ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: самое свежее

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
НАШИ АВТОРЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Смешные истории: самое свежее  Раздел    Дата   Рец.   Оцен.   Посет. 
 

ТРЕТИЙ день

(Тамара Петрова-Невская)
 Смешные истории  2019-01-24  0  22  30

Этой осенью заехала ко мне в гости знакомая немка Таня. Немка она не по происхождению, а по мужу. С мужем ей очень повезло. Дитер прекрасный немец с широкой русской душой. Познакомились мы на персональной выставке, где Татьяна заявила, что без моих картин в Германию не поедет. Теперь большое количество полотен украшают особняк в Дюссельдорфе, и каждый год, навещая родственников в России, она заезжает ко мне, чтобы купить новую картину.

В этот раз её удивило отсутствие каких-либо новых разработок.
- Что-то случилось?-тревожно спросила она.
- Случилось. Нашу семью ограбили.
- Кто? После того, как открыли военный городок, сюда просочились воры?
- Они просочились давно. Целая компания! Жилищная.
Мы прошли на кухню, где я включила чайник и стала мыть под краном свежий кабачок.
- Оладьи любишь..из кабачков?
- Я всеядная, ты же знаешь,- заявила Таня, наливая себе горячий чай. - Рассказывай всё, как есть.

И я рассказала о том, как наш военный городок уже третий год кошмарят мошенники из жилищной компании, как они, сделав какие-то странные перерасчёты, обкидали огромными, придуманными долгами, всегда исправно плативших за коммунальные услуги, жильцов. Выбрали всего пять стареньких домов городка.
Три дома отсудились сразу, купив адвоката - они были помногочисленней, а два домика так и остались в долговой яме. В одном жила я, а в другом моя дочь. И нам нарисовали долг сто тысяч. Рассказала о том, как мы боролись, жаловались, писали в суд, в прокуратуру, даже устроили им съёмки на телевидении, где они признали, якобы, свою ошибку и обещали исправить ситуацию
.
Мы решили, что победили - долги обещали списать, можно ждать спокойно. И дождались...! Со всех карточек, со сберкнижки и даже с детского счёта ( по потере отца и кормильца) были списаны все деньги! Ночью! Без предупреждения..Все под ноль! Маленькая семья, где всего две женщины и двое детей, осталась без средств к существованию. Это был настоящий удар! Удар несправедливости! Мне трудно было поверить в такое. Жаркое лето..У дочери отпуск, а все отпускные в кармане у мошенников..Брать кредит, чтобы как-то прокормиться, опасно - они тут же заберут, и управы на них нет..
.
Оказывается, недавно вышел умненький федеральный (выдиральный ) закон - списывать без предупреждения любой имеющийся долг! И мошенники тут же нашли лазейку! Да не лазейка, а целый тоннель!
И наша семья была выбрана для эксперимента. Почему именно наша? Да потому что в ней нет мужчин - никто не придёт в их логово и в лоб не ударит. И вообще..семья творческая, интеллигентная..Одним словом геноцид! Снова начались туры в суды, к приставам, в прокуратуру..Но всё без результата. Подобного тупика я не могла себе даже представить.

Сердобольные соседи стали приносить ( в долг ) огурцы и кабачки в больших
количествах. Этих овощей уродилось на огородах полным-полно. Я очень переж ивала и тут уж было совсем не до живописи.
- Так вот почему кабачковые оладьи? - спросила Таня.
- Ну, да. Я уже смотреть на них не могу. Сначала думала: посижу на вынужденной диете. Но потом заметила, что уже начинаю зеленеть и снова превращаюсь в лягушку...
-До лягушки, я думаю, ещё далеко, - изрекла Татьяна с серьёзным видом - У меня   хорошая новость для тебя.
- Хорошая новость сейчас? Такое возможно?
- Вполне,- ответила она, запивая чаем оладью.- Ты находишься под защитой Космического луча! Да-да, не смейся.

И Татьяна поведала мне о своём новом увлечении Тибетом, эгрегорами, шамболой...Заверила, что когда их учитель увидел мои картины, то так прямо и заявил:"Автор сотрудничает с Космосом!" Она начала мне рассказывать разные небылицы, которые происходили с ней, когда она присоединилась к странствующей по горам группе..
Обижать мою гостью недоверием не хотелось и я молча кивала, незаметно усмехаясь.

- Так что же он мне не помогает - этот всемогущий Космос и не спасает от постоянных бед, если я с ним сотрудничаю? - дав волю наглядной улыбке, спросила я.
- Пойми, ты избранная, а значит через твои страдания должны быть наказаны злые силы!
- Вот как...? Понятно. Почётная миссия! И что для этого надо сделать?
- Всё просто. Надо ночью выйти на улицу, обратить свой взор к н***, сосредоточить мысли, направив их в центр мироздания....
- И на какой день ждать результат?
- На третий, конечно!- не моргнув, сказала Танюша, допивая свой чай.

Через час я проводила свою немку до автобуса. Шла домой, улыбаясь и вспоминая её бредни. Но ситуация, по-прежнему, тяжёлым комом висела в воздухе.
Прошло около недели. Я вышла на балкон подышать. Сердце болело, на него постоянно давил невидимый пресс. Стояла прохладная осенняя ночь и небо было какое-то странное. Оно сверкало глянцево-чёрным отливом, а звёзды светили особенно ярко... Мои мысли постепенно стали вызывающими и отчаянными, я направила их в эту чёрную пустоту между звёздами. Нет, я не просила наказать бездушных мошенников, я просила, чтобы как-то разомкнулась страшная ловушка, в которую попала моя семья. Я требовала справедливости.

Два дня пролетели в заботах и суете. А на третий день...телефонный звонок! В это трудно было поверить, но я услышала лилейный, заискивающий голос самого главного начальника той кошмарной жилищной компании. Он обращался ко мне, как к общественному деятелю и уважаемому человеку...Он просил меня о помощи. Говорил, что совершенно внезапно их компанию объявили банкротом, лишили лицензии, от них отказалась Москва, она просто перестала существовать, и что все они остались без работы.

И он хотел бы организовать свою независимую компанию, во всех издевательствах обвинял вышестоящих..А дальше шёл список фантастических обещаний.
- Чем же я могу помочь? Я - самая потерпевшая от ваших бесчинств?
- Вы сможете настроить жильцов и тогда они мне поверят.

На третий день после этого разговора жильцы двух несчастных домов получили квитанции "чистые" без долгов. Но деньги нашей семьи так и уплыли безвозвратно. Говорят, что в Центр...!
 

История, в которую трудно повери ...

(Сермяжная Правда)
   2019-01-23  2  0  35
Красавец лайнер, исписанный огромными нерусскими буквами, принимал пассажиров в своё нутро. Улыбающаяся молодая женщина в строгом костюме стюардессы приветствовала всех входящий прямо на пороге двери лайнера. Пассажиры, уже попавшие во внутрь суетились в проходе, рассовывая по полкам ручную кладь и, снимая верхнюю одежду. Я, сделав то же самое, уселся на одно из трёх, рядом стоящих, кресел. Вскоре на два соседних ко мне примкнули молодой парень с девушкой. Моё место было около иллюминатора и они, как бы отрезали мне путь к отступлению.
«Вот и всё, - подумал я. – Назад у меня теперь дороги нет».
    Мы выкатились на взлётную полосу. После небольшой остановки взревели турбины и через несколько мгновений неумолимая сила погнала лайнер по взлётной полосе. Подчиняясь этой силе, и, подёргивая крыльями, лайнер тяжело оторвался от земли. Мы начали подниматься всё выше и выше в чёрное небо, оставляя под собой огни родного мне города, которые, впрочем, быстро исчезли.
    Набрав высоту, лайнер завис в чёрном небе. В однообразном гуле турбин слышны были разговоры пассажиров. Я попытался уснуть. Хотя сном это назвать было нельзя. Я как-то забылся. Я сидел с закрытыми глазами и вспоминал, как, за день перед отлётом, отвёз свою собаку к Манюне. Как на следующий день она рассказала, что собака всю ночь пролежала у порога, уткнувшись носом прямо в дверной притвор входной двери, отказываясь и есть, и пить.
    В чувства меня привели радостные возгласы пассажиров и хлопки в ладоши.
«Неужели приземлились, а я не заметил, - мелькнуло у меня в голове.
Оказалось, нет.
«Чему же тогда все радуются?» - не понимал я.
Но через некоторое время, я увидел, что по проходу между сидениями две молодые улыбающиеся стюардессы катят этажерку-тележку с маленькими стеклянными бутылочками и раздают их всем по одной бесплатно. Я подумал, что это пиво, но это оказалось шампанское. Я не стал открывать. В этой бутылочки шампанского было всего один стакан, а как сувенир она смотрелась очень даже ничего.

    Аэропорт Берлина имел двойное название.
«Berlin-Tegel», - прочитал я.
Весь в огнях, с потрясающей архитектурой, он был достойными вратами известного города. В несколько этажей, с выступающими вперёд консольными перекрытиями каждого этажа, здание аэропорта просто приковывало к себе внимание. На него нельзя было посмотреть мельком. Оно, как бы заставляло себя рассматривать. А человеку, прибывшему сюда в первый раз, хотелось ещё и запечатлеть это всё в своём сознании, поэтому все чувства во мне обострились. Я встрепенулся и без всяких колебаний шагнул на немецкую землю.
    Получив чемодан я встал в очередь на регистрацию своего прибытия. Серьёзный дяденька в стеклянной будке, в форме местных блюстителей порядка, которому я подал свой паспорт, строго спросил:
- Holidays?
«Какое до боли знакомое слово, - подумал я, - Оно, по-моему, означает что-то типа каникул или выходных».
- Турист, - ответил я дяденьке по-русски.
К моему удивлению слово «турист» дяденьку устроило и он, хлопнув печатью по моему раскрытому паспорту, вернул мне его обратно. Я забрал паспорт, прошёл сквозь здание аэропорта и оказался на улице.
    Автобусную остановку я нашёл без труда. Согласно инструкции, я должен был подойти к автомату, который продаёт билеты и посмотреть, как эти билеты покупают и сделать тоже самое. Мне это удалось. Обилеченный, я стоял и ждал своего автобуса. Народу на остановке было не много. Не смотря на поздний час, автобусы шли чуть ли не сплошным потоком, каждые пять-десять минут. Ждал я недолго. Автобус с горящими на лбу цифрами 119 остановился одной из своих дверей прямо около меня. Я взял в руки чемодан и сумку и… не смог войти, потому что именно эту дверь, автобус не открыл.
«Что за чёрт?» – пронеслось у меня в голове.
И только я хотел пойти к другой двери, как вдруг из-за моей спины кто-то, так же из желающих войти в этот же автобус пассажиров, нажал на красную кнопку, которая находилась прямо на корпусе автобуса рядом с дверью, и дверь открылась.
«Вот те раз, - подумал я уже в автобусе, - Оказывается у них двери в транспорте открывают не водители, а сами пассажиры. Вон и внутри такая же кнопка есть. На остановках люди нажимают и двери открываются. Интересно.».
    Дальше я действовал по инструкции. Я доехал до конечной, вышел, по подземному переходу перешёл улицу, дошёл до другой автобусной остановки, дождался маршрута номер девять, сел, и стал считать остановки, загибая пальцы, чтобы не сбиться. Моя двенадцатая.
    И хоть автобус был большей частью пустой, я не стал садиться, а ехал стоя. Я смотрел в окно на ярко освещённые безлюдные улицы Берлина. Мне было всё интересно. На одной из остановок вошли два молодых парня. Один из них достал билет и засунул его в какой-то набалдашник на поручне, недалеко от меня. Набалдашник затрещал, а я с интересом наблюдал, думая:
«Что это он такое делает?»
И тут у меня в голове будто гром грянул:
«Господи! Это же компостер! - чуть не крикнул я, - Билет-то я свой не закомпостировал! Ну, профессор Плейшнер! Как меня ещё не арестовали? При Гитлере здесь за безбилетный проезд вообще, говорят, расстреливали».
Я судорожно полез в сумку за кошельком, билет был именно в кошельке. Покачивая головой и сокрушаясь, я проделал процедуру компостирования и, пряча билет обратно в кошелёк, подумал:
«Ну, теперь не расстреляют».
    На двенадцатой остановке я вышел и зашагал по заученному маршруту, катя за собой чемодан. В ночной тишине пустой улицы пластмассовые колёса чемодана грохотали по асфальту неимоверно. А я уверенно шёл вперёд, разглядывая дома, дорогу, фонари вдоль дороги, ограждения проезжей части. Что я отметил для себя, так это то, что, около, стоящих у магазинных дверей, мусорных баков и урн, на асфальте не было мусора. То ли мусор бросали очень точно и прямо в цель, то ли подметали постоянно. И ещё я заметил, что на каждой рекламной вывеске какого-либо заведения обязательно был рисунок, по которому, если ты не читаешь по-немецки, ты легко сможешь определить, что это за заведения.
«Этот рисунок называется не русским словом «логотип», - вспомнил я, шагая вперёд, так, как будто был здесь уже сотню раз. Уверенности мне придавали чётко описанные Манюней ориентиры по пути моего следования. Мне казалось, что я не смогу их столько запомнить, да я их и не запомнил, если перечислять, но когда передо мной показывался тот или другой ориентир, я его вспоминал.
    А вот и дом с большим крыльцом, и плетённый забор и калитка в заборе. Значит я уже у цели. Я покачал калитку, думая, что может она открыта. Нет, калитка была закрыта. На удивление, в темноте, я с первого раза угадал с ключом. Замок на калитке мягко щёлкнул, и калитка подалась вперёд, я зашёл и закрыл её обратно на замок, как того требовали инструкции. Около двери в подъезд было уже значительно светлее. Дверь в подъезд оказалась не металлическая, и даже не деревянная, она была стеклянная:
«У нас такую дверь давно бы разбомбили, - подумал я, ворочая ключом в замке, - А тут, гляди-ка чистая, даже внизу. Значит ногами её здесь никто не открывает. Да, удачно тут местные жители прячутся от непрошеных гостей за стеклянной дверью».
    Нужная мне квартира под номером 27 была закрыта на два замка, но легко открылась, и я вошёл в тёмную прихожую. Прикрыв дверь, и, поставив на пол чемодан и сумку, я произнёс в темноту:
- Ну всё, спать буду уже не на улице.
С помощью фонарика на телефоне я отыскал щиток освещения, включил автоматы, потом выключатели и зажмурился от яркого света.
    Чистенькая, почти пустая однокомнатная квартира, удивила своей планировкой. Сразу, что бросилось в глаза, это кухня, которая была таких же размеров, как и комната. Кухонный гарнитур, холодильник и обеденный стол с двумя стульями совсем не крали никакого пространство, поэтому на кухне было свободно и просторно. Между комнатой и кухней была перегородка с дверью на одном конце и пустым проёмом на другом. Хотя это был не совсем проём, перегородка, не меньше метра, просто не доходила до наружной стены, а сама стена была с тройным окном и балконной дверью. Окно и балконная дверь были закрыты шторами. Я зашёл в комнату через этот проём. Там стоял диван и напольная вешалка с плечиками для одежды, и больше ничего. Я прошёлся по комнате и вышел на кухню через дверь.
- Не понятно, - сказал я вслух, - Зачем дверь, если есть такой проём? И наоборот, зачем проём, если есть дверь? Так и хотят русского человека запутать.
    Пол в квартире был комбинированный, из коврового покрытия и плитки. Плитка была в прихожей и, примерно, на две трети части кухни. Шов между ковровым покрытием и плиткой ничем не закрывался, он был подогнан очень аккуратно.
    Распаковав чемодан, и, переодевшись в домашнюю одежду, я пошёл осматривать особое заведение под названием санузел. Он был совмещённым с ванной и тоже оказался довольно просторным. Первое, что я отметил – это полотенцесушитель. Он занимал полстены в торце санузла, состоял из перекладин, на которых можно было развесить для сушки не только полотенце, и был почти от пола до потолка. Но самое интересное, он имел регулятор температуры. То есть, при надобности в быстрой сушке большого количества белья, или просто, чтобы нагреть ванную комнату, регулятор можно было поставить на максимум и эффект не заставит себя долго ждать. Но и это ещё не всё. Полотенцесушитель, можно было включить в розетку. Он так же работал и от электричества, если, допустим, отключили отопление, и здесь тоже был регулятор температуры. Второе, что там было интересно – это вентилятор, который был довольно мощным и располагался так удачно, что при его работе никаких запахов в санузле не было.
«Это немцы специально такой вентилятор сюда придумали, - подумал я, - Чтобы на освежителях воздуха экономить».
Конечно, можно и в России сделать себе, такой полотенцесушитель и вентилятор, но в России хозяин делает это сам, а здесь они были штатными, то есть предусмотрены проектом и смонтированы строителями.
    На этом экскурсии по квартире закончилась.
«Хорошо бы…» - подумал я и… тут же осёкся, а в слух произнёс:
- Это прокол.
Дело было в том, что мы, при всех стараниях всё предусмотреть, совершенно забыли про еду. Из съестного у меня с собой не было ничего. А на улице была ночь, а последний приём пищи у меня был ещё дома и только утром. Осознав, что еды нет, в желудке у меня тут же заныло. Я открыл холодильник, там было пусто. Я стал шарить по навесным шкафам и, о чудо, в одном из навесных шкафов я нашел пачку комкового сахара и начатую банку с растворимыми кофе. Электрический чайник стоял на разделочном столе кухонного гарнитура.
«Пусть хоть так» - подумал я, а мысли побежали дальше, - Нужно ведро под мусор сделать».
За дверцами шкафа-тумбы, что под мойкой на кухне, стояли, воткнутые друг в друга, четыре одинаковых ведра. Не трудно было догадаться, что эти вёдра под мусор.
«Зачем их четыре под мусор?» - пытался сообразить я, вытащив одно, и вставив в него один из пакетов, в котором была одежда.
    Спать не хотелось. То ли от того, что в самолёте подремал, то ли на голодный желудок не спалось, то ли от выпитого кофе. Я выключил свет, подошёл к балконной двери и отдёрнул штору.
    Освещённая лунным светом пустынная улица не издавала никаких звуков. Было тихо и спокойно. Казалось, что кроме меня в этом микрорайоне больше никого нет. Все дома здесь были не более пяти этажей, каждый со своим двориком, детской площадкой и ограждением из сетчатого забора, который стоял на некрашеном, цвета серого цемента, монолитном фундаменте. Сам фундамент в высоту был сантиметров семьдесят – восемьдесят и в ширину – сантиметров десять. Боковая поверхность его было гладкая, как стекло.
      Далее мой взгляд упал на балкон. Эта квартира имела балкон, но в темноте мне показалось, что с одной стороны у балкона нет ограждения. Я посмотрел внимательней, и увидел, что там не только нет ограждения, там, с этой стороны у балкона, вниз до самой земли, были сделаны ступени с поручнем.
- Не понял, - сказал я сам себе, и ведомый любопытством, ещё больше раздёрнул шторы, пошёл включил свет, чтобы через окно осветить всё что снаружи, вернулся и, отрыв балконную дверь вышел на улицу. Изумлению моему не было предела. Оказалось, что по ступеням с балкона спускаешься в… палисадник. То есть придомовая территория вокруг всего дома от стены до забора была поделена на участки точно таким же фундаментом, как под плетёным забором. Только здесь фундамент был уже метра два в высоту и превращался в стену, которая и отделяла палисадник одного соседа от другого. Ширина палисадника была метра три, длина метров шесть, как раз по границам кухни и комнаты.
«Да… - подумал я, - Вот тут и огурцы выращивать и собаке погулять. Шикарно».
Я вернулся обратно в комнату. Прошёлся опять по кругу из комнаты в кухню. Задёрнул шторы. И подумал:
«Тут с тоски помрёшь, телевизора нет, компьютера нет, даже просто радио нет, а я, хоть бы книгу с собой какую-нибудь взял».
Чем можно было заняться, так это повторять инструкции. Я достал тетрадь, лёг на диван, открыл её на той страницы, где был описан мой завтрашний день и…
 

Больной зуб

(Malyutka)
   2019-01-22  1  4  33

Вот и пришла ко мне беда нежданно-негаданно: зуб заболел, да так, что просто невмоготу, хоть на стену лезь! Два дня болел, а я к врачу идти боялся. С детства боялся, вот и не шёл.
На третий день всё же решился и побежал в поликлинику, а там людей тьма, и все к стоматологу. Прям ужас какой-то, как будто, у всех сразу зубы заболели. Эдак подумал, пока моя очередь подойдёт – помру от боли.
Наверное, так и случилось бы, но тут одна бабуля подсказала, что за деньги примут сразу, только в другом кабинете. Сунул тогда я руку в карман, нащупал мелочь и немного успокоился – какие никакие, а деньжата имеются. Зашёл, значит, в платный кабинет. Зашёл без очереди, так как перед ним и впрямь людей не оказалось. Видать, не все люди с собою деньги носят.
Вначале, правда, меня принимать не хотели – не устраивало, понимаете ли, врача сумма, которую. я выложил из кармана. Тоже мне, лекарь нашёлся! Можно подумать, мелочь, предложенная мною – не деньги!
Все-таки усадили меня в кресло, попросили рот открыть. Врач посмотрел на больной зуб, сказал, что нужно его удалить и стал шприц готовить. Потом укол мне сделал. Прямо в рот сделал, кто бы мог подумать! У меня сразу челюсть отвисла и язык онемел. Я сидел, мычал и слово сказать не мог, а врач тем временем зуб дёргал. Выдернул, сволочь, да не тот! Это я понял, когда домой пришёл. К тому времени боль возобновилась с новой силой, пуще прежнего.
На следующее утро помчался в поликлинику и сходу в платный кабинет заскочил. Кричу, что вчера не тот зуб удалили. А врач рыкнул, дескать, я невнятно указал, где болит. Странный врач. Как же я, интересно, мог ему внятно указать, ежели в тот момент всё лицо моё перекосило от боли? Короче говоря, отправили делать рентген челюсти, дабы определить злополучный зуб.
Когда я принёс снимок, стоматолог даже присвистнул: по его мнению, следовало удалить аж три зуба! Пришлось согласиться, лишь бы прекратилась боль.
Зубы удалили быстро. Я ещё сидел в стоматологическом кресле, когда ко мне подошла, врач-рентгенолог:
- Что же вы, сударь чужой снимок забрали? Вам же ясно было сказано подождать десять минут! Вот заберите свою рентгенограмму.
- Ну-ка, ну-ка, позвольте на неё взглянуть - вмешался стоматолог и взял новый снимок. Внимательно изучив его, врач изменился в лице:
- Да тут удалять-то нужно было всего один зуб, - сказал он.
Я и без того чувствовал себя не очень, но после услышанного вовсе обезумел. И вот теперь самому стоматологу по моей вине придётся зубы лечить. А у меня тоже не всё ладно - проблемы с больным зубом теперь нет, зато появилась проблема с полицией. Беда, как говорится, одна не приходит.
 

История, в которую трудно повери ...

(Сермяжная Правда)
   2019-01-21  0  10  44
Глава вторая.
    Я никогда с похмелья не мучаюсь. Не знаю почему. Может потому, что дешёвую водку не пью и с пивом её не мешаю. Так что на следующий день, а это был выходной, я сидел дома, пил кофе и, вспоминая вчерашний разговор, думал:
«Вот как жизнь повернулась. Средняя по доходам семья, может себе позволить купить квартиру в Германии. Молодцы они всё-таки. И не боятся».
Это было примерно часов одиннадцать утра. И вдруг в дверь позвонили, собака с лаем кинулась к порогу. Я пошёл туда же. Распахнув дверь широким жестом, я увидел на пороге моего дружищу с его Манюней. Я готов был увидеть кого угодно, но только не их.
- Привет, заходите, - выпало из меня удивлённое приглашение.
Они зашли.
- Привет-привет, - быстро затараторил дружище, и показал пальцем на Манюню, - Вон скажи ей, что мы с тобой договорились встретиться сегодня с утра.
Он врал. Мы не договаривались.
    Манюню на самом деле звали Мария Константиновна. Она была очень эффектная настоящая русская женщина, всегда опрятная и приятно пахнущая. Ей, как никому, удавалось скрыть под одеждой все свои недостатки, если таковые вообще имелись, и показать достоинства, которых, нужно признать, было немало. В этом, застать её врасплох было невозможно, даже когда мы с её мужем, без всякого приглашения и предупреждения вваливались к ней в дом, я всегда отмечал, что даже домашний халат на ней сидел очень эффектно, удивляя тем, что все эти прожитые годы никак на её внешность не повлияли. Она была серьёзная, довольно-таки властная и неглупая. Именно про таких говорят – за ней, как за каменной стеной. Раньше мы часто ездили к друг другу в гости, но потом как-то разбрелись каждый по своим заботам и теперь виделись только по праздникам и то не по всем.
    Дружище с большим пакетом в руках сразу пошёл на кухню и начал выкладывать из него на стол банки с пивом и какие-то свёртки, видимо с едой внутри.
- Ты с ума сошёл, - сказал я, глядя на него.
- Это ты с ума сошёл, - ответил он и, кивнув на бокал с недопитым мной кофе, продолжил, - Кофеёк гоняешь, а настоящие мужчины во, - и он показал рукой на, уже выставленную на стол, батарею из банок с пивом разной масти.
- Звездец, - тихо сказал я, и обречённо опустился на кухонный табурет.
Манюня, не обращая на нас внимание, быстро распаковала все свёртки, залезла в кухонные шкафы, достала посуду, разложила еду по тарелкам, выбросила обёртки, потом пошла в коридор взяла свою сумку и уселась между нами. Из сумки она извлекла несколько исписанных листков бумаги:
- Я поняла, что у тебя загранпаспорта нет? – спросила она без всяких предисловий.
- Нет, - ответил я, как бы не понимая о чём речь.
- Так. Вот смотри, - она показала мне верхний листок, - Я здесь написала какие нужно собрать документы для загранпаспорта. Читай, пока все трезвые.
Я посмотрел на листки, потом, подняв голову, и положив локти на стол, в упор стал глядеть на того, кто это всё устроил. А тот сидел с таким видом, что его это всё как будто совсем не касается. Он всё рассчитал правильно. Прекрасно знал, что его Манюне я отказать не смогу. Но одна небольшая зацепка, чтобы от всего откреститься, у меня всё-таки была.
- А если меня шеф не отпустит, - робко начал я.
- Не принимается, - с серьёзным видом тут же осадила меня Манюня, - Кто из нас самый талантливый? Вот и покажи всем, как надо отпрашиваться у шефа, чтобы он не мог не отпустить.
И дальше она продолжала так, как будто меня уже отпустили:
- Смотри, как подадим документы на загранпаспорт, так будем знать на какое число бронировать билеты. В принципе, по оформлению загранпаспорта, визы и остальной требухи, тебе только нужно будет приходить и расписываться, а остальное мы всё устроим. Я ещё посмотрю, какие у них там экскурсии есть, выберу самое интересно, чтобы ты там не скучал.
   Это было всё. Я попал, как лисица в капкан. Удивительно, лисица, быстрая и осторожная, умная и хитрая, но всё-таки попадает в капкан, а почему? Не знаю. То ли самоуверенность подводит, то ли есть кто-то хитрее её. А из капкана вырываться бесполезно, только хуже будет. И я смирился.
«Ладно, - подумал я. – Будь что будет, мне главное живым оттуда вернуться».
   
      На удивление шеф меня отпустил сразу, я сказал, что мне нужно уехать по семейным обстоятельствам дней на семь:
- Когда ты хочешь уехать? – спросил он.
Я ответил, что пока билеты не бронировал, потому что с ним не разговаривал.
- Ну, забронируешь скажешь.
- Да, конечно.
И это была удача. Это означало, что у меня была открытая дата для бронирования билетов.
    Сразу же после того, как я объявил Манюне и её мужу, моему дружище, что меня шеф отпустил, они начали собирать меня в дорогу. Это было что-то невероятное. Они пичкали меня инструкциями. Мы часами просиживали за телефонными разговорами. Не каждый день, конечно, но всё-таки. Причём я вынужден был всё конспектировать, как студент, потому что запомнить все их инструкции было невозможно. В роли старшего преподавателя выступала Манюня. В роли преподавателя-практиканта – дружище. Ему иногда позволялось, под пристальным вниманием Манюни, провести со мной лекцию другую, но только по телефону. Личные контакты запрещались, ввиду неизбежности финала, с криками новоявленного практиканта, что мол, нам не то, чтобы хочется напиться, а нам поговорить…
    Этими инструкциями они хотели предусмотреть буквально всё, чтобы никакого сбоя у меня там не произошло. И я записывал, что должен был делать, прямо с момента моего прибытия в аэропорт города Берлина. Я их слушал и удивился тому, как хорошо они там ориентировались. И, вот так по телефону, они мне говорили куда я должен идти, чтобы попасть на нужную остановку, как купить билет, допустим, на автобус, потому что билеты там продаёт автомат. А писал я так:
«Выйдя из самолёта я иду туда куда идёт весь поток пассажиров, и этот поток приведёт меня к ленточному транспортёру, где выдают багаж. Потом я так же иду за потоком, и он меня приведёт к стойке регистрации. Регистрирую прибытие».
Но адрес дома, где находилась квартира, и маршрут, как до него добраться, я должен был выучить наизусть.
- Маша, может я возьму такси? – спросил я Манюню во время такой инструкции по телефону.
- Какое такси? – нервно возразила она. – Ты скажи, на каком языке ты собрался объяснять таксисту куда ехать? Он ведь не бельмеса по-русски. Хорошо, если таксист, допустим, хохол, а если араб какой-нибудь. Да и потом, автобусом дешевле. Купишь прямо на автобусной остановке в автомате билет на три дня, он там единый на все виды транспорта, закомпостируешь его в автобусе. Номер маршрута сто девятнадцать, ты садишься и едешь до конечной. Выйдешь, перейдёшь дорогу по подземному переходу, он там от остановки недалеко. Я, правда, не помню, там из перехода два выхода, тебе налево или направо? Ну, выйдешь не туда, спустишься обратно. Короче, тебе надо попасть на другую сторону улицы, и ты пойдёшь, как бы в обратную сторону, откуда приехал, но по другой стороне улицы, - она вдруг остановилась. – Ты записываешь? - спросила она.
- Нет, - ответил я.
- А я для кого это всё говорю, скажи мне пожалуйста?
Она это сказала так, что я подумал:
«Нет, преподаватель в ней ещё не умер».
А вслух произнёс:
- Да, пишу, конечно, ты что.
- Пиши, потом сядешь в автобус под номером девять и отсчитываешь двенадцать остановок. Успеваешь?
- Успеваю.
- Дальше, будь внимательным. Сойдёшь на двенадцатой остановке и пойдёшь по ходу автобуса, на котором приехал. Придётся немного пройтись. Дойдёшь до первого перекрёстка, переходишь проезжую часть, никуда не сворачивая, так и идёшь прямо, дойдёшь до второго перекрёстка. И вот на нём свернёшь направо во дворы, но уже не переходя проезжей части улицы. Там дорога пойдёт на подъём, потом через парк, дальше спуск по лестнице до другой проезжей части, ты переходишь на ту сторону, повернёшь направо и идёшь до дома с большим крыльцом, там он один такой, с большим крыльцом, и прямо за этим домом забор из металлической сетки, а в нём калитка, от калитки ключ у тебя. Зашёл, закрыл. В угловой подъезд, от подъезда ключ тоже у тебя, на первом этаже квартира номер 27. Понял? - спросила она.
- Да, конечно. Квартира номер 27, - повторил я её слова, показывая этим, что записываю.
- Ладно, на сегодня всё, - она сделала паузу, - После завтра читаешь мне всё это наизусть, буду проверять.
- Яволь! – рявкнул я в трубку так, как, в советских фильмах про войну, это делали немецкие солдаты.
- Господи, - услышал я в ответ, - Взрослые мужики, а всё как дети.
- Я не «как дети», это я учу немецкий язык, - парировал я.
- Ну учи-учи, послезавтра проверять буду. Ну, пока. Я что-то есть захотела, - и она отключилась.
И всё в таком духе. Полтора месяца я строчил эти конспекты. Их накопилось солидная толстая тетрадь. Казалось, было обговорено всё и расписано буквально по часам, и деловая часть поездки, и досуг.
   Деловая часть заключалось в следующем:
   на другой день после прибытия я должен был, по расписанному досконально маршруту, в центре Берлина, отыскать банкомат и снять наличные с карточки, которую они мне дали. Интересно, если купить евро здесь и везти туда наличными – это будет дороже чем, если положить рубли на карточку здесь, а там снять в евро. И главное, разные банкоматы берут разные проценты за снятия наличных, поэтому я должен был идти к определённому банкомату по указанному маршруту. Потом, так же, не отклоняясь от написанного маршрута, я иду в банк. Захожу в зал, где сидят операторы и первому же говорю: «Арина Бережная». Тот показывает, где сидит дама с именем Арина Бережная, я иду к ней, показываю паспорт, доверенность, отдаю ей, запрашиваемые банком документы, она расписывается в их получении на копиях, после этого я иду в другой зал, назовём его условно «платёжный» и вношу снятую с карточки сумму, так же показав паспорт и доверенность. При случае, если Арина Бережная попросит письмо, присланное из банка, оно у меня в телефоне на электронной почте. Там в банке открытый WI-FI и я ей покажу это письмо прямо в телефоне. Всё. На этом деловая часть поездки заканчивалась. После, они мне настоятельно рекомендовали зайти в кафе, что напротив банка и попробовать местную кухню именно там. Меню, что я должен был заказать, так же было написано у меня в конспекте.
    В арсенале досуга у меня было несколько местных экскурсий и одна поездка в столицу Чехии Прагу. Это всё, оказалось, можно было заказать и оплатить здесь, дома, а там только прийти вовремя в назначенное место. Манюня, сказала мне:
- Ты обязательно должен съездить в Прагу. Зная тебя, мне даже больше хочется узнать твои впечатления о Праге, чем о Берлине.
- Хорошо, - ответил я. – Будут тебе мои впечатления. Даже их впечатления обо мне у тебя тоже будут.
- Ты можешь быть серьёзным? – спросила она, и вдруг подняв указательный палец вверх, произнесла, – Кста, помни, у немцев чувство юмора притупилось еще в Великую Отечественную. Прежде чем пошутить, ты должен точно знать, что они понимают, что это ты шутишь.
- Ой, - ёкнул я с серьёзным видом, - ты сейчас что-то такое мудрёное сказала, я даже не понял.
- Это я по-немецки, - съязвила она, поняв, что я дурачусь.
- Аааа, - пропел я, изображая человека, которому внезапно открылась истина. – Ты тогда хоть как-то сигнализируй, что переходишь на немецкий, а то, видимо, грани уже стёрлись и переход не ощущается.
   Последняя неделя перед поездкой прошла в ужасной суете. Неожиданный, как это всегда бывает перед отпуском, аврал на работе, я приходил домой выжатый, как лимон и буквально падал на кровать. А Манюня вдруг запаниковала, что они всё-таки что-то забыли, не учли, и нужно быстро этот пробел восполнить, она пыталась меня заставить читать мои конспекты всё сначала, но я напрочь отказывался и говорил ей, что, мол, приезжай сама и читай, почерк у меня разборчивый, а я не в состоянии, чтобы опять всё сначала.
    И вот последний день пред отлётом. Вещи упакованы, документы запакованы, деньги в надёжном месте. Багаж у меня – чемодан и сумка. Я вылетал в ночь, но в Берлине я должен был быть в десять часов вечера, сдвижка из-за разницы во времени. Дружище с Манюней привезли меня в аэропорт. И уже в аэропорту на меня вдруг напала апатия. Я до такой степени пресытился этими всеми сборами, так у меня перенапряглась нервная система, что мой мозг перестал отображать действительность. Я уже не слушал, что мне говорили в эти последние минуты на Родине Манюня и дружище. У меня не было никакой радости, что я в отпуске, и что лечу в Европу. Я летел в неизвестный мне мир, как в никуда, где меня не то чтобы никто не знает, и я никого не знаю, где меня даже никто, и не поймёт, если я начну с кем-нибудь разговаривать. Я там для них буду, как глухонемой, то есть произносить какие-то нечленораздельные звуки, которые и речью-то не назовёшь. А ведь я должен буду ходить в магазины, ездить на экскурсии, осматривать достопримечательности, но при этом мне, видимо, так же придётся изображать из себя глухонемого, как будто я, не то чтобы ничего не понимаю, а просто не слышу. Я рисовал себе картину, где ко мне кто-нибудь подходит и что-то говорит, а я стою с таким видом, что, мол, проходите мимо.
 

Культурный диалог

(Ирина Зуенкова)
 О деревне  2019-01-19  3  32  94

- Давно хочу сказать тебе, Матрёна,
Что ты меня собой не обкультуришь,
Я сам себе культурн, определённо,
А ты меня, Матрёна, вечно дуришь.
Как слышишь где культурные словечки,
Летишь в компутер, открываешь гуглу,
А нет бы, вечерком пройтись до речки,
А шось в ответ?    «С какого перепугу?»
На речках, Мотя, душами воркуют,
А не тусят с агентами в контактах.
С утра тебе кукушечка кукует,
До вечера бы слушал, слушал… так-то!

- Я не Матрёна. Марта!
Будь любезен,
Запомнить имя постарайся, милый.
За годы, что просиживал в ликбезе,
Ты так и не освоил ни мобилы,
Ни корни извлекать, ни теоремы,
Ни барышню развлечь, хотя бы стИхом.
Ты до сих пор читаешь мне горЕмы,
Когда здесь - горе мЫ.
Не будь же психом!

- Да нет же! Марта - Зойкина корова!
А ты Матрё-ё-ёна, так тепло, красиво…
Румяна, круглолица, черноброва…

- Ды, тьфу ты, чёрт!
Своё заладил снова!
Вот как я буду жить в Москве Матрёной?
Когда там сплошь Снежаны, Анжелики.
Моей душе желаешь ты урону,
Я чувствую предтраурные блики.

- А ты не ездий! Чо тебе, в Москве-то?
Послушать: Понае-е-ехали здесь, чо ли?
У нас, Матрён, в деревне скоро лето!
А чо у них увидишь, кроме моли?

- Какой ты, Петька, тёмный!
Чо ли - чо ли…
Сто раз тебя учила, остолопа,
Что это в сериале мама Чоли,
И ты мне тут ресницами не хлопай!
Сидишь в своей деревне, как в подполье…

- В подполье, Мотя, лучче, чем в Москве-то!
Сытнее…вон, картошечка под боком,
Бутыль вишнёвки…настоялся с лета…
Ты…
Марта…
потеряешь в жизни стока…



Я тоже буду ей не лыком шитый.

Уж не бренчат гитарные аккорды,
Матрёна всё ж уехала в Москву.
А я сижу и тычу пальцем ворды,
Другой рукою пользуя халву…

Сказала мне:
- Учи компутер, Петя!
Без интернетов нынче никуда.
Не отпустил бы ни за что на свете…
Да что теперь? Нагрянула беда.

Чего ей в той Москве, скажите, люди!?
У нас, поди-ка, не хужее их.
Нашила платьев - выпадают груди.
Ответственный за моду, верно, псих…

Освою я компутерное дело.
Уже узнал, что есть у Клавы мать!
И дисковод от дискотеки смело
Могу без напряженьев отличать.

Я буду тоже ей не лыком шитый!
Отвечу по хранцусски – миль пардон.
Хожу теперича с утра умытый,
Прям хоть сейчас за грёбаный кардон.

Но я к деревне прикипел душою,
Ромашки, василёчки, тополя…
Скажу:
- Матрёна, стань моей женою!
Не век же красоваться в бобылях.

R.S
Стих относится к разряду анаколуфных,
Поэтому не стоит советовать автору не
коверкать язык. Тогда и стиха бы не было. ИМХО
 

В карьеру надо верить…

(Соломон Ягодкин)
   2019-01-18  2  8  46

Служить, и при этом не выслуживаться, возможно только там, где есть выбор: служить или выслуживаться, причём первое требует хорошо завитые извилины, а второе, - хорошо завитый язык...

Не верить в богатство, это значит не верить и в богатых людей. А за такой атеизм можно погореть ещё круче, чем за любой другой...

В карьеру надо верить, а иначе, это ещё одна прокаканная тобой жизнь. А много ли их у тебя в запасе ещё осталось?..

Работать бесплатно могут только закоренелые патриоты, но за любой патриотизм, как известно, им надо хорошо платить…

Когда люди не умеют работать, работа от них всегда убегает от греха подальше, а потом спокойно делается сама…

Фото Алексея Кузнецова
 

История, в которую трудно повери ...

(Сермяжная Правда)
   2019-01-18  1  7  78
Я никогда не был за границей. Не довелось. По молодости лет хотелось съездить куда-нибудь, как бы, выглянуть из-за Железного занавеса советской эпохи, и если уж не вкусить там запретных плодов, то хоть посмотреть на них. Но тогда это было практически невозможно.
    Но Время безжалостно, и оно давно уже смело в Лету все Железные занавеси на всей территории Российской федерации, вместе с идеологией, которая их и воздвигла. Не пощадило Время и меня, поменялись интересы и потребности, я стал старше и опытней, и мои желания сгонять за границу затмили желания сгонять на море. Конечно, можно сказать, что и за границей есть море и может быть даже лучше нашего. Может быть. Но на наше море, сел в машину, забросил в неё шмотки, пристегнув детей ремнями безопасности, и поехал. Даже кошку с собакой можно взять с собой. А ехать на их море – не так просто. Хотя, конечно, ездят граждане России, но у меня вот не случилось.
      История, о которой я хочу рассказать, началась с того, что однажды мой дружище, как говорят в Одессе: «Под большой стакан», - в момент, когда уже часть выставленного на стол спиртного расслабило наше сознании, спросил меня:
- Ты знаешь какая у меня беда?
- Нет, - ответил я.
- Не знаешь…
- Откуда. Ну, расскажи.
- Наливай, - он махнул рукой над столом, я подчинился.
Мы подняли рюмки, и на какое-то мгновение замерли. Я смотрел на него, а он смотрел куда-то в сторону, потом вздохнул, щёлкнул языком, перевёл взгляд на меня и, вместо тоста, произнёс:
- А я, между прочим, квартиру купил, - и он опрокинул рюмку в рот.
- Хо, - вырвалась у меня, - Это не беда, - сказал я после небольшой паузы, и сделал то же самое со своей рюмкой.
Какое-то время мы молча работали челюстями над своими тарелками. Разговор продолжил я:
- Если бы ты не сказал, что это беда, я бы тебя даже поздравил.
- Лучше бы посочувствовал, - ответил он.
- Хорошо, давай посочувствую, - мне хотелось перевезти разговор в шутливый тон, - Как ты хочешь, чтобы я тебе посочувствовал, материально?
- Нет. Ты спроси, а где я купил квартиру?
- Ну и где ты купил квартиру, - у меня получился не вопрос, а повествование.
- А квартиру я купил, - дружище оторвался от тарелки, сделал паузу, видимо, чтобы придать значимость своим словам, и глядя мне прямо в глаза, как приговор, произнёс, - в Германии.
Я ответил не сразу, скорчив на лице гримасу мыслителя, я пытался понять, шутит он или нет. И если он хочет меня разыграть, то я сам кого хочешь разыграю. А вслух произнёс:
- Подожди, ты говоришь, что ты купил квартиру в Германии?
- Да, - ответил он.
- То есть Германия, это там, где жил Гитлер?
Дружище набрал в грудь воздуха и с выдохом, каким-то усталым голосом, произнёс:
- Да, это там, где жил Гитлер.
- То есть ты купил квартиру, где жил Гитлер? – не унимался я.
- Да, только он там больше не живёт.
- Конечно не живёт, ты же его выгнал и правильно сделал, я бы тоже так поступил. Жить с Гитлером не очень хорошая перспектива, тем более, что квартира эта уже твоя.
И тут я увидел, что моему дружище, по жизни весёлому словоохотливому парню, не смешно. С серьёзным видом он взял бутылку и наполнил наши рюмки:
- Ну, давай, за всё хорошее.
- Давай, - сказал я как-то чуть подрастерявшись.
Мы опять опрокинули рюмки в рты, и заработали челюстями.
- Подожди,- начал я, - Давай сначала, то есть, ты купил квартиру в Германии, так?
- Да.
- Что в самом Берлине что ли?
- Ну да.
- Ни хрена себе ты даёшь, - тут я понял, что это правда и у меня непроизвольно сделались круглые глаза.
- Даю, только не берёт никто.
С упадническим настроением на лице он поглядел на меня. А из меня вдруг вырвалась волна радости:
- Вот это да! – почти крикнул я, - дык за это надо… - я схватил бутылку, - А ты почему молчал-то?
- А что я должен объявление по городу об этом расклеить?
- Нет, ты подожди, ты давай рассказывай всё сначала! – я говорил громко и радостно.
- Да рассказывать по сути и нечего, - он был расстроенный и неумолимо спокойный. А мне хотелось его растормошить. Я опять наполнил рюмки:
- Ну, за удачу! А то что это удача нет никакого сомнения!
Рюмки опять стукнулись друг о друга, одновременно взлетели вверх и опрокинулись.
- А теперь давай все подробности, - любопытство меня уже разбирало.
- Да какие там подробности. Нет никаких подробностей. Сынуля у меня отчудил номер…
- Сынуля!? – перебил я, вопросительно глядя на него, - Какой он мог отчудить номер? Он же всегда был у тебя умница и отличник. Техникум с красным дипломом, а сейчас в институте одни пятёрки.
- Так-то оно так, я тебе больше скажу, года два назад он стал поговаривать об образовании за границей. Мы с Манюней сначала к этому отнеслись скептически, но он… Ну ты же его знаешь.
- Ну как не знаю, он вообще у тебя супер. Пойди найди сейчас такого пацана. Учится, ни пьёт, ни курит. И поговорить, и пошутить в любой компании.
- Так это и подкупает. Я конечно не думал-не гадал, но однажды оказался в нужном месте в нужное время.
- То есть как?
- А так, попал на одного шустрого малого, который недвижимостью за границей торгует. И он давай мне расписывать, что у них серьёзная контора, и что недвижимость за границей — это реальность, и как это можно сделать быстро и дёшево. И что у них там для граждан России никаких рисков, всё на законных основаниях. Златые горы и молочные реки…
- Ты хорош буровить, - перебил его я, - Дальше давай.
- Короче, я его слушал-слушал, и подумал, а хорошо было бы так, если мой сынуля хочет учиться за границей, то крыша над головой это пятьдесят процентов успеха. А этот малый, видя, что я его не прерываю и слушаю, пригласил меня на презентацию, всяких бумажек цветных насовал в руки, попросил у меня номер телефона, ну на том тогда и расстались.
- Ага. Ну и…
- Я эти бумажки Манюне отдал, смотрю она их всё читает, в интернет смотрит, то есть… Пошли мы с ней на эту презентацию.
- Молодцы. Вот это правильно. Я понимаю так, вот там вы и хапнули недвижимость за границей.
- Хапнули. И головных болей хапнули, и кабалу не на один десяток лет хапнули.
- Это было бы ради чего, - сказал я громко и нараспев. – Класс! Меня трудно удивить, но у тебя получилось. Я рад за тебя.
Быстро наполнив рюмки я произнёс:
- Хочу, чтобы успех всегда был твоим спутником, - я стукнул свою рюмку об его. – Выше голову, май фрэнд! – я закончил тем, что помнил по-английски из школьной программы.
Рюмки снова опрокинули своё содержимое в наше нутро. Уминая бутерброд, дружище произнёс:
- Ты думаешь, что это конец истории. Не-ет. Это только начало.
- Да? – удивился я, - Ну, продолжай.
- Всё это произошло два года назад. Мы сразу же начали готовиться. Там, понимаешь, образование, если на немецком языке, то бесплатно, поэтому мы определили сынулю на курсы немецкого, и он вроде ходит учит. Но полгода назад он привёл домой девочку, сказал звать её Лидочка.
После этих слов дружище замолчал. А я, чтобы его поторопить, произнёс:
- Ну и что. Ему, по-моему, уже 22 года. Вот ты, во сколько свою Манюню в дом привёл? Себя вспомни.
- Да подожди ты, не перебивай, дай с мыслями собраться.
- А-а-а, - протянул я. – Так бы сразу и сказал. Сейчас дам, - и я опять наполнил рюмки.
Дружище взял рюмку, молча выпил, и закусывать не стал. Я подумал:
«Ну и ладно», - тоже выпил, но закусил. А он продолжил:
- Значит, Лидочка. Пришли они в первый вечер, познакомил он её с нами, потом они ушли в его комнату, а мы с Манюней сидим спать не ложимся, думаем, уйдёт Лидочка домой, потом ляжем. Смотрим, десять – она не уходит, одиннадцать – она ещё здесь, Манюня у меня, смотрю, забегала по квартире. Полпервого я приоткрыл дверь в их комнату, а они там за компьютером сидят, я говорю сыну:
- Иди-ка сюда.
А он так нехотя поднялся и вышел из комнаты ко мне. Я спрашиваю его:
- Послушай, а как Лидочка домой пойдёт посереди ночи?
А он мне:
- Она, - говорит, - Домой не пойдёт. Она теперь здесь жить будет.
- Что!? Вот так вот в первый вечер!? – вырвалось у меня.
- Вот так вот. А ты думал. Красиво жить не запретишь. У меня Манюню тут же понос прошиб.
Я присвистнул, а дружище продолжал:
- Как правильный отец, я начал с ним разговаривать, мол, так нельзя, что это не по-христьянски, а он:
- Папа, если ты против, чтобы она жила здесь, то мы будем жить у неё. У неё тоже есть, где жить.
Дружище опять замолчал.
- Ну и… - подтолкнул его я.
- Что и? И ушли.
- Куда ушли?
- Не знаю куда. Он полгода уже дома не живёт. Сначала только с матерью по телефону разговаривал, сейчас хоть заходить стал изредка. И, главное, ни о каком образовании заграницей слышать больше не хочет.
- Да… - пропел я. – Дела…
- Но и это не всё.
- А что ещё что-то есть? – удивлению моему не было предела.
- Есть. Вчера письмо оттуда прислали. На немецком, гады пишут.
- Ты радуйся, что хоть не на китайском.
- Ага. Я сбегал на эти курсы, куда этот умница и отличник должен был ходить, мне там перевели. Пишут, что в документах на эту квартиру у меня непорядок. Туда нужно ехать, оригиналы договоров им привезти, ещё кое что.
- А ты там был?
- Конечно, за два года раз пять.
- Ну дык и сгоняй.
- Не могу я сейчас. Работы нахватал, мужикам наобещал, сейчас хоть домой не уходи, там и ночуй на работе. Месяца три точно.
- А Манюня?
- А той вплоть до увольнения, начальник не пускает.
- Нет, какое там увольнение, за квартиру ведь рассчитываться надо.
- Дык то-то и оно.
Он помолчал. Поёрзал на стуле. Вздохнул и сказал:
- Мне бы курьера какого-нибудь найти, чтобы документы увёз. Там, в принципе, ничего не надо. Только отдать их и всё.
- И даже не знаю, чем помочь, - в тон ему произнёс я.
И тут я увидел, что мой дружище стал медленно подниматься со стула с каким-то недобрым огнём в глазах.
- Слушай, - уже стоя, произнёс он, так, как будто боялся, что кто-то его услышит - Выручай. А? Давай. Там же ведь ничего не надо. Документы только отдашь в банке и всё! Я с юристами доверенность напишу, эти добрые люди с курсов переведут. Они мне тогда ещё говорили, что у них кто-то в немецком посольстве работает. Выручай, а!?
К этой минуте весь мой здравый смысл алкоголь разрушил окончательно. Я тоже встал, подошёл к нему и, страстно пожимая его руку, дыша ему прямо в лицо, произнёс:
- Всё. Договорились. Ты помнишь, как мы с тобой пацанами одну «тёлку» год, наверное, «жарили». А? Как я такого друга не выручу!
После этих моих слов дружище опустил голову и заулыбался во весь «баян», а я продолжал:
- Помнишь, как мы с тобой смеялись над теми, кто из-за них стреляется и вешается? Онегин с Ленским два дурака. А мы нет. Мы договорились. Всё! Звездец! – с последними словами я уже перешёл не крик, - Решено! Показывай, где эта твоя Германия, мы там с любым банком разберёмся! Я по-немецки три слова знаю – «Сталинград» и «Гитлер капут»!
- У тебя загранпаспорт есть? – спросил он меня как-то трезво.
- У меня и российского-то нет, - развязано шутил я, и вдруг, ни с того ни с сего, я запел тут же придуманную мной строчку, на тут же придуманный мотив:
«Эти стервы – лишь за евры»
 

Когда денег совсем не стало…

(Соломон Ягодкин)
   2019-01-16  6  9  73

В воровском государстве деньги можно только воровать, или это не деньги, а слёзы честного дурака-лузера…

Если труд ничего не стоит, то и платить за него можно, в лучшем случае, жалкие гроши, а всю разницу, сами знаете, в чей карман...

Когда денег совсем не стало, напечатали ещё и ещё, благо что продали пока что ещё не все леса...

Всю жизнь копил деньги, а взамен от них никакой благодарности, так нищим и помер...

Богатство ещё никого не сделало богатым, если во всём остальном у тебя - нищета...

Фото Алексея Кузнецова
 

Канадские фермеры все как один!. ...

(Соломон Ягодкин)
   2019-01-15  4  10  78

Далеко не всякая работа имеет смысл, во всяком смысле тот смысл, за который платят. А смысл, за который не платят, здесь своё решающее слово должен сказать уже психиатр или Время, вопрос только, кто из них двоих вынесет свой вердикт...

Работа без таланта бессмысленна, но и талант без работы тоже не жилец. Так что ничего не остаётся, как познакомить их друг с другом, а дальше уже как они найдут общий язык…

Канадские фермеры все как один вышли на героическую битву за урожай!..

От трудов праведных, как известно, не построишь палат каменных. Но за свою палатку ты налоги плати как за те самые палаты, тем более что по всем нашим реестрам палатка эта твоя у нас давно уже проходит, как торговый дворец...

Только уничтожьте конкуренцию, и больше ничего уничтожать не придётся, всё умрёт само…

Фото Алексея Кузнецова
 

Кастинг

(Ирина Зуенкова)
 Телевидение  2019-01-15  4  22  126

Цвет настроения синиииий...
Цвет настроения синиииий...
Цв...

Тьфу, как мотив меня достал!
Сказал мне шеф:
«Езжай, Василий!
Тебя заждался пьедестал!
Поёшь не хуже, чем Захаров,
А он, гляди - ка, победил!
Поддашь в Москве им пылу - жару!
Ты лучший, к маме не ходи!»

Подумал я: А может правда
Махнуть на кастинг голосов?
А победю (жу)... вот будет славно!
В России нет таких басов!

И вот уже я на Арбате.
Зашёл в бутик, купил бельё,
Две пары бот... пожалуй, хватит!
Рубаху справят, ё-маё!

Пришёл на кастинг. А народу!
Мне за неделю не дойти.
Ещё наврали про погоду.
Который день идут дожди.

Попал на третий. Зал. Прослушка.
В журях полно известных звёзд.
И я запел им про пирушку,
Иль про кафешку...
Блин, склероз!
Меня прогнали с пятой ноты.
Сказали:
«Петь вам не дано!»
А где болтаться до субботы?
И я назад полез. В окно.

Мне разрешили спеть по - новой.
От страха лопнул микрофон.
(На громкость парень я бедовый.
И хватит сил на марафон!)

Минут пятнадцать все молчали.
(ну, ясно, от избытка чувств)
Потом все хором закричали.
Мне не понять слугов искусств.
Хотели выгнать, но Аксюта
Сказал:
«Оставьте, пусть поёт!»

Ах, эта славная минута!
Моей карьеры начат взлёт!
Они ещё узнают Васю,
Ещё не то на бис спою.
Я весь проект собою скрасю!
Держись, Нагиев! Ай лав ю!

Цвет настроения синий...

Карикатура Руслана Валитова
 

Держиморда как идеальный Самодер ...

(Соломон Ягодкин)
   2019-01-14  0  5  65

Народ бывает всякий, а если он не всякий, а во всём одинаковый, то это уже не народ, а сборище неандертальцев, по которым Эволюция до сих пор плачет...

Джакузи даже с самыми дорогими шампунями черни всё равно не помогло. Может быть тогда попробовать джакузи просто с хозяйственным мылом, чтобы нынешних хозяев жизни нашей наконец-то отмыть добела?..

Идеальным Самодержцем мог бы стать тот же Держиморда, однако плохо, языков заграничных не знал...

Не все могут быть идеально как все, иначе все они – никто. А это всегда опасно и для них самих, и для всех нас…

Берегите голову смолоду, а иначе мы её от вас отделим, нам к этому, сами знаете, не привыкать...

Фото Алексея Кузнецова
 

Про Кобылину Варвару

(Ирина Зуенкова)
   2019-01-14  1  16  87

У Варвариной кобылы
Два коня любимых было.
У Кобылиной Варвары
Только две пустые тары.

Приходил вчера любовник -
Отставной ноги полковник.
Выпил пару пузырей -
Еле выполз из дверей.

Сокрушается Варвара:
- Как найти в деревне пару?
Пьёт Ерёма и Егор,
И Федот на водку скор.

Разве что сосед Анвар?
Но Анвар годами стар.
А у конюха Гаврилы
Из хозяйства только вилы.

Вот Петрович, тот хорош!
Но женат, едрёна вошь...
Хорошо моей кобыле:
Как в ночное - так "побыли".

Третий год она подряд
Носит славных жеребят.
Только добрая Варвара
Пятый год живёт без пары.

От реки наискосок.
Может нужен адресок?
 

О КОЛЯДКАХ И НЕ ТОЛЬКО (из воспо ...

(Лена Пчёлкина)
   2019-01-13  0  32  119
МНОГИЕ ПИШУТ О КОЛЯДКАХ В СТИХАХ. Я РЕШИЛА ЭТО ДЕЙСТВО ОПИСАТЬ В ПРОЗЕ. СИЛЬНО НЕ РУГАЙТЕ. ВЕДЬ МНЕ БЫЛО ТОГДА - 18 ЛЕТ.

1964 "хрущёвский" год. Я с рюкзаком за спиной "топаю" по просёлочной пыльной дороге со станции Пильшино Выгоничского района до одноимённой деревни. Всего 45 минут нормального хода. От Брянска (где я жила), до станции тоже не более часа пригородным поездом. Почти рядом с домом.
   
Можно каждый выходной повидаться с матерью, братом и сёстрами, сходить в баню, библиотеку, кино, даже драмтеатр; в общем - вот тебе все доступные блага цивилизации. Скажите, что человеку надо?

Такое распределение после окончания педагогического училища - вполне приличное. Школа, хотя и сельская, но восьмилетка, причем недавней постройки, многокомплектная (в параллелях - по 2-3 класса). Кайф!
   
Меня определили на квартиру к бабе Сюне. Угол за занавеской, где стол с моими тетрадками и книжками, коечка, на которой - доски (чтобы не было остеохондроза!).

Рядышком - полугодовалая внучка Олюшка, в подвешенной на крюк люльке. Мне доверяли качать зыбку, когда хозяйка была на ферме, а старенькая бабушка не могла слезть с печки. Олюшку "подкинула" дочка бабы Сюни, Валентина, по деревенскому прозвищу - Кыпка. Кыпка работала вместе с   мужем Колюшкой на Брянском автозаводе, они ожидали квартиру и жили в общежитии.

Это, собственно, судьба всех жителей подгородчины. Селяне практически поголовно перекочевали в город. Когда же в девяностые производство остановилось, искали заработки на рынке или в Москве (сколько из неё вернулись живыми, никто не знает...).   

Жили мы дружно. Я привозила из города (мама получала по карточкам и делилась со мной) пшено, редко - манку (давали только дошкольникам), кой-какие жиры, запаха которых я трудом выносила. Картошка и капуста у бабы Сюни были свои, хлеб она тоже пекла в печке (в село практически не завозили).

Так мы и питались. Каждый день были "капуста" (щи с тем комбижиром, из маминых припасов), на второе - похлёбка. Хозяйка шутила:"суп кандей из тридцати мудей". Я долго разгадывала, что сие означает... Мяса, естественно, в нём не было, но заправляли молоком. И так прошли осень и зима.
   
Но не всё было так однообразно. Время от времени хозяйка готовилась к встрече дочки и зятя. Процесс подготовки, т.е. выгонки самогона, я с точностью не запомнила, но не забуду запаха браги (фу, какая гадость), ни снятия пробы:"Во, гляди, Ленушка, чистый, как слеза, хоть пригуби", ни того, как бутыли с самогоном прятали под мою койку (очень хотелось их разбить).

Потом приезжали долгожданные гости. Колюшка напивался и начинал гонять и жену, и тёщу. Олюшка кричала в крик, я её успокаивала. (Не приведи бог такого мужа!) К утру Николай трезвел, плакал и просил прощения.

Были и другие развлечения. Накануне Рождества баба Сюня привела соседку Клаву,
работавшую в школе уборщицей, молодую женщину, и давай уговаривать меня походить по деревне с колядками.
- А если узнают школьники? Прохода не будет, задразнят...

Но мне выдали тулуп, вывернутый наизнанку, под него подсунули надутого резинового крокодильчика. Я соорудила маску на лицо, надела огромные мужские валенки. Поскольку мне почти ничего не было видно, меня водили под руки с двух сторон, били по пузу палкой, и я хриплым низким голосом выкрикивала колядки.

Ох, и тормошили же меня, поворачивали к свету, но так и не узнали. В узком кругу (а знали моё настоящее лицо только баба Сюня и Клава), я имела бешеный успех. А пацаны, как ни крутились, как ни срывали маску, так и остались в недоумении. Вот так-то, детишки-шалунишки, знай наших!
Учителя - не люди, что ли?

Вообще-то я строгого маминого воспитания, а мама в молодые годы была учителем. И взгляд, который мне достался от неё по-наследству, бывает жуть какой серьёзный. Моя младшая сестрёнка, которой "повезло" попасть ко мне в девятом классе (это я уже работала математиком после института), и которой я по-родственному "лепила" троечки, много позже мне говорила:"Ну и взгляд у тебя. Даже если и знаешь урок, всё равно растеряешься".   

- Ладно, Маш, не всегда же я такая вредная,- отбивалась я. Честное слово, и раньше, и сейчас даже, бываю очень и очень не сурьёзная...

Однажды муж Клавдии (жили они через дом от бабы Сюни), заводил свой мотоцикл "Ковровец". Легковых машин в то время в селе ни у кого не было, а вот мотоциклы у самых самостоятельных-состоятельных водились.

Может быть мужику захотелось пококетничать с молоденькой училкой, не знаю, но только он сам предложил мне прокатиться по деревне.

- Так я же не умею,- растерялась я.
- А на велике?
- На велике - всегда пожалуйста.   
- И на мотоцикле не трудно, нужно только...

И стал показывать, как заводить, чего подкручивать, как переключать скорости, как тормозить... Клава стояла рядом и неодобрительно поглядывала на мужа. Я уже и сама хотела отказаться, но вот какой-то бес подтолкнул меня к этому чуду техники. Села, вспомнив наставления, и понеслась по деревне.

С ума сошедшие куры вылетали из-под колёс, я судорожно сжимала руль, боясь их раздавить; тут сбоку выбежал дурной поросёнок, я шарахнулась от него, чуть не упала вместе с мотоциклом.

Когда, сделав круг, я подъехала к соседу, за мной нёсся клубок деревенских собак, лаявших так, будто в деревне объявилась банда воров. Руки и ноги мои тряслись, лица на мне, точно, не было, коль хозяин не стал меня ругать, а только устало спросил, почему я не переключила скорость, и ехала на первой всю дорогу. -
- Могла запороть мотор,- тихо сказал он, чтобы не слышала жена.   

А вот это уже не игрушки, - всхлипывала я, добравшись до своего уголка. Зарплата моя по тем временам была не то чтобы очень, и на чужой мотоцикл пришлось бы работать долго и упорно. Но, слава богу, обошлось. И даже народ вокруг, кажется, не очень смеялся. У каждого были свои дела...
 

Почёмная грамота

(Александр Шнеур (Трибуле))
   2019-01-12  1  4  76

Из цикла заметок в газете "Самотлор-экспресс"
      под рубрикой "Авторское мнение"
      ПАВЛА КОЛИНА,
      персонажа и псевдонима.


Некрасивая история случилась у наших соседей из Пыть-Яха.
Там прокуратура выявила, что бывший замглавы города
был необразованным человеком, юридически.
История забавная и весьма печальная.
Я бы даже сказал, трагическая история.
Человек имел сразу аж два фиктивных диплома одного кавказского вуза.
Даже легенда для этой хлебной «ксивы» была.

В 1989 году чиновник якобы получил первую специальность
в дагестанском вузе.
В дальнейшем это помогло ему поступить сразу на шестой курс
этого же заведения на факультет управления.
Через год мужчина якобы получил специальность менеджера.

И вот этот ветеран муниципальной службы
попал в такую некрасивую ситуацию.
Мэрию опозорил.
А ведь Али Джабраилов проработал здесь долгие годы.
Заведовал управлением по ЖКХ, транспорту и дорогам.
А оказалось, права такого ввиду отсутствия образования не имел.
«В указанном университете он никогда не учился, диплом не выдавался.
Таким образом, документы о высшем образовании,
являющиеся обязательным требованием
к замещению должности заместителя главы, недействительны»,
пишет прокуратура ХМАО.

В общем, человека с треском уволят,
а коли будет на то воля, то и дело уголовное заведут.
Тогда, если суд даст добро, –
увольнение с указанием причины освобождения
от должности в трудовой книжке или штраф от 80 тыс. руб.,
или даже исправительные работы.
Вряд ли такое случится и станет бывший чиновник улицы мести,
но теоретически это возможно.
А ведь он хотел народу пользу приносить.
Но не случилось.

Не он первый.
Помните, как в 2009 году Мегион гудел?
Так гудел, что всю Югру пошатывало.
Весь муниципалитет разливался народной желчью
по полям местного интернет-форума.
Гнобили спикера думы города Владимира Бойко.
Картина похожая была.
Только он один диплом купил, а второй –
на основе купленного получил.
Вроде бы как и наполовину честный оказался.
Его репутацией, конечно, по забору повозили и успокоились.
И правильно это.
Власть штука сакральная и шума не любит.
Посторонних глаз не терпит и критику плохо переносит.
Нельзя ее так фривольно танцевать.
Вот и Бойко отряхнули и оставили.
Пусть человек пользу и дальше приносит.
Он так в думе мегионской и остался.
Неаппетитная, в общем, ситуация вышла. Некрасивая.

Вот и в Нижневартовске,
как посмотрели на это дело со стороны,
сразу выводы сделали.
Вот кто сейчас вспомнит, что чиновники,
чье образование не соответствовало квалификационным требованиям
трудились и в нашем городе?
Ну найдутся несколько осведомленных.
И все.
Общественность не беспокоили и умы людям не будоражили.
Что ни говори, а чиновникам нынче не позавидуешь.
О доходах и расходах отчитывайся.
А на уже задекларированные доходы не то, что виллу на Лазурном берегу,
дачу в захолустной Болгарии не купишь,
ибо заграница.
Вот и до дипломов добрались…

Негуманные какие-то методы.
Того же Джабраилова возьмите.
Ну, купил пару «корочек»,
чтобы не отрываться на уч*** от производства добрых дел.
Разве это грех?
Все у него было в порядке.
Жизнь удалась.
Он же еще и членом партии власти был, уважаемым человеком.
А что теперь народ подумает?
А как отреагируют представители высшей школы Кавказа?
Впрочем, это хорошо, что у нашего героя кавказские корни.
Будь замглавы Пыть-Яха японцем,
ему, как человеку порядочному,
пришлось бы сделать харакири.

Ссылка на этот материал Павла Колина
(моего журнального петрушки,
очередной марионетки на провинциальной сцене
Государственного Информационного Рынка Услуг (ГИРУ) РФ)
ГИРУ - МИР, ТОВАРИЩИ!!!
 

Неудачный вояж

(Ирина Зуенкова)
   2019-01-12  0  26  98

Ждать и догонять, говорят, непросто,
И решил проверить, Кузя довод сей
Был он мужичонкой маленького роста,
Ушлый на работе, в жизни – ротозей.

Вот, однажды, Кузя полюбил молодку,
Весом (не соврать бы) центнера на два.
Сдуру на рыбалку пригласил, и в лодку!
Краля поместилась на корме едва.

Плавали недолго, меньше получаса.
Лодка прохудилась, загребая дно.
Выручила пара надувных матрасов –
Выплыли на берег. Краля, что бревно.

Кузя ей:
- Мамзеля, раздевайся быстро!
Краля ни в какую, мама не велит.
Ладно, хоть с собою захватил канистру
Пива разливного. Вмиг стакан налит!

А затем желанный подоспел костёрчик.
Баночку тушёнки смазали пивком.
Краля доедала пятый помидорчик,
А Кузьме казалось, вечно с ней знаком!

На заре влюблённых разморило вовсе,
Что ж, обнявшись крепко, стали засыпать.
А судьба шепнула: «К худшему готовься.
Ищет энту даму старенькая мать».

Так пришлось жениться Кузе на мамзеле,
И в придачу тёщу с дрыном прихватить.
Он таких свирепых не видал доселе.
Слёзно обещался к марту бросить пить.
 

Рассказ Мойши

(Ирина Зуенкова)
   2019-01-10  7  28  127

С любовью ко всем одесситам...

Имею шо сказать я вам за даму.
Не выдавайте Мойшу, бо секрет.
Влюбилась наша Симочка в Абрама.
Абрам не трогал дамов двадцать лет.

Ему на той неделе, девяносто
Соседи отмечали всем двором.
Хоть отказать Симоне и не просто,
Любовь Абрам не чувствовал нутром.

Его нутро, культурно выражаясь,
Не просыпалось на предмет вставать.
А Симочка, понравиться стараясь,
Бульдозером толкала на кровать.

Абрам решился! С мыслями: «Прорвёмся!»
Попёр на Симу, аки вездеход.
Тут Сима, не подумав:
- Не сдаёёёмся! –
СорвАла напрочь доблестный поход.

Симона взад:
- Прости, Абрам, промашку.
Быть может, повторим сей променад?
Но прежде самогона по стакашку…
Старик за выпить не имел преград.

Первач гнала на совесть тётя Сима,
На всю Одессу славился всегда.
По крепости страшнее Хиросимы,
По мутности…та ладно, ерунда!

И шоб ви думали? Абрам опять решился!
Таки случилось! С криками: Урраа…
Старик Абрам геройски отличился.
А то все ишь: «На клааадбище, пора…»

Часть вторая

Абрам таки женился на Симоне!
Играли свадьбу дружно, всем двором.
Зиновий рвал меха в аккордеоне,
Глуша у Симы певческий синдром.

Морщины дед себе заклеил скотчем,
А сверху, таки да! Тональный крем!
Сидел, как молодой, про между прочим
И будто неопознанный никем.

Желали им родить пяток дитишков.
Абрам уже поверил, чё бы нет?
И девяностолетний шалунишка
Готов облобызать был целый свет!

У Симы прыщ вскочил в носу от щастья.
Левон сказал: «Такое может быть!»
Абрам, целуя Симины запястья,
Старался бдительность супруги усыпить.

Не тут-то было!
- Муж, веди в хоромы! -
Сказала Сима, выпив лиманат.
- Небось, владенья шире Оклахомы?
Соседи намекали, ты магнат.

Но спаленка в Абрамовых «хоромах»
Была размером, где-то, два на три.
Симона наша чуть не впала в кому,
Абрам одёрнул:
- Сима, не мудри!

Каких тебе ещё апартаментов
Схотелось за преклонностью годов?
Шоб я не слышал энтих инцыдентов!
Ложись в диван, он нас принять готов!

Диван, шо был ровесником Абрама,
Конечно рухнул, испуская дух.
И всё бы ничего, но вот жыжь драма!
Вслед за диваном и Абрам утух.

По части театрального рыданья,
Во всей Одессе, Симе равных нет!
Чета, с утра штурмуя ЗАГСа зданье…

…Молчу, молчу…на грустное, запрет!
 

Куда ночь, туда и сон?

(ЮРИК)
   2019-01-10  4  34  140
(ни капельки выдумки, чистая правда)

Утро было погожее, воскресное. Слегка падающий снежок в безветрии потихонечку опускался на ещё не совсем проснувшийся город. Транспорта было немного и я решил покататься по городу, как бы совершить утренний вояж, совмещая полезное с приятным, т.е. покататься и заработать. Ожидая первый заказ, я почему то вспомнил ночной сон, где мне мой дружок из детства, который никогда не был хирургом, радостно сообщил, что вот сегодня мы вам отрежем ногу и всё будет замечательно. Мне было чудно, что Юрка во сне был хирургом и почему то радостно решил, что мне всё-таки придётся отрезать ногу.
И вот первый заказ до больницы БСМП. С подъезда вышел сильно хромающий мальчик со своей матерью. Женщина очень переживала о случившемся с её сыном на тренировке и вот мы уже на территории больницы. Завершив заказ я радостно увидел, что мне дают заказ прямо оттуда в Саратов уже в другую больницу. На этот раз пришёл молодой мужчина, оказавшийся хирургом, и мы понеслись в сторону второй городской. Улыбаясь он мне сказал, что не верит в сны и нечего мол вам беспокоиться. Как только мы с ним расстались я увидел следующий заказ в девятую городскую, мне это было по пути и вот я остановился около ожидающих меня клиентов.
Я удивлённо смотрел на коляску, в которой сидел мужчина моих лет без одной ноги, рядом была женщина и молодой парень. Усадив инвалида в машину и упаковав коляску в багажник, мы тронулись в девятую городскую. А когда я понял, что пассажиры люди нормальные с юмором, я им тоже рассказал свой сон. Мужчина улыбнулся прослушав про сон, сказал, что не дай Бог никому. И добавил к сказанному, уже четыре месяца режут, а тут вот с какого-то хрена десны опухли, жевать невозможно, теперь уж и не знаю, что резать будут.
С той поры прошло два месяца, но меня по прежнему тревожит мысль, а что это было?
Будто ночь с моим сном осталась во мне до утра.
Вот я и решил написать этот коротенький рассказ.
 

Петрович был несчастным, отродяс ...

(Ирина Зуенкова)
 На свадьбу  2019-01-09  3  32  159

(из цикла про Петровича)

Петрович был несчастным, отродясь,
По крайней мере, так ему казалось.
Но вот, однажды, счастье сверху, хрясь!
И так на нём пожизненно осталось.

Недели две он сгорбленный ходил,
Лечил проблемы нижней атавизмы.
В зелёных брюках, аки крокодил,
Зато следы не виделись от клизмы.

Потом он, ощутив приливы сил,
Расправил дюже узенькие плечи.
Костюмов от Армани не купил,
Но маме двинул каверзные речи:

- Довольно, мамо, слушать вашу бред!
То мал, а то невесты не по нраву,
Осталось влезть на тятин табурет,
А лучше выпить мышную отраву.

Про между прочим, завтра тридцать пять!
Мне щастя нагадали у подъезда.
Ну, што вы, мамо начали опять!?
Ить я не бомж и не какой-то бездарь…

От наглости мамаша впала в транс…
Минут на двадцать удалилась в кому,
Потом пришла, разлОжила пасьянс,
Изобразив осеннюю истому,

И таки разрешила малышу
Попробовать по осени жениться.
Про свадьбу я потом вам расскажу,
Решила тамадой к ним напроситься.

Невесту привела маман сама...


Невесту привела маман сама.
Не так чтоб первой свежести, пампушка.
Петрович выл, да на носу зима,
А вдруг опять запрет введёт старушка.

Изъяв у моли праздничный костюм -
Не ношенный Петровичем со школы,
Хранящий запах… Любочкин парфюм,
И пятна на карман пролитой колы,

Его надел, поморщился слегка.
Пиджак был мал в груди, а так же ниже…
Но выбросить не поднялась рука.
Отдать кому? Не будет ли обижен…

Купить другой? Да Боже упаси!
Надеть на два часа и снова в шкафчик?
Петрович выпил, чем-то закусил,
И чмокнув языком, сказал:
- Красавчик!

Невеста в платье ситцевом, в горох,
Смотрелась не совсем экстравагантно.
(Уж лучше б я в младенчестве подох)-
Жених подумал, вслух сказав галантно:

- Я счастлив, видеть Вас своей женой!
Уйти из-под маманиной опеки…
Но тёща тут возникла за спиной:
- Любимые, я ваша вся, навеки!

Мне б тут вмешаться, всё же тамада,
Иль объявить, хотя бы, белый танец,
Но, не успела. С криком: «Никогда!!!»,
Сбежал жених, а вслед неслось: «засранец!..»
 

КРЕТИНИЗМ НА МАРШЕ!

(Соломон Ягодкин)
   2019-01-08  0  6  89

Дорогие друзья! Хочу предложить вашему вниманию разбор двух фильмов Эльдара Рязанова «Карнавальная ночь» и «Дайте жалобную книгу» известным мыслителем Сергеем Кургиняном. Уверен, что большего кретинизма в области человеческой мысли вы ещё не встречали… Ваш Соломон Ягодкин

Сергей Кургинян о фильме Эльдара Рязанова «Карнавальная ночь»: Жми сюда

Сергей Кургинян о фильме Эльдара Рязанова «Дайте жалобную книгу»:
Жми сюда
 

Влетела любовь сизокрылой голубк ...

(Ирина Зуенкова)
 Буратино  2019-01-08  2  20  110

Влетела любовь сизокрылой голубкой
В открытую форточку к деду Пьеро.
Лежал он, укрытый изъеденной шубкой
И, вдруг, встрепенулось у деда нутро.

Он вспомнил Мальвину, девчонку с глазами
Как небо в безоблачный летний денёк.
И как любовался её волосами,
Но только Мальвине про то, невдомёк.

Она обучала всему Буратино,
Как будто, полено мог чувствовать, но!
Она с ним дружила, любила кретина!
Фартило по жизни, нахал и бревно.

Дед вспомнил ещё: телефон же давала!
Встречались с ней как-то на рынке, зимой.
Седая Мальвина урюк покупала
И жалилась: скучно живётся одной…

- Постой-ка! Одной? Вот те раз, а полено?
Куда подевался трухлявый ковбой?
Набрал её номер:
- Алло! Мельпомена?
- Вах! Цыфра нэ видышьььь? Лэчись, дарагой!

Вот дурень, Мальвину назвал Мельпоменой!
Но кто мне ответил, коль дама одна?
Придётся опять насладиться изменой,
Вах-вах появился за место бревна.

- Да ну, этих женщин, - вернулся к дивану,
Голубка-любовь улетела опять.
Дед, крякнув слегка, провалился в нирвану.
Любил, горемычный, подольше поспать…
 

ПИСЬМО ЯНУКОВИЧУ

(Алик Кимры)
   2019-01-08  0  6  96
"А ещё чтоб Янукович
оказался снова дома.
И не просто - а на троне,
вместо Праськи-глаукомы".
Рон Вихоревский. Рецка к Жми сюда

... Это было, когда Виктор Фёдорыч восседал на президентском троне, а Юлия Владимировна чалилась на ортопедической шконке. Мы всей семьёй (дочь, ейная матерь и я) намылились в Коктебель, и сразу встал вопрос обратных билетов на поезд Феодосия-Киев.

Продажу их открывали за полтора месяца до даты выезда, и ровно в 9-00 подруга дней моих суровых пришла к открытию кассы, чтобы первой захватить вожделенные билеты. Однако - облом: билеты предложили только плацкартные, на боковых местах у туалета, да в разных вагонах пассажирского поезда Феодосия-Киев.

Тогда я обратился к Януковичу с таким письмом:

"Уважаемый Виктор Фёдорыч! Я всегда агитировал и голосовал только за Вас. Но никогда ранее Вас не тревожил своими просьбами. А тут жизнь припёрла, и я вынужден просить Вас помочь мне с билетами (и кратко описал ситуацию)...

Я понимаю Вашу титаническую борьбу с коррупцией, но ещё не всюду удалось победить эту гидру. Вот в хозяйстве железных дорожников не успели открыть продажу билетов, как они уже исчезли из оборота понятно Куда.

В силу изложенного, прошу обеспечить продажу мне 3-х билетов в СВ скорого поезда Феодосия-Киев.

С уважением, Ваш верный сторонник и постоянный избиратель Алик Кимры".

Однако это обращение я отправил не в Администрацию президента, а в раздел смешных историй на сайте "Анекдоты из России". Что в этом смешного? Да сам факт места размещения материала!

Мне сразу многие заметили, что разместил письмо явно не по адресу. На что я возразил: если послать по правильному адресу, то оно будет обречено на многомесячное путешествие по зелёным суконным столам многочисленных кувшинных рыл. А вот любые материалы в адрес президента сканирует нехилая кодла смотрящих за СМИ, включая интернет. И моё обращение сразу попадёт Куда Надо.

Так оно и случилось. Я получил немедленный ответ из Администрации президента типа "... Господин Алик Кимры! Мы рады бы помочь Вам, но Вы в нашей помощи не нуждаетесь. Пожалуйста, не искажайте состояние дел: любых билетов по любым направлениям, в том числе Феодосия-Киев, в кассах полно. В этом может убедиться Ваша супруга, если с паспортом в 10-00 10.07.2012 года подойдёт к кассе предварительной продажи билетов № 18 Киевского ж/д вокзала, здесь её уже будут ждать необходимые Вам 3 билета СВ скорого поезда Феодосия-Киев. Хорошего Вам отдыха в солнечном Крыму!"

... Так оно и случилось. А сегодня я с ужасом думаю, если б на подобное обращение осмелился к нонешнему прызыдэнту Украины Порошенко (Вальцману), то давно бы уже давал показания СБУ как москальский агент - за признание Крыма российским, за гнусный намёк на поезд, который давно уже отменён в угоду нацистам, за попытку провести отпуск в оккупированом и аннексированном москалями Крыму, да и за русский язык - вместо "державної мови", и т.д. В сумме это бы потянуло лет на 15 в колонии строгого режима.

... Разве что меня бы спас американский паспорт, который бы взяли, "как будто берут чаевые". И меня бы не просто "выели глазами как доброго дядю, не переставая кланяться" ((с) Маяковский), но вылизали бы мне жопу так, что я бы ещё долго страдал запором. Потому как для нонешних укров-бандеровцев, этих туземцев я что ни на есть Белый человек - Хозяин.

И, между прочим, когда на меня наезжают зомбированные патріоты Неньки или отечественные либералы - за пророссийские взгляды, за Крымнаш и т.д., я немедленно напоминаю, кто в украинском доме Хозяин. И мои оппоненты не смеют мне как обладателю американского паспорта ни в чём возражать. И сразу затыкаются, виновато виляя хвостами как побитые шавки.
 

Багамы

(Ирина Зуенкова)
   2019-01-06  4  16  132

Багамы.

Приелся до чёрта доильный сезон!
Работать в коровнике мне н[/img]е резон.
И вот, председатель Силантий, ага,
Путёвку мне выдал, на энти…Бага…

Сижу, отдыхаю, да чаек кормлю.
Как раз для меня, ить я шум не люблю.
Но больно тосклив сё жа мёртвый сезон,
Хоша бы один завалялся пижон.

Мы с ним завели бы интимный лямур,
Чать, не из последних неопытных дур.
Как ласково в задницу шепчет волна…
Отседова Родина, жаль, не видна…

*****
Багамы 2



Закончив круизу, вернулась с Багам.
Силантий с порога метнулся к ногам:
- Ну, мать, наконец-то, попьём молока!
А то мы коров не доили пока.

- Я чё то, Силантий, тебя не пойму.
Никак ты объелся в колхозе хурму?
Дык нет, не взрастает в колхозе хурма,
Ты видно сошёл, председатель, с ума.

- От надо, удумал! Не буду я вам
Коровов доить, возвернувшись с Багам.
Я сё жа культуру хлебнула с морей,
Готовь мне другую работу скорей!

Давяся соплями, Силантий вскричал:
- Я с вами, доярками, весь одичал!
Неужто прикажешь доить самому?
И тут я с кокетством сказала ему:

- Намедни, слыхала ишшо про Гавай,
Ты мне на Гаваи путёвку давай
Пока не начался курортный сезон.
Толпиться в народе совсем не резон.

Согласна на Кипру поехать ишшо.
Там ихни доярки живут хорошо.
Откуда слыхала? Да пёс его знат!
Сказал на Багаме пижон ристократ.

В круизах когда разгляжу белый свет,
Потом и в коровник запрусь. Раньше - нет!

*****
Багамы 3


Я видная девка, гляжусь на ура.
По-моему замуж давно мне пора.
Но нету в колхозе совсем мужуков.
Федотка - телятник, и тот бестолков.

Силантий остался ишшо не удел,
Без бабы в дому одичал и схудел.
И некому даже картохи сварить,
И ласку, каку – никаку, подарить.

Опять же путёвку в Багаму давал,
А энтот подарок не так уж и мал.
Решила: его завлеку в Новый год,
Не то прокисает вишнёвый компот.

С утра завалилась в его кабинет:
- Силантий, мне надо с тобой тет на тет.
Уж коль не случилося света конца,
Бери меня взамуж. Не мымра с лица!

Вскраснел председатель, как тот помидор
И взглядом по сейфу стрельнул, будто вор.
А можа хотел откупиться, как знать?
Я села и стала ответ его ждать.

Ждала я недолго, минуту всего,
Уж сердце хотело его одного.
- Силантий, Силантий, - кричало оно.
И только моргнула, сбежал он в окно.

*****

Багамы 4


Силантий сбежал. И куда мне теперь?
Под поезд кидаться? Себе я не зверь.
Надела прикид, што тащила с Багам,
Лежу на полянке, молюся Богам.

Гляжу, агроном как скаженный бежит,
Ругается матом и сильно дрожит.
- Каренина! Анна! Вот это сурприз!
Позвольте представиться: Митрич…Борис.

- Ты чё это, Митрич? Не с дуба упал?
В шифонах доярку никак не узнал?
Какая Каренина, мать её так!?
Глаза то разуй, аль получишь в пятак.

Ты, Митрич, попутал событиев век,
А ведь не последний в селе человек.
Но только не модный, совсем не пижон,
А значит, не лезь ты ко мне на рожон.

Обиделся Митрич, трясёт бородой,
Кричит, что на ферме занижен удой.
А вы, мол, в полянах изволите спать!
Пижонов им всем подавай, твою мать…

Видать не удастся сегодня найти…
Мешают…а завтра на ферму к шести.
Дояркова участь совсем не проста,
Пришлите пижона, за ради Христа…
 

ГЕНИЙ ГЕНЕТИКИ

(Ременюк Валерий)
   2019-01-06  2  6  108
Кажется, я уже докладывал вам, что в нашем славном городке существует Институт раководства. Смешного тут ничего, кстати, нет. Хотя, шутники-острословы утверждают, что в этом НИИ реально работают только три отдела – «Заведения рака за камень», «Обучения ракообразных художественному свисту» и «Изучения влияния созвездия Рака на созвездие Дельфина». Но свистят, понятное дело, сами шутники. Потому как институт этот - филиал губернской сельхозакадемии. А губернские на пустяки не башляют. Раководы (так их по-доброму именуют в городе) время от времени поражают научную общественность яркими достижениями. Например, несколько лет назад прибился к нашему НИИ некий провинциальный профессор из то ли Тобольска, то ли Вилюйска, а то ли из самого Анадыря. В общем, из вечной мерзлоты. Да. А фамилия у него смешная, потому что женская: Синица. Парфён Платонович Синица. Представляете? Ну, и как с таким ФИО не быть выдающимся ученым? Он и был. Как выяснилось довольно скоро.

Для начала Парфён Платонович основал в НИИ новую исследовательскую единицу - Лабораторию крилеведенья. Ученый совет, где наш герой докладывал идею этой лаборатории, сперва, по старческой глухости ух и ветхости извилин, расслышал слово «Кролеведенья» и попытался обрадоваться. С кроличьим мясом в городе было неважно и члены Ученого совета уж было прикинули, что расцвет кролеведенья начнется с их НИИ, ну, и в первую очередь с них лично как заслуженных патриархов местной науки. Потом им быстро втолковали, что речь идет о мелких ракообразных, по профилю института, дескать. Патриархи, конечно, слегка расстроились, но руки всё же подняли «за». И тут зашел Парфён Платонович с козырной карты – утвердил в головной академии такой научный план лаборатории, что наши только руками развели. Ибо там речь шла о столь глубоких генетических исследованиях и моделировании гормонов роста криля на основе таких технологий, о которых в этом НИИ лишь пара кандидатов-мэнээсов, вообще, хоть что-то краем уха слышала. Ну, набрал, значит, наш завлаб с разных городов и весей по конкурсу дюжину молодых и перспективных бородачей и очкастых девиц-пигалиц, закупил навороченных программ компьютерных и пошло-поехало.

Три года лаборатория успешно отстреливалась рутинными квартальными и годовыми отчетами, вела многочисленные опыты в двух искусственных бассейнах и трех естественных морях, писала научные статьи в журналы «Успехи животноводства» и «Аквакультуры шельфа». А на четвертый год грянул гром. Да не просто гром, а скандалище, от которого в разных инстанциях полетели тюбетейки, панамки, кепки, пыжиковые шапки и даже две мерлушковые папахи. Короче, взяли нашего Парфёна Платоновича за цугундер основательно. По линии довольно серьезной спец-Конторы, не к ночи будь помянута. Завели следствие. И один корешок из спец-недр как-то по хмельному делу сообщил мне настолько удивительные факты о деятельности лаборатории, умолчать о которых мне просто не позволяет моя гражданская совесть. А вырисовалась там вот какая загогулина.

Сперва Парфён Платонович задумался над тем, как увеличить выживаемость поголовья криля – всех этих мелкоскопических рачков и креветок, которых в хвост и гриву дербанят в морях и океанах все, кому не лень. И обратил внимание на жертвенный стереотип поведения сих божьих тварей. Сколько их не ешь, а они тебе ни гу-гу. Кстати, как гениально заметил Парфён Платонович, это же характерно и для многих существ более высокого порядка развития на эволюционной шкале им. г-на Дарвина. Например, овцам перед лицом волков, антилопам или зебрам перед львами и тиграми, и т.д., вплоть до многомиллионных масс людских особей перед бандюками или вооруженными отрядами полиции, защищающими какого-нибудь кровопийцу - узурпатора власти. Об организованном сопротивлении у жертв не возникает, видимо, даже мысли. Вопрос – почему не возникает? Чего им не хватает?

И тут мы обратим внимание проницательного читателя на то, как много значит правильная постановка вопроса! Опытные научные светила утверждают, что в грамотно поставленном вопросе уже содержится половина правильного ответа! И мы с ними вполне солидарны в этой части. Короче говоря, наш Парфён Платонович исследовал жертвенное поведение многочисленных представителей морской, воздушной, а также сухопутной фауны, включая группу добровольцев из городской молодежи, и пришел к выводу, что у них всех наблюдаются два совпадающих фактора. Во-первых, пониженный уровень норадреналина – гормона смелости и гнева, а во-вторых, в ДНК присутствует особый ген, который наш скромняга Парфён Платонович назвал в честь себя РРS-геном. Этот ген он охарактеризовал как «ген покорности». Причем, как выяснилось при ближайшем рассмотрении в большой японский электронный микроскоп, ген покорности имел две модификации – РРS1 делал поведение особи жертвенно-покорным, а модификация РРS2, наоборот, обеспечивала особи отвагу, смелость и решительность перед лицом внешней угрозы. А главное, особи с геном РРS2 оказались способны мгновенно консолидироваться для защиты от агрессора. К такому заключению Парфён Платонович пришел, анализируя биоматериал особо выдающихся баранов и овец, изредка бросающихся на волков при защите ягнят, а также антилоп-гну и африканских буйволов, изредка нападающих на львов и отбивающих у хищников схваченную было жертву.

В лаборатории Парфёна Платоновича смышленые парни-бородачи и девицы-очкарики быстренько синтезировали ген РРS2 и провели серию опытов-экспериментов в натуре, как раз на группе хилых и безропотных городских добровольцев. И получили поразительные результаты! Добровольцы, которым был вживлен ген РРS2, а также прошедшие курс терапии по повышению уровня норадреналина, сразу начали рваться на подвиги против зла и несправедливости, были готовы сражаться с любым врагом, невзирая на соотношение сил. А главное, тут же консолидировались, коллективно сделали подкоп и однажды ночью сбежали из расположения институтской клиники. Следы их обнаружились уже буквально на следующий день под стенами губернской администрации.

Причем, беглецов Парфёну Платоновичу и искать не пришлось, обо всем мгновенно донесло губернское телевидение. Группа из тридцати инициаторов, в лицах которых наш завлаб тут же узнал своих испытуемых, быстро организовала в губернии большой митинг обманутых дольщиков, которые в количестве десяти тысяч человек (что для нашей губернии было сродни падению нового Тунгусского метеорита) пришли к администрации требовать губернатора Шляфина к ответу. Дело в том, что тот уже несколько лет обещал разобраться с нерадивыми застройщиками-подрядчиками и решить проблему дольщиков. Да всё ему что-то мешало исполнить обещания. Наверное, времени не находилось за сонмом других более государственных дел.

Как только десятитысячный митинг подкатил под окна губернаторского кабинета, время у Шляфина мгновенно нашлось. Тем более, что местные командиры ОМОНа и нацгвардии струхнули против такой прорвы рассерженных горожан и сказали, что у них как раз на этот день (вот такое роковое совпадение!) назначены плановые маневры в округе, и быстро туда свинтили на пяти камазах под бодрую маршевую песню «Ты ж мене пидманула, ты ж мене пидвела!» Шляфин вышел на крыльцо администрации, снял соболиную кепку-жириновку, невзирая на морозец, ахнул ею о ступени крыльца и повалился дольщикам в ноги со словами: «Простите, люди добрые! Был глубоко неправ, бес попутал! Дайте шанс исправиться, не губите душу раба божия! Клянусь и обещаю за месяц разрулить все косяки застройщиков! Сегодня же приглашаю на переговоры с их директорами ваших представителей! В моем кабинете, в три часа дня!» Народ возликовал и направил за стол переговоров как раз наших тридцать спартанцев, тридцать заводил протеста. А коварному Шляфину это-то было и надобно! Он тут же подключил особистов из спец-Конторы и те быстренько провели углубленные собеседования с каждым из нашей тридцатки. Ну, у них там тоже башковитых хватает, и те скоренько вышли на опыты профессора Синицы.

Вот такую удивительную историю поведал мне мой захмелевший корешок из спец-недр. Хотите верьте, хотите - нет. Что будет дальше с профессором и его экспериментами, предсказывать не берусь. А только знаю, что пока на все результаты опытов крилеводов Контора наложила самую суровую секретность. Несчастный гений генетики, Парфён Платонович Синица где-то чалится на конторском цугундере. Но у истории есть и оптимистические последствия. Аж целых два! Во-первых, губернатор Шляфин таки разрешил конфликт и дольщики стали получать долгожданные квартиры от застройщиков. А во-вторых, члены подопытной группы, эти тридцать отважных молодых людей, которых было подобрано для эксперимента как раз поровну в гендерном отношении, быстро переженились. И теперь есть надежда, что от них пойдет особый подвид людей, наших сограждан, наделенных от рождения повышенной смелостью и решительностью в отстаивании своих законных прав! А главное, способностью при этом консолидироваться самим и вовлекать в свое движение массы сочувствующего народа.

А значит, не всё ещё пропало в этой стране.
 

Если ты – атеист…

(Соломон Ягодкин)
   2019-01-05  4  13  84

Религия давно уже сказала всё, что она могла сказать. И теперь ей, как и полагается добропорядочному покойнику, надо хоть немного помолчать…

Самый первый, кого убило христианство, был сам Христос, чтобы потом было на кого молиться самим, и строго следить за тем, чтобы на него молились другие…

Если ты – атеист, то богов у тебя, что тузов в хорошей колоде, вынимай любой и выигрывай…

Если человек не имеет право быть атеистом, то такая религия, это тот же однополый брак, причём такой же бесплодный и такой же греховно бессмысленный…

Все религии надо почитать как древние мифы, а убивать ради мифов могут только или религиозные урки, или совсем уж мохнатые дикари…

Фото Алексея Кузнецова
 

АКУЛЬЕ САФАРИ

(Алик Кимры)
   2019-01-05  0  12  96

"Парень шёл с девицей в лес,
Он имел к ней интерес.
А из леса шёл и спал,
Ох, как интерес упал!"

Песня ансамбля Любэ "Ёлки-палки"

В 50 километрах от Сан-Франциско находится скалистый архипелаг, именуемый Фараллоновыми островами. Сюда пригласила меня суфражистка-феминистка, любительница экстрима 47-летняя красавица-спортсменка-демократка мизз* Джейн П.

Архипелаг известен как заповедник обитания самой многочисленной гнездовой колонии морских птиц в континентальной части США и крупной популяции морских слонов и львов, тюленей, котиков. В осенние месяцы численность этих морских животных многократно увеличивается - с океанских окрестностей в тысячи километров они направляются сюда для для спаривания и рождения детёнышей.

Сюда же с тех же окрестностей мигрируют белые акулы (Greate White Shark), которые яростно жрут как новорожденных, так и их родителей. Океанская вода, окрашенная кровью, кишит кусками растерзанных тел, внутренностями млекопитающих, и этим лакомятся с барского акульего стола тысячи чаек, бакланов и ещё каких диковинных крылатых, а также в воде - рыбами помельче акул, которые порой и сами становятся добычей могучих морских хищников.

Меня как противника политкорректнутой либерастии возмущает поведение жертв акул - их в сотни раз больше, сами - хищники, зубы - будь здоров, вполне могли бы сообща дать отпор акулам. И напоминает поведение десятков миллионов украинцев под гнётом нескольких тысяч бандеровцев, которые диктуют свою волю стране. Правда, при поддержке властей, СБУ, а главное, кураторов из нашего, вашингтонского обкома и консолидированног против России Запада.

А предприимчивые американцы сразу сообразили несколько конкурирующих компаний для любителей экстрима - понаблюдать за акульим сафари. И также близко познакомиться с хищниками on line, в режиме зоопарка, только наоборот: в спущенной с кормы металлической клетке сидят люди, а акулы их разглядывают и облизываются: вот бы добраться до человечинки, хотя она им не нравится - уж больно мясо костлявое. Вот потому акулы и не питаются людьми, только в порядке любопытства пробуют "на зуб". Однако поскольку этих зубов размером с ятаган у них много, а челюсти - мощнейшие, почти каждый их пробный укус заканчивается для людей фатально.



На яхте туркомпании, которую мы предпочли, - несколько комфортабельных кают со всеми мыслимымми и немыслимыми удобствами, классное угощение изысканными блюдами с морепродуктами да отменное бухло. Главное же зрелище - пиршество обжорства десятков акул и тысяч птиц. Служащие турбюро уверяли нас, что нам повезло: на наших глазах акула расправилась с морским слоном весом чуть не в полтора центнера. Такое не удастся забыть ещё очень и очень долго.

Основная же фишка вояжа к Фараллоновым островам - спуск под воду в упомянутой клетке. Процедура погружения для встречи с акулами простая: надеваешь гидрокостюм, акваланг, влезаешь в клетку, дальше её опускают в океан, а акул привлекают к клетке служащие, прожектором и кормом. В основном, разрезанных на части по 5-6 кг крупных тунцов. В клетке сидишь минут 40 - примерно такой запас кислорода в баллонах акваланга. Но впечатлений потом хватает на всю оставшуюся жизнь. И тогда у тех, кто в танке клетке, появляется шанс увидеть чёрные угольки акульих глаз, ятаганы зубов да бездну акульей пасти с такого расстояния, на которое никто ещё в здравом уме не осмеливался к ним приближаться.

Поглядев на весь этот гвалт на поверхности океана с палубы, а также позеленевшие физиономии туристов, побывавших в клетке перед нами, Джейн дала задний ход - "чё мы там не видели?" И попыталась склонить меня к сожительству в каюте, чтобы отвлечь от погружения к акулам. Но ты ж понимаешь, для погружения в мизз вовсе не надо плыть сотню километров, а вот к акулам - может, единственный раз в жизни! Короче - мужик сказал, мужик сделал! Чуть не силой затолкал мизз в гидрокостюм, объяснил: назад пути нет, и выгнал на палубу, дальше - в клетку. В конце-концов деньги плачены, за $775 стоимости путёвки на одного можно было и на Гавайях оттянуться. Тем более этот подарок сделал мне сын к юбилею. Что бы я ему сказал в оправдание?

Когда меня с приунывшей спутницей опустили в металлической клетке в тусовку акул, стало понятно главное - не высовывать из клетки руки, ноги, голову. Пункт из соглашения с туркомпанией типа "Администрация за потерянные руки, ноги головы ответственности не несёт" сделался вовсе не смешным. И бил в голову уже тревожным набатом, когда на меня надвинулась тёмная масса, оформившаяся в белую 5-метровую акулу



... Чёрные провалы глаз, как в масках вампиров на Хэллуин. Полуоткрытая безразмерная пастюка с застрявшими между рядами неровных зубов-ятаганов кишками подкормки оказалась так близко, что я вроде как почувствовал идущий от неё смрад. Когда же эта самая мощная рыбина планеты вбила рыло между прутьями клетки и принялась её трясти, я с глубоким осужденим, сам конструктор, подумал о моих коллегах, спроектировавших клетку. Впадлу им было прутья приварить почаще! Да контролировали ли они работу сварщиков? Да какого хрена материалом прутьев клетки выбрали анодированный алюминий - вместо титана? А достаточно ли прочен трос, на котором подвешена клетка?

Пока эти панические вопросы крутились у меня в голове, у моей спутницы, горнолыжницы-парашютистки-наездницы (и на мне - тоже), возникли другие заботы. Во-первых, она с перепуга уронила свой фотоаппарат, и я печально наблюдал, как наши уже отснятые кадры безвозвратно опускались в бездну вкупе с недешёвым гаджетом. Во-вторых, она мёртвой хваткой вцепилась в меня сзади, обхватив руками и ногами. Я почувствовал остроту её манюкира через 5-миллиметровой полиуретан, из которого сделан гидрокостюм. В-третьих, по возвращении она не сняла костюм, как положено - на палубе с помощью служителей, а минут 40 не пускала меня в каюту, явно смывая следы внезапной невоздержанности. Служители глумливо улыбались: такое им наблюдать приходилось не впервой.

А начиналось всё так безобидно! Сначала миновали по правому борту остров Алькатрас с бывшей знаменитой тюрьмой, где в своё время чалился на нарах великий гангстер Аль-Капоне. Ныне эта тюрьма превращена в музей, где любой турист за $25 (c рыла), $38 (с носа) и $45 (с Личности) может почуствовать себя серийным убийцей, выдающимся грабителем или отъявленным мошенником.



Далее проплыли под Золотыми Воротами — известным на весь мир мостом Сан-Франциско, затем вышли в открытый океан, наблюдая, как силуэт одного из величайших американских городов скрывается за пеленой морского тумана, пока вовсе не расстались с уникальным силуэтом Сан-Франциско и оказались в совсем пустынном Тихом океане. Правда, нашу яхту сопровождали дельфины, которые ловили на лету угощение из вёдер, впрок выданное нам, туристам.



Дальше - примерно час таки плавания по тихому в этот день Тихому океану. И, наконец, вожделенные острова, пикничок на палубе и, главное, погружение. Акулы не заставили себя ждать, быстро учуяв запах добычи. Между прочим, акула чувствует запах хоть капли крови за несколько километров. И в этом чутье на расстоянии её превосходит только еврейская мама, которая за 10 000 км чувствует, что сыночек плохо кушает.

... 40 минут общения с хищниками промелькнгули незаметно. К концу я настолько осмелел, что пощупал акулью морду, засунувшуюся к нам в клетку. Ощущение - бетонированная поверхность, тусклый серый цвет, вся в шрамах. К концу я настолько свыкся с акульим обществом, что стал подумывать: а не вылезть ли к ним из клетки?

В общем, впечатлений - вагон и маленькая тележка. После такого, как говорится, и помирать можно. Но лучше так не говорить. У меня перед глазами стоял миляга-дед, пациент Пензенской инфекционной больницы, куда студентом я случайно угодил из-за подозрения в гепатите. К нему приехал сын-кавторанг, забрал папаню через дырку в заборе. Тот вернулся поздно вечером, бухой вдрызг. Поведал нам, как он круто гульнул в кабаке и ляпнул сакраментальное "теперь и помирать можно". Ночью так и сделал.

А суфражистская гордыня Джейн после посрамления с фотоапаратом и обсрамлением в клетке сильно скукожилась, я превратился в невольного свидетеля её конфуза, и после падения в моих глазах она предпочла на эти глаза больше не показываться. И с моей стороны - воспоминание искажённого истерикой прежде милого мне лица... Хорошо хоть криков не расслышал. Наша любовь, как всякая, поначалу претендовавшая на вечность, внезапно исчерпалась. Больше мы даже не созванивались. Мои вещички привёз от неё посыльный. Я потерял неплохую женщину, но приобрёл самое сильное впечатление в жизни. По-любому, всякие там экстримы с высоты клетки среди акул смотрятся детсадовскими развлекушками в песочнице.



------

*- такого обращения к женщине добились феминистки, ибо традиционные "мисс" (незамужняя девушка) или "миссис" (замужняя дама) могут оскорбить женскую особь вмешательством в её личную жизнь.

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер