ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: лучшее из свежего: стр. 6

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Смешные истории: лучшее из свежего: Стр. 6  Оцен.   Раздел   Дата   Рец.   Посет. 
 

ПРОМАШКА ЦУКЕРБЕРГА

(Алик Кимры)
 34  Компьютеры и Интернет  2020-01-26  1  638

Вроде ещё крепок, но природу не обманешь: на 82-м году сердце затребовало серьёзного капремонта, и я очутился в медицинском центре Zuckerberg San Francisco General Hospital and Trauma Center (ZSFGH). Центр назван именeм четы Цукербергов - они пожертвовали на его модернизацию и развитие сотни $ярдов.

По диагнозу болезни меня поместили в отделение Tween Peaks ZSFGH. В фешенебельной индивидуальной палате с видом на легендарный Tween Peaks – район Сан-Франциско, прославившийся благодаря культовому сериалу 90-х.



Отделение заняло 6-й этаж громадного корпуса № 25. И вот тут обнаружился настолько слабенький WiFi, что я был вынужден отправить нетленку «Об увольнительной» Жми сюда на Хохмодром чиста по айфону.

... Явный просчёт Цукерберга: сначала надо было установить качественный мощный WiFi, и уже к нему пристраивать корпуса и сооружения Центра. А он сперва построил корпуса и инфраструктуру Центра, и затем уже, видать по остаточному принципу, присобачил WiFi.
 

Рассказы из шести слов. Эксперим ...

(Тарасыч)
 64  О литературе  2019-12-25  6  853

Однажды Эрнест Хемингуэй поспорил, что сможет написать самый короткий рассказ в мире, способный растрогать любого. Он выиграл спор: «Продаются детские ботиночки. Неношеные» («For sale: baby shoes, never worn»). С тех пор многие пытаются повторить его эксперимент, и составить целую историю из 6 слов (как в оригинале писателя), способную тронуть и удивить читателя. Вот и я попробовал:

***
„Какое оно – Солнце?“, – спросил слепой глухонемого.

***
Разбил телевизор. Зателепал рекламой и ток-шоу.

***
Не спится. Почему за стенкой тихо?

***
Пришлось жениться, а хотел только поцеловать.

***
Заглянул в будущее. Отделался лёгким испугом.

***
Жил шумливо… Сука-старость подкралась тихо.

***
Встретил одноклассника. Выпили… повспоминали… посмеялись… помянули.

***
Включил компьютер. Зашел на Хохмодром… Полегчало.
 

Случай в автобусе.

(Анатолий Долженков)
 14  Смешные истории  2020-04-18  0  186
Мне до работы далеко добираться. Считай, целый час, иногда и дольше. Меньше никак не выходит. Разве что на такси, но я столько не зарабатываю, на государевой-то службе, чтобы подобным образом шиковать. Поэтому приходится тащиться автобусом. Один плюс, добираюсь до места одним транспортом, без пересадок. А то бы вообще каюк. И ничего, знаете, получается. За много лет вояжей пообтерся, привык кататься – утром туда, вечером обратно. Как, вроде, так и надо. Возьмешь в дорогу детективчик поинтересней и читаешь. Смотришь, и время в дороге пролетает незаметно, а если какой-нибудь отчет с работы прихватишь полистать, то и с пользой дела получается.

И в тот раз было все как обычно. Сел у окна, достал книжку. Слышу, рядом кто-то тяжело плюхнулся и запыхтел. Тетка какая-то необъятная рядом приземлилась, сократив мое жизненное пространство до минимума. Она заняла полтора кресла, мне досталась лучшая половина моего сидения. У окна. Жить можно некоторое время. Плюс к тому, тетка в автобус приперла два огромных баула. Это сколько надо здоровья иметь, чтобы кантовать подобную тяжесть на большие расстояния. Не перестаешь поражаться подобным тяжелоатлетическим успехам слабого пола. Хотя, впрочем, чему тут удивляться. Женщины – это такая загадка природы, не знаешь, чего от них ожидать. Правда, не скрою, был серьезный плюс от такого соседства. Тетка от переноса неподъемного груза настолько разгорячилась и распарилась, что обогревала вокруг себя пространство в радиусе метра. На улице пятнадцать градусов мороза, в автобусе – ноль, а я сижу у биобатареи местного отопления. Не все так уж и плохо. В каждом большом минусе есть несколько маленьких плюсов.

Едем. Я читаю, автобус наматывает километры, тетка сопит. Вдруг, чувствую, как-то неуютно стало. И до этого было не очень удобно, а тут совсем тяжело стало. Тетка навалилась на мою тщедушную плоть всей своей массой, а отодвинуться некуда. Кузов. Попытался пошевелиться, безуспешно. Не с моими физическими кондициями. Мне скоро выходить, и надо же тебе, такая досада. Собрал силы, сколько есть, упираюсь. Куда там. Весовые кондиции несопоставимы. Сопротивление бессмысленно. Ощущение такое, что нахожусь под завалом, как минимум трехэтажного дома. А тетка наваливается и наваливается. Говорю.

- Мадам, давайте без фанатизма и ненужной близости. Общественный транспорт, в конце концов, не постель.
Молчит и уже не сопит. Обогрев тоже прекратился. Смотрю, что-то с ней непотребное творится: глаза закатила, голова болтается и хрипит как-то странно. До меня начинает доходить - что-то не так с этой теткой.

Начинаю орать, звать на помощь. Народ галдит, любопытствует, что, мол, за вопли в общественном транспорте. Разобрались, наконец, что к чему. Кричат водителю, чтобы остановил автобус. Надо, мол, скорую помощь быстрее. Человек без признаков жизни и сознания. Спасать надо человека.
В автобусе врач обнаружился. Подошел, пощупал пульс. Покачал головой.
- Спасать, - говорит, - граждане пассажиры уже некого. Разве что, того бедолагу, которого покойница придавила. Он, кажется, еще дышит, хотя, впрочем, уже синеть начал.

Прибежал бледный и взволнованный водитель.
- Что здесь произошло?
- Тетка померла, - говорит медик. – Инфаркт или инсульт. Уже неважно. Надо ее в ближайший морг оттранспортировать.
После легкого шока, вызванного неприятной новостью, водитель повел себя неадекватно в сложившейся ситуации и даже крайне агрессивно. Он категорически отказался открывать двери и заявил, что никому не разрешит покинуть автобус.

- Знаю я, - орет, - чем это кончится. Свидетели разбегутся, как тараканы по щелям. Потом их оттуда ничем не выковыряешь. А кому отдуваться? Водителю. А вдруг тетка не сама окочурилась. Может быть, ей вот тот хмырь, что рядом сидит, помог. Видишь, как прижался к усопшей. Не оторвешь. Одно целое. Не-ет, шалите! Двери я не открою. Так всем автобусом в ближайшее отделение полиции и поедем.

- Ты, что, рулевой, опух от перемещения по бездорожью? – возмутился я от такого поворота дела. – Если сейчас тетку не отодвинете, в райотдел приедут два трупа – один инфарктный, другой раздавленный и задохнувшийся.
- Оно, конечно, надо парню открыть доступ к кислороду, а то может и не дотянуть до финиша, - пришел на помощь доктор. - Тогда тебе, водила, точно тюрьма, при стольких-то свидетелях.
- Тетку слегка отодвинем от подозреваемого, но выпускать не будем, - после некоторых колебаний принял решение шофер. - Надо сохранить место преступления в его первоначальном виде. Чтобы не потерять улики.

Козлиная морда. Начитался детективов и туда же, вещает. Наиболее активные пассажиры попробовали отодвинуть от меня мертвое тело. Тщетно.
- Ты смотри, как слились в едином страстном экстазе, - вытирая вспотевший лоб, заявил доктор. – Их не смогла разъединить даже смерть.
- Сиамские близнецы, - сказал водитель. - Теперь хоть понятно за что он ее грохнул. Не нужно ему столько любви и страсти.
- Как же он ее порешил-то, сердешный? – поразилась старуха, - со страхом обозревая меня. – Народу полный автобус.
- Рецидивист, наверное, - предположил кто-то из толпы.

Мне стало плохо. Если эти ущербные такое говорят, то ментам сам Бог велел меня крайним сделать. Так и ехали почти полчаса. Не помню уже, как живым доехал, но доехал. Водитель выскочил через дверь в кабине, так и не открыв пассажирские двери. Народ ропщет, мы с теткой, по понятным причинам, сидим тихо. Проходит десять минут – ни водителя, ни полиции. Что за черт! Куда они все подевались? Минут через двадцать, наконец, объявился водитель в сопровождении двух толстых полицейских. Один из нетерпеливых пассажиров, высунув голову в окно, злобно прокричал.

- Вы там быстрее шевелиться не можете? Люди на работу опаздывают.
- Прошу всех подозреваемых соблюдать спокойствие, - повернув красную рожу в сторону кричавшего, строго заметил блюститель порядка. – Сейчас прибудет медицина, она и определит: кому на работу, а кому…
В салоне автобуса повисла липкая тишина.
- Вот, как оно обернулось. Так всем автобусом на зону и покатим.
- Типун тебе на язык, балабол, - перекрестилась на покойницу старушка. – С чего бы этой тетке так скоропостижно помереть. Вон, какие сумки притащила. Не каждый мужик осилит. А может действительно, вон тот, доходной, помог ей этот мир покинуть. Рожа уголовная.

Минут через сорок прикатила скорая. Народ вывалился на свежий воздух, повеселел. Но радость оказалась преждевременной. Полицейские, то ли от скуки, то ли от вредности, а, возможно, и от служебного рвения, принялись за опрос свидетелей. А их, гавриков, целый автобус. И с каждого письменное объяснение требуют по всей форме. Текст у всех получился приблизительно одинаковый: «стою (сижу) никого не трогаю, вдруг шум, гам, восклицания…». А, что людям еще писать?

Наконец отпустили. На работу к концу дня попал. Там тоже объяснительную писать заставили. Оно и понятно – кто в подобное приключение поверит? Настроение никакое. Все тело болит и ноет, все-таки минут сорок тетка меня прессовала, пока автобус по кочкам прыгал. Одна польза, опыт полезный приобрел. Теперь я редко в автобусе еду сидя. Предпочитаю стоять. Безопаснее, знаете, как-то.
 

Медицина

(Анатолий Долженков)
 6    2020-04-25  0  218
К медицине у меня отношение дипломатическое, как к теще. Со всей любовью и уважением, но на расстоянии. Губами говорить можно, а руками трогать категорически нельзя. Но, вообще-то, могучая, знаете ли, наука, в смысле выдачи больничных листов или других, каких льгот. Правда, это актуально для тех, кто или уже потерял здоровье, или только собирается его потерять. А если не сильно приперло, если пусть и с трудом, но еще ходишь или дышишь, хотя бы через раз, жалковато, вот так, за здорово живешь, отдавать свой неокрепший организм в чужие руки. Мол, давайте ребята, в белых халатах. Отрежьте там чего-нибудь, что природа по ошибке синтезировала. А потом посмотрим со стороны, сможет ли организм без этого обойтись. И если сможет, то сколько? Или, к примеру, лекарство, сверхсовременное, дать пациенту. И пусть студенты видят, как в натуре предсмертные судороги выглядят. Им лишние знания не помешают. Я, как потенциальный пациент, конечно же, против этого.

Вот, на западе, говорят, с медициной дела обстоят намного лучше. Там к пациенту со всем уважением и почтением. И процент выживаемости, после эффективного лечения, у них выше, чем у нас. Следует, однако, заметить, что и они не без недостатков. У них, куда лечиться не сунься, за все плати и плати. Повязку, к примеру, наложить на поверхность тела - плати. Молочную железу прощупать, на предмет диагноза, опять же плати. Тьфу ты, пропасть! В нашей медицине тоже отмечается движение в этом перспективном направлении. Зная наш народ можно с уверенностью утверждать – по этому показателю мы не только догоним, но и перегоним развитые страны. Где столько денег взять, за все платить? Особенно если их нет, и поступления ни откуда не предвидится. Кошмар.

Сейчас, правда, у нас с этим делом проще дело обстоит. Хоть ты крутой, хоть всмятку. Приходи, лечись. Все, почти, бесплатно. Бывают, правда и здесь разные шероховатости и проколы. Но, в основном, местного характера или по халатности.

Не так давно, в нашу районную больницу, бабульку привезли. С вывихнутой лапкой. Не знаю, как получилось, врать не буду. То ли в магазине это несчастье произошло, когда она, прикрываясь возрастом, без очереди, к прилавку лезла, словно многоборец. И, возможно, какой-нибудь грубиян со стойким перегаром, взял, да и повредил ей ручку, при возникшем конфликте. То ли, просто, ножки заплелись и, она упала без посторонней помощи. Только, через такое безобразие, произошло смещение костей, и бабкина рука, по неповторимой красоте изгиба, стала напоминать лебединую шею.

Доктор, повязанный клятвой Гиппократа, ее успокаивает. Мол, сейчас, вправим Вашу конечность на место без проблем. Вернем на исходные позиции. И, что никаких осложнений от такой травмы не предвидится, окромя, конечно, гангрены. И, что через денек, другой она может вновь вернуться к своему бизнесу. Собирать милостыню в переходе. И даже если, по недоразумению или незнанию местных нравов и обычаев подземных переходов, ей набросают полную руку тяжелой мелочи, то и тогда вывих не повторится. Здесь же велит медсестре сделать обезболивающий укол пострадавшей. А медсестра, то ли по халатности, то ли не выспалась после вчерашней вечеринки, только ей было не до этих медицинских тонкостей. Короче говоря, впрыснула она бабке, не то, что было задумано доктором. А, может быть, через свой древний возраст и жизненную закалку, старуха уже не поддавалась действию лекарств.

Не знаю. В этом вопросе много медицинского тумана. Только, что-то в этом деле не срослось. Доктор, через короткое время, интересуется, как, мол, боль прошла? "Нет, - отвечает бабуля, - болит еще". А тот успокаивает: "Самовнушение это у Вас, мнительность. По всем канонам медицины болеть уже ничего не должно. Закройте, Христа ради, свой беззубый рот и не расстраивайте медперсонал кряканьем понапрасну". И, проводя такой словесный гипноз, приступает к медицинским действиям. А, надо сказать, процедура эта происходит следующим образом. Врач, усаживает пациента на кушеточку. Своей левой рукой берет правую, поврежденную конечность пострадавшего и, поворачиваясь к нему спиной, проводит манипуляции по восстановлению здоровья.

И только он приступил к лечебной процедуре, в соответствии с описанной методикой, как вдруг, со старухой стало твориться, что-то неладное. Забилась она сердечная, как голубка в грубых докторских руках. Прямо, но Пушкину получилось. По Александру Сергеевичу: "То, как зверь она завоет, то заплачет, как дитя". Это он про няню свою писал, то же старушку. В дальнейшем события развивались стремительно, как полет пули. Видя, что врач, это медицинское светило не оставляет в покое ее конечность и просто никак не реагирует на крики переходящие в вопли, вонзает ему два оставшихся от далекой молодости зуба прямо в то место, на котором люди обычно имеют привычку сидеть.

Вонзила, изо всей силы. Атаковала, как кобра атакует свою жертву, яростно и беспощадно. Со всей пролетарской ненавистью рабочего класса к интеллигентной прослойке. Взвился тут доктор. Вытянулся, как струна на балалайке. Наверное, не ожидал такого предательского удара в спину, а точнее, чуть ниже. Стоит бледный, как сукин кот. Губы у него шевелятся, а речь в эфир не поступает. Отнялась речь. Что-то нарушилось в организме. Сломалось и перестало работать. Думаю, прервалась мобильная, сотовая связь между верхом и низом. Не знаю, почему так случилось? То ли бабка важный нерв клыками перебила, то ли сама сильно ядовитой оказалась, только этот медик в кабинете больше не объявлялся. Наверное, сменил профессию на менее опасную.

Или другой случай, тоже медицинский. Еще более грустный в смысле морали и небольшой утраты человеческого достоинства. Привозят в травматологию мужичка. Простой такой мужичонка, среднестатистического порядка. Росту незначительного, ножки кривенькие. Из выдающихся качеств, только пузо. Выпирает, аж подтяжки трещат. На первый взгляд, ничего в нем интересного и замечательного не отмечалось, если бы не одна деталь. Рот у него, подлеца, открыт, гланды видно. И слюни бегут, весело, будто весенний ручеек струится, низвергаясь Ниагарским водопадом вниз: на колени, на пол и на стерильный медицинский персонал. Жена, при нем, суетится, круги вычерчивает.

- Вася, Вася. Как ты себя чувствуешь? Язык, не замерз ли, не дай бог? - И доктора теребит.
- Уважаемый. Нам никак нельзя, чтобы язык повредился. Муж то у меня партийный функционер. Нам без языка, что без куска хлеба, с голоду помрем.

Дети, ихние, тут же, под ногами, вертятся. За все липкими руками хватаются. Штук шесть. Шустрые такие, все в папу. А, мужик этот, как потом прояснилось, орехи дома щелкал. Грецкие орехи зубами грыз, идиот. Ну и вывихнул челюсть, сгоряча. Может, хотел сожрать побольше, пока семья не видит. У них, у многодетных активистов, всякое случается. Как выразился один поэт, запамятовал фамилию, семья то большая, да, что с нее толку. Вот глава семьи и заторопился, промазал слегка. А может, другая, какая причина. Орех, через чур, крепкий попался, или челюсть не того размера оказалась. Но, на лицо, такой медицинский конфуз на фоне нормального функционирования остальных частей тела. Открытая пасть и, при этом, невнятное мычание со стороны больного.

Доктор, степенный мужчина, благородной наружности, присаживается на стульчик. Журнальчик открывает. Очки на носик прицепил, и не спеша, по полной медицинской науке, приступил к допросу.
- Как фамилия? – интересуется.

А, мужик, судя по всему, фамилию свою знал. Или догадывался. Напрягается бедолага, мычит, что бык на бойне, а ничего не понять. Ни, как фамилия, ни, кто такой, откудова. Ни черта не разобрать, даже с высшим медицинским образованием. Правда, тут жена этого потерпевшего на помощь пришла. Вспомнила кое-какие факты из его обывательской жизни. Рассказала, своими словами, что знала. А знала она, как выяснилось, даже больше, чем надо для лечения. Полчаса доктор ручкой скрипел. Вспотел, бедолага. С мужика литровая банка слюней набежала, а она все говорит и говорит. Вначале медицинские показания давала, потом по жизни перешла. Тут доктор ее прервал, как смог, правда, не с первого раза.

- Мне, - говорит, - эти Ваши сведения про жизнь, для лечения абсолютно без надобности. С этими своими размышлениями о творческом пути супруга, Вам в прокуратуру надо. Это их узкая специализация.
Правда, челюсть мужику вправил. Ничего не могу сказать, специалист замечательный. Часа, так, через три, смог мужик рот захлопнуть, прикус проверить. Но, что было дальше, когда он пришел в себя и, смог разомкнуть челюсти. Это, не подлежит никакому художественному описанию. Я столько новых слов узнал: и о жене этого мужика, и о докторе, и обо всей системе здравоохранения, ни в одном словаре не встретишь, сколько не ищи.

Да, что говорить. Я и сам тут, на днях, опростоволосился. Пришлось в больницу обратиться. Вообще-то я небольшой любитель по врачам шастать. Терплю, сколько могу. Но в тот раз, так придавило, нету мочи терпеть. Народные средства уже не помогают. Самые мощные препараты – водка и одеколон, не действуют на организм. Сильно прихворнул. С хлопцами, пивка холодненького выпили по бокальчику. В декабре месяце на свежем воздухе. И холода большого не было. Метелей и ураганов тоже не наблюдалось. Мороза-то, всего минус двадцать два градуса. Но горло, все-таки, застудил. Пойду, думаю, к доктору. Пусть таблеток даст или, еще какое лечение назначит. А то болезнь, с ног валит. Прихожу, на прием. Говорю, так, мол, и так, здоровье, что-то пошатнулось ни с чего. Доктор, правда, внимательно отнесся. Открой рот, закрой назад. Дыши. Вообще не дыши. И диагноз выдал быстро, без задержки.

- Ну, - говорит, - отец, дело понятное. Простуда. Гланды. Детская болезнь.
- Вот те на, - думаю. – Что же это я в детство на старости лет впал, что ли.
А, врач душевный попался. Успокаивает, мол, не робей старик, вылечим. Только, говорит, наука на месте не стоит, движется. Гланды будем удалять по новой методике одобренной Минздравом. Через прямую кишку, чтобы зубы не повредить. У тебя их и так мало осталось.
- Как, - интересуюсь, - через кишку? Кишка где? А гланды где?
- Не волнуйся, мужик, - говорит. – В науке легких путей нет. Все пройдет гладко и может даже без летального исхода.

- Ты там, сынок, по аккуратней, - советую я ему. Внимательнее смотри. Путь ведь не близкий, извилистый. Не потерять бы по дороге, сохрани господь.
- Не извольте беспокоиться, папаша. Методика проверена на собаках и тараканах. Ну, а случится, потеряем, что же, беда не большая. Соберем консилиум, поищем вместе. В самом крайнем случае вскроем.
И, все культурно, без оскорблений. С применением свежей научной мысли. Мне понравилось. Правда, от операции, я отказался. Пошел к менее знаменитому врачу. Тот по старой методике лечил, не жалея зубов.

Но не всегда бывает так гладко. Встречается, иногда, и хамство посреди медицинского персонала. Насидится, такое медицинское светило целый день на приеме. А народища – тьма. Все валит и валит, и конца – края этому безобразию не предвидится. Вот и сатанеют доктора от таких перегрузок, особенно к концу смены. Теряют хладнокровие.

Попал я, как-то, на прием к концу дня. Покраснение у меня на коже выпало, что ли. День терплю, два. Нет сил больше страдать, так прихватило. Рванул я к доктору, сгоряча, где-то, ближе к вечеру. Захожу, предъявляю заболевание. Он на меня, строго, поверх очков зырк.
- Рожа, - говорит.
Меня, словно током ударило, передернуло от таких слов. Я к нему по интеллигентному пришел. По такому случаю, первый раз в жизни зубы отполировал " Блендометом." С полным соблюдением гигиены и почтением к его медицинскому сану, а тут, такие хамские слова слышать приходится. Настроение, конечно, испорчено окончательно и бесповоротно. Никакого настроения. О лечении уже и говорить не приходится. Какое там, к черту, лечение при таком медицинском подходе. А внутри, чувствую, все закипает. Но виду не подал. Только усмехнулся про себя грустно и вежливо ему говорю.

- Может у меня и рожа, хотя это вопрос спорный. Твое, кстати мурло, тоже лицом не назовешь.
И ушел. Так и не узнал, чем болел. На другой день к бабке смотался. Та, за червонец, вылечила и без оскорблений.

А вообще то, между нами говоря, медицина – дело тонкое. Специалисты, крайне узкие. Тот по печени, тот по коже, а тот по роже или по прыщам на ней. Ну, как понятней объяснить? Вот, предположим, чтобы больному клизму поставить, три профессионала надо иметь под рукой. Если, конечно, желаешь, чтобы все прошло нормально, без травм и разрывов мягких тканей. Или просто, что бы попасть в такую мелкую мишень, хотя бы с третьего раза. Я уже не говорю о лечебном эффекте процедуры. Имеются, правда, еще те умельцы, которые и в одиночку в состоянии поразить эту цель. Но такие манипуляции проделываются совсем не с медицинскими намерениями. Так, почему же, три специалиста? Один знает, как, другой – куда, а третий, чем это медицинское вооружение зарядить требуется. И, убедись товарищ лично, клизма действует отлично.

Да, трудно, сейчас, нашему народу от недугов лечиться. На много тяжелее, чем раньше было. Не всем, конечно. Вот к бизнесменам, отношение поинтереснее. Больше к ним ласки и добрых слов, чем, допустим, к бомжу с мусорника. Пришлось мне, в личной жизни, наблюдать факт лечения одного нового русского у хирурга. Болезнь то у него пустяковая оказалась. Небольшое пулевое ранение в корпус. Аппендицит, что ли, ему отстрелили во время финансовой сделки. Нынче палить в бизнесменов, по всякому пустяковому поводу, становится уже доброй традицией. С другой стороны, это тоже понятно, почему такие факты имеют место в жизни. С приходом рыночной экономики всякие нестандартные ситуации возникать стали.

А, какие ситуации на базаре? То, кто-то у кого-то под ногами путается, чем затрудняет процветание бизнеса. То, кто-то у кого-то одолжит на пару дней полчемодана денег, а отдавать не торопится и через год. А на звонки и слезные письма не реагирует. Сунься по разным инстанциям, с жалобами, бегать, столько тумана по твоему делу образуется, не разгонишь никакими вентиляторами. И будешь, по длинному коридору, мотаться, а результат – ноль. А тут, такой быстрый и эффективный способ взаимных расчетов.

Так вот. Заносят его, значит, на руках, то ли сослуживцы, то ли близкие родственники. Не знаю. Но большие, такие, ребята, мордастые. Все, как на подбор. Еле в дверь втиснулись, да и то боком. А у дверей, как водится, бабки толкутся, очередь создают, суету. Спорят, чья болезнь, кого быстрее в могилу сведет. Подвинули сослуживцы, бабок и в дверь. Доктор очками на них, зырк.
- Садите, - говорит, - на койку.
На, что они ему возражают, поскольку пострадавший бизнесмен, то ему слово садись, вообще противно слышать. У него, от такого хамства, кровяное давление подпрыгивает. Причем нижнее постоянно догоняет и перегоняет верхнее.

- В наших кругах, - говорят, - в обиходе слово присаживайтесь.
Доктор долго и большим сомнением рассматривал пациента.
- А он, точно, бизнесмен? – интересуется. Не инженеришко ли, какой-нибудь или, сохрани господь, ученый, что еще хуже? Недавно, повадился к нам ходить на лечение, профессор химии. Болезней у него, тысяч на пятьдесят долларов, а в кармане ни гроша. Пенсию профессорскую, говорит, задерживают, а то и вовсе не платят, бюрократы. Тут уже пострадавший обиделся такому хамскому сравнению. Голос подал.

- Ты, что, Айболит, - говорит он слабым голосом. - Нашел, с кем сравнивать, куриная слепота. По прикиду не видно, что ли, или у тебя катаракта. И болезнь, опять же, профессиональная, не насморк.
И, тогда доктор с широкой, радостной улыбкой, на честном лице, подходит к этому подстреленному сукиному сыну и давай его успокаивать. Мол, болезнь Ваша, уважаемый, не проблема, а так, пустячок. Это мы, враз поправим и восстановим в прежнем виде.

- А, может, - спрашивает, - параллельно с лечением основного заболевания, Вам омоложение организма произвести. Тут, морщинки разгладим, здесь кожицу подтянем. На ушки, компресик с питательным раствором. Два сеанса и они будут розовые, как у молочного поросенка, а при ходьбе шуршать, как доллары.
- Я не диван, что бы на мне кожу перетягивать. И ушами хрустеть нет резону. И так весь зеленью упакован.

- Ну, что же. Нет, так нет. Давайте без обид и стрельбы. Хочется, как лучше. Если не нравится, мы не настаиваем. Можем взамен другие платные услуги предложить, согласно каталога. Ну, хотя бы вот это. Работа у Вас вредная, местами даже опасная. Конфликты, недоразумения, травмы. А мы Вам на каждую ручку и ножку по аппарату Елизарова и никакие переломы не страшны.
- Да, далеко наука шагнула. И почем эта профилактика?
- Пустяки. Какие-то четыре тысячи долларов. По одной на каждую конечность. Смешно считать такую мелочь.

- Нет, не надо. Рэкет мне раза в два дешевле обходится. Им до вас далеко, хотя они и рэкет. Видно там, где они учились, Вы преподавали.
Вот, такие бывают, в клиниках, инциденты и такое проходит эффективное лечение и другие услуги широкого профиля. Но, что хочется подчеркнуть особенно, так это новые перспективные течения в медицинской науке. Не перестаешь удивляться.

Не так давно, моему приятелю, кум его, хирург, пластическую операцию сделал. Теперь, не поверишь, он один к одному на бывшего президента похож. Натурально, однояйцовые близнецы. И вот, с таким лицом, известным всему миру, этот аферист разъезжает по экономически развитым странам, становится, где-нибудь ближе к центру, протягивает руку ладонью вверх и начинает гундосить.

- Подайте, Христа ради, безвозвратную ссуду. Кто сколько может. Сами мы не здешние, издалека. Не для себя прошу, для державы. Учителя и врачи оголодали. По году зарплату не получают. Да, что там учителя. Руководители администраций с голоду пухнут. У парламентариев участились случаи голодных обмороков. Должен же я им, что-нибудь дать, пока они меня не сожрали. А то, понимаешь, говорят, постарел. Долго с протянутой рукой, уже стоять не можешь. Надо, мол, кого-то помоложе да покрепче. Люди добрые. Просить больше не у кого. МВФ подизносился. Ссуд больше не дает. Говорят, понимаешь, если мы вам и дальше давать будем, через год рядом станем. На вас одна надежда осталась. Подайте, кто сколько может. Хороший был бизнес. Сейчас похуже. Как президент поменялся, меньше давать стали. Только самые добрые. А, сколько их, добрых то? Равнодушных намного больше.

А, вообще-то, очень нас за бугром жалеют. Но верят в нас. Говорят, мы только в самом начале большого пути, ведущего к процветанию. Так, что еще топать и топать. Наше поколение, вряд ли дойдет. Может внуки наши, а?
 

Хитрая подлянка (Вова Молдаванин ...

(Юра Харьковский)
 12    2020-04-20  1  397

Дождавшись приезда жены, Вова зажил шикарно. Шутка ли сказать, она устроилась работать поваром в местную столовую и все объедки со столов теперь были Вовины. Детей Вова не заводил, говоря, что только идиоты будут тратиться всю жизнь на сопливых дармоедов. Продуктов семья Вовы не покупала, а зачем? Жена на работе сытая, друзей нет, поэтому гости не приходят и в гости не приглашают. Поначалу они жили в подарочном балке, а потом им дали комнату в семейной общаге. У меня, как раз был семейный кризис - тёща страшно ревновала меня к нашим молодым девчонкам в смене и к подругам жены. Мне до того надоели её разборки по этому поводу, что я сказал жене: "Уходим жить отдельно." Мест в семейной общаге не было, а тут как раз и Вова балок освободил, который бесплатно передавали из рук в руки, тем, у кого была острая жилищная проблема. Я подошёл к Вове и попросил ключи от входного замка балка. У меня даже мысли не возникало, что здесь могут быть какие-то проблемы. Но Вова поднял на меня невинные глаза и заявил: "Тысяча рублей и балок твой!" – Постой, постой, - удивился я, - этот балок никогда не продавался, а просто отдавался, очередному нуждающемуся. И тебе он достался бесплатно, как ты можешь его продавать? – Я не знаю, чем там люди думали, когда такое хорошее жильё бесплатно отдавали, - нагло продолжал Вова, а я его дарить, не намерен. Хочешь, плати тысячу, не хочешь - гуляй!" Я стоял ошарашенный и в моей голове не укладывался этот цинизм. Ну, да Бог тебе судья, подумал я, мир не без добрых людей. Свой балок мне на время уступил Женя Бондарчук, спасибо ему большое, где мы перекантовались до получения квартиры. А Вова таки балок продал кому-то за тысячу и ходил довольный, потирая руки.
Как работник и специалист, Вова был очень хреновый. Он плохо соображал в технике и мне, как его непосредственному начальнику, постоянно приходилось быть на чеку, чтобы не создалась аварийная ситуация. Кто работал оперативным персоналом в смене, знают, как тяжело работать за себя и ещё за того парня, особенно в дневную смену. Я предупреждал начальника смены Михаила Ивановича Капустова, что добром это не кончится. Я ведь не могу стоять возле него постоянно, у меня и своей работы хватает. Но он чего-то всё тянул с его отстранением. И вот дождались. В один из зимних дней, в дневную смену был остановлен котёл, на котором стоял Вова. Днём у меня работы очень много, допуски, наряды, переключения, подмена и контроль персонала и т.д. А ведь ещё надо следить за работой оборудования, где нет машинистов. В этой запарке я, пробегая мимо приборов, взглядом быстро оценивал ситуацию и бежал дальше. Проходя мимо самописца деаэратора, я увидел резкое снижение уровня воды. Потеря воды в нём была чревата срывом работы питательных насосов, что привело бы к аварийной остановке всей станции. А это катастрофа для всех жителей посёлка. Когда зимой, в условиях Чукотки, нет света и отопления – страшно даже представить, чем это может закончиться. Однозначно, это тюрьма персоналу, который это допустил. Я кинулся на химводочистку. Оператор – Лена Шматкова, сама бегала не понимая, почему такой огромный расход воды. У неё всё было в порядке, но фильтры подготовки воды, уже были на пределе. Я позвонил нач. смены и мы начали искать утечку. Все машинисты на котлах и турбинах искали протечку дренажей. Её не было. Порывов и аварий трубопроводов тоже. Куда уходит вода? Пробегая мимо Вовы, я спросил, что у него на остановленном котле? Да всё нормально, ответил, он. Мы с Капустовым уже начали паниковать. Чудес не бывает вода, где-то должна уходить, а мне опытному старшему машинисту – позор, если я не найду утечку. Зная Вову, я вернулся к нему на котёл, Вова увлечённо подсчитывал, как скажется прибыль от продажи балка на его благосостоянии, если деньги положить на срочный депозит. Я сам стал тщательным образом всё проверять. По дренажам утечки нет, порывов нет. Панель приборов? Что-то на самописце уровня воды на остановленном котле, слишком ровная горизонтальная линия. Такого на остановленном котле быть не должно. Подпитал котёл вручную, линия идёт вверх, закрыл подпитку – вниз. А у него ровная линия, как стрела, как будто работает автоматика. "Вова, - спрашиваю его, - ты котёл питаешь? – Да питаю. – А почему, тогда уровень не растёт? – Так я, хитро прищурился Вова, - открыл аварийный слив – вот он и не растёт, а я могу спокойно считать доходы! Это примерно тоже, если дома открыть воду на заполнение ванной и не закрывать её, надеясь на переливное отверстие вверху. Твою ж мать! Я кинулся к котлу, перекрыв питание и закрыв аварийный слив, доложил нач.смены Капустову, который тоже чуть не поседел от переживаний. Это было последней каплей и Михаил Иванович, потребовал отстранения Вовы Дьяченко и написал рапорт на лишение его премии. Хотя никакая премия не компенсировала бы, тот огромный убыток, что он нанёс. О моральных потерях, вообще молчу. Что интересно, Вова так и не понял, за что его наказали. Ведь он, был уверен, что поступил умнее, чем мы. А я просто мщу ему за балок – так он считал. - Теперь, - говорил он с неподдельной обидой, - мне всё доходы пересчитывать придётся за три года и я тебе этого, не прощу. На этом наша "дружба" с Вовой Молдованиным, закончилась. Его убрали со смены, и он, не помню кем, доработал свои три года по договору и, таки собрав деньги на "Волгу", уехал домой в Молдавию.

P.S. Уже и не помню кто рассказал про жизнь Вовы после отъезда с севера, но говорили, что после покупки новой "Волги", Вову подцепила какая-то ловкая аферистка и влюбила его в себя по уши. Страстная любовь, как это не удивительно, переборола жадность. Вова развёлся с женой и все деньги тратил на новую зазнобу, даже переписал на неё, так тяжело доставшуюся ему "Волгу". Как только он это сделал, она его бросила.
О дальнейшей его судьбе ничего не известно.
 

Кошелёк с подвохом (Вова Молдава ...

(Юра Харьковский)
 18    2020-03-24  0  435

День получки был для Вовы самым большим праздником, примерно как для каждого из нас день рождения и подарком на этот день ему была зарплата. Уже с утра его глаза светились тихой радостью и он с нетерпением ждал сначала выдачи расчётных листов, а затем открытия кассы в бухгалтерии. Получив расчётный лист, он нёс его как драгоценный фолиант, бережно держа за края двумя руками и сдувая с него случайные пылинки. Затем он садился за рабочий стол и начинал внимательно изучать каждую цифирку, на предмет допущенной бухгалтерией ошибки. Но бухгалтера у нас были всегда грамотные и ошибки допускали крайне редко, так что Вове всегда придраться было не к чему. Тогда он придирался уже не к бухгалтерии, а к советским законам. – Вот смотрите, ребята, - говорил он, - на хрена с меня берут 13% подоходного налога? Я здоров, как бык, значит лечить меня не надо. Детей у меня нет, значит учить их мне не надо. А до пенсии я, может, вообще не доживу - кирпич на голову упадёт или конец света настанет. А платить всю жизнь должен для чужого дяди. Особенно его возмущала цифра налога на бездетность. – С какой стати, - возмущался Вова, - с меня выдирают 6% с зарплаты, а это на минуточку целых 25 целковых, за то, что я, не имея детей, экономлю государству деньги? Ведь теперь оно (государство) может экономить на яслях, детсадах, школах, институтах не воспитывая и не обучая не родившихся детей. Их соответственно и не надо лечить. Оно мне ещё и доплачивать за это должно, а не забирать.
Зато графа – коммунальные услуги (В период, когда он жил в балке), его всегда радовала своим нолём и он, радостно потирая руки, был счастлив лишней двадцатке в бюджете. А то что там нет ни ,света ни, отопления, ни воды, его мало волновало, по сравнению с возможностью экономить.
Жил Вова поначалу, как я уже говорил, в нашей комнате, где ещё обитали Слава Молоков и Миша Хитрин. Как-то в день получки Миша решил Вову разыграть на почве его жадности. На севере народ честный работал. Что такое воровство, мы практически не знали. Ключи от входных дверей хранились под ковриками и никто этим не пользовался. Если кто-то, что-то терял, то вещь, как правило, возвращалась адресату. К примеру, моя жена оставила кошелёк со всей своей зарплатой на прилавке, в кулинарии, так через 15 минут, мне позвонили и сказали забрать его. Но Вову-то мы знали как исключительного скрягу. Как он себя поведёт, найдя чужой кошелёк? Это Миша и решил проверить. Заключили пари на бутылку водки: Славик считал, что Вова не совсем уж пропащий человек и вернёт деньги. Миша, что вернёт, только когда увидит, что есть свидетель находки. И только я думал, что Вова что-нибудь придумает, чтоб не отдавать.
День выдачи зарплаты. Контора рядом с общагой, буквально в 15 метрах и Славик её уже получил. Вова одевается и идёт в кассу. Через 10 минут он должен вернуться. Миша идёт, садится дежурить в буфете общежития (Который аккурат напротив входа в общагу) и смотрит в открытую дверь, когда мимо пройдёт Вова. Мы со Славиком, смотрим в окно комнаты и, как только Вова появляется из дверей конторы, Славик выбрасывает свой бумажник с зарплатой в общий коридор. В кошельке, чтоб не было сомнений, лежит рабочее удостоверение Славика. Вова заходит в общагу и направляется мимо буфета по коридору в нашу комнату. Миша, видя его, выходит из буфета следом. На подходе к комнате Вова видит лежащий бумажник, жадно хватает его и бежит по направлению к туалету. Там он, воровато оглянувшись, вдруг видит сзади Мишу, который идёт следом. Тут он понимает, что Миша всё видел и, дождавшись его, заговорщическим тоном говорит: "Вот, кошелёк, какой-то лопух потерял, интересно, что там?" Он, открывает бумажник и глаза его загораются алчным огнём. Там 400 рублей крупными купюрами. Такой халявы, он в жизни никогда не получал. - И принёс же чёрт этого Мишу не вовремя. – Вова лихорадочно соображал, что делать: "Слушай, Миша, давай по справедливости - тебе 200 и мне 200 и всё "шито-крыто". Миша сделал вид что задумался: "А там документов никаких нет? – спросил он. Вова достал удостоверение Славика. – Так это Славика, соседа нашего, - обрадовался Вова, - но он же холостяк, а мы женаты с тобой, нам деньги нужнее. А он с книжки снимет, не обеднеет." Миша, от возмущения, чуть не захлебнулся. Он сгрёб Вову в охапку и затолкал в нашу комнату. Вову мы не били, люди мы мирные, но за такую подлость, решили проучить – благое дело.
В нашей общаге часто ошивалась местная путана – девушка-чукчанка по имени Уля. Была она неопределённого возраста, но не старая, страшненькая и почти всегда пьяная. Мы её не любили и всегда гнали из нашей комнаты, но при этом замечали, что Вова не разделяет наших взглядов на Улю, он не был брезгливым не только в еде, но и в женщинах. Она ему, определённо, нравилась и он был не против секса с ней, но понимая, что Улю надо поить, сразу отметал эту непрактичную мысль и только молча с тоской смотрел ей вслед. Праздник для Ули наступал, когда приезжали командировочные ремонтники из подрядной организации. Оторвавшись от семей, они "гудели" в общаге, играли в карты на деньги и "баловались" с Улей. Уля девушка была не меркантильная, отдавалась за выпивку, ну а уж если давали деньги, то не отказывалась. В периоды, когда командировочных не было, она, почти трезвая, грустно ошивалась по комнатам и заводила от скуки пустые разговоры. Как-то, в субботу, когда она появилась в очередной раз, а Вовы не было, я спросил её, не хочет ли она заработать на бутылку? Глаза Ули загорелись. – В нашей комнате живёт Вова Молдованин, ты его знаешь, продолжал я, - парень он стеснительный, жадноватый, но пугливый. Он давно на тебя глаз положил, но стесняется пригласить на свидание. Говорит готов дать тебе на бутылку, если ты ублажишь его. Если согласна, приходи сегодня вечером, он будет ждать." Уля, конечно, была согласна. – Если Вова, после интима откажется давать деньги, из-за своей жадности, - инструктировал я её, припугни братьями, которые приедут с тундры и его зарежут. Только ты уж постарайся, будь наглой, но страстной. - Вернулся Вова и мы с друзьями, как бы, между прочим, рассуждали, какие горячие любовницы, эти чукчанки и, если бы не их кровожадные и мстительные родственники, то можно было бы испытать это счастье. Вечером мы объявили Вове, что все идём в кино, он, само собой, на такие глупости, деньги не тратил и остался. Выйдя из общаги, мы сказали поджидавшей Уле, что в её распоряжении два часа. Уля была далеко не дура и всё исполнила профессионально.
Вернувшись с кинотеатра, мы застали Вову, мечущегося по комнате и заламывающего руки: "Сука, подлая сука, - кричал он, - никогда больше с ней не свяжусь. Шантажировать меня вздумала своими братьями. Целый червонец ушёл коту под хвост. На него месяц жить можно, а она его за 5 минут заработала и пропьёт!" – Так ведь ЗАРАБОТАЛА, смеялись мы, а не нашла в коридоре, как некоторые. Так Вова первый раз потерял свои горячо им любимые деньги. Про второй раз - отдельная история.
 

Всё началось с лампочки

(Malyutka)
 9    2020-04-25  1  362

Сейчас уже трудно вспомнить с чего всё это началось. Пожалуй, с лампочки. Да, да, именно с простой электрической лампочки. На первый взгляд, в том, что она перегорела в моей прихожей, не было ничего удивительного. Такое случалось и раньше. Только с того дня, лампочки в прихожей стали перегорать слишком часто. Теперь, приходилось их менять каждые два дня. Я никак не могла понять, в чём дело. Вначале думала, что это просто лампочки какие-то бракованные и стала покупать их в другом магазине, но они всё перегорали и перегорали. Вскоре мне это надоело, и я принялась искать мастера, чтобы проверить электропроводку. Знакомых мужчин, разбирающихся в электричестве, не было, поэтому обратилась в ЖЭК. Позже я сильно пожалела, что с ним связалась.
Мастер, которого мне прислали, оказался не электриком, но заверил меня, что справится с любой работой. Ох, и намучилась с этим горе-мастером. Мало того, что пришлось долгое время дышать разящим от него перегаром, так он ещё грохнулся с табуретки на пол и, задев рукой трюмо, разбил зеркало. После случившегося, я же ещё осталась виновата из-за того, что плохо держала злополучную табуретку, на которой он стоял; пришлось выслушать тираду из нецензурной брани.
В конце концов, мужчина сказал, что дело вовсе не в лампочках - нужно заменить проводку, причём срочно, пока не произошло короткое замыкание. Подходящего провода не нашлось, и решили временно сделать работу из того, что под рукой. А под рукой имелись обрывок старого удлинителя и, на ладан дышащий выключатель, который почему-то мастер прикрепил не у входной двери, а на противоположной стене. Теперь, заходя вечером домой, приходилось пройти через тёмную прихожую, чтобы включить в ней свет. Утром тоже испытывала неудобства, пробираясь в темноте к выходу из квартиры. Успокаивала я себя только тем, что это всё временно.
Как говориться, нет ничего более постоянного, чем временно сделанная работа. Дни шли, а мой мастер так и не появлялся, хотя обещал прийти на следующий день. Однажды вечером сломался выключатель, лампочка стала гореть постоянно. Электросчётчик закрутился с бешеной скоростью. Я хотела выкрутить лампочку, но только сильно обожгла пальцы. Тогда стала пытаться выкрутить пробку из счётчика, но меня ударило током. Пробка выскользнула из рук и, ударившись о пол, треснула, пришла в негодность. Квартира осталась без света. Мысли путались, голова перестала соображать. Было довольно поздно, и я легла спать, оставив решения всех проблем на завтра.
Следующий день не принёс мне ничего хорошего, я даже не смогла выйти из собственной квартиры! Дверной замок сломался, и все попытки его открыть оказались тщетными.
   Я лихорадочно стала набирать номер телефона коммунальной службы, надеясь на то, что мне пришлют рабочих, способных открыть замок. Дозвониться смогла только с пятой или шестой попытки. До этого почему-то соединяли то с зоопарком, то с городским моргом. Наконец, дозвонившись куда нужно, немного, успокоилась – мне обещали прислать рабочих в течение часа. Время шло медленно, и я с ужасом подумала о продуктах, которые лежали в холодильнике. Некоторые из них уже пришли в негодность.
Примерно через три часа услышала громкие мужские голоса за входной дверью – объявились рабочие. Судя по ругательствам, исходящим от мужчин, поняла, что открыть замок им не удавалось. Вскоре они сказали, что попробуют аккуратно снять дверь с петель. Аккуратно снять дверь тоже не получилось. После двух сильных ударов она полетела внутрь квартиры. Я не успела отойти в сторону…
Теперь, лёжа на больничной койке, думаю о том, что уже не удастся смотаться в отпуск – все деньги уйдут на ремонт прихожей. Боюсь только может случиться так, что после ремонта я попаду не просто на больничную койку, а в дурдом! Нервы-то уже – ни к чёрту!
 

Первоапрельский приказ

(Юра Харьковский)
 15  1 апреля  2020-04-04  1  425

В марте 1989г. на нашей эл.станции(БРЭС), меня по производственной необходимости на месяц перевели с оперативной работы в ПТО для составления и черчения тепловых схем. К концу месяца я с заданием справился и мучился бездельем в ожидании обратной ротации в смену. Наступило 1 апреля и у меня родилась мысль пошутить. Объектом шутки я выбрал слесарей турбинного цеха. Дело в том, что эти ребята, когда не были особенно загружены работой, любили забить "козла" в рабочее время. Застав в очередной раз своих подчинённых за игрой, их непосредственный начальник старший мастер Николаенко, ругался и грозил всех строго наказать за грубое нарушение дисциплины. Но по натуре это был добрый и мягкий человек и "сто первое китайское предупреждение", никто не воспринимал всерьёз. Вот на этом я и решил сыграть. Напротив ПТО был кабинет директора, перед дверью которого располагалась наша бессменная секретарша Люда Безрукова, всегда дружелюбная и общительная, но доверчивая женщина. Дверь в её рабочую комнату закрывалась только по окончании рабочего дня, а если она уходила попить чай или на обед, то дверь оставалась открытой. На её столе всегда лежали заготовки чистых бланков приказов, с подписью директора и печатью, дабы оперативно и без волокиты можно было напечатать очередной приказ. Это, конечно, было нарушение, но годами эта практика не давала сбоев, ну кому, скажите на милость, нужны пустые бланки? А вот мне, в моей задумке, очень даже пригодились. В обед 1 апреля, Люда, как обычно ушла на перерыв, а я, дождавшись, что из ПТО тоже все ушли, зашел в её комнату, взял пустой бланк приказа, заправил в печатную машинку и напечатал приказ такого содержания: "За грубое нарушение трудовой и производственной дисциплины – игру в домино в рабочее время, наказать слесарей турбинного цеха Иванова, Петрова, Сидорова, месячной премией, лишить премии по итогам года и передвинуть им отпуск на зимнее время. Основание: Рапорт старшего мастера котло-турбинного цеха Николаенко. Подпись директора, печать. Спустившись вниз, на проходную, я вывесил этот приказ на доску объявлений. Меня никто не видел. В 14.00 у доски объявлений собрался народ, идущий с обеда и бурно обсуждал неординарное событие. Кто-то ухмылялся, кто-то говорил, мол давно пора, а кто-то сочувственно утешал провинившихся. Сами "герои" рапорта вели себя по разному. Один молча стоял с грустным и несчастным лицом, второй, громко кричал, что сейчас пойдёт и прибьёт этого гада (Николаенко), а у третьего вообще была истерика со слезами и он всё причитал, как он скажет жене, что в этом году они поедут в отпуск зимой? Эта новость быстро дошла до старшего мастера и он быстро прибежал на несанкционированный митинг и побожился народу, что никаких рапортов он начальству не писал и если такой приказ есть, то это или досадная ошибка или инициатива начальства в лице гл.инженера или директора. Я разберусь, сказал он и, не бросая слов на ветер, тут же пошёл к руководству станции выяснять суть. Буквально через 5 минут он появился в сопровождении гл.инженера, который подтвердил, что ни рапорта не приказа, не было и что это чья-то неудачная первоапрельская шутка и грозно добавил, что лично займётся этим делом, найдёт шутника и строго его накажет по всем пунктам злополучного приказа. Я не на шутку струхнул, но поразмыслив на досуге, понял, что это пустая угроза и вычислить меня ему вряд ли удастся, а знаю об этом, только я сам. Но не пойду же я признаваться, добровольно переносить себе отпуск и лишаться премии. Со временем об обещании гл.инженера забыли, страсти улеглись, но хороший итог шутки был всё же в том, что уже никто не играл в домино в рабочее время. Мало ли что!
 

ЭТА МЯГКАЯ МУЖСКАЯ СИЛА...

(Лена Пчёлкина)
 36    2020-03-03  2  526
Ничего особенного в этот час в небольшой комнате студенческого общежития
не происходило. Ко мне заглянул однокурсник - красавчик Гера.

Ходил по общаге и выпрашивал конспекты по одному математическому предмету, который имел прикольное (в нашем понимании) название: «Теория выпуклых фигур».

Был Гера высок ростом, строен, холен, умен. Брюнет с пронзительными карими глазами. Но ходил на занятия через пень-колоду, поэтому ему позарез нужны были конспекты лекций, которые все девчонки тщательно вели.

И вот, мы мило болтаем, шуткуем на тему предстоящего зачета по оной дисциплине…

Как вдруг из Геркиных золотисто-коричневых глаз на меня хлынул такой неудержимый поток мужской нежности, ну, прямо здесь и сейчас включился гиперболоид мужской силы, что моё Я неожиданно для меня стало медленно плавиться, кровь прилила к моим девичьим щечкам, задрожали и начали подкашиваться колени, мысли путались.

Пытаясь противостоять этому внезапному обаянию, я что-то продолжала лепетать и заикаться…

Что было бы дальше, не знаю, но тут вошла моя соседка по комнате Валя и волшебство закончилось…

Почему вспомнился тот давнишний эпизод, не знаю. Возможно, просто - Весна, её извечная тайна возрождения, её любовная магия. Мужское тянется к женскому, женское к мужскому…

Что, скажете, тут смешного? А то, что до самого выпускного бала я старалась не попадаться Герке на глаза...

Но эти глаза снились и очень даже ...
 

КОРМА.

(ЮРИК)
 25    2020-02-26  1  478

Светились вышки над тайгою,
В ночи горели факела.
И от Советского застоя,
Рублём романтика звала.

Морозил сопли, руки, ноги,
Но никогда не унывал.
Уверен в выборе дороги,
Нефть для страны я добывал.

Здоровьем не обидел Боже,
Дурниной пёрла моя прыть.
И там я точно вышел рожей,
Умело, недра стал бурить.

Мороз и солнце, снег и ветер,
И звёзды яркие, луна.
Под вечер, ночью, на рассвете,
Как мать встречала нас она.

Кормила всех и тем и этим,
И даже блюда на заказ.
Есть ПОВАРА на этом свете,
И я о ней сложил рассказ.

Строга, серьёзна, недотрога,
Ломали копья мужики.
Хотел и я пробить дорогу,
Она встречала всех в штыки.

Итак и сяк не тут –то было,
Ну не выходит, ни хрена.
От её вида сердце ныло,
Шикарною была корма.

Ну, это прямо раком глаза,
Ведь это надо мать етить.
Такая задница-зараза,
Хотелось взять и обхватить.

Ещё она была красива,
И сладок был запретный плод.
Или быть может, она мстила,
Отвергнув весь мужской народ.

Вот так и жили, не тужили,
Еду творила, от души.
Мы с Ольгой-поваром дружили,
Мечты при этом задушив.

Такая вот души отрада,
Ломали об неё глаза.
И не досталась мне в награду,
Доселе катится слеза.
 

Память

(Анатолий Долженков)
 7    2020-04-11  0  219
Господи-и-и Боже ж ты мой …жешь! Голова-то как трещит. Просто на куски разваливается. Где же я вчера так надрался? Или позавчера? Или это еще сегодня случилось? Вот дорвался-то. До самых краев налился. Где же я так? Наверное, на работе. Нет там я только начал. А продолжил? Ни черта не помню.

Где не вспоминается, а с кем? С кем, с кем, с кем. Так, с кем же? Тоже не могу сообразить. Нигде, ни с кем. Как выпью, прямо обострение склероза происходит. Хотя нет, кое-какие туманные картины всплывают. Рожи какие-то мелькают мерзопакостные. Одна, правда, не мелькает. Зафиксировалась. Что-то уж очень знакомое, местами даже родное. А-а-а! Это я в зеркале отражаюсь. Значит не дух бесплодный, а живой человек. «Гомо сапиенс» с похмелья. Переход из состояния пьяного и неразумного в относительно разумное, но не до конца. А то, что не дух – это точно. У духов голова по утрам не болит. Или уже вечер? Ни хрена не разберешь в этой стране, где утро, где вечер. Все смешалось и перепуталось.

Так с кем же это я все-таки? Давай по порядку. Будем раскручивать последовательно. Извилину за извилиной. Может быть, и намотаем клубок мыслей. Значит так. В обед мы приняли граммов по двести на лицо. Без закуски и тостов. Значит, был обычный рабочий день, не праздник. Подожди, подожди! Есть слабое движение мысли! Все-таки кого-то с чем-то поздравляли. Вяло поздравляли, без души. Видно были сомнения по поводу значимости события. Разногласия имели место быть.

Потом продолжали трудиться, но не долго. А почему работа не пошла? Водка пошла, а работа нет. Кто-то приехал и привез с собой. Зачем приехал? По делам. А кто в нашу контору по делам наведывается? Известно, кто! Или бизнесмен, или лицо криминальной национальности. Других не водится. Впрочем, это не важно. Сейчас от бизнесмена до бандита как от любви до ненависти. Нет, через эту туманную фигуру ничего не вспоминается, даже наоборот, последнее забываешь. Тупиковый путь развития мысли. Мы пойдем другим путем! Кто это сказал? Сейчас я. Но, по-моему, не я первый это ляпнул. Не додумался бы. Раньше кто-то говорил. Не помню кто, но ему, наверное, было так, же муторошно как мне сейчас. На трезвую голову ничего подобного не придумаешь.

Мы пойдем простым путем. Простой вопрос, что пил? Простой ответ – не помню ни черта. Хорошо. Допустим, память подвела. Глаза спали. Уши заложило. Нюх утерян практически навсегда. Но рецепторы пищевкусовые остались. Они должны мне подсказать, что пил. Какие напитки. Что за букет. Да, букет как будто есть. Ощущается в ротовой полости. Но это мало похоже на напитки. Судя по привкусу, во рту пасся косяк диких лошадей. Вместе с крупным и мелким рогатым скотом.

Рецепторы, видно, тоже дело безнадежное. С ними много не вспомнишь. Неважно устроен человек. Много недоделок. В стрессовых ситуациях организм приходит в полную непригодность. Мозг отказывается функционировать. Войти в программу совершенно невозможно. Включается и отключается без предупредительных сигналов. Начисто водкой смыло вчерашний файлик. Надо бы программу пивком восстановить.

Другое дело – животный мир, так сказать, дети природы. Что ни говори, но они устроены лучше нас и со знаком качества. Не так давно прочел в научно-популярной литературе статейку о дельфинах. Вот где совершенство-то! Вот где природа расстаралась не за страх, а за совесть! У них, представляете, каждое головное полушарие мозга в автономном режиме работает. Независимо друг от друга. Нет не совсем, конечно, независимо. Какая-то зависимость все же наблюдается. Если точнее выразиться работают они по очереди. По сменам, чтобы понятнее было. Сначала одно полушарие трудится, другое отдыхает, затем наоборот.

Получается, в одном черепке мирно сосуществуют два мозга с ограниченной ответственностью. Только за свою смену. Зачем, спрашивается в задачке, природа позволила себе такой реверанс. Что ей делать нечего кроме как на дельфинах экспериментировать? Мало ей экологических проблем? Оказывается, глубочайший научный смысл заложен в этой игре природы. Получается, что дельфин, хотя сам по себе в подводном мире и не в конце иерархической лестницы обретается, но врагов имеет очень влиятельных.

Чуть зазевался или прикорнул в мутных глубинах – тут тебя акула цап за плавник! Пройдемте, мол, гражданин дельфин куда следует. Или кто другой из семейства хищников на зуб попробовать захочет. Вот и приходится не спать и бодрствовать круглые сутки, дабы выжить и не погибнуть в рассвете сил и таланта. И все эти предосторожности дельфин рассчитывает и предупреждает одной половиной мозга. У них пятьдесят процентов работают, как у нас все сто. Мы по тем же вопросам всем мозгом напрягаемся. Двумя полушариями одновременно пыхтим и не всегда, как говорится, в жилу. А тут одним легко и без проблем.

Есть человеку, за что на природу обижаться. Недодала мать. Ну, зачем, спрашивается, именно дельфинам такие льготы. Был бы я устроен подобным образом, разве мучился бы я сегодня головой? Разве был бы я неполноценный член общества, с утра не опохмелившись. Вчера, предположим, у меня правая половина веселилась, а левая отсыпалась под спазмалгончиком. После позавчерашнего. А сегодня наоборот. Правда, печени пришлось бы туговато. Одна она, бедолага.

Да-а-а-а! Мечты, мечты, где ваша база? Что-то я отклонился в сторону. На философские темы потянуло. У меня с похмелья всегда мысли в разные стороны прыгают. Не соберешь до кучи. Большой разброс. А мыслей, видно, немало. Все в голове не помещаются. Сосредоточимся, соберем их в одном месте и ударим кучно по проблеме. Так что же вчера произошло из ряда вон выходящего? Необходимо непременно установить истину. Трудно, очень трудно. Не получается с наскока. Придется переходить на более легкие напитки. Не зря же народная мудрость гласит, что истина в вине, а не в водке, как многие заблуждаются.

Что же – не беда! Подойдем к проблеме с другой стороны. Проведем осмотр тела. Знатоки говорят, что поверхностный осмотр собственного тела массу информации дать может. Толчок мысли организовать в нужном направлении. Начнем с самого верха. Произведем исследование головы и шеи, постепенно опускаясь вниз. Где тут у нас зеркало? Только что видел где-то.

О, Господи! Ужас-то какой! Без паники, это я зеркало нашел. Да-а-а! То, что там в зеркале отражается – это ещё не рожа, но уже не лицо. Не надо было с головы начинать. Теперь пока испуг не пройдет, не вспомню даже то, что знал. Правда, кое-что можно отметить по первому впечатлению. Синяков на лице и шишек на голове не обнаруживается. Значит, конфликты отсутствовали или полемика была не острой. Без таких веских аргументов, как рукоприкладство. Отпечатков пальцев на шее тоже не видно. Выходит, убеждали каким-нибудь другим способом, и встреча проходила не в душевной атмосфере. Не душили, значит. Странно, но за горло почему-то не брали. Вот, пожалуй, и все наблюдения и выводы по голове и шее. Не густо, прямо скажем. Какая-то нетрадиционная пьянка.

Сверху вниз не получается. Попробуем наоборот. Вознесемся, так сказать, из самых низин к вершинам. А вот и первый серьезный результат осмотра. Носочков-то нет на ножках. Ай-яй-яй! Разувался где-то. С какой же, интересно, целью? С благородной. Чтобы пройти в помещение и не наследить на полу. Хотя для этого достаточно снять только ботинки. Носки-то зачем? Не настолько же я интеллигентен? Или настолько? Непонятно. Быстро не получилось. Необходим контрольный осмотр всего тела.

Так и знал. Трусишки-то наизнанку. Как только перелью через край, всегда на секс сворачиваю. Получается, что когда не работает голова, включаются органы и системы, ответственные за размножение, и начинают функционировать по полной программе. Вместе не получается. Главное при этом не сделать лишних приобретений. С кем же это я резвился, будучи без сознания?

С Верочкой, наверное. Нет. Она сейчас в кожно-венерическом диспансере оздоравливается. А проведывать туда не пускают. Я уже пробовал в прошлый раз. Слава Богу, хоть медицина разум не теряет, а то такие скрещивания происходили бы, что вряд ли генофонд нации сберегся. Значит не с Веркой. С Эллочкой пересеклись! Крошка моя. В сборной по баскетболу нападающей трудится. Не похоже. Ушибов и ссадин-то нет. Не она значит. А жаль!

Из знакомых никто не подпадает под схему. Неужели новая связь? В таком виде? Видно не всю мужскую красоту растратил. Есть еще привлекательные места на теле. Ладно, о любви ни слова. Подождем конца инкубационного периода, пошепчемся с венерологом, а там видно будет.

Пойдем дальше. Продолжим исследование. Изучим золотую середину между шеей и носками, которых нет. О-о-о! Рубашечка обнаружилась. Прямо на мне. Сросся я с ней, что ли? Белая раньше была как снег. Лет десять назад или пятнадцать. Теперь больше радугу напоминает. Что же это за краски такие сочные. И запах как из ресторана. Понятно. Это все, что от вчерашнего обеда сохранилось. Или ужина. Вот когда я все вспомню-то. Вот, что толчок к просветлению ума даст.

Главное восстановить в памяти, что на столе было. А рубашечка нам в этом поможет. Моя рубашечка – зеркальное отображение вчерашнего стола. Так чем же мы вчера закусывали? Винегретик был – это очевидно. Капустка моченая, грибки и картошечка на сливочном масле. Чем там еще угощали? Вот явно просматривается салатик мясной, селедочка и птица жареная. Нет, птица жареная была не вчера. Поскольку жирок прогорклый и слегка отдаёт. Где-то месяц назад птица прилетала. Но все равно как хорошо следы ее пребывания сохранились.

Да… накрыто по богатому. А чем запивали? Водочка «Немиров» и «Шустов», томатный сочек. Что же это мы так отмечали? У меня в квартире таких деликатесов уже лет десять, как не водится. Интересно, квартирка-то хоть моя? Комнатка, вроде, похожа. Диванчик мой, стульчики тоже и стол очень похож. А челюсти под столом не мои. Мои при мне и съему не подлежат.

До каких вершин медицинская наука докатилась. Человеческие запчасти как какие-то подшипники вокруг разбросаны. Бери, меняй старое на новое и живи вечно. А может, не моя это квартирка с челюстями. Схожу-ка я на кухню. Я всегда свою квартирку по кухне узнаю. У меня через весь потолок трещина, в углу – паутина и восемь штук пауков контролируют численность мух и тараканов. Следят, что бы их популяция ни превышала допустимых норм. Я каждого охотника лично в лицо знаю, не спутаю.

На кухню нам идти через коридор. Так. Что это у меня в коридорчике лежит на полу? Человек какой-то бесхозный валяется. Откуда он здесь взялся при закрытых дверях? В форточку надуло, что ли? Совершенно незнакомый старик у меня в квартире обретается. Что он здесь делает? Может, грабитель, какой? Чего тогда спит на работе? Не трудится по специальности? Или какого-то родственничка черти принесли с попутным ветром?

Ох ты, Господи! Что-то я сегодня не совсем твердо на ногах стою. Что-то меня все время трясет, раскачивает и бьет об стенку. Невозможно в вертикальном положении удержаться. Каждое утро такое землетрясение происходит. Куда только сейсмологи смотрят, погибели на них нет? Предупреди они заранее, может быть я и не пил бы столько.

А вот и телефончик звонит. Или кто-то в дверь царапается? Нет, все-таки телефончик. Алло! Да это моя квартира, как выяснилось в самый последний момент. Правда, остались еще вопросы. Вот тут на полу не совсем понятно, что валяется. А это кто звонит? Валя? Здравствуй, Валюша! Сто лет тебя не видел. Вчера видел? Простите, это какая Валя? Что-то я по голосу не очень.… Нет, я точно Федор Индюков. Не сомневаюсь, хотя могу уточнить по паспорту. Одну минуточку. В паспорте все совпадает.

А ты свой паспорт смотрела? И так знаешь? Ну, извини. Так какие у нас проблемы? У меня проблемы? Что-то с утра плохо вспоминается. Напомни. Так я вчера на свадьбе был? Очень похоже. А я все думаю, голову ломаю, откуда такие яства в наше трудное время? Ну и кого мы вчера пропили? Кто этот счастливец интересуюсь? Я – этот счастливец?! Ты намекаешь, что это я женился? На ком? Конечно, мог бы и не спрашивать. Кому бы я еще понадобился в такую рань?

Вынужден Вас огорчить, девушка. Уже не девушка? И давно? Со вчерашнего дня? Это ты на меня намекаешь? Неужели я это смог наконец-то? Разыгрываешь. Серьезно? Не верю. Еще раз в паспорт посмотреть? И что там надо смотреть? На что обратить внимание, спрашиваю? Какой штамп? Да, есть. Документ испорчен окончательно. Кого-то вписали. Тебя вписали? Кто посмел паспорт пачкать? Работники загса. А не ты сама расстаралась? Нет? Как это ты меня так убедила без травм и удушений? Что все время плакал и маму звал? Наверное, без сознания был. На автопилоте.

Ты смотри, из собственной свадьбы ни одного эпизода не вспоминается. А еще говорят человек – хозяин своей судьбы. Шутят, наверное. Хорош хозяин – ни прошлого, ни будущего. Только мерзопакостное настоящее. О чем я детям и внукам рассказывать буду на старости лет, если доживу после таких стрессов. Да я понимаю, что ты сочувствуешь. Как это куда я вчера пропал? Да я нигде и не находился. До сих пор в творческом поиске по квартире рыщу. Ищу собственное «я». Потерял где-то. Можно уже прекратить? Понятно. Теперь-то ясно где был, что делал. Спасибо тебе за все. Нет, я не прощаюсь. Не надо ругаться матом.

Я понимаю, что женился и это надолго. Как надолго? Думаю, месяца на два, ну два с половиной максимум. Нет, я счастлив, насколько это возможно в моем состоянии. Я понимаю, что жизнь круто изменится. Ты об этом позаботишься. Я скоро почувствую на себе силу твоей любви. Как скоро? Уже сегодня? А время на адаптацию тобой не предусмотрено? Понимаю, что надо торопиться, пока клиент с крючка не сорвался. Какой клиент? Неважно? А мы что вчера еще и на рыбалке были всей свадьбой? А образное выражение. Понимаю, сами не без образования.

Ну, хорошо. Извини, у меня здесь дела поднакопились. Как-нибудь увидимся. Через час увидимся? С кем через час увидимся? С какой мамой увидимся через такое короткое время? С общей мамой? Нет, я сирота. Нет у меня не общей мамы, ни персональной. Уже есть? А как она называется? Теща! Ну и имя! Понимаю, что не имя, а статус. Нет, я никого не оскорбляю. Это я так шучу. Нет, сегодня я с мамой встретиться не в состоянии. Да, не в форме. Это ее не огорчит, что я без формы? Она и не такое видела за свою длинную жизнь?

Я понял. Куда ехать? За мной приедут? Значит, полного доверия пока нет. Частичного тоже? Понятно. А то я тут размечтался. А кто приедет? Папа? Какой папа? Тоже общий? Уже выехал? Бывший спортсмен? Борец? За независимость угнетенных народов? Нет? Самбист? Спасибо, учту. Думаю, у нас с тобой будет любовь до гроба. Нет – до моего гроба. А папа давно выехал? Времени почти не осталось. Послушай, может мои вопросы покажутся тебе немного странными. Заранее прошу меня извинить. Ты не напомнишь, мы давно знакомы? Ну, когда познакомились мы, подружились? Вчера? Но сразу друг другу подошли, понравились. Тебе так показалось? Ты уверена.

Думаешь, любовь с первого взгляда случилась? А причем здесь беременность? От первого взгляда этого не бывает, я точно знаю. Как это не важно? Еще как важно. Я не капризничаю. И истерику не закатываю. Могу не сомневаться – ребенок мой? Ребёнок какой-то получается суточный, как щи. Что – девять месяцев уже не ждут? Отменили постановлением Кабмина? Понимаю, время поджимает. Дело-то выходит политическое. Как уголовное? А чем докажешь, что эта скороспелка от меня? Какая экспертиза? Медицинская? Что у вас там всё схвачено? Это надо же какой у меня взгляд плодовитый.

Вижу, ты обо мне знаешь больше, чем я сам. Ты не сомневаешься. Хорошо. Тогда вопрос на засыпку. Не знаешь, что у меня здесь за старик валяется в прихожей? Нет челюсти не при нем. Разбросаны по квартире в хаотическом беспорядке. Твой дедушка. Приставлен за мной присматривать? Кем приставлен? Понятно, глупый вопрос. А чего он в морской форме? Боевой флагманский офицер царской армии? Нет, я понимаю, что бывший, не настоящий. Да дедушка – это уже история.

Кстати, тебе-то сколько лет? Сколько? Это тебе или твоей маме? Тебе. Это ничего, что я с Вами на «ты» разговариваю. А с беременностью Вы ничего не напутали? Возраст все-таки, знаете ли, не шуточный. Да я понимаю. Бывает и не такое. Да не расстраивайтесь Вы так. Не брошу я Вас. Что я каких-то три года потерпеть не смогу? Хотя судя по дедушке, Вы из долгожителей. Какой симпатичный старикан. Как с комфортом расположился. Голова на унитазе, а ногами прихожую перегородил – не пройдешь. Сам без сознания, а лег так удачно, что через входную дверь не выскользнешь. Бдит.

Видно Ваш старикан не во флоте нырял и плавал, а в конвойных войсках службу проходил. Чувствуется школа! Сам до того напился, что полностью сознание потерял, а туда же присматривает. В замечательную, видно, семью я попал! Как старика выдрессировали! А почему он без бабушки? Сидит бабушка! Это и понятно, кто, где работает, там и родственников пристраивает. Менталитет такой, ничего не поделаешь. На лавке сидит? Ну, это куда ни шло, лавка не нары. Звонят. На этот раз в дверь. Папа Ваш приехал. Так, что до встречи двух любящих сердец. Скоро увидимся, любимая!
 

Женатый я!!!

(ЮРИК)
 38    2020-02-12  2  562
(анекдот)

Выпил я как-то для порядку, совсем немного.
Когда я много выпью, какой уж тут порядок.
Вдруг в голове резко так щёлкнуло, ну вроде как что-то выключилось, а скорее включилось. Прямо как выключатель, громко так.
Подумалось ещё, эко диво какое. После этого щелчка, диво и произошло.
Всё вдруг заиграло, заблестело, в голову радость доселе невиданная вонзилась, ноги прямо в пляс просятся. Видимо водка правильная попалась.
Хожу сам себе песни под нос напеваю, а сам думаю, и что же мне этакого приятного сотворить, чтобы всем радостнее стало.
Первым делом о жене подумалось, эх, а может ей букет цветов подарить..…
А сам думаю, вряд ли обрадуется. Как увидит букет, так подумает ещё чего-нибудь непотребное, ну вроде как к бабе другой собрался, а её дома нет, вот и притащил букет назад, не выкидывать же такое добро.
Нет, точно не обрадуется, да ещё про трусы наизнанку вспоминать начнёт.
Был такой грех, вернулся под утро, а трусы наизнанку.
Вот где драма была. Нет цветы это слишком.
Радость как –то мрачнеть стала, ну я и налил себе ещё немного в стакан гранёный. Нет не полный совсем. Полный по край нельзя, вдруг рука дрогнет. Водка прольётся, вот и налил по поясок всего лишь.
Выпил медленно с оттягом. Родственник покойный из моего детства так пил. Спросил я его как-то, что же он так долго пьёт её, да ещё морщится так, что смотреть жалко. Тут –то и открыл он мне секрет.
Медленно пью, страдальчески как бы, чтобы горечь жизненную постичь.
А что это залпом влил в горло, огурец в рот тут же. Так совсем ничего не поймёшь, а вот с оттягом, пусть и мучительно, но весь вкус её родимой через тебя медленно так проходит, тут и начинаешь понимать всю суть жизненную.
Вдруг в мозгах опять что-то щёлкнуло, якобы суть включилась.
Горько мне что-то стало, радость вся испарилась напрочь, только и успел подумать, хоть бы уж баба не пришла под горячую руку, а то вся горечь ей достанется.
Закручинился я, сел на крыльцо и мысли тут горестные в мозги полезли.
Прямо одна на одну и всё горче и горче.
Ну думаю мать иху ети, так и свихнуться можно.
Встал с крыльца, прошёл туда, сюда по двору, а мысли эти горькие прямо как змеи в голове клубком. Вот и привели они меня, мысли эти горькие назад в кухню, а там в буфете ещё бутылка стояла, ну я из неё тоже в стакан.
Хлобысть, на этот раз залпом, чего зря тянуть.
Тут и подвалила она меня, прямо на диван повалила.
Всё в башке закрутилось колесом, а потом колесо якобы остановилось, или с бугра помчалось. Всё перед глазами вроде наперегонки понеслось, а потом туманом всё заволокло, сединою белою покрылось.
Будто через облака плыл и вдруг вынырнул.
Ясно так всё солнечно, все такие радостные, здороваются, бабы особенно приветливы, улыбаются, одна этаки прямо по голове погладила. Ух думаю, не иначе как в рай попал, а бабы всё ближе, ближе и ластятся вроде, а в руки взять не могу, немощь что ли какая навалилась.
Тут они прямо к штанам руки тянут, а я чувствую сил нет.
Вот позорище думаю, да как закричу на них.
- Ну-ка отошли дуры, женатый я. Испугались они верности моей и удалились. Тут вроде два злыдня ко мне, потихоньку так подговаривать начали, мол давай банк ограбим, жизнь исправится целиком.
Заживём круто, с деньжищами, не жизнь, а малина.
Так то оно так думаю, а если за шкирняк возьмут, да на долгие годы.
А как же родненькая моя, вдруг такого дурака ждать не станет.
Отогнал злыдней, громко так проорал, что не по мне это, женатый мол я.
Не сон, а чертовщина какая то.
А я этой чертовщине всё не поддаюсь, проснулся весь в испарине.
Жуть прямо, а сам думаю лучше уж баб не отгонял бы, такие сладенькие были, жаль что во сне. Сел на диване, голова раскалывается, во рту сушняк ужасный. Сижу до крана шагов несколько, а встать не могу, ноги, как ватные, отнялись якобы. Тут родненькая моя, и стакан водички и бутылку принесла, похмелись мол. Вот думаю, свихнулась либо, что это с ней, а как гранчак саданул, так и вспомнилось.
Женатый я.
 

Бросить курить

(Николай Зубец)
 13    2020-03-25  0  370
Отец пробовал бросать курить постепенно, но не получалось. Старался отвлекаться мятными конфетками. Мучился и срывался. Он был настоящим курильщиком – сам даже табак выращивал. Когда начал курить, не знаю - человек войну прошёл, тогда некурящих, наверно, почти и не было. Но однажды собрал силы духа и бросил резко.

Мне не очень удобно про это писать, тем более морализировать и поучать – ведь я некурящий, вообще не курил никогда. Ну, в школе баловались для показухи ментоловыми сигаретками. Как-то с другом купили по настоящей гаванской сигаре – хотели по высшему разряду насладиться, ведь образ преуспевающего человека обычно рисовался с сигарой в зубах. Какой там у него, у дяди Сэма, например, моральный облик, кого эксплуатирует, кому войной грозит – вопрос другой, но что он явно наслаждается, держа в зубах сигару, было видно на любой картинке. Это же скрытая реклама курения, побочный эффект политической пропаганды. Так вот, купили в главном табачном магазине сигары, пришли в лучший парк города, уселись на главной аллее, на удобной лавочке, посмаковали вкус ещё незажжённых тугих скруток из экзотических заокеанских листьев. Вкус и запах, правда, очень напомнили обычные табачные листья, которые отец раскладывал сушить на газетах. Но мы предвкушали! И так закашлялись, так поперхнулись дымом, так стало муторно, что больше я ни-ни. Дружок, правда, курит и сейчас, а мне вполне хватило ударного тест-драйва.

А, вот, брат пробовал бросать куренье многократно и всегда именно резко. Постепенность – не его стиль. Вообще это был сгусток воли и решительности. Что задумывал, всегда выполнял, как бы ни было трудно. Решил – сделал! Крепок был духом и телом – первые разряды по плаванью, боксу и фехтованию. Легко ходил на руках. С курением, вот, никак не получалось завязать. Один раз он год почти держался, но… Попытки отчаянные были, драматические даже, а часто и забавные.

Вот эпизод один. Тогда он в Курске жил, в Воронеж приезжал частенько, а я к нему мотался и на мотоцикле. Летом было дело. Мы с женой с юга вернулись. У неё отпуск кончился, а у меня ещё оставался. Уехал с другом на природу с палаткой. Через пару дней друга там оставил, а сам примчался на мотоцикле в Воронеж подкупить продуктов. Домой просто для порядка заскочил. Глядь - а там братишка мой любимый! Внезапно появился, тогда это легко получалось - ещё кукурузники летали на местных линиях. Он рассчитывал со мной пару деньков провести, на мотоцикле покататься, а я вроде как с другом завязан. Друга домой вернуть – неудобно, конечно. Зову брата присоединиться к нам, думаю, палатка вполне троих вместит. Однако чувствую, что вряд ли согласится, на одном месте сидеть он совсем не охотник, да и приятеля моего недолюбливал. Но что ещё могу предложить?

А брат предложением заинтересовался. Уточнил, нет ли там поблизости магазинов, и, узнав, что нет, к моей радости, согласился. Задумал он бросить курить – вот, в чём дело. Самые трудные первые дни с нами на природе перебьётся, а там легче вроде дело пойдёт. Отлично! Собрался быстро, но бутылочку портвейна захватить успел.

Прекрасно всё! Вот, мы уже на месте. Общаемся втроём и весело, и дружески. Вода в реке прохладновата – начало сентября. Но не беда, зато безлюдье полное, почти как летом солнце, приволье настоящее. А первый вечерок вообще отличный вышел. Костёр большущий развели и под лиловым небом купаемся в ночной реке, пьём мятный чай с портвейном, а прямо из Америки через транзистор Уиллис Коновер нас услаждает джазом. Брат был в ударе – рассказывал истории, читал стихи и даже в отблесках костра подпел разок транзистору. В палатке улеглись вполне комфортно, над анекдотами хохочем.

Неплохо начался и следующий день. Опять купались, по лесу гуляли. Грибов набрали, жарили. Но, вот, под вечер братец стал сникать. Понятно всё, что происходит с ним, но так противно слушать, как нудно милый братец спорит с моим другом – и надо же, на исторические темы, дурацкая дискуссия всё про царей каких-то. А тут ещё беда – на другом берегу, прямо напротив нашей палатки, где пустой пляж уже закрытой турбазы, вдруг на полную врубают музыку. Большущий динамик прицельно направлен на нашу палатку. Мы в эпицентре шлягеров всяких, они, я вижу, брата жутко раздражают. Особенно Лесной олень, которого почаще повторяли:

Умчи меня, олень,
В свою страну оленью.

Меня удивляет, но почти не трогает это мощный концерт в безлюдной местности, а брат заводится и не то в шутку, не то всерьёз предлагает разбить их динамик.

- Да что ты, братец!

Но эти децибелы внезапно нарушили нашу изолированность, обесценили её и лишили задуманного лечебного действия:

- А можно там курево купить?
- Да нет там ничего и никого. Только сторож дурачится с музыкой.
- Есть тут работающие турбазы?
- Братишка, не сдавайся, пожалуйста!
- Ты не понимаешь!

Большая, круглогодично действующая база была как раз на нашем берегу, но вдалеке. Уговорил. Но это же капитуляция! Хмуро бредём по тропинке, а над нами, продираясь сквозь ветви кустов и деревьев, незримо реет белый флаг. Вот и турбазный ларёк. Продавщица как раз вешает замок на дверь, рядом стоят Жигули - муж собирается везти домой. Упрашиваем продать сигарет – она даже не отвечает. Облом.

Пытаемся хоть одну сигаретку сшибить у отдыхающих, но только двое встретились, оба некурящие. Полный облом.

Возвращаемся по берегу тоскливо. Никто даже не принял позорную нашу капитуляцию. По усмотрению теперь противник будет поступать! Небо в тучах. Хочу братишку я отвлечь, встряхнуть, но лишь на колкости всё нарываюсь. Плохо ему, лицо посерело.

Пока мы ходили, друг ужин приготовил, турбазное радио молчит, слава богу. Только поели, стал дождик накрапывать.
   
Сидим в палатке, слушаем стук капель. Не промокнет ничего – я всегда палатку накрываю полиэтиленом, закрепляю края прищепками. Рановато ещё спать. Брат мается. И тут, перекрывая шелест дождя, с удвоенной громкостью загрохотало радиовещание:

Умчи меня туда, лесной олень!

Братишка перекривился: «Ну, не могу этого выносить!»
А динамик орёт:

Со мной лесной олень
По моему хотенью…


Спасать надо брата! Хоть как-то хочу ему помочь. Разделся, под дождём вытащил из мотоцикла плоскогубцы, речку переплыл, как диверсант, нашёл провод, идущий по кустам вдоль тропинки к турбазе, и перекусил. Даже для надёжности пару метров отхватил и выкинул подальше.

Вернулся, а там уже не до оленя лесного – жаркая склока опять про царей, но уже на грани личных оскорблений. Еле унял распоясавшегося братца. Транзистор включил – хоть известиями какими отвлечь. Но только треск оттуда – началась гроза, дождик в ливень переходит.

Улеглись спать. Уютно в сухой палатке во время дождя! Сейчас бы снова анекдотами заняться, забавные истории неспешно рассказать. Но брат ворочается всё, вздыхает. Спросил, далеко ли отсюда до дома. Далековато, километров пятьдесят.

- Утром отвезёшь?
- Отвезу, конечно. Спи!

Лежим молча, грозу слушаем. Молнии блещут сквозь палатку, громы грохочут. Когда показалось, что все заснули, брат вдруг вскочил и просто взмолился:

- Я уж не спрашиваю, любишь ли ты меня, но если хоть капельку уважаешь, отвези!
- Отвезу же. Что с тобой?
- Прямо сейчас! У меня там полпачки осталось.
- Уж за полночь. С ума сошёл! Смотри, как льёт!
- Умоляю! А то – пешком пойду.

Таким раздавленным я никогда не видал своего старшего брата. Всегда он был логичен и рационален, а тут – просто истерика. Так жалко его стало!

- Одевайся.

Друг отвернулся к стенке и с головой укрылся одеялом, ему-то за что достаётся такое наблюдать! Под ливнем завожу мотоцикл.

И мчит меня олень
По моему хотенью…

Сквозь завесу дождя, в которой напрочь теряется луч фары, по раскисшим тропинкам, по просекам лесным.

Где сосны рвутся в небо,
Где быль живет и небыль,
Он мчит меня туда, лесной олень.

Под ливнем на мотоцикле – это, как в проруби студёной плескаться. Дома я сразу в горячую ванну нацелился, а братишка прямо в мокрой одежде ринулся к начатой пачке и жадно затягивался с очень виноватым видом, стараясь прятать глаза.

А вот ещё эпизод. Уже брат жил во Владивостоке, куда так просто не съездишь, но у меня туда командировка получилась. Утром встаю, а брат с женой уже на кухне, вид у него торжественный, изрекает:

- Ты присутствуешь при историческом моменте – я бросаю курить!

Сразу Лесной олень на ум пришёл, и выраженье моего лица, наверно, это показало, но брат невозмутимо:

- Зря ты морщишься. Это твёрдое решение.

Обычно он курил, что покрепче – Беломор, Приму, - а здесь распечатывает пачку каких-то дорогих сигарет и ритуально, неспешно выкуривает одну. Мы с его женой наблюдаем, но она как-то отрешённо к этому действу относится, без энтузиазма. Открыла форточку, я думал для проветривания, но брат сразу прикрыл и ещё одну сигарету быстро выкурил, потом даже третью начал, но, не докурив, скомкал красивую пачку, и картинно вышвырнул в форточку:

- Всё! Запомни этот день.

Да, день у меня выдался насыщенный, выступал на конференции. Вечером снова на кухне встречаемся. Дело было зимой, и брат со вкусом готовил согревающий глинтвейн, стихи читал, боролись мы, дурачились, пели, много смеха. И вдруг сникает он и неожиданно:

- Попробуем найти те сигареты?

Дааа… Опять белый флаг! Зима, мело весь день нещадно, с седьмого этажа летела пачка, а дом ведь на семи ветрах на сопке примостился. Однако же, пошли, обшарили периметр. Время позднее, магазины, конечно, закрыты, да их и нет поблизости. Киосков никаких тогда ещё не знали. И у прохожих не сшибить – их тоже нет, нет даже улицы нормальной – здесь хаотично все дома раскиданы на сопке. Опять нет шансов никаких найти нам курево.

Домой вернулись. Брат не успокоился, берёт пакет, и мы идём искать бычки – недокуренные сигареты. На лифте методично объезжаем все этажи и рыщем. Находим что-то, но не на каждом этаже. Соседние подъезды обошли – благо тогда они ещё никак не запирались. Кулёк наполнили почти.

Опять мы на кухне. Брат со знанием дела крутит «козью ножку» из газеты и набивает её табаком из окурочков. К моему удивлению жена взирает на это спокойно. «Козья ножка» изрядной получилась. Раскуривается с жадностью, и постепенно к брату возвращается так неожиданно испарившаяся умиротворённость, исчезает нехарактерная суетливость, опять спокоен он, великодушен, и даже вновь его любимые стихи звучат.

А утром жена отправляется купить сигареты. Опять ритуальное куренье, опять открывается форточка, жена уговаривает не выбрасывать, а просто спрятать подальше. Но пачка всё же вылетает из окна, он твёрдо верит в перелом крутой.

Нужно ли говорить, что вечером опять по этажам с кулёчком ездили?

И мчит меня олень
В свою страну оленью.
 

ДНК

(ЮРИК)
 16    2020-03-27  1  391
(каверза)      

Иван Фёдорович, царство небесное был мужчиной многодетным и довольно таки состоятельным по сегодняшним меркам.
Четверо его детей, были им признанными по рождению, и до восемнадцати лет, он в своё время строго выплачивал неплохие алименты. Со всеми его жёнами у него постоянно не складывалось и все его дети, почему то были от разных женщин, которым он оставлял после себя, всё то, что у него требовали.
После очередного развода, он как бы начинал жить по новому и освободившись от очередного брака, быстро вставал на ноги и продолжал свой очередной жизненный путь.
Фёдорович был деятельным и очень способным человеком и если бы не его периодические разводы, он наверное был бы олигархом.
Но этого не случилось, хотя всю жизнь он был на плаву и всякий раз умело находил свой, одному ему известный выход из всякого каверзного положения.
Последняя его возлюбленная Лика, тоже была законной женой, правда возрастом была чуть помладше его старших детей, собственно она была одноклассницей его младшей дочери.
Детей от Ивана Фёдоровича она не имела, хотя как все говорили, очень этого хотела.
Умер Фёдорович мгновенно, совсем неожиданно, обширный инфаркт, вот так запросто, взял и умер.
После помина девяти дней, в его доме собрались все, кто по своему любил отца и как-то надеялся получить кусочек наследства от усопшего батюшки. Бывших жён не было, а вот дети и внуки собрались все.
Поначалу никто и не обратил внимания на пришедшего помянуть умершего незнакомого мужчину, который сидел в самом конце стола.
И только после закончившегося обеда, когда остались все свои, новоиспечённая вдова объявила, что это нотариус, который имеет полное право огласить последнюю волю покойного.
Вдова пригласила мужчину к столу у камина, а все присутствующие расселись кто на диване, кто в креслах, а кто на лестнице ведущей на второй этаж, огромного дома .
С самого детства, неожиданно случившуюся вдову никто не называл полным именем. Для всех она была просто Ликой.
А Анжеликой её называл только Иван Фёдорович, когда очень сердился, одним только именем оповещая, что ему что-то очень не нравится.
Нотариус представился. Всем показалось очень странным его имя отчество, Александр Владимирович. Судя по его виду, ему больше подходило к примеру Моисей Аронович, или Марк Соломонович.
Он медленно вскрыл пакет и торжественно приподнявшись, прочитал довольно короткий текст.
По сути текста, все было совершенно ясно.
Квартира в центре города достаётся Анжелике, а всё остальное имущество (дом, катер, база приёмки металлолома, автомастерская, автомойка и прочее прочее) Достаётся в равных долях его настоящей жене и детям подтвердившим своё ДНК, т.е. являющихся ему родными и соответственно прямыми наследниками покойного.
- Всё правильно, проговорил старший сын Антон.
Выставим всё на продажу, а вырученные деньги разделим поровну.
С этим решением трудно было не согласиться, спорить было не о чем, потому что всем доставалось в равных долях.
Тут встала Лика и как бы между прочим напомнила, что в завещании имеется всего лишь одна небольшая загвоздочка. Им всем в смысле детям, нужно пройти анализ ДНК, так требовало завещание.
Ну, вот насмотрелись телевизора, загалдели все, но спорить опять было не о чем.
Они как-то засуетились, начали вставать со своих мест, но Лика подошла к столу, подняла какие- то бумаги и попросила тишины.
- Дело ясное, и абсолютно всё правильно, но извините меня, мне бы хотелось вам заявить, что это не совсем так.
Я с Иван Фёдоровичем прожила пятнадцать последних лет и как видите, почему то у нас не было детей, хотя я обошла все ближайшие и даже две московские клиники, пытаясь понять в чём дело. Так вот опираясь на заключение трёх клиник, имею полное право сообщить вам дорогие мои.
Иван Фёдорович не мог иметь своих детей…..
Вот только поэтому и есть такой пункт в его завещании.
Мгновенно наступила гнетущая тишина.
- Да не может быть. Как такое могло случиться, изумлённо проговорил Антон и судорожно взяв одну из бумаг начал читать. Да не может такого быть.
- Может, или не может, спросите Вы у своих матушек, -спокойно проговорила Лика и тут же продолжила.
А вот про тебя Антон, он изначально знал, что ты не его сын. Он взял твою мать уже беременной, после того, когда насмерть разбился твой родной отец, его друг. Прикинь, тебе сорок лет, а ты этого не знал ни сном не духом, а алименты тебе он исправно платил все восемнадцать лет и матушке вашей, судя по документам немало досталось.
Так что ребята, предлагаю ни о чём не спорить, жду вас после анализа ДНК, за своей долей.
 

Адамыч и Коля.

(ЮРИК)
 20    2020-03-06  0  403
Здорово, Коль, клюёт что ль?
-Здорово, да вроде клюёт. Так не сказать, что особо, нехотя как-то, да всё больше мелочь. Ты подальше–ка сядь, а то вдруг опять зацеплю.
Коля, был далеко не пацан, но все пацаны его звали по имени, хотя на работе он был, Николай Иванович и был он там уважаемым человеком, как говаривали, очень сильно-грамотным бухгалтером.
Только вот бухгалтером он был, с длительными перерывами.
Работал до тех пор, пока не срывался и не уходил в долгий запой.
С работы ему делали бюллетень, а если не выходил, то просто увольняли, и вот тогда он частенько сидел на берегу речки и запросто, не взирая на время суток ловил рыбу. Удочки у Николай Ивановича почему то были всегда огромной длины и чтобы закинуть леску с наживкой подальше от берега, он размахивался удилищем через голову и со свистом запуливал подальше от берега.
Он всегда строго отгонял пацанов, чтоб по случайности не зацепить за ухо.
Такую вот экзекуцию я и испытал один раз на своей голове.
Да благо леска обхватила петлёй башку и крючок никуда не вонзился захлестнувшись за леску. То есть никто не пострадал.
Только матюков Коля, отпустил столько и так громко и выразительно, что опосля я и близко не подходил, садясь в сторонке наблюдать за его поплавками.
С самого детства Николай Иванович был инвалидом.
Одна его нога была как-то неестественно вывернута и при ходьбе он сильно хромал, а в крепком подпитии, отчего-то теряя равновесие, всегда падал на спину. После падения с трудом поднимался и продолжал свой путь домой. Женатым он почему то никогда не был, жил с пожилыми родителями, хоть и имел постоянный интерес к красивым женщинам.
С интересом рассматривая, каждую попавшую на глаза незнакомую особу.
- Вон поглядите, какая пошла.
Что вы тут зря сидите, делать вам нечего, только рыбачить мешаете. А девки, они внимание любят. Их вниманием и разговором привлекать надо, а то расселись здесь. Ух, я вам засранцы вы эдакие.
Был у Николай Ивановича друг, тоже страстный рыбак, гораздо старше самого Николая.
Но тот любил рыбачить сетями на лодке и даже иногда торговал своим пойманным уловом. Все звали его просто Адамыч. Хотя полное его имя, было очень редкое в наших краях, полностью он был Константин Адамыч, с редкой фамилией Дуколь. Старуха у Адамыча умерла рано, до самой смерти работала в ларьке продавщицей, и была побольше Адамыча раза в два.
А вот умерла рано, я и не помню по какой причине.
Вот поэтому и превратился небольшенький домик Адамыча, в тихий алкоголический притон, куда все бедолаги заходили, чтобы принять на грудь, или подлечиться. Благо, что ларёк с горячительными напитками находился в аккурат через улицу.
Адамычу соответственно все с уважением наливали, и с каждым прожитым годом статус рыбака и нормального человека падал всё ниже и ниже.
И откуда только в наших краях появилась толстая баба лет сорока пяти, пятидесяти, скорее её сослали из города к нам на воспитание.
Были в наших краях в ту пору такие ссыльные. Пила она страшно, и частенько не дойдя до дома, ложилась спать на какой-нибудь лавке, или там, где отключилось её сознание.
Звали её Манька, а если целиком, то просто Манька Кулакова. Вот как-то и увидели мы с пацанами, что Манька отключилась на лавке у деда Ивана.
Напротив лавки стояла огромная телега на деревянном ходу, на которой хозяин возил сено домой для своей лошади, с огромным трудом, количеством десяти пацанов, мы уложили Маньку на эту телегу и со страшным грохотом несколько раз прокатили по улице. Манька совсем не реагировала, она огромной кучей лежала на телеге и все её телеса мясистым холодцом тряслись на кочках.
Оказывается тяжела жизнь у лошадей. Мы быстро познали это надрываясь таскать телегу по улице. В завершение концерта мы подогнали телегу к дому Адамыча и оставили там, вместе с отключенной Манькой.
Каково же было наше удивление, когда мы увидели, что Манька стала захаживать в дом Адамыча и чтобы не спать где попало, частенько оставалась там. Вот мы и решили посмотреть, а что же они там делают.
В один из вечеров, мы увидели, что пьяная вдрызг Манька с авоськой, из которой торчали бутылки водки, приблизилась к дому Адамыча и постучав в окно, открыла калитку и вошла во двор. Мальчишеское любопытство напрочь овладело нами и мы подойдя к дому с улицы, стали подглядывать в окна.
За столом сидели трое, Адамыч, пьяная Манька и Коля, они о чём-то оживлённо разговаривали, выпивали и все трое курили. Тут Манька встала и по пьяному сшибая косяки, войдя в зал хотела прилечь на диван, но вдруг к ней подошёл Адамыч и уперев голову Маньки в диван, задрал платье.
Мы к нашему стыду, во все глаза смотрели на происходящею экзекуцию. Адамыч расстегнул штаны и начал пристраиваться сзади, но Манька упала.
Он опять с огромным трудом установил её в нужную стойку и опять начал пристраиваться, всё повторилось, Манька опять завалилась и всей кучей упала на пол. Тут Адамыч видно позвал Николая и они вдвоём стали опять устанавливать пьяную Маньку в нужную им стойку, но тут кто-то заржал и нас услышали.
Свет погасили.
Что там творилось дальше, мы не видели.
Только через пять минут дверь избы отворилась и совершенно голая Манька, со страшным криком выскочила во двор и выбежала на улицу.
Мы кинулись врассыпную, а она видно сообразив, что абсолютно голая, вернулась обратно.
Когда мы возвратились к окну, за столом сидели трое и мирно пили.
Так и осталось загадкой, что же там стряслось с пьяной Манькой.
Чем её могли напугать два абсолютно пьяных старик и мужчина, до того, что она голая, со страшным криком, стрелой выбежала на улицу, правда потом вернулась и спокойно, как ни в чём не бывало, продолжила пьяную оргию.
 

ЕСТЬ ЖЕНЩИНЫ, КОТОРЫМ ИДЁТ ВСЁ…

(Соломон Ягодкин)
 9    2020-03-26  0  395

Есть женщины, которым идёт всё, и чем меньше, тем лучше. Экономия сумасшедшая получается, они ещё за это нашему брату-мужику спасибо скажут...

Самое невинное существо – проститутка, она ни мыслей, ни чувств не имеет, в том числе, и греховных. Не до пустяков ей, бедняжке, и Madam, и «коту», словом, всем плати, а все мысли и чувства потом, на пенсии, да и то, если самой не удастся до этого самой пенсии своё «дело» открыть...

Любой публичный дом подобен моргу, где всё уже тоже – в прошлом. И тогда остаётся только мемуары писать, но только уже, в гробу...

Штукатурка наносилась так аккуратно, что все её уважительно называли косметикой. В приличных заведениях вообще очень ценились все заграничные слова...

Если не до конца покраситься, получается жутко ненатурально, так что вывод один: «Краски не жалеть!», тем более, если по дешёвке удалось её раздобыть аж целое ведро...

К женщине, которая по уши в косметике, не придерётся даже самый капризный из мужиков: значит – любит! А иначе, зачем после каждого душа себя с головы до пят так безжалостно мазюкать?..

Тело было доброе – жиринка к жиринке, а иначе кому понравится, если ты в экстазе начнёшь костями греметь, и тем самым в любовную музыку вносить удручающий чечёточный диссонанс?..

Коллективный секс, это уже наше, чисто человеческое достижение, потому что даже у животных такого нет. Слабы оказались ребята подняться над природным эгоизмом: «Сам всё съем, и никому ни крошечки не оставлю!»...

Половые гиганты потому и называются гигантами, что у них всё маленькое, а это – большое. А вот у нормальных людей всё как раз наоборот, причём, начиная с головы...

Когда на девушку никто не обращает внимания, в святом девичьем гневе своём она свирепеет всё больше и больше. И так вплоть до её замужества, когда наконец-то можно малость и отдохнуть. А для профилактической свирепости всегда есть тот, кто теперь (а куда ему деться?) всегда под рукой, всегда рядом...

Озлобленная девушка – это всё та же малолетняя старуха, у которой есть все шансы до седых волос так девушкой и остаться. Но эту «вечную молодость» вряд ли можно назвать подарком Судьбы, ибо злоба, она как оспа, если уж отметила, то отметила навсегда...
 

Молодые тряхнули стариной…

(Соломон Ягодкин)
 11    2020-03-05  3  431

Девушка была хорошенькая, но не более того. И никакими силами нельзя было заставить её или поумнеть или хотя бы поглупеть, лишь бы только не эта мертвящая середина...

Молодые тряхнули стариной и пустились в пляс...

Если ты сексуальный лодырь, то в сексе тебя не спасёт даже самый большой кошелёк, его придумали совсем для другого...

Из двоих любящих кто-то один должен быть умней, чтобы другой всегда оставался прав, а иначе ещё одна ячейка государства пойдёт ко дну...
 

Драконовы зубы?

(Ицхак Скородинский)
 11    2020-03-30  1  391
Враньё, что вдруг, но как-то поутру...
Я, наконец, задумался.
Ну, за что мне судьба такая, десятилетиями сеять в Сети абсолютно неразумное и тут же, на моих же подслеповатых глазах, исчезающее. Без следа...
Этакое вычурное что-то!
Причём, я, как самый последний идиот, надеялся, что исчезновения эти будут похожи на то, как выпал слёзным дождём из новейшей истории кочегар Людвиг Свобода, до конца своей жизни показательно живший во времена своего президентства, как любой чех, проходящий мимо него на улице.
Или Лютер, который Мартин, а после, ещё и его тёзка, Кинг.
Свят, свят, свят, Джордано и Корчак!!!
Но...
Чудес не бывает. И потому мне всё чаще сверлится в голове кода древнего анекдота времён надёжи Хрущёва...
Ждите ответа!
Ждите ответа!!!
Ждите и обрящете. Но, не доживёте ведь, грешные вы, дурни.

А пока что, нами правят следящие за нами из окошек Лексусов, Феррари и, на худой конец, Мерседесов, милые такие, коллективные бабушки Яги.
Из чудесного приморского города Нетания.

И остальные прочие, никогда не влезавшие в автобусы, трамваи и троллейбусы, забитые под завязку совсем уж одряхлевшими стариками и старушками, солдатами и солдатками, колясками с детками и тачечками для перевозки харчей. И иже, иже, иже. Включая парочку наркоманов и, орущего что-то своё, сумасшедшего, в каждом таком средстве передвижения.
Ой, так там же ещё и я примостился и дописываю вот этот свой, оппа опус.
Так, в Сеть его, немедленно, в Сеть!

Эта сволочь ещё не доумерла.
Самой предпоследней.
 

Дарственная

(Анатолий Долженков)
 10    2020-03-28  1  330
Старики народ недоверчивый, пугливый. Жизнь так приучила – ни чему и никому не доверять, особенно если предложения, поступающие от окружающих граждан весьма привлекательны и заманчивы. Когда тебя убеждают, что на каждый стариковский рубль легко зарабатывается дармовая десятка, прожившему многотрудную жизнь пожилому человеку яснее ясного – здесь что-то не так. Предложение явно пахнет аферой. Никакой десятки не будет и рубля, кстати, тоже. Логика прожитой жизни учит соблюдению непреложной истины – не может посторонний человек с улицы или группа лиц ни с того, ни с сего, в ущерб себе, сулить тебе всякие блага и выгоды.

Да, что там посторонний! Иногда родных людей приходится опасаться больше, чем чужих. Наибольшую опасность представляют остро нуждающиеся в финансовой поддержке прямые и косвенные наследники: дети, внуки, шурины, зятья, невестки и прочие близкие и дальние родственники, располагающие полной информацией о размере Вашего материального благосостояния и примеряющие его уже на свой хилый семейный бюджет. Впрочем, случается, бывают и другие жизненные ситуации, когда между родными людьми царит полная любовь и взаимопонимание, а завистливый взгляд со стороны находит во всем этом расчет и выгоду. Согласитесь, такое явление типичным не назовешь. Подобные отношения – большая редкость в семьях. Всегда имеются причины для недовольства.

В одной среднестатистической семье, включающей в себя, как это водится, папу с мамой да пару детей мужского пола, старший из которых дорос до совершеннолетия, возникла стандартная ситуация. Мама одного из родителей, старенькая старушка, достигла столь преклонных лет, что сама по себе, отдельно, без поддержки родственников, существовать уже не могла. Самостоятельное, без посторонней помощи, посещение магазинов, рынков и других мест, с целью приобретения продуктовых и промышленных товаров, стало настолько непреодолимой проблемой, что, как говорится, ни хлебушка купить не получалось, ни молочка к хлебушку.

Дочка быстренько приютила маму в своей семье с тем, чтобы обеспечить надлежащий уют и полноценное питание под конец жизни. Но эта, казалось бы, благородная процедура вызвала перенаселение в малогабаритной трехкомнатной квартире. Один человек на полезной жилплощади был явно лишним. Бабушке весьма доходчиво и внятно прояснили возникшую ситуацию.
- Видишь ли, мама, - расставила все точки над «і» дочь, - раз ты переехала к нам навсегда, Вадик должен поселиться в твоей квартире.

Вадика, старшего сына, родители давно пытались спихнуть к бабке на постоянное проживание. Но, старушка, пока была в силах, отнекивалась от подобных предложений, говоря, что «помощи ей не требуется и она со своими делами справляется самостоятельно». А теперь все. Немощь была на лицо, и приходилось соглашаться с будущими опекунами буквально во всем. Тут же было принято судьбоносное для Вадика решение – бабушка соглашалась оформить на старшего внука дарственную на квартиру и автоматически комната, занимаемая им в квартире родителей, становилась ее постоянным пристанищем. Подобное положение устраивало всех. Дочку с зятем потому, что маму все равно нужно было досматривать, да и подросший сынок уже стал доставать: водил в квартиру девок, устраивал разгульные вечеринки. Такое неудобство слегка раздражало родителей, потерявших вкус к бурному веселью по достижении определенного возраста.

Особенно нервничал папа Вадика и глава семьи Семен Сомов. Несколько раз, выходя ночью по малой нужде, облаченный, как и подобает отдыхающему человеку, в легкую полуспортивную форму, состоящую, как известно, из трусов и майки, он натыкался в темноте на молодых девиц, оккупировавших нужник на весьма продолжительное время. Семен, как водится, человеку интеллигентному, страшно конфузился и стеснялся своего непотребного вида. Он ретировался в спальню и через щель неплотно прикрытой двери отслеживал момент, когда можно будет беспрепятственно проскользнуть к заветной цели. Когда ему все же удавалось прорваться к унитазу, мочевой пузырь был уже растянут как подтяжки на пузе толстяка и давило настолько сильно, что желание сбросить отработанные продукты жизнедеятельности, заглушало все остальные природные инстинкты. Каждый шаг давался с трудом и болью, а в голове всплывал институтский курс по дисциплине «Охрана труда», раздел «Сосуды под давлением». Жена призывала расстроенного родителя терпеть, и не нервничать понапрасну. Аргументы были весьма убедительными.

- Ну не гнать же мальчика на ночь глядя неизвестно куда, - убеждала она мужа. – А здесь он на глазах.
- И на мочевом пузыре, - угрюмо соглашался огорченный супруг, с трудом избавившийся от физиологического дискомфорта. - Никто мальчика и не гонит, - тут же предлагал он компромиссный вариант, - давай выгоним только девочек.

Ситуация, как видим, уже достала обоих родителей, так что, в результате подобной рокировки все оставались в выигрыше. Тихая старушка со своими непритязательными потребностями и уравновешенным ритмом жизни была предпочтительнее шалопутного отпрыска. На срочно собранном семейном совете решили не тянуть волынку и срочно приступить к размену членами семьи. Но, вначале, требовалось узаконить процедуру. Поскольку бабушка могла перемещаться только на короткие расстояния, постановили пригласить нотариуса на дом, для оформления нужных бумаг с соблюдением всех юридических формальностей. Вскоре через знакомых был найден искомый юридический работник женского пола. Два соседа по площадке, за бутылку водки под легкую закусь из бычков в томате и малосольных огурцов, согласились присутствовать на таинстве переоформления квартиры в качестве свидетелей, чтобы в случае чего подтвердить факт добровольного расставания старушки с нажитым имуществом, при здравом уме и ясной памяти.

Внук, после получения бумаги, узаконивающей его права на недвижимость в виде двухкомнатной квартиры, быстро оббегал нужные учреждения, утряс все формальности и в недельный срок вступил во владение жилплощадью, переехав туда со всем своим небогатым скарбом. И в ту же ночь, то ли от пережитых волнений, то ли по причине полного износа организма, у бабушки случился приступ. Дочка с зятем провели всю ночь на ногах, пытаясь облегчить страдания старушки. Все тщетно. Прибывший по вызову врач скорой помощи настоял на немедленной госпитализации больной, поскольку в домашних условиях облегчить ее страдания не представлялось никакой возможности. А утром, прибыв в больницу, бывшую в ту ночь ургентной и принявшую страдалицу в свои более чем скромные апартаменты, родственники узнали, что их стало на одного меньше. Теща Сомова той же ночью приказала долго жить, не отдав никаких других распоряжений.

Дочка, конечно, всплакнула от потери. Мама все-таки, как не крути. Зять же, как человек со стороны, и относящийся к более стойкому в эмоциональном плане полу, переживал несколько меньше. Мало того, он утешал супругу всякими подходящими к случаю словами.
- Что ты так убиваешься? - вопрошал он расстроенную половину, - Бог дал, Бог взял, - констатировал он, делая упор на тот факт, что прожила бабуля не так уж и мало на грешной земле, но больших хлопот близким не доставила. И даже в конце жизненного пути не возложила на плечи родственников хлопоты по ухаживанию за немощным человеком.

Процедура похорон усопшего человека весьма тягомотная и затратная. Тут тебе и место на кладбище купить требуется, гробик, веночки, другие атрибуты, дабы полностью упаковать покойничка в соответствии с общепринятыми традициями захоронения. Поминальный ужин заказать на неизвестное количество персон, поскольку на подобного рода мероприятия никого специально не приглашают. Люди сами идут. Причем на поминках приходится встречать неизвестную публику, которую родственники усопшего не только никогда не видели, но даже ничего не слышали об их существовании. А прогонять нельзя, традиции не позволяют. Все-таки, народ пришел поскорбеть вместе с людьми, понесшими невосполнимую утрату, поддержать их в трудную минуту, а заодно, помянуть покойницу, то есть, бесплатно поесть и выпить.

Да, что там говорить. Непростое это дело предать покойника земле в условиях рыночной экономики. Поэтому простым людям приходится совмещать скорбь по усопшему с хлопотами по захоронению тела, что как-то снижает траурное настроение и более-менее сносно позволяет перенести горе утраты. Отягощенные заботами, дети покинувшей бренный мир старушки стремились как можно скорее совершить процедуру захоронения, когда в квартире раздался телефонный звонок. Глава семьи снял телефонную трубку и услышал на том конце провода знакомый голос нотариуса. Юридический работник ни с того, ни с сего изъявил желание встретиться с покойной мамой, чтобы согласовать какой-то маловажный документ, для соблюдения формальности в квартирном вопросе.

Семен Сомов коротко, из-за дефицита времени, сообщил нотариусу, что формальность эта уже никому не нужна: ни покойной старушке, ни старшему сыну, который и так уже владеет квартирой, ни ему, отцу семейства, настолько занятому приготовлением к похоронам и поминкам, что в гору глянуть некогда.
На той стороне провода повисла напряженная пауза. Наконец замороженный голос спросил.
- Вы, что, подождать не могли хотя бы полгода? – насторожилась нотариус, заподозрив, что старушка не по своей воле покинула этот мир. - Недели же не прошло после подписания дарственной!
- Дальше уже ждать некогда. Все надо делать очень быстро, - пояснил Семен нотариусу, имея в виду процедуру захоронения. – Вот закончим со всеми делами, тогда и приходите, все сделаем как надо, - нелюбезно завершил он разговор, ложа трубку на рычаг.

На следующий день основные приготовления были уже практически завершены: все необходимое приобретено, могилка вырыта, оставалась только забрать старушку из морга, для чего был зафрахтован катафалк, и доставить ее к месту погребения, захоронив в соответствии с устоявшимися традициями. Как человек опытный Семен Сомов решил смотаться в морг с утра пораньше, чтобы уточнить время выдачи тела, и в соответствии с договоренностью, строить дальнейшие планы. Однако медперсонал, занимающийся выдачей усопших, встретил владельца старушки неласково, сообщив, что возникли непредвиденные трудности, и тело получить не представляется возможным без санкции прокуратуры.

- Какой прокуратуры? - не понял Семен глубину мысли медработника. – Какие санкции?
- Вам виднее. Обратитесь в хирургическое отделение больницы, там Вам пояснят, что и как, - загадочно ответил тот, скрываясь за дверью.
Семен ринулся в хирургическое отделение и прорвался на прием к заведующему, где был принят еще более неласково, можно даже сказать грубо. Но подобное хамское отношение медработника его не смутило и даже не расстроило, поскольку ситуация, в которой оказалась семья, была вообще катастрофической.

- Морока с вашей бабкой, - не глядя в сторону посетителя недовольно проворчал заведующий. – Вот теперь прокуратура занялась вашим случаем. Нам только этой проблемы не хватало ко всем прочим неприятностям.
- Какая прокуратура? Каким случаем занялась? – продолжал недоумевать владелец старушки. – Может мне кто-нибудь толком объяснить, что произошло?
- Может, - утвердительно ответил врач. – Районный прокурор, комната двести шесть. Он может. Идите, лечащий врач Вашей мамы уже там и дает показания. Это надо же, еще вчера был врач и уважаемый человек, а сегодня подозреваемый, и даже, если не дай Бог все пойдет не так – осужденный.

Прокуратура оказалась единственным местом, где зятю покойной старушки были безмерно рады. Прокурор, узнав, с кем имеет дело, снизошел до того, что лично принес стульчик посетителю. Напротив стола прокурора уже сидел мужчина с невеселым, покрытым красными пятнами, лицом. Поняв, кем приходился покойной старушке прибывший, мужчина злобно покосился на Семена и что-то недовольно пробурчал. Как впоследствии выяснилось, это был врач, так неудачно пролечивший вчера больную бабушку.

- Очень хорошо, что Вы пришли Семен Аркадьевич, - любезно обратился к Сомову прокурор, - а то мы собирались вызывать Вас повесткой. – Кстати, Вы не знакомы? – спросил прокурор у зятя.
- С кем? – не понял тот.
- Вот с этим господином, - пояснил прокурор, указывая на врача, – именно он принимал вчера Вашу тещу и назначил ей столь неудачное лечение.
- Не знаком, - отрицательно покачал головой Семен. – Впервые вижу. Я что-то ничего не пойму. У меня на сегодня назначены похороны, а тело в морге не выдают. Сказали, выдадут только после вашего распоряжения. Я поражен!
- Чем? – полюбопытствовал хирург.
- С каких это пор прокуратура стала заниматься ритуальными услугами?
- Мы всегда ими занимались, - вежливо пояснил прокурор, - если подозревали, что покойник покинул этот мир не по своей воле. Ваш случай именно такой.
- Странно, - удивился Сомов, - по чьей же воле покинула этот мир моя восьмидесятилетняя теща.
- Выяснением этого вопроса мы как раз и занимаемся, и надеемся с Вашей помощью докопаться до истины. Не можете ли Вы рассказать нам о вчерашних событиях, предшествующих поступлению гражданки Семеновой в хирургическое отделение городской больницы номер шесть.

Семен более-менее сносно поведал прокурору историю заболевания тещи, предшествующую вызову скорой помощи.
- А почему никто из родственников не сопровождал бабушку в больницу? – поинтересовался прокурор.
- А зачем? – вопросом на вопрос ответил Сомов. – Чувствовала теща себя хоть и неважно, но на краю могилы не стояла. Выглядела довольно сносно. Утром мы были в больнице, но, как говорится, опоздали.
- Вот видите, - обратился прокурор к хирургу, - близкий родственник утверждает, что скорая помощь доставила в отделение больную в сносном состоянии.
- В каком там сносном? - взорвался эскулап. – Пришлось положить на операционный стол.
- А согласие родственников на операцию у Вас, было? – мягко поинтересовался прокурор.
- Операция проводилась по жизненным показаниям, - вяло ответил врач.
- Значит, не было, - констатировал прокурор неоспоримый факт.

- Зарезали, значит, бабушку? – изумился зять. – Вот как оно повернулось. – Но, я-то здесь причем? Мне тещу захоронить надо. Все уже готово: и гроб, и поминки….
- Не спешите, – прервал Семена прокурор. – Имеются вопросы и к Вам, уважаемый Семен Аркадьевич. Вот заявление нотариуса, свидетельствующее о том, что буквально на неделе бабушка переоформила свою квартиру на внука.
- Оформила, - не стал упираться Семен. – А что, это запрещено законом? Мама переехала к нам, сын к ней, что за проблема?
- Уж больно как-то неприглядно, получается, - ухмыльнулся прокурор. – Бабушка переезжает к вам. Буквально сразу же оформляет дарение своей квартиры внуку. По подписании нужных бумаг у старушки случается приступ, и она поступает в заботливые руки доктора Звонарева, в которых и заканчивает свой жизненный путь. Ничего странным не кажется?

Семен Сомов недоуменно посмотрел вначале на доктора, затем на прокурора и неопределенно пожал плечами.
- Не кажется, - ответил он спустя какое-то время.
- А вот нотариус, которая оформляла дарственную, заподозрила неладное и обратилась к нам в прокуратуру, чтобы мы разобрались.
- В чем разобрались? - осведомился Сомов.
- В причинах смерти гражданки Семеновой Ольги Викторовны.
- Ну, вот и разбирайтесь, только быстрее, - озлобился Семен. – Мне человека захоронить надо сегодня. Покойница – продукт скоропортящийся. Отчего она умерла? Из-за чего Вы такой шум подняли?
- Мы устанавливаем причину смерти, - смутился прокурор.
- Они устанавливают. Врачам уже доверия нет, - язвил Семен. – А у Вас имеется диплом врача, который дает право устанавливать причину смерти? Нет у Вас такой бумаги, – констатировал он после небольшой паузы. – Короче, если я не получу сегодня тещу к трем часам дня, будет большой скандал. Предупреждаю - здесь будет и превышение полномочий, и использование служебного положения, и многое другое. Так что шевелитесь быстрее, а мне некогда лясы точить. Мне похоронами заниматься надо.

Вскочив на ноги, он вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
В морге ухмыльнулись при виде взъерошенного владельца старушки.
- Мы же Вам объяснили, - насмешливо глядя на Семена, констатировал знакомый медработник. - Выдадим бабушку только с разрешения прокуратуры….
- Будет тебе и прокуратура, и бабушка, и радио с телевидением – обозлился Семен. – Все тебе будет. Короче так, если к трем часам теща не будет готова к выносу, ты у меня станешь участником передачи «Как стать звездой в морге». Сделаем твою серую жизнь публичной. Посмотрим, надолго ли после такой рекламы ты задержишься на столь престижной работе.
- Причем здесь мы, - разволновался работник морга. – Прокуратура настаивает….
- Вот, вот, - наседал Семен, - так и напишут – не отдавали тело усопшей родственникам, требуя за это взятку….
- Какую взятку, - изменился в лице работник морга.
- За выдачу мертвого тела, - напирал Семен. – Уголовное дело возбудят по факту мздоимства. Короче так, у тебя время до трех часов.

Из морга Семен направился к своему старому школьному приятелю Валерию Серебрякову. Тот трудился заместителем главного редактора местной газеты и поведал ему всю историю от начала до конца, чем привел последнего в неописуемый восторг.
- Вот это материальчик, - обрадовался он. – Пойдет на первой полосе с моими комментариями….
- Да подожди ты со своими комментариями. Мне процесс ускорить надо, а не рекламировать покойную тещу. Нам ее не замуж выдавать.
- Не суетись, все тебе будет, - успокаивал Серебряков нервного друга, нажимая на телефонные кнопки. – Алло, - наконец дозвонился он до нужного абонента, - это прокуратура? Заместитель главного прокурора? Очень хорошо! Заместитель главного редактора газеты «Вестник» Валерий Серебряков. Виктор Павлович, что у Вас там за история с покойной старушкой Семеновой Ольгой Викторовной? Как, никакой истории? – удивился он, выслушав абонента. - У меня вполне достоверные сведения, что ведется следствие по делу насильственного умерщвления указанной старушки. Я точно знаю, что допросу подверглись лечащий врач и родственники старушки. Хорошо, буду ждать Вашего звонка, - после небольшой паузы сказал он, заканчивая разговор.

- Что говорит зам. главного? – нервно спросил Семен Сомов.
- Он не в курсе дела. Будет разбираться, - Серебряков набрал очередной номер. – Это морг, - весело спросил он, - заместитель главного редактора газеты «Вестник» Валерий Серебряков беспокоит. Меня интересует все, что связано с поступившей к Вам вчера усопшей Семеновой Ольгой Викторовной. Как, что? – удивился он, выслушав собеседника. – Какова причина смерти? Была ли она насильственной и как Вы это установили? Короче, нужна информация обо всем, что связано с этим скандальным делом. Хорошо. Жду Вашего звонка. Ну, сейчас завертится карусель, - довольно потирая руки, изрек борзописец.
- Теперь мне бабку и через полгода не отдадут, - окончательно расстроился Семен.
- Сегодня закопаем, - успокоил его приятель. – Сразу от меня заскочишь к Женьке Крутову.
- Зачем? – удивился Семен.
- Там увидишь, - неопределенно махнул рукой Серебряков

С тяжелым сердцем Сомов отправился ко второму своему приятелю, Евгению Крутову. Тот был одним из лидеров какой-то маломощной партии, название которой Семену никак не удавалось запомнить. В офисе, где обретался Крутов, было шумно и многолюдно. Люди постоянно двигались, гомонили, подписывали какие-то бумаги и проводили бесконечные совещания. Семен, выдернув из многоликой толпы своего приятеля, поведал о постигшем его горе. Обстоятельного разговора не получилось, поскольку Крутова все время отвлекали: совали подписывать какие-то бумаги, напоминали о каких-то встречах. Получалось, что Крутов был настолько занят, что должен был присутствовать в одно и то же время в разных местах.

- Запарка, - пожаловался он Сомову, - буквально разрывают на части. Поверишь, с утра до вечера такой темп. Мне Валерка Серебряков звонил в отношении твоей проблемы. Сейчас все порешаем.
Он схватил упирающегося Сомова и потащил куда-то вглубь помещения.
- Сазонов, Сазонов, - вдруг заорал он, настигая парня в кожаной куртке. – Познакомься, Семен – это Сазонов. Он отвечает у нас за проведение акций протеста, митингов, манифестаций. Слушай Сазонов. Нужно срочно провести две акции протеста. Люди есть?
- Есть, - с готовностью подтвердил специалист по протестам. – Одну группу готовим направить к облисполкому, протестовать против повышения тарифов на воду, вторую….
- Отставить, - перебил Сазонова Женька. – Одну группу направь под прокуратуру, вторую под морг.
- Куда? - не поверил своим ушам узкий специалист.
- Вредная у тебя, Сазонов, работа, профессиональная тугоухость развивается. Вторую – в морг, я сказал.

- Против чего будем протестовать? - деловито осведомился Сазонов. – Против ущемления прав покойников живыми людьми?
- Нет. Вот моему другу тещу покойную из морга не выдают, ссылаясь на всякие бюрократические проволочки. А может быть ждут, чтобы на лапу дали. Пусть протестующие граждане выйдут с лозунгом «Изгнать коррупцию из морга» или что-то типа «Любой гражданин имеет право на достойное захоронение». Ну, что-то в этом роде. Понял?
- Будет сделано, - отрапортовал исполнительный Сазонов.
- Молодец! Профессионал, - похвалил подчиненного Крутов. – Запрыгают теперь специалисты по покойникам. Им все время с тихими клиентами дело иметь приходилось, а тут на тебе, шум и гам. Так, что иди, занимайся похоронами и ни о чем не беспокойся.

Семен вернулся домой в препаршивейшем настроении. Жена, встревоженная свалившейся на их голову напастью, не находила себе места. В двенадцать часов зазвонил телефон.
- Семен Аркадьевич? - нервно осведомился незнакомый голос.
- Да, – подтвердил Семен предположение невидимого собеседника.
- Это Вас беспокоят из морга.
- Какой сюрприз! Слушаю Вас, - насторожился Семен.
- Мы подготовили Вашу родственницу, можете приезжать забирать.
- Когда, - обрадовался Семен.
- Лучше сейчас.
- Но нам назначено на три часа…, - начал было Семен.
- Послушайте, - перебил его собеседник, - когда под стенами морга маршируют какие-то люди с плакатами, на которых написано «Отстоим право Ольги Викторовны Семеновой на достойное захоронение» поневоле хочется ускорить процесс. Пойти навстречу участникам акции протеста. Помимо того, шествие пугает персонал и посторонних людей, не привыкших к подобным мероприятиям в тихом месте.

Короче, все кончилось благополучно. Под громкие крики протестующих тещу погрузили на катафалк и без всяких проблем отвезли к месту постоянного успокоения. На кладбище так же все прошло тихо и спокойно. Правда Сомову с супругой впоследствии несколько раз пришлось посетить прокуратуру и отвечать там, на разные неудобные и каверзные вопросы. Мелко мстил прокурор, которому поставили клизму за волокиту и бюрократизм в работе с гражданами. Дело так ничем и кончилось, поскольку предъявить родственникам усопшей старушки было нечего, а со временем вообще все утихло и успокоилось, поскольку не желавшего угомониться прокурора отправили в сельскохозяйственный район на перевоспитание, где самым крупным преступлением была кража морковки с грядок.
 

Равнодушная Джоконда

(Uri Pech)
 46  О художниках  2019-10-25  4  767

Сколько будет 1+1? Не торопитесь с ответом.
В детстве я был неравнодушен к рисованию. Интерес к живописи у меня пробудил отец. Когда он служил на Кавказе воспитанником авиационного полка, то часто помогал сверхсрочнику-фронтовику оформлять боевые листки и рисовать плакаты. Старший товарищ заметил художественные способности юного солдата и доложил об этом командиру части. Тот к этому очень положительно отнёсся, предложил дать рекомендацию для поступления в Московскую студию им. Грекова, где готовили художников-баталистов. Но мой отец отнёсся к этому не серьёзно и художником не стал.
Моим первым учителем рисования стал отец. Однажды он мне привёз из московской командировки шикарный подарок – набор цветных карандашей 36-ти оттенков! Это была полноценная палитра: кроме традиционных – черного, красного, синего, жёлтого, зелёного - из толстой картонной коробки выглядывали: серый, светло- серый, розовый, малиновый, бирюзовый… Даже был белый! И мне, ученику третьего класса А, очень загорелось стать художником. А как иначе, когда у тебя в руках такое полноцветное чудо. Тут и удобный случай подвернулся проявить свои художественные способности.
В начальных классах все предметы, включая урок рисования, вела наша строгая Анна Васильевна. Исключение составлял урок физкультуры. В этот незабываемый солнечный осенний день бесформенная Анна Васильевна добродушно улыбнулась, приземлилась за учительский стол, поправила довоенное комсомольское каре с проседью, аккуратно развернула творожный сырок и сказала: «Дети, сегодня у нас не обычный урок рисования. Я специально не взяла с собой наглядные пособия. Вы будите не срисовывать, а рисовать то, что захотите. А я проверю, чему вас научила». Скорее всего, Анна Васильевна просто не подготовилась к уроку. Мы с энтузиазмом открыли альбомы и погрузились в мир своих фантазий. Я достал свою коробку карандашей, одноклассники смотрели на меня с неподдельной завистью. Их мимолётные взгляды в мой адрес обязывали мгновенно превратиться в настоящего художника. Я недолго размышлял над тем, что должен изобразить истинный художник. Моя бабушка Дора жила в живописном историческом уголке города, рядом с Никольской церковью и художественной школой. В хорошую погоду у церкви можно было встретить несколько учеников с мольбертами. Церковь и окрестности служили для них живым наглядным пособием. Я твёрдо знал, что мне рисовать. До сих пор у меня осталось впечатление, что исторический пейзаж получился очень здорово. Колокольня выглядела, как настоящая, справа одноэтажный дом на зелёном бугре, колонка с ледяной водой, мостовая… Картина практически была готова. Осталось раскрасить крышу колокольни и изобразить над ней сияющий крестик.
Анна Васильевна чинно доела сырок. Аккуратно сложила обёртку и вытерла ей губы, поднялась из за стола, стала прохаживаться между рядами, и наклоняясь, расхваливать учеников. «Оленька, какие у тебя весёлые матрёшки! Вовочка, какие у тебя непобедимые танки и самолёты! Ирочка, какие цветочки-завиточки! Молодцы! Умницы!..» В это время я трепетно дорисовывал блики от крестика на колокольне, пользуясь всеми оттенками жёлтых карандашей. Анна Васильевна наклонилась, прищурилась и неожиданно побледнела. Интуитивно я почувствовал приближение грозы. И тут непонятно почему на весь класс раздался вопль обезумевшей училки: «Печуров! У тебя что – родители баптисты?!!!!» Она схватила альбом и разорвала мою работу в клочья. Было страшно обидно, до слёз. Через много лет так получилось, что я оказался соседом по подъезду племянницы Анны Васильевны. Старая учительница её очень любила и обожала новорожденную правнучку. Меня Анна Васильевна не узнала, а я не подавал вида, что на всю жизнь запомнил её урок и старался по возможности избегать встречи.
С пятого класса уроки рисования нам преподавал суровый Костыль* – великолепный художник, друг моего отца, получивший своё прозвище из-за протеза. Но мало кто знал, что ногу наш преподаватель потерял, спасая растерявшуюся школьницу из под колёс трамвая. Когда отец иногда вечерами выпивал с приятелями в костылёвском гараже, то часто получал лестные отзывы учителя рисования о художественных способностях меня и сестры. Костыль советовал отдать меня в художественную школу, мол, я рисую не как все, у меня есть своё видение предметов, чувство богатства возможностей красочной палитры. С отца требовалось лишь дать добро, а Костыль собирался сам за меня похлопотать. Отец никаких действий по поводу моего поступления не предпринимал. Тогда учитель решил поговорить со мной напрямую. «Видел, Юра, плакат с головой Ленина над школьным входом? Это я за час одной левой ногой изобразил. И получил за халтуру 400 рублей». Но я не клюнул на меркантильный аргумент мудрого художника. А в ту пору оклад в 400 рублей имели лишь директора крупных оборонных заводов и первые секретари райкомов КПСС.
Потом меня хотела устроить в художественную школу соседка бабушки Доры – Людмила Васильевна. Её покойный брат был известным в городе живописцем, племянница – моей крёстной, а в молодости бабушка Мила сама любила проводить свободное время у холста. Но я не поддался на уговоры и не воспользовался блатом в художественной среде.
   Сколько будет 1+1? Не торопитесь с ответом. Тут надо вспомнить.
Летом 74-го Джоконду в контейнере с бронированным стеклом привезли из Лувра в столичный Музей изобразительных искусств им. Пушкина. Об этом я узнал в купе поезда Воронеж-Москва от эффектной пожилой, как мне тогда казалось, интеллигентной москвички-попутчицы. Она оценивающе взглянула на меня, гордясь такой сногсшибательной сенсацией, и улыбаясь сказала: «Юноша, вам непременно надо сравнить оригинал с репродукцией, это как небо и земля, это как воздух и вода». Я пообещал, будет чем козырнуть перед одноклассниками в начале учебного года.
Ну, если надо, так надо. Я сделал две бесполезные попытки попасть в выставочный зал с Моной Лизой. В первый раз меня встретила огромная очередь вокруг музейного периметра. На следующий день я приехал за входными билетами с первым поездом метро, но очередь уже была "в три вилюшки". Активизировались вежливые спекулянты, предлагающие продать место в третьей сотне очереди за три рубля при стоимости билета 1 руб.
Мою юношескую мечту помог осуществить двоюродный дядя, которому на "Мосфильме" подарили два билета на 1 августа, но он сам не смог пойти, были какие-то производственные проблемы со съёмками новой кинокартины. Я воспользовался случаем, взял просроченные билеты, сбегал в ближайший киоск "Союзпечать" за чёрной шариковой ручкой, с помощью которой аккуратно к единицам на фирменных билетах пририсовал ещё по одной единице. И вместе с дедом мы 11 августа без проблем попали в Пушкинский музей.
В правом крыле отдельный затемнённый зал был отведён для демонстрации шедевра великого Леонардо. Это было похоже на посещение Мавзолея Ленина. Бесконечная очередь медленно продвигалась вдоль левой стены, посетителям разрешалось в течение 15 секунд остановиться возле антивандального контейнера с подсветкой, и вдоль правой стены счастливчики покидали музей. Скажу честно, Джоконда мне не улыбнулась, наверно, не успела. А небольшой размер картины, ранее известной по репродукции в школьном учебнике, меня удивил. Я думал, что картина гораздо масштабнее, но интуиция меня подвела. Помню до сих пор, что пейзаж, на фоне которого изображена средневековая дама с длинным именем**, каким-то волшебным образом выглядел объёмным. Спустя годы я читал, что гениальный художник писал картину, накладывая множество тончайших слоёв краски, а многослойность изображения даёт голографический эффект.
Уже в начале нынешнего постсоветского столетия моя дочь была в Лувре. На мой вопрос, улыбнулась ли ей Джоконда, просто сказала, что ей Джоконду и другие живописные шедевры не дали спокойно рассмотреть японские туристы, помешанные на сэлфи со знаменитыми картинами. Для неё, единственной из нашей семьи ставшей профессиональным художником, это было очень досадно. Но дочке удалось скомпенсировать неудачный поход в парижский музей прогулкой по легендарному Монмартру, домой она привезла несколько симпатичных пастельных эскизов, которые сделала сама.
Растиражированная репродукция картины иногда бывает эффектнее неожиданной встречи с оригиналом. А 1+1 могут лёгким движением мальчишеской руки превратиться в 11.
Но почему Джоконда мне тогда не улыбнулась? Я долго над этим размышлял и пришёл к простому выводу. Эффект улыбки Леонардо да Винчи добился чисто геометрическим способом. Характерными признаками человеческого лица являются глаза, брови, нос, рот. Брови в данном случае исключаются, говорят, что во времена Джоконды было модно брови выбривать. Зрительно связанными между собой остаются вертикальная линия носа и горизонталь сомкнутых губ, из которых подсознательно образуется вытянутый равнобедренный треугольник. Если посмотреть на картину снизу вверх, губы женщины как бы поджимаются. Если бросить взгляд сверху вниз – Мона Лиза дарит нам свою загадочную улыбку. Наполеон Буонапарт сказал: «Самые простые решения - одновременно самые лучшие», а Альберт Эйнштейн подтвердил: «Всё гениальное просто».
______
*Костыль - Александр Фёдорович Козлов.
** Mona Lisa, La Gioconda (итал.) Портрет Лизы Герардини, супруги торговца шёлком из Флоренции Франческо дель Джокондо, написан 1503—1505 года. Доска (тополь), масло. 76,8×53см
______
 

Родственники

(Анатолий Долженков)
 2    2020-04-04  0  263
Проблемы, проблемы, проблемы! Человечество постоянно одолевают всевозможные проблемы. С чего начать и что делать, если не с того начал? Как быть, с кем быть, против кого быть? И вообще, если брать по большому счету, быть или не быть, как заявил один датский принц своим родственникам при разделе недвижимости. Ну, а если уже вы окончательно решили что быть, то интересно, на какие средства и как долго вы собираетесь быть? Причем, интересно всем и, в первую очередь, фискальным органам.

Ежедневно решая эти проблемы, формирующие наши жизненные устои, человеческий мозг совершенствуется, увеличиваясь в объеме, чтобы было, куда накапливать жизненный опыт. С опытом приходят назойливые мысли, прежде никогда Вас не посещавшие, и в свою очередь, порождающие различного рода сомнения. Вы уже сомневаетесь в незыблемости истины, гласящей, что труд превратил обезьяну в человека, и приобретаете твёрдую уверенность, что именно решение бесконечных проблем на разных этапах формирования человеческого общества дало толчок бурному развитию цивилизации.

По мере развития человечества и человеческой мысли, проблемы становились все сложнее и многограннее. На заре развития общественных отношений все сводилось к простым и понятным поступкам. Требовалось решить задачку в два действия, а именно, где спрятать добытый непосильным трудом банан от прожорливых родственников, и как, надежно укрывшись в густых зарослях, съесть его в полном одиночестве, ни с кем не делясь. Заметьте все просто, незатейливо и очень разумно, если следовать основным законам выживания.

Нашего же с вами современника интересуют совершенно другие вопросы. Его беспокоят мысли совершенно иного характера. Изгибы жизни в цивилизованном обществе требуют решения сложнейших уравнений со многими неизвестными. Как, к примеру, укрыть налоги от всевидящего ока налоговой инспекции, не исказив при этом отчетность. Или как сделать так, чтобы у тебя все было и за это тебе ничего, ни от кого не было. Как видим, в основе и первобытных и современных проблем лежит одна и та же вполне здравая мысль, каким образом установить нормальные отношения между отдельно взятым индивидуумом и остальным завистливым человечеством. Задача крайне сложная, но решаемая при большом желании.

Возьмем, хотя бы, проблему взаимоотношения поколений. Без сомнения, это проблема проблем. Я бы сказал, родоначальница всех проблем. Отцы и дети, деды и внуки, начальники и подчиненные, наконец. Кстати, о начальниках и подчиненных. Думаю, что стать общепризнанным вожаком обезьяньей стаи ничуть не легче получения должности заведующего отделом компьютерных технологий в научно-исследовательском институте. Особенно, если у тебя хорошие связи наверху. А у обезьяны имеется только хлипкий авторитет в отдельно взятой стае. Штука крайне ненадёжная.

Приблизительно, таким образом, во все времена, просматривалась отношения начальник – подчиненный. А какие безобразия творятся на линии фронта отцы – дети! С содроганием привожу шокирующие данные статистики. Число разводов молодых семей, проживающих на одной жилплощади с родителями на восемнадцать процентов выше отдельно живущих. Причем, в некоторых случаях, расставания носят такой бурный и веселый характер, что нередко приводит к невосполнимым санитарным потерям, как со стороны отцов, так и детей.

Конечно же, эта проблема не пущена на самотек. Конечно же, ее изучают и исследуют профессора, академики и прочие ученые, оторванные от реальной жизни. Мало того, от ученых не отстают журналисты, писатели, критики и другие представители интеллигентской прослойки, выбравшие творческую карьеру по той причине, что ничего не умеют делать руками. Заметки, статьи, толстые романы посвящены этому насущному вопросу. Учат, объясняют, предостерегают, а сдвиги – незначительные. Почти нет сдвигов, в сравнении с обезьяньей стаей.

Может быть, не тому учат? Не те статьи? Не о том романы? А о чем они могут быть, если так прямо и называются: «Отцы и дети»? Один русский писатель по фамилии Тургенев сочинил. Так прямо и назвал, чтобы никто не сомневался, о чем идёт речь. Сюжет незатейливый. Обычный житейский сюжетец без выкрутасов. Каждый день такие происшествия вокруг себя наблюдать приходится. Правда, он описал конфликт, который случился не в наше бурное время. В восемнадцатом веке это безобразие произошло. Коротко напомню содержание тому, кто читал или краем уха уже слышал эту некрасивую историю.

К одному старику, то ли помещику, то ли фермеру, прибыл на побывку сынок. Он получал образование где-то в столице. Неизвестно, прошел ли он полный курс наук и приобрел верхнее образование или был отчислен за неуспеваемость, но без сомнения кое-какие знания имел. Прибыл он к родному папе не самостоятельно, а с приятелем. Фамилия этого лишенца была Базаров, что, конечно же, не характеризовало его с лучшей стороны. Так оно, собственно, и вышло впоследствии.

Когда его друг, а именно папин сын, предложил Базарову круиз на лоно природы, тот с радостью согласился. Объяснение подобному решению самое прозаическое. Он к своему несчастью неудачно родился. Родители его – бюджетники с медицинским уклоном, крайне стесненные в средствах, не могли обеспечить сыну нормальный отдых и полноценное питание у себя на родине. Что там объяснять, сами знаете - скудное финансирование, постоянные задержки заработной платы. Грустная картина. А фермер не бедствовал и гостей мог принимать без ограничения.

И вот, эти двое прибывают на папашкину ферму или в поместье с целью отдохнуть от образования, отъесться экологически чистыми продуктами питания, отоспаться и подышать свежим деревенским воздухом без пыли и канцерогенов. А надо сказать, что в те времена у молодежи очень модным и популярным развлечением было все отрицать и ничего не признавать. Называли они себя нигилистами и гордились такой своей позицией. Сейчас всем известно, что когда молодые люди вырастают до определенного возраста и размеров, у них должна быть какая-то отдельная позиция. Через это проходят все без исключения. А как же по другому, когда тебе с младых ногтей указывают, что надо, а что нельзя, кормят и поят с рук, одевают и развлекают по своему разумению, не считаясь с твоим мнением? К какому-то переходному возрасту эта канитель начинает приедаться. Хочется, как говорится, возразить и ощетиниться.

Как наша нынешняя молодежь возражает все, наверное, знают? То налысо пострижется или небольшой гребешок под названием «ирокез» оставит посреди головы для красоты, то серьгу воткнет в ухо, нос или вообще куда пониже. А у кого воображение побогаче, такое измыслит, что не сразу сообразишь, что к чему. Это сейчас. А в те времена развитие человеческой мысли так далеко не шагнуло, выбирать было особенно не из чего. Вот и приходилось все отрицать своим нигилизмом, чтобы, как-то выделиться из остальной серой массы.

Оба этих молодых нигилиста, чтобы не сказать хуже, без особых приключений прибыв на ферму, немедленно изложили отсталому помещику свои взгляды и принципы. Старику с его застойным мировоззрением и ущемленным мышлением модные взгляды, конечно же, пришлись не по вкусу, поскольку он был строгих правил и местами где-то даже аристократ. Еще больше не понравилась возникшая ситуация родному брату старикана, Павлу Петровичу Кирсанову, отдыхающему здесь же от своих аристократических забот и других дворянских замашек.

И вот, вокруг того, что на одной усадьбе образуется гремучая смесь из двух аристократов и двух нигилистов и закручивается сюжет всего романа. Одни за частную собственность, другие резко против. Одни создавать и накапливать, другие отнимать и делить, а там будь, что будет, и трава не расти. И, конечно же, по каждому вопросу споры и пререкания, приводящие к скандалам за столом, столкновениям на улице и в подсобных помещениях.

Хотелось бы отметить еще такую немаловажную, но достаточно традиционную деталь, лежащую в основе истоков возникновения и развития конфликта. Наш уважаемый помещик, будучи долгое время вдовым, женился на молодой смазливой девице без наследства и особых средств к существованию. И, как водится в таких случаях и согласно общепринятым традициям, через короткое время на свет появился младенец – по своему статусу брат нигилиста и конкурент в борьбе за наследство. Этот факт настолько обострил и запутал все события, что, как говорится, дальше некуда. Весь конфликт отцов и детей возник и расцвел на этой благодатной почве.

Нигилист по фамилии Базаров, конечно, все отрицал и ничего не признавал в соответствии со своим передовым мышлением. Даже любовь отрицал, сукин сын. Но вид смазливой молодой в такой степени его взволновал и сексуально озаботил, что, как говорят знающие люди, он положил на нее глаз. Однако всё шло к тому, что одним органом зрения здесь дело не обошлось бы. Базаров, будучи натуралистом, твёрдо знал, что природа, решая столь интимные вопросы, постаралась на совесть, сформировав исключительно для подобных случаев иные, более приспособленные органы.

Так оно и случилось бы, не вмешайся в эту некрасивую историю любви старый аристократ и бывший дамский угодник Павел Петрович Кирсанов. Он, несмотря на ослабленное возрастом зрение, обратил внимание на хамские ухаживания и пошлые подмигивания со стороны Базарова. А обратил вот по какой причине. Этот славный старикан и сам был бы не прочь приударить за невесткой, но Господь Бог сыграл с ним небольшую злую шутку. Силы, необходимые для любовных утех, он у него отнял, а желания, почему-то, оставил. Сохранил, непонятно зачем.

Но одними желаниями в таких делах, как известно половозрелым гражданам нашего общества, сыт не будешь. Вот если бы вместе с силами было навсегда утеряно и желание, тогда, возможно, и конфликта никакого бы не произошло, и писать Тургеневу бы было не о чем. Базарова же, судя по всему, проблемы взаимоотношения полов мало беспокоили. Были, видимо, и силы немалые, и огнедышащее желание применить их сполна и по назначению.

Слово за слово. Взаимные обвинения, оскорбленная честь и уязвленное самолюбие. И извольте – к барьеру для разборок. Короче говоря, дело дошло до дуэли. В наше время, случается, тоже постреливают, но не по таким пустякам, как любовь. С приходом рыночной экономики финансовые и коммерческие дела настолько запутались и обострились, что палить в бизнесменов по всякому пустяковому поводу стало доброй традицией. Почему такие, прямо скажем, бесчеловечные поступки вторглись в нашу более или менее спокойную жизнь, порождённую обществом всеобщего равенства? А вот почему. Рыночная экономика сформировала своеобразные рыночные отношения, которые помноженные на прежнее воспитание стали приносить совершенно специфические плоды.

Советские граждане, ринувшись в бизнес: кто из комсомола, кто из профсоюза, кто из НИИ, короче говоря, кто, откуда, понимали его каждый по-своему. И пошли непонятки. То кто-то у кого-то под ногами путается, чем затрудняет процветание бизнеса. То, кто-то у кого-то одолжит на пару дней полчемодана денег, а отдавать не торопится и через год. Причём на настойчивые телефонные звонки не отвечает, а при встречах воротит морду, делая вид, что не знаком с кредитором. Судиться дело хлопотное и тягомотное. Столько тумана вокруг твоего дела образуется, не разгонишь вентилятором. А тут такой быстрый и эффективный способ взаимных расчетов.

Что же касается любви, здесь всё проще. Проблемы любви в наше время решаются, в основном, посредством кулаков и мата. А в те давние времена люди были благородные, лицо друг другу бить стеснялись. Кодекс чести, прочие условности, которые сегодня мало кого беспокоят. Поэтому наши предкисразу начинали со стрельбы. Секунданты, пистолеты. Не изволите ли пальнуть первым. Разойдитесь, сойдитесь, пли. Все в равных условиях. Хотя равными, эти условия то же назвать затруднительно.

Кто такой Базаров? Молодой, здоровый бугай – натуралист. Водки не пьет. Все время на природе. Лягушек ловит и режет потом с научными целями. Руку набивает, чтобы в ответственный момент не дрогнула. А кто такой Павел Петрович Кирсанов? Дворянин критического возраста. До двух часов ночи по балам и приемам болтается. Выпивает, закусывает и дамам комплименты делает. Потом дрыхнет до двенадцати. Да и зрением слабоват из-за преклонного возраста. Может быть, у него минус пять, а может и плюс десять. Не исключено, что и то, и другое вместе. Да еще астигматизм в придачу. В зеркале себя и то плохо различает. А тут дуэль.

Естественно, Базаров и подбил его с первого выстрела, особенно не целясь. Правда, не насмерть подбил, и этот скандальный старик мог еще некоторое время наслаждаться остатками жизни и умереть собственной смертью где-нибудь в Швейцарии. А вот Базарову не повезло. То ли лягушка ядовитая попалась, то ли еще какая-то инфекция настигла, точно не помню, и конец конфликту, так талантливо описанному автором Тургеневым.

Хороший роман. Поучительный. Правда, не совсем понятно из каких соображений писатель присудил победу не молодым цветущим организмам, а престарелому поколению. Что же, автор имеет право на вымысел. Это его исключительное право. Но нам видится, что не все проблемы в этом произведении охвачены и не весь спектр отношений раскрыт. Мелковато копнул инженер человеческих душ и специалист по конфликтам.

Здесь проблема сложнее будет. Здесь глубже рыть надо. Никто не спорит, отцы и дети – проблема. Но это ничто в сравнении с такими видами скрещивания, как невестка и свекровь или зять и теща. Вот где драмы-то разворачиваются и ужасы творятся. Тургеневу такое безобразие и не снилось в благополучном восемнадцатом веке. Его рассказик, так, милая шутка со счастливым концом в сравнении с потрясениями нынешними.

Конфликт «зять – теща» я бы поставил на первое место, учитывая: во-первых, напряженность отношений; во-вторых, продолжительность конфликта; в-третьих, тяжесть и непредсказуемость последствий столкновений. Во многом исход такого двоеборья зависит от ответа на элементарный вопрос, а именно, кто такой зять и кто такая теща? Если зять спортсмен и олимпийский чемпион, то теща, кем она не была, шансов на победу практически не имеет. Такой зять, доведенный до полного отчаяния, может запросто дорогую маму жены под трамвай сковырнуть или в окошко выбросить. А потом притворно горевать в толпе родственников и соседей, удивляясь, как это маму угораздило и что же она так неосторожно.

Но подобная ситуация возможна крайне редко. Столько чемпионов вряд ли соберется, чтобы серьезно повлиять на статистику внутрисемейных битв. Нынче зять пошел не очень крепкий. Скажем прямо, хилый пошел зять. Откуда силы у студента, научного работника или того же реализатора на рынке при нерегулярном питании и суетливой жизни. А тещи все как на подбор, дородные и упитанные. Редко, какой экземпляр меньше ста килограммов тянет. Такую под трамвай толкать – грыжу зарабатывать. Такую с места сдвинуть и себя не повредить – гиблое дело.

Вот и приходится мелкими пакостями обходиться. То дверь в ванную шваброй подпереть, если теща туда неосторожно зашла, предварительно не связав зятя. То пол в коридоре подсолнечным маслом протереть и сообщить маме, что у нее пироги в печи горят. А потом, надежно закрывшись на два замка и припав ухом к замочной скважине, наслаждаться эхом от падения презренного тела, сопровождаемым проклятиями вперемешку с причитаниями. Таких радостных эмоций должно хватить надолго.

Невестки, в силу природной скромности и женственности, при разрешении конфликтов используют не такие варварские приемы, как зятья. Методы их борьбы носят не столь грубый и первобытный характер, а имеют налет некоторой цивилизованности. Невестку, правда, легче довести до точки кипения, чем, например, того же зятя. Но при большом желании это достигается довольно просто. Можно восемь раз на день с застенчивой улыбкой на устах сообщать о допущенных ею промахах и недостатках в быту и на работе. То борщ пересолила, зараза, то свет в туалете выключить забыла, коза. Или вообще, указать на некоторые анатомические дефекты её тела. Например, заявить, что руки у нее не оттуда растут.

Причем, неоднократное повторение одних и тех же замечаний, желательно одними и теми же словами, только усилит эффект и вплотную приблизит события. Три – четыре месяца активной профилактики – и можно считать, что родители жениха завели себе отличного врага и уже можно незамедлительно приступать к боевым действиям. Впрочем, следует при этом учитывать некоторые особенности женской психологии. Невестка, доведенная до отчаяния, не бросается на свекровь или свекра с криком «банзай», размахивая при этом веником. И вообще, внешне довольно затруднительно обозначить степень ее готовности к конфликту.

Как же определить, что невестка, как говорится, созрела и готова мстить? Основным критерием ее созревания для конфликта является задумчивое выражение, которое, как правило, располагается на лице. Все чаще и чаще эту несчастную, неосторожно сменившую родную маму на свекровь начинают одолевать раздумья и посещать противоречивые мысли, приносящие тихую радость. Порой ей начинает казаться, что свёкор достиг такого преклонного возраста, что столько не живут порядочные люди. Так и состаришься, не дождавшись наследства. А эта старая неподкованная кобыла, которую через силу, сдерживая тошноту, приходится называть мамой, вообще никак не вписывается в интерьер квартиры.

Смелые мысли, выношенные как ребенок, рождают смелые планы. А поскольку женщинам не свойственно долго размышлять и колебаться в выборе решений, планы эти быстренько претворяются в жизнь. С учетом того, что женщинам присущи мягкие формы решения конфликтных ситуаций, события могут развиваться приблизительно по такому сценарию. На фоне полного внутрисемейного благополучия и широких родственных улыбок представляется картина, которую любят отражать на своих полотнах художники-реалисты. Кухня. За столом сидит папа-свекор и читает газету. Невестка тут же суетится. Свекровь где-то отлучилась и старик практически беззащитен.

- Не желаете ли, папа, - говорит невестка, - супчику похлебать, горяченького? Вам с похмелья очень кстати придется.
- Подавай, безрукая, - хамит дед. – Хоть какая-то с тебя, нескладной, польза.
А сам, идиот, в газету пялится. Международные события исследует, и беды над собой не чует.

Невестка же старается. В руках все горит. Супчика дорогому папе в глубокую тарелочку плеснула. Туда же лучка зелененького, укропчика, петрушечки. Мышьячка щедрою рукою насыпала. Вот и готов сытный обед для папы мужа. И полный порядок. Остается совсем немного, подождать результата эксперимента и насладиться этим прекрасным зрелищем. Самое интересное в описанном конфликте вот что. Старик думал, что он все на сегодняшний день новости прочел в газете. И все ему известно и понятно. А получается, что самой последней новости он-то и не знает, и не узнает уже никогда.

Вот такие события случаются при внутрисемейных битвах за власть на кухне. Откуда, спросите, знаю о подобных прискорбных фактах? Известно откуда. Что из прессы вычитаешь, что из милицейских протоколов, а что и от людей услышишь. Люди, говорю, рассказывают такие истории, нарочно не придумаешь. Мне сосед по даче поведал один такой случай. Сам он врач по профессии. А у них этих историй – каждый день и по сорок раз на день случается. Но этот случай ему, как говорится, врезался в память из-за нестандартности ситуации и попытки решить известную проблему новым, оригинальным способом.

А дело было так. Доставили к ним в больницу женщину. Не очень молодую. Где-то предпенсионного возраста. Как говорится, начало заката. Хотя, конечно, он мог и заблуждаться на этот счет. Глядя на женщину невооруженным глазом довольно трудно определить ее возраст. Бывает столько на ее лице различных кремов, мазей, красок и белил, что натуральной кожи под этим всем не различить даже с орлиным зрением. А эту, тем более, доставили в бессознательном состоянии. Она в каком-то там цехе трудилась. Что-то с металлоломом связано.

Именно на этом производстве с ней беда и приключилась. Стукнуло ее там чем-то тяжелым по «кумполу». Одни очевидцы утверждают, что ее крюком от крана зацепило, и она этот кран еще метров десять за собой тащила в горячке. Другие свидетельствуют, что она сама, без посторонней помощи, наскочила на рельсу и даже слегка ее погнула. Говорят, кто-то неудачно пошутил, что зарплату в кассе выдают. Вот она и понеслась со всех ног, забыв об осторожности. Понятное дело, думала она в тот момент не о технике безопасности, а о том, хватит ли денег в кассе и не опередит ли ее кто-нибудь из ближайших подруг.

Короче говоря, итог печальный. До финиша страдалица не дошла через травму черепа. И так её, бедняжку, сильно стукнуло, что зависла ее грешная душа где-то между небом и землей, чуть-чуть ближе к н***. И готова она уже отдать концы и завершить свой жизненный путь таким нетрадиционным способом. Как водится в подобных случаях, сразу же народу набежало со всех сторон. Толпа. Шум, гам, крики. Восклицания разные. А как же? Не каждый день такие трагические события происходят.

Интересно же посмотреть, что и как. Порадоваться тому факту, что миновала тебя судьба – лежать на спине, раскинув руки и закатив глаза при большом стечении народа. Конечно же, вопросы последовали традиционные - кто виноват и что делать? Скорая помощь часа через два прилетела. Им по случаю таких событий бензина в бак накапали, чтобы хватило доехать хотя бы в один конец. Санитары, носилки. Быстренько погрузили и в больницу увезли, пока пострадавшая еще теплая и не совсем остыла.

Народ, конечно, погомонил еще некоторое время по этому поводу. Вот, говорят, наверное, в этом месяце отменят сокращение кадров. Естественным путем, само собой, вопрос разрешился. Еще что-то обсудили и разошлись по своим рабочим местам. И, может быть даже, имея такой печальный пример перед глазами, до конца смены трудились со всей похвальной осторожностью, соблюдая технику безопасности, где только можно. Пострадавшую же быстренько доставили в реанимацию. Доктора торопились ей поскорее процедуры сделать, пока энергетики в веерном порядке электричество не отключили.

В нынешнее время врачи в своей медицинской практике должны все учитывать: и состояние больного, и состояние энергетики, и финансовое положение страны, в общем, и больницы в частности. То есть, медицинский персонал должен уметь преодолевать трудности, которые так умело создают другие специалисты. Но это, как говорится, кто на что учился. Профессию в наше время нужно выбирать осторожно, чтобы впоследствии не наносить большого ущерба стране.

С докторами же, в данном случае, все удачно вышло. Долго они над этой пациенткой бились. Весьма критическая сложилась ситуация. Сердце то остановится, то снова пойдет потихоньку. Пульс, то есть, то полностью отсутствует. Дело ненадежное. Дорогие медикаменты тратить, конечно, было жалковато. Да и где их взять, дорогие-то. Гуманитарная помощь доходить не успевает, исчезает где-то на полпути. А из отечественных препаратов в качестве универсального лечебного средства только горчичники остались.

Но слава, в основном, Богу, всё обошлось. Уколы необходимые сделали и даже кислородный шланг подключили. Баллон с кислородом сварщики забыли в прошлом месяце. Благо больная дышит еле-еле и расход кислорода незначительный. А шланг сам по себе длинный такой. Он от кислородного баллона через всю палату по полу тянется и до кровати, хотя и внатяжку, но достаёт.

Часа через три смотрят медики, дыхание у старушки, вроде, уравновесилось и, как бы, выпрямилось. Глазки откупорились и бегают по сторонам. Может быть, окошко кассы ищут. Румянец на щеке вырисовываться начал. Или это следы от косметики остались. Но чувствуется все, вроде бы, прошло гладко и замечательно. Настолько замечательно, что главный врач, окрыленный таким неожиданным успехом медицины, разрешил близким родственникам некоторое время у тела поприсутствовать. А из близких родственников у травмированной дочка была. Огарок прежней жизни. Миловидная такая дочка лет под сорок, но уже довольно поношенная в некоторых местах. Видно потрепали ее житейские бури без сожаления.

Проведав о мамашкиных неприятностях, она скоренько поспешила в больницу. Узнать, что и как. Чем черт не шутит, вдруг удастся страховочку перехватить, пока все в растерянности и панике. Или квартирку мамину с пылу с жару приватизировать. Но основная цель, конечно, другая была. Хотелось ей лично убедиться, что мама уже никогда не поднимется с постели и навсегда покинет этот мир. А тут такие неприятности. Мама шевелится и пытается встать. Вот дочка и всплакнула от непредвиденной неудачи. А так хорошо все начиналось. И, может быть, она полчаса личного времени у зеркала потратила, репетируя сцену прощания с самым дорогим человеком в мире. Концовка, конечно, смазана окончательно.

А с дочкой зять прикатил. Дебильного вида мужик с бородкой. Когда жена рассказала, какая их постигла удача, он сразу не поверил в маленькое семейное счастье. Решил лично убедиться, что обмана здесь нет. А то, говорит, будет, как с приданным. Грубо говоря, выразил недоверие любимой женщине. И вот стоит он у стенки и колышется от горя, наблюдая мерзопакостную картину воскрешения монстра. С тещи глаз не сводит. Ждет чуда. В руках шапку мнет. Переживает очень сильно. А старуха с каждой секундой все больше и больше сил набирается. Ожила мамашка окончательно, и даже рот свой приоткрыла от удивления, что все так удачно сложилось. Лежит, привыкает к новой ситуации.

Дочка же, видя, что надо перестраиваться по ходу пьесы, попыталась изобразить на лице радость. Не с первого раза, но ей это удалось. Зять тоже через силу улыбнулся, чтобы звериный оскал с рожи стереть. Короче, возникла картина тихой радости по поводу благополучного исхода и полной победы медицины над недугом.

В таких торжественных и радостных тонах проходит совсем непродолжительное время. И вдруг, что такое? Незапланированный кризис. Старуха вновь хрипит и задыхается, закатывает глаза и собирается отдать концы со второй попытки. Но на этот раз уже окончательно и бесповоротно. И когда цвет ее лица уже мало чем отличается от цвета болотной тины, медперсонал вдруг прозревает и начинает понимать, что здесь что-то не так. И тогда все суетятся и бегают, чтобы снова вернуть старуху к жизни. На фоне всей этой неразберихи только один человек не потерял самообладания. Все бегают, суетятся, ругаются, и только один зять сохраняет хладнокровие и мужество. Стоит, как скала над пропастью. Неподвижным утесом возвышается над суетой. Врос в землю, словно былинный богатырь, и с мамы немигающих змеиных глаз не сводит.

Это позже стало понятно, что произошло. Прояснилось, когда консилиум подробно разобрал этот медицинский инцидент. А в тот период абсолютно никто и близко не мог предположить, по какой такой причине практически воскресшая старуха стала вновь загибаться. Весь же фокус заключался вот в чем. Пока врачи с медсестрами суетились, пытаясь раздуть в старухе искру жизни, ее зять, этот лишенец и мелкий паскудник, взял и наступил своей лапой на кислородный шланг. То ли случайно это событие произошло.

Возможно, он в волнении сучил ногами, грустя о безвременно уходящей теще, ну и придавил эту трубку ногой нечаянно. Потому что все время за больной наблюдал и под ноги не интересовался смотреть. И, может быть, глядя на то, как теща, этот родной и близкий человек, корчится на больничной койке в предсмертных судорогах, тихо плакал. И скупая мужская слеза медленно сползала по небритой щеке его бесконечно доброго лица. А может быть наоборот, выбрал подходящий момент и нанёс смертельный удар по поверженному противнику. Чужая душа – потемки. Стоит и думает с тайной радостью. «Вот, где я тебя достал, мамочка – мамулечка. Теперь ты за все ответишь. За все мои мучения и переживания рассчитаюсь с тобой легким движением ноги».

И понимая, что грозное оружие противника, тещин рот, надежно блокирован кислородной маской, смело, не опасаясь никаких неприятностей, наступает на этот злополучный шланг. Благоприятствовал успеху дела еще и тот момент, что зять являлся счастливым обладателем ноги сорок шестого размера. Посему шланг был припечатан к полу основательно и надежно. Мельчайший атом кислорода не в состоянии был просочиться по назначению, не оставляя старушке ни одного шанса на выживание.

Как потом выяснилось, из всех присутствовавших в палате одна травмированная сообразила, откуда ветер дует. Вернее, почему перестал дуть. «Все-таки достал меня, паразит, - хрипя и задыхаясь в агонии, страдала несчастная. - И какой чудный момент подобрал, козлиная морда. Душит на глазах у всей больницы, и никому до этого дела нет».

И все бы закончилось печально и со смертельным исходом, прекрати она борьбу за явным преимуществом зятя. Но тяга к жизни у этой славной женщины была настолько сильной и могучей, что, буквально, стоя уже двумя ногами в могиле, она нашла способ вернуть себе дыхание. Собравшись с последними силами, несчастная с трудом подняла руку и трясущимся от безысходности пальцем показала в сторону дьявола в образе зятя. И тут все увидели и поняли, что же, в конце концов, произошло и случилось на этом критическом отрезке времени.

Зятя, конечно, со шланга согнали, хотя по всему было видно, что уходить он не хотел. Нога его словно приклеилась к полу. Еле отодрали при помощи таких медицинских инструментов, как топор и ломик. И тут старуха вновь ожила и вернулась к своему натуральному цвету и прерывистому дыханию.

Чему нас учит этот печальный случай, а так же те многочисленные конфликты, которые, что там греха таить, довольно часто встречаются в наших семьях. А вот чему. Проблема эта, которую мы отследили, начиная с восемнадцатого века и до настоящего времени, не имеет своего окончательного решения. Даже наоборот, приобретает со временем такие уродливые формы, что, пожалуй, рановато еще успокаиваться. Что-то делать надо. Может быть, как-то больше внимания надо уделять молодежи и прививать им уважение к старикам. А может, и наоборот, старики не должны дергать молодежь по всяким пустякам. Проблема, как говорится, имеет место быть.
 

Супержадность (Вова Молдаванин-1 ...

(Юра Харьковский)
 14    2020-03-14  0  398

В 80-е годы, я работал на одной из электростанций на севере СССР. Народ на север вербовался всякий, все ехали заработать и попадались довольно оригинальные личности. Но тот, о ком сейчас пойдёт речь – вне всякой конкуренции. Звали его Володя Дьяченко, а поскольку родом он был с Молдавии, то и кликуха у него была "Вова молдаванин". Рассказывать о нём можно много и долго. И о нём и о его всепоглощающей жадности, рядом с которой жадность дядюшки Скруджа, кажется мелкой забавой. Когда Вова только устроился на работу, он уже удивил нас тем, что надел на себя только то, что выдали бесплатно – робу и сапоги кирзухи. Мы то, расточители и транжиры, одевали ещё трусы, майки и носки, а вместо неудобных и жарких сапог, ещё и кроссовки или ботинки. А вот Вова, как истинный аскет ходил в сапогах на голу ногу, и в робе на голое тело. Кроме этого Вова, брал в душ только хозяйственное бесплатное мыло и всё. Ни тапочек, ни мочалки, ни шампуня, ни полотенца. Всё это он считал лишней тратой денег. Работа у нас в пыльном котельном цеху была очень грязная, поэтому обойтись без длинной мочалки с ручками, для мытья спины, нельзя. Но Вова с честью решил эту проблему. Доступные части тела, он просто оттирал намыленными руками, а для мытья спины, он использовал кафельную стену мылил и тёрся о неё. После душа ничем не вытирался, а просто сгонял с тела ладошками лишнюю воду и одевал одежду, на ещё мокрое тело. Дёшево и сердито. С первых же дней он открыто заявил, что приехал заработать за три года, на "Волгу". У него всё было подсчитано до копейки, на бумажке, которую он, как оберег, всегда носил с собой. Мы тоже с ребятами прикинули, возможно ли это. Да возможно, если не пить, не есть и не тратиться ни на что другое. А он и не тратился. Только на общежитие 5 руб. и то он, через три месяца переехал в балок (такой сарайчик с буржуйкой), который как эстафетная палочка переходил бесплатно из рук в руки очередному нуждающемуся. Пока Вова работал, он успевал всегда набить рюкзачок бесплатного угля для печки, прямо с бункера котла, чтоб топить буржуйку в балке. Но на мою беду поселили Вову, сначала, в нашу комнату, где проживали ещё двое – Слава Молоков и Миша Хитрин. Вова был женат, но жену ещё не вызвал. Нам было страшно интересно, как он не будет тратиться на еду. Ведь, по нашим представлениям, это невозможно, тем более в суровых условиях Крайнего Севера, на тяжёлой и вредной работе. Вова с честью развеял наши сомнения. В первый же день он подвалил к нашей общежитской буфетчице Неле и предложил ей услуги грузчика и уборщика, в обмен на объедки со столов посетителей. На что она, с радостью согласилась. Дальше, на производстве, где люди работали круглосуточно и стояли холодильники для сменного персонала, он всех предупредил, чтобы ничего, из пропавшего или просто не съеденного, не выкидывалось, он съест. Народ был в шоке. У Вовы оказался просто феноменально железный желудок. Он съедал прокисшие супы, зелёную колбасу, плесневелые консервы и ни разу, ни то что отравления, а даже расстройства желудка, не получил. Кроме того он всегда выглядел бодро и жизнерадостно. Несмотря на принятые им меры, его молодой организм, под воздействием рабочих нагрузок, просил еды ещё и ещё. Вова всегда был голодным. Иногда мы с ребятами в общежитии, когда была пурга, чтобы не ходить за километр в столовую, жарили прямо в общаге, припасенные для такого случая, картошку с мясом. Вова, само собой денег на продукты в общий котёл не давал, но всегда вызывался, за долю малую, приготовить нам ужин. Мы были не против, кому охота с этим возиться. Он брал у нас нужные продукты, шёл на кухню и приносил через час, ароматное блюдо, аккуратно разделенное на 4 части, одной из которых уже, естественно, не было. Он съедал свою долю в процессе приготовления. Холодильником, в одноэтажной общаге, служила сетка за окном, где хранились мясо, масло, рыба и т.д. Сливочное масло у нас фасовалось в магазине в брикеты и, после покупки кидалось за окно в сетку, дожидаясь своего часа, но иногда забываемое надолго нами, по причине безалаберности. Но Вова не дремал. Он всегда записывал, что и когда ложилось в сетку и, если замечал, что продукт долго не использовался, напоминал об этом: - Мужики, масло две недели лежит, пора есть. – Тебе какое дело, отвечали мы, наше масло, пусть пропадает. Но Вова не отставал и, каждый день, методично напоминал об истекшем сроке хранения продукта. Когда терпение у кого-либо кончалось, он кричал: - Да сожри ты это масло, только отстань. Команда выполнялась немедленно и Вова, с нескрываемым аппетитом, тут же, как эскимо, съедал трёхсотграммовый брусок сливочного масла, без всяких, как всегда, последствий для своего желудка. Частенько Вова и приворовывал продукты, как в общаге, так и на производстве, за что был неоднократно бит, т.к. к примеру отлив молоко из чужой банки (нам его выдавали за вредность), он добавлял туда сырой воды, чтобы было незаметно. У людей, естественно, расстраивались желудки и первое время они грешили на буфетчицу. Но Неля, со слезами на глазах, клятвенно уверяла, что неспособна на такое. И как-то раз Вову, в процессе доливки воды, застукали за этим малопочтенным занятием и, конечно, настучали по голове, но с него, как с гуся вода.
Мало того, что Вова жил в одной комнате со мной, его ещё и работать определили в мою смену, машинистом котла, где я был старшим машинистом. Его напарником был не менее колоритный (но уже по другой части), Сергей Лащенко, любитель пакостей и издевательских розыгрышей. Он, в первые же дни работы в нашей смене "молдаванина", придумал, как его разыграть на почве вечного голода. Как настоящий хохол, Серёга любил сало и часто брал на смену к обеду аппетитный кусок. И вот в один из дней, когда Вова отпросился у меня в туалет, Серёга положил ему на раскалённый предтопок котла, кусок недоеденного сала, присыпав его сверху углём для маскировки. Вернувшись, Вова ничего, естественно, не заметил, но сало через пять минут начало шкворчать, жариться и издавать душераздирающий аромат. Мы тихонько наблюдали за реакцией Вовы. Голодный "молдаванин", начал тут же исходить слюной и нервно забегал вокруг котла, пытаясь выяснить источник запаха. Но надёжно замаскированный кусок сала, продолжал дразнить своим мучительным благоуханием. Не выдержав пыток, Вова срочно вызвал меня по громкоговорящей связи и захлёбываясь слюной, попросил немедленно помочь ему найти источник запаха. Я и подошедший Серёга, а затем и предупреждённый нами начальник смены Капустов Миша, в один голос утверждали, что никакого запаха нет, а у него это просто голодные галлюцинации. Это было жалкое зрелище. У Вовы, молодого парня, катились из глаз жгучие слёзы, то ли от разъедающего запаха, то ли от жалости к самому себе голодному и непонятому. Вдруг, на глазах у всех, ноги у Вовы подкосились и он начал медленно оседать на пол. Мы, не на шутку испугались, но подхватили его под руки и отвели в комнату отдыха, куда вызвали "скорую". Приехавший врач констатировал голодный обморок. На следующий день на планёрке все получили по заслугам от директора: мы за шутку, Вова за недоедание. И если мы, переживали этот инцидент, то с Вовы опять, как с "гуся вода". Через месяц Вова получил крупную сумму денег от предприятия, куда вошли: месячная зарплата, компенсация за авиабилет и подъёмные, полагающиеся по льготам, вновь прибывшим для работы на Север по договору. Глаза Вовы горели алчным огнём. Никогда ещё в жизни он не держал в руках ТАКИХ денег. В сумме он получил 800 рублей, что по советским меркам было немало и тут же загорелся огромным желанием их приумножить. А в советское время это было возможно лишь, положив деньги на книжку в сберкассу. Простой вклад 2% годовых, срочный -3%. Срочный и никакой другой, решил Вова, шутка ли 1 % годовых лишний. Но, на срочный, брали сумму не меньше тысячи. У Вовы не хватало 200. Вова объяснил нам, соседям по комнате, свою проблему и заискивающе глядя в глаза, попросил дать эти 200, ему в займы. Мы только посмеялись над этой идиотской, на наш взгляд, проблемой и посоветовали отложить эту акцию до следующей получки. Но это Вову не устраивало. Здесь и сейчас, решил он. Мозговой штурм принёс Вове гениальную идею: Уезжая из родной Молдавии, он продал свой старенький мотоцикл "Минск" брату Коле за 200 рублей, с условием, что тот отдаст за него деньги через 3 года, после возвращения Вовы с севера. На тот момент у брата денег не было. Вот они - недостающие 200 рублей! Вова, не долго думая, идёт на почту и посылает брату срочную телеграмму вот такого содержания: "Срочно вышли долг двести беда." Понятное дело, брат думает самое худшее, бегает, занимает деньги по всем знакомым и срочно переводит Вове. Через день Вова, с видом победителя получает перевод и кладёт первую тысячу на книжку. Нам стало ясно, что ради денег Вова и на подлость способен. Жизнь показала, что мы были правы, но это уже другая история.
 

Щас спою!

(Ирина Зуенкова)
 61  Про бомжей  2019-10-10  6  981

Я был изгнан из дома супругою,
Со словами "назад ни ногой",
Три недели живу под калугою
(это мостик над нашей рекой).

А питаюсь кефиром просроченным
Да увядшей свекольной ботвой.
Ощущаю себя обесточенным
На матрасе, набитом листвой.

Это тёща во всём виноватая!
Говорили дружки: не женись.
Будет копия мать толстозадая.
А женился, живи и не злись.

Как не злиться, товарищи рОдные,
Я же нежность ей всю отдавал!
А она мне? Котлеты холодные?
Борщ покушать ходил на вокзал.

Всё кляла: почему не рабооотаю!?
Как потопаешь, так и пожрёоошь...
Как работать с душою измотанной?
Не ценила меня ни на грош!

Все в роду были интеллигентами
(это ж с первого взгляда видать)
А теперь хоронюсь под брезентами
И мытарствам конца не видать.

Помогите копейкой, родимые!
Вот клянусь, ни за что не пропью!
У меня же все чувства ранимые,
Вот про это я вам "Щас спою!"
 

Ах, Скарлатти, Скарлатти

(Ицхак Скородинский)
 6    2020-03-29  1  357
Какой, как сейчас модно писать, мессидж смог послать из глубины веков наш всеобщий любимец, Доменико, чтобы Анна Герман спела современному миру арию из его забытой всеми нами оперы...

Анна Герман. Ария из оперы Доменико Скарлатти .Тетида на острове Скирос

А мне только и остаётся, что сообщить Вам об одном курьёзном случае в моих абсолютно дилетанских изысканиях по поводу...
Листая страницу за страницей в виртуале, я наткнулся на видео, которое в полной мере характеризует состояние моралей, не спутайте с благородными маралами из Красной Книги, а то забодают.
Название этого опуса — Бессмертные хиты бездарных авторов.
Автор - товаровед...
Вместе с Оливье, Брежневым и гимном СССР, туда попали Огинский и Альбинони. Это из той же серии, когда политозабоченные унучи шештыдесятников до сих пор вспоминают всуе имя Михаила Шолохова, а наш нобелевский лауреат, хитро так, икает на них на всех, из могилы.

Скарлатти!
Почему так получается что одно произведение завоёвывает музмир, а другое, не очень.
Откройте статью с видео, которая, в какой-то мере, проясняет...
Жми сюда
Какая разница: 8 исполнений сонаты Скарлатти
И, если у Вас хватит терпения прослушать все видео из этой фундаментальной работы, Вы поймёте хоть что-нибудь...
Но, я чувствую, что уже утомил внимание Ваше и, на сегодня, почти всё.
Для затравки, мой любимый Девид. Он исполнит для Вас сонату, о которой реченько моё потечёт завтра.
Утро вечера мудренее, бай бай Вам, под бессмертную музыку музыкального поэта Доменико Скарлатти.

Scarlatti Sonata in F Minor, k466 Ft Steve Morse►DAVID GARRETT - (CAPRICE) 2014
 

Зеленодырское застолье

(Geom)
 50  Водка и вино  2019-10-30  3  813
Землекоп Захар Зуботычников заметно заскучал. Зима, захолустный Зеленодырск, знакомые заштатные занятия — задолбали. Захотелось загадочного, заманчивого, знакового, забубённого…
За завтраком Захар задумал забухать. Закупил «Зубровки», зажарил зайца, заделал заливное, запасся зеленью, зазвал закройщицу Зинку, затем золотошвею Зойку. Зойка захватила знаменитого защитника зеленодырского «Зенита» Заура Зелимхан-заде.
Завели заржавленный «Запорожец». Загрузив запасы, заехали за забор зернохранилища. Здесь, задвинув засов, занялись задуманным — забухали.

Захар зычно закричал:
— За здоровье земляков-зеленодырцев!
— Замечательный зачин, — заметила Зойка.
«Заточили» заливное. Запили «Зубровкой», закусили зеленью, занялись зайцем.
Зойка задушевно запела. Захар заржал:
— Зойка – звезда! Зыкина завидует.
Зойка заплакала. Зинка залепила Захару затрещину:
— Затрахал! Замолчи, зубоскал!
— Зачем зря злишься? Заголись, зазноба — займёмся здоровым занятием.
— Засмущать захотел? Зачехли затычку. Забудь.

Заслышав звуки задорного застолья, за забор заглянул заслуженный заместитель заведующего зеленодырской зверофермой Зосима Зигфридович Зингер-Задунайский. Заинтересовавшись, задержался. Заговорщически застучав золотыми зубами, заявил: «Здравствуйте! Зябко здесь». Захар задобрил Зосиму Зигфридовича «Зубровкой». Задумчиво затянули «Звездопад».

Затем зашёл зоотехник Зверохвостов. Затем — звукооператор Заглушкин…
Заинтересованные задачей залить зенки зеленодырцы заполняли зону за зернохранилищем.

«Зубровка» закономерно заканчивалась. Заур заметил:
— Зачем завершать знатное застолье? Зряшные заморочки! Закажем завоз «Зубровки».

Затем заказал. Заказанное завезли.
Зелёный змий завладел захолустным Зеленодырском.
Забрезжил запой.
Закат.
Занавес.

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер