ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ

Смешные истории: лучшее из свежего: стр. 18

ХОХМОДРОМ
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
СПРЯТАТЬ ТЕКСТЫ
НАШИ АВТОРЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
Смешные истории: лучшее из свежего: Стр. 18  Оцен.   Раздел   Дата   Рец.   Посет. 
 

Мохнатым мужикам нужны и мохнаты ...

(Соломон Ягодкин)
 9  Смешные истории  2018-11-12  3  305

Ничто так не уродует женщину, как постоянные мысли о своей красоте, потому что тогда все остальные мысли остаются вне её головы, поскольку там уже всё занято...

Резиновая женщина сама просит, чтобы её как можно чаще надували, чего никак не скажешь обо всех этих вечно обиженных натуралках...

Мохнатым мужикам нужны и мохнатые бабы, а где их столько взять, чтобы мохнатые мужики не озверели окончательно?..

Цветы своей жене никогда не дарил, но зато разрешал ей забирать всё то, что оставалось у него от дневной цветочной распродажи...

Честная девушка настолько хорошо сохранилась, что в конце концов стала честной бабушкой, о которой все так и говорили: "Наша честная старая карга!"...

Фото Алексея Кузнецова
 

ЖУЧАРА

(Виталий ИСАЧЕНКО (Ильич))
 12    2018-11-12  0  298
Виталий ИСАЧЕНКО (Ильич)

ЖУЧАРА

Было зябкое утро прохладного лета. Солнце вставало из-за туч. В очередной раз взглянув на него – красное-прекрасное, я скинул с балкона окурок, запахнул цвета хаки махровый халат и призадумался: «И почему это Солнце встает? У него же нет ног... По идее-то оно должно бы... всплывать. О-о-о! Всплытие – к сути поближе!.. Однако ж... Светило же не водоплавающее, чтобы всплывать... Гм... А воздухоплавание же через дирижабли там иль воздушные шарики как процесс существует? Ага – существует. А Солнце же в воздухе? В воздухе – однозначно. Значит, всплывать ему воздухоплавательно законно и неоспоримо?!.. Опять же... В каком оно воздухе-то(?), если оно вне земной атмосферы. С каких это щей в космосе воздух?! Кто и откуда его туда накачал?!..»
Добредя с солнечными мыслями до спальни, я улегся в кровать параллельно жене. Хотя... Не совсем параллельно, потому как на тот момент супруга конфигурально изображала не прямую, а повернутую ко мне оттопыренной задницей геометрически ломаную кривую.
– Ты-ы-ы, жучара, сломил мой королевский кактус? Да не отпирайся. Кроме тебя некому, – оборвав храп и посопев, сонным голосом предъявила претензию Аллка.
– Заблуждаешься. Васька сломил, – перевел стрелки я на кота, твердо полагая, что ему (на отличку от меня) даже за убийство фанатично обожаемого Аллкой королевского кактуса полная амнистия.
– Васька чего, дура-ак что ли(?!), чтобы кидаться на колючки, – прозвучал контраргумент.
– А кто его знает? Может, и дурак. Чай, у психиатра не проверялся, – пробубнил я, проклиная себя за вчерашнюю блажь поплясать на спор голым в присяду... на своем подоконнике при окне нараспашку... под «Калинку-малинку» на оглушительную громкость!..
Не дожидаясь, когда Аллка окончательно проснется и в полной мере оценит нанесенный ее квартирной флоре ущерб, я поднялся с кряхтением, запахнул халат, на морской узел зафиксировал поясом его полы и уныло побрел по направлению к кухне, маясь поранеными кактусом ягодицами и гениталиями... По пути в халатном кармане нащупался выигрыш с вчерашнего пари – новехонькая пятисотрублевка, полученная от знакомого мне со времен моего сопливого детства некогда капитана рыболовецкого траулера дяди Феди Лаптева – ныне пенсионера, на постоянку торчащего с морским биноклем на балконе соседней с нами двенадцатиэтажки...

– Жу-ук! Жуча-а-ара!! Жуча-а-а-а-ара-а!!! – покажись, не слабже пожарного автомобиля вопила явно несущаяся со мной на сближение Аллка.
– Тише, детей разбудишь, – пролепетал я, роняя на пол намазанный маслицем хлебушек. И тут же до дикой боли сдавило всего – от пят до макушки!.. И, подломившись в коленях, я рухнул навзничь в беспамятство!..

Очнулся кверху пузом на полу посередь кухни. Вокруг сновали Аллка и Машенька с Ванечкой. И никто меня даже и не замечал. Терзаемое ломотой тело было будто натуго втиснуто в какую-то скорлупу, мозг варил еле-еле, а где-то в глубинах подсознания набухало дурно-ое-предурно-о-ое-е(!!!) предчувствие вели-и-ико-ой(!!!) беды-ы!..
Первым обратил на меня внимание кот. Нависнув над моим лицом своей почему-то неимоверно гигантской мордой, Васька принялся, как мне покажись, хищно принюхиваться...
– Мам, гляди! Васька жука нашел! Да какого красивящего! – вытаращилась на нас с котом цветущая от радости Машенька, – Надо б папу позвать!
– Нету папы, – бросив на меня брезгливый взгляд, проворчала Аллка, – Слинял куда-то жучара. Тоже мне биолог-зоолог. Уж разменял четвертый десяток, а в голове всё тараканы. Вышвырну вот, блин, на помойку всех его вяленых жучков-паучков!.. Он мой королевский кактус от корней отломи-ил! А короле-евски-ие-е(!!!) ка-актус-сы без корне-ей не прижива-аю-ются-я! – зарыдала супруга и опрометью выскочила в коридор.
– Жалко, конечно, кактус, – склоняясь надо мной, взгрустнула Машенька.
– Да наплюй ты на этот кактус, – тоже склоняясь, но, в отличие от сестры, с восхищенной физиономией, посоветовал Ванечка, – Ты только погляди, какой кру-упный жуча-ара-а! Экземпля-я-яр-р! Мамой клянусь, такой породы в папиной коллекции нет! А давай его...
На сих словах Васька вдруг так долбанул меня лапой, что я на манер хоккейной шайбы стремительно заскользил по линолеуму, отрикошетив от плинтуса к мебельному гарнитуру, а уж от того под холодильник!.. Вот именно там – в полумраке цоколя низкотемпературного агрегата – я и, страдая от боли, к велича-айшему-у(!!!) у-у-ужасу-у осознал, кто-о я тако-ов!..
Удалив Ваську из кухни, меня пыжились извлечь из-под холодильника мухобойкой и шашлычным шампуром, меня пытались высосать оттуда и пылесосом! Последнее, надо отметить, было для моей легкоранимой психики недюжинно травмоопасно!..
Я метался по кухне во имя спасения: убегал, скользя лапками по линолеуму; пытался расправить крылья и улететь... Но всё тщетно! Уйти от облавы так и не удалось!.. В конце концов я, контуженый на взлете запущенным Иванушкой аллкиным тапком, был пленен!..

Я томился на дне стеклянной банки-поллитровки меж кручинящимися за кухонным столом супругой и тещей.
– Дети вот для него поймали, – кивая на меня, пробормотала Аллка, – Ищут булавку, чтобы наколоть в коллекцию. Хотят сделать к папкиному приходу сюрприз. А он – жуча-а-ара-а! Мо-ой ка-а-акту-ус угро-о-оби-ил! Не-е-екому-у кро-оме него-о-о! Оди-ин ж с Ва-аською бы-ыл до-о-ома-а вчера-а-а! – расхныкалась супруга.
– Сюрприз, говоришь, хотят папочке сделать? – проворчала Марья Петровна, – Сейчас я тебе тако-о-ой сюрпри-и-изище-е(!!!) покажу-у! Соседский Коленька специально для меня только что из Ютуба перекачал! Гляди вот про своего козла-а!
Узрев на дисплее тещиного смартфона высококачественно и крупнопланово заснятого на видео снаружи нашего дома себя, под «Калинку-малинку» залихватски наплясывающего в присядку нагишом на подоконнике рядышком с королевским кактусом, я под аллкин душераздирающий вопль «Козе-е-ел-л!!!» повторно за то бешеное утро выпал из сознания!..

Очнулся стоящим в бурьяне у какого-то ветхого забора. Вздохнул с облегчением; но, опустив взгляд, узрел мохна-атые ножки с копы-ы-ытцами-и!!!
– Кеша-Кеша! Кешка! – донесся из-за забора ласковый старушечий голосок, – Куды ж ты, варнак, запропастился-то?!
– Чует шельмец, что пришла его очередь на шашлычок, вот и спрятался, – рассудил где-то рядом какой-то мужик, – Оне ж – козлы-то – ушлые как человеки.
С диким ужасом осознав, что речь обо мне, я ретиво встал на дыбы, машинально боднул рогами забор и без промедления сорвался с места, со всех четырех ног бешеным галопом поскакав к опушке ближайшего леса!..
 

МУЖСКАЯ ДРУЖБА

(Ременюк Валерий)
 20    2018-10-13  2  451
Сенька и Витька учились в пятом классе одной из школ нашего городка. Нельзя сказать, что они дружили. Нет, просто были одноклассниками. И даже сидели в разных рядах класса. Но в секцию самбо записались одновременно. На урок физкультуры однажды заглянул тренер из городской спортшколы, по фамилии Лупанько, и так красочно описал преимущества, которые в жизни приобретет самбист, прошедший у него пятилетний курс наук, что двое из мальчишек дрогнули, в смысле, соблазнились. Это и были Сенька с Витькой.

Сенька выглядел кило на пять помассивнее Витьки, зато Витька был повертлявей и пожилистей. И вот, на одной из первых тренировок Лупанько поставил их в спарринг по отработке передней и задней подсечек. И стоило ему отвернуться, как мальчишки не ограничились подножками, а перешли в партер и Сенька там довольно таки безжалостно слегка придушил Витьку, который упорно не желал стучать ладошкой по ковру и сдаваться. Через пару минут Лупанько это безобразие, конечно, усек, разнял борцов, наподдал им легких тренерских пендалей на память, и инцидент как бы оказался исчерпан. Ан-нет.

Полупридушенный Витька затаил обиду на Сеньку и решил отомстить. И стал думать, как бы это половчее устроить. Своих силенок справиться с обидчиком явно не хватало. Надо было искать дополнительные ресурсы. По пути с тренировки домой Витька шел по улице им. Витольда Каннибалова мимо небольшой стихийной барахолки, базарчика на лотках и ящиках, где вечно продавали всякую всячину, а рядом толклась городска подростковая молодежь. И вдруг обратил внимание на крепкого паренька на полголовы выше его ростом, вальяжно стоящего рядом с лотками, руки-в-боки, и слушающего через наушники что-то задорное, так как правая нога отбивала живой ритм. Витька увидел рисунок на черной майке крепыша и остановился. На груди мальца крупными угловатыми буквами было написано: «Даю в бубен. Недорого». Выражение лица хозяина майки подсказывало, что надпись эта – не просто для красного словца.

Витька подошел поближе и сказал незнакомцу вполне дружелюбно:
- Привет, давальщик!
- Чего? – нахмурился визави и вынул из одного уха втулку наушника. – Какой еще давальщик, ты че несешь, пацан?
- Ну, ты же написал на себе, что даешь в бубен! Значит, давальщик.
- А, ты про это! Ну и че?
- Интересуюсь: это только для прикола или реклама услуг?
Крепыш оценивающе окинул Витьку взглядом и вынул второй наушник из другого уха. Хмыкнул:
- А если реклама, то че?
Витька решительно протянул руку для знакомства:
- Витька. Есть дело. Пошли, перетрем.
Поставщик услуг по даванию в бубен пожал руку в ответ:
- Колян. Ну, пошли, если не шутишь… Витька.
Они отошли к ближайшей скамейке у фонтана, присели.

Витька сразу перешел к делу:
- Колян, надо одному хмыренышу фонарь подвесить, чтоб руки не распускал. Сможешь?
- А кто у нас хмыреныш?
- Да мой одноклассник. Придушил меня на тренировке. А я не хочу ввязываться и отношения портить. Нам еще полшколы вместе учиться…
- Мудро! – кивнул Колян с одобрением. – А сколько можешь заплатить? Оплату беру вперед. Заказ выполняю в течение суток, если клиент в городе.
Витька порылся в карманах, вытащил мятую сторублевку, сэкономленную сегодня на школьном обеде. Как знал, что пригодится! Протянул Коляну:
- Вот, все, чем могу…
Тот взял, скривившись, недовольно проворчал:
- Этого хватит только на один удар. Дал бы «пятихатку», я бы обработал хмыреныша комплексно, по полной.
- Нет, ему хватит и одного бланша. Дашь в глаз и хорош. Ну, по рукам?
Деловые люди закрепили устный договор крепким купеческим рукопожатием. На прощание Колян спросил адрес цели и бросил:
- Результат увидишь завтра в школе! Пока!

Сеньку Колян подкараулил у подъезда вечером, когда тот, по наказу мамы, вышел в ближайший гастроном за хлебом и кефиром. Колян, проходя навстречу Сеньке, неожиданно ударил его кулаком в глаз. Сенька охнул и упал, даже не поняв, что произошло. Колян быстро оглянулся, не увидел ли кто из взрослых его манипуляций, помог Сеньке подняться:
- Извини, пацан, ничего личного, просто бизнес!
Отряхнул штаны и спину поверженного самбиста. Тот, наконец, пришел в себя и, держась ладонью за правый глаз, начал задавать вопросы:
- Не понял, какой бизнес?
- Ну, тебя мне заказали! А так, я против тебя лично ничего не имею, извини еще раз. А заказ отработать я обязан, купеческое слово дал!
- И кто ж меня заказал?
- Этого я тебе не могу сказать. Коммерческая тайна! Я заказчиков не палю.
- Но ты его хотя бы знаешь, заказчика этого?
- А то! Я ж с него деньги получил за тебя!
- Много?
- Та не. Мелочевка. Соточку…
- Нормально, прикинь! За сто рублей в глаз незнакомому человеку давать! Ты, вообще, в своем уме?
- Всё нормуль, пацан! Это называется: суровая правда жизни, - привыкай, пригодится! Кто платит, тот и сильнее!
И тут Сеньку молнией пронзила гениальная идея:
- Слушай, а можно, и я тебе заказ сделаю?
- Легко! Фирма работает без выходных! – важно надулся Колян. Он был доволен: бизнес быстро шел вгору!
- Тогда вот тебе тоже сто рублей, - Сенька протянул сторублевку, выданную мамой на продукты, - и навесь тому, кто меня заказал, такой же фонарь, как у меня, только под другим глазом! Сможешь?
- Под другим? – Колян внимательно посмотрел на Сеньку, склонил голову вправо, влево, как бы примериваясь: - В принципе, можно и под левым. Только придется работать с левой…
- Ну, это уже твоя кухня, я в дела профессионалов не лезу! Как тебя хоть зовут, киллер?
- Почему киллер? Я никого пока еще не грохнул. Колян я!
Он взял купюру, высокие договаривающиеся стороны пожали друг другу руки и разошлись. А Сенька, вернувшись домой с пустыми руками, соврал маме, что деньги потерял …

Наутро в школе Витька и Сенька встретились, увидели друг на друге одинаковые фингалы, только под разными глазами, и на большой переменке отошли в сторону обсудить ситуацию.
- Колян? – спросил Сенька.
- Он самый, - кивнул Витька.
- Меня ты заказал?
- Естественно. Так же, как и ты меня!
- Ладно, проехали. Будем считать, квиты. Мир? – Сенька протянул руку, Витька ее пожал.
- Слушай, а все-таки обидно, что мы с тобой квиты, у обоих по фонарю, а у Коляна наши двести рублей! Как ты считаешь, это справедливо? – сказал Витька.
- Нет, по мне, так очень несправедливо!
- Пошли, сбалансируем отношения? Я знаю, где он гужуется.
- Пошли!

Коляна подкараулили, когда он с затычками наушников в ушах вразвалочку шел по аллее городского парка, сунув руки в карманы и что-то вполголоса насвистывая. Настроение у него было прекрасное. Светило солнце, чирикали воробьи, в кармане лежали легко заработанные двести целковых, жизнь удалась! Вдруг сзади налетели двое энергичных мальцов и, не дав Коляну даже вынуть рук из карманов, настучали ему под оба глаза и тут же отскочили на безопасное расстояние.
- Вы че, посоны, в натуре? Белены объелись? За что? – Колян и не думал нападать в ответ от неожиданности. – Я ж вам обоим сказал: ничего личного, просто бизнес!
- А у нас, Колян, как раз наоборот: никакого бизнеса, а только личная к тебе антипатия. За твой гадский бизнес. И еще корыстный интерес, - решительно произнес Витька: - Гони назад наши деньги и будем считать, мы с тобой в расчете!
- Да, а не то еще и по сопатке навесим! – с угрозой добавил Сенька и набычился в сторону Коляна.
Тот порылся в кармане, протянул две сотенные бумажки, пожал плечами:
- Да нате, подавитесь! Не думал, что вы это примете так близко к сердцу! Не деловые вы люди, пацаны. Тяжело вам будет в жизни…
Получив обратно свои кровные, Сенька и Витька переглянулись. Перед ними стоял побитый ими Колян, держась руками за оба глаза, и жалко шмыгал носом. Пацаны пошушукались между собой и Витька сказал:
- Ладно, Колян. Мы на тебя зла не держим. Будем считать, что мы в расчете. Пошли, зайдем в ближайшую кафешку, хоть умоешься там. Заодно приглашаем – попьем соку, если хочешь. Деньги теперь есть. За знакомство и вообще…
- Соку? – протянул Колян, как бы раздумывая над предложением. – Можно и соку. Я томатный люблю…

Так между детьми завязалась настоящая мужская дружба, которую они пронесли через всю жизнь.
 

НОЧНОЕ

(Ременюк Валерий)
 9    2018-11-04  1  356
Жила-была в нашем городке одна дама средних лет и среднего же достатка. Но несредней, прямо скажем, общительности. Ее среднего достатка хватало на среднюю жизнь и владение средним, по нынешним меркам, гаджетом – смартфоном одной известной фирмы. Естественно, с интернет-модемом. Звали даму Зинаидой, адресок потом могу черкануть, если кому интересно. Спала она по ночам крепко, но чутко, и это имеет важное значение для нашей истории, в чем мы скоро и убедимся. И были у Зинаиды в немалом количестве близкие и дальние родственники, а также всякие однокашники и старинные друзья детства, рассеянные по городам и весям нашей страны. И в значительной степени – в районе средней и восточной Сибири (ну, так сложилось у нее, чего уж теперь восклицать «Как так вышло?» да «Кто допустил?»). А Зинаида, надо сказать, очень была привязана к своим родным и друзьям, и любила с ними регулярно общаться. У ней для них в ее смартфоне были заведены все мыслимые средства коммуникации: Skype, WhatsApp, Viber, Facebook, ВКонтакте, Одноклассники и даже опальный Telegram. Зинаида настолько ценила общение, что даже вывела на смартфон звуковые уведомления о всех вновь поступающих сообщениях во всех перечисленных сетях.

Обычно по ночам контактеры Зинаиду не тревожили, поскольку все участники переписки были людьми взрослыми, воспитанными, с хорошо развитым чувством такта. Если что глубокой ночью и прилетало Зинаиде, то лишь в экстренных случаях – умер, допустим, кто (не дай бог) или, там, кто-нибудь срочно приезжает, типа, встречайте утром, везу бочку, к примеру, кедровых орехов или полтора центнера, допустим, сала. Да. Но вот однажды, на День народного единства, точнее, в ночь на этот День, видимо, что-то необычайное случилось в атмосфере, а может, и в литосфере заодно, какая-то аномалия вспучилась. И в районе половины третьего слышит чутко спящая Зинаида знакомое «плям-плям» в Вайбере. Что за притча? Одной рукой хватается за телефон, другой - за сердце в предчувствии каких-нибудь трагических известий, разлепляет сонные очи и с волнением читает сообщение: «Дорогая подруга! Поздравляю с Днем всенародного единства! А помнишь, как мы дали ляхам прикурить в этот день в 1613 году под Костромой? ))) Алёна». Зинаида чертыхнулась про себя, добавила в уме пару теплых матюгов в адрес камчатской подруги и ее специфического чувства юмора. И перевернулась на другой бок продолжать прерванный сон. Рядом заворочался и забурчал во сне строгий муж. Он страсть как не любил, когда его ночь-заполночь тревожили по пустякам.

Следующий «трям-пам-пам» прискакал по Вотсапу в три двадцать – это иркутский друг детства Паша ощутил бодрость наступившего там утра и решил разослать всем друзьям веер стихотворных поздравлений: «С праздником, друзья! Будем едины, презрев седины! Не зная броду, не суйся к патриоту! Ваш Павел )))» Особенно взбесили Зинаиду эти трогательные до тошноты скобочки в конце сообщения, символизирующие широкую Пашину улыбку в три подбородка. Намек на патриота Сусанина Зинаида также не оценила и сопроводила сообщение очередными трехэтажными выражениями. Которые, впрочем, так и остались у нее во рту, так как муж на писк мобильника нервно дрыгнул ногой и нечленораздельно замычал во сне.

Уже подозревая, что ночь пошла как-то не так, не по той колее, и что ее сюрпризы еще не кончились, Зинаида, однако, попыталась сделать вид, что всё в порядке. И обеими руками вцепилась в подушку, зарывшись в нее с головой и пытаясь снова уснуть. Как бы не так! В четыре ноль-ноль на трудовую вахту утреннего соловья-поздравителя встал младший брат Зинаиды Роберт, проживающий в Новосибирске. «Бом-бом!» - крякнул Скайп и выдал теплые душевные строки брата: «Дорогая сестричка! Как никогда прежде, чувствую с тобой большое народное единство! С праздничком! Собираюсь к вам на новый год. Роба))).» И снова эти проклятые скобочки трехслойного смеха! «Да что они там, за Уралом, сговорились все, что ли, не дать мне сегодня поспать! Да трах же вас тибидох-тибидох-тибидох, дорогие друзья и братья!» - так можно в очень мягкой манере передать те суровые слова, которые в действительности произнес язык Зинаиды за закрытыми зубами. Муж грозно почмокал губами, но не проснулся.

Следующие полчаса Зинаида не сомкнула глаз, лежа на кровати и судорожно сжимая гаджет в потных ладонях. «Выключить бы его к чертовой бабушке и дело с концом, - думала она. - Но, вдруг, реальное несчастье с кем из наших? А я вне связи… Нет, потерплю». С трудом задремала, даже стала видеть какие-то необременительные легкие сны. Но без четверти пять смартфон снова выдал свое гадкое «тю-тю-тю!». Это ожил опальный Телеграм имени товарища Дурова. Его волны принесли из Тюмени следующий текст : «Зинуля! Ты мне только что приснилась в том виде, как мы с тобой собирались в ЗАГС в 1975 году. Но так и не дошли… Помнишь? Не могу забыть. Я плачу. Вышел на кухню покурить. От слёз погасла сигарета… Извини, ежели не вовремя. Боба». «Боба, да чтоб тебе пусто было с твоими эротическими воспоминаниями и снами! Ты дашь мне поспать хотя бы часок сегодня, а? Тыдыщ, тыдыщ, тыдыщ!» - Зинаида молча матюгнулась уже обессиленно и даже беззлобно. Ее институтский дружок, несложившийся первый муж, никак не сгладил тягостного впечатления от пропавшей ночи. А текущий супруг, наконец, членораздельно рыкнул: «Зинка, вали-ка ты со своим смартфоном в гостиную и там чаться. Коза! Дайте же человеку поспать, сволочи!»

Зинаида встала, на цыпочках вышла в туалетную комнату и там, склонившись над унитазом, длинной тирадой вполголоса выгрузила в его фаянсовое ухо все матерные слова, накопившиеся во рту за ночь. И на Б, и на П, и на Х, и на ЁТМ, и несколько лексических комбинаций с производными перечисленных терминов. И спустила воду. А потом вырубила в смартфоне функцию звуковых уведомлений и ей сразу же сильно полегчало. И вернулась Зинаида на супружеское ложе, притулилась к мужу под теплый бочок, и безмятежно доспала оставшиеся пару часов ночи с тихой счастливой улыбкой на лице.

А унитаз потом, утром, на всякий случай, еще и сполоснула дезинфицирующим гелем – мало ли чего!
 

Из показаний Александра Кокорина ...

(Лука Шувалов)
 19    2018-10-09  3  430
Я собрался кофе выпить
Под названием «латте»,
Не могли что ль тихо выйти
Те, которые «не те».

Вон сидит с надутой рожей,
Круассан ко рту поднёс,
На татарина похожий
Или типа китаёз.

Мы с Мамаевым культурно
Объяснили всем кто мы,
А китайцам – чистить урны
У киосков шаурмы.

Тут он начал типа вякать,
«Безобразие! То! Сё!»,
Мы его послали на …
Ой, как вспомню, так трясёт.

А потом тот стул попался,
Опустился на него,
Ничего, мужик поднялся,
Нос расквашен, зуб сломался,
Вот… а больше ничего.

Ну, испортил свой «бриони»,
Наворует, не беда,
А меня Семак погонит
Из Зенита – это да.

Так давай, мужик, мириться,
За имплант я заплачу,
Мне же, дядя, скоро тридцать,
Я ещё играть хочу!
 

АНГЛИЙСКИЕ УЧЕНЫЕ ДОКАЗАЛИ

(Ременюк Валерий)
 20    2018-08-24  2  599
До городка нашего английские ученые еще не добрались и подозреваю, даже не пытались. В силу его мелкости и непрезентабельности. Но влияние их тут все же заметно. Вот, к примеру, гулял как-то раз Антип Сивоконь в свой законный выходной по городскому бульвару и тормознул у газетного стенда. Он любознательный был, конюх Антип. Пока все заметки на стенде не изучит, с места не сойдет. И в разделе «Спрашивали? Нате!» вычитал, что английские ученые доказали удивительную вещь. Оказывается, в каждом из нас, хомо сапиенсов, живет до десяти процентов неандертальца! Уж не знаю, каким аршином или безменом они замеряли, но Антип как-то сходу в это поверил. Более того, мысленным взором окинул свою личность и понял: точно! Если от колен и выше он, в целом, еще похож на человека разумного, то ниже – чистый неандертал! Ибо нижние ноги Антипа покрывал толстый слой дикой, войлокообразной, рыжеватой шерсти. Он поэтому даже валенки зимой не носил, обходился всякими обносками да опорками. И кони его любили. Видно, чуяли в конюхе что-то близкое.

Пораженный вычитанным фактом, Антип весь обратный путь домой шел в глубокой задумчивости. Пытался осмыслить, как ему теперь распорядиться таким важным, научно обоснованным знанием. Как его, стал-быть, присобачить на пользу домашнему хозяйству. Но конструктивная идея всё на ум не шла. Зато Антип вдруг смекнул: «А что же Лушка, супружница моя? У нее-то чё от неандерталки? Не могут же английские ученые врать! Раз сказали «десять процентов», значит, не девять и не одиннадцать. Вынь да положь десять!» И стал напряженно представлять себе пышнотелую Лукерью во всевозможных ракурсах. Искать неандертальскую наследственность, значит. Но то, что он узрел в своих мысленных изысканиях, приличными словами выразить невозможно, как ни пыхти. Поэтому мы и браться не будем. А скажем лишь, что Антип решил при ближайшей возможности учинить Лушке личный досмотр с пристрастием на предмет ее неандертальского содержимого.

Ближайшая возможность случилась, как водится, опосля вечери, как стемнело и дети спать расползлись по лавкам. Антип сыпанул коням овса в ночные ясли и, в предвкушении открытий чудных, стал подогревать свой просвещенья дух. Залез на печь, значит, и стал дожидаться, когда Лушка закончит постирушку и о муже вспомнит. Да, и еще серников взял на печь с полпачки – чтоб в темноте не наощупь по телу мацать, а наверняка всё разглядеть. С огоньком, то есть. Но, когда дело дошло до дела, Лушка исследовательский порыв мужа не оценила. К другому была привычна, отсталая баба! Он ей, мол, повернись таким ракурсом, да потом эдаким боком, да еще вот так встань, а потом эдак. Да еще спичками чиркает, да сует их куды ни попадя – того и гляди, подпалит деликатные места. Надоело жёнке такое головотяпство и вероломство. Подумала, что Антип издеваться вздумал, вместо того, чтоб переходить к стандартным процедурам. И – раз ему в лоб с левой. Антип и вырубился на всю ночь.

Хорошо поспала Лукерья до утренней дойки, спокойно. Никто не мешал. А Антип, как проспался да поостыл в своих устремлениях, сделал поутру такой вывод насчет супружницы: главная неандертальственность у Лушки – ее хук с левой. Ни у одной из Антиповых знакомых бабешек такого не было. Но тут Антип заподозрил английских ученых во вранье. Лушкин хук тянул не на десять, а на все пятьдесят процентов! Надо будет написать им в парламент опровержение и протест, подумал Антип. Дурят людей эти английские ученые!
 

Что такое мир уголовников, как н ...

(Соломон Ягодкин)
 5    2018-11-10  0  288

Взрослая уголовная мразь вырастает из маленьких зверёнышей, которым власть и народ с младых когтей внушают, что их шерсть - самая лучшая и самая правильная, и уже поэтому им можно всё!..

Бороться с преступниками должны только строго определённые товарищи. А все остальные товарищи не должны нам в этом святом деле не мешать, а иначе мы их всех посадим, тем более, сообща...

Что такое мир уголовников, как не мир зверья? Так что или Создатель был халтурщиком, или Дарвин всё-таки оказался прав...

Пока ты по дурости кого-то не убил, а всего лишь покалечил, ты ещё не преступник. А на нет у нас, как известно, и суда нет, зато всё остальное есть, и прежде всего, замечательные успехи по борьбе с преступностью...

У уголовников-родителей и дети тоже должны стать уголовниками, а иначе кому предки-уркаганы передадут по наследству своё всё самое святое, что у них есть: свои отмычки, волыны и ножи?..

Фото Алексея Кузнецова
 

Умные фильмы, это фильмы для умн ...

(Соломон Ягодкин)
 6    2018-11-05  0  268

Кино отличается от некино прежде всего своими фильмами, а всё остальное не в счёт, иначе говоря, уходит в киноотходы...

Когда в городе появился кинотеатр некоммерческих фильмов под названием «Глоток Свободы», люди сначала не поверили своим глазам, потом, своим ушам, пока впервые не пошли на его сеансы. А потом со страхом и восторгом стали ходить ещё и ещё, пока эти кинотеатр не сожгли, а самого его хозяина защитники народной духовности не закопали живьём, чтобы тот впредь не выпендривался и крутил только то, что нужно здоровому народному большинству…

Умные фильмы, это фильмы для умного зрителя, а скажите честно, какой дурак такие фильмы будет снимать, а другие, показывать?..

Хорошие фильмы должны давать много денег, чтобы на них можно было снять хотя бы один плохой фильм, уже не для денег, а просто как чисто художественное кино...

"Правильные фильмы", это всегда были лживые фильмы, сколько бы газета "Правда" ни писала, что именно эти фильмы, правда в кино и есть...

Фото Алексея Кузнецова
 

По пузу себя, по пузу!

(Ицхак Скородинский)
 2    2018-11-07  0  304
Сколько сейчас развелось рецептов в Инете о том, как навеки, навсегда успокоиться, если и вдруг на тебя обрушилась такая пря, как паническая атака.
И я тоже хочу затесаться со своего дивана...

Итак, чтобы тебе, мой любезный читатель стало всё по барабану...
А всего-то и нужно, утром, на изголодавшийся желудок свой, лечь на спину и расслабиться, вспоминая, как сладок был салат оливье под водочку на Новый Год!
А потом бей, бей, бей, не жалея себя, нет, не по барабану, а по пузу, по пузу правым кулаком.
И пыхти, пыхти, пыхти себе...
Потихоньку.

Может и поможет.
 

ПИФАГОРОВЫ ШТАНЫ

(Ременюк Валерий)
 20    2018-10-14  1  437
Жила-была в нашем городке одна бабушка. Ну, как бабушка? Просто, женщина в летах, хотя и спортивная, молодящаяся. На вид ей, вообще, не давали больше сорока при том, что ей было хорошо под шестьдесят. Но она являлась бабушкой по статусу, имея законного внука Женьку десяти лет. И вот однажды, под новый год, родительница Женьки, дочь нашей бабушки, говорит:
- Мама! А не соблаговолите ли вы на зимних каникулах поехать со мной и Женькой покататься на лыжах в Лапландию? Я тут путевочку прикупила в хорошее место. Съездим, Санта-Клауса за бороду потягаем, оленей северных покормим, да и сами попыхтим на лыжне. Там, говорят, уж такие лыжни шикарные – закачаешься!

А ту и упрашивать не надо – она с детства до лыж просто жадная. Медом ее не корми, дай на лыжах побегать! Так они и поехали, благо, от нашего городка до ихней Лапландии всего-то день пути на хорошей машине. Заселились, значит, в бревенчатый коттеджик, тут же бабу снежную, конечно, слепили во дворе (не пропадать же такой прорве хорошего снега!). И стали жить-поживать, вкушать лапландские прелести: то оленей увидят на лыжне, то белых куропаток в лесу, то северное сияние в звездной ночи! Ну, и на лыжах катались каждый день – будь здоров! Попутно бабушка занималась с внучком математикой, так как тот малость отставал, особенно в геометрии. А у бабушки еще с детских лет оставались в голове кое-какие знания как у выпускницы физматшколы и масса энергии, недоизрасходованной на лыжне. И дернул черт бабушку заняться с Женькой разбором доказательства теоремы Пифагора (ну, той самой, в которой пифагоровы штаны в обе стороны равны).

Начертила она прямоугольный треугольник, пририсовала к гипотенузе и катетам по квадрату, и стала мучительно вспоминать, на чем основывается доказательство? Как доказать, что чертов квадрат гипотенузы равен сумме проклятых квадратов катетов? Долго вспоминала. Внучок уже успел раз двадцать с горки съехать и в компанию к снежной бабе снежного деда слепить, снежную внучку и снежную Жучку, и принялся за снежную кошку. А бабушка все никак не уговорит коварные пифагоровы штаны доказаться! Просто вот напрочь из памяти отшибло у бабушки, с чего начинать. Конечно, перед внуком терять авторитет – последнее дело! А Интернет в их долине, как назло, не работал, - бабушка хотела загуглить доказательство, да не тут-то было! И решилась она тогда на отчаянный шаг. Надела лыжи и рванула на лыжню в поисках просветления. Авось, морозный воздух Лапландии не подведет!

На восьмом километре лыжной трассы, что огибала большое озеро, встретила бабушка то, что искала. Точнее, того, кто ей был нужен. Навстречу шел мужчина с академической бородкой, в шапочке-петушке и штормовке советского туриста-семидесятника. Родной типаж, короче. И бабушка положила на него глаз, в смысле, возложила надежду на свое спасение. Как только они сблизились на встречных курсах, бабушка и говорит максимально ласковым голоском:
- Здравствуйте, мил человек!
- Здравствуйте! – не менее вежливо отвечает семидесятник на чистом русском.
- Извините, - говорит бабушка, - у меня к вам очень важный вопрос!
- Да, пожалуйста! – галантно отвечает тот и останавливается на лыжне.
- Я вижу, вы хорошо учились в школе и институте, и мне кажется, даже знаете, чем бемоль отличается от диеза!
- Да, - удивился бородатый, - вы абсолютно правы! Я даже помню еще, чем Мендель отличается от Генделя!
- Тогда не подскажете ли, на чем основано доказательство теоремы Пифагора? Мы с внуком занимаемся тут, и что-то я подзабыла…
- На подобии треугольников! – ответил эрудит в штормовке, ничуть не задумываясь.
- О, спасибо большое! Вы буквально спасли мою пошатнувшуюся репутацию! Хорошего вам дня, - обрадовалась бабушка. – До свидания!

И побежала дальше, нести свет знаний своему внуку. А мужчина долго еще стоял, удивленно глядя ей вслед, теребил бородку. И, наконец, задумчиво произнес:
- Как непредсказуема жизнь! Никогда бы не поверил, что надо приехать за тыщу верст в Лапландию, чтобы на лыжне, в глухом зимнем лесу русская бабушка у меня спросила про доказательство теоремы Пифагора! Это как же понимать? Что это, вообще, было?
Так в недоумении и пошел дальше.

А бабушка с Женькой очень хорошо разобрали про пифагоровы штаны и по возвращении домой, после каникул, на ближайшей контрольной по геометрии внучок получил полновесную пятерку.

Вот какие удивительные бабушки водятся в нашем городке! И какие славные семидесятники в Лапландии!
 

Критик

(Олег Сибирёв)
 15  О критике  2018-09-06  3  554

Известный литературный критик Виссарион Григорьевич Белинский всегда с удовольствием, вдохновенно и даже с каким-то цинизмом критиковал в периодической прессе новые романы Достоевского.
      А вот произведения Льва Толстого, как ни удивительно, он никогда не критиковал, ибо однажды был приглашён в усадьбу Льва Николаевича и оказался под таким впечатлением от этой встречи с писателем, что потом ещё целых полгода залечивал тяжёлое сотрясение головного мозга и множественные переломы обеих рук.

© Сибирёв О.А.
 

ЕСЛИ ДИКАРЯМ НУЖЕН ВОЖДЬ…

(Соломон Ягодкин)
 4    2018-11-07  1  279

Если дикарям нужен Вождь, значит они всё ещё - дикари. Теперь осталось только выбрать самого дикого, а значит и самого достойного из них...

Вождь очень любил не только свой народ, но и все остальные народы тоже. Но только те, которые по неблагодарности своей, упорно этой любви сопротивлялись, за что их, естественно, приходилось из всех стволов пороть, и тем самым доказывать им, что теперь он и их Вождь тоже...

Кто такой Вождь, как не Пахан всея страны? Тем более, если это - твоя страна, и ей уже никуда не деться от своего урки-Вождя...

Если смотреть поверх даже самых высоких Трибун, то любая их них, со всеми её пигмеями-Вождями, окажется просто никакой на фоне открывшихся неба и свободы...

Когда живая идея становится обязательной для всех, она тут же превращается в мёртвую догму. И тогда ей уже не остаётся ничего другого, как идти на историческую панель...

Идеолог, это всегда холуй, а иначе его, в лучшем случае, тут же уволят по профнепригодности, знал ведь, сучонок, подписывался на что...

Пропаганда обязана быть вульгарной, а иначе все пропагандисты вымрут как класс, и тогда народ вообще не будет знать, что и как надо понимать...

Если чему и может научить Партия, так это высокой идейности. Зато всё остальное, не такое высокое, всем её членам и членчикам надо напрочь забыть...

При однопартийной системе любая партия есть ложь хотя бы уже потому, что никакой другой партии нет и не будет, а значит сама она сидит во всех Президиумах и стоит на всех Трибунах как мёртвый витринный манекен...

Чем меньше люди знают, тем меньше они отвлекаются от главного, которое умом не понять, и в которое можно только верить...

Чтобы выписать из прессы что-то приличное, надо было обязательно, в качестве нагрузки выписать что-то неприличное, но зато идеологически верное. А при таком раскладе никакая "Правда" никогда не прогорит, пока весь этот идеологический балаган не прогорит окончательно...

Когда Вождь окончательно покрылся шерстью, его срочно заменили на другого, куда более молодого, и совсем ещё голенького...

Вождь написал о себе-любимом книгу, а все остальные книги приказал сжечь, потому что в них о нём не было ни строчки...

Почему-то любой Вождь собирает вокруг себя лишь сплошных ничтожеств. Но, с другой стороны, как иначе он окажется выше и умней всего этого убогого окружения?..

Ладно тот царь был уголовником, а наш-то чем лучше? Тем более что у него в кармане в качестве ножа был ещё и партбилет, и носил он при этом гордые звания Вождя всех народов, Великого Кормчего и прочая хренотень...

Почему-то уголовник и партработник , все они были как близнецы-братья. Видно и у тех и у других был общий сбой хромосом...

Плебсу нужны Вожди, а иначе он никакой не Народ!..

Самовластие может быть только пещерным, а иначе его тут же засмеются и отправят на самые примитивные работы как недоумка...

Фото Алексея Кузнецова
 

Аблурахманчик ты наш любимый

(Ицхак Скородинский)
 4    2018-10-29  2  349
А ведь это ты был , точно что ты...
Когдатошний, милый такой старичок.
Хоттабыч.
Ибн Хоттаб ты наш, вездесущий.
Сам видел твою бороду на трибунах во время игр Росии с остальным миром на ЧМ. Так что, никакие это были не чудеса Черчесова, а..
Волосок из бороды вырвал, дунул, плюнул, и...
Гол!!!
Вся страна на бровях, и...
Оле, оле, оле!
Только, в какую бутылку ты испарился, когда наши били пенальти в четверть финале,а...
Может, это был односолодовый виски...
Или армянский Двин...
Да, неужели, палёная водка?!
Эх, Хаттаб, Хаттаб, как же тебя навеки навсегда изуродовала жизнь в девяностые...
И не только тебя, не только.
 

Если в кино есть что сыграть…

(Соломон Ягодкин)
 4    2018-11-04  1  322

У каждой из кинодив было по две руки и по две ноги, одним словом, ничего лишнего. Но не только это отличало их от их сестёр по разуму, что собрались в этот день в переполненном кинозале…

Супермен старался, от греха подальше, лишний раз рот не открывать, и все свои подвиги на экране совершать молча...

Если в кино есть что сыграть, сыграть это может далеко не каждый, а так, каждый. Теперь понятно, какое кино нужно широким актёрским массам?..

Когда герои фильма такие же никакие, как и их авторы, нужны и такие же никакие зрители, и тогда успех фильму гарантирован...

Снимали такие идейно правильные фильмы, что даже самый последний дурак не мог их не понять, а значит, и не полюбить всей своей дурацкой душой и такими же дурацкими мозгами...

Фото Алексея Кузнецова
 

ХИРУРГИЧЕСКИЙ ЭТЮД

(Ременюк Валерий)
 17    2018-10-16  2  404
Да, что скрывать: есть, есть еще в нашем городке явления, которые бросают густую тень на преимущественно светлые пятна. Одним из таких явлений был Архип Рукосуев, мелкий, тщедушный прохвост средних лет, торговавший всякими фиктивными документами. Трудовыми книжками, иммиграционными карточками, медицинскими бюллетенями, дипломами о среднем и высшем образовании, и проч. Хотя сам образование имел, главным образом, неполное тюремно-приходское. В смысле, каждый очередной приход в тюрьму или на зону давал Архипу богатый жизненный опыт, которым тот, впрочем, пользовался своеобразно. То есть, никаких выводов не делал. Не в коня корм, что называется. А неполное в том понимании, что Архип, откинувшись после очередной ходки, чувствовал неполное удовлетворение от обретенной свободы. Бо’льшая часть жизни, проведенная в неволе, в представлении Архипа имела больше плюсов, чем воля. Там были стабильность, четкое место в криминальной иерархии, закадычные дружки и подельники, гарантированная хавка и прочие мелкие радости бытия. А главное, там присутствовала ясность, как жить в ближайшие несколько лет, если уметь себя правильно вести. Он умел. На свободе же всё было намного неопределеннее, сложнее и это беспокоило, пугало нашего героя. И подспудно толкало на новые подвиги, приближавшие очередной визит на зону.

В тот солнечный весенний день стоял Архип в подземном переходе на одной из своих обычных точек, неся нелегкую трудовую вахту. Для блезира торговал рекламными газетами, а для пропитания – изделиями подпольного прикладного искусства. Фальшивые документы были изваяны им, действительно, искусно. Комар носа не подточит! Сегодня уже удалось толкнуть три иммиграционные карточки, пару листков временной нетрудоспособности и один бланк загранпаспорта. Этого было вполне достаточно, чтобы на вырученные средства пригласить в ресторан свежую подругу Раиску Затуманову, кассиршу из соседней к переходу бани. А там, чем черт не шутит, может, удастся хмельную Раиску раскрутить к ночи и на большее…

Архип уж было собрался сворачивать свой трудовой день, как к нему подкатился краснощекий господин в пиджачной паре и шляпе. И сразу заговорщицким шепотом завел разговор о деле. Ему край нужен был медицинский диплом. Да не абы какой, а диплом выпускника Первого медицинского института Питера. Причем, по специальности «хирургия». Такой вот каприз у клиента. Ну что ж, дело для Архипа знакомое. Он принял заказ на срок в три дня, на чем они с краснощеким и расстались. Вечер и ночь с Раиской удались на славу. И диплом Первого меда получился у Архипа на загляденье. Клиент рассчитался щедро.

Время, как известно большинству граждан, быстротечно. А меньшинство догадывается еще и о том, что оно необратимо. В чем Архип и смог лично убедиться через восемь лет, после двух очередных ходок на зону. Случилось так, что прихватил нашего героя недуг. Последнее время в правом боку кололо-покалывало, но как-то удавалось перетерпеть, залить боль градусами. А тут чувствует Архип – край. И сдался-таки эскулапам. Доставили бедолагу неотложкой в местную больничку. И вот, открывает Архип глаза на каталке по пути на операционный стол и видит… слегка оплывшую, но все еще краснощекую физиономию того самого господина, купившего у него диплом Первого меда. И понимает, что это и есть хирург, который будет сейчас его пластать вширь и вкось в поисках воспаленного аппендикса. И захотел Архип открутить время на восемь лет назад, отказать краснощекому в изготовлении диплома, чтоб не видеть сейчас свою смерть в его жизнерадостном облике. Да время, как мы выяснили выше, необратимо. И зажглись над Архипом безжалостные хирургические лампы, и хлынуло в вену забытье наркоза…

С перитонитом и общим сепсисом, развившимися как осложнение после операции, организм Архипа мужественно боролся целую неделю. Сердобольная Раиска носила в больничку мандарины, но, правду сказать, Архипу было уже не до них. И даже не до Раиски. Отошел наш герой в пять утра на Покрова сорока шести лет от роду. Оставил по себе внушительный ряд псевдоспециалистов в разных областях жизнедеятельности человека да богатый арсенал средств производства официальной документации в военно-полевых условиях. Этот инструментарий Раиска сбыла заинтересованным людям за хорошую цену. А на вырученные деньги похоронила Архипа на местном кладбище с почестями. Еще и на памятник осталось. А приобретшие Архипов арсенал коллеги над разверстой могилой сказали:
- Спи спокойно, дорогой товарищ! Ты от нас ушел. Ушел так скоропостижно и предательски рано! Но дело твое будет жить вечно! Клянемся!
 

Вперед, к счастью!

(Ременюк Валерий)
 12    2018-10-12  0  417
Костя Заварухин звезд с неба не хватал. Ему хватало своих. На плечах инспектора ДПС Заварухина скромно поблескивали звездочки младшего лейтенанта и Костю это вполне устраивало. После армии он с грехом пополам окончил школу полиции и устроился в службу дорожного патрулирования, потому что пацаны сказали, что там приварок к окладу самый жирный. А Костя собирался жениться, завести семью, так что, поднакопить деньжат было делом святым и насущным.

В тот роковой вечер Заварухин стоял на выезде из нашего городка в засаде за тощим кустом мокрой вербы с допплеровским измерителем скорости наперевес. Ловил нарушителей скоростного режима. Большинство которых предпочитало решать проблему с инспектором на месте, без оформления протокола. Что, собственно говоря, и служило Косте главным мотиватором в этой собачьей работе. Накрапывал нудный сентябрьский дождик, смеркалось. Костя зябко передернул плечами: служебная куртка предохраняла от влаги небес, но особо не грела. Старшой наряда, Генка Лысый (это фамилия такая, если чо), имел на звезду больше и поэтому сидел в теплой машине ДПС, упрятанной в сторонке, на примыкающей к шоссе лесной дороге. Играл на мобильнике в очко на раздевание с виртуальной напарницей Региной, обладательницей пышных форм и компьютерного голоса со страстным придыханием. Лысый пока побеждал: он снял лишь фуражку, галстук и левый ботинок, а Регина уже была без жакета, шарфика, блузки и лифчика, и бесстыже розовела с экрана гаджета сосками рельефных грудей.

На трассе, ведущей из городка, было пустовато. Ясен перец – понедельник, грибники переводили дух после набегов на лес в прошедшие выходные, сидели по норам, отупело перерабатывая дары природы. Да и в городок желающих ехать на ночь глядя что-то не отмечалось. Костя задумался о том, как медленно тянется время, когда ничего не происходит. И как оно уносится вскачь, когда дел невпроворот и ничего не успеваешь. Зевнул, достал мобильник: а не звякнуть ли Ляльке, невесте, потрепаться со скуки да и проверить заодно, с кем она там? И не успел. Потому что вот тут оно и случилось. Со стороны Хорькова показались огни стремительно приближающейся легковушки. Инспектор Заварухин взял цель в визир: на экранчике регистратора замерцали красные цифры "136 км/ч". Клиент шел с хорошим превышением скорости! Костя плотоядно ухмыльнулся, вышел из-за куста, поднял жезл со знаком «Стоп» и включил красную проблесковую подсветку.

Машина с визгом затормозила, промахнувшись мимо инспектора по инерции метров на тридцать, встала на обочине. Костя прошествовал к нарушителю вальяжным державным шагом, предвкушая хорошую мзду. «Мазда-3» цвета божоле. Подошел к открывшемуся водительскому окну, весомо представился. Из теплого салона пахну’ло мятой и малиновым вареньем. И выплыла неземной красоты музыка – что-то с колокольчиками и ксилофоном, глубокими вздохами дудочек сиринги и тончайшим поднебесным пением детских голосов. А может, ангелов.

- Вы превысили разрешенную скорость на сорок шесть… - начал Костя, но тут же забыл стандартный текст. Из машины на него смотрела молодая женщина с таким лицом, что земные слова любого содержания были бы святотатством и просто оскорблением открывшейся красоты. Женщина молчала, улыбаясь уголками рта в стиле Моны Лизы. И Костя замолчал, нелепо пялясь на незнакомку. Пауза затягивалась и красавица, наконец, разомкнула яхонтовые уста:
- Инспектор, да вы же дрожите, как осиновый кол! Ой, извините, лист! – и она заливисто захохотала от своей оговорки, запрокинув голову. На ее тонком, изящно изогнутом горле Костин глаз выхватил эротично пульсирующую тонкую жилку. И от нее Заварухин офонарел окончательно.
- Вы бы присели в машину, инспектор! Если уж вы так настаиваете, то давайте поговорим тут, в тепле, хоть согреетесь немного! – предложила чаровница и решительно распахнула дверцу со стороны пассажира. Костя, словно под гипнозом, последовал предложению, на деревянных ногах обошел машину и плюхнулся в кресло рядом с незнакомкой.

- Ну, рассказывайте!
- О чем? – затупил Костя.
- Вы же начали мне что-то говорить, но я плохо расслышала. У вас, инспектор, с дикцией как-то не очень… простите!
- Так это… - Костя попытался вспомнить, на чем остановился в своем вступительном слове и не смог.
- А знаете, что: давайте просто познакомимся для начала! – видя затруднения собеседника, предложила энергичная дама. – Меня, к примеру, зовут Эвелина. А вас?
- Ко… Ко…Ко… - Костя с какого-то лешего стал заикаться и заквохтал, как весенний кочет. Наконец, выдавил с гигантским усилием: – Константин!
- Вот и чудесно, Константин! Да расслабьтесь же, ей-богу! Какое у вас устойчивое эго: Константин. Вы, наверное, очень надежный мужчина, я правильно угадала?
Костя честно пожал мокрыми погонами. Он не знал еще, надежен ли он как спутник жизни для женщины. Опыта было маловато.

- Я вижу, - продолжала Эвелина, - вы большой трудяга. В такую-то погоду, почти уже в темноте, работаете под открытым небом, себя не жалея. А куртенка-то у вас хлипенькая. Наверно, за вами ваша жена, ваша семья, как за каменной стеной, а?
- Да я пока, того, не очень… женат, - промямлил инспектор. – Собираюсь только.
- О! Поздравляю! У вас еще всё впереди: такая интересная, насыщенная жизнь, столько приключений – это я вам гарантирую! А знаете, мне кажется, что наша встреча не случайна. Я нужна вам. А вы – мне!
- В каком смысле? – оторопел Заварухин, соображая, как бы ему отсюда достойно сделать ноги, если дело дойдет до каких-то опасных осложнений.
- Извините! - Эвелина резко нагнулась к Костиным коленям, обдав его глубоким пряным запахом пышной льняной гривы и жарко коснувшись впечатляющей грудью. У инспектора полезли глаза под козырек фуражки и пресеклось дыхание. Но дама протянула руку к бардачку перед его сидением. Открыла крышку, извлекла тускло блеснувший листок, снова села прямо:
– Приглашаю вас на мою ближайшую практику. Приходите! Я научу вас, как жить дальше. Жить, чтобы молодеть, а не стариться. И чтобы дела делались сами, а денег было – куры не клюют! Я уверена, вам и вашей невесте к свадьбе это будет очень кстати! Ну, прощайте, инспектор Константин! Буду ждать. Не подведите меня!

Она погрозила Косте изящным пальчиком с кораллово-красным маникюром и снова захохотала, запрокинув голову, как цапля, и изящно изогнув тонкое горло. Костя кулем вывалился из машины, с трудом удержав вертикальное положение, но уронил полицейскую фуражку в мокрую придорожную траву. Мазда мягко муркнула и стремительно скрылась в направлении города.

- Ну, сколько снял с клиента? – спросил Лысый, не отрываясь от мобильника, когда Костя забрался в патрульную машину. Напарник сидел в майке и галифе на босу ногу. Регина на дисплее гаджета была уже полностью обнажена, если не считать маленьких черных туфелек на каблуке-шпильке. Победа лейтенанта выглядела безоговорочной.
- Вот, это всё... - Костя протянул старшому рекламный флаерс, оставленный Эвелиной.
- Чё это? – Лысый взял листок, включил освещение салона. – Ты чё, Костян, крышей двинулся? На такое фуфло повелся!
Брезгливо кинул флаерс Заварухину обратно:
- И бабки не взял, и даже протокола не оформил? Ну, ты лошара! Гос-споди, и с кем я только связался? С тобой работать – без галифе останешься!

После смены Костя кое-как прителипался домой, все еще ошарашенный разговором с Эвелиной, и лишь там рассмотрел толком приглашение. На тонированном глянцевом листочке бумаги золотые буквы возвещали следующее: «Всемирная лига гуманитарных практик. Установочный семинар «Как разорвать петлю времени и начать жить счастливо». Малый зал городской филармонии. Дата. Время. Подпись: Эвелина Шухербильдер, президент лиги, профессор сигнологии, гештальт-магистр». Зачем её рвать, эту петлю, Костя не понял, но начать жить счастливо не возражал. И через пару дней, как ягненок на закланье, поплелся-таки в назначенное время на семинар Эвелины. Не сказав невесте Ляльке ни слова о своем походе. Чтоб не сглазить.

В малом зале городской филармонии желающих легкого счастья собралось изрядно – из трехсот посадочных мест две трети, определенно, были заняты. Костю сразу поразила обстановка помещения: неяркий полусвет люстр почти не проникал в углы зала, в красивых чашах по бокам сцены курились сладковатые восточные благовония, занавес был уже распахнут и на заднике сцены во весь его формат переливчато мерцала неяркая картина с видами туманных восточных гор, тусклого тростника, токующих журавлей и цветущей сакуры. И над всем этим, где-то в поднебесье, едва уловимо звучала всё та же ангельская музыка, очаровавшая инспектора Заварухина у машины Эвелины. Наконец, опаздывающие заняли свои места, свет люстр окончательно иссяк и из полной темноты на сцену в яркий голубоватый свет прожектора вплыла она сама, Эвелина Шухербильдер, президент, профессор и магистр.

Сегодня ее было не узнать: перед зрителями предстала шикарная платиновая блондинка с ярко вспыхивающей диадемой в волосах, в длинном, до пола, серебристом платье, эффектно облегающем совершенную фигуру. На груди Эвелины массивная платиновая цепь поддерживала многолучевую звезду с крупными красными каменьями в центре и помельче - на остриях лучей. Звезда уютно и надежно покоилась в седловине меж двух внушительных полушарий прекрасного бюста. Его недвусмысленно подчеркивало смелое вертикальное декольте до пупа. Тонкую талию очень высоко перехватывал поясок, мерцающий алым. Туфель дивы под покровом платья не было видно и казалось, что она парит в воздухе, не касаясь пола. Зал ахнул. Дав зрителям с минуту насладиться в тишине произведенным эффектом, Эвелина грациозно подняла и развела в стороны обнаженные белые руки. В правой оказался небольшой жезл с рубиновым набалдашником, пославшим ярко-красные зайчики по всему залу. В левой – свиток темной бумаги с болтающейся на шнурке сургучной печатью, как будто Эвелина доставила людям послание римского цезаря, а может, даже древнеегипетский папирус.

- Здравствуйте, любезные мои! – произнесла божественная женщина с улыбкой и ее голос мягко разошелся по всему залу, долетев до самых дальних закутков, хотя никаких микрофонов на чаровнице Костя не заметил. И как-то сразу поверил, что он, действительно, любезен и симпатичен этой женщине. И проникся к ней еще большим обожанием и пиететом.
А та продолжала проникновенно-доверительным тоном:
- Сегодня я открою вам тайну, почему мы живем гораздо хуже, тяжелее и меньше, чем того заслуживаем. И расскажу, как выйти из этой петли обстоятельств, как ее разорвать.
Синхронно модуляциям ее голоса задник с восточным пейзажем стал менять цвет и насыщенность. Это чем-то напомнило Косте эффект цветомузыки на городском фонтане, устроенный недавно в честь Дня города.

- Последний раз я посещала ваш город сто пятьдесят шесть лет назад, когда моя душа находилась в теле цыганки Зарины. Но вряд ли кто-то помнит мои зажигательные танцы и песни на городской ярмарке! А все почему? Потому что давно ушли в мир иной все те, кто жил тогда обычной человеческой жизнью, не ведая секрета управляемых инкарнаций! Не зная секретов устройства стихии времени, его структуры. И ключ к этим знаниям я вам сегодня покажу – он здесь! – и она высоко над головой вскинула свиток бумаги. Яркий луч светового пистолета переместился с лица на свиток, божественная музыка зазвучала громче, заполыхали синим огнем картины пейзажа за спиной Эвелины. Пробежала и стихла барабанная дробь.

- Но сделаю я это в конце нашей беседы, когда вы будете более подготовлены, чтобы воспринять моё откровение. Мой апокалипсис.
Костя осторожно скосил глаза вправо: все шесть или семь человек в его ряду сидели с открытыми ртами, ошарашенно выпучив глаза на ведущую. Третья в ряду дама мелко крестилась. «Поверили!» - понял Костя и снова перевел взгляд на сцену. Эвелина, между тем, продолжала:
- Мы за каждодневными мирскими заботами редко задумываемся, а что же такое поток времени, который несет нас на скалы и рифы житейских невзгод? Как научиться жить так, чтобы не лететь по бурным волнам времени беспомощной щепкой, а самому выбирать траекторию своего пути? Как оно устроено, физическое время, и как можно использовать особенности его структуры в своих корыстных целях?

Опять вскипела барабанная дробь, колыхнулись волны света по заднику сцены. Костя сообразил, что вот сейчас Эвелина скажет что-то крайне важное. И не ошибся. Ее голос зазвенел с особым смыслом:
- Знайте же, любезные мои: время не прямолинейно, не однородно и не однонаправленно! Оно – многослойно, петлеобразно, а в определенных условиях, наконец, обратимо и управляемо! Зеркала времени, кротовые норы, бифуркация слоев, двояковыпуклость мембраны между прошлым и будущим – эти и многие другие закономерности времени скрыты от простого глаза, хотя серьезная академическая наука давно о них знает. И, представьте себе, хорошо знает, как управлять временем! Почему же эти знания недоступны простому народу?

Зал подался вперед и в тишине повис тонкий зуммер физически ощутимого напряженного ожидания. А может, Косте это лишь показалось, но он тоже вытянул шею: вот-вот, сейчас откроется страшная тайна!
- Да потому, - продолжила Эвелина и гневно сверкнула глазищами, - что властям, правящим кланам планеты невыгодно, чтобы все или хотя бы многие из вас стали обладателями этих сокровенных знаний! Знаний, которые позволят обычному человеку управлять своим временем, своей судьбой, продолжительностью своей жизни! Властям нужен подконтрольный, подневольный, управляемый субъект, а не гражданин, свободно путешествующий во времени!

- У-у-у, гады! – пронеслось по залу. «К чему это она?» - напрягся в Косте полицейский. – «Не подстрекает ли к бунту?» Ему стало не по себе.
- Нет! Я не призываю вас на баррикады! Моя человеческая, гуманитарная миссия – приоткрыть для вас завесы тайны и дать ключ к этим знаниям! Знания принадлежат народу – вот девиз моей жизни!
Зал разразился аплодисментами, снова прозвучала барабанная дробь, а Костя выдохнул и немного расслабился. Он не был силен в физике и даже научную фантастику осилил в школе лишь до уровня мультфильма «Тайна третьей планеты». Поэтому рассуждения о временных парадоксах из уст Эвелины воспринял некритично, приняв на веру безоговорочно. Он лишь не догонял пока, каким образом эти факты можно использовать в целях, заявленных при начале семинара.

- А вот и главный секрет, который я вам открою: время не одномерно, а трехмерно! – возвысила голос Эвелина и в ахнувшем зале прозвучал вроде как залп фейерверка, а по заднику сцены побежали оранжевые искры отблесков салюта.
- И тот, кто научился подниматься над своим одномерным временем и выходить во второе или даже третье временное измерение, может всё! Ему подвластно остановить земное время, пока во втором измерении есть более важные дела. А можно отмотать пленку назад и снова начать жизнь с того момента, когда предстоял важный шаг, а ты ошибся. И не допустить этой ошибки!
- Ух ты! Обалдеть! Ништяк! Ну, заживем теперь, посоны! - прошелестело по залу, а тетка, третья по счету справа в Костином ряду, снова мелко перекрестилась.

- Собственно говоря, намек на тайны времени давно звучит в народном эпосе, что говорит о том, что нашим предкам эти знания были доступны. Только вдумайтесь в глубинный смысл русских народных пословиц: «Делу время – потехе час». О чем же это? Да очень просто: живя в потешном настоящем времени, выйди во второе измерение и за час сделай то, что не успел в своем времени за всю предшествующую жизнь!
- Ох ты, мать моя! – выдохнул мужик слева и в воздухе поплыл отчетливый аромат коньячного перегара.
- Или вот еще: «Время – деньги». Вы понимаете, о чем это? Имея определенную сумму, можно легко купить некоторый объем дополнительного времени и, если хотите, присоединить его к своей жизни. Или выйти в него и устроить какие-то важные дела. Надо только знать, кому, куда и как занести нужную сумму. А можно ее потратить на абонемент на цикл моих практик и стать вскоре полновластным мастером временных манипуляций! Настоящим хозяином своего времени и своего счастья! – зазвучали фанфары, ангельские голоса рявкнули апофеоз Grandioso, а Эвелина эффектно развернула свиток, на котором оказалось … расписание занятий и тарифы оплаты практик. По бокам сцены бабахнули и заработали шутихи вертикального огня. Забили фонтаны ярких холодных искр. Первый ряд зрителей дружно отшатнулся назад в испуге, едва не уронив себя на сидевших сзади.

- А сейчас, мои любезные, я спущусь в холл и вместе с помощниками буду продавать вам абонементы. За совершенно смехотворные суммы. Всего по пять тысяч рублей за занятие. Полный цикл практик, которые пройдут в течение месяца, составит десять занятий. Итак, через пару минут жду вас у стоек продаж! Продаж вашего счастья! Поторопитесь же – счастье быстротечно, а набор в группы лимитирован!
Зазвучали колокола, фанфары, барабаны, крики чаек и взвивающихся в поднебесье упитанных ангелов, на сцену из закулисья повалил густой туман, поглотивший очаровательную Эвелину Шухербильдер с потрохами.
- Какая женщина! – крякнул сосед слева, обладатель коньячного выхлопа, помотал головой и полез в бумажник проверять наличность.

Костя Заварухин некоторое время сидел неподвижно, в ступоре от увиденного и услышанного, пока соседи справа и слева торопливо выбирались из рядов зрительного зала и стекали в холл первого этажа, чтобы успеть отхватить пропуска в будущее счастье. Потом до него дошло, что он стремительно выпадает из потока везунчиков и вот-вот останется за бортом корабля, уходящего в счастливое будущее, и рванул наверстывать отставание. Когда в очереди к одной из стоек, где продавали абонементы, перед Костей оставалось человек десять, по очереди пробежал нервный слушок: «Абонементы кончаются!» Люди суетливо задергались, пытаясь заглянуть через плечи впередистоящих и разглядеть, что происходит на стойке. А там шуровал крепкий, бритый наголо молодец в сиреневом фраке с непонятным орденком на лацкане, оранжевым галстуком-бабочкой и модной сейчас четырехдневной щетиной на лице. Молодец ловко выписывал именные абонементы и стопки ассигнаций из рук клиентов во внутренний карман его фрака, казалось, перелетали сами собой. Но вот перед Костей осталось всего три человека и он уже внутренне приготовился стать обладателем вожделенного абонемента, как почувствовал на левом локте крепкое рукопожатие и услышал знакомый голос своей возлюбленной Ляльки:
- Ну-ка, дорогой, отойдем на минутку! Нам надо срочно кое-что обсудить!

- Откуда ты тут? – оторопел Костя. – Ляля, ты что, тоже была на семинаре? Ты уже купила абонемент?
- Да нет, не я купила, а тебя купили. Давай-давай, отойдем-ка за колонну, я тебе кое-что объясню!
- Я тут стою, за этим … пиджаком в клеточку! Сейчас вернусь! – успел сказать Костя следующему в очереди и Лялька утащила его вбок. Она притиснула жениха к мраморной колонне и зловещим шепотом прошипела прямо в лицо:
- Слава богу, напарник твой Генка мне позвонил, что ты сюда намылился. Я со смены еле отпросилась, чтоб тебя перехватить! Дурень, ты хоть соображаешь, что вас тут разводят, как кроликов, на чистое фу-фу?
- Да ты что, Ляля! Это же президент, лига гуманитарная, всемирная, гештальт-блин-магистр! Второе измерение с шансами на третье! Наука кака… какадемическая! Столько людей! Как же это можно? Не верю!

- В общем, так, дорогой мой Станиславский, если хочешь со мной продолжать отношения, то валим отсюда немедленно и забудь об этой шняге навсегда! А если нет – то я с кретином связывать свою жизнь не намерена! Я не шучу, решай!
И Лялька, круто развернувшись, резво вышла из фойе на улицу.
- Не, Ляль, ну ты как-то уж слишком резко ставишь условия… - промямлил Костя и потащился следом за любимой на выход. С трудом сопротивляясь соблазну оглянуться и проверить, не прошла ли его очередь к стойке.

Над вечерним шоссе снова моросил нудный холодный дождь. Костя опять стоял в засаде за тощим кустом, шмыгая остывшим носом и скрывая за пазухой от влаги ценный допплеровский измеритель скорости. Ждал нарушителей скоростного режима и, словно сладкую карамельку во рту, катал в памяти недавнюю встречу в этом месте с очаровательной Эвелиной Шухербильдер. Петля нашего одномерного времени крепко сжимала его горло. Не отпускала. Костя расстегнул под курткой верхнюю пуговку гимнастерки. Дышать стало легче.
 

НЕСКУЧНЫЙ ВЕЧЕР

(Лена Донская-Новгородская)
 82  Про книги  2018-03-22  3  1437

(моё фото той самой страницы...)

Вчерашний вечер, проведенный с внучкой, пополнил сразу две копилочки: мою и её. У меня - копилочка её перлов ("Устами младенца"), а у неё - копилочка знаний. Более ранние перлы моей внучки я не обнародовала т.к. в прозе не сильна (впрочем, как и в поэзии... в прозе, просто, не сильна сильнее), а этим захотелось поделиться. Уроки мы сделали (Лада - ученица 1-го класса), шахматные задачки порешали и принялись каждый за своё дело. Я хлопотала на кухне, а Лада стала читать "Энциклопедию животных". Собака и кот у неё уже есть, а ещё хочется и попугая (рыбок, хомяков, бабочек, зебру, Павлика - павлина и т.д.)... Вот, она и нашла страничку про "попку", пришла ко мне на кухню, села на стульчик и начала мне про них читать, открывая для себя много интересных фактов из их жизни. Некоторые слова она читает бегло, а на незнакомых ей она слегка запинается, иногда выдаёт желаемое за действительное - пытается прочитать быстро, увидев знакомое "слогосочетание", а там совершенно другое слово (как выясняется!). Я её поправляю всегда и объясняю значение новых для неё выражений. Слышу я её такую фразу: - "В Европе о попугаях впервые узнали бла... в отличие от других ара!" И тишина... Потом, она опять повторяет это и опять - тишина. Я напряглась: неужели там могли написать "бл@", а она просто произнесла в конце "а"? Отгоняю эту мысль, как бредовую! Нет... Скорее всего, что-то неправильно прочитала (я даже сразу не уловила бессмыслицу в этом предложении - так была увлечена мытьем посуды!). А она опять: - "В Европе о попугаях впервые узнали бла..." И опять замолкает. В этот момент её мозг проделывал колоссальную работу: пытался соединить несоединимое. И, видимо, не найдя нужного соединения, она у меня спрашивает: - "Геена Владимировна (да! Именно Геена, а не Елена. Об этом приколе расскажу в следующий раз, если опять замахнусь на нашего, так сказать, А.П.Чехова), а что значит - бла?" Мне тоже стало интересно, что это значит... и я впилась глазами в этот текст! Моему удивлению не было предела: оказывается, что продолжение этого предложения, которое прерывается на слове "бла" с переносом "-", находится на другой странице... А под "бла" находится совершенно другой текст, выделенный жирным шрифтом: в отличие от других ара и т.д. Я показала ей, где продолжается это предложение и возвращаюсь к мытью посуды, слушая её "рассказ" о попугаях. Лада, уже без запинки, читает: - "В Европе о попугаях впервые узнали бла-годаря походам Александра Макдональдского." Тут я встрепенулась с первого раза... Да что ж за книга такая? С ума они там посходили, что ли? Так опечаться... Это ж надо?! А может и не опечатались? Может, и правда был такой Александр? Подхожу (а она шпарит дальше!), смотрю и радуюсь, что нет никакой опечатки! Македонский! Ну, конечно же, Александр Македонский! Как я и предполагала... Пришлось заставить Ладу прочитать "фамилию" великого полководца правильно и (за одно, раз уж ей так стало интересно) рассказать о нём... кратенько, что бы не зависнуть ещё на пол ночи в "Исторической Энциклопедии"! Вот, так мы с внучкой вчера взаимно обогатились.

      ⚓️   ⚓️   ⚓️

P.S. Не знаю: в тот ли я "раздел" поместила этот репортаж?:)) Для "юмористические книги" - как-то жидковато! (имхо)))

 

Не хочешь пить, не пей…

(Соломон Ягодкин)
 8    2018-10-28  7  360

Сколько вокруг умных людей, ан нет, чтобы им выпить предложить, тогда каждый из них тут же становится дурак дураком...

Когда людям нечего сказать, они все вместе пьют, и тогда их жаркие словопрения, вплоть до мордобития, никакими словами уже не остановить…

Не хочешь пить, не пей, но на бутылку всегда скидавайся, как все нормальные люди...

Чем больше человек пьёт, тем больше у него поводов с горя выпить, и тем самым горе своё хотя бы малость притопить…

Когда в деревне появился один непьющий человек, деревня эта обезлюдила ещё на одного человека...

Фото Алексея Кузнецова
 

Публике-дуре всё равно никогда н ...

(Соломон Ягодкин)
 4    2018-10-31  2  335

Раньше художник своим искусством должен был ублажать хотя бы только власть, а теперь, ещё и весь остальной народ. Так что демократический художественный прогресс явно налицо...

Сказать в искусстве то, что не могут сказать другие? Народ за такое художественное нахальство тебя если не убьёт, то от всей свой народной души, точно изувечит...

Публике-дуре всё равно никогда не угодишь. Вот почему в искусстве художнику есть полный смысл всегда оставаться самим собой, и ни в какого «друга народа» не рядиться...

Воспринимать мир через художественные образы, а где гарантия того, что все эти образы при этом будут тебе заманчиво шелестеть и блеском купюр приятно лосниться?..

Кому в искусстве интересна интересная жизнь? Только интересным людям, но их всегда единицы, а что тогда, всех остальных мы безжалостно оставляем без искусства вообще?..

Фото Алексея Кузнецова
 

ФИАСКО КРИКУНОВОЙ

(Ременюк Валерий)
 20    2018-09-23  1  450
Странное у нее было ФИО: Крикунова Сильва Сильвестровна. Как будто родители решили изначально запрограммировать свое чадо на уникальность и неповторимость. А может, были большими любителями оперетты, кто их теперь разберет, по прошествии лет пятидесяти с гаком. А именно на такой возраст тянула эта незаурядная женщина при ближайшем рассмотрении. При отдаленном рассмотрении ей можно было дать и сорок пять, и даже сорок - когда хорошо высыпалась. Незаурядность Крикуновой определялась, кроме вычурного ФИО, еще и тем, что работала она завучем школы №5 нашего городка и имела среди учеников репутацию истинного монстра. Достаточно сказать, что фамилия, хотя и была говорящей, но и в малейшей мере не отражала реальных талантов Крикуновой: когда та принималась кого-то из учеников распекать или же требовала тишины, входя в расшалившийся класс, от силы ее голоса звенели стекла в шкафах и осыпалась побелка со стен и потолка. А однажды в кабинете химии от ее криков даже грохнулся с гвоздя портрет Дмитрия Иваныча Менделеева. С этого, собственно, и начинается наша история.

Портрет упал не абы как, а в точности на худенькую Асю Жукову, симпатию Костика Косолапова. Слава богу, упал плашмя, а не острым углом металлической рамки, но зато комично наделся Аське на голову, прорвав тонкий картон портретного полотна. Та сперва окаменела от ужаса, выпучив прекрасные голубые глаза, мгновенно наполнившиеся слезами обиды и отчаянья. А потом беспомощно оглянулась на сидевшего рядом Костика, как бы ища его защиты. Класс грохнул от смеха, но это только пуще раззадорило Сильву и она выдала такой децибел, что волны классного веселья просто размазало встречным цунами по стенкам помещения:
- А-ну, тихо мне, весельчаки нашлись! Как бы сейчас кому-то плакать не пришлось!

И тут в наступившей звенящей тишине во весь свой великанский рост (полтора метра с тюбетейкой) поднялся со стула Костик Косолапов. Он бережно снял портрет химического гения с головы очаровательной Аси, деликатно и любовно удалил двумя пальцами с ее золотистых волос какие-то остаточные пылинки, затем обернулся к завучу и четко, весомо, решительно произнес тонким ломающимся голоском:
- Да что вы себе позволяете, Сильва Сильвестровна! Вы чего тут разорались, как с гвоздя сорвамши? Да мы на вас сейчас жалобу в РОНО накатаем! Коллективную! И в суд – за нанесение телесных увечий Асе Жуковой!

- Ка… каких еще увечий? Что ты несешь, Косолапов? – слегка опешившая Сильва подскочила к Аське и самолично произвела досмотр ее внешности. – Никаких увечий здесь нет и нечего клеветать! А во-вторых, что это за лексикон? Ты как с завучем разговариваешь?
Сильва быстро пришла в себя и от ее голоса снова тихонько звякнуло стекло в шкафу с реактивами. А завуч, развивая инициативу, обратилась уже ко всему классу:
- Вас школа чему учит? Уважению, прилежанию и гражданской ответственности! А вы, малолетки, мало того, что учителям хамите, так еще и на митинги несанкционированные шляетесь!

Действительно, три дня назад в нашем городке состоялся небольшой митинг по общероссийской повестке «За честные выборы!». И несколько старшеклассников, ради вящего интереса, примкнули к митингующей массе, повисели на фонарных столбах и столетних липах, окружающих ЦПКО. Засветились, так сказать, в местных теленовостях. А заодно и в протоколах полиции. И теперь волна последствий, похоже, стала докатываться до школ. С неизбежными оргвыводами дисциплинарного характера. Собственно, по этому поводу Сильва и заявилась к нам на урок химии.

- Петухов, Куяльников, Шамаханова, - встать! А ты, Косолапов, пока сядь. С тобой мы потом отдельно побеседуем.
Костик сел обратно на стул, а трое названных активистов гражданского неповиновения нехотя поднялись из-за столов.
- Красавцы, нечего сказать! – ядовито проскрипела Сильва. – Выйти всем к доске, пусть на вас весь класс полюбуется!
Герои сопротивления под восхищенными взглядами одноклассников выстроились перед доской.
- Ну что, решили встать на учет не просто в детской комнате полиции, а в центре «Э»? Как начинающие экстремисты?
Троица хмуро и молча взирала на Сильву исподлобья.
- Ладно бы, парни, у этих всегда шило в одном месте. Так еще и ты, Шамаханова, туда же! Девушка, будущая мать! Как ты-то могла пойти на такое?
- А при чем здесь «будущая мать»? – вдруг усмехнулась Венера Шамаханова и с вызовом задрала подбородок. - Чтоб стать матерью, другим занимаются, Сильва Сильвестровна, а не митингами, пора вам это знать!

Тут надобно пояснить, что Сильва была дамой незамужней и бездетной, так уж сложилась непростая учительская жизнь, и едкое замечание Венеры ее просто взбеленило. Она приняла его на свой счет как разнузданную и хамскую шпильку, и вспыхнула малиновым огнем:
- Ах ты дря… гм, паскудница! – прошипела Сильва, выпучив водянистые глаза за ледяными стеклами очков и даже притопнула каблуком. – Ты жизнь закончишь под забором, а то и в каком-нибудь притоне! В тюряге загнешься!

- А по-моему, Сильва Сильвестровна, - Пашка Куяльников сделал шаг вперед и как бы заслонил Венеру от волны учительской ненависти, - мы сделали именно то, чему вы и все учителя школы нас постоянно учите, - мы проявили свою гражданскую сознательность. Мы хотим, чтобы в стране выбирали тех, кто этого достоин, а не тех, чьи кандидатуры спустило сверху начальство!
- Куяльников! – задохнулась от гнева Сильва. – Так это ты всех взбаламутил, сагитировал на этот… этот… позорный и несанкционированный демарш?

- Зачинщиков ищете? – тут подал голос и тихоня Витька Петухов. – Напрасно, Сильва Сильвестровна. Вам о другом пора беспокоиться…
- Что? Ты о чем это, Петухов? – Сильва опешила не на шутку от такого коллективного афронта.
- Да вот об этом! – Витька извлек из кармана мобильный телефон и нажал пару кнопок. – Вот, это мы нашли вчера в Ютюбе. Это фрагмент видеозаписи с избирательного участка, где на последних выборах губернатора вы были председателем участковой комиссии, Сильва Сильвестровна.

Сильва побледнела и оперлась рукой о передний стол. А Витька поправил очки на носу и продолжал тихим, но безжалостным, как у прокурора, голосом:
- И вот тут очень хорошо видно, как вы и ваши помощницы вбрасываете пачки бюллетеней в урны для голосования, пока наблюдатели обедают. Тут и дата, и время есть, - видите? А это ведь тянет на уголовку, до пяти лет, уважаемая Сильва Сильвестровна! Так что, кто и где свою жизнь закончит, знаете, это еще бабка надвое…

Но Витька не успел завершить фразу – Сильва бешено крутанулась на каблуках и сделала пару широких шагов на выход из класса.
- Погодите, Сильва Сильвестровна! – вдруг послышался голос Костика Косолапова. Он подскочил к завучу, держа в руках продырявленный портрет Менделеева. Та испуганно отшатнулась, решив, что Костик сейчас нахлобучит портрет ей на голову.
- Вот, возьмите это! – Костик протянул портрет Сильве. – На память! Он тоже был хороший химик!

Гром общего гогота вышвырнул Сильву из класса. Больше в этой школе ее никто не видел.
 

Искусство обязательно должно быт ...

(Соломон Ягодкин)
 6    2018-10-30  5  336

Ну всем мило патриотическое искусство! Одно плохо, даже на патриотов оно действует как мухомор на мух, но тогда мы очень скоро останемся и без патриотов, и без мух...

Талант художественный в художнике обязательно должен с талантом человеческим, без которого всё его искусство будет напоминать пустую бутылку, из которой сколько ни пей, процесс налицо, а удовольствия никакого...

Искусство обязательно должно быть понятно народу, или это ещё даже хуже, чем искусство...

Оставлять людей без гламура, это значит оставлять их без подлинной красоты, потому что любая другая красота для гламура недостаточно красива...

Ярко творить, но в результате в искусстве так ничего и не сказать, для этого надо действительно быть большим художником и большим трусом одновременно...

Фото Алексея Кузнецова
 

А как же мы дальше поедем?

(Вит)
 4    2018-10-23  1  345
- Местов нет? – вопрошала старушка в открытую дверь переполненной маршрутки.
- Заходите, бабуля, я на следующей остановке выхожу! – ответил водитель.
- А как же мы дальше поедем?! – возмутилась дамочка сидящая рядом с водителем…
 

ОХОТА НА ВЕДЬМ

(Ременюк Валерий)
 20    2018-09-17  1  478
Пришел сентябрь, а с ним и сезон охоты. И в Общество охотников нашего городка заявился Игнат Самопалов, мужичонка средних лет, неженатый, без особых дурных наклонностей. Разве что покуривал табачок в минуты особого душевного подъема да имел охотничий билет и ружьецо-двустволку, старенькую ИЖицу двенадцатого калибра. А в остальном – мужичок как мужичок. Но не шибко грамотный, без полета. То есть, восьмилетку-то он окончил с грехом пополам, кабеля от кобеля отличить еще мог, а вот Бабеля от Бебеля уже ни в какую. Этот недостаток Игнат осознавал и, отдадим ему должное, честно пытался над собой работать, повышать, значит, эрудицию и расширять кругозор. Газету выписывал, «Губернские ведомости», и прочитывал от корки до корки. Что он разумел из прочитанного – разговор отдельный. Но тексты прорабатывал.

И вот, заходит наш Игнат в Охотобщество, чин-чинарем, картуз снимает – культурный человек, даже платит очередной членский взнос. А потом достает из кармана газетенку, разворачивает и кладет на стол перед Марфушкой, молодой сотрудницей Общества. И пальцем тычет в статейку одну:
- Вот. Открыли уже. Я долго ждал и, наконец, дождался. Оформляйте путевку!

Марфушка смотрит в газету и читает заголовок: «Открыт сезон охоты на ведьм». А надобно отметить, что Марфа только-только окончила ту же школу, что и Игнат, работала в Охотобществе без году неделя и опыта особого не имела. И в тот роковой день была здесь одна, поскольку второго специалиста, опытного инспектора Жучилкина, вызвали в губернский центр на совещание. Скорее всего, Марфа недалеко ушла от Самопалова по способности осмысливать прочитанное. С заголовками справлялась еще туда-сюда. А дальше – с трудом. Потому что заметка была в разделе фельетонов и высмеивала нравы в губернском драмтеатре, где коварный главреж грубо и цинично сживал со свету неугодных престарелых актрис. Но Марфа, ошарашенная неожиданным заявлением клиента, мелких букв заметки осознать уже была не в силах.

Она перевела растерянный взгляд с заголовка на Самопалова и говорит:
- Минуточку! Сейчас посмотрю тариф. Присядьте пока!
И стала рыться в бумагах с расценками на охотничьи путевки по разным видам живности. Она трижды изучила текст тарифа, водя пальцем по строкам, и даже на оборотную страницу заглянула. Затем виновато сказала Самопалову:
- Извините, но нам из губернии на ведьм тариф еще не прислали. Наверное, только-только открыли, а почта нынче так запаздывает, вы же знаете…
Игнат нахмурился. Он не любил обломов, когда рассчитывал сразу заняться чем-то важным и интересным. Поскреб щетину на щеке, а потом сообразил:
- Так это не беда! Главное, что открыли сезон-то! Давайте, я вам заплачу по тарифу, как на кабанчика. Или волка. Ну ладно, можно даже среднее между волком и лосем, - ведьма все ж таки, я понимаю, дело серьезное.

Марфа закусила губёшку, задумалась. Они с Жучилкиным только вчера сокрушались, что маловато денег получает в этом сезоне Общество, охотники всё норовят брать путевки на малоценную водоплавающую дичь. Даже на текущую зарплату работникам едва хватало, не говоря уж о премии. А тут наклевываются сразу двенадцать тысяч целковых – неплохой приварок к доходам Общества. «Ладно, - подумала Марфушка, - сделаю приятный сюрприз Жучилкину!» И оформила Самопалову путевку на добычу 1 (одной) ведьмы, со сроком действия до пятнадцатого ноября, как на гусей и уток.
- Может, хотя бы на пару голов? – попытался обнаглеть Игнат. – Что ж одна! Бах – и готово. И вся охота. Давай, на две, а? Я за двоих заплачу!
- Нет, гражданин! – отрезала Марфа неожиданно строго, по-государственному. – Ведьм нынче и так мало осталось. Всех выбьете, где их потом возьмешь? Их кажный день бабы не рожают.

Самопалов вздохнул, отсчитал двенадцать штук, аккуратно сложил и спрятал в карман драгоценную путевку, и откланялся в предвкушении нового увлекательного дела. У него давно была на примете пара подозрительных гражданок, которые вполне могли оказаться ведьмами. Одна – Василиса, худющая и горластая злюка, а главное, натурально рыжая продавщица из винно-водочного. Другая – Кузьминишна, странная городская оборванка, всегда одетая в черное, с клюкой из суковатой палки и черным желтоглазым котярой на поводке. Ну, истинно ведьма!

Зная из народных сказок особенности охоты на нечистую силу, дома Игнат распатронил коллекцию старинных монет и пустил три серебряных советских полтинника двадцать третьего года на ковку трех пуль. Снарядил заряды, результатом остался доволен. И стал планировать тактику охоты. По пересудам горожан, местные ведьмы и прочие оборотни собирались на шабаши в полнолуние в пригородном Горбатом лесу, на отдаленном скалистом холме, напоминающем пресловутую Лысую гору. И это, как полагал Игнат, могло произойти именно сегодня в ночь.

Он уже в сумерках добрался до холма, сложил на краю поляны под старой елью неприметный шалашик из валежника и всякой всячины, вроде трав и мха, и залег там в обнимку с заряженным ружьецом в ожидании полуночи. Луна взошла в половине одиннадцатого, огромного размера и мертвенно-желтушного цвета. Лысая проплешина на вершине холма покрылась зловещими угловатыми тенями. По верхушкам деревьев пробежал подозрительный шум, словно ночной лес глубоко вздохнул, переводя дух перед чем-то страшным, и затаился. Игнат нервно зевнул, подышал в кулаки, согревая руки, и крепче сжал ложе ружья. Спустя пару часов одутловатая луна доползла до середины неба, но на поляне все еще ничего не происходило. И Игнат от невыносимого напряжения … позорно отъехал в объятия Морфея. Уснул, короче.

Проснулся он, когда ночное светило уже склонялось за горизонт. «Проспал, черт!» - мелькнуло в уме отчаянное. И тут же наш охотник с ужасом почувствовал, как под боком у него заворочалось что-то большое и лохматое. Скосив глаза, Самопалов смутно различил в неверном лунном свете черную длинную шерсть и большую округлую башку.
- Черт! Черт! – воскликнул Игнат и опрометью выскочил из укрытия. С другого конца шалаша в противоположную сторону так же испуганно шарахнулось большое темное существо, треща сучьями и подвывая от ужаса. Самопалов навскидку пальнул вослед чудищу. Из темноты раздались отчаянный визг, треск, затем всё стихло.

- П-попал, что ли? – неуверенно спросил охотник окружающий лес. Но лес был нем. Игнат выждал еще часок, притопывая от прохлады, и с первыми лучами рассвета на негнущихся от страха ногах двинулся в чащу, чтобы проверить, кого он там подстрелил. За ближайшей елью лежал, грустно дыша открытой пастью, его пёс, ньюфаундленд Гурон, и обиженно смотрел на Игната. На простреленном навылет ухе запеклась подсохшая кровь. На шее Гурона болтался обрывок цепи, которую верный друг человека оборвал, стремясь догнать ушедшего в ночь хозяина.
- Гурончик, прости подлеца! – воскликнул Самопалов и обнял любимца. Тот лизнул Игната в щеку и встал, готовый идти, куда позовут. Игнат достал охотничью путевку, порвал на мелкие клочки и развеял по ветру.

Человек и собака шли в сторону дома бок о бок, согреваемые робкими лучами утреннего солнца и счастливые, что всё так славно разрешилось.
 

ОМОЕ, ОМОН, КРУГОМ – ОМОН…

(Соломон Ягодкин)
 4    2018-10-23  1  334

ОМОН, ОМОН, кругом - ОМОН, здесь и без воды можно утонуть, тем более, когда он из брандспойтов начнёт тебя на митингах разгонять...

Все думать не могут, а главное, не должны, иначе ни один режим не устоит, если люди начнут сначала не в ногу думать, а потом и идти кто куда, их потом ни в каком ГУЛАГе будет вместе не собрать...

Даже если вы очень любите свою страну, но альтернативы ей у вас всё равно нет, это смерть для любой страны, даже такой замечательной, как ваша...

У тех были капо, у нас - паханы, а во всём остальном, полное тождество, хоть меняй их местами, тем более что и у тех и у других в руках имелось их главное оружие - палка, и высочайшее на неё "добро"...

Нет демократии, нет вообще ничего. А то, что есть, лучше бы всего этого тоже не было тем более...

Чтобы всё запрещать, надо хоть что-то разрешать, а иначе живительный источник запретов быстро иссякнет, и иссякнет уже навсегда...

Хорошо жлобам, за ними всегда есть если не человеческое, то хотя бы демократическое большинство. А демократия, она, паскуда, в таких случаях всегда права...

В мире остаётся всё меньше нормальных людей, которые нормально боятся свою власть. И здесь ещё со времён первобытной пещеры есть только одно лекарство против таких гнусных отщепенцев, и лекарство это - СТРАХ!..

С наших врагов взять нечего, они и так – враги. А вот наши друзья своей власти должны служить нам и за себя, и за наших врагов, если они не хотят присоединиться к ним на соседней тюремной шконке, у нас местов, сами знаете, хватит для всех…

Самодержавная власть, это всегда власть уголовников. Вот почему при ней для одних жизнь была вечная "малина", а для других, вечный острог...

Умных людей в любой стране всегда больше, чем дураков. Но не каждая страна об этом знает, потому как, сами понимаете, глупа. Вот она на них упорно и опирается, твёрдо уверенная, что их всегда, послушное демократическое большинство...

Если подонку дать власть, значит, тем самым, пожизненно облечь его на стократную подлость, а что это такое, как ни его убийство? Ведь без власти он был бы просто подонком, и на что-то большее никогда бы не претендовал...

В стране, где ничего нельзя, люди ничего и не хотят, а потом всё это автоматически меняются местами...

Чиновник по самой природе своей болен властью, и пока его, от греха подальше, не уволят, он неизлечим…

Один умный человек, конечно же, стоит многих тысяч дураков! Но только не во время Выборов, которые только для того и существуют, чтобы умные и дураки хотя бы изредка могли меняться ролями и местами...

Большинство людей это, конечно же, тоже люди. Но только в той мере, в какой людьми может быть пускай и человеческое, но всё равно, большинство...

Демократия, согласитесь, всех и вся ставит на свои места. А кому после этого, скажите, захочется на весь мир смотреть снизу вверх, а на себя, сверху вниз?..

Если любой социализм всегда заканчивается всеобщим ГУЛАГом, может тогда есть смысл ни того, ни другого не начинать вообще?..

Фото Алексея Кузнецова
 

И может стало б то смешно...

(Александр Шнеур (Трибуле))
 1    2018-10-23  2  387
Много буквофф?
      Сие просто череда исторических анекдотов.
      Весьма не длинных, но весьма поучительных.
      Читайте по отдельности.


Любая страна, когда начинает походить на задницу, отлетает цветом своим за пределы, воспринимаемые задницей.
И начинает разноцвет этот хаять по чём зря свою бывшую суррогатную родительницу в мать, в душу, и в Христа.
И каяться в участие во всяких противоестественных оргиях.
И делает это публично и везде – в публичных местах и публичных домах.
На мобильную камеру и из камеры тюремной.
В Интернете и печатных мемуарах.
В комиксах и в сборниках анекдотов, и в статьях научной периодики.


***
    И вот как оно, пожалуй, началось у нас - в России.
Началось после того, как боярин Андрей Курбский в апреле 1564 года покинул Россию
и уехал в Литву, и стал писать письма царю Иоанну Грозному
(и, что примечательно, стал родоначальником троллинга,
ибо родил первую в виртуальном мире Мировой истории
целостную ветку флуда в форме переписки).
    Вот как это было демократично, кстати, и наотмашь конкретно:
«Не думай, царь, и не помышляй в заблуждении своем,
что мы уже погибли и истреблены тобою без вины, и заточены, и изгнаны несправедливо,
и не радуйся этому, гордясь словно суетной победой:
казненные тобой, у престола господня стоя, взывают об отмщении тебе,
заточенные же и несправедливо изгнанные тобой из страны
взываем день и ночь к богу, обличая тебя…
…так как человеческие грехи часто раздражают бога,
то случился за наши грехи по божьему гневу в Москве пожар,
и наши изменники-бояре, те, которых ты называешь мучениками
(я назову их имена, когда найду нужным),
как бы улучив благоприятное время для своей измены, убедили скудоумных людей,
что будто наша бабка, княгиня Анна Глинская,
со своими детьми и слугами вынимала человеческие сердца и колдовала,
и таким образом спалила Москву, и что будто мы знали об этом замысле…»
    В общем, всё, вроде бы, пристойно, без посторонних и меж собой…
Но дальше идёт она – вековечная натура восточнославянская, мелкотравчатая.
В советские времена названная Вещизмом,
а в те дремучие лета бывшая чисто сердечным базарным плачем за бабки:
«Припомню одно: бывало, мы играем в детские игры,
а князь Иван Васильевич Шуйский сидит на лавке,
опершись локтем о постель нашего отца и положив ногу на стул,
а на нас и не взглянет - ни как родитель, ни как опекун, и уж совсем ни как раб на господ.
Кто же может перенести такую гордыню?
Как исчислить подобные бесчестные страдания, перенесенные мною в юности?
Сколько раз мне и поесть не давали вовремя.
Что же сказать о доставшейся мне родительской казне?
Все расхитили коварным образом:
говорили, будто детям боярским на жалованье,
а взяли себе, а их жаловали не за дело, назначили не по достоинству;
а бесчисленную казну деда нашего и отца нашего забрали себе
и на деньги те наковали для себя золотые и серебряные сосуды
и начертали на них имена своих родителей, будто это их наследственное достояние.
А известно всем людям,
что при матери нашей у князя Ивана Шуйского шуба была мухояровая зеленая па куницах,
да к тому же на потертых;
так если это и было их наследство, то чем сосуды ковать, лучше бы шубу переменить,
а сосуды ковать, когда есть лишние деньги.
А о казне наших дядей что говорить? Всю себе захватили…»

    Курбский успевает и поплакаться, и погрозить,
и даже что-то такое предостерегающее пишет Грозному, мол, ты там забудь про свой «Новичок»:
«Не думай, что я слабоумен или неразумный младенец,
как нагло утверждали ваши начальники, поп Сильвестр и Алексей Адашев.
И не надейтесь запугать меня, как пугают детей
и как прежде обманывали меня с попом Сильвестром и Алексеем
благодаря своей хитрости, и не надейтесь, что и теперь это вам удастся».

   Князь Курбский - это, пожалуй, один из немногих
настоящих представителей диссидентствующего рыцарства в юном Третьем Риме.
Поверьте, следующие заметные персоналии в нашей Истории Низости
сильно уступают ему
и в благородстве, и во владении мыслью, русским словом, и элементарным приличием.

   
***
    Вот вам такой известный персонаж как Григорий Котошихин.
Служил Гришка подьячим Посольского приказа,
или по-нынешнему - младшим секретарем в министерстве иностранных дел.
Исполнял неважные дипломатические поручения, потерпел напраслины.
В 1660 г. за ошибку в титуле государя был бит батогами.
Во вторую польскую войну, прикомандированный к армии кн. Юрия Долгорукого,
он не согласился исполнить незаконные требования главнокомандующего.
Убегая от его мести, в 1664 г. бежал в Польшу.
Побывал в Германии и потом попал в Стокгольм.
Несходство заграничных порядков с отечественными,
поразившее его во время странствований, внушило ему мысль:
описать состояние Московского государства.
Там у него интересных подсвечных интимностей много,
но это, конечно, нечто:
   «А как начнет царь с царицею опочивать, и в то время конюшей ездит около той полаты на коне,
вымя мечь наголо, и блиско к тому месту никто не приходит;
и ездит конюшей во всю ночь до света.
И испустя час боевой, отец и мать, и тысецкой, посылают к царю и царице спрашивати о здоровье.
И как дружка приходя спрашивает о здоровье,
и в то время царь отвещает, что в добром здоровье, будет доброе меж ими совершилось;
а ежеди не соврешилось, и царь приказывает приходить в другой ряд,
или в третьие, и дружка потомуж приходит и спрашивает.
У царя и у царицы покои свои особые;
и видают царицу бояре и ближние люди временем,
а простые люди мало когда видают.
И на празники Господския, и в воскресные дни, и в посты, царь и царица опочивают в своих покоех порознь;
а когда случитца бытии опочивати им вместе,
и в то время царь по царицу посылает, велит быть к себе спать, или сам к ней похочет быть.
А которую нощь опочивают вместе, и наутре ходят в мылню порознь,
или водою измыются;
а не бвы в мылне, или не измывся водою, в церковь и ко кресту не приходят,
понеже посталено то в нечистоту и в грех, и не токмо царю и царице,
но и простым людем запрещено».
   Это тот самый - Аццкийсотона, – который сегодня, увы, не виден
за культурными наслоениями потомков.
Он ведь, гнида эта, Котошихин, что рассказывает снобливой Европе?
Может быть, даже и правду рассказывает.
Но, представьте, какой тайной государевой жизни Московской
он швыряет в гадливые ручонки Европейской Попкультуры той поры!!!
Да-да, а вы как думаете, - по ту пору не было этой забавы:
подглядывать в замочную скважину от соседнего номера?
Откровения Котошихина воспроизвели эффект, подобный современному хиту:
«Моника-Моника, поиграем в слоника».
   Стоит ли удивляться, что человек без внутреннего природного благородства,
Котошихин дурно кончил.
В Стокгольме он прожил около полутора года,
перешел в протестантство, слишком подружился с женою хозяина,
у которого жил на квартире, чем возбудил подозрение мужа,
и в ссоре убил его, за что сложил голову на плахе.
Правда, сейчас была бы в моде версия
о тайных агентах на самом деле никуда не девшейся опричнины…

    У нас, вообще, принято интерпретировать историю по праву своего здесь рождения.
Каждый Новый Престол - по Жирному Бегемоту в Мешке Новых Версий.
И со времён Венедикта Ерофеева так нам и не стало известно:
Царь Борис убил царевича Димитрия, или же наоборот?


   ***
    Многие даже сегодня верят в чудесную историю
Димитрия Иоанновича Первого (Гришки Отрепьева).
Он ведь тоже бренд своего стартапа в Польше продал!
Это только у советских летописцев Царя Иосифа была непоколебимая уверенность,
с какой отождествили Григория Отрепьева с так называемым Лжедмитрием.
А вот у российских дореволюционных историков подобной уверенности не было,
и многие из них были убеждены совсем в обратном,
однако открыто высказать свое мнение им зачастую мешала цензура.
   
   Весьма характерна позиция, занятая в этом вопросе историком XVIII века Г. Миллером.
В своих печатных трудах он придерживался официальной версии о личности Лжедмитрия,
но это не было его истинным убеждением.
Автор «Путевых записок» англичанин Уильям Кокс,
посетивший Миллера в Москве, передает следующие его слова:
   - Я не могу высказать печатно мое настоящее мнение в России,
так как тут замешана религия.
Если вы прочтете внимательно мою статью, то вероятно заметите,
что приведенные мною доводы в пользу обмана слабы и неубедительны.

Сказав это, он добавил, улыбаясь:
   - Когда вы будете писать об этом, то опровергайте меня смело,
но не упоминайте о моей исповеди, пока я жив.

   В пояснение сказанного Миллер передал Коксу свой разговор с Екатериной II,
состоявшийся в один из ее приездов в Москву.
Императрица, видимо уставшая от новоявленных Петров III и княжон Таракановых,
интересовалась феноменом самозванства и, в частности, спросила Миллера:
   - Я слышала, вы сомневаетесь в том, что Гришка был обманщик.
Скажите мне смело ваше мнение.
Миллер поначалу почтительно уклонился от прямого ответа,
но, уступив настоятельным просьбам, сказал:
   - Вашему величеству хорошо известно, что тело истинного Дмитрия покоится в Михайловском соборе;
ему поклоняются и его мощи творят чудеса.
Что станется с мощами, если будет доказано, что Гришка – настоящий Дмитрий?
   - Вы правы, - улыбнулась Екатерина, - но я желаю знать, каково было бы ваше мнение,
если бы вовсе не существовало мощей.
Однако большего ей добиться от Миллера не удалось.
Не показывать же Императрице Российской, действительно, ходивших и по ту пору
«Писем о Царе Димитрии Московском».

    А там был хорошо выведен и подкреплён письмами очевидцев
остервенелый нрав человека, истинно верующего в свою трагическую судьбу.
Будучи в Речи Посполитой, Гришка довольно подробно поведал королю Сигезмунду
о тайнах московского двора, и об обстоятельствах своего чудесного спасения.
По словам будущего Государя Всея Руси, его спас некий воспитатель,
который, узнав о планах жестокого убийства, подменил царевича мальчиком того же возраста.
Несчастный отрок и был зарезан в постельке царевича.
Мать-царица, прибежав в спальню
и глядя на убитого, лицо которого стало свинцово-серым, не распознала подлога.
Царевич избегал называть точные факты и имена,
которые могли быть истолкованы и повёрнуты Московским Престолом так,
чтобы дискредитировать его историю.
   То есть, юридически иск Григория Отрепьева к России в тогдашний аналог Европейского суда по правам человека
был безупречно оформлен и поддержан сразу несколькими влиятельными силами мировой арены:
и королевскими дворами, и бродячими армиями наёмников и орденских синдикатов, и Банком Ватикана.
Отрепьев признавал, что его чудесное спасение осталось тайной для всех,
включая мать, томившуюся тогда в монастыре в России,
но он свято верит, что спасение сие есть перст неискажённого света святой Единой Церкви Христианской,
какой она было до раскола.
И что православная доктрина новоявленного Патриаршества Борискиного
несёт искажение Свету Божьему и претит Любви Общеевропейской.
Ибо всё это повергает Русь-Матушку в дикость и азиатчину, делая из неё Пыточную для Натуры Человеческой.
И он-де до последнего боялся за свою жизнь и судьбу матушки от рук годуновских сатрапов.
Но теперь он (Димитрий) готов
изобличить душегуба, узурпировавшего монарший трон, и попирающего святую христианскую веру.
В общем, обматерил Отечество наше нехорошими словами, собрал войско и!.. Ну, а дальше - вы помните –
тоже самое, что у приехавшего в Россию в бронированном кайзеровском вагоне
Вождя Владимира Ильича Ульянова (Ленина).
Только с неудачной концовкой для
Царя Димитрия Иоанновича Рюриковича (Отрепьева).

    Дикость нравов русских выплёскивается наружу на протяжении всей истории.
И это не просто персонифицированные образчики смертных грехов.
Нет. Это целые исторические слои братопредательства
в пользу гадливости натуры.


***
    Почитаемый ныне на Украине «Подвиг» Мазепы –
это не просто какое-то там трагическое обстоятельство в русской истории.
Это Великий Общеевропейский перфоманс педерастии.
   До возникновения украинской мифологии было принято считать,
что в 1708 году Мазепа сотоварищи за предательство русского царя Петра I
получили от шведского короля Карла XII право использовать шведский флаг.
   Версия эта почему-то непопулярна на Украине.
Хотя самого Мазепу новая Украина избрала своим национальным символом.
Того самого Мазепу, который кроме как предательством «корысти ради» ничем более в истории неизвестен.
Факт ведь предельно прост –
за обещание княжеского титула, а также Витебского и Полоцкого воеводств,
Иван Мазепа совершил предательство и клятвопреступление.
Но дело вовсе не в персоне Мазепы.
    Предательство по ту пору было отличительной чертой всей полубандитствующей Хохляндии.
Для поведения, как Мазепы, так и его, казалось бы, единомышленников,
характерным в это время является следующий эпизод.
Мазепа послал стародубскому полковнику И.Скоропадскому,
который, как указывают историки, был сторонником и приятелем Мазепы,
распоряжение впустить в город то войско, которое подойдет первым,
полагая вероятно, что первыми придут шведы.
Но первым подошел русский отряд генерала Инфлянта,
и Скоропадский беспрепятственно впустил его в город.
После перехода Мазепы к шведам Петр I поставил Скоропадского гетманом,
и тот воевал против шведов и мазепинцев на стороне царя Петра.
   В общем, считающие себя нынче истинно и исконно русскими,
хохляцкие наши родственники
(с упоением и не стесняясь)
предавали как своих братанов малороссийских,
так и братьев своих - «москалей поганых».
О которых, к слову сказать, пелось в первоначальном варианте украинского гимна.
   Относительно его возникновения также существует несколько версий.
По одной из них в далёком 1862 году на какой-то интернациональной пирушке
ученый-этнограф, собиратель украинского фольклора Павло Чубинский
приходит в восторг от распеваемой сербами пламенно-патриотической песни «Сербия вольная».
Потрясённый Чубинский куда-то исчезает.
Скоро, однако, он возвращается и представляет публике стихотворную импровизацию,
которую, переложив на музыку сербской песни, подгулявшая компания разучивает тут же под руководством самого автора.
Любопытно, что вдохновившийся сербской песней,
Чубинский сумел придать своему экспромту потрясающее сходство
с польским «Маршем Домбровского»!
   Спустя примерно год, галицкий священник Михайло Вербицкий пишет оригинальную музыку к стихам Чубинского.
Так появляется песня, которой впоследствии суждено было стать государственным гимном.
В свете последних событий, задумайтесь:
что такое «Патриот Украины»?
Человек под шведским флагом,
под бандеровским трезубом герба,
распевающий наспех переделанный польский гимн...
   До советского эксперимента с обособлением территориальной идентификации русского племени
в иную национальную общность,
вся эта похабная история с хохляцким «Гуляй полем» на Западе воспринималась
как очевидное доказательство дремучих нравов русских.
И надо благодарить провидение,
что украинская популяция русских теперь рассматривается в цивилизованном обществе,
как отдельное племя восточных славян.
   И, слушая порой вдруг ни с того ни с сего прорезающий пространство вопль хохлов:
мол, русские украли у них самоназвание, -
хочется сразу перекреститься, плюнуть через плечо куда-нибудь в…
и порадоваться тому, что ты не хохол.

    Если серьёзно, ведь сами наши предки старательно взращивали у «немчуры»
образ свой, как дикого зверя потешного.

    ***
   Это ведь неправда, что не было у нас прямых морских выходов в Европу.
У самой Европы, например, были отличные подходцы на российский рынок.
Через Новгород со Псковым, через Архангельск.
И, что примечательно, Россия в ту пору была для соседей не просто торговым рынком сбыта,
но и источником достоверных туристических дневников и путеводителей.
Нет, конечно, людей с пёсьими головами, в нашей части Ойкумены уже не искали.
Искали девиантность иного свойства.
И находили, благодаря щедрой услужливости самих Российских властей.
И нам здесь ещё повезло, что ехали не тупые туристы, а реальные учёные.
Такие, как барон Сигизмунд фон Герберштейн, австрийский дипломат,
находившийся долгое время в Великом княжестве Московском.
И который в 1549 году написал знаменитые «Записки о Московии»:
   «От устья реки Иртыша до крепости Грустины два месяца пути;
от нее до озера Китая рекою Обью, которая, как я сказал, вытекает из этого озера, более чем три месяца пути.
От этого озера приходят в большом множестве черные люди, лишенные общего всем дара слова;
они приносят с собой много товаров, преимущественно же жемчуг и драгоценные камни,
которые покупаются грустинцами и серпоновиами.
Они называются лукоморцами от Лукомории, лежащей в горах, по другую сторону Оби от крепости Серпонова.
Сказывают, что с людьми Лукомории происходит нечто удивительное и невероятное, весьма похожее на басню:
как носится слух, они каждый год умирают именно 27 ноября, когда у русских празднуется память св. Георгия,
и потом оживают, как лягушки, на следующую весну, большею частью около 24 апреля 43.
Золотая Баба, т. е. Золотая старуха, есть идол у устьев Оби, в области Обдоре; он стоит на правом берегу.
По берегам Оби и около соседних рек рассеяно много крепостей,
которых владетели, как слышно, все подвластны князю Московии.
Рассказывают, или, справедливее, баснословят, что этот идол Золотой Бабы есть статуя,
представляющая старуху, которая держит сына в утробе,
и что там уже снова виден другой ребенок, который, говорят, ее внук.
Кроме того уверяют, что там поставлены какие-то инструменты, которые издают постоянный звук вроде трубного.
Если это и так, то, по моему мнению, это делался от того, что ветры сильно и постоянно дуют в эти инструменты».

Поверьте, это одно из самых трогательных и поэтических описаний России в цивилизованном мире.
Заезжие иностранцы живописно свидетельствуют об «скотском пьянстве» на Руси,
хотя большая часть их выводов основывается лишь на впечатлениях, чаще всего зрительных,
без сравнительного анализа с европейскими государствами.


***
    В 1639 году Адам Олеарий, представлявший в Москве голштинского князя Фридриха III
и подолгу службы частенько разъезжавший по нашей земле,
заключил в самой известной книге о России в XVII веке
«Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно»,
что русские «более привержены к пьянству, чем любой другой народ мира».
   Нет, я, конечно, очень верю всяким выскочившим из табакерки Павла Первого нынешним авторитетным историкам
с волосатыми руками в архивах ФСБ…
Но всё же как-то неправильно уважать себя и верить такому советскому игрищу смыслами:
«…до того, как к власти пришел Петр-I, пьяницами становились в основном малоимущие люди,
которые употребляли алкоголь в кабаках.
Купцам и аристократам было можно лакомиться вином дома,
используя обильную закуску,
потому среди них спившихся личностей было значительно меньше…»
Я люблю читать подлинные свидетельства Моего Зазеркалья.
Вот, по словам всё того же Адама Олеария,
он был поражён количеству пьяных, валяющихся на улице.
Пили мужчины и женщины,
молодые и старые,
священники и светские люди,
простолюдины и титулованные особы.
Не случайно поразился и де Кюстин тому, что,
«напившись, мужики становятся чувствительными
и, вместо того чтобы угощать друг друга тумаками,
по обычаю наших пьяниц, они плачут и целуются.
Любопытная и странная нация!».
   Вот-с, к примеру, даже нынешние интернет-дети знают такую истину про дикие нравы туземцев:
Есть такой обычай у жителей Крайнего Севера от Кольского полуострова до Камчатки, -
отдавать гостю на ночь свою жену.
Ну, правда, есть…
Сохранились и летописи иностранцев, и жуткие байки народного творчества самих потомков этой традиции.
И даже, нет-нет, а ещё можно услышать
(в тех же зарубежных хрониках)
о таком рудиментарном атавизме где-нибудь на Чукотке и сегодня. Спрашивается: Откуда дровишки?..

    Да оттудова всё - из корней наших, корякских.
И описания пьяных застолий купеческих до невменяемости группового блуда,
и война непримиримая Великого Моралиста –
Петра Первого Алкоголика, Эпилептика и ****уна Всея Руси
с национальными пьянством и распутством за тогдашние скрепы Отечества, -
всё это суть грани отправной нашей точки
в генно-культурологическом слое российской антропологической ментальности…


***
    В 1698 году Петр I прожил со своей лизоблюдствующей свитой почти четыре месяца
в доме некоего сэра Джона Эвелина в Сэйес-корте в Лондоне,
куда он прибыл для того, «чтобы постичь искусство кораблестроения».
   В архиве Эвелина, что хранится сегодня в Британском музее, можно найти отзывы
об ужасных разрушениях, нанесенных царем-алкоголиком и его спутниками.
Дом был так исковеркан, что его во многих частях пришлось ремонтировать.
Краска на стенах была облуплена, стекла выбиты, печи и печные трубы сломаны, полы в некоторых местах выворочены.
Примерно та же картина разрушений видна и из описания мебели.
В саду «земля взрыта от прыжков и выделывания разных штук».
Хмельной царь сотоварищи не пощадили даже душистые розы.
   Убытки составили триста двадцать фунтов, девять шиллингов, шесть пенсов.
В те времена такая сумма равнялась годовому доходу мелкого дворянина в Англии,
а в России можно было выстроить на эти деньги приличный дом.
   Вообще, во время заграничных поездок Петр I практически везде и всегда
ошарашивал европейских аристократов
вульгарной мужланской манерой общения.
Позднее, в 1717 г., во время пребывания Петра в Париже
герцог Сен-Симон так записал свое впечатление о Петре:
«Взгляд, когда он не сдерживается, суровый и дикий, с судорогами на лице, которые повторяются не часто,
но искажают и глаза и все лицо, пугая всех присутствующих».
   В 1710 г. датский дипломат Юст Юль описывал приступ ярости,
случившийся с Петром на фоне алкогольного опьянения
во время торжественного въезда в Москву после победы в Полтавской битве:
побледневший, с искаженным конвульсиями лицом, производя
«страшные движения головой, ртом, руками, плечами, кистями рук и ступнями»,
царь набросился на провинившегося солдата и начал «безжалостно рубить его мечом».

Как же им, на Западе, нас воспринимать,
коли мы им сами всю историю такие непотребства и дикости напоказ выставляем.
На самом высшем уровне.
Вот вам дикий маскарад, описанный иностранными послами в России
времён матушки Анны Иоанновны,
самой набитой дуры на престоле нашем.


***
   Князь Михаил Голицын имел несчастье, путешествуя по Европе,
влюбиться в итальянку и жениться на ней, для чего ему пришлось перейти из православия в католичество.
Такое оскорбление чувств верующих и по тем временам каралось в России сурово.
Когда князь сдуру решил вернуться на родину, его жену выслали из страны,
а ему самому дали фамилию «Квасник»,
лишили чинов и званий и приказали служить шутом при императрице Анне Иоанновне.
    Князь на этой должности потихоньку тронулся умом, опустился и был готов на все.
В том числе и на новую остроумную затею императрицы, -
женить его на своей любимице, карлице-калмычке Авдотье Бужениновой.
Авдотья тоже была шутихой, уже совершенно полоумной,
и страстно обожала буженину, за что и получила свою фамилию.
   Под руководством «машкерадной комиссии» на Неве был построен уникальный ледяной дворец
из цельных брусов льда, обставленный ледяной же мебелью, с ледяными стаканами, книгами, бутылками, картами...
Словом, прозрачный призрак реального роскошного особняка.
В день торжества молодых отвезли в этот дворец в клетке, установленной на настоящем слоне.
За слоном следовал свадебный санный поезд на свиньях и собаках.
На поезде ехали шуты, и, по выражению очевидцев,
«собраны были всего государства разночинцы и разноязычники, самаго подлаго народа,
то есть Вотяки, Мордва, Черемиса, Татары, Калмыки, Самоеды и их жены,
и прочие народы с Украины, и следующие стопам Бахусовым и Венериным, в подобном тому убранстве,
и с криком для увеселения той свадьбы».
   Авдотья Буженинова умерла спустя два года родами.
После конца царствования Анны Иоанновны майор был отпущен из шутов.
Вернул себе звания и рассудок, даже женился еще раз
на молодой красавице дворянке и прожил еще тридцать с лишним лет вполне благополучно.
Но, заметьте, из страны к своей итальянской любви отпущен не был.
И это не случайно, ибо диссиденты российские отличались в Европах
самым скверным характером и больше всего ругали свою горячо любимую Родину-Русь.

***
    Далее, по всем правилам изложения предмета нашего скромного исторического исследования,
должно представить многочисленные примеры охаивания в Европах России её известными сынами.
А их, действительно, есть в изобилие.
И монархические, и духовные, и либеральные светочи Отечества нашего
сладострастно и обильно поливали Родину малоприятными словосочетаниями. И в большей степени по делу.
Да только, прикрываясь любовью к Родине, всегда как-то упускали одну безделицу:
неприлично это – выносить сор из дома родительского.
Да – дикого и непотребного, да – убогого и развратного.
Но своего, родного дома.
Мне больно видеть очередные мракобесия, заведшиеся (или вернее, вернувшиеся) в Моём Отечестве.
Отчего оно стало опять Мировым Пугалом.
    Но не менее отвратительны мне и,
казавшиеся ещё вчера приличными и достойными россиянами,
люди с лёгкостью перебравшиеся за рубеж.
Те, кто выплёскивают помои на, и без того, не в меру обгадившуюся Родину.
И особенно омерзительны и нелепы здесь, конечно, заклятые друзья Незалежной Гоп-компании.
Оставив Россию на произвол мерзавцев и раболепного быдла,
без всякого желания изменить ход исторического течения в своём Отечестве,
они рядятся в пророков, демократов и поборников справедливости.
А на поверку...

Стыд, срам и тошнота беспросветные.

 Добавить 

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер