда в Пензе построили плавательный бассейн, в пединституте открыли специализацию "Плавание и прыжки в воду", тут же понаехали профессионалы, и я по-английски ушёл. Но внезапно стал чемпионом области по лыжам.

... А вот конец студенческой карьеры, в предпоследний день в Пензе - на следующий день уже был билет на поезд. Мы бурно отмечали расставание с однокурсниками на выпускном балу. И часа в 4 утра нас выгнали из ресторана - время аренды завершилось, и кто-то кинул идею - айда в Ахуны!

Набралось человек 12 желающих, в одну моторку все не поместились, привязали на буксир ещё две шлюпки, и эскадра устремилась в означенные Ахуны. Мне было жарко, я в одних плавках встал на корму второй шлюпки, выпендриваясь, балансировал на ходу. Приятно обдувал ветерок...

И не заметил, как отрубился и очутился в Суре. Вдали слышался гул уплывающей "эскадры", а я плыл в тёплой июльской воде, в утреннем рассветном тумане. Отряд не сразу заметил потери бойца, за мной вернулись через час, но не нашли. Я же вышел на берег и отправился к палаткам, где надеялся найти помощь обитателей, разобраться и добраться до своих.

Я осторожно отвернул полог и вошёл - тут раздался отчаянный визг полудюжины полуголых девчонок - оказывается, я угодил в лагерь местного пединститута. Понятно, как испугались девчонки, увидав почти голого страшного мужика.

Хотя я был сложён как Аполлон, симпатичен лицом и при шевелюре курчавых волос. А одна из девчонок умолкла первой, повидимому, сообразив, что мужик не такой уж страшный, а скорее - наоборот. Да и ваще юноша. К тому же я разъяснил ситуацию.



Мы встретились взглядами, я утонул в больших синих глазах, она выдала мне полотенце и одеяло, я улёгся рядом, и мы без сна пролежали до полного восхода солнца, взявшись за руки, и тихо шептались, чтобы не будить девчонок. В общем, пошла химия, и я застрял в Пензе ещё на целый месяц, который мы были уже неразлучны.

От хозяев, где 5 лет снимал угол, перешёл жить в спортзал. Знакомый тренер дал ключи, и в нашем с Любой распоряжении оказались диван в тренерской, маты, конь, козёл. И пригодилась даже шведская стенка. Днём я подрабатывал, а вечер и ночь уже были нашими.

... Незаметно промелькнул июнь, мне уже пришла пора возвращаться в Киев - выходить на работу по назначению. Любочке тоже надо было домой - смена в лагере закончилась, подруги дальше прикрывать её не могли, и она больше не могла делать вид перед родителями, что находится в лагере.

Короче, нам пришлось расстаться... Я уехал в Киев, у меня затянулся вопрос прописки, я не смог сразу вызвать Любу. Она позвонила, что беременна, мать её убивает, и если срочно ни приеду в ЗАГС, сделает аборт. Я предупредил - сделаешь, больше никогда не увидимся. Она послушала не меня, а маму. И дальше наши пути надолго разошлись...



Встретились мы только через лет 20, в во время командировки в Пензу, всё вспомнилось и сразу закрутилось. Она закончила пединститут, поработала по специальности. Но затем, скорее из-за внешности, её уговорили в артистки, она отучилась в театральной студии и сразу вошла в основной состав Пензенского облдрамтеатра. Театральная карьера не удалась, пошла учительницей английского в техникуме, откуда и ушла на пенсию.

Личная жизнь не сложилась - была уже во втором разводе, детей не было. Я всеми правдами и неправдами застрял на вторую неделю, но, увы, громко позвала труба производственного и семейного долга. Потом ещё несколько раз вырывался в Пензу, но это уже другая история...

... Теперь мы общаемся по скайпу, жду Любовь Константиновну в Сан-Франциско. Сделал вызов, но, увы, подозрительные американские иммиграционные службы не торопятся. Но может ещё удастся свидеться при жизни, поверил в пословицу про старую любовь, которая не ржавеет даже тогда, когда фигуранты изрядно заржавели сами.

 

О ЛАКОНИЗМЕ

(Алик Кимры)
 6    2018-12-10  1  352

"Я евреев не люблю,
Я в ладу с эпохою.
Я их сразу узнаю
По носу и по х@ю"

И.Губерман

Доктор филологических наук Р.И.Кацнельсон из Сан-Диего в нескольких номерах калифорнийской газеты "Запад-Восток" разместил объёмистую статью "Почему Гоголь был антисемитом?" При встрече с Робертом Израйлевичем я ему разъяснил, что на поставленный им вопрос можно ответить гораздо короче:
- Патамушта был сумасшедшим.

Но, как говорится, ценим Гоголя не только за это, и он - мой самый любимый писатель. Гению можно простить всё! Подумаешь, не нравились ему евреи! А что, разве они всем подряд нравятся?

------

И ещё о лаконизме

Жми сюда
 

БЕЛИНСКИЙ БЫЛ ОСОБЕННО ЛЮБИМ

(Алик Кимры)
 22  О литературе  2018-12-10  9  668

"Белинский был особенно любим.
Молясь твоей многострадальной тени,
Учитель, перед именем тоим
Позволь смиренно преклонить колени"

Н.Некрасов

Великий русский критик и демократ-разночинец Виссарион Григорьевич Белинский детство провёл в г. Чембар Пензенской провинции Казанской губернии, а затем учился в гимназии г.Пензы. Это дало основание пензюкам считать его самым своим земляком, и в год 150-летия Белинского Пенза и область стали эпицентром мировых торжеств по случаю юбилея.

Каким боком это коснулось меня, тогдашнего студента строительного института? Я подвизался в качестве лектора-международника в городском обществе по распространению научных и политических знаний (впоследствии сократили до "Знания"). А обком партии объявил тотальную мобилизацию лекторов на посев разумного, доброго, вечного о Великом Земляке. Всем была вручена методическая разработка - и вперёд.

Гонорар за каждую лекцию повысили с обычных 5 ₽. до 8, оформление каждой 4-й лекции как шефской - отменили. В моём распоряжении был досаафовский мотоцикл из института, и я, мотаясь по городам и весям Пензенской области, умудрялся в день читать 6-8 лекций - в самых разных аудиториях, в клубах, на полевых станах, колхозах и совхозах, школах и вузах ...

Всего "поднял" до штуки ₽ - по тем временам, бешеные бабки. Эту штуку привёз домой в Киев, куда улетел на летние каникулы. Мама переполошилась: откуда такие деньги, не попал ли в дурную компанию? Разбогатев, мы много чего накупили. В том числе и мебельный гарнитур киевской фабрики им. Боженко. Гарнитуру присвоили имя Белинского.

Другие, менее мобильные коллеги-лекторы сняли поменьше, но в обиде на Виссарионгригорьича не остались. А по случаю окончания юбилейной страды мы узким кругом отметили Событие в кабаке "Купеческий".



Вестимо, с купеческим размахом: выпили, закусили, погудели... И даже для приличия подрались с офицерами-курсантами Пензенского артиллерийского училища - им, видите ли, не понравилось, что мы весь вечер хором пели "Белинский был особенно любим..." на известный мотив "Ревела буря..."

... Да, из Пензы или региона вышло немало замечательных людей, как-то: писатель Лажечников, историк Ключевский, поэт Лермонтов, режиссёр и актёр Мейерхольд, писатель Куприн, коммерсант Бланк (дед Ленина), актёр Пудовкин, писатель Задорнов (отец), я, наконец, и др. Юбилеи некоторых из них тоже отмечались в мою бытность в Пензе (1957-1962). Но ни один из них не был столь круглым и не отмечался с такой помпой, как юбилей Белинского. Соответственно на этих более скромных юбилеях нам, лекторам, обламывалось гораздо меньше.

... Вот поэтому Белинский таки был ОСОБЕННО, искренне любим!

... А 50 лет спустя, уже на 200-й юбилей Белинского, я написал большую статью о нём в калифорнийской русскоязычной газете, а также прочитал несколько лекций на русских специализациях калифорнийских университетов. Эрудиции хватило, благо в студенческой юности, взбодренный юбилеем и гонораром, близко ознакомился как с творчеством Белинского, так и с информацией о нём его великих современников. Опять же, срубил $400, но для Америки это не деньги.

Так что и теперь для меня Белинский, уже почти бескорыстно, особенно любим.

------

И ещё в тему

Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
 

когда Толстой был холостой

(Fanga Taufa)
 47    2018-12-09  1  486

когда Толстой был холостой
любил босым гулять Толстой
бродил туда-сюда пешком
в толстовке с тонким ремешком
весь босиком и вот итоги:
вдруг об соху порезал ноги
и беспокоясь о ногах
с тех пор ходил лишь в сапогах
к тому же был усыпан двор
осколком - битый там фарфор
середь двора валялся севрский
и плюс кругом хрусталь богемский
но Лев уже не резал ног
хрустя подметками сапог
по хрусталю шагал как йог
свободно в речке плавать мог
пахал в них сад и огород
и в сапогах ходил в народ
валялся в них он на диване
их не снимая мылся в бане
а всех знакомых и детей
он заставлял носить лаптей
коль не оденут сразу штраф
оне рыдали спятил граф
 

ТАК ПОСТУПАЮТ ИНТЕЛЛИГЕНТЫ (5)

(Алик Кимры)
 16    2018-12-09  0  408

Навеяно новеллой
Сибирёва О.А.«Дебоширы»

Жми сюда

Белинский и Чернышевский были заядлыми картёжниками, их ссора вспыхнула за ломберным столом, но из-за отсутствия под рукой канделябров обошлась бескровно. е русские литераторы обиходились лишь пылкими внелитературными текстами. Но со временем ссора перешла в отчаянную вражду, каждый заочно угрожал другому всеми казнями египетскими. Однако когда Тургенев таки подстроил их встречу, "литераторы вначале смущённо смотрели друг на друга, «краснели», а потом неловко извинялись и говорили милые сердцу банальности".

Нечто подобное происходило на моих глазах, когда мы отдыхали на Пицунде. Наш путь к пляжу проходил вдоль соседского забора. Нас сопровождал дворовый пёс Черныш. Но когда он появлялся возле забора, тут же к забору с другой стороны вылетал дворовый пёс соседа Белик и с лаем бросался на Черныша, а Черныш в ответ на него, и только забор спасал их от жестокой разборки, оба неслись вдоль него с разных сторон, громким лаем угрожая друг дружке всеми казнями египетскими.

Но тут забор кончился, и мы с ужасом подумали, что сейчас поизойдёт кровавое побоище. Однако всё обошлось: псы вдруг миролюбиво повиляди хвостами, облизнулись, затем дружно развернулись и помчались обратно вдоль забора, осыпая друг дружку лаем, проклятиями, угрозами порвать пасть и прочими казнями египетскими.



... И оба этих инцидента - между Белинским и Чернышевским, Беликом и Чернышом напомнили мне нынешние отношения между США и Россией. Стороны угрожают друг дружке ядерными арсеналами, морскими и воздушными флотами... Сплошная воинственная риторика, но до войны дело вряд ли дойдёт -здравый смысл и инстинкт самосохранения всегда побеждают.

------

И ещё в тему "Как поступают интеллигенты"

Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
Жми сюда
 

САНИТАРЫ РЫНКА

(Ременюк Валерий)
 19  День торговли  2018-12-07  3  1755
В нашем приморском городке и своей рыбы хватает, слава богу, и залетная нет-нет да и появится. Я имею в виду прилавки местного рынка и холодильники горожан. Дора Ивановна Штрюкова любила свежую рыбку и хорошо в ней разбиралась, поскольку муж ее, Осип Тимурович, был заядлым рыбаком. И добычливым, к тому же. Знал правильные места и способы ловли и никогда не возвращался с рыбалки с пустыми руками. Ну, а жене, ясное дело, доставалась почетная обязанность обработки и переработки даров моря или окрестных озер. Через руки Доры Ивановны за двадцать пять лет совместной жизни с Осипом прошло, наверное, тонн сто рыбной плоти всевозможных сортов – от вульгарных карасей или язей до элитных экземпляров морской форели и балтийского лосося. Транзитом через лещей и судаков со щуками. Я уж не говорю про всевозможных окуней, плотву да красноперку. Поэтому в практической анатомии обитателей пресных и слабосоленых водоемов Дора разбиралась в совершенстве. Но однажды произошел случай, поставивший Дору Ивановну в тупик.

К семейству Штрюковых заехал в гости Осипов друг детства Жорка Журов. Проездом из Норвегии после законного трудового отпуска, который Жорж с компанией провел на рыбалке в скандинавских фьордах. Уж не знаю, как, но протырил Жорка через таможню свежемороженой сайды и трески, пойманных своими руками. Немного, килограмм пятьдесят, в пяти ящиках-термосах, укутанных тряпьем и заваленных всякой походной всячиной типа палаток, надувной лодки, спальных мешков и пропотевших штормовок. Ну, и отвалил Жорка другу пару-тройку зачетных хвостов – в качестве сувенира из дальних стран. Да. И всё бы хорошо, но Дора Ивановна после отъезда гостя занялась обработкой рыбы и обнаружила в ее кишечнике незнакомую флору. А может, фауну, что еще страшнее. Какие-то белесые палочки-колбочки, окружающие отдельные внутренние органы. Естественно, бдительная хозяйка дома объявила «Стоп!» дальнейшему процессу переработки и командировала Осипа Тимуровича с образцами тканей несчастных рыб в местную СЭС (санэпидстанцию). Для произведения анализов и экспертизы. Образцов набралось на полулитровую банку из-под кабачковой икры.

Городская СЭС примыкала отдельным флигелем к районной больничке, соединяясь с последней коридором-галереей во втором этаже. А так как к моменту описываемых событий главный вход в СЭС находился в хроническом многолетнем ремонте, народ проникал на станцию транзитом через больницу и галерею. Пошел туда и Осип, натянув на тапки полиэтиленовые хлипкие бахилы и держа под мышкой банку с образцами рыб. Войдя в больничные коридоры, Осип почувствовал тоску в душе и нытье в области десен. Так организм отреагировал на душный воздух и специфические запахи жизнедеятельности пациентов, усиленные тягостными ароматами бюджетных лекарств. И лишь в переходной галерее его слегка отпустило – тут были открыты форточки окон и воздух хотя бы отдаленно напоминал, что за пределами этого богоугодного заведения есть живая природа, свежесть мокрой травы, ароматы леса, звуки ветра и птиц… У окна Осип заметил двух сухоньких старушек в застиранных синеватых больничных халатах. Они стояли, опершись о подоконник, и смотрели через стекло в больничный двор. Осип, проходя мимо, мельком глянул туда же. Во дворе грудились больничные машины, какие-то крупногабаритные детали полувыброшенных медицинских аппаратов, мусорные контейнеры вдали. А в центре – небольшой, чисто символический скверик – старое бетонное корыто недействующего фонтана, воздвигнутого лет сто назад, да две убогие пустые скамейки по бокам под тощими кустами сирени.
- Ах, как здесь хорошо! – говорила бабуля справа восторженным голоском.
- Да-да, - отзывалась эхом левая, - такой свежий воздух!
- И зелень за окном, смотрите!
- Да-да, столько зелени! – вторила левая правой.
Осип еще раз глянул во двор. Кроме тощей сирени, другой зелени двор не содержал. И Осипу стало от этого особенно грустно, почти тоскливо. От чужого малобюджетного, нищенского счастья…

Но в санэпидстанции Осипу дали от ворот поворот, мол, СЭС не работает с продовольственными товарами от населения. С ними надо на пункт санитарного контроля при местном рынке. Ладно, делать нечего. Осип снова прошел через соединительную галерею мимо коридорных старушек, всё еще радостно гуляющих на свежем воздухе под форточкой окна. «Как мало человеку нужно для счастья, если разобраться!» - подумал он и вышел на улицу. Еще минут пять Осип пребывал в философическом углублении мыслей, шагая к остановке автобуса, пока его не окликнула насмешливо какая-то женщина:
- Мужчина, вы бы сняли бахилы-то! Больница уже давно кончилась!
- Ой, спасибо! – сконфузился Осип и стянул с тапок разлохмаченные голубые мешочки.

На городском рынке было многолюдно, шумно, в воздухе витало электричество торгового оживления. Одни надеялись продать, другие намеревались отовариться. И каждый в уме прикидывал выгоду своих вариантов торговли. Помещение пункта санитарного контроля Осип нашел в дальнем торце здания рынка. За дверью, обитой утепляющим дерматином еще прошлого века, его встретили три женщины бальзаковских лет, сидевшие каждая за своим канцелярским столом. Все были с явными излишками живого веса, круглыми лицами и лоснящимися щечками. С очками на носах и одинаковыми, видимо, форменными, башенками волос на макушках. «Родственницы они все, что ли?» - непроизвольно подумал Осип и подошел к первой по ходу работнице поста.
- Здравствуйте! Хочу попросить вас сделать анализ моей рыбы. Жена сомневается, не гельминты ли в ней? – и протянул свою банку.
Дама взяла тару, недружелюбно зыркнула на посетителя:
- А что за рыба, откуда?
- Свежая сайда, друг сам поймал в Норвегии, во фьорде. Сайду и треску. Сразу заморозил и нам привез вчера немного в подарок… вот.
- И что вам не нравится в этой сайде? – саркастически усмехнулась дама, вытряхивая содержимое банки в эмалированный железный лоток, стоящий перед нею на столе.
- Так это… Жена там разглядела какие-то палочки или колбочки, черт их знает… Гляньте, короче, так или нет? Если надо за анализ заплатить – скажите, сколько…

Дама взяла со стола лупу в оправе и на ремешке, типа тех, что используют часовщики, водрузила на глаз, взяла скальпель и склонилась над объектом исследования. Поковырявшись в рыбной плоти, откинулась на стуле, сняла лупу, отложила скальпель, задумчиво подвигала лысыми бровями.
- И что там? – шепотом спросил Осип, ожидая страшного диагноза.
- Придете завтра после обеда, результаты анализа уже будут готовы, - буркнула дама, не глядя на просителя.
- А… сколько?
- До свидания, молодой человек! – повысила голос строгая санитарша.
Осип Тимурович пулей выскочил из кабинета. На рефлексе. Он побаивался официальных дам, старался не вступать с ними в пререкания, будучи научен печальным опытом юношеских попыток качнуть пару раз свои права и получив болезненный отпор.

Назавтра Осип явился к назначенному времени, санитарный пункт как раз открылся после обеденного перерыва. В коридоре санитарщиков витал до боли знакомый запах свежежареной сайды. Еще не дойдя до двери кабинета, Осип уже понял, что его образцы успешно прошли экспертизу санитарного пункта и признаны вполне съедобными. Но все же вошел в уже знакомую комнату:
- Здрасьте! – сказа он вежливо, сняв кепку. – И как результаты анализов моей рыбы?
Его дама взглянула на него уже намного приветливее, чем вчера, вытерла масляные губы бумажной салфеткой и выбросила ее в мусорное ведро рядом со столом.
- Ну, что сказать… Объем, конечно, маловат для полноценного анализа. А вы говорили, там друг еще и треску вам привез?
- Да, немного есть…
- Вот-вот. Вы еще и трески нам баночку принесите сегодня – и тогда завтра мы вам дадим полное заключение о качестве продукта!
- А сколько платить?
- О цене потом договоримся. Вы, главное, несите, не задерживайте!

«А вот фиг вам! - сказал себе под нос Осип, выйдя из здания рынка на улицу. – Перебьетесь!»
 

ЛЮБОВНАЯ ИСТОРИЯ

(Ременюк Валерий)
 22    2018-12-05  2  670
Альбине недавно стукнуло двадцать два, она трудилась кассиром супермаркета «Редиска». Филиппу было двадцать четыре, он работал продавцом в магазине бытовой техники «Импульс», этажом выше Альбины. Раисе шел тридцатый год и служила она менеджером парфюмерии «Aroma-Roma» еще уровнем выше. А ее ровесник Родион, тот, вообще, исполнял обязанности техника-электрика в здании торгового центра, арендуемом «Редиской», «Импульсом» и «Aroma-Roma». И однажды с этими молодыми людьми приключилась курьезная история, о которой до сих пор вспоминают в нашем городке кто с завистью, кто с улыбкой, а кто и с содроганием.

С некоторых пор Филя засимпатизировал Альбине. Причем, конкретно так засимпатизировал, по-взрослому. С цветами, билетами на концерт скандальной рок-группы «****-Гансы», множеством необязательных ежедневных покупок в «Редиске» с обслуживанием в кассе именно Альбины. В общем, пропал человек. Превратился в ходячее скопище любовных гормонов в стадии весеннего обострения. Да, а по планете как раз шел разнузданной поступью месяц апрель, так что – сами понимаете… А Альбина, не то, чтобы не замечала Филипповых ухаживаний и заходов, но они ей были, как бы сказать поделикатней, не ко двору. Потому как сама Альбиночка, чернявая и смазливая девчушка с гендерными рельефами, усовершенствованными спец-фитнессом, уже полгода сохла по электрику Роде – статному кучерявому сердцееду с орлиным профилем. И всё у нее с электропитанием кассы возникали проблемы, всё Родиона вызывала на помощь. Иногда по три раза на дню. И, пока дисциплинированный электрик разбирался в проводке и контактах, Альбина сидела на своем стульчике у кассы, ужавшись в уголок так, чтобы нет-нет да и касаться эротичным бедром в капроне и короткой юбке мужественного плеча Родиона. Да, и еще дышала при этом не как все нормальные люди, а как-то так… особенно, с намеком, многообещающе. Но, увы Альбине, Родион был кремень. Сделает свое электрическое дело, запустит кассу, и поминай как звали. Не шел на сближение, злодей. А всё с чего? Да с того, что сам Родя глаз не сводил с Раисы и всё искал повода пересечься с ней взглядом, словом, жестом. Всё заглядывал в ароматное заведение чаровницы по пять раз за смену, то проводку проверит, то светильники протестирует, то рекламную подсветку подшаманит. И требовал, коварный, чтобы Раиска как менеджер объекта при этом присутствовала. И всё старался навязать ей провокационные разговорцы, начинавшиеся с электричества, а сводившиеся к фразе «И чем же девушка сегодня вечером занята? А не свободна ли, не скучает ли в одиночестве?» Но чем же была занята девушка Рая? К огромному разочарованию Родиона – страданиями по Филиппу из «Импульса». Да-да, именно к нему прикипело горячее девичье сердце рыжеволосой и стройной Раисы! А тот, как на зло, воздыхал об Альбине… Хотя, это я уже повторяюсь.

В общем, вырисовался странный набор безответных односторонних любовей, выстроенный по схеме: Филя → Аля → Родя → Рая → Филя. Об этом нетривиальном явлении вскоре знал уже весь ТЦ. О нем судачили на всех этажах, страстно желая развития патовой ситуации. Некоторые циничные балбесы из пубертатной, необстрелянной Амурами молодежи даже делали ставки на прогноз, сколько еще месяцев продержится эта странная любовная комбинация. Участникам безответных отношений все искренне сочувствовали, а более опытные товарищи и товарки давали советы в духе «Бери что есть! Синица в руках лучше, чем журавль хрен знает где!» И, будучи не в силах переносить картину гибнущих юных сердец, секретарша директора ТЦ Авдотья Макаровна предприняла, наконец, решительные меры. Проявила, так сказать, боевую сметку и находчивость. Однажды, в конце смены она пригласила наших героев на совещание, якобы, к главному инженеру ТЦ. И в его кабинете представила исстрадавшимся молодым людям парапсихолога-амуратора (так у него значилось на визитке) Саида Моисеевича Заварущенко. А сама тактично удалилась из помещения, чтобы не нарушать таинства предстоящей тонкой процедуры.

- Любезные мои, мыть-перемыть! – начал свою речь Саид Моисеевич проникновенным голоском. – Не стесняйтесь меня, копать-катать, я уже всё знаю о вашей беде! Ваш амурно-психологический клинч, мотать-макать, я вполне могу разрешить, так как хорошо представляю его причину, механизм его возникновения, шить-пороть. Это всё гормоны, ковать-шатать, их неугомонное весеннее буйство. А гормоны, совать-давать, это чистая химия. Наука, тузить-возить, в которой я разбираюсь досконально!
- А чем же вы нам можете помочь? – грустно прошептала Раиса, не поднимая прекрасных синих глаз.
- Я разверну ваши отношения, рубить-солить, переориентирую вектора ваших гормонов наоборот, и вы ощутите, наконец, долгожданную взаимность чувств, пилить-валить!
- И что же от нас потребуется? – спросил технически подкованный Родион.
- Сущий пустяк, ломать-пинать! – улыбнулся Саид Моисеевич. – Принять участие в коллективном сеансе из двух фаз, стоять-ваять! У вас отношения защеплены не в том порядке, как следовает, пороть-бороть. Поэтому, во-первых, их надо расщепить, сделать вас нейтральными друг другу. И, во-вторых, сразу же затем вас надо защепить уже в правильном порядке, в желаемых для вас взаимных связях.

- И сколько же нам будет стоить это счастье? – поинтересовалась практичная Альбина.
- Да говорить не о чем, коптить-колотить! - Саид Моисеевич сложил руки лотосом и потупил глазки. – Всего по пять штук, пардон, тысяч отечественных рублей, шатать-мотать…
Несмотря на странноватый лексикон Саида Моисеевича, парапсихолог-амуратор сумел-таки убедить страждущих счастья. И приступил к осуществлению обещанного незамедлительно. Он достал из докторского саквояжа мини-кальян на четыре персоны, водрузил его в центре стола. Затем маленькими ножницами отстриг по пряди волос с головы каждого участника действа, посек пряди в мелкую пыль и смешал в маленькой керамической пиалке. Полученную смесь зарядил в топку кальяна, в емкость залил воды из специальной бутылочки и еще капнул туда несколько фиолетовых капель из какого-то пузырька. Плазменной золотой зажигалкой зажег горючую смесь, закрыл топку и дал команду курить. Молодые люди с четверть часа прилежно втягивали волшебный дым в легкие и выдували, как было наказано, строго через нос. После этого Саид Моисеевич сказал:
- Достаточно, купать-сушить! Ну, вздохнули полной грудью и посмотрели друг на друга!

Подопытные послушно исполнили команду амуратора, взглянули на предмет своих воздыханий и… Каждый недоуменно скривился:
- Фу-у-у… И этого/эту я так страстно любил? Госссподи! Как это было возможно? За что?!!
Саид Моисеевич радостно потер ладошки:
- Ну, а что я говорил? Видите – все друг от друга отсохли, отщепились! Первая фаза, белить-марать, прошла отлично! Переходим ко второму этапу лечения, тереть-гореть!
Он оттяпал еще по пряди волос с голов пациентов, замесил новую порцию горючей смеси, сменил воду в кальяне и добавил туда оранжевых капель из другого секретного пузырька.
- Ну, сосать-мотать, поехали! – дал команду амуратор. И молодые люди снова припали к кальянным трубкам. На их лицах, хотя и с закрытыми глазами, явно читалось предвкушение грядущего восторга взаимной любви, к которой они так стремились!
По истечении четверти часа пациенты отложили кальян и открыли глаза. Окинули взглядами друг друга и… осознали страшную вещь! Теперь их любви выстроились в противоположном направлении: Филя → Рая → Родя → Аля → Филя. Но снова – безответно!
Молодежь с возмущением и обидой посмотрела на чудодея. Но тот уже и сам понял свою промашку, засуетился, закопошился в саквояже:
- Месить-тузить, я, кажется не из того флакончика капнул! Прошу прощения, господа, сей секунд всё исправим, не стоит нервничать!

Он снова успешно провел стадию расщепления отношений, и опять вверг коллектив в ответственный финальный этап. Люди за столом на этот раз сосали дым и выпускали из ноздрей султанчики сосредоточенно, почти нервно. Но все еще веря в окончательный успех таинственной процедуры. Наконец, Саид Моисеевич скомандовал:
- Суши вёсла, сипеть-кипеть! В смысле, кончай сосать! Ну? И как теперь?
Филя, Рая, Родя и Аля снова внимательно вперились друг в друга, медленно переводя взгляд с одного лица на другое и обратно, словно взвешивая на внутренних весах сердец формирующееся большое чувство. И вдруг амуратор побледнел. Он заметил, что Альбина и Раиса тепло и безотрывно смотрят друг на друга, постепенно заливаясь нежным румянцем. То же самое происходило и между Родионом и Филиппом – они стремительно проваливались в пропасть новой, неизведанной ранее взаимной страсти.
- Ёшкин крот! – пробормотал целитель. – Где же правильный пузырёк, томить-мутить? А, вот же он! Сейчас, одну минуточку, господа! Я всё исправлю!

- А не нужно исправлять! – услышал он общий ответ. – Этого достаточно! Мы довольны.
Молодые люди встали из-за стола. Мужчины обнялись по-братски за плечи и нетвердой походкой направились на выход. За ними, взявшись за руки, тихо вышли Рая с Алей. На столе остались четыре конверта с оговоренными суммами. Саид Моисеевич поскреб в затылке, крякнул, собрал конверты и спрятал в нагрудный карман пиджака. Уложил кальян и принадлежности в саквояж. С минуту посидел в задумчивости, затем тихо произнес:
- Да, шагать-махать, любовная химия – это темный лес, если разобраться. Чистой воды темный лес, колот-молоть! Ладно, на две недели им эффекта хватит, а там, тереть-марать, посмотрим, что с ними делать дальше…
 

МОЛЬБА (9)

(Алик Кимры)
 22    2018-12-05  2  426

«Стихи писать любой горазд».
Продай попробуй их."
Олег Индейкин."Попробуй продать стихи"

Жми сюда

В 1973 мохнатом году мы с супругой и 9-летним сыном отдыхали в Леселидзе (ныне Гячрыпш - по-абхазски), на границе СССР и ГДР (Грузинской демократической республики). На пляже сколотилась компашка отдыхающих - возле магнитофона с записями хитов того времени "Евреи, евреи, кругом одни евреи", "Песенка о фригидной жене" и т.д.

Нашу компанию облюбовал местный джигит Гиви годов 35, который являлся на пляж в ресторанно-театральном прикиде - строгом костюме, лакированных штиблетах, белоснежной рубашке и галстуке-бабочка. Вестимо, в этом прикиде он не купался-загорал на блаженном песке, а кадрил приезжих тёлок.

В одну из них, блондинистую москвичку Наташу он пламенно влюбился. А к нам обратился из-за проблем с русским языком: он решил охмурить девицу-красавицу изысканным слогом на открытках. Поскольку я, как тогда говорили, бацал на гитаре, в основном, свои тексты, ему предложили покорить девицу стихами. И вот я стал продавать стихи на заказ, даже не построчно, а пооткрыточно, по довольно нехилой цене: червонец за открытку. И мы не скажу уж очень, но скромно кутили.

Разумеется, по требованиям заказчика сначала были робкие признания, полунамёки, больше воспевалась её красота и душевные качества, и постепенно - надежды и поползновения на взаимность. А всей гопкомпанией мы обсуждали и стихи, и возрастающую степень приближения к даме, и ржали больше чем от мага с хитами. Наконец, я решил, что наступило время решительного признания, и написал такой вирш

Отдайся мне, хорошая, отдайся!
Хотя бы на день мною овладей...
Я думаю, ты в этом не раскаешься,
И навсегда запомнишь этот день.

Мне некогда ухаживать годами.
Да и года мои совсем не те,
Чтобы нести сквозь вздохи и гаданья
Свои признанья в пылкой суете.

К чему ходить всё около кругами,
Зря пролетят сиреневые дни,
Когда быть может, счастье перед нами,
Возьми его - лишь ноги протяни.

Отдайся мне, хорошая, отдайся!
Отдайся обстоятельствам назло,
Молю тебя с покорностью китайца,
Чтоб хоть на день в любви нам повезло.


Издали мы наблюдали за успехами Гиви в охмурения объекта вожделения. Обычно Наташа с подругами тоже нехило ржали, но в этот раз Гиви схлопотал смачную оплеуху, и, подойдя к нам с пылающшей щекой, сказал:
- Слышком рэзко, надо умягчить!

Я снизил градус на более мягкие подходы, а через пару недель Гиви исчез, ему так и не удалось покорить Наташу. Она вернула ему все открытки и, возможно, он отправился пытать с ними счастья на другой пляж.

А вот Наташа влюбилась ... в автора стихов, то-есть, меня. По-видимому, она решила по стихам, что автор пылал к ней высокой страстью, которая ей примерещилась в стихах. Моё инкогнито не раскрыл ни я, ни кто из моих компаньонов.

И девичья компания ломала голову: кто? Я даже не входил в круг подозреваемых - выглядел как преданный супруг и заботливый отец, папусык, который выходил в море в прикиде дайвера и тащил в дом из моря рыб, крабов, рапанов.

И лишь в последний день, сгорая от любопытства, Наташа решила напрямую выявить автора посвящённых ей стихов, а когда узнала - разрыдалась и тихонько оставила мне свой московский телефон.

Увы, я им никогда не воспользовался. Как преданный супруг и заботливый отец, папусык, который всё тащил в дом.

------

И ещё в тему

"Мольба (1)" - Жми сюда
"Мольба (2)" - Жми сюда
"Мольба (3)"- Жми сюда
"Мольба (4)"- Жми сюда
"Мольба (5)" - Жми сюда
"Мольба (6)" - Жми сюда
"Мольба Собчак (7)" Жми сюда
"Мольба (8)" -Жми сюда
 

КРАСНАЯ КНИГА

(Ременюк Валерий)
 22    2018-12-03  0  457
На уроке природоведения Костя Костомаров узнал, что есть такая Красная книга. В нее заносят исчезающие или редкие виды животных и растений, которые требуют особой заботы и государственной охраны. И что Красные книги бывают четырех уровней: международные, национальные, региональные, а также местные – городские или поселковые. Костя с удовлетворением встретил эту новость.

Он, вообще, любил порядок в делах. У него даже в ранце, в трех разных отделениях все вещи находились не абы как и вперемешку, а строго согласно их функциональному назначению. Учебники – в одном, тетрадки – в другом, всякие ручки, карандаши, линейки и ластики в пеналах или без оных – в третьем отсеке. Как оборудование в подводной лодке. Всё на своих местах. Из Кости впоследствии, вероятно, получился бы неплохой систематизатор природы, типа Линнея или Дарвина, или же бухгалтер-делопроизводитель, от которого требуется четкость, аккуратность и рациональность.

А еще у Кости было хорошо развитое логическое мышление, благодаря чему он часто удивлял неожиданными умозаключениями своих домашних – маму, папу, бабушку и даже кошку Шуру. Например, однажды Костя сказал папе:
- Пап, а кошки – полезные животные?
- Да, конечно! – ответил папа. – Иначе мы бы Шурку и не завели!
- А она у нас уже взрослая?
- Само собой, ведь Шуре уже пять лет, это, по кошачьим меркам, примерно, как лет тридцать человеку.
- Но, если они приносят пользу людям, – почему Шурка и другие взрослые кошки не голосуют на выборах?
- Не понял… - удивился папа. – На каких выборах?
- Ну, где вы, взрослые, выбираете нам всяких начальников.
- Как это? – оторопел папа. – Но мы же выбираем людей и для людей, а не для кошек!
- Но смотри, па: если кошка полезное существо, то ее голос тоже должен иметь вес при выборе начальника. Потому что на ее, кошкиной жизни это тоже скажется, если будет выбран плохой человек. Кто приносит пользу обществу – тот, по-моему, должен иметь право влиять на организацию жизни в этом обществе! Логично?
Папа не сразу нашелся, что возразить на такую чеканную формулировку…

Но что-то в системе краснокнижья Косте с самого начала не понравилось. Что-то его смутило. И по пути домой из школы он понял, что! Систематизация Красных книг была необоснованно обрезана снизу уровнем поселений! «Нашей семье тоже нужна Красная книга – и я ее заведу!» - решил решительный мальчик. Дорога к дому занимала минут пятнадцать и этого времени Косте хватило, чтобы выработать общую концепцию семейной Красной книги. И прежде, чем бабушка успела позвать его на обед, наш энергичный мыслитель достал с полки чистый блокнот – подарок мамы на День Кирилла и Мефодия, и сделал в нем первые записи наименований организмов, которые в доме надлежало беречь и охранять с особой тщательностью: «Попугай Проша. Кошка Шура. Две мышки под диваном. Паучок в кладовке за ведром с яблоками. Муравьи под ванной, много. Тараканы …» На этом месте Костя задумался.

Тараканов у них было мало, благодаря постоянным маминым операциям по устрашению и физическому устранению последних. Но один-другой рыжий шустрила все же боязливо, по-партизански, изредка проскакивал вдоль плинтуса на кухне. Костя особого вреда от них не видел, хотя и сильной любви к этим членистоногим не испытывал. На всякий случай, поставил напротив тараканов знак вопроса и пошел перечислять объекты охраны дальше: «Рыбки в аквариуме, одиннадцать штук. Мухи…»

Тут у Кости снова возникли логические затруднения. Во-первых, мухи появлялись и исчезали в квартире сами по себе, были гостями залетными, непостоянными, почти чужими. И вызывали своей наглостью, прилипчивостью скорее антипатию, чем сочувствие. Костя и сам иногда пошлепывал налетевших мух мухобойкой, и одобрял, когда папа ловко, с нескольких ударов уменьшал их количество на кухне до минимума. Во-вторых, справедливости ради, если в Красную книгу включать мышей, то чем мухи хуже? Или те же тараканы? Рассудив так, Костя безоговорочно оставил в реестре и тех, и других, и третьих.

В этот момент бабушка позвала внука обедать, а потом послала в магазин за хлебом к ужину, и Костя как-то отвлекся от обдумывания видов живых существ, достойных его Красной книги. Потом сел за уроки, потом играл с соседом Витькой во дворе, потом они всей семьей ужинали, и Костя вспомнил о недоделанной Книге лишь перед сном. Он снова открыл блокнот, перечитал на свежую голову записи и понял, чего не хватает. И решительно продолжил список: «Мама, 32 года. Папа, 40 лет. Бабушка, 60 лет». Затем еще немного поколебался и заключил реестр: «Я, Костомаров Костя, мальчик 8 с половиной лет». И, удовлетворенный, с чувством глубоко выполненного долга, лег спать.

Бабушка, придя, по обыкновению, поцеловать внука перед сном и пожелать спокойной ночи, обнаружила чадо уже сладко спящим. И заметила лежащий рядом блокнот, открытый на первой странице и содержащий еще теплый список особо охраняемых семейных ценностей. На обложке блокнота крупные красные буквы провозглашали, что это «КРАСНАЯ КНИГА СЕМЬИ КОСТОМАРОВЫХ». Бабушка прочла Костины записи, мудро усмехнулась, взяла ручку и дописала ниже списка аккуратным учительским почерком: «Цветок золотой ус, два вазона. Герань белая, одна штука. Герань красная, две штуки. Кофейное дерево, одно. Кактусы, пять штук в ассортименте». Поцеловала спящего внука, поправила ему одеяло и на цыпочках вышла из спальни…
 

Вещи нет смысла любить или не лю ...

(Соломон Ягодкин)
 7    2018-12-01  0  369

Цель покупки не покупать, а иметь. Но тогда напрочь убивается таинственный в своей неповторимости и святости сам процесс покупки, это всё равно что пить из пустой бутылки: сначала дёшево, а потом очень сердито...

Люди сами не знают, что им нужно, когда им нужно только то, что им нужно. Но тогда встаёт неумолимый вопрос, куда девать всё то, что им не нужно, но что они по своей человеческой природе за всю жизнь нагребли под себя?..

Вещи нет смысла любить или не любить, а иначе потом на всё живое не хватит вашей любви, всё ушло мёртвое в барахло...

Имей только то, что нужно, а всё остальное - в сундук, а вдруг старые добрые времена всеобщего дефицита опять в дверь постучат…

Если так подумать, то в этой жизни ничего никому не надо. Одно только радует, что ты, слава Создателю, не из их позорного числа...

Фото Алексея Кузнецова
 

Если держать всех на коротком ид ...

(Соломон Ягодкин)
 4    2018-12-01  0  348

Любая идеология, это тоже своего рода проказа. И все заражённые ею объединяются в касту отверженных, но только не вдалеке от них, а впереди всех, ведя свой народ в то Светлое Будущее, в котором никакая проказа уже не будет считаться болезнью, а совсем даже наоборот...

Всё, что непонятно, надо тут же запрещать! Тогда и запрещать ничего не придётся, когда всё будет понятно даже самому последнему дураку, не говоря уже о дураках самых первых из первых...

Если держать всех на коротком идеологическом поводке, никто далеко не убежит, или задушит себя сам, а тогда туда ему и дорога...

Сделайте из любого мыслителя идола, и тогда ещё одним мыслителем на земле станет меньше, а ещё одним идолом больше...

Все думать не могут и не должны, а иначе как мы каждого такого вот "мыслителя" обеспечим на Зоне достойным его местом, причём на весь срок?..

Фото Алексея Кузнецова
 

Пропагандист, это всегда – лакей ...

(Соломон Ягодкин)
 4    2018-11-29  1  354

Пока в стране есть парткомы, всё остальное в ней уходит на задний план, а потом и совсем пропадает за ненадобностью, чтобы не мешать этим партийным пузырям всем и всеми рулить...

Когда что-то не сказать становится куда важней, чем что-то сказать, появляется тот самый холуйский язык, который во времена совка ласково называли «языком газеты «Правда»…

Пропагандист, это всегда - лакей, потому что у него всегда есть Хозяин, а иначе он будет сначала голодный, а потом и мёртвый лакей...

Никакой партработник не может быть умным, ему это никакая партия не простит, а иначе как получается: Партия – дура, а он, паскудник такой, нет?..

Нельзя одновременно лгать и говорить правду, если, конечно же, ты не идеолог! Зря что ли народ от себя последнюю копейку отрывал, чтобы тебя, бестолочь, хоть чему-то научить?..

Фото Алексея Кузнецова
 

Во всём виноваты кошки

(Malyutka)
 9    2018-11-25  0  345

Не знаю, как у вас, а у меня неприятности происходят из-за кошек. Вот иду я как-то утром на работу. Иду себе спокойно, никого не трогаю, думаю о всякой всячине, которая в голову взбредёт. Вдруг вижу - чёрная кошка перебегает дорогу. Что-то внутри меня ёкнуло – примета плохая, не к добру кошка. Я, понятное дело, остановился и жду, значит, когда кто-то другой пройдет вперёд по дороге. Жду десять минут, пятнадцать – никто не идёт. Что за народ такой противный, аж зло берёт! Когда кто-нибудь нужен, никого нет. Простоял так полчаса, пока наконец-таки школьник пробежал мимо, видать на учёбу спешил. Благодаря кошке, глаза б её не видели, я в тот раз опоздал на работу, пришлось писать объяснительную.
На другой день снова повстречалась эта кошка. И обратно, зараза, передо мной перешла дорогу. Я, наученный горьким опытом, не стал останавливаться и свернул в переулок, чтобы обойти злополучное место. Но, не пройдя и десяти метров, угодил в лужу и намочил ногу. Так, с сырым ботинком и проходил до вечера, заработал насморк. Вот так вот!
На третий день, что вы себе думаете, опять увидел кошку. Правда, на этот раз она, гадина, сидела, посреди дороги. Сидела молча как ни в чем не бывало и не перебегала её. Я, недолго думая, схватил первый попавшийся камень и бросил в негодницу. На мою беду, камень угодил не в кошку, а в машину, стоящую на обочине дороги. Ой, что получилось – взвыла сигнализация, и тут же начала собираться толпа. Главное дело, никого не было, а тут сразу народу тьма, как из-под земли все вылезли. Кричать стали и ругать меня. Больше всех возмущался хозяин автомобиля, в который я попал камнем. И надо же, обозвал меня хулиганом! Вот уж никогда бы не подумал, что из-за какой-то кошки у людей столько злобы может возникнуть. Пришлось от греха подальше быстренько «сделать ноги». Значит, три дня подряд происходили неприятности из-за кошки, будь она неладна.
А тут, не так давно, пригласил приятель к себе в гости. Зашёл я к нему в прихожую и увидел здоровенного рыжего кота. Лежит он на стуле и ехидно так ухмыляется, знать задумал неладное. У меня сразу возникло нехорошее предчувствие. Так оно и вышло. Пока мы с приятелем мирно сидели на кухне, этот кот, не к столу будет сказано, нагадил мне в ботинок, сволочь! Я сперва ничего не понял, но, когда возвращался домой, почувствовал некоторую сырость в ботинке. Уже у себя в квартире разувшись, догадался, что случилось.
Пришли выходные, а мне даже на улицу выйти не в чем, потому что ботинок от сырости совсем испортился. Да, откровенно говоря, лучше уж дома посидеть, чтоб кошек не видеть. Как хорошо, что у меня их нет, а если этих вредных животных показывают по телевизору, то его выключаю. Так спокойнее. Вот и выходит – во всех моих неприятностях виноваты кошки.
 

В ИНТЕРНЕТЕ НАЙДЁТСЯ ВСЁ!

(Алик Кимры)
 14  Компьютеры и Интернет  2018-11-25  1  433
"С интернетом все стали умнее,
Озаренье накрыло всех враз"

Фёдор Летучев "С днём интернета!"
Жми сюда

Лет в 15 мой внучатый племянник Вовочка всё время зависал в интернете, учился неважно, книжек не читал. Моя сестра, а ему бабушка стращает:
- Вовочка, приходит пора с девочками встречаться, а ты дурак-дураком. Да и времени у тебя нет - всё убиваешь за компом. Где ж ты отыщешь такую дурочку, как сам?
- В интернете!

... Вовочке уже 40. Так и остался в интернете. А дурочку подстать себе там таки нашел и переписывается с ней уже лет 15. Кажется, у них скоро будет ребёнок. Виртуальный.
 

Религиозные ползунки оказались н ...

(Соломон Ягодкин)
 4    2018-11-25  1  340

Чем священник отличается от уголовника? Уголовник убивает тебя за твой кошелёк, тогда как священник готов извести твою душу, если та не согласна добровольно отдать ему свой кошелёк…

Когда паранджу напялили на всех баб, очередь наконец-то дошла и до мужиков, но только так, чтобы эта нахлобучка не мешала им стрелять...

Религиозные ползунки оказались настолько удобные, что многие с наслаждением ползают в них и до сих пор...

«Не можешь – научим, не хочешь – заставим», это не только про армию, но и про божий храм, который начал свой очередной божественный призыв…

Тот, кто не верит в Бога, верит в себя. А для любого Бога это удар ниже пояса, если, конечно же, есть куда ударять...

Фото Алексея Кузнецова
 

Пратакол (предшествие)

(Вит)
 4    2018-11-23  0  363
По многочисленным просьбам читателей и писателей, решил написать продолжение, но подумал:
А что если писать не продолжение, а предшествие?
Как мы с Серёгой   оказались на вокзале?
Очень просто. Дело было так.
Звоню по межгороду в гостиницу, где поселился посланный мной три дня назад в командировку небезызвестный Серёга. В те времена мобильников ещё не было, да что там мобильники, в номерах не было телефонов, один на всю гостиницу, у администратора.
Само собой разумеется, сама администраторша на этаж подняться не в состоянии, и приходилось подолгу висеть на трубке, пока кто-либо из постояльцев не проявит сознательность и согласится пригласить к телефону нужного человека, которого, кстати, могло и не оказаться в номере.
Именно это и произошло, когда я уже третий день не мог дозвониться посланному в командировку сотруднику, и в этот раз, провисев на трубке минут пятнадцать услышал, что Серёги в номере не оказалось. Я уже собрался положить трубку, но услышал голос администраторши и повременил:
- А вот он и ваш Серёга, ползёт из-за угла по стенке, - ехидным голосом продекларировала она.
Само собой разумеется, к телефону он подползти был не в состоянии и я решил ехать на место происшествия сам.
Приехал уже к вечеру. И что я увидел:
Серёга, как барин в халате восседает на диване в люксе, а вокруг него в номере суетится разношёрстный народ – цыгане песни поют, девочки полуобнажённые пляшут…
Из аванса, причитающегося поставщику в наличии после изгнания цыган и девочек, я обнаружил лишь мизерную часть, около тысячи рублей, остальные 49 были прогуляны и пропиты им за прошедшие три дня.
Что оставалось делать? Пришлось забрать его. Я вызвал такси, и поехали мы на вокзал…
Что произошло дальше? Читайте «Пратакол»…
 

ОТВЕТ ПАВЛУ (ЛУКЬЯНЕНКО)

(Алик Кимры)
 16    2018-11-22  5  428
"ж-дов по папе не бывает
тут расчет вполне простой
мама лишь ж-дов рожает
так что наш ты гой"

рецка к истории "Как я предавал Родину"
Жми сюда

А Партия решала всё иначе
Отец ли, мать, а ты ж-дяра - под раздачу.
И по отцу я был еврей де-юре -
Ну, не считалась Партия с Гиюром.

В итоге иудей я для России,
В Израиле бы к гоям относили.
А патриотов заклинаю - без истерики,
Теперь я таки русский - для Америки.

Мне ж лично пофиг - гой или еврей,
Куда важнее - только бы не гей.
Ну до чего же надо ум и честь прохлопать,
Чтобы месить говно в мужичьей жопе!*

------

* Тысячекратно приношу извинения за
натурализм, слова из песни не выбросишь -
как и Они, ну, эти самые, своё Достоинство
из жопы не выбрасывают... Понимаю, ща
наловлю минусов от геев или сочувствующих


Но Истина - дороже балла,
За Истину готов и по е-алу!
 

НАГРАДА

(Ременюк Валерий)
 13  Экология  2018-11-22  0  605
Зима на этот раз пришла, как хороший курьерский поезд, строго по расписанию. То есть, по календарю. Ровно в ночь на первое декабря не просто выпал снег, а случился настоящий снегопадище. Затем, лишь только коммунальщики успели расчистить наш городок, двое суток непрерывно утюжа дороги снегоуборочными машинами, как ударили пятнадцатиградусные морозы.
- Да, - сказал Бронислав Кузьмич, подойдя после завтрака к окну. - Вот это, я понимаю, зима! Как в мои детские годы! Сто лет такой не было. А давайте-ка, друзья, отметим такую замечательную погоду массовым выбегом на лыжи, а? Опять же – сегодня воскресенье…

И вся семья стала собираться за город на лыжную прогулку. Достали из чехлов лыжи, с антресолей ботинки. Смахнули годичный слой пыли, что надо - смазали, где надо - подтянули, мама Люба собрала термосы и перекус, закрепили лыжи на багажнике машины, завели мотор, сели и поехали. Двое сыновей, десятилетний Сашка и четырнадцатилетний Игорек, веселились на задних сидениях от избытка чувств, жизнерадостно бузили, подначивали маму и папу, а также друг друга фразочками типа: «А кто у нас сегодня дальше всех съедет с горки?»
- Я уверен, что мама! – сказал Бронислав Кузьмич. – Она у нас самая корпулентная и массивная, у ней эм-же-аш самая большая.
- Броня, - отпарировала инженер мама Люба, - кроме потенциальной энергии тела большое значение имеет сила трения. А она меньше у легких людей. Так что, я уверена, победит наш легкокрылый Сашок-петушок!
- Мама, ты забыла про соотношение скатывающей силы и силы трения, которая включает сопротивление снега и воздуха! Победит тот, у кого равнодействующая больше! – заявил продвинутый семиклассник Игорь, победитель школьной олимпиады по физике.
- Ну-ну, посмотрим! – хихикнул папа Броня, аккуратно ведя машину по узкой загородной дороге. – Я намазал лыжи по фирменному старинному рецепту, которого вам не раскрою. И поэтому не волнуйтесь - победю я!

Так вот весело и жизнерадостно через полчаса пути семья и прикатила к озерцу у Снегирей, где издавна любил отдыхать весь наш городок. Здешнее озеро лежало в красивой долине с высокими холмами по бокам, с которых открывались замечательные виды. А главное, к озеру с холмов в нескольких местах спускались длинные пологие ложки, свободные от леса и кустов. По этим склонам в хорошие зимы лыжники любили скатываться на лыжах, санках и ледянках. Но сегодня наши герои здесь оказались самыми первыми. Когда они, уже на лыжах, вышли на гребень холма, внизу открылся девственно чистый, никем еще не топтаный снежный покров, заснеженное озеро в легкой утренней дымке, синеватый сосновый лес по бокам озера.
- Какая красота! – вздохнула мама Люба, выдыхая морозный пар и с восторгом озирая просторы.
- Не то слово. Красотишша! – поддакнул папа. – Ну, кинем жребий, что ли, кто пойдет первым?
Бросили «на морского», на пальцах. Выпало начинать ристалище Игорю.

Здесь мы должны сделать небольшое отступление, важное для последующего рассказа. Дело в том, что у этого озера горожане любили отдыхать не только зимой, но и круглый год. И наши герои бывали здесь раньше неоднократно. Последний раз у озера, как раз на открытой большой поляне, куда сейчас предстояло спускаться на лыжах, в сентябре отмечали день рождения мамы Любы. После сбора грибов расстелили на краю полянки тент, разложили взятые из дому продукты и устроили веселый пикничок на свежем воздухе. С бадминтоном, волейболом, купанием в чистой прохладной воде. В общем, отдохнули тогда на славу. И вот теперь озеро встретило их уже по-зимнему, ярким снегом, морозом, низинным загадочным туманцем.

Игорек несколько раз присел-встал, энергично помахал руками, настраиваясь на рекордный спуск. По условиям соревнования, толкнуться палками можно было только один раз, на самой маковке склона. Дальше всё зависело от выбранной траектории и умения лыжника держать равновесие и вписываться в неровности рельефа. В общем-то, здесь семья в прежние зимы спускалась уже не раз. Склон был безопасный, никто и ничто, как говорится, не предвещало проблем. И вот, первый участник схватки решительно оттолкнулся палками, присел в позу горнолыжника и начал спуск по снежной целине. От его лыж, полностью погруженных в пушистый снег, расходились, как от носа корабля, красивые белые волны.
- Давай-давай! – кричали папа, мама и Сашка. – Жми, Игореша! У-лю-лю!

И Игореша нажал. Он заложил элегантную дугу, выбирая оптимальную траекторию спуска, в обход неровных боковых участков, и уже достиг середины склона, как вдруг… Лишь только Игорь сделал вираж влево, рассчитывая слегка заехать на боковое плечо, чтоб с него более круто финишировать у озера, как его левая лыжа нырнула, что-то зацепила в снежной толще, и мальчишка кубарем покатился вниз. Вся семья тут же бросилась к нему на помощь. Подъехали, помогли встать. Игорь стонал, держась руками за левое колено. Половины левой лыжи не было – она отломилась и осталась в снегу.

- Что, Игорек? Что случилось? Ты жив?
- Куда-то лыжа воткнулась, во что-то мягкое, но цеплючее! – проскрипел Игорь сквозь стиснутые от боли зубы.
- Идти сможешь? До машины дойдешь? – спросил папа.
- Не знаю… Попробую…
Ему помогли снять обе лыжи. Игорь попробовал было шагнуть по колено в снегу, но тут же охнул и упал боком в сугроб. Левая нога не слушалась и не сгибалась.
В это время Сашка порылся в снегу и достал обломок лыжи.
- Смотрите, что это? – сказал он.
Все оглянулись на младшего. На носке лыжи висел порванный полиэтиленовый пакет с мусором, оставленным на склоне какой-то летней компашкой.
- Вот же ж свиньи! – воскликнула с возмущением мама Люба. – Мало того, что природу губят своим мусором, так еще и человека чуть не угробили! Постойте, а что это?

Она протянула руку к пакету и сняла с носка обломанной лыжи старенькое кухонное полотенце, вылезшее из мусорного пакета. Об него-то, собственно говоря, и зацепился Игорь.
- Да это же… наше полотенце! Вот – с петухами по краю. Ну да! – воскликнула пораженная мама Люба. – Мы же его на пикник брали, запачкали кетчупом и компотом, и я его в мусор выкинула. Так это же наш мусор, люди! Точно – вот и обертки, и очистки наши…
- Игорек! – ласково спросил папа Броня. - А я ведь тебя просил тогда собрать мусор в пакет и снести в нашу машину, чтоб довезти до контейнера. Как сейчас помню. И как же он оказался здесь, на склоне, а?
- Пап, ну, я увидел, что тут уже лежит несколько чужих пакетов с мусором, и решил оставить и наш, - промямлил Игорь, все еще морщась от боли.
- Оставил, значит, сынок, да?
- Оставил…
- Ну, вот и получи ответное «спасибо» от природы. Награда находит героя! – вздохнул папа мрачно. – Ладно, об этом мы еще поговорим дома. Бери, Сашка, пакет, подбери весь выпавший мусор и донеси до машины. А мы с мамой сейчас этого архаровца эвакуировать будем…

В травматологии городской больницы Игорю сделали рентген и врач, Ованес Айвазович, сказал:
- Значит, могу вас обрадовать, господа хорошие: вижу здесь только растяжение крестовидной связки и ушиб колена. Разрыва связок или вывиха, слава богу, нет. Но пару недель придется парню походить на костылях, пока не заживет. А потом пройти в поликлинике курс физиотерапии и ЛФК, чтоб восстановить функциональность колена. Да. А вы как думали?
Игорю сделали укол обезболивающего, наложили фиксирующую повязку и отправили домой на излечение. Передали, так сказать, на поруки семье.

Вечером папа Броня подсел на кровать к травмированному сыну, положил ему руку на голову и сказал:
- Короче, так, герой: наказал ты себя сам и выводы, надеюсь, сделаешь правильные. Но этого мало. Чтоб ты и подобные тебе не наказывали других людей и природу, мать нашу, и чтоб на всю жизнь ты запомнил, что можно и что нельзя, поступим следующим образом. Как только станешь на ноги, я привезу тебе с дачи лопату, вилы и грабли, съездим к озеру и ты сам, своими собственными руками перелопатишь там весь склон, найдешь все оставшиеся мусорные пакеты и на своем горбу – слышишь? – на своем личном горбу отнесешь мешок с мусором к контейнеру у въезда в лес.
- Но это же… километра полтора будет! – воскликнул возмущенно сын.
- Именно! – удовлетворенно кивнул папа. – А тебе как раз колено надо разрабатывать. Вот и займешься. В общем, выздоравливай, сынок. Твое здоровье тебе еще очень пригодится!
И ушел на кухню пить чай, напевая по пути какую-то дурацкую детскую песенку:

Два пупсика гуляли
В Таврическом саду.
Штанишки потеряли
В семнадцатом году!
 

КАК Я ПРЕДАВАЛ РОДИНУ

(Алик Кимры)
 26  О науке  2018-11-22  2  549

"Родина слышит, Родина знает,
Что её сын хоть чуть-чуть изменяет"
по Л.Ошанину

В родном Киеве в 1956 году в строительный институт меня, серебряного медалиста и мастера спорта СССР по плаванию категорически не взяли, грубо срезав на вступительных экзаменах: с моим еврейским счастьем в том году Израиль подбил Англию и Францию на тройственную агрессию против Египта. Они - нашалили, а отдуваться пришлось мне – как еврею по папе. В следующем году я поступал уже в славном русском городе Пенза. Там приняли, из чего я заключил, что об агрессивности Израиля пензюки ещё не знали.

В институте я специализировался на расчетах сложных пространственных конструкций и, вернувшись в Киев с «красным дипломом» и направлением в аспирантуру, с неимоверным трудом пробился в профильный отдел крупного научно-исследовательского и проектного института под вывеской КиевЗНИИЭП.

А после стажировки мне поручили расчет и проектирование нового лыжного трамплина на Центральном стадионе имени Хрущёва (ныне – безымянный Национальный олимпийский стадион). Первая же задача, которую пришлось решать – выбор такого профиля горы разгона, чтобы лыжник как подальше улетел к ебеням. Я вывел уравнение этого профиля. Из него выяснилось, что на дальность полёта влияет каждый килограмм веса и каждые 5 см роста «летающего лыжника».

В работе над проектом трамплина меня консультировал аспирант кафедры зимних видов спорта Киевского института физкультуры. К защите ему были нужны публикации, и он уговорил закрепить наш приоритет статьёй, и сумел её пристроить в какое-то подзаборное вузовское издание типа «Известия вузов физической культуры», при каком-то пединституте – то ли Новосибирском, то ли Красноярском.



Это произошло в 1963-64 гг., а зимой 1972 года меня вдруг вызвали в Первую часть института. Там уже суетился обезумевший начальник этой части, побледневший зав.патентным бюро, перепуганный главный инженер, взмыленный директор института. А двое молодых крепких незнакомцев с медальным профилем, свинцовым взглядом и в одинаковых галстуках стального цвета сунули мне под нос статью, написанную иероглифами. В статье мне указали на знакомое уравнение и ссылку на мой опус в подзаборнике.

Оказалось, используя выведенное мной уравнение профиля горы разгона, коварный азиат, японский профессор Харасума спроектировал лыжные трамплины в олимпийском Саппоро под японских прыгунов. В итоге родилась сенсация: на малом трамплине олимпийское золото неожиданно выиграл доселе малоизвестный в воздушных лыжных сферах японец Хасая, а на большом – такая же "тёмная лошадка" поляк Форту́на. Поляк, но японской комплекции! Оба свежеиспеченных олимпийских чемпиона, отнюдь не лидеры сезона, выиграли благодаря конструкции трамплинов, получив фору перед фаворитами в 15-20 метров. Таким образом, я оказался крайним в поражения наших и немецких (из ГДР) спортсменов.

...Опускаю подробности оргвыводов в отношении обезумевшего начальника первой части, побледневшего зав.патентным бюро, перепуганного главного инженера, взмыленного директора института. С меня же взяли подписку, что больше никогда в жизни не буду выводить антисоветских уравнений. А общественность в лице треугольника (парторг, профорг и администрация) предупредила меня, что встал на скользкий путь измены Родины и, если не поверну обратно, то окажусь в эмиграции.

Увы, по осени считают не только цыплят – на этом мои олимпийские страдания не кончились. И осенью снова вдруг вызвали в Первую часть института. Там уже суетился новый обезумевший начальник этой части, новый побледневший зав.патентным бюро, перепуганный главный инженер, взмыленный директор института. А двое уже других молодых крепких незнакомцев с медальным профилем, свинцовым взглядом и в одинаковых галстуках стального цвета сунули мне под нос мои авторские свидетельства и статью из «Правды», в которой изобличались западногерманские реваншисты.

Эти мерзавцы построили вантовое покрытие главного олимпийского павильона в Мюнхене, очертив в плане контуры всей Германии. Поглотив, таким образом, первое (и, как оказалось, последнее) на немецкой земле государство рабочих и крестьян – Германскую Демократическую Республику.



Поначалу я недоумевал: какое отношение имею к реваншизму? Я ведь прекратил вывод антисоветских уравнений! А оказалось, в конструкциях павильона немецкий зодчий Отто Фрей воспользовался моими изобретениями в области вантовых конструкций. Т.е., в этот раз я оказался споспешником реваншистов. (Господи! А если б они ещё знали, что он приглашал меня к себе на работу! – расстрельная статья в УК).

Опускаю подробности оргвыводов в отношении обезумевшего начальника первой части, побледневшего зав. патентным бюро, перепуганного главного инженера, взмыленного директора института. С меня же взяли подписку, что я больше никогда в жизни не буду изобретать антисоветские конструкции. А общественность в лице треугольника (парторг, профорг и администрация) предупредила, что я так и не сошел со скользкого пути измены Родине и, если не поверну обратно, то уж точно моё место - в эмиграции.

Честно выполняя обещания, я прекратил вывод антисоветских уравнений и изобретение антисоветских конструкций. Но, увы, свинья везде найдёт грязь!,- допустил грубый антисоветский выпад в «Литературной газете», где иногда публиковал свои «Рога» в «Рогах и копытах» клуба «12 стульев» - напечатал такой скромный «рог»:

Новости археологии
Младший научный сотрудник Зуськин откопал в древнескифском могильнике пачку от папирос «Беломорканал». Есть еще один кандидат наук!



Боже! Как посыпались в «Литературку» письма возмущенных археологов! Но апофеозом негодовательной истерии стало официальное письмо академика-секретаря отделения истории и археологии АН СССР. Отпечатанное на александрийской бумаге – явно из древнеегипетского раскопа, да на походной машинке Александра Македонского.

Дескать, история без археологии – говно, а не наука, а народ без истории – говно, а не народ. Следовательно, народ без археологии - говно. Именно археологи нашли такие артефакты как скифская пектораль в степях Украины, панталоны Иннессы Арманд, закопанные под Кремлевской стеной Великим Конспиратором В. Ульяновым от товарища по партии Н.Крупской... И одних только мамонтов откопали больше, чем сейчас слонов в Индии и Африке, вместе взятых, убедительно доказав миру: СССР - таки родина слонов... А вот автор опошлил ... унизил .. обгадил... явно по заданию наших идеологических врагов... этому отщепенцу не место промежду нас!

В общем, опять вызвали в Первую часть института. Где уже суетился новый обезумевший начальник этой части, новый побледневший зав. патентным бюро, перепуганный главный инженер, взмыленный директор института. И двое молодых крепких незнакомцев с медальным профилем, свинцовым взглядом и одинаковых галстуках стального цвета. Мне сунули под нос мои «Рога» из «Литературки» и отношение за подписью главного редактора «Литературной газеты» евреякоммунистаГерояСоциалистическоготрудаЛауреатаЛенинскойпремии
А.Чаковского.

С приложением копии письма академика-секретаря отделения истории и археологии АН СССР. Отпечатанного на александрийской бумаге – явно из древнеегипетского раскопа, да на походной машинке Александра Македонского.   Дескать, история без археологии – говно, а не наука, а народ без истории – говно, а не народ.

Именно археологи нашли золотую скифскую пектораль в степях Украины, почти новые панталоны Иннессы Арманд, закопанные под Кремлевской стеной Великим Конспиратором В. Ульяновым от товарища по партии Н.Крупской...



И одних только мамонтов откопали больше, чем сейчас слонов в Индии и Африке, вместе взятых...А автор опошлил ... унизил .. обгадил... явно по заданию наших идеологических врагов... этому отщепенцу не место промежду нас!

... И снова опускаю подробности оргвыводов в отношении обезумевшего начальника первой части, побледневшего зав. патентным бюро, перепуганного главного инженера, взмыленного директора института... Мне припомнили и другие литературные шалости, явно отвлекавшие трудящихся от строительства Светлого Будущего. И взяли подписку, что впредь больше никогда в жизни не буду придумывать и публиковать литературные произведения.

А общественность в лице треугольника (парторг, профорг и администрация) строжайше предупредила, что я так и не сошёл со скользкого пути измены Родине, и если не поверну обратно, то уж точно моё место - в эмиграции. И предупредила в последний раз!

... И точно - в последний: вскоре ленинская партия сделала себе харакири самурайским мечом ГКЧП, сделавшись партией другого типа – Зюганова (тот ещё тип!). Но «треугольников» не стало. Не стало и СССР – я очутился в Незалежной Украине. Правопреемнице СССР. При власти - те же коммунисты-ленинцы, но перекрасившиеся в национал-демократов, срочно воцерковлённых.

И все мои уравнения, изобретения, научные достижения, литературное творчество – всё моё советское наследие оказалось антиукраинским. А эти уже с врагами незалежности не шутят – могут, как журналисту Гиви Гонгадзе, и бОшку оторвать, и пристрелить как Олеся Бузину! Так жизнь ещё раз подтвердила правоту ленинизма марксизма: я оказался в предсказанной коммунистами эмиграции.

А вот здесь, в истинной демократии и свободе, мои уравнения, изобретения, научные достижения, литературное творчество – все это уже перестало быть антисоветским, антиукраинским... Все стало просто никаким – никого это не интересует, кроме узкого круга специалистов.

It’s only my problem. I should keep all of that behind. I must make money right now. (Это только моя проблема. Я должен был всё оставить и делать деньги. Немедленно.) Честно отрабатывая соросовский грант, по которому меня импортировали в Силиконовую долину по визе для выдающихся учёных, коим себя вовсе не считал: кондовый профессор от строительной механики. Но оспаривать их формулировку не стал. Тупые, как говаривал покойный Миша Задорнов.

А вот Родину я всё же не предал, и по возможности несу (знамя - громко) флажок русского человека польско-еврейской национальности. И, кстати, уважаемого американцами за научные, общественные и литературные деяния. Да за пропаганду естественного единения США и России перед общими вызовами истории.

Из воспоминаний
 

Меня не интересуют жлобы…

(Соломон Ягодкин)
 10    2018-11-21  1  363

Люблю русский язык, а все доморощенные его варианты, эти суррогаты, и они не для меня, как и любые другие суррогаты тоже. Другое дело, куда их тогда все девать, ведь на них уже потратили немалую народную деньгу?..

Ну хорошо, буду я человеком, но тогда кто-то другой тогда займёт моё место за столом жизни, и будет жрать и за себя, и за того парня, а потом брюхо своё отбросит. Нет, этот грех я на себя взять не могу!..

Меня не интересуют жлобы, даже если их неизбежное демократическое большинство, вот такой я гнусный антидемократ. Но обязуюсь исправиться и всем сердцем полюбить даже такую тварь, как жлобы…

Договорились, я воровать не буду! Но где гарантия того, что родня моя на том свете за это не заклюёт меня окончательно, в бессильной злобе своей, что она не сделали этого ещё при жизни на этом?..

Если ты заставляешь людей думать, значит, и сам не стоишь от этого увлекательного дела в стороне. Очень полезное занятие, всем рекомендую...

Фото Алексея Кузнецова

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер